Жанр: Научная фантастика
Контора игрек
...чили, система слежения, видеокамеры,
терминалы - ничего не работает. Одно слово, молодцы! А когда наладят? Долго будут
налаживать... Но я успел, прибежал. Мештун, сходишь потом в столовую за моим обедом, если
его какие-нибудь идиоты не съели.
"Я на корабле. И у них тут совсем недавно произошла катастрофа, которую вызвал
Саймон Клисс. Это он взял мою "торпеду". Зря он это сделал, ему будет хуже, чем мне. А меня
ждет миксер-море... Нет. Я же не собираюсь телепортироваться!"
Поворот. Когда платформа разворачивалась, Поль снова дернулся, зажмурившись от
боли, и еще на пядь передвинул ладонь. Есть. Узкий твердый предмет под тканью рубашки. Его
так и не обыскали по-настоящему, сразу начали бить, и стилет остался у него. Предназначался
он для вполне конкретной цели - защиты от Лиргисо, но сейчас это единственное оружие,
которым Поль располагает.
Корабль был огромен - коридоры, палубы, лестницы, пандусы, лифты. Наверху
проплывали то ребра ступенек, то серые казенные поля потолков с шеренгами режуще-белых
плафонов. Попадавшиеся навстречу люди поглядывали на процессию с любопытством, а
профессор злобно ворчал на них, обзывая "идиотами" и "бандитствующей вольницей". Не то
чтобы Поль был не согласен с этими определениями, но непрерывное брюзжание провожатого,
отвратительный запах, исходящий от одеяла, боль в избитом теле (она постепенно усиливалась,
становилась все мучительней) - это мешало сосредоточиться на сканировании.
Лиргисо не угадал: то, что кто-то из верхушки оказался "магом", для "Конторы" было
ударом, идеологическим шоком - они же помешаны на своей идеологии! В командовании
произошел переворот, и сейчас на корабле царят разброд и сумятица. Подходящая обстановка
для побега.
В запасе у Поля есть прием, который сработает не хуже ударной дозы допинга с
обезболивающим эффектом. Он уже пользовался этим приемом на Манокаре, когда получил
лучевой ожог, и на Незе, когда во время стычки с агентами "Конторы" в него выстрелили
кислотным зарядом.
С этими людьми-насекомыми, которые тащат его в свой застенок для исследований, он
справится, но что делать потом? Не телепортироваться же в миксер-море...
Двое в желтых рабочих комбинезонах и шлемах с затемненными щитками что-то
сваривали, им пришлось приостановить работу, чтобы пропустить платформу.
- Чинят! - похвалил профессор. - Господи, хоть кто-то здесь что-то чинит, а не
ломает! Все равно сделают наперекосяк, идиоты ведь, ничему их не научишь...
Перед платформой раздвинулись металлические двери; проехав через длинное
помещение, похожее на разгромленный склад, она остановилась в обшарпанном зале с двумя
рядами пустых "коконов спасения". Поль похолодел, узнав этот зал, он уже был здесь.
- Разденьте объект - и в "кокон", - распорядился профессор. - Живо, за работу! Не
стойте, как идиоты.
Вероятно, Поль выглядел беспомощным, сломленным, напуганным. И раньше
случалось, что на противников или на сторонних наблюдателей он производил впечатление
законченной жертвы, в то время как способность думать и сопротивляться оставалась при нем.
Вдобавок сейчас это впечатление усугублялось следами побоев.
Они не приняли никаких мер предосторожности, хотя "Контора" наверняка
располагала досье Поля Лагайма, где содержалась информация о том, что он получил
подготовку киллера. Правда, он был несостоявшимся киллером... Был.
Санитар, сдернувший с него одеяло, умер первым. Двое его коллег и профессор не
успели понять, что происходит, а Поль, выскользнув из-под оседающего тела, оттолкнулся от
спружинившей платформы, оказался на ногах и всадил стилет в сердце второму. Вернее, не
Поль, а Черная Вдова - манокарское привидение, не знающее ни страха, ни колебаний,
равнодушное к боли. У Черной Вдовы тоже все болело, но это не имело для нее значения, не
мешало ей ловко и быстро двигаться - она еще и не то могла вытерпеть.
Поль не любил эту личность, им же созданную - но разве сам он смог бы сделать то,
что сделала Вдова? Четыре трупа. Один из санитаров пытался достать парализатор, но не успел.
Поль спрятал стилет, поднял упавшее на пол оружие и крадучись вышел из зала. Ему нужен
рабочий комбинезон, шлем с затемненным щитком и сварочный аппарат.
Спохватившись, вернулся, нашел в кармане у санитара пульт. Транспортировочная
платформа покатилась следом за ним.
Двое ремонтников продолжали возиться с тонкими металлическими трубами,
проходившими за снятой и прислоненной рядом стенной панелью. Поль парализовал обоих,
втащил на платформу, туда же положил инструменты.
Дверь лаборатории запиралась изнутри на засов (видимо, для защиты от идиотов), Поль
его задвинул. Теперь - найти медавтомат для оказания первой помощи и обезболивающие
препараты, иначе он долго не продержится.
Он все еще был Черной Вдовой. Стань он сейчас самим собой, окружающая обстановка
- выморочный зал, страшные прозрачные стручки пустых "коконов", трупы с пятнышками
крови на одежде - могла бы загнать его в состояние, близкое к шоку.
Трупы он перетащил к стене и сверху прикрыл хламом, которого здесь валялось в
избытке, парализованных ремонтников уложил в "коконы" - после того, как принял
обезболивающее и допинг. Обнаружив умывальник, смыл с лица кровь, потом натянул поверх
своей одежды мешковатый желтый комбинезон, рассовал по карманам лекарственные
препараты, четыре трофейных парализатора, несколько пачек галет и плитки протеинового
шоколада из населенного тараканами шкафа. Надев шлем, спрятал разбитое лицо под
затемненным щитком, взял сварочный аппарат и вышел в коридор.
Черную Вдову пора отключить и заархивировать. Производные личности - это всего
лишь вспомогательные программы, их способности ограничены, а ему надо придумать, как
отсюда выбраться.
Сразу нахлынула тоска. Он не хотел убивать. А выбраться отсюда просто: открой
любую дверь - и за ней будет миксер-море.
- Ты что, пьяный? - с неодобрением спросила патлатая коренастая девчонка,
попавшаяся навстречу около лестницы.
- Немного, - согласился Поль.
- Маршала на вас нету, - фыркнула девчонка. - Вот погодите, Маршал еще
вернется!
Свернув наугад в первый попавшийся коридор, Поль заставил себя успокоиться. Надо
найти ангар, где его били, и угнать машину.
Розовая громада Норны наполовину закатилась за горизонт, и зубчатая кромка
фрактального леса на ее фоне чернела, как будто нарисованная тушью. В этом было что-то
уютно-мультипликационное - если забыть о том, что случилось, и что они здесь делают.
Поля искали сначала Лиргисо, Хинар и Амина, потом - Стив, Тина и Лиргисо.
Биосканеры, даже самые мощные, реагируют только на живое, и если под слоем аммиачного
тумана лежит остывший труп, приборы его не обнаружат, - Лиргисо первый сказал об этом
вслух.
Стив опять трансформировался, на этот раз в существо, напоминающее большую
черную сороконожку с торчащими спереди усиками. Вначале оно кружило на опушке,
ощупывая подвижными усиками землю, потом замерло на месте. Сбоку, где сочленялись два
сегмента длинного туловища, выросло щупальце с динамиком на конце.
- Я взял его след. Ждите здесь.
Существо скользнуло в туман. На мерзлой земле лежал антиграв Стива, чуть поодаль
валялись ошметья его скафандра и шлем, а также несколько пустых ярко-красных баллонов,
оставшихся после Поля и Саймона Клисса. Тина толкнула один из них носком ботинка, он
откатился.
- Хотел бы я побеседовать с Лейлой, - процедил Лиргисо.
- Нет, - отрезала Тина. - Не будешь ты с ней больше беседовать. Если бы не ты,
ничего бы не случилось.
- Это Стив оставил его здесь одного.
- Из-за тебя.
- Тина, прошу, выслушай меня! Я расскажу, как все было. Поль боялся за вас и глядел
на Норну, словно околдованный. Ты бы видела его глаза... Когда я на него смотрел, у меня
сердце разрывалось. Я люблю Поля, что бы ты на этот счет ни думала, и мне хотелось защитить
и успокоить его. Я нарочно был с ним груб - знаешь, те мелкие уколы, из-за которых он так
забавно злится, - но он ни на что не реагировал. Представь себе его лицо за щитком шлема,
неподвижное и бледное, будто ледяное, а зрачки - розовые, до краев наполненные стылым
светом этой ужасной луны. Тогда я попробовал напугать его, и это, хвала всем демонам,
вернуло его к жизни. Психологический прием, как выражаются люди. Со мной Поль был бы в
безопасности, и я хотел объяснить это Стиву, но тот не стал меня слушать. Фласс, любой
неглупый человек или энбоно понял бы, какую цель я преследую, однако Стив слишком далек
от нас, наши душевные движения для него непостижимы - и вот тебе еще одно доказательство!
Это он во всем виноват.
- Ты, - не сдалась Тина. - Ага, конечно, защитил и успокоил! Ты, что ли, так
получил по мозгам от того конторского экстрасенса, что совсем соображать перестал? Хотя,
дело не в этом... Ты привык подавлять и запугивать, и по-другому просто не умеешь, даже когда
хочешь проявить заботу. Если у человека болит зуб, надо хорошенько треснуть его по голове -
тогда ему точно станет не до зубной боли, гарантия сто процентов.
Лиргисо молчал. Тина не верила в то, что он способен измениться, но, может, теперь до
него хоть что-нибудь дойдет. Главное, чтобы нашелся Поль... живой. Она тоже виновата в том,
что произошло. Окоротить Лиргисо давно уже стоило. Тину его насмешки и нападки не
задевали, она отвечала ему в том же духе, и ей было даже интересно, что он еще придумает, -
для обоих это была игра, и каждый знал, что противник неуязвим. Но Поль другой, и нельзя
было позволять Лиргисо вести себя так же с ним.
Из тумана, окутывающего основания друз, выползла длинная черная гусеница.
- Его там нет. В том месте, где след обрывается, я обнаружил чужие следы. Видимо,
те, кто его забрал, спустились на антигравах. Отправляйтесь на Канпеи, я немного задержусь.
В прошлый раз Стиву пришлось умереть, чтобы снова стать человеком, но Тина этого
не видела. Лиргисо телепортировал ее вместе с девочками в дом на Канпеи, Стив появился чуть
позже, - такой, как обычно, - и доставил всех троих на яхту, потом они с Тиной надели
скафандры - и снова на Рузу.
Свет в белой комнате с глянцевой надувной мебелью вспыхнул через секунду после
возвращения хозяев. Тина подняла щиток шлема, взглянула на Живущего-в-Прохладе. Его
треугольное лицо было осунувшимся и злым.
- Тина, он непростительно беззащитен! На Лярне за такое преступление полагалась
смертная казнь. Подумать только, Поль - и Саймон Клисс! Фласс, и надо же было, чтобы они
встретились...
- Где сейчас этот Клисс?
- Блаженствует у меня на яхте. Надеюсь, ты на него не претендуешь? Записи допросов
вы получите, но допрашивать его я буду сам.
- Если найдешь свою яхту в целости и сохранности, - мрачно сострила Тина.
- Фласс, не надо так шутить! На этот раз я принял меры предосторожности. Я тебя
покидаю, я должен открыть в рузианской Сети именной почтовый ящик. Если те, кто захватил
Поля, намерены получить выкуп, нужно дать им возможность со мной связаться. А если это
люди из "Конторы", надо узнать у Клисса, где находится их корабль.
- Думаю, сейчас он уже не там, где был перед побегом Клисса. Наверняка они
сменили дислокацию.
- Связь через "торпеды", - бросил Лиргисо перед тем, как исчезнуть.
"Если Стив появится в течение десяти минут... Нет, лучше ничего не загадывать".
Это был уже не тот "Гиппогриф", который Римма покинула несколько часов назад.
...В организации выявили внутреннего врага, мутанта-экстрасенса, и это оказался никто
иной, как сам Маршал. Он повывинчивал из всех пси-излучателей важные детали, так что когда
ребята из Отдела контрразведки вскрыли его сейф и добрались до оружия, это не дало им
решающего перевеса, и разоблаченный враг сбежал. Внутрикорабельная система слежения
накрылась, и связь то же самое. Одни утверждали, что это работа Маршала, другие кивали на
Лорехауна и его сторонников: приняли меры, чтобы Маршал не смог обратиться к команде и
воспользоваться своей харизмой. Новым Маршалом стал Лорехаун, и в кают-компании уже
висит подборка его приказов: о строжайшем соблюдении дисциплины и субординации, о сухом
законе, об уставном и неуставном внешнем виде (ты, Римма, вымой-ка голову, да найди и
постирай свою форму, а то попадешься на глаза новому - и сразу на гауптвахту). Говорят,
порядки в "Конторе" теперь будут не те, что раньше...
Римма все больше мрачнела: власть захватили бюрократы-показушники, на борту
неразбериха, а те, кто еще вчера готов был пойти за Маршалом в огонь и в воду, невнятно
бормочут, что "не разглядели врага". Не все, конечно: некоторые не поверили в то, что он
мутант, и считали это пропагандистской уловкой заговорщиков.
Напустив на себя деловитый вид, Римма бродила по "Гиппогрифу", присматривалась,
прислушивалась, пыталась разобраться - и в обстановке, и в собственных чувствах. Не
хотелось ей служить под началом у штабного бюрократа Лорехауна, никакой он не Маршал!
Пресловутый сухой закон многие саботировали, но Кирч это казалось мальчишеской
глупостью: надо протестовать с умом, а не напиваться до поросячьего визга. На межпалубной
лестнице ей пришлось перешагнуть через пьяного ремонтника, разлегшегося поперек ступеней.
Он попытался поймать Римму за щиколотку, но получил пинка.
Еще один подвыпивший ремонтник, в шлеме с затемненным щитком, попался ей в
коридоре шестого отсека - брел куда-то, пошатываясь, и с разгильдяйской небрежностью
тащил сварочный аппарат. Небрежность в "Конторе" ценилась - но она должна
свидетельствовать о крутизне и профессионализме, а этот парень держит свой инструмент,
словно случайный предмет, который и не нужен ему, и выбрасывать неохота. Никакого шика.
Наверное, "салага" вроде Роберта. Поглядев ему вслед, Римма заметила, что повернул он
прямехонько к штрафному седьмому отсеку, и ухмыльнулась: ага, туда тебе и дорога.
В одном из закутков машинного отделения шла коллективная пьянка. Римму
приглашали присоединиться, но водку она только пригубила, послушала разговоры и двинулась
дальше.
Надо найти Маршала и его команду - наверняка есть те, кто остался ему верен, не
могло же в одночасье все развалиться... Неужели для всех здесь идеология "Конторы" важнее,
чем личность Маршала? Идеологию можно поменять на более удобную и злободневную,
главное - быть выше толпы, быть сильнее других, быть не пешкой, а ферзем. Неужели они
этого не понимают?
Около женских душевых Римма встретила программистку Сону, бесцветную блондинку
в форменной курточке и не по Уставу длинной юбке с бахромой. Они были подругами. Во
всяком случае, Сона не отмахивалась, когда Римма излагала свои идеи, а слушала с интересом.
Сейчас она заняла выжидательную позицию, и Римма не стала делиться с ней своими планами,
пока еще смутными. Зато Сона рассказала о западне для Маршала. Знаешь его любимую
машину, знаменитый серебристый "торнадо"? По распоряжению Лорехауна в бортовой
компьютер зашили такую программу, что через несколько секунд после взлета ручное
управление отрубится, включится автопилот, и "торнадо" угодит в миксер-море, в одну из этих
рузианских гравитационных ловушек. Только Маршал не попался, машина где стояла, там и
стоит.
- Маршал не дурак, - хмыкнула Римма.
Раз он экстрасенс, он, наверное, засек предательскую программу и не полез туда. А мог
бы он научить этому Римму, мог бы поделиться с ней своими способностями?
Погуляв по кораблю, потолкавшись среди растревоженного конторского люда, Римма
узнала, что вместе с Маршалом исчез Груша и еще кое-кто, но знали они тайну свергнутого
вождя и ушли вместе с ним или под шумок дезертировали - неясно. А вот Клисс однозначно
дезертировал, с него-то все и началось, это он так завел Маршала, что тот позабыл о
маскировке. Ребята, которых послали этого проныру найти (Отдел по связям с
общественностью не хочет, видите ли, потерять такого ценного сотрудника!) вместо него
поймали Поля Лагайма, "сканера" Лиргисо.
Почему он бродил один на поверхности Рузы - неизвестно. Возможно, сбежал от
Лиргисо. Из лаборатории Пергу он тоже сбежал, укокошив самого профессора и троих
здоровяков-санитаров. Когда спецы из Отдела разведки пришли его допрашивать -
обнаружили трупы, а также двух живых ремонтников, которые прохлаждались в "коконах" и не
могли вразумительно объяснить, как они там очутились. Количество алкоголя у них в крови
свидетельствовало о том, что парой разрешенных бутылок пива дело не обошлось. А "сканер"
прячется где-то на корабле, его до сих пор не нашли.
- Будь здесь Маршал, давно бы взяли, - презрительно фыркнула Римма. - Дело
делать - это не приказы подписывать.
Ребята с ней согласились и опять стали ругать сухой закон (вносить поправки в Устав и
отнимать у человека законную ежедневную бутылку пива - подло и недальновидно), а Римма
отправилась в кают-компанию, почитать новые правила. Ее короткие мускулистые ноги гудели
после растянувшейся на несколько часов прогулки-разведки, хотя обычно Кирч на таких
дистанциях не уставала. Наверное, это из-за стресса.
Перед дверью она громко потопала и крикнула: "Эй, есть тут кто живой?" Что бы ни
случилось, о традициях не забывай, иначе все рухнет, - одна из заповедей Маршала. Впрочем,
и так все рухнуло.
- Есть! - отозвались из кают-компании. - Хотя, живой ли, не знаю...
Это был Энзо, с опухшей левой скулой и зловеще-черным фингалом. Вступился за
честь Маршала?.. В отличие от Риммы, он сперва лез на рожон, а потом уже начинал
осматриваться и принюхиваться.
Он сидел тут один-одинешенек. Раздвижные перегородки, разделявшие большой зал на
сектора, были убраны, и кают-компания, в прошлом уютная и обжитая, походила на вокзальное
помещение, закрытое по случаю карантина, а Энзо - на отставшего от рейса неприкаянного
пассажира, нарвавшегося вдобавок на нехороших людей.
Со стенда кто-то содрал все самодельные газеты с шутками и шаржами, вместо них
белели длинные, как полотенца, распечатки приказов Лорехауна. Там и на Кирч были шаржи, и
это ее раздражало, но сейчас возникло щемящее чувство, словно у нее отобрали что-то личное и
дорогое. Теперь все будет иначе... Когда же Лорехаун успел наштамповать столько
распоряжений? Наверное, он давно ждал своего часа и подготовил все это загодя.
Поздоровавшись, Римма присела рядом с Энзо и вполголоса спросила:
- Кто тебя? Лорехауновцы?
- Зойг, - Энзо потрогал распухшую скулу. - Так звезданул, что я в отключке
валялся, медавтомат показал сотрясение мозга. Ты же знаешь, какой удар у Зойга - спасибо,
что не убил.
- Он за Лорехауна?
- Не, за "сканера". Мы "сканера" били, а он защищать полез, - тревожно глянув по
сторонам (знакомо-незнакомое помещение казалось заброшенным, словно сюда уже сто лет
никто не наведывался, полотенца-распечатки слабо шевелились от дуновения кондиционеров),
он прошептал: - Римма, это больше не Зойг!
- А кто? - опешила Римма.
- Зомби.
Энзо считал, что "сканер" взял разум гинтийца под контроль, и тот превратился в
живого робота, выполняющего телепатические команды. С тех пор, как эту рыжую сволоту
привезли на корабль, Зойга словно подменили. Сначала побил своих, а теперь ищет "сканера"
- и как ты думаешь, зачем? Чтобы вместе с ним сбежать. Не, вслух он об этом не скажет,
гинтийцы - народ хитрый, но зачем он медавтомат с собой таскает? Говорит, чтобы оказать
помощь, если мутант кого-нибудь ранит, да только раненых пока не было: Пергу и санитаров
"сканер" заколол, а двух ремонтников парализовал, чтобы разжиться рабочим комбинезоном и
шлемом для маскировки.
- На камбузе говорили, те ремонтники были пьяные и сами забрались в "коконы", -
вставила Римма.
- Пьяные и парализованные, - возразил Энзо. - "Кокон" же все фиксирует. А
медавтомат нужен Зойгу для "сканера" - мы и рожу ему разукрасили, и печенки отбили.
Гинтийцы темнить умеют, но Зойг словно помешался, и всех, кто поперек дороги встанет,
поубивать готов, по нему видно. Товарищи для него теперь ничто, он же зомби, и боится, что не
успеет выполнить свою задачу, если другие раньше него до "сканера" доберутся.
Римма жестко прищурилась, чтобы скрыть страх: зомбирование, контроль над
сознанием - это всегда ее пугало. Был бы здесь Маршал, он бы такого не допустил.
- Зомбируют в первую очередь слабаков, - произнесла она веским тоном, с
расстановкой. - Это тебе информация к размышлению...
Зойга она разыскала три часа спустя в одиннадцатом отсеке, в дебрях продуктовых
складов. На нем был бежево-коричневый комбинезон с нашивками, чистенький, нигде ни
прорехи, ни пятнышка. Римма давно подметила: если гинтиец - это или неряха вроде
профессора Пергу, или аккуратист вроде Зойга, золотой середины у них не бывает.
Ее взгляд скользнул по вздутым карманам на "молниях": похоже, у него все полевое
снаряжение при себе, от бластера и газовых гранат до набора отверток и респиратора... или там
два респиратора? А через плечо висит на ремне портативный медавтомат, как и говорил Энзо.
- Здорово, - буркнула Римма, глядя на него исподлобья.
Зойга она и раньше недолюбливала, хотя уважала за крутизну. Он всегда был себе на
уме, мрачноватый, сосредоточенный, от ее мистических идей отмахивался, как от "девичьих
суеверий" (Римма объясняла это его недалекостью и мужским шовинизмом). Когда он в
домберге показал слабину (примечательно, что как раз там он впервые столкнулся с Полем
Лагаймом), Римма ликовала: вот и вылезло наружу, кто чего стоит! А как он отделал
добродушного Энзо - до сотрясения мозга, разве это не поступок предателя? Но ему все равно,
он ведь зомби.
- Ты зачем "сканера" ищешь? - в лоб спросила Римма после прохладного и
формального обмена новостями. - Это работа для корабельной службы безопасности, а не для
полевых агентов.
- Хочу искупить ошибку, - бесстрастно процедил Зойг. - Пергу и его санитары
привыкли иметь дело с дебилами, а здесь - парень с достаточно высоким уровнем интеллекта,
с боевой подготовкой. Я должен был дать Пергу охрану, я несу ответственность за их гибель.
- Ребята на тебя обижаются. Фингалов понаставил почем зря.
- Сами напросились. Чуть не угробили источник ценной информации, а баллы потом с
меня бы сняли.
Римма засопела в раздумье: гладкие ответы, все логично... В рассуждениях зомби
может присутствовать логика, хотя собственной воли у них нет. Будь здесь Груша, он раскусил
бы Зойга, но где сейчас бывший главный психолог "Гиппогрифа"? Наверное, рядом с
Маршалом.
- А медавтомат тебе не лень таскать?
- Лень не лень, а по Уставу положено, - гинтиец, шагнувший было в сторону,
остановился. - На корабле чрезвычайная ситуация, связь не работает. Если обнаружу
пострадавшего и не смогу вызвать медиков - должен оказать первую помощь на месте. Ты
когда в последний раз в Устав заглядывала?
- Выслуживаешься перед Лорехауном? - прищурилась Кирч.
- Соблюдаю Устав. Я не собираюсь из-за смены руководства портить свою карьеру, и
тебе не советую.
Зомбированный Зойг, не слушая больше Римму, свернул в проход меж двух рядов
контейнеров. Или не зомбированный, а лояльный и расчетливый?.. Такой же наглухо закрытый,
как эти контейнеры, глубоко посаженные черные глаза на смуглом лице напоминают замочные
скважины. Римма не поняла, как с ним обстоит дело, и неопределенность была мучительной,
словно разнылся зуб.
Впрочем, встреченному на обратном пути Энзо, а также Соне, к которой она ходила
одалживать шампунь, Кирч многозначительным шепотом намекнула, что Зойг точно зомби,
есть некие признаки, неоспоримо об этом свидетельствующие.
Вернувшись в каюту, она откопала в ворохе одежды под койкой форменный
комбинезон. Почти чистый. Если на воротник и другие загрязнившиеся места наклеить
заплатки, со стиркой можно не возиться. Только откуда бы заплатки вырезать?.. Но тут она
забыла о форме, потому что ей вспомнился пьяный ремонтник со сварочным аппаратом,
которого она встретила неподалеку от лаборатории Пергу.
В перламутрово-папоротниковом раю ничего не менялось, никто Саймона не навещал.
Он то дремал, то грезил своим сногсшибательным фильмом, то бездумно рассматривал
жемчужные на зеленом фоне листья папоротников. Покой и безопасность. Он узник Космопола,
его права защищены великим множеством галактических конвенций, уложений, законов -
словно над ним вздымаются своды незримой цитадели, и никто извне до него не доберется.
Лишь одно вызывало досаду. Он разгадал все загадки "Конторы Игрек" кроме
последней: зачем нужны баллы, которые все так стремятся получить и боятся потерять?
Наверное, он никогда уже этого не узнает...
Внезапно он ощутил чужое присутствие, повернул голову и обнаружил около
мониторов двух дьяволов - ликвидированного Космополом Лиргисо и его пилота,
шиайтианина Хинара, чей след затерялся на Незе с полгода назад.
- Доктор, если это вы, дайте мне антигаллюцин, - попросил Саймон слабым голосом.
- А то вижу такую гадость, что мне сейчас дурно станет!
Дьяволы переглянулись.
- Саймон, соизволь пояснить, к чему или к кому относится сие уничижительное
определение? - ледяным тоном поинтересовался Лиргисо.
Его опять обманули. Та женщина была не офицером Космопола, а сообщницей
лярнийского выродка, и ее подослали к Саймону, чтобы она выведала про Поля без риска, что
единственного свидетеля кондрашка хватит раньше, чем он успеет сообщить информацию.
- Но вы же его нашли? - с отчаянной надеждой спросил Саймон.
- Нет, - зло бросил Лиргисо.
Вот это совсем плохо... В какую сумму можно оценить такого "сканера", как Поль
Лагайм? В восьмизначную-девятизначную, не меньше.
- Я же не знал, кто он такой! Он сказал, его зовут Томек, я и решил, что это
обыкновенный геологоразведчик, а если б знал, не стал бы связываться, - Саймон торопливо
лепетал оправдания, и ему казалось, что листья папоротников на стенах шевелятся тревожно и
враждебно, и все вокруг заполнено их страшным шелестом. - Почему он соврал, не
представился? Я же понимаю, каких денег стоит хороший "сканер", но, может, еще удастся
найти другого такого же, равноценного. Я, между прочим, знаю, где "Контора" берет своих
"сканеров"!
- Саймон, ты никогда никого не любил, не правда ли? - все так же зло процедил
Живущий-в-Прохладе. - Ты на это не способ
...Закладка в соц.сетях
