Жанр: Научная фантастика
Однажды на Диком западе 2. Колдуны и капуста
...образили себя жабами, причем не простыми, а чемпионами болота по прыжкам, - я
прополз по склону вышеупомянутой горы к люку. Но стоило мне взяться за отпирательный
штурвальчик, как из дальнего конца донесся голос Роники:
- Не советую.
- Чего?
- Открывать люк.
- Должны же мы узнать, что, черт возьми, за хрень происходит!
- Хотелось бы. - Судя по звуку, наемница пыталась протиснуться мимо завала в
середине отсека, Пока что получалось у нее не очень. - Но учти, мы сейчас орк знает на какой
глубине. Новость о том, что там, за люком, вода, я бы предпочла не получать - и тебе не
советую.
Нас встряхнуло. И еще раз. Словно мчащаяся во весь опор карета налетела на лежащее
поперек дороги бревно.
- Ну, можно приоткрыть совсем узкую щель... - начал было я и осекся.
- Ты - каменный голем? - голос Роники так явственно сочился ядом, что хоть собирай
его в склянки для последующей продажи в аптеке, оптом, по сорок центов за унцию. - Нет?
Тогда водица, что ворвется в эту совсем узкую щель - которая сразу же перестанет быть
узкой, - сразу размажет тебя по переборке. А следом и всех остальных.
- При всем уважении к вам, мисс Тамм, - неожиданно пришел мне на подмогу
вампир, - изображенную вами ужасную картину лично я полагаю маловероятной. Хотя
предмет вашей с Кристофером дискуссии и не пропускает воду, он, как и всякий прочий
металл, неплохо передает звуки, а поскольку до сего дня у меня не было причин жаловаться на
слабость моих ушей, рискну предположить, что разрушение нашего корабля не прошло бы...
Эта встряска была куда сильнее предыдущих - меня швырнуло даже не на переборку, а в
угол между нею и потолком. Затем меня пробрал холод, жуткий, почти непереносимый холод
- никогда прежде не чувствовал ничего даже отдаленно похожего. Не знаю, с чем и сравнить.
Словно меня на манер Прометея приковали к айсбергу, а вместо орла явился ветер из
давешнего шторма. В уши ударила... кажется, это называется калифорния... а, вспомнил,
какофония. Совершенно оглушительная какофония, в которой преобладали хруст, вой, плач и
скрежет.
Потом я упал обратно вниз, и сверху на меня радостно прыгнули сразу четыре тюка - для
них, похоже, жабы были уже пройденным этапом. Эти мешки воображали себя, по меньшей
мере, мексиканскими львами.
Бренда начала ругаться.
Один тюк - тот, что удобно разлегся у меня на голове, - мне кое-как удалось спихнуть.
Теперь я мог видеть хоть что-то. "Хоть что-то" включало в себя главным образом висевшего на
потолке Рысьева. Граф с крайне озабоченным видом ощупывал свою левую скулу. На мой
взгляд, в украшавшей ее ссадине не было ничего необычного, хотя... кровавая ссадина у
вампира?
- Вы эти звуки хотели услышать, мистер кровосос? - донесся голос Бренды.
- Мисс, я...
- Николай! Заткнитесь и гляньте, не перекосило ли к оркам эту чертову дверь!
Я говорил уже, что моя жена, когда хочет, умеет быть очень убедительной? А хочет она
этого всегда. Ну... почти всегда.
А еще она часто оказывается права, особенно когда речь идет о возможных неприятных
последствиях. Слишком, на мой вкус, часто. Или это просто мы с ней слишком часто влипаем в
ситуации с неприятными последствиями?
Вот и сейчас скрежет со стороны люка донесся раньше, чем вампир успел отклеиться от
потолка. Чертовски противный звук.
Самое время пожалеть, что не сообразил выпросить у да Косты заклинание его
дедушки-флибустьера, то, которое для подводного плавания. Не сообразил... выпросить... у да
Косты... амулет!
- Бренда! Амулет!
- Сейчас...
- Может, сначала все же посмотрим, кто войдет? - предположил Рысьев.
- Граф, вас, видно, крепко приложило затылком? Войдет ВОДА!
- Не уверен, - спокойно возразил вампир. - Вряд ли вода научилась самостоятельно
откручивать кремальеру.
- Какого...
- Дкхугш ваар, да помогите же мне! - вступил в беседу новый участник.
Малыш Уин был от макушки до каблуков сапог облеплен какой-то остро пахнущей
зеленой пеной, сквозь которую виднелась порядком обгорелая куртка. Брюки, насколько я мог
видеть, пострадали меньше, а вот бородка... думаю, компаньону стоит вновь начать бриться.
- Ну же...
Бренда оказалась быстрее меня - в результате меня вновь завалило тюками, выбраться
из-под которых я сумел как раз в тот миг, когда в прокопанный моей женой проход в завале
протиснулись Рысьев и Малыш, волочившие кого-то третьего, а также полсотни фунтов дыма.
- Люк... кха-кха-кха... задрайте... - прохрипел Уин.
- Какого хрена творится? - вопрос Роники был хоть и не совсем правилен с точки
зрения культуры речи, но, по моему мнению, прозвучал чертовски уместно.
- Тварь... - присевший на мешок Малыш снова закашлялся. - Атаковали торпедами...
попали... она ударила в ответ.
- Чем?
- Не знаю... промахнулась. Телепортнулась ближе - мы развернулись... шесть торпед из
носовых... "серебрянки"... в упор. Одновременно... на этот раз.
- Мы тонем?
- Да... нет... орк знает... какая-то хренова магия... пробило ограждающие чары. Корпус
цел... прошло по отсекам... черные молнии... а-а, Тралла забодай!
- Малыш, спокойнее, спокойнее...
- Да спокоен я! - вскочив, рявкнул мой компаньон. - Как тролль окаменевший
спокоен!
- Тварь-то хоть убили?
- Похоже, - устало отозвался полукровка. - Разворотило ее капитально. Пока
"аквариум" не сдох было видно - тонула... вроде бы без всяких конвульсий, как приличному
трупу и положено.
- Аквариум?
- Штука такая... - взмахом рук Малыш попытался показать эту самую штуку. - Ы... и
ы... магическая фигня.
- Понятно. А мы что?
- Я ж говорю - молнии! Прошлись от носа до кормы, треть экипажа выкосило наповал,
еще треть, как этот, - полукровка мотнул подбородком в сторону тела на соседнем мешке, - в
отключке. Плюс какая-то дрянь по левому краю. Механика пошла сыпаться... каскадно, одно за
другим. Старпом, кха-кха-кха, велел, чтоб я не путался под ногами... этого - за шиворот... и к
вам.
- Это Викки? - Роника, присев рядом, неуверенно коснулась плеча лежащего. - Что с
ним?
- Попал под лошадь.
- Что?
- Что-что, - передразнил наемницу Малыш, - сама не видишь, что ли? Шарахнуло,
его... хренью какой-то магической... и куском трубы... по макушке!
- Он жив?
- Пока тащил - вроде дышал, - устало отозвался Уин. - Может, и зря, - чуть
подумав, добавив он. - Дым это проклятый... говорил я им - пробкой надо было отделывать!
Нет, последнее слово алхимии, последнее слово алхимии, выдерживает от крытое пламя в
течение двадцати минут... как же! Пламя-то оно выдерживает - но коли уж загорелось само!..
- Согласен, пахнет этот дым довольно ядовито, - сказал Рысьев. - А что...
Этот удар был самым сильным из всех. Я снова воспарил к потолку, - вышло мягче, чем
в прошлый раз, поскольку между мной и сталью оказалось минимум два тюка, - а потом мы
все дружно посыпались вниз. Низом у ставшего на дыбы отсека теперь считался бывший
дальний конец, и лететь до него было далеко.
Вдобавок погас свет.
Следующие полминуты я очень живо ощущал себя кубиком льда в фирменном коктейле
хозяина "Одноглазого эльфа". Фредди никогда не тряс его меньше чем полминуты - он, как и
большинство его сородичей-троллей, был существом основательным. Потом где-то совсем
близко раздался глухой рявк, и тряска закончилась. Взамен появилось - по крайней мере, у
меня - странное ощущение, до сего дня испытанное лишь однажды, в Нью-Йорке. Лиз тогда
возжелала осмотреть тамошний Город Гномов, а спускаться и подниматься назад нам выпало
на очередном венце технического прогресса - скоростном подъемнике, который управлявший
им машинист поименовал лифтом, видимо, в качестве иронии над продукцией "Компании
паровых поднимателей Отиса".
- Эй! - донесся откуда-то из-под моей поясницы неуверенный возглас. - Есть кто
живой?
- Допустим, - отозвались сверху. - Формально, правда, я не очень-то вправе
претендовать...
- Мистер кровосос!
- Да, мисс?
- Чтоб вы сдохли!
- Боюсь, мисс, что в силу тех же причин несколько затруднительно...
- Николай! - Русский, насколько я мог разглядеть "колдовским оком", по-прежнему
висел, прилепившись к потолку... бывшему потолку, ставшему теперь одной из стен. - Затк...
лучше помолчите!
- Разве что, - вывернув голову, я все равно не смог разглядеть Бренду, но, судя по
голосу, ее голова находилась где-то в районе моих колен, - он объяснит, что с нами
происходит!
- Поскольку, - холодно произнес вампир, - прорицательских способностей за собой не
числю, объяснить не смогу. Могу лишь высказать предположение.
- Ну?! Что замолчали?! Хотите, на колени стану? Не видно, правда, ни хрена...
- Темнота мне не помеха, вас я вижу отлично, - сказал Рысьев, - но все равно,
спасибо, не надо. Догадками своими я поделюсь и без подобных жертв.
- Так делитесь!
- Мощный взрыв в носовой части. - Оттолкнувшись рукой, вампир встал - привычное,
в общем-то, зрелище, если забыть о том, что стоящий упирается каблуками в почти
вертикальную стену, - и неторопливо зашагал вниз. - Вызвал разрушение корпуса нашего
корабля. К нашему счастью, отсек, в котором мы находимся, сохранил целостность
конструкции и сейчас направляется к поверхности.
- Николай, вы... - Проклятье, желание быт вежливым все же имеет куда больше
видимых недостатков, чем скрытых достоинств. - Вы не могли бы сказать что-нибудь менее
очевидное?
- А с отсеком-то нам и вправду повезло, - заметила Бренда. - Так аккуратно
выломался.
- Мисс, это ваше "повезло", - голос Малыша был сух и спокоен, - именуется
"пиропатроны".
- Непременно запомню.
- Граф, а вы точно уверены, что мы всплываем, а не тонем? - спросила Бренда.
- Совершенно. На нас работает не что-нибудь - давление океанских глубин. Вы ведь
чувствуете ускорение, не так ли? Уверен, мы вот-вот вылетим наверх, словно пробка от
шампанского.
Последние слова Рысьева мне отчего-то сильно не понравились. Понять причину этой
неприязни сходу я не сумел и потому попытался подумать еще раз, вслух.
- Николай, насчет пробки... вы это серьезно?
- В каком смысле? - недоуменно спросил русский.
- Ну, то, что мы сейчас вылетим, словно пробка?
- Да, а что, собственно, вас смущает?
- Понимаете, - сказал я, - вам, наверное, пришлось открывать куда большее
количество бутылок с шампанским, чем мне. Но кое-какой опыт по этой части у меня все же
имеется. И, если я правильно помню, пробка из бутылки стреляет достаточно сильно.
- Конечно. Помню, - мечтательно произнес вампир, - на званом обеде у господина N
юный корнет Оболенский умудрился попасть пробкой в люстру. Хрустальная, на полсотни
свечей, бедный N выписал ее из Парижа, и доставили за день до торжества. С тех пор
Оболенскому поручали разливать только вино - люстру пришлось оплачивать из полковой
кассы. Очень, очень тонкая работа, игра света была просто потрясающа, и вот... злосчастная
пробка учинила среди этого великолепия подлинное опустошение. Вдобавок свечи, как и
следовало ожидать упали вниз. Платья же находившихся за столом дам, как и парики их
кавалеров, были, как несложно догадаться...
- Любимый, - укоризненно сказала Бренда, - их сиятельство, если не заткнуть фонтан
его красноречия, может разглагольствовать на понравившуюся тему часами. Ты знаешь это не
хуже меня, так что, милый, хочешь что-то сказать - говори!
- Просто подумал, - неуверенно начал я, - если мы сейчас и в самом деле точно
пробка... большая... Очень быстро всплываем... а потом?
- А что пото... дерьмо!
Вы когда-нибудь видели, как прыгают киты? Нет, не те киты, которые приходят о восьми
лапах после пары затяжек орочьей травки или дюжины стаканчиков кактусовой мухоморовки.
Реальные киты, те самые, что пускают фонтаны и запросто могут сожрать слона на завтрак, а
мумака - на обед.
Они - прыгают. Их огромные синие туши вырываются из-под воды, взмывают вверх -
так что между кончиком хвоста и волной получается никак не меньше десятка футов, - а затем
величаво рушатся обратно в океан. Не детвора, а именно взрослые киты.
Зачем они это делают - я не знаю. Говорят, что среди всяких горячих и не очень течений
попадаются куда более занятные, например, винные или коньячные, и вот когда киты
натыкаются на них... лично я в эту легенду не верю. Разумные расы, не почитавшие
мореплавание признаком слабоумия, бороздят океаны не первую эпоху, Давно бы уже
кто-нибудь наткнулся на такой вот источник, разболтал... а потом протянули бы к указанному
источнику трубопровод.
С другой стороны, так хочется иногда верить в то, что счастье - есть! Ведь отчего-то же
киты прыгают!
Впрочем, уверен, что, окажись поблизости от всплывающего отсека сторонний
наблюдатель, он, не задумываясь, подтвердил бы - по части прыжков из воды гномья
жестянка даст фору любым китам.
Пока мы летели, я успел подумать - нам с Брендой, похоже, не очень везет с гномьими
изобретениями. Точнее, с теми из них, которые берутся за нашу транспортировку. Воздушный
корабль, подводный корабль... пока лишь "Принцессе Иллике", хоть и изрядно потрепанной
штормом, все же удалось доставить семейство Ханко к цели. Или это сказалось отсутствие
Малыша Уина?
Потом мы начали падать.
Замок Джахор.
- Что ты там говорил про случайности?
- Но, монсеньор...
- Гнейс, еще одна такая случайность, и я... нет, пожалуй, я сам ничего с тобой делать не
буду. А вот наш добрый доктор Лиммеле...
- Монсеньор!
Несмотря на охвативший его ужас, вампир все же успел подумать, что, оставайся он
человеком, уславшему пол кабинета роскошному персидскому ковру угрожала бы сейчас
серьезная опасность... и этого Хозяин ему точно бы не простил.
- Это и в самом деле была чистейшая случайность! Вам же известно, насколько
ограниченны наши возможности слежения за глубоководными объектами! И потом, ведь нужда
в кеджаа уже отпала!
- Только это тебя и спасает, - буркнул сидящий в кресле.
ГЛАВА 10
Где-то в Тихом океане, эскадренный плот военно-морского флота Ее Величества
Королевы Гавайских островов Лилиукалани 1 "Гордость Гномов" (бывший
спасательный отсек субмарины "Сын Локи"), Бренда Ханко.
Научиться играть на гитаре оказалось намного проще, чем я предполагала. Старая как мир
истина - половина успеха в том, с каким настроем ты берешься за дело.
В Мексике я, бывало, могла битый час простоять наподобие Лотовой женушки,
зачарованно глядя на какого-нибудь мариаче. Эти парни выделывали со своими гитарами
подлинные чудеса, и чем больше я пыталась уследить за их пальцами, тем отчетливее
осознавала - если азы магии мне кое-как удалось освоить, то научиться играть так я вряд ли
сподоблюсь. Даже если в небесной канцелярии по ошибке отмерят мне земные дни по гномьим
расценкам.
Мексиканских бродяг-музыкантов мне, конечно, не превзойти, но вот справляться с
инструментом не хуже Рысьева, в багаже которого и обнаружилась отличная испанская гитара,
я сумела всего лишь за полторы недели. По крайней мере, сейчас это утверждает не только
Роника, но и Крис, а чувствовать, когда мой муж пытается врать мне в глаза, я уже научилась.
Уверена, я могла бы достичь и больших успехов - если бы вампир чаще выпускал гитару
из рук. Вот и сейчас он полулежал в своем гнезде из плаща, двух зонтиков, акульего хвоста,
акульего же хребта и, лениво перебирая струны, напевал что-то типично русское: протяжное,
грустное, навевающее па мысли о бескрайних заснеженных просторах, долгих зимах и
несчастной любви... тьфу!
- Pod nebom zolotim est gorod golubih...
- Граф, - окликнула я, - занятно... я только сейчас сообразила, что вы поведали нам
множество историй из вашей бурной биографии, но никогда не рассказывали о том, как
оказались в Сибири.
Бренчание прекратилось.
- Традиционным для России способом, - усмехнулся Рысьев. - Был сослан.
- Что, укусили кого-нибудь не того?
- Почти, - кивнул вампир, - титул-то у нас был один, но, как оказалось, граф графу
рознь. Формально же я был сослан за игру в карты... в тысяча восемьсот двенадцатом году.
- А поподробнее?
- Как-нибудь в другой раз, - уклонился от ответа русский. - Это длинная история, и к
тому же я не очень люблю ее вспоминать .
Печальное треньканье возобновилось. Похоже, гитару у графа ближайшие полчаса
отобрать не удастся. А делать больше ничего не хочется, да и нечего. Лежать... смотреть в
небо... слушать плеск волн Матерь Божья, как же неимоверно мне наскучил это занятие!
- Бренда...
Сочетание белой шелковой сорочки с парусиновыми штанами - уже обзаведшимися
парой внушительных прорех - выглядело довольно забавно, Впрочем, не более, чем костюм
Рысьева - нечто мундироподобное и, разумеется, черное. Как он до сих пор не сварился в этих
сапогах?
- Что, любимый?
- Я тут подумал... а не отправиться ли нам на рыбалку?
- Знаешь, - приподнявшись, я оперлась на локоть и с интересом взглянула на мужа, -
тебе удалось меня удивить. Мы ведь совсем недавно вернулись... с рыбалки.
- Два часа назад.
- Всего лишь два часа назад...
- Целых два часа назад, - поправил меня Крис. - Достаточно долгий срок, чтобы я
успел соскучиться... по рыбалке.
- Спина у меня, между прочим, до сих пор не зажила.
- Милая, я уже двадцать два раза извинился... могу повторить в двадцать третий. Ну кто
ж знал, что эта каучуковая хрень, из которой чертовые коротышки...
- Партнер, насчет коротышек - полегче!
- Малыш, сверни уши в трубочку, пока я не решил их законопатить, - не оборачиваясь,
огрызнулся Крис. - Бренда...
- Крис... ой, только не пытайся делать жалобные , спаниель из тебя все равно получается
никудышный! Я согласна... только ответь, пожалуйста, почему на яхте ты не проявлял и
половины такой буйной страсти... к рыбной ловле.
- Честно - не знаю, - признался муж, рывком устанавливая меня в вертикальное
положение.
- Может, на яхте хватало и других интересных занятий? - вкрадчиво осведомилась я.
- Между прочим, - наклонившись, Крис принялся распутывать узел бакштова, - одна
молодая жена тоже отнюдь не скучала по ночам.
- А учебник по навигации, значит, ты бы за меня читал?
- Не знал, - хмыкнул Крис, - что Дюма пишет учебники по навигации...
- Эй, вы куда?
- Викки, не задавай дурацких вопросов, - обернувшись, Роника Тамм весело
подмигнула мне, - не то начнешь получать столь же дурацкие ответы.
- Просто хотел...
- Просто запомни, что у Криса и Бренды все еще медовый месяц, Викки. Все!
Роника - отличная подруга, перепрыгивая на корму лодки, подумала я. Даже эта
привычка разгуливать без одежды... гимнофилия, так, кажется, назвал ее Рысьев - после чего
минут пять скакал по плоту, пытаясь одновременно увернуться от разъяренной Роники и
объяснить, что употребленное им слово всего лишь древнегреческий термин, а не площадное
ругательство.
Что-то в этой привычке есть... определенно.,, что ж посмотрим. Может, через
неделю-другую я тоже рискну стащить рубашку прямо на плоту... не таясь, пока лодка отстанет
на полсотни ярдов.
- Ай!
- Это ведь была твоя идея, любимый, - я состроила самую невинную мордашку, на
которую только была сейчас способна, даже ресницами похлопать не забыла. А я... а что я?
Скромная...
- Щипаться-то зачем?
- А вот захотелось.
- Р-р-р-р... укушу...
Тихая, невинная девушка... ну... почти невинная., Лежать!
- Вообще-то я думал... - начал Крис и осекся, когда ноготь моего указательного пальца
уперся ему в грудь.
- Думать здесь, - я легонько нажала, и муж, все с тем же озадаченным выражением
поверх бороды (не очень-то она ему идет, по-моему. Заставить сбрить?) шлепнулся на дно
лодки, - буду я. И делать... все остальное - тоже я!
- А-а... мне совсем ничего нельзя?
- М-можно... мр-р... и ты уже... мр-р... сделал... мр-р-р... все, что от тебя пока было
нужно.
Линь, который связывал лодку с "Гордостью Гномов", был в длину всего сотню ярдов -
звуки над водой порой разносятся куда дальше. Плевать - на плоту все и так отлично знают, за
какой рыбкой мы отправляемся!
- Бренда...
- Молчи... мр-р-р...
- Ты...
- Молчи, Криски, молчи... ур-р... сейчас я проверю... проверю... ах-х... проверю,
насколько тебя, муж мой, хватит... мр-р-р, мр-р-р.
- Тебе, - дыхание его было прерывистым, на лбу выступили крупные бусины пота...
оч-чень соблазнительно выглядевшие... и я не смогла удержаться. М-ням! Ах-х! - Тебе никак
не надоест проверять... кто сдастся первым?
- А тебе?
- Никогда... Да-а... Бренда...
- Молчи, Крис, молчи...
- Ангел мой...
- Не-ет... ангелы так не умеют...
- Хорошо... ты - чертовка, Бренда. Нет, чертенка. Самая невероятная чертенка на свете!
- Мур-р! Мр-р-р!
Где-то в Тихом океане, Крис Ханко.
Будь ты трижды проклята!
Я уже не соображал почти ничего. Наверху, почти в зените пылал ослепительный белый
диск - и в его лучах сверкали тонкие полоски влаги на смуглой от загара коже. Сколько
часов... или дней... тянется эта пытка? Два? Три? А эта... демоница... суккуб, ловко
притворившийся человеком! Но сейчас ты выдала себя... ни одна женщина не способна на
такое... ни одна... кроме моей жены!
Сказать, что она двигалась медленно, - значит не сказать почти ничего. Путь улитки от
кончика к черенку по сравнению с этими движениями казался молниеносным броском.
Вдобавок Бренда еще и замирала... подолгу... и каждое мгновение этих пауз было раз в десять
мучительнее. Соленое... опять прокусил? Нет, не кровь... вот опять... это - капли пота,
срывающиеся где-то в ослепительном сиянии надо мной с самого безупречного в мире соска...
левого... или правого... но губу в этот раз точно съем.
Потом что-то неуловимо изменилось. В первый момент я даже не сообразил, что именно.
А поняв - не поверил... пока движения не ускорились настолько, что это стало совершенно
очевидно.
- Я... сейчас... взорвусь...
- Кри-и-ис-с...
- Бренда...
Этой чертовой кошке так нравится мучить меня... и себя... вот и сейчас она вновь замерла
- я едва сдержал вопль, - выпрямилась. Нарочито медленным движением откинула со лба
челку... вскинула руку, словно пытаясь указать на что-то впереди... а потом я исчез в
оглушительно-беззвучном взрыве, который вознес меня на те небеса, куда не залетают даже
ангелы.
- Проклятье, любимый...
- Что... - дышать я уже мог, но с трудом. - Что не так? У тебя в этот раз лицо было...
необычное...
- У меня... - Бренда, похоже, также не до конца восстановила контроль над легкими, -
было странное лицо... потому... что я пыталась... пыталась...
- Пыталась?
- Пыталась сказать, что вижу парус на горизонте.
Ой-е!
Милей севернее и четверть часа позже, Малыш Уин.
Малыш опустил бинокль.
- Не нравится мне этот бриг, - сказал он. - Как-то не так выглядит.
- Па-азвольте, - возразил Рысьев, - возможно этот корабль и не соответствует вашим
эстетическим запросам, но...
- Чихал я на эстетику. Лучше скажите, какого орка из всех парусов подняты одни
марсели? Или вам это странным не кажется?
- Надеюсь, - серьезно сказал вампир, - мне в скором времени представится случай
отблагодарить тамошний экипаж за эту странность, без которой нам бы было весьма
затруднительно их догнать.
- Вашими усилиями, Рысьев, вашими усилиями, - тихо пробормотал вексиль-шкипер.
Гном намекал на весло, прочность которого оказалась недостаточной для гребца-вампира.
Впрочем, даже гребя единственным оставшимся, граф гнал лодку быстрее, чем гномы
ухитрялись двумя. А то, как именно он этим веслом орудовал, навело полукровку на забавные
размышления насчет Великих озер и не столь уж недавней серии инцидентов на канадской
границе.
- Бред какой-то, - Малыш вновь поднес бинокль к глазам. - На палубе ни души, а
галсирует он так, словно и за штурвал никто не держится. Дохлый тролль, вот сейчас у него
марсели легли на стеньги, - это, по-вашему, нормально?!
- Ну, если вы потратите часа полтора на объяснения, что в этом такого
ненормального, - усмехнулся Николай, - вполне вероятно, что я разделю ваше негодование.
Уин промолчал. Будь на месте вампира кто-нибудь иной, Малыш подумал бы, что
напускная веселость призвана скрыть тревогу, но для русского неуклюже переваливающийся с
волны на волну белый бриг был весьма сомнительной причиной для подобного поведения.
Уин медленно повел биноклем вдоль борта - юта, примерно на четыре фута
возвышавшегося на палубой, до носовой надстройки, уделив при этом особое внимание
шлюпкам. Шлюпок было две - одна на рубке, а вторая стояла на ростр-блоке сбоку. Три
шлюпы, мысленно поправил сам себя полукровка, когда бриг развернулся еще чуть правее и
стала видна еще одна шлюпка. Три... а больше у таких вот кораблей обычно и не бывает... а
если и бывает, вряд ли в ней уместится весь экипаж.
- Как он называется? - спросил Ханко.
- "Бегущий по ветру".
- Хм, Название-то... тоже странное.
- Название как название, - пожал плечами вексиль-шкипер. - Как по мне, не хуже и не
лучше ста тысяч себе подобных.
- Между прочим, - вмешалась в разговор Роника, - эта загадочная странность для нас
означает кое-что приятное.
- И что же?
- А то, - насмешливо произнесла мисс Тамм, - что этот корабль не есть сотворенная
нашим коллективным воображением иллюзия. Потому как ни одна иллюзия не будет вести себя
столь идиотским образом.
- Да уж, - Викки оглянулся назад, где темным пятнышком маячил у самого горизонта
"Гордость Гномов". - Если окажется, что мы бросили плот, погнавшись за миражом...
- Между прочим, трое из нас владеют "колдовским оком".
- Да? И что ж они видят на месте этого странного корабля?
- Уин прав, - пригнувшись, Бренда выдернула из-под банки продолговатый кожаный
сверток и начала распутывать завязки. - С этим кораблем что-то не так.
- Черная аура?
Викки добыл откуда-то из глубины куртки никелированный пистолет с
непропорционально длинным стволом и сейчас глядел на него с таким видом, словно ожидал
найти в кармане белого кролика.
- Нет, - отрицательно качнул головой Рысьев. - Уж поверьте, мне как-то раз довелось
видеть корабль, отмеченный печатью Темных Сил. Такое не забудешь... и уж точно ни с чем не
спутаешь. Там чернота клубилась от борта к борту - прямо хоть помпой откачивай.
- Знаешь, как-то...
- Кончайте треп, - сухо скомандовала Бренда Ханко, подкрепив свои слова лязгом
затвора. - Сейчас мы возьмем эту посудин
...Закладка в соц.сетях
