Жанр: Научная фантастика
Контора игрек
...сы
занавешивают лицо. Саймон изо всех сил сдерживал стоны и боялся даже вздохнуть: он уже
усвоил, что в таком состоянии Лиргисо вдвойне опасен, его подавленность в любой момент
может смениться взрывом.
"Видно, убытки в уме подсчитывает - еще бы не горевал... А я должен спастись. Я же
столько раз спасался... И узнать, что стало с линзами!"
Лиргисо оттолкнул кресло, оно откатилось к двери.
- Кто, по-твоему, сейчас заправляет на "Гиппогрифе" - Лорехаун или Маршал?
- Честно, не знаю, - радуясь, что он вернулся к допросу, затараторил Саймон. -
Пятьдесят на пятьдесят. Господин Лиргисо, когда вы меня сюда доставили, у меня были с собой
видеоматериалы - громадный объем ценнейшей информации о "Конторе", и все это записано
на микроскопических носителях. Если мои линзы не выкинули, вы сможете посмотреть, что это
такое...
- Саймон, это не твои линзы, а мои, - лярниец усмехнулся. - Ты выполнил мой
заказ, и я забираю назад свою аппаратуру, больше она тебе не понадобится.
- Как - ваши? - только и смог вымолвить Саймон. - Как?..
- Так, - передразнил Лиргисо, немного оживившийся. - Фласс, не люблю
бестолковых рабов!
- Как это ваши, если мне их дали? - Саймон был настолько потрясен тем, что кто-то
пытается присвоить его сокровище, что забыл об осторожности. - В отеле на Земле... Дали по
ошибке, и теперь они мои, больше ничьи...
- Их дал тебе я. Грим, парик, немного игры... А изготовила их по моему заказу одна
синисская фирма. Я знал, что ты не удержишься от искушения, захочешь снять фильм о
"Конторе Игрек" - и предоставил тебе такую возможность. Фласс, до чего глупый у тебя вид!
Саймон чувствовал себя так, словно падал в пропасть. Его фильм, его сокровенное -
это был еще один обман, за этим стоял Лиргисо? В этом мире нет ничего надежного, все
обман...
Живущий-в-Прохладе с отсутствующим видом разглядывал свои ногти, покрытые
болотно-зеленым лаком, потом перевел взгляд на Саймона.
- К сожалению, видеозапись повреждена. Вероятно, это заслуга Маршала. Уцелевшие
эпизоды нуждаются в комментариях, и я надеюсь получить их от тебя.
- Да, да, все прокомментирую, - с готовностью закивал Саймон. - Я запомнил
много важного, вы "Контору" в порошок сотрете...
- А это тебе за Поля.
Рассчитанно болезненный удар в живот. Клисс со стоном опустился на корточки, а
Лиргисо вслед за своим креслом вышел из комнаты.
Саймон прикрыл глаза. Уж лучше не смотреть: никакой мебели, нет даже подстилки на
полу, только "цербер" возле стены, покрытой гадкой росписью.
"Пока я ему нужен, как кладезь информации о "Конторе". А что со мной будет потом?"
Римма Кирч дважды попадала на штрафные работы в седьмой отсек, и оба раза из-за
Поля Лагайма: сначала после провала провокации на "Сиролле", потом после домберга.
Территорию она еще тогда изучила основательно. Именно здесь она рассчитается с виновником
своего позора - Римме виделось в этом торжество высшей справедливости, словно кто-то
всемогущий и бесконечно мудрый, похожий на Маршала, отечески похлопал ее по плечу: вот
тебе, стажер, первая награда за правильный образ мыслей и действий.
Держаться на расстоянии, иначе "сканер" может ее засечь... Римма присела на корточки
в углу полутемной подсобки, накрылась найденной тут же грязной робой. Ребята из СБ уже
заглядывали сюда и никого не нашли - а чему удивляться, до сих пор корабельная СБ
жировала, вылавливая тайных выпивох и других нарушителей внутреннего распорядка; такое
ЧП, как сейчас, на "Гиппогрифе" впервые. То-то Зойг давит эсбэшников, как щенков.
Кирч включила и сунула в ухо горошину приемника. Лишь бы никого сюда не
принесло. Это ее охота.
...Вялые, с шарканьем, шаги. Римме не нравилась походка Роберта - она сразу
выдавала слабака, в ней угадывалось безразличие, отсутствие цели: походка здорового молодого
парня, которому на все наплевать. Будь на то воля Кирч, она бы за одно это навеки приписала
Роберта к седьмому отсеку.
По дороге он что-то лениво пинал. Наконец шаги стихли.
- Альберт, ты куда пропал? Выходи, я пожрать принес.
Прошло с полминуты, и отозвался другой голос:
- Я здесь.
- На вот, поешь.
- Спасибо. Котлету оставь себе, у меня зубы болят.
В домберге Римма слышала голос Поля Лагайма - он это или нет? Слабый и
хрипловатый, словно сорванный. Хотя, каким он еще может быть после того, что случилось со
"сканером"?
"Вот и узнал, культурный незийский пижон, что почем и что такое настоящая жизнь!"
Римма ухмыльнулась и стала слушать дальше.
- Погоди, мы котлету на мелкие кусочки разомнем, вот так, и ты их проглотишь, не
разжевывая. Тебе надо поесть протеинов, чтобы сил на все хватило, а то образовалась одна
мысль... - Роберт понизил голос. - Ты рвануть отсюда не хочешь?
- Хочу.
- И я тоже. Давно об этом думал, да есть проблемы. От "Конторы" просто так не
уйдешь - найдут. Другое дело, если у тебя связи на воле, и кто-то поможет с пластической
операцией и с новыми документами, чтоб следов твоих нигде не осталось. Были бы у меня
связи... - наступила тишина, потом стажер спросил: - Ну, так что, если я тебя выручу - ты
меня после выручишь? Я же понял, кто ты такой.
- Да, я согласен. Мои друзья все устроят - и операцию, и документы, и деньги. Как
ты понял?
- Дурак не поймет, - фыркнул Роберт. - Во-первых, известно, что ты снял с
ремонтника желтый комбинезон. Во-вторых, пушечное мясо тут зазря не переводят, и в таком
состоянии тебя сюда не послали бы - сначала подлечат, а потом уже дадут в руки швабру. А втретьих,
ты здешних заморочек не знаешь. Когда я сказал "обмененное слаще", надо было
ответить: "и слаще, и душу греет", а насчет компотика - "выйдет, не задержится, куда он
денется". У них на каждый случай всякие присказки, и попробуй все это не вызубрить - житья
не будет. Достали, придурки...
- Зачем ты связался с "Конторой"?
- Облапошили меня, как не знаю кого... Я в Космопол хотел, да не прошел по
психологическим тестам - сказали, ксенофоб. И тут подваливает один парень, говорит, нам
подходишь, а у нас тоже почти Космопол, только специфика самую малость другая. И я, дурак,
попался! Ты ешь, компотом запивай. Я тебе еще лекарства принес.
- У меня кое-что есть. В вашей лаборатории взял.
- Допинг принимал? - деловито осведомился Роберт.
- Фергон.
- Дерьмо. Я принес тебе хминк - боевой стимулятор из самых-самых. Примешь
двойную дозу и будешь, как чемпион по многоборью, но его лучше не натощак.
"Сканер" ел, а Роберт говорил, и если бы Кирч не сидела в засаде, она бы не
удержалась от презрительного сопения. Щенячий скулеж. Роберт жаловался врагу на все подряд
- и на муштру, и на плохое меню, и на шутки "стариков", и на конторские обычаи (о них он
отзывался с брезгливым раздражением, как о "тупых дикарских ритуалах"), и на то, что денег
не платят, и на всякие ничтожные мелочи вроде дребезжащего кондиционера в туалете. Видно,
ему давно уже хотелось кому-нибудь поплакаться, да слушателя не было. Этого и зомбировать
не надо, сам прибежал с поднятыми лапками! Он хуже Зойга, он предатель. Кирч с затаенным
удовлетворением подумала о том, что ее долг - убить слабака-предателя.
- Не могу я здесь больше, - подытожил Роберт. - Хочу простой человечьей жизни, и
чтоб у меня была своя девчонка - нормальная девчонка, не из этих конторских костоломок.
Глотай хминк. Я тебе переодеться принес - погоди, сниму... А это крем-краска. Будешь как
темнокожий, чтоб синяков не видно. Что опухший, ничего - подумают, что с похмелья. Как
новый Маршал объявил сухой закон, так половина "Гиппогрифа" перепилась, типа надышаться
перед смертью. Когда пойдем до машин, все делай, как я, и если нам что скажут - повторяй за
мной, понял? В ангарах поставили часовых, но это фигня, снимем.
В его голосе прорезались жесткие нотки, и Римма напряглась от негодования: ради того
чтобы сбежать с корабля, этот рохля готов на убийство!
Шорох одежды: он стаскивал с себя предназначенный для "сканера" комбинезон.
- Вот, надевай. Твой друг Баталов где-то на Рузе, сможешь его найти? Лучше бы к
нему, чем к Лиргисо. Но я по-любому расскажу все, что знаю, согласен на "сыворотку правды",
только из безвредных, чтоб мозги не закипели.
"Предатель!" - Римма про себя чертыхнулась.
До сих пор ей не доводилось казнить предателей, но она уже ощутила сладкий привкус
предстоящей расправы.
- Крась лицо, шею, уши и руки. Вот зеркальце, давай.
- Я не знаю, до кого нам проще будет добраться, до Стива или до Лиргисо, - Поль
говорил с паузами - наверное, одновременно размазывал по коже темный грим. - На всякий
случай запомни, если попадем к Лиргисо - его лучше не раздражать. Ни мата, ни грубых
выражений, веди себя вежливо, как на приеме у гелионской королевы. И ксенофобию держи под
контролем. Он нетерпим к тем недостаткам, которыми сам не обладает, ксенофобов он не
любит. Я сумею договориться с ним и все улажу, а ты его, главное, никак не спровоцируй. Если
что, извинись и скажи, что смотришь на свою ксенофобию, как на психическое расстройство.
Но сначала мы попробуем связаться со Стивом и Тиной.
- Я слышал, что Тина Хэдис погибла на Норне.
- Не погибла.
Римма насторожилась: вот как? Но ведь норнианский зверь сожрал разбитый "лоргу"...
Или Тины там уже не было? Раз "сканер" так уверенно говорит - он, должно быть, знает.
Хорошо бы взять его живьем и доставить к Маршалу для допроса.
Приняв решение, Римма сбросила робу, переложила в карман справа парализатор для
"сканера" и бластер ближнего боя для стажера-предателя. Она не новичок, не перепутает.
- На шее осталось белое пятно, - донесся из приемника озабоченный голос Роберта.
- И вот здесь, за ухом. А так ничего... У нас есть темнокожие, сойдешь за одного из них.
- Сюда кто-то идет, - перебил Лагайм. - С той стороны.
Кирч ощутила досаду, смешанную с азартом: "сканер" ее заметил, но это не значит, что
она проиграет двум слабакам. На ходу вытащив бластер, она пересекла, низко пригибаясь, зал с
покосившимися от старости контейнерами - вечным реквизитом седьмого отсека.
- Он приближается.
- Один?
- Да.
- Эсбэшники, которые тебя ищут, ходят по трое. Какой-нибудь горемыка-штрафник...
- Роберт говорил негромко, но оживленно, как путешественник, готовый навсегда
распрощаться и с эсбэшниками, и со штрафниками, и с другими местными
достопримечательностями. - Спрячь эту желтую тряпку вон туда, за ящики.
Скрежет пластиковой тары.
- Он мне не нравится, - тревожный шепот Лагайма. - Это убийца.
- Мне здесь тоже никто не нравится. Все они убийцы, зверье... Убери парализатор, на
словах отбрешемся.
- Роберт, я ведь "сканер"! - Лагайм начал терять самообладание. - Он идет сюда,
чтобы убить нас. Не знаю, каким образом, но он про нас знает.
Римма присела, положила оружие на пол, вытащила из специального кармашка и
натянула перчатки. Дернув "молнию" на воротнике, опустила на лицо глухой капюшон с
прорезями для глаз. У нее ушло на это несколько секунд. Идиотский приказ Лорехауна оказался
кстати: хорошо, что на ней полевая форма, сшитая из ткани, которую заряд парализатора не
пробьет.
Взяв бластер, она крадучись двинулась дальше. Роберт и Поль от нее не уйдут -
вереница залов заканчивается тупиком, другого выхода нет.
- Наверное, он следил за мной от столовой! - Роберт тоже начал паниковать. - Черт,
что теперь делать? Расстреляют...
- Прекрати, - оборвал "сканер". - Парализуем его. Он один, других нет. Двигается
бесшумно, но я его вижу - небольшой агрессивный сгусток, словно плывет шаровая молния.
"Сейчас засранец-стажер скажет про форму... Нет, не сказал. Забыл, "салага", мало тебя
по лбу щелкали!"
- Он за этой дверью, - тихо предупредил "сканер".
"Спасибо за подсказку", - мысленно хмыкнула Римма.
Пинком распахнув дверь, она прижалась к стене, с бластером наготове.
- Где? - с нотками истерики спросил Роберт.
- Справа.
Римма нашарила в кармане рубиконский "волчок". Будь там, со "сканером", Зойг, она
не решилась бы на такой номер, Зойг не попался бы, но эти - другое дело.
"Волчок" - детская игрушка, во время путешествия по облаку Тешорва кто-то
подбросил его в женскую душевую. Римма тогда первая опомнилась, сообразила, что облачные
аномалии тут ни при чем, и поймала жужжащий, разноцветно мигающий, скачущий по
раздевалке предмет, а после, злая и мокрая, нагишом вылетела в коридор и надавала тумаков
тем, кто хихикал за дверью. Ее напугали - этого она спустить не могла.
Собираясь покинуть "Гиппогриф", она сунула "волчок" в карман: он маленький, с
грецкий орех, зато переполоха может наделать, как тяжелая артиллерия.
Сейчас эти двое получат, нервы-то у них натянуты... Ухмыльнувшись, Римма включила
игрушку и швырнула в дверной проем. Затем упала, перекатилась, из положения лежа
выстрелила в оцепеневшего Роберта. По его бледному лицу скользнул лиловый зимний отсвет,
когда это лицо перекосилось, и предатель, взмахнув руками, начал оседать на пол.
А "сканер" не оцепенел - отскочил, направил на нее бесполезный парализатор.
"Волчок" не произвел на него впечатления, и Кирч это разозлило: притворяется, будто он круче,
чем на самом деле!
- Брось оружие, лежать лицом вниз, руки на затылок!
Тоже не подействовало. Метнулся в сторону, за контейнеры. Он же под хминком,
чертов стажер угостил его двойной дозой.
"Волчок" кружил по залу, ударялся о стены, неритмично завывал, режущие цветные
вспышки мешали сориентироваться. Отбросить это, как на тренировках: посторонние звуки и
световые эффекты побоку, главное - найти врага.
Роберт все еще шевелился, скреб пальцами пол. Кирч добила его контрольным
выстрелом в голову, а то вдруг вытащит оружие... Убрав бластер, достала парализатор.
"Сканер" знает много любопытного, а превратить ее в зомби ему слабо... Или... или
зомбирование уже началось, и это он внушил ей мысль, что убивать его нецелесообразно?
- Выходи, если хочешь жить! - потребовала Римма.
"Сканер" не отзывался. Он там, за столпотворением контейнеров, и он ее видит сквозь
пластик и металл, а она даже не слух не может определить его местонахождение, "волчок"
глушит все негромкие звуки.
Если он сбежит... В одиночку ему деваться некуда, но где-то бродит зомбированный
гинтиец, готовый выполнить любой его приказ, и мало ли, кого еще он сумеет зомбировать.
"Только не меня, - подумала Римма, стараясь подавить шевельнувшийся страх. - Я
не поддамся".
Движение за спиной - она его не увидела и не услышала, скорее уловила неким
шестым чувством. Враг обошел ее с фланга, протиснувшись в просвет между контейнерами.
Первым ударом выбил парализатор, вторым попытался оглушить ее, но Римма увернулась.
Это напоминало драку на дискотеке, под аккомпанемент несусветной какофонии и
кислотные всплески цветомузыки. Римма уступала "сканеру" в силе и гибкости, зато
превосходила в технике и скорости - ребята его так отделали, что двойной дозы хминка елееле
хватило на то, чтобы он двигался в нормальном для посредственного бойца темпе. У обоих
за плечами опыт уличных драк (у Риммы - в яхинианских и рубиконских трущобах, у ее
противника - в экзотических незийских мегаполисах), а также тренировки, но Лагайм никогда
не был ликвидатором "Конторы", не охотился на людей. И боевого задора ему не хватало: он
просто защищался на последнем рубеже, дрался, чтобы выжить. Он проигрывал.
Римма запнулась о швабру; отпрыгнув, откинула капюшон, чтобы обзор был получше.
Новый прыжок спас ее от подсечки. Они очутились возле тела стажера - тот лежал на боку,
выпученные глаза остекленели.
- Зачем надо было убивать его? - первые слова, которые Римма услышала от
"сканера".
- Он предатель, сторговался с тобой, хотел уйти! - яростно и счастливо, ликуя от
предвкушения близкой победы, выпалила Римма. - Предателей мы казним!
Вот тогда это и случилось... Она не поняла, что произошло со "сканером": мгновенная
неуловимая перемена - и он стал другим, опасным. Получив сильный удар в живот (до сих пор
он так не бил!), Кирч стукнулась затылком о контейнер. Хорошо, что у нее накачанный
брюшной пресс и череп не стеклянный... Теперь уже она проигрывала, отступала, а "сканер"
атаковал, сравнявшись с ней в скорости, словно в него вселился демон.
Ее швырнули на пол, правая рука вывернута на перелом. Попытка освободиться ни к
чему не привела, Кирч засопела от боли.
- Не двигаться, сломаю, - предупредил "сканер".
Руки он ей скрутил и связал вполне профессионально, все-таки бывший полицейский,
хоть и с Неза. Эластичным поясом от ее же форменного комбинезона - не разорвешь, на то и
рассчитан. Потом Римму приподняли за шиворот и посадили, прислонив спиной к рифленому
боку контейнера.
- Как выключить эту штуку?
- Ее сначала надо поймать, - буркнула Римма.
"Волчок" скоро сам остановится, жужжание постепенно затихало, и скачки были уже
не такими сумасшедшими. Наверное, Лагайм это понял, потому что гоняться за ним не стал,
вместо этого начал обыскивать пленницу. Когда его пальцы задели грудь, Кирч рефлекторно
напряглась.
- Извини, я только оружие заберу.
Это немного смущенное "извини" ее успокоило: незийский полицейский, что с него
взять... Уж она-то никогда не стала бы извиняться перед побежденным врагом! Сейчас в нем не
было ничего демонического - исчезло так же внезапно, как появилось. Он отобрал у нее
бластер, парализатор, пару миниатюрных пистолетов, ножи. "Торпеда" тоже досталась ему, и
это было особенно досадно: вряд ли удастся так же запросто украсть вторую, в Отделе
мобильной связи наверняка хватились пропажи.
Пока "сканер" рассовывал трофеи по карманам, Римма его рассматривала, изучала. Она
уже видела его на "Сиролле" и в домберге, и помнила снимки из досье. Поль Лагайм был
красивым парнем: тонкие, почти девичьи черты лица, прямой нос, большие и выразительные
темно-карие глаза, но сейчас от этой красоты следа не осталось - опухшие скулы, разбитые
запекшиеся губы. Кожа темная от грима, при этом гладкая, без щетины - видимо, пользуется
дорогими эпиляторами долговременного действия (Римма осуждала тех, кто разорялся на
дорогую косметику). А глаза на изуродованном побоями лице сохранили свою
привлекательность, было в них что-то, вызывающее невольную симпатию - возможно, и Зойг
на это купился.
Одна деталь, особо отмеченная в досье: на Незе Поль Лагайм постоянно затевал драки,
однако на него ни разу не подавали в суд. Это каким же чудовищным влиянием на людей надо
обладать... У Риммы дыхание перехватило от нахлынувшего страха, и, чтобы не поддаться
наваждению, она проворчала:
- Физию-то тебе здорово попортили... В зеркало еще не смотрелся? Красавец хоть
куда.
Он в это время разглядывал "торпеду". Услышав слова Кирч, безразлично пожал
плечами, словно отмахнулся от ерунды. Значит, для него не имеет значения, красив он или нет,
и этот наскок вызвал у него только презрение... Римма почувствовала себя задетой.
Убрав "торпеду" в карман, Поль поднял голову, и вдруг его глаза расширились, он
замер. Там, куда он смотрел, не было ничего интересного: опрокинутое ведро, облезлые
оранжевые контейнеры.
- Ты все еще здесь, не ушел? - тихо спросил "сканер". - Жаль, что так получилось.
Зато теперь ты свободен, и никто не сможет удержать тебя тут, понимаешь? Я тебя вижу, но не
слышу, что ты говоришь. Есть какие-нибудь места, которые тебе нравятся? Тебе теперь
достаточно захотеть, чтобы там оказаться.
- С кем ты разговариваешь? - не выдержала Римма.
- С Робертом.
- Он же вон где! - чувствуя, как по коже ползут мурашки, она оглянулась на труп.
- Нет, он стоит перед нами, - возразил Поль. - Ты его не видишь, а я вижу.
Послушай, тебе не стоит здесь задерживаться, - он опять обращался к пустоте. - Лучше не
оставайся в облаке Тешорва, отправляйся на какую-нибудь хорошую планету. Счастливо тебе, и
спасибо за помощь, - после паузы, в течение которой Кирч вся взмокла, "сканер" сказал: -
Все, ушел. Те, кто уходит, обычно очень переживают из-за того, что другие люди их не
замечают, а их просто почти никто не видит. Зачем ты его убила?
- Предателей надо наказывать.
- Фраза-клише.
Кирч угрюмо засопела: ну вот, еще один умник на ее голову выискался, мало ей было
Саймона Клисса! Потом спросила сквозь зубы:
- Что такое клише?
- То же самое, что стереотип или шаблон, - объяснил Поль. - Удобная
бессмыслица, которую используют, чтобы не вникать в суть. Теперь понятно?
- Предательство - это не бессмыслица.
- Роберт рассказал мне, как он попал в "Контору Игрек". Его завербовали обманом,
так что он ничего не был вам должен. Предать можно своих, а не мошенников, которые тебя
обманули.
У Риммы был кое-какой опыт в спорах, в последнее время она полемизировала со всем
"Гиппогрифом", и уступать "сканеру" тоже не собиралась. Это всего лишь незийский
гражданин, изнеженный, бесхарактерный, привыкший плыть по течению, как все люди с Неза.
То, что он одержал верх в драке, а перед этим расправился с Пергу и санитарами, ничего не
меняло: культурного незийского гражданина загнали в угол и вынудили защищать свою шкуру!
Просто так он не стал бы все это делать, поэтому Кирч по-прежнему ощущала свое
превосходство над ним, хоть и сидела на полу со связанными руками.
- Если ты в команде, ты не имеешь права плевать на ее интересы, а как ты попал в
команду, сам пришел или тебя за уши притащили - это не важно.
- Наоборот, это ключевой момент, - возразил Поль. - Если меня притащили за уши
- значит, команде наплевать на мои интересы, и тогда я не обязан считаться с ее интересами.
Типично незийский менталитет. Ехидное сопение Кирч "сканер" проигнорировал,
словно она вообще не издала ни звука, это ее тоже задело.
- Ты, наверное, хочешь, чтобы тебе было удобненько, чтобы с тобой происходило
только то, чего ты сам захотел? А Вселенной нет дела до твоих щенячьих желаний! Во
Вселенной есть силы, которым тьфу на твои интересы! - для большей убедительности Римма
сплюнула на пол. - Вот так - видел? Можно называть их Богами, можно Учителями, можно
Высшими Силами, и они всех нас учат и испытывают, и если ты не хочешь остаться пешкой, ты
должен быть хорошим стажером, не слабаком, потому что мы все для них вроде как стажеры, и
в офицеры производят тех, кто этого заслуживает. У них все под контролем, понял?
- Да нет там ничего подобного.
- А что есть?
- Бесконечность. Много разного. Если поискать, возможно, и найдется такое, как ты
говоришь, но это будет крохотная частица бесконечности - клуб для тех, кто нуждается в
Высших Силах. Можно вступить в него, а можно пройти мимо.
От этих рассуждений Римме стало жутковато: словно заглянула в окошко, за которым
предполагалось что-то вполне определенное, знакомое - и вместо этого увидела провал в
бездну, ту самую бесконечность, о которой говорил "сканер".
- Ты гонишь. Ты такой же слабак и дезертир, как Роберт. Привык у себя на Незе к
тепличным условиям... Тебя, наверное, и Лиргисо этим купил? Почему не поработать на врага,
если тебе по утрам подают в постель на золотом подносе настоящий кофе с четырьмя ложками
сахара!
- С двумя, - возразил "сканер". - Зато со сгущенкой, иначе я не стал бы на него
работать. А у вас тут настоящий кофе только для избранных?
- Чтобы что-то получить, надо это заслужить! Надо самому искать трудностей, а если
ты от них бегаешь и становишься героем только чтоб защищаться, к тебе и отношение будет вот
такое - тьфу! - на этот раз Кирч изобразила плевок символически. - А Роберт даже на
вынужденный героизм был не способен. Слабак, из которого так и не удалось человека сделать.
- Зачем вы вербуете неподходящих людей?
- А подходящих мало. Человечество - это сонное болото, не замечал? - в голосе
Риммы появились нотки горечи, совсем как у Маршала. - Мы их защищаем от таких, как ты, а
им на все наплевать, они пасутся себе на мыльных сериалах, пьют пиво, балуются мелкими
дрязгами - и так живет восемьдесят процентов человечества! Тех, кто чего-то стоит, очень
мало, - она тяжело вздохнула.
- Вот это да! - Поль усмехнулся. - Знаешь, когда я смотрю на человечество, я вижу
совершенно другую картину, но дело даже не в этом. На Незе я работал в полиции, и все мы там
знали, что люди, которых мы должны защищать, достойны хорошей жизни, мы относились к
ним с уважением. А у вас тут настоящий театр абсурда: защищаете - и при этом ненавидите и
презираете, зачем тогда защищать?
Опять умничает... Кирч не стала спрашивать, что такое театр абсурда. Еще раз
вздохнула и объяснила:
- Массы не заслуживают другого отношения, на то и массы. Главное ведь не это, а то,
что мы - команда, мы не боимся трудностей, мы умеем выигрывать! Ваша незийская полиция
- это ребята-дилетанты, а мы из высшей лиги!
- Послушай, тебе сколько лет?
- Двадцать пять.
- Ты думать никогда не пробовала?
От неожиданного вопроса она растерялась и ляпнула:
- Как?
- Мозгами. Не знаешь, как это делается?
- В отличие от уважаемых тобой масс, я все время думаю, - исподлобья глядя на
него, процедила Римма.
- Твои убеждения и твое нежелание что-то понимать - твое личное дело, но ведь
Роберт не первый. Ты многих убила.
- С чего ты взял?
- Я "сканер", - напомнил Лагайм. - Я вижу, что ты профессиональная убийца,
наивная и твердолобая. Что мне теперь с тобой делать? В драке я мог бы тебя убить, а вот так,
связанную, не могу. В судьи и тем более в палачи я не гожусь. Сдать бы тебя в Космопол, но его
здесь нет... Кстати, почему ты сказала, что людей надо защищать от таких, как я?
- От таких, как ты, в первую очередь, - Римма прищурилась, чтобы скрыть
нарастающую неприязнь, смешанную со страхом. - Вначале "Подразделение Игрек" было
создано специально для борьбы с такими, как ты.
- Со "сканерами"?
- С зомбировщиками.
- Но я же никого не зомбирую, - его недоумение казалось искренним. - Я даже не
знаю, как это делается.
- А Зойга кто обработал?
- При чем тут Зойг?
Ага, не удивился, услышав имя... Не "какой Зойг?", а "при чем тут Зойг?"
- Ты ведь знаешь, кто такой Зойг? - Римма задала вопрос обличительным тоном, хотя
в животе у нее похолодело от страха.
- Офицер, который не позволил вашей шпане переломать мне кости. Я запомнил имя.
- У нас не шпа
...Закладка в соц.сетях
