Жанр: Научная фантастика
Нисхождение
... же размера, только ярче. Оно было на вид скорее белым,
чем желтым. Небо тоже было иное: снизу, над линией горизонта - бледновытое сероголубое
с немного красноватым оттенком, а чем выше, тем его доминирующий цвет
постепенно становился ближе к фиолетово-розовому - как предзакатный отсвет на
земных облаках.
Зрение, наконец, более или менее адаптировалось к избытку света и Сплин смог
полноценно оглядеть окружающую действительность. Космопорт располагался в
котловине почти круглой формы естественного происхождения с пологими, как стенки
чайного блюдца склонами, площадью в несколько квадратных километров. Центральная
часть дна котловины, предназначенная для посадки крупных аппаратов, была покрыта
пластобетонными плитами, но большая часть имела естественную поверхность, почти
столь же гладкую. Видимо, это было дно давным-давно пересохшего водоема, теперь
покрытое плотной, потрескавшейся крупными ячейками, соляной коркой песчаного
цвета. По краям взлетного поля располагались административные, эксплуатационные
и складские постройки, с такого расстояния казавшиеся игрушечными - шаттл сел
почти в центре. Среди построек выделялось административно - вокзальное здание с
грибом диспетчерской вышки и разнообрезными антеннами на крыше. Сплин разглядел
приближающийся к нему фургон с пассажирами, которые выгрузились первыми и
несколько двигающихся в направлении коробчатых складских модулей приземистых
большеколесных грузовозов, поднимающих за собой слабый шлейф пыли, относимый
ветром в сторону. Они были уже далеко, шум моторов был едва слышен. Склоны
котловины со всех сторон покрывали джунгли, смотревшиеся на светлом фоне влетнопосадочного
поля неопределенно темными.
Доплер велел всем пока осматривать достопримечательности, а сам отошел чуть в
сторону, достал трубку коммуникационного устройства, зубами вытащил короткую
антенну и, установив связь, принялся договариваться с местными насчет
транспорта, постепенно переходя на повышенные тона, а с них на мат - их ждали
позже и поэтому с транспортом не очень-то разбежались. Сплин слушал вполуха не
слишком озабоченно: солдат спит - служба идет.
Затем он обошел шаттл, чтобы лучше видеть панораму с другой стороны. Шагалось
тяжеловато - он не вполне отошел от гиперсна, да и повышенная гравитация после
расслабухи гиперсна немного давила. Это не особенно тревожило, тренированный
организм скоро должен был привыкнуть. Подошвы десантных ботинок глухо бухали по
пластобетонным плитам. Звук на открытом пространстве был непривычный, более
рассеянный. Там и сям между плитами пророс какой-то местный эквивалент бурьяна,
который, похоже, регулярно выжигался двигателями приземляющихся аппаратов и не
менее регулярно вырастал снова.
Термостойкое покрытие корпуса шаттла потрескивало, остывая. В дальнем краю поля
выднелись ряды разнообразных летательных аппаратов местной авиации и комплексы
для ее обслуживания. Сплин узнал некоторые модели, в том числе военные образцы,
описания которых присутствовали в учебных базах. В целом космопорт был почти
пуст и особого движения не наблюдалось. Это казалось неестественным, точнее
непривычным, если вспомнить дикую перегруженность и безумную плотность движения,
характерную для всех транспортных коммуникаций, которыми Сплин пользовался на
Земле. Он решил, что в провинциальности, безусловно, есть свои плюсы - жизнь
здесь не такая суматошная.
Жара заставила Сплина прекратить осмотр местности и переместиться в тень,
отбрасываемую корпусом шаттла. Большая часть группы расположилась в поисках
защиты от палящего солнца там же. Сплин устало сел прямо на бетон, с трудом
подавляя желание лечь, положив под затылок фуражку-бейсболку. Прохладнее в тени
не было, но по крайней мере прямые лучи не жарили. Доплер закончил переговоры,
спрятал рацию, и вразвалку направился к ним. Он не стал строить всех "во фрунт",
а небрежно заметил:
- Зря вы тут расселись, ребятки - у старых моделей были "грязные" движки, так
что бетон наверняка фонит.
Народ оперативно повскакивал, подозрительно глядя себе под ноги, как будто
радиоактивное излучение можно было увидеть. Вскоре два вертолета из стоящих на
площадке внутреннего аэропорта оторвались от земли и двинулись в их сторону.
Чуть позже они приблизились настолько, что можно было их разглядеть. Хлопающий
гул двигателей вблизи был оглушительным, так как подавители шума не были
включены, а может и вовсе отсутствовали - модель была старая, а эти образчики,
судя по давно выцветшей окраске, полустертым номерам и эмблемам Корпорации на
бортах, были едва ли не ровесниками самых молодых бойцов их отряда. Это были
военно-транспортные машины модели "Конвей" средней грузоподъемности, имеющие
продолговатый, похожий на сардельку, корпус и два несущих винта на крыше -
спереди и сзади, из-за которых в миру за данной моделью водилось прозвище
"Верблюд". Были также коротенькие крылья в кормовой трети корпуса, где
располагались вспомогательные реактивные двигатели, играющие главным образом
роль средств стабилизации и маневрирования. Пилотская кабина располагалась
спереди между тупым носом и шишковатым наростом двигательного отделения первого
несущего винта. В условиях отдаленности от высоких технологий современности в
использовании вертолетов в качестве транспорта был резон: они требовали
относительно просто изготовляемого топлива, запчастей и инфраструктуры
обслуживания. Кроме того, часто при доставке груза требовалось зависнуть прямо
над головами из-за отсутствия места для посадки, при этом не подпалив людей
двигателями.
Машины сели неподалеку от шаттла. Доплер, прижимая к голове фуражку, пригибаясь
в сопротивлении воздушному потоку, подбежал к кабине ближайшего вертолета и чтото
проорал пилоту, высунувшемуся в открытое боковое стекло. Пилот, как ни
странно, несмотря на шум моторов, его вроде бы понял, потому что энергично
кивнул и махнул рукой себе за спину - грузовой трап, представлявший собой
плоское дно чуть задранной кормы, медленно открылся, как нижняя челюсть
кашалота. Почти одновременно отвалился трап второго вертолета.
Кресел внутри не было, а были две низенькие линии откидных полужестких сидений
вдоль обвешанных грузовыми крепежными сетями стен, как в вагонах подземки,
только в полтора раза компактнее и с ремнями безопастности. Внутри гул
двигателей был существенно тише, чем снаружи и не так давил на барабанные
перепонки - грузовой отсек был отчасти звукоизолирован. Было так же жарко, как
на улице, пахло какой-то смесью моторного масла, отработанного топлива,
нагретого пластика и неопознаваемыми остатками запахов перебывавших здесь за
долгий период грузов. Сплин обратил внимание, что Фрост, усевшийся напротив,
потянул носом воздух, взгляд его на короткое время устремился куда-то не то
внутрь, не то сквозь, левая сторона рта изогнулась в задумчивой полуулыбке. Но
тень узнавания слетела с его лица так же быстро и неожиданно, как и возникла,
оно снова приняло обычное бесстрастное выражение. Не впервый раз Сплин замечал
за Фростом проблески замашек, свидетельствующих о том, что он далеко не
настолько "чайник" в деле, как большая часть группы, как старался представить он
сам, нарочно напрягаясь вполсилы во время тренировочного курса, в то время как
многие были на грани.
Лететь пришлось довольно долго. Сплин отсидел себе всю задницу, а некоторым
сидячих мест вообще не хватило. Он поворачивался на мелком и коротком сидении и
так и эдак, но помогало это мало. Прислонить голову к поверхности внутренней
обивки и поспать не вышло - стена чувствительно вибрировала, вызывая в зубах
частое дребезжание, а низенькая спинка сидения была долговязому Сплину где-то на
уровне ниже лопаток. В окошке изрядно закопеченого иллюминатора разноцветным
ковром на сколько хватает глаз проплывали джунгли. Несколько раз мелькнули
поселки и вроде какой-то завод, блеснула извилистая линия реки. Через бортовой
иллюминатор листва верхнего яруса растительности в долинах казалась такой
плотной, что по ней можно ходить, не проваливаясь. Местность была пересеченная,
вертолеты шли на высоте около пятисот метров. Когда гребень очередного холма
проплывал метрах в двадцати под брюхом фюзеляжа, было видно, как вспархивают в
разные стороны вспугнутые птицы причудливой расцветки. Примерно через час
вертолет сбавил скорость, снижаясь, описал небольшую дугу и, чуть задрав нос,
приземлился в небольшой долине на неприметной поляне, которую Сплин и не заметил
сверху. Открылся грузовой трап и вояки, неуклюже переставляя затекшие ноги,
вышли наружу. Поляна поросла невысокой, по колено, травой горчично-желтого, у
корней ближе к зеленому, цвета, такой насыщенности, какой Сплин у земной травы
никогда ни в одно из времен года не видел. По краям поляны рос кустарник,
переходящий в заросли джунглей, столь густые на первый взгляд, что передвижение
по ним казалось немыслимым. Как только все выгрузились, вертолеты тут же набрали
высоту и улетели. Стрекочущий шум их двигателей быстро затих вдали.
Смесь непривычных для обоняния тропических запахов защекотала в носу, Сплин
забористо чихнул, проглотив несколько насекомых, полчища которых жужжали,
гудели, пищали вокруг, действуя на нервы городскому жителю. Большинство из них
изъявило настырное желание испить человечьей крови, хоть человек и был чуждым,
относительно новым элементом планетарной экологии и в местные пищевые цепи прямо
не вписывался. От укусов болезнетворных кровососов должны были помочь прививки,
сделанные в последнюю неделю тренировочного курса. Воздух был застойный, горячий
и влажный, как в парной. Пить захотелось еще в вертолете, теперь же вода
занимала все мысли.
Из-под полога обширной пестрой маскировочной сетки "хамелеон", тщательно
закрывающей жилые палатки и нагромождения грузовых контейнеров, материлизовался
голый по пояс мужик неопределенного возраста в промежутке от 20 до 45. Он был
среднего роста, обладал стройной, атлетичной фигурой, смугловатой гладкой кожей
и рельефной, но не выпирающей мускулатурой. Никаких армейских или блатных
татуировок. Черты его лица были тонкими и правильными, если не сказать
аристократичными, но не обладающими никакими запоминающимися признаками, за
исключением недельной щетины. После перемещения взгляда на другой объект, такое
лицо тут же забывалось. Оно могло принадлежать преуспевшему в жизни научному
работнику или бизнесмену, если бы не циничное и жесткое общее впечатление. Все
это наводило на мысль о весьма профессиональном вмешательстве пластического
хирурга, а может и морфогенетика.
Встречающий остановился в нескольких метрах от группы прибывших, нисколько не
щурясь от бьючего прямо в глаза солнца, цепко оглядел оглядел воинство,
остановил взгляд своих удивительно черных, как дула пистолетов, без признаков
радужных оболочек глаз на Доплере и удивленно поднял бровь.
- Сержант? А мир и вправду тесен. Рад видеть живым и на свободе. А где же
Зальцман? - голос был доброжелательный и спокойный, как у дорогого
психоаналитика.
Бойцы переглянулись, услышав, как Доплера назвали Сержантом. Видимо это прозвище
прилипло к нему еще в детском саду, если, конечно тот когда-либо ходил в детский
сад, а не сразу в десантное училище или где он там учился делать людям "бо-бо".
- Слэш... А ты хорошо сохранился, наверное, много работал над собой, - тот в
ответ улыбнулся и пожал плечами. - Зальцман не явился, прихватив задаток. Я за
него. Вот предписание. Ты пригласишь нас войти или так и стоять на солнце?
Слэш глянул на документ, удостоверяющий полномочия Доплера, вынул из кармана
форменных брюк предмет, напоминающий пульт дистанционного управления, навел его
на невысокий, около метра, куст, один из многих, окружавших поляну, слева от
себя, нажал на пару кнопок. Проследив за его взглядом, Сплин заметил как вполне
естественно выглядящее растение, развернулось от их группы в противоположную
сторону - к обступавшим поляну джунглям. Сквозь листья на миг проглянул ствол
какого-то стационарного оружия.
- Конечно, входите, - он зазывно мотнул головой в сторону укрытого маскировочной
сеткой лагеря, так пастор приглашает темных и грешных прихожан посетить
церковь. - Вода вон в том здоровом термосе, те пустые палатки для вас,
располагайтесь. Отдыхайте пока. За пределы периметра лучше не выходить -
потеряетесь или съедят.
- Что за хренотень, зачем ты наставлял на нас караульный лазер, я же связывался
с вами из вертолета и предупредил о нашем прибытии, - недовольно насел на Слэша
Сержант.
- Доверяй, да проверяй, коллега. Только так. Ты же сам знаешь.
По дороге к офицерской палатке, Слэш вкрадчиво поинтересовался у Доплера:
- Кстати, где ты набрал этих пионеров? У большинства из них выраженно зеленый
вид, а противники, сам знаешь, у нас серьезные. То есть я не хочу, конечно,
сказать, что ты...
- Это не я, - оборвал Слэша Доплер. - Мне вся команда в комплекте досталась.
- А может быть ты случайно не в курсе, с чего это вдруг старина Зальцман столь
низко уронил свой образ профессионала, о котором он так ревностно печется, и
грубо кинул нашего нанимателя?
Доплер почесал затылок, и неуверенно ответил:
- Зальцман неплох в деле, но всегда был отменным рвачом, способным продать и
заложить родную мамочку, так что хрен его разберет, если встречу - спрошу.
Слэш, который в рамках этого задания был одним из офицеров, соблюдая
субординацию, церемонно откинул перед Доплером полог офицерской палатки и
торжественно сказав в проем:
- Джентельмены, к нам прибыл Главнокомандующий.
В ответ на эту ехидную реплику, Доплер несильно двинул его локтем в стальной
пресс и вошел, после внутри скрылся и Слэш.
Сплин посмотрел им вслед, затем встал в хвост очереди к бочке-термосу, которая
насчитывала десяток еще не утоливших жажду страждущих. Проклятые насекомые
ползали по лицу, роба прилипла к вспотевшей коже, ручейки пота, щекоча, стекали
с груди по животу, создавая впечатление, будто какая-то букашка, а может и не
одна, забралась под майку и там ползает, выискивая где бы укусить. И как Слэш
прохлаждается тут без куртки? Наверное, обрызгался каким-нибудь инсектецидом.
Наполнив себя чуть прохладной водой, которая имела заметный привкус
обеззажараживающих таблеток и жажды вполне не утолила, Сплин нашел
недоукомплектованную постояльцами палатку, а в палатке - пустую лежанку.
Интерьер жилища был небогат. Каждому полагалась раскладная пластиковая койка и
импровизированная тумбочка из пустого ящика для снаряжения. Долгого пребывания
здесь не предполагалось. Ожидая инструкций мудрого руководства, народ
бездельничал, вяло перебрасываясь малозначащими фразами. Сплин последовал
примеру остальных и, не разуваясь, улегся на свое жесткое ложе, заложив руки за
голову и слегка свесив подошвы ботинок с края койки. Легче не стало, жара и
духота были мучительны, но для поддержания лежачего положения требовалось куда
меньше сил.
Через час, а может быть и через полтора, полог палатки откинулся, заглянул
Доплер и позвал всех "на большой половой развод". Опухший от жары народ с
видимым усилием начал шевелиться в направлении выхода. Они начали было привычно
строиться, но Сержант отрицательно скривился и махнул рукой - вольно. Бойцы
расположились неровным полумесяцем на траве под обширным маскировочным тентом,
закрывавшим часть нежилой территории лагеря от солнца и нежелательного обзора
сверху. Офицеры остались стоять в нескольких метрах перед ними, исподволь
оценивающе разглядывая прибывших. Помимо Слэша, остальные предстали взору
будущих подопечных впервые. Причем один из четверых офицеров еще не подошел,
видимо его ждали прежде чем начать. Доплер оглянулся на офицерскую палатку и
окликнул:
- Боцман, ты чем там занят?
- Отправляю подтверждение! Щас подойду, - раздался в ответ хрипловатый низкий
голос.
Сержант начал представлять офицеров рядовому составу.
- Со Слэшем вы уже виделись, - представляемый чуть улыбнулся углом рта и
кивнул. - Он командир первого взвода и мой заместитель.
Дальше его прервал подошедший быстрым шагом из офицерской палатки коренастый
детина, еще более здоровый, чем сам Доплер, и на полголовы выше. На вид ему было
лет 27-35, в отличие от Сержанта его несколько рыхловатая мышечная масса,
распирающая засаленую безрукавую майку, досталась ему в большей степени от
природы, чем явилась плодом мучительных тренировок. Возможно, он был уроженцем
планеты с повышенной гравитацией, так как его движения при ходьбе были более
резкими и подпрыгивающими, чем можно ожидать от человека с такой комплекцией.
Волосатые руки были покрыты густым слоем татуировок самого разного содержания и
смысла: от лирическо-философского до откровенно похабного. Его голова, поросшая
иссиня-черными космами, имела трапецевидную форму с расширением книзу, затем
плавно переходила в могучую шею, а та незаметно перетекала в плечи. Мясистый нос
с торчащими оттуда волосами был как минимум пару раз перебит в переносице, что
свидетельствовало об общительном и любознательном характере. Подойдя, он что-то
вполголоса сказал Доплеру на ухо. Доплер кивнул на подошедшего:
- Теперь все в сборе. Это, как вы поняли, Боцман - специалист по технической
части, - тот оскалился бородатым ртом, что видимо означало "очень рад вас
видеть, джентельмены" и в свою очередь оценивающе оглядел вялое сборище
товарищей по оружию. - Если проживете достаточно долго, то общение с этим типом
существенно увеличит ваш словарный запас.
Боцман еще раз ухмыльнулся и поправил пропитанную потом темно-зеленую бандану,
повязанную вокруг головы - его тоже донимала жара: судя по белой коже на
открытых участках тела он не очень-то любил загорать под естественным светилом.
Доплер повернулся чтобы представить третьего: среднего роста и телосложения,
азиатской наружности, с нейтрально-непроницаемым выражением лица.
- Бишоп. Наш медик, - тот бесстрастно кивнул, но Сплину почудилась мелькнувшая в
его глазах усмешка, не насмешка, а именно ухмылка бывалого человека,
наблюдающего за великовозрастными детьми изо всех сил пытающихся выглядеть
взрослыми. Хотя черт их поймет, этих азиатов, и глаз-то не видать почти, может и
показалось.
- Ну и наконец, - Сержант повернулся к четвертому - черному долговязому парню со
стрижкой "площадкой", - Штырь, командир второго взвода.
- Начальник, я не понял, почему черные всегда в последнюю очередь? - сопровождая
свой вопрос соответствующей артикуляцией в гангстерском стиле притворно наехал
на Доплера Штырь.
Доплер подыграл ему, пресекая фамильярность интонацией:
- Потому что по завершении дела я первому дам тебе самую большую медаль, какую
только найду, перед телекамерами, так чтобы черного героя видели все благодарные
жители этого Господом забытого захолустья, идет?
- Ловлю на слове, начальник, - улыбнулся Штырь, демонстрируя незлобливость и
способность к компромиссам.
Сплину все неевропейские физиономии были на одно лицо, так что он с трудом мог
судить о возрасте Штыря, но похоже тот был самым молодым из офицеров, так как не
изжил еще абстрактного чувства юмора, которое на такой работе со временем либо
пропадает совсем, либо трансформируется в язвительный цинизм.
- Теперь о деле, которое, как выяснилось, не ждет, - перешел к главному Доплер.
По словам командира, задача стояла в целом следующая. Спутниковой передачей,
которую недавно принял Боцман, поступила информация, что президент Лутар,
свержение которого является целью их операции, намерен такого-то числа в рабочем
порядке прибыть в одно из своих поместий для проведения ряда деловых встреч.
Группе вообще-то положено не меньше недели на адаптацию, но реально есть два
дня. Затем предстояло совершить трехдневный марш пешком к поместью. Дорог там
немного - наземным транспортом добираться нельзя, везде блокпосты да скрытые
пункты наблюдения, вертолетом нельзя, так как они у местных практически
наперечет, и группа опять же себя обнаружит, а более сложную технику с развитыми
средствами маскировки не дали - не прошла по смете. Так что ножками, по старинке
- через границу от базового лагеря подкинут вертолетами, но дальше сами.
После акции группа отправляет сообщение, в котором на правах якобы местных сил
сопротивления запрашивает помощи у Представительства Конфедерации. Дальше все
идет как по писанному "в соответствии с действующим межпланетным
законодательством": из соседней, лояльной Конфедерации провинции Портлэнд
забрасываются правительственные войска, освобождают от войск Лутара столицу,
сажают туда временное правительство, затем заведомо превосходящими силами в
течение нескольких месяцев берут под контроль остальную территорию. После чего в
результате "свободных демократических выборов" президентом становится нужный
Корпорации человек. Понятное дело, горы и джунгли под полный контроль взять
нельзя - там еще долго будут партизанить противники нового режима, которых в
результате боев наберется порядочно, но это уже мелочи, так как Компания получит
свои рудники, а политики и вояки получат очередную вялую войну, с которой можно
поживиться всеми известными способами.
- Сэр, - встрял Сплин, - А как мы оттуда уберемся?
- Ну что ты вечно бежишь впереди паровоза, студент, - я все скажу и не по
разу, - поморщился Доплер. - Хотя вопрос уместный.
Подробнее выполнение миссии выглядело так. Вечером первого дня их встретит
проводник из местных, который доведет их до поместья так, чтобы не нарваться на
патрули, минные поля и минимизировать трудности и опасности передвижения по
джунглям. Проводник - наемник, но кинуть не должен, так как у него зуб на
Лутара. Несколько лет назад законную собственность его папаши присвоил один из
подручных Лутара, а папашу повесили как пособника прежнего режима. Внештатным
сотрудником первого отдела Магмы этот субъект стал вскоре после побега из
фильтрационного лагеря, где провел не лучшие восемь месяцев своей жизни.
Охраны относительно немного, так как территория Лутару подконтрольна и лояльна,
поэтому большую вооруженную орду держать вокруг себя ему нет смысла. Поместье
охраняет чуть более взвода, еще пару отделений составляет личная охрана Лутара,
с которой он на двух вездеходах или вертолете перемещается по своим делам. Там
еще всякая обслуга, но они не вояки. Таким образом, на стороне группы был более,
чем полуторный численный перевес плюс фактор внезапности.
Сам штурм планировался следующим образом. Перед рассветом рота разделяется на
два взвода и скрытно выдвигается на позиции с разных сторон поместья. Доплер
показал карандашом как указкой на голографической проекции участки прорыва и
пояснил дальше. Поместье расположено в долине и окружено пластобетонными
стенами, а вокруг стен несколько десятков метров заминированного периметра.
Линия джунглей отстоит от внешней стороны забора довольно далеко, минимум метров
60-70, что является проблемой и исключает скрытное проникновение. Для быстрого
преодоления минного поля планируется воспользоваться двумя переносными
установками взрывного разминирования "Термит" - по одному для каждого взвода.
Принцип действия установки Сплин знал из учебных баз. Буксирная ракета сходит с
направляющей и летит поперек заминированной полосы, вытягивая за собой
специальный гибкий полый шланг со взрывчатым веществом. Ракета падает,
детонирует шланг, а тот детонирует или раскидывает мины вдоль своего залегания.
Отдельные сегменты взрывного кабеля предполагалось распределить по людям,
донести частями, а соеденить уже перед запуском. Ракета "Термита" не имела
боеголовки, поэтому пробить дыру в пластобетонном заборе, через которую группы и
проникнут внутрь периметра, предстояло гранатометчикам.
От забора до комплекса строений поместья в точках проникновения - чуть более
двухсот метров открытого пространства. Дымовые гранаты, выпущенные залпом из
подствольников перед запуском "Термитов", прикроют просачивание группы на
территорю. Поместье имеет два-три этажа, так что дым надо пустить где-то между
забором и главным зданием, иначе с верхних этажей и крыши видимость, а значит и
возможность прицельного огня сохранится над плотной частью дымового облака. С
максимальным темпом следует пробиться к зданию, через окна проникнуть внутрь и
начать последовательную зачистку помещений.
Внутри поместья есть техника, Доплер ткнул карандашом ангары на голографическо
схеме. Грузовики, вездеходы, несколько танкеток. Чтобы помешать обороняющимся
задействовать технику, а также вызвать по радио помощь, планировалось
задействовать электромагнитную бомбу, точнее ракету, типа "Штиль", которая
создает мощный электромагнитный импульс, выводящий из строя электронику. "Штиль"
был также в двух экземплярах, Как и "Термиты", переть их предстояло на горбу в
полуразобранном виде, правда "Штиль" был компактнее - размером и конфигурацией
напоминал переносной зенитный ракетный комплекс.
Для зачистки помещений, помимо обычного вооружения, планировалось использовать
гранаты со слезоточивым газом и светошумовые гранаты - "флэшки". Обычные гранаты
вообще в помещениях не всегда удобны - противник может успеть укрыться, бросить
обратно, граната может скатиться обратно и сама, если, например, на лестнице в
здании неудачно вверх кинуть. А травить задержку без броска опасно - в запарке
можно передержать. Светошумовые гранаты компактнее, легче по массе и безопаснее
в случае накладок. На открытом воздухе они почти бесполезны, но в относительно
замкнутом пространстве комнат и коридоров, очень уместно кинуть флэшку перед тем
как врываться в какую-нибудь дверь самому, чтобы на время оглушить и ослепить
врагов, возможно засветить их ПНВ. Противогазов обычно никто не носит, кому они
в джунглях нужны, так что слезоточивый газ также сильно может понизить
боеспособность гарнизона внутри здания.
Сам Лутар, как дали понять работодатели, живим не нужен - если начнет говорить
про прежние дела, например, про выборы, про дележку (до того, как он начал
слишком жадничать) и так далее, многим испортит жизнь. После успешного захвата и
выхода в эфир
...Закладка в соц.сетях
