Жанр: Научная фантастика
Криптономикон 2
...ации
"Эпифит(2)", - говорит Ави.
Тело Рэнди успело окончательно прийти в состояние "бежать или драться" - его
генетическое наследие как выжившего потомка первой одноклеточной сволочи. Наверное,
выброс адреналина очень помогал предкам, когда в их пещеру прорывались саблезубые
тигры, но для Рэнди сейчас абсолютно бессмыслен.
- От чьего имени?
- Да ладно тебе. Кандидатов не так много.
- "Спрингборд-капитал"?
- Ты сам сказал, что отец Эндрю был процветающий адвокат. Куда архетипчески
такой персонаж вложит пенсионные деньги?
- О черт.
- Ага. Боб Лоуб, отец Эндрю, очень давно сотрудничает с "АВКЛА". Они с
Дантистом добрые двадцать лет обмениваются рождественскими открытками. Когда его
идиот-сынок получил диплом адвоката, Боб, понимая, что ушибленное на голову чадо
само никуда не пристроится, пошел к доктору Хьюберту Кеплеру. С тех пор Эндрю
работает у него.
- Черт! Черт! - говорит Рэнди. - Столько лет барахтаться, чтобы удержаться на
плаву...
- О чем ты?
- Тогда, в Сиэтле, во время процесса, это был настоящий кошмар. Я остался без
единого цента, вообще без ничего, кроме девушки и знания UNIX'a.
- Это уже что-то, - говорит Ави. - Обычно одно другое исключает.
- Заткнись, - отвечает Рэнди. - Я причитаю.
- На мой взгляд, причитать - так глупо, что даже смешно. Но валяй, причитай
дальше.
- И теперь, когда я столько лет пахал как лошадь, все возвращается к началу. На
счету голяк. Только в этот раз у меня и девушки толком нет.
- Ну, - замечает Ави, - во-первых, по-моему, лучше мечтать об Ами, чем жить с
Чарлин.
- Ух! Какой ты злой!
- Иногда лучше желать, чем иметь.
- Отличная новость! - весело говорит Рэнди, - потому что...
- Посмотри на Честера. Ты бы предпочел быть Честером или собой?
- Ладно. Ладно.
- И потом, у тебя приличный пакет акций "Эпифита". Я убежден, что он чего-то да
стоит.
- Ну, смотря как будет развиваться процесс, верно? Ты дел документы?
- Конечно. Я президент компании, если ты еще не забыл.
- Ладно, так в чем суть? Какой предлог для иска?
- Дантист убежден, что компания "Семпер марин" в ходе выполняемых для нас
работ наткнулась на затонувшее военное золото.
- Он знает или подозревает?
- Читая между строк, я заключаю, что скорее подозревает. А что?
- Пока не важно. И он подает второй иск против "Семпер марин"?
- Нет! Это исключило был иск против "Эпифита".
- Почему?
- Его доводы: будь у "Эпифита" грамотный менеджмент - прояви мы должную
заботу, - контракт с "Семпер марин" был бы куда продуманнее.
- У нас есть контракт с "Семпер марин"?
- Да, - говорит Ави, - и, по мнению Эндрю Лоуба, он немногим лучше устной
договоренности. Эндрю утверждает, что мы должны были передать контракт на
экспертизу крупной юридической фирме, специализирующейся на морском
законодательстве. Фирма предусмотрела бы возможность обнаружения затонувшего
корабля при проведении гидролокационной съемки под прокладку подводного кабеля.
- Черт возьми!
Ави продолжает нарочито спокойным тоном:
- Эндрю представил для примера реальные копии реальных контрактов, где такое и
впрямь написано похожими словами. Якобы это общепринятая практика.
- То есть мы по халатности не включили этот пункт в контракт с "Семпер марин".
- Угадал. Однако Эндрю ничего не добьется, если отсутствует реальный урон. Как
по-твоему, в чем он состоит?
- Если бы мы грамотно составили контракт, нам бы причиталась часть полученных
сокровищ. А так ни мы, ни акционеры ничего не получим. Урон налицо.
- Сам Эндрю Лоуб не сформулировал бы лучше.
- И чего они от нас хотят? У корпорации не такие большие карманы. Мы не можем
откупиться наличными.
- Ой, Рэнди, речь не об этом. Дантисту не нужен наш чулок с медяками. Речь о
власти.
- Ему нужен контрольный пакет "Эпифита".
- Да. И это хорошо.
Рэнди запрокидывает голову и хохочет.
- Дантист может получить любую компанию, какую захочет. Но он положил глаз
на "Эпифит". Почему? Потому что мы - супер. У нас есть контракт на Крипту. У нас
есть светлые головы. Перспектива организовать первый в мире настоящий
информационный рай и выпустить первую в мире настоящую электронную валюту
фантастически увлекательна.
- Согласен.
- Не забывай, что по сути у нас очень сильные позиции. Мы - как самая
привлекательная девчонка в мире. Своим дурным поведением Дантист просто показывает,
что не прочь затащить нас в койку.
- И поиметь.
- Да. Уверен, что Эндрю велено уличить нас в халатности и обязать к выплате
возмещения. Дальше суд обнаружит, что такого возмещения нам не потянуть. И тут
Дантист великодушно согласится вместо денег принять акции "Эпифита".
- И все скажут, что есть в мире справедливость, поскольку он одновременно
получит контроль над компанией и сможет проследить, чтобы она управлялась грамотно.
Поэма, и только.
Ави кивает.
- Поэтому он не будет судиться с "Семпер марин". Если он что-то от них получит,
то вынужден будет забрать свой иск против нас.
- Верно. Что не помешает ему подать иск против них позже, после того, как он
разберется с нами.
- Вот подлянка! Получается, любой ценный предмет, поднятый Шафто с лодки,
добавляет нам неприятностей.
- Каждый цент, заработанный Шафто, это урон, который мы якобы причинили
акционерам.
- Может, уговорим Шафто повременить с операцией по подъему?
- Эндрю Лоубу не за что нас зацепить, пока он не докажет, что содержимое лодки
чего-то стоит. Если Шафто будут поднимать с нее ценности, он сделает это запросто. Если
не будут, ему придется как-то еще устанавливать стоимость лодки.
Рэнди ухмыляется.
- Задачка, между прочим, не из простых. Шафто сами пока не знают, что там. У
Эндрю, наверное, нет даже координат.
- В исковом заявлении указаны широта и долгота.
- Черт! Сколько знаков после запятой?
- Не помню. Если бы там была какая-то уж очень высокая точность, я бы, наверно,
обратил внимание.
- Как вообще Дантист узнал про лодку? Дуг старался сохранить ее в тайне, а он в
секретных операциях кое-что смыслит.
- Ты сам мне сказал, - говорит Ави, - что Шафто пригласили немецкого
телепродюсера. Какая уж тут секретность.
- Они приняли все меры предосторожности. Тетечка прилетела в Манилу, где ее
взяли на борт "Глории-IV", велев прихватить только самое необходимое. Все проверили,
убедились, что у нее нет с собой джи-пи-эски. Вышли в Южно-Китайское море и
некоторое время кружили, чтобы она не могла определить координаты по счислению
пути. А потом уже доставили на место.
- Я был на "Глории". Там джи-пи-эски на каждом шагу.
- Ей не давали на них смотреть. Дуг Шафто не мог так проколоться. Не такой это
человек.
- Ладно, - говорит Ави, - в любом случае вряд ли утечка исходила от немцев.
Помнишь Болоболо?
- Филиппинский синдикат, бывшие хозяева Виктории Виго, нынешней жены
Дантиста. Возможно, они и подсунули ее Кеплеру. Таким образом, он отчасти у них в
руках.
- Я бы сформулировал иначе. Сказал бы, что у них с Дантистом давние
взаимовыгодные отношения. И, думаю, Болоболо как-то проведали о находке. Может
быть, высокопоставленный Болоболо записал разговор в номере немецкой
телепродюсерши. Или низкопоставленный Болоболо приглядывал за Шафто и за тем,
какое оборудование они заказывают.
Рэнди кивает.
- Такое возможно. Предположим, у Болоболо свои люди в аэропорту Ниной Акино.
Они могли заметить, что Дугласу Макартуру Шафто срочно доставили дистанционно
управляемый подводный аппарат. В такое я поверю.
- Предположим.
- Но это не дало бы им широты и долготы.
- Готов поспорить на половину моих акций "Эпифита", что они использовали
SPOT.
- SPOT? А, что-то знакомое. Французский спутник наблюдения поверхности
земли?
- Да. Можно за относительно приемлемые деньги купить на нем время. И
разрешение достаточное, чтобы отличить "Глорию-IV" от, скажем, контейнеровоза или
нефтеналивного судна. Стоит лишь дождаться сигнала лазутчиков, что "Глория" вышла в
море с оборудованием для водолазных работ, а потом засечь ее со спутника.
- Какую точность дает SPOT в смысле широты и долготы? - спрашивает Рэнди.
- Хороший вопрос. Попрошу кого-нибудь узнать.
- Если в пределах сотни метров, Эндрю сможет просто отправить туда людей. Если
больше, ему придется делать собственную съемку.
- Если он не затребует эту информацию повесткой, - говорит Ави.
- Хотел бы я посмотреть, как Эндрю Лоуб станет бодаться с филиппинским
судопроизводством.
- Ты не на Филиппинах - забыл?
Рэнди сглатывает - снова получается похоже на "голлум".
- Есть у тебя информация о подлодке в ноутбуке?
- Если и есть, то зашифрованная.
- Он потребует ключ повесткой.
- Что, если я забуду ключ?
- Это лишний раз докажет, какой ты хреновый менеджер.
- Все лучше, чем...
- Как насчет электронной почты? - спрашивает Ави. - Не посылал ли ты
координат е-мейлом? Не записывал ли их в файл?
- Может быть. Но все зашифровано.
Внезапно помрачневшее лицо Ави разглаживается.
- В чем дело? - спрашивает Рэнди.
- В том... - Ави поворачивает голову в общем направлении Лос-Альтоса, - что я
вдруг вспомнил про Гроб.
- И сенью гробовой идет вся наша почта, - говорит Рэнди.
- И файлы наши на его винчестере лежат, - добавляет Ави.
- И в штате Калифорния стоит он, где по суду изъять его проблемы нет.
- Предположим, какой-то е-мейл ты разослал нам всем, - говорит Ави. - В таком
случае программа Кантрелла, установленная на Гробе, сделала копии этого сообщения,
зашифровала каждую открытым ключом получателя и разослала адресатам, которые по
большей части хранят свою старую почту на диске Гроба.
Рэнди кивает.
- Значит, если Эндрю изымет Гроб, он потребует, чтобы ты, Берил, Том, Джон и Эб
предоставили свои ключи. И если вы все разом их позабудете, будет ясно, что это наглая
ложь.
- И неуважение к суду, - добавляет Ави.
- Больше сигарет, - заключает Рэнди. Это сокращенная форма фразы: "Мы
закончим в тюрьме любовниками парня, у которого будет больше сигарет". Ави сочинил
ее во время первой тяжбы с Эндрю Лоубом и столько повторял с тех пор, что она
сократилась до двух ключевых слов. Слыша ее из собственных уст, Рэнди возвращается
на несколько лет назад и чувствует ностальгический боевой пыл. Впрочем, его задор был
бы сильнее, если бы тогда он выиграл процесс.
- Я как раз пытаюсь сообразить, знает ли Эндрю о существовании Гроба, -
говорит Ави.
Они поворачивают и по собственным следам идут к дому Ави. Рэнди замечает, что
Ави прибавил шаг.
- Почему нет? Люди Дантиста держат нас за жопу с тех самых пор, как мы отдали
им акции.
- Я слышу горечь в твоем голосе.
- Ничего подобного.
- Может, ты недоволен, что я отдал Дантисту акции, чтобы уладить тот первый иск.
- То был траурный день. Но ничего другого не оставалось.
- Ладно.
- Если я начну предъявлять такие претензии, ты сможешь предъявить претензию,
что я не заключил нормального контракта с "Семпер марин".
- Но ты же заключил! Устная договоренность. Десять процентов.
- Верно. Давай поговорим про Гроб.
- Гроб стоит в закутке, который мы снимаем у "Новус Ордо Секлорум Системс
инкорпорейтед", - говорит Ави. - Я знаю, что люди Дантиста никогда не были в
"Ордо".
- Мы платим "Ордо" за аренду. Они видели квитанции.
- Пустяковые суммы. За складское помещение.
- Компьютер - дареный металлолом с бесплатным программным обеспечением.
Здесь никаких бумажных следов, - говорит Рэнди. - Как насчет канала Т1?
- Про канал Т1 они должны знать, - говорит Ави. - Это и дороже, и значительно
интереснее, чем аренда складского помещения. И бумажный след оставляет в милю
шириной.
- Но знают ли они, куда он ведет?
- Достаточно пойти в телефонную компанию и спросить, где кончается провод.
- И что это им даст? Улицу и номер дома? Офисное здание в Лос-Альтосе, -
говорит Рэнди. - Там этих компаний не меньше пяти.
- Но если они пораскинут умом - боюсь, у Эндрю мозгов хватит, - то заметят,
что одна из этих компаний - "Новус Ордо Секлорум Системс инкорпорейтед".
Запоминающееся название. То же, что на квитанциях.
- И выписывается повестка... Кстати, когда ты услышал про иск?
- Мне позвонили с самого утра. Вы еще спали. До сих пор не могу поверить, что ты
доехал из Сиэтла одним махом.
- Старался подражать молодым Шафто.
- Ты же говорил, что они - тинэйджеры.
- Думаю, тинэйджеры такие не из-за возраста. Просто им нечего терять. Они
располагают немереным временем и одновременно страшно торопятся узнать жизнь.
- Примерно таково твое нынешнее состояние?
- В точности мое нынешнее состояние.
- Плюс спермотоксикоз.
- Да. Но против этого есть средства.
- Не смотри на меня так, - говорит Ави. - Я не мастурбирую.
- Никогда?
- Никогда. Формально завязал.
- Даже когда в отъезде на месяц?
- Даже тогда.
- Чего ради над собой издеваться?
- Это усиливает мою привязанность к Деборе. Улучшает нашу сексуальную жизнь.
Дает мне стимул вернуться домой.
- Очень трогательно, - говорит Рэнди. - Может, это и впрямь мысль.
- Безусловно.
- Но сейчас я на такой мазохизм не способен.
- Почему? Боишься, что это подтолкнет тебя...
- На иррациональное поведение? Вот именно.
- То есть, - говорит Ави, - ты каким-то образом по-настоящему свяжешь себя с
Ами.
- Знаю, ты думаешь, что риторически двинул меня под дых, - говорит Рэнди, -
однако твои предпосылки полностью неверны. Я готов в любую минуту связать себя с
Ами. Но, черт возьми, я даже не уверен, что она гетеросексуальна. Безумием было бы
отдавать свою половую жизнь на откуп лесбиянке.
- Будь она лесбиянка - исключительно, - ей бы хватило совести тебе об этом
сказать, - говорит Ави. - Мое впечатление от Ами, что она руководствуется чутьем.
Чутье говорит ей, что в тебе недостает страсти. А без этого такая женщина ни на какие
отношения не пойдет.
- А если я перестану мастурбировать, то стану таким маньяком, что Ами в меня
поверит?
- Да. Именно так думают женщины, - говорит Ави.
- Ты вроде бы раньше не мешал деловые разговоры с личными?
- Разговор у нас деловой, поскольку речь о том, что творится у тебя в душе и в
голове и какие новые возможности это перед тобой открывает.
Минут пять они идут молча.
Рэнди произносит:
- Мне казалось, мы собирались побеседовать об уничтожении улик.
- Как любопытно, что ты затронул эту тему. И каково твое мнение?
- Вообще-то я против, - говорит Рэнди. - Но чтобы победить Эндрю Лоуба,
готов на все.
- Больше сигарет, - напоминает Ави.
- Во-первых, надо разобраться, есть ли в этом необходимость. Если Эндрю уже
знает, где подлодка, то зачем трепыхаться?
- Согласен. Но если у него только общие представления, то Гроб становится очень
важен, - отвечает Ави. - Если, разумеется, нужная информация в нем есть.
- Почти наверняка, - кивает Рэнди. - В мою электронную подпись включаются
координаты с джи-пи-эс. Я послал по меньшей мере один е-мейл с "Глории", когда мы
стояли на якоре рядом с подводной лодкой. Значит, там есть и широта, и долгота.
- В таком случае это и впрямь немаловажно. Если Эндрю добудет точные
координаты подлодки, он сможет послать туда водолазов, составить опись и предъявить
суду конкретные цифры. Много времени не потребуется. И если цифры превысят
половину стоимости "Эпифита", что, no-правде говоря, не так и трудно, то мы попадаем к
Дантисту в рабство.
- Ави, она под завязку нагружена золотыми слитками.
- Да ты что?
- Да. Ами сказала.
Теперь Ави останавливается и булькает горлом.
- Прости, что не предупредил раньше, - говорит Рэнди, - я не сразу понял, как
это важно.
- Откуда Ами знает?
- Позавчера вечером, перед самолетом, я помогал ей проверить почту. Дуг прислал
сообщение, что обнаружено несколько неразбитых тарелок немецкого кригсмарине. Это
условный код для золотых слитков.
- Ты сказал "под завязку". Можешь перевести это в конкретные цифры, к примеру,
в доллары?
- Ави, не один ли хрен? Думаю, если Эндрю Лоуб об этом узнает, нам в любом
случае крышка.
- Н-да, - говорит Ави. - То есть у гипотетического субъекта, решившего
уничтожить улики, был бы вполне серьезный мотив.
- Пан или пропал, - соглашается Рэнди.
Разговор на время прекращается, поскольку им надо пересечь Тихоокеанскую
Прибрежную магистраль, и оба согласны, что задача не угодить под колеса требует
полного сосредоточения. Последние две полосы они преодолевают бегом, пользуясь
затишьем в потоке машин. После этого обоим неохота снова переходить на шаг, и они
бегут через парковку ближайшего продмага в лесистую лощину, где стоит дом Ави.
Открыв дверь, Ави выразительно показывает пальцем на потолок, подразумевая, что
дом может прослушиваться. Подходит к мигающему автоответчику, вытаскивает кассету,
засовывает ее в карман, идет в гостиную, игнорируя ледяные взгляды еврейских нянь,
недовольных, что он ходит по дому в обуви, и поднимает с пола яркую пластмассовую
коробочку. У нее закругленные углы, ручка, разноцветные кнопки и микрофон на
длинном желтом шнуре. Ави выходит в заднюю дверь; микрофон, подпрыгивая, тянется
за ним. Рэнди огибает дом с улицы, через высохшую лужайку и кипарисовую рощицу.
Вместе они спускаются в ложбинку, которую не видно с улицы. Ави садится на корточки,
вынимает из детского магнитофона кассету с песенками, вставляет кассету от
автоответчика, перематывает и запускает.
- Привет, Ави. Это Дэйв. Звоню из "Новус Ордо Секлорум Системс". Я тамошний
президент, если помнишь. У нас стоит ваш компьютер. Так вот, к нам только что
приходили гости. В пиджаках и при галстуках. Сказали, что хотели бы взглянуть на
компьютер и будут страшно благодарны, если мы отдадим его добром. А если нет, они
вернутся с ордером и с полицейскими, перевернут тут все вверх тормашками и все равно
его заберут. Мы пока разыгрываем дурачков. Перезвони.
- Машина сказала, что там два сообщения, - говорит Ави.
- Привет, Ави. Это снова Дэйв. Разыгрывать дурачков не получилось, и мы просто
послали их подальше. Главный озверел. Попросил меня выйти. Мы довольно
недружелюбно побеседовали в "Макдоналдсе" через улицу. Он сказал, что я идиот. Что
когда они придут и все перевернут в поисках Гроба, наши акционеры понесут
значительные убытки. Что это, вероятно, станет причиной иска миноритарных акционеров
ко мне, и он сам с удовольствием составит исковое заявление. Я пока не объяснил ему,
что в "Ордо" всего пять акционеров, и все мы работаем здесь. Менеджер "Макдоналдса"
попросил нас выйти, потому что мы мешаем детям есть "Happy Meals". Я притворился
напуганным и сказал, что пойду и посмотрю, насколько сложно вынести Гроб. Вместо
этого я звоню тебе. Хэл, Рик и Керри перекачивают нашу систему на удаленный
компьютер, чтобы, когда копы устроят нам тарарам, ничего не пропало. Пожалуйста,
перезвони. Пока.
- Черт, - говорит Рэнди. - Я чувствую себя полным говном, что у Дэйва из-за нас
такие неприятности.
- Для него это отличная реклама, - успокаивает Ави. - Наверняка Дэйв уже
пригласил съемочные группы пяти разных телекомпаний, они все сидят в "Макдоналдсе"
и до одури накачиваются кофе.
- Ну... и что, по-твоему, мы должны сделать?
- Я, без вариантов, еду туда, - говорит Ави.
- Ты знаешь, мы можем просто расколоться. Рассказать Дантисту про
договоренность. Насчет десяти процентов.
- Рэнди, выброси это из головы. Дантисту насрать на подлодку. Дантисту насрать
на подлодку.
- Дантисту насрать на подлодку, - повторяет Рэнди.
- Поэтому сейчас я поставлю кассету на место, - говорит Ави, вынимая ее из
магнитофона, - и поеду на большой скорости.
- А я сделаю то, что велит мне совесть, - говорит Рэнди.
- Больше сигарет, - напоминает Ави.
- Я не буду делать это отсюда, - говорит Рэнди. - Я сделаю это из султаната
Кинакута.
РОЖДЕСТВО 1944-ГО
Гото Денго показал Ина лейтенанту Мори и охранникам, ясно объяснив, что не надо
закалывать этого китайца и проворачивать штык в его внутренностях, кроме как по очень
серьезной причине, скажем, при подавлении бунта. Качества, столь ценные для Гото
Денго, делают Ина наиболее вероятным зачинщиком массового побега.
Как только отбывает генерал со своим адъютантом, Гото Денго разыскивает Ина -
тот руководит проходкой диагональной штольни к озеру Ямамото. Ин из тех, кто
вдохновляет личным примером; сейчас он работает в забое, до которого надо несколько
сот метров ползти на четвереньках. Гото Денго приходится подойти к туннелю со стороны
Голгофы и отправить в штольню рабочего. Тот надевает ржавую каску для защиты от
падающих с кровли камней и пропадает в темноте.
Ин появляется, черный от каменной пыли, осевшей на потном липе, в красных
ссадинах от камней. Несколько минут он методично отхаркивает пыль из легких.
Периодически сворачивает язык трубочкой, выстреливает мокротой в стену и
внимательно изучает, как она стекает по камню. Гото Денго вежливо ждет. Система
китайских медицинских верований наделяет мокроту чрезвычайно большим значением, и
работа под землей дает заключенным обильную пищу для разговоров.
- Вентиляция плохая? - спрашивает Гото Денго. В языке шанхайских борделей
нет таких специальных терминов, как "вентиляция"; их он узнал от Ина.
Ин кривится.
- Хочу закончить туннель. Не хочу новые вентиляционные шахты. Трата времени.
Чтобы рабочие не задыхались в забое, надо через определенные интервалы
проходить вертикальные стволы, соединяющие выработку с поверхностью. Они отняли не
меньше труда, чем сама штольня, и рабочие надеялись, что без новых удастся обойтись.
- Далеко еще? - спрашивает Гото Денго, когда у Ина заканчивается новый
пароксизм кашля.
Ин задумчиво глядит вверх. План Голгофы запечатлен у него в мозгу лучше, чем у
ее проектировщика.
- Пятьдесят метров.
Проектировщик поневоле улыбается.
- И все? Превосходно.
- Теперь мы продвигаемся быстро, - с гордостью говорит Ин, и в свете фонаря на
мгновение вспыхивают его зубы. Тут он вспоминает, что всего лишь заключенный в
лагере смерти, и прячет улыбку. - Напрямик было бы еще быстрее.
Ин имеет в виду, что диагональ к озеру Ямамото:
на плане проложена так. Но Гото Денго, не меняя чертежей, приказал, чтобы на
самом деле ее проходили так:
Перегиб заметно удлинил туннель. Более того, порода скапливается в пологой
западной части, и ее приходится выгребать вручную. О перегибе знают лишь сам Гото
Денго, Ин и рабочие Ина. Истинное его назначение известно лишь Гото Денго.
- Не надо напрямик. Продолжайте, как я сказал.
- Да.
- Кроме того, потребуется новая вентиляционная шахта.
- Еще одна! Нет... - протестует Ин.
Вентиляционные шахты, показанные на плане, с их жуткими изломами, отняли
неимоверное количество сил.
Однако Гото Денго несколько раз приказывал Ину и его команде начинать новые
вентиляционные шахты, потом менял решение, и работа оставалась незаконченной.
- Новые вентиляционные шахты будем проходить сверху, - говорит Гото Денго.
- Нет! - Ин в полном недоумении. Безумие пробивать вертикальный ствол сверху
вниз и вытаскивать породу наверх. Если делать наоборот, она сама ссыплется вниз, и ее
несложно откатить.
- Получите еще помощников. Филиппинских рабочих.
Ин ошеломлен. Он еще больше, чем Гото Денго, отрезан от мира и должен
догадываться о ходе войны по мучительно косвенным намекам. Заключенные складывают
обрывки сведений в причудливые теории, настолько далекие от истины, что Гото Денго
посмеялся бы, если бы сам не был в таком же положении. И он, и капитан Нода узнали,
что Макартур высадился на Лейте, а японский флот разгромлен, только от генерала.
Одно Ин и другие рабочие угадали правильно: в Бандоке используют заключенныхкитайцев,
чтобы обеспечить секретность. Если кто-то из них сбежит, то окажется на
острове, вдали от родины, среди людей, не говорящих на его языке и не питающих к нему
особой приязни. То, что пригонят филиппинцев, наводит на размышления. Всю ночь
китайцы будут перешептываться и строить догадки.
- Нам не нужны еще рабочие. Мы почти закончили, - говорит Ин. Гордость его
снова уязвлена.
Гото Денго указательными пальцами постукивает себя по плечам, подразумевая
эполеты. Ину требуется секунда, чтобы понять: речь о генерале. На его лице проступает
заговорщицкое выражение. Он подходит на полшага ближе.
- Приказы, - говорит Гото Денго. - Будем бить много вентиляционных шахт.
До прибытия в Бандок Ин не был шахтером, но теперь настоящий горняк и глубоко
озадачен. Что немудрено.
- Вентиляционные шахты? Куда?
- Никуда, - говорит Гото Денго.
На лице Ина по-прежнему написано непонимание. Он думает, будто Гото Денго изза
плохого знания шанхайского что-то не так сказал. Но Гото Денго знает: Ин скоро
додумается. Как-нибудь ночью, в то тревожное время, которое всегда предшествует сну.
Тогда он поднимет мятеж. Люди лейтенанта Мори будут готовы: откроют огонь из
минометов, взорвут мины, прочешут автоматными очередями тщательно спланированные
сектора обстрела. Никто из рабочих не уцелеет.
Гото Денго этого не хочет. Он хлопает Ина по плечу.
- Я дам тебе указания. Мы сделаем особую шахту.
С этими словами Гото Денго поворачивается и уходит; на нем еще маркшейдерские
работы. Он знает: Ин успеет все вовремя сопоставить и спасти им жизнь.
Прибывают филиппинские заключенные. Колонны превратились в нестройные
вереницы, люди волочат сбитые ноги, оставляя на дороге липкие красные следы.
Японские солдаты, которые гонят их пинками и штыками, выглядят ненамного лучше.
Гото Денго понимает, что заключенных гнали два дня без остановки, с тех самых пор, как
получили приказ. Генерал обещал пятьсот новых работников. Дошло меньше трехсот. На
носилках никого не тащат - статистический нонсенс, учитывая их среднее физическое
состояние. Понятно, что остальные двести обессилели по дороге и их добили на месте.
Бандок исключительно щедро снабжается горючим и провиантом. Гото Денго
приказывает, чтобы заключенных и конвоиров одинаково хорошо покормили, и дает им
день отдыха.
Потом отправляет на работу. Он уже давно руководит людьми, поэтому с ходу
отбирает лучших. Среди новоприбывших есть некий Родольфо - беззубый, пучеглазый,
седой, с большим жировиком на щеке. У него непомерно длинные руки с кистями, как
абордажные крючья, и растопыренные пальцы на ногах, как у ди
...Закладка в соц.сетях
