Жанр: Научная фантастика
Нелинейная зависимость
...с другими
мужчинами то на вечеринках, то на конференциях в обществе именитых ученых, то
совершенно случайно в общественном транспорте.
За всю жизнь, Андрей лишь дважды встретил женщин, которые не вписывались в эти
три типа. Первой была Марина, с которой он познакомился на вечеринке у Артема. Больше
чем за год малозначащие детали стерлись из памяти, но сейчас вновь проступили с
угрожающей отчетливость.
- Андрей, можно тебя на минутку? - в тот вечер Артем взял Андрея за локоть и отвел в
сторону, сунув ему в руку бокал с шампанским. - Ты не обижайся, но я тебя хочу кое о чем
попросить.
- Да. - Андрей нехотя вырвался из шумной компании.
- Я насчет Марины. Светлана мне сказала, что ты положил на нее глаз. Не надо. Я знаю
твое отношение к женщинам и мне бы очень хотелось, чтобы ты ее не травмировал. Это
наша хорошая подруга. И у нее без тебя есть проблемы личного порядка. Пожалуйста,
измени своей привычке хоть раз.
- Артемыч... - попробовал возразить Андрей.
- Погоди. - Артем прервал его на полуслове. - Не надо оправдываться. Просто будь
человеком.
- Ну а если она мне по-настоящему понравилась? - в голове уже шумело от выпитого,
поэтому нотация друга вызвала легкое раздражение пополам с защитной реакцией. - Я ведь
не женат, между прочим.
- Я просто сказал то, что думал. - пожал плечами Артем. - Я не собираюсь устраивать
вашу личную жизнь, ни вместе, ни по отдельности. И мешать вам тоже не собираюсь. Мне
бы просто хотелось, чтобы ты ее не обижал. Если у тебя серьезные намерения, я слова тебе
не скажу.
- Но я ведь не могу поклясться, что буду любить ее вечно! - завелся Андрей.
- Этого и не надо. Не обижай ее, вот и все. Будь с ней честным, больше ничего и не
требуется.
Артем вернулся в компанию, и веселье продолжилось будто ничего не случилось. Но
Марина так сильно выделялась среди шумных гостей, что Андрей просто не смог
удержаться. Перед ним был исключительный вариант, скромненькая серая мышка,
миленькая и откровенная в своей беззащитности. И она на это знакомство пошла -
осторожно, словно ощупывая дорогу. Тогда Андрей сам нарисовал ей дорогу, прочную, как
железобетон.
Но уже после первой ночи любви Андрею стало понятно, что они не пара, а Марина
по-прежнему была в восторге. Пришлось этот восторг пригасить. Мягенько не получилось,
разразился скандал, на некоторое время осложнивший отношения с семьей Артема.
После этой истории к необычным девушкам Андрей начал относиться с опаской. Сам
над собой смеялся, мол, обжегся на молоке, а принялся дуть на воду. Но поделать ничего не
мог. Уже и забыл почти, но надо же, Артем снова напомнил несколько дней назад.
Несколько?
- Черт... - вслух ругнулся Андрей. - Это ведь было вечером, перед ночью нелинейной
зависимости! Надо же было именно так совпасть! Словно специально...
А на следующий день была встреча с Аленой. Ее необычность сразу бросилась в глаза,
и Андрей попросту испугался, решил не начинать игру. Такое бывало редко, но от Алены так
и струилась некая мистическая опасность, странное ощущение, будто эта женщина в чем-то
сильнее его самого. Точно такое же ощущение, если быть до конца честным, заставило
прервать отношения с Мариной. Страх перед ее превосходством.
Андрей вздохнул.
Это звучало как оправдание, запоздалое и ненужное. Но Андрей действительно чаще
всего встречался с женщинами в отношении которых жалость, понимание и сочувствие
попросту не имели смысла.
"А кто тебе дал право судить?" - мелькнула в голове отчужденная мысль.
Никто и не судил. Андрей просто двигался по накатанной колее - привычная схема
знакомства. Если бы знать заранее, что в кабинет явится не женщина, а гений
программистской мысли, Андрей бы и связываться не стал!
- И не надо было. - шепнул он. - Не только с Аленой. Вообще.
Нельзя было никого обманывать. Ни Алену, ни Пашку, ни Валентина. От вранья ничего
не становится лучше, все только затягивается в узел неразрешимых проблем. Не пригласи он
Алену на встречу, диск бы остался у нее. И не было бы дурацких Валькиных надежд на
премию Скотта, и Андрея он бы не довел до аварии. Без аварии не было бы больницы, а без
больницы не было бы похищения. Да, трусость всегда порождает вранье. Постоянно. Других
причин для обмана вообще не бывает.
Премия Скотта прочно накрылась тазом, а премия Нобеля теперь вилами на воде
писана. Приедут сейчас бандюки, зажмут яйца в тиски - вот и будет нелинейная зависимость
громкости крика от силы зажима. И будет другая зависимость, еще более страшная и
позорная - какая-нибудь там "нелинейная зависимось имени Самохина", или как там они ее
назовут.
- Все, треньдец. Вся жизнь прошла зря.
Эта фраза окончательно вернула в реальность.
Ну а если жизнь прошла зря, то какого черта за нее цепляться? Ведь если Андрей
ничего не расскажет, то зависимость как называлась их с Пашкой именами, так и будет.
Пашка и опубликует статью. Так что нафиг. Не узнают бандюки ничего.
Только одна мыслишка не давала покоя. Билась, билась под черепом, превращаясь в
новую волну испуга. Но Андрей боялся не смерти. Он еще на войне понял, что каждый
человек обладает личным бессмертием, поскольку не может констатировать собственную
смерть. Нельзя ведь подумать: "Я умер." Андрей боялся боли. Ее, в отличии от собственной
смерти, человек может осознать во всей полноте.
И только он об этом подумал, как через отдушину послышался вой нескольких
милицейских сирен.
- Господи... Успели! - не удержался Андрей от громкого возгласа.
Сирены сделались тише и почти сразу затерялись в неустанном тарахтении то ли
компрессора, то ли старенького экскаватора. Андрей сунул ухо в отдушину, напряженно
вытянув шею, но ничего нового не расслышал. Этот наряд явно умчался на другое задание.
Андрей соскочил с дивана и глянул на сотовый телефон. Аппарат выключился
окончательно и признаков жизни не подавал.
- Так... - с замиранием сердца протянул Андрей, и забросил бесполезное устройство
подальше, чтоб случайно не попалось на глаза. - Теперь остается надеяться только на чудо.
Не понятно было, почему вариант с Валентином не отработал. Неужели ради злости на
Андрея он мог рискнуть сорока миллионами? Не верилось. Может это не Валентина вина,
может менты поленились, протянули, а то и вообще не взялись за такую мелочь, как
украденный сотовый телефон?
Но раз не вышло, нет ни малейшего смысла строить догадки. Надо думать, как можно
выбраться собственными силами. И не давать нервам распускаться. Расшалились нервишки,
расшалились.
За воротами скрипнули тормоза и мягко щелкнула автомобильная дверца. От
неожиданности Андрей вздрогнул. Сердце забилось нехорошим предчувствием. Когда
скрипнул засов и створки ворот приоткрылись, Андрей постарался сделать как можно более
спокойное лицо.
Кум зашел в гараж, постоял, привыкая к полутьме, затем обошел яму и уселся на диван
рядом с Андреем.
- Рассказывай. - хмуро сказал бандит.
- У нас все по-старому. - попробовал отшутиться Андрей. - А ты узнал, о чем меня
хотели спросить?
- Узнал.
Андрей прикинул, каким движением можно обмотать цепь вокруг бычьей шеи Кума.
Если бы это вышло...
- Еще меня попросили отбить тебе печень. - буднично сказал Кум.
- За что? - Андрей почувствовал хлынувшие в кровь струи адреналина.
- За мою невнимательность. Телефон у тебя оказался. Сотовый. Это плохо. Ты ведь и
ментов мог вызвать. Понимаешь, да? Где трубка?
- Я ее выбросил в отдушину. - без всякой цели соврал Андрей. - Батарея села.
- Я знаю, что села. Но выбрасывать-то зачем?
- Чтоб ты не нашел.
- Логично. - холодно отметил бандит. - Проверять?
- Как хочешь. - на этот раз пришлось применить все свое актерское мастерство.
Но судя по всему, ничего проверять Кум не будет. Далеко. Это здесь восемь метров от
ворот до стены, а чтобы попасть к отдушине с другой стороны, надо выехать из гаражного
кооператива, а потом еще пешочком пройтись.
- Ладно. Все равно она сдохла. - разумно решил Кум. - Да и печень я тебе отбивать не
буду. Устал.
- Так какие вопросы? - спросил Андрей, все отчетливей ощущая недоброе.
- Не вопросы. Один только вопрос. Но очень важный. Ты пожалуйста мне ответь на
него.
- Я отвечу. - согласился Андрей. - Но ты ведь не запомнишь все дословно. Там физика,
сложные формулы. Диктофон ты взял?
- Послушай... - по лицу Кума пробежала тень злости. - Ты надо мной издеваешься, что
ли? Совсем за дебила меня держишь?
- Нет. - постарался успокоить его Андрей.
- Ну так закрой хлебало и слушай! - окончательно вспылил бандит.
Андрей промолчал, чтобы не злить Кума еще сильнее.
- Короче, всех интересует только один вопрос. Куда ты дел диск бабы-программистки.
- Что? - от удивления Андрей забыл о страхе и вскочил с дивана на ноги. - Это она вас
прислала?
- Это не твоего ума дело. Понимаешь, да? Где диск?
- Сгорел в машине, когда я в аварию попал.
В следующий миг Андрей понял, что умер. Стало темно и беззвучно, но уже через
несколько мгновений тишина сменилась ровным свистом в ушах, а перед глазами
проявились дрожащие алые пятна. И тут же боль в носу - свирепая, как стая диких собак.
- У-у-у-у... - застонал Андрей, пытаясь понять, в каком положении он находится.
Оказалось, что лежит на бетонном полу в луже собственной крови, ручейком
стекающей из носа по щекам.
- Нормально? - заботливо спросил Кум, потирая костяшки кулака. - Или добавить?
- Нормально. - Андрей выставил вперед ладонь, словно это могло защитить его от
следующего удара.
Удара не было.
Андрей с трудом поднялся, сел на диван, и задрал лицо кверху. В горле тут же стало
солоно, противно и липко.
- Так где диск? - снова спросил бандит. - А чтобы ты больше не нарывался на кулак, я
тебе подскажу один факт, который ты знаешь, но которым не руководствуешься. Ты своему
корешу по телефону отсюда сказал, что диск у тебя.
- Это я фигурально. - выкрутился Андрей. - В смысле, что знаю, где он.
- Понятно. Так где?
- Я же на машине разбился. - рассказал Андрей. - Диск лежал у меня в кармане брюк.
Так что его вместе со всеми вещами держали в больнице. Но сейчас, скорее всего, он уже в
ментовке. Наверняка ведь все перетрусили после ночной перестрелки.
- Ага. Этот вариант принимается. - кивнул Кум, и направился к выходу. - Я передам.
Люди за мной стоят весомые, они быстро смогут проверить. Но если ты соврал, будешь
носом стену долбить, как дятел. Пока не продолбишь дыру. По опыту скажу, дня три у тебя
есть. Потом выпущу, либо тебя отсюда, либо кишки из твоего живота. В зависимости от
правдивости твоего ответа. Понимаешь, да?
Он вышел и запер ворота.
Андрей уткнулся в ладони скованных рук, и позволил себе заплакать. Нос продолжал
болеть, кровь идти перестала, но розовая сукровица еще пачкала руки вместе со слезами.
Похоже, что весь мир сошел с ума из-за этого диска.
- Но надо же было именно мне в это влипнуть! - зло вытер глаза Андрей.
В Москве десятки тысяч контор, куда Алена могла обратиться в поисках работы, где ее
бы приняли, оценили, приласкали и поделились бы премией Скотта. Но надо же ей было
обязательно клюнуть на липовое объявление Андрея! За неделю никто кроме нее не
отозвался.
Но больше всего злило даже не это. Валька Знобин, гадюка какая... Даже не верилось,
что это он навел бандюков. Но все факты ясно указывали именно на это. Ну через кого еще
Кум мог узнать о мобильном телефоне, и о содержании разговора с Артемом? Только через
Вальку. Да и заинтересован он по всем статьям. Обидно. Вот вам и дружба.
Открывающаяся перспектива предстоящих событий выглядела для Андрея самым
плачевным образом. Не было никаких сомнений, что руки у этой банды действительно
длинные, за пару дней они доберутся и до хранилища вещей в больнице, и до милицейских
чинов, которые ведут дело о перестрелке. И тогда все - нового шанса скорее всего не будет.
Фактически, несколько минут назад Андрей подписал себе смертный приговор.
9.
Уже к вечеру снова захотелось есть. Если учесть, что в больнице не баловали обильным
питанием, то в этом не было ничего удивительного. Съеденный утром гамбургер и картошка,
только раздразнили аппетит. Но основные мучения доставляло даже не отсутствие пищи, а
окрепшая уверенность в ее недосягаемости. Никто явно не собирался кормить Андрея до
завершения поисков диска.
В памяти то и дело возникали воспоминания о всех голодных днях, которые когда-либо
приходилось переживать. Тогда было так же - когда пищи было вдоволь, аппетита особого
не было, как только Андрей оказывался без денег, тут же просыпался зверский аппетит, и ни
о чем кроме еды невозможно было думать.
Андрей не знал, чем себя занять. Он считал шаги от дивана, до места, где кончается
цепь, он пробовал спуститься в яму, но до лестницы цепи не хватало, а прыгать с
двухметровой высоты не хотелось. Тем более не понятно было, как потом выбираться из
ямы. Оставалось только часами глядеть в отдушину - это был последний портал,
соединяющий запертый разум с остальным миром. Но вид в этом единственном окошке не
менялся - все тот же пустырь, все тот же лес вдалеке, и ни одного прохожего в поле зрения.
Но Андрей верил, что за двое суток кто-нибудь обязательно пройдет мимо. Может не
рядом, но по крайней мере можно будет докричаться, договориться, чтоб вызвали милицию,
пожарников или службу спасения. Или хотя бы узнать место, где стоит этот проклятый
гараж.
Время от времени Андрей молился - искренне, от души. Каялся, мысленно просил
прощения у Алены. Но ничего не менялось. Время шло, есть хотелось все сильней и сильней.
Иногда, в неудобной позе возле отдушины, затекали ноги. Тогда Андрей снова
укладывался на диван, или отсчитывал шаги доступного пространства. В один из таких
обходов он заметил возле крана на раковине половинку вареного яйца. Удивился - почему
раньше не видел? Но приглядевшись понял, что никакое это не яйцо, а два овальных
обмылка - белый побольше, и небольшой желтый в середине.
- Так... Это уже голодные глюки.
Слух тоже обострился. Видимо тело в эстремальной ситуации включало древние
охотничьи инстинкты. Вот только охотиться в гараже было не на кого - даже следов мышей
или крыс Андрей не заметил.
Когда уже почти стемнело, когда стихло тарахтение неутомимого мотора, через
отдушину послышался шорох травы. Андрей, как ужаленный, вскочил на диван, и прижался
лицом к дыре. На самом краю видимого пространства он заметил невнятное мельтешение.
- Эй. - осторожно позвал Андрей. - Можно Вас на минутку?
Никто не ответил, хотя точно слышались шаги по траве.
- Пожалуйста, подойдите!
Шаги приблизились, и Андрей разглядел в полутьме большую рыжую собаку. На
собаке был дорогой ошейник со светящимся зеленым кантом.
- О... Бобик. Иди сюда. - для убедительности Андрей пару раз свистнул.
Собака сделала несколько шагов к стене и принюхалась. Не было никаких сомнений,
что где-то рядом с породистым сеттером должен находиться его хозяин. Или хозяйка.
Хозяйка была бы даже лучше. Не смотря на повышенную пугливость женщин, их проще
всего бывает уговорить.
Стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть осторожного пса, Андрей подобрал еще
пахнущий гамбургером пакет из "Макдонольдса", скомкал, и бросил в отдушину. Запах
собаку заинтересовал - она косо глянула на блестевший в отдушине глаз Андрея, и начала
ковырять пакет лапой.
Андрей слез с дивана и осмотрел гараж. В тусклом свете засиженного мухами плафона
он хотел найти веревку или проволоку, чтобы накинуть собаке на шею. Никакого другого
способа привлечь внимание хозяина, в голову не пришло. Но ни проводов, ни веревок, нигде
не было видно.
Собака шуршала бумажным пакетом.
И тут Андрей вспомнил про телевизор на столике в ремонтной яме. Уж от него к
розетке провод точно идет. Но прежде чем решиться на столь опасный трюк, как прыжок в
яму, надо было попробовать более безопасные варианты. Причем проверить их быстро,
иначе собака, раскусив обман, попросту пойдет по своим собачьим делам, унося с собой
последние остатки надежды.
Андрей снова прильнул к отдушине, и закричал, как можно громче:
- Ой, чья это собачка! Ой! Собака в крысоловку попала!
Видимо, хозяин или хозяйка были достаточно далеко, по крайней мере никакой
реакции на этот крик не последовало. Отреагировала только собака - она оторвала морду от
пакета, и тряхнула вислоухими ушами.
- Хороший бобик... - сюсюкнул Андрей. - Кушай, кушай, собачка моя.
Пес глянул на отдушину и снова взялся за пакет, пытаясь окончательно его развернуть.
Андрей прикинул, сможет ли накинуть собаке на шею цепь от наручников. Сомнительно.
Петлю на ней не сделать, а обкрутить цепь вокруг головы через узкую отдушину казалось
совершенно немыслимым. Оставался только прыжок в яму за проводом от телевизора.
Андрей сомневался лишь пару секунд, затем присел на краю ямы, перевернулся на
живот, и сполз вниз. Высота оказалось не такой уж большой - на ногах Андрей после
падения не удержался, но и задачу перед собой такую не ставил. Ничего не отбил и ладно.
Добравшись до столика с телевизором, он с корнем вырвал провод, и прикинул его длину.
- В самый раз. - шепнул он, и быстро изготовил петлю.
Теперь предстоял самый трудный этап - выбраться из ямы. До лесенки цепи не
хватало, поэтому о простых путях нужно было сразу забыть.
Андрей выбросил провод с петлей наверх, и попробовал подпрыгнуть так, чтобы
ухватиться руками за бетонный край. Не хватило всего нескольких сантиметров, но это
расстояние оказалось непреодолимым. Тогда, не теряя времени, он сбросил телевизор на пол,
подтянул к краю ямы столик, и влез на него. Столик угрожающе заскрипел и покосился, явно
не рассчитанный на такой вес. Очень аккуратно Андрей поднял руки, но до края бетона не
хватило точно такого же расстояния, как и в момент прыжка. Андрей зарычал от бессильной
ярости, и попробовал прыгнуть, но вместо прыжка получилось падение - столик развалился
у него под ногами.
Оставлся последний способ.
Андрей выбрал провис цепи, намотал излишек на руку, и попробовал по ней влезть на
верх. По ощущению это оказалось очень похоже на дробление пальцев в стальных тисках -
цепь складывалась и щипалась, глубоко разрезая кожу тонкими кромками.
- У-у-у-у! - не удержался от стона Андрей, и последним усилием выбросил вверх руку.
Пальцы ухватились за шершавый бетонный край, Андрей освободил от цепи другую
руку и подтянулся, выбросив тело на бетонный пол гаража.
Несколько секунд дышать, морщась от боли в ребрах. Все. Вперед. Времени мало.
Андрей осмотрел рассаженные окровавленные ладони, но сейчас это не имело никакого
значения. Он подхватил проволочную петлю и метнулся к отдушине.
- Слава Богу! - прошептал он, когда увидел, что собака никуда не ушла, а наоборот,
повернулась к нему задом.
Андрей осторожно просунул петлю в дыру, раскачал ее и попробовал набросить собаке
на морду. Но ничего не вышло. Пес вывернулся и недоуменно посмотрел на отдушину.
Андрей снова раскачал петлю, и это вызвало интерес у собаки. Она подошла ближе и
понюхала свисающий из дыры провод. Андрей попробовал подсечь, когда морда почти
попала в кольцо петли, но реакция у собаки была намного быстрее. Зато сама игра
заинтересовала разочаровавшегося в пустом пакете пса. Он принялся скакать возле провода
и потявкивать, то и дело вставая в охотничью стойку.
- Флэш, Флэш! - еле слышно раздался женский голос с края пустыря.
Андрей испугался, что собака уйдет, но игра заинтересовала ее явно больше, чем голос
хозяйки. Пес еще раз тявкнул, и принялся бить в петлю лапой.
- Господи, помоги! - шептал и шептал Андрей.
Наконец лапа глубоко проскочила в петлю, Андрей резко дернул, и собака жалобно
завизжала, пойманная у самого локтя.
- Флэшик, Флэш! - раздался голос гораздо ближе.
- Слава тебе, Господи! - шепнул Андрей, для надежности намотав провод на руку.
- Флэш, ко мне!
Собака визжала, будто ее жгли раскаленным железом.
Наконец Андрей увидел хозяйку - холеную дамочку лет сорока пяти, в брючном
костюме, с поводком в руке и сумочкой на плече.
- Что с тобой, Флэшик! - женщина метнулась к собаке и попробовала ее отцепить, но
Андрей потянул сильнее, не давая предпринять никаких действий.
- Что ты делаешь, гад! - дама погрозила в отдушину кулаком. - А ну быстро отпусти
пса! У меня муж генерал милиции.
- Замечательно. - усмехнулся Андрей, и сильнее натянул провод. - Я его не боюсь
совершенно. Могу сказать ему это в лицо.
- Ну гад! - она подобрала с земли камень, и метко швырнула в отдушину.
Андрей увернулся.
Женщина снова попыталась отцепить собаку, но та совсем ошалела и принялась
клацать зубами на все, что движется.
- Отпусти его, гад! - рассвирепела хозяйка. - Иначе я тебя убью прямо сейчас.
- Жду с нетерпением. - театрально рассмеялся Андрей и снова глянул в отдушину.
Дама ругалась, собака визжала. Андрей пожалел пса и чуть ослабил натяжение
провода. Он глянул на женщину, и с ужасом уперся взглядом в пистолетный ствол
приличного калибра. Рука с проводом разжалась, но сокрушительный грохот перемешанный
с пламенем, все же успел ударить в лицо.
Через пару минут Андрей очнулся от жуткой боли. Было такое ощущение, словно смесь
песка с красным перцем засыпали ему прямо в глаза, затем натерли лицо луковым
экстрактом, и долго били ногами по голове. Ничего не было видно, в ушах стоял сплошной
свист и грохот. Осязание подсказывало, что Андрей лежит не на бетоне, а на деревянном
полу. Деревянный пол был только в ремонтной яме.
Андрей живо представил, как выстрел из газового пистолета сшибает его с дивана, как
он скрючивается калачиком, уже бесполезно закрывая лицо, и рушится в яму всем весом.
Тогда понятно, почему болит каждая клеточка тела. Лицо щипало и жгло, хотелось его
отмыть от липкого перцового экстракта, но выбраться из ямы и доползти до крана не
представлялось возможным. По крайней мере в ближайшее время.
Оставалось лишь кататься на полу и заливаться слезами.
Где-то глубоко внутри оставалась надежда, что хозяйка собаки все же приведет своего
мужа-генерала на разборки с живодером, поймавшим в петлю всеобщего любимца. Или хотя
бы заявит в милицию. Но время шло, и ничего не менялось, только жжение на лице
ослабевало с каждой минутой.
Где-то через полчаса Андрей уже смог нормально открыть глаза и хоть что-то увидеть
кроме радужных пятен в прямоугольнике света. Но кожа опухла чудовищно, слизистая горла
ощущалась как после ожога кипятком. Язык тоже распух, и уменьшаться в ближайшее время
не собирался.
Ночью сгорела лампочка под плафоном.
К тому времени Андрей почти полностью пришел в себя после выстрела, хотя говорить
получалось пока с трудом - связки выдавали только невнятный хрип и шипение. К утру
Андрей начал подумывать над тем, как выбраться из ямы. Проблема была не праздной -
отойдя от химического удара, организм требовал утоления нарастающей жажды. Живо
вспомнился усыпанный капельками стакан с водой, стоящий на тумбочке в больничной
палате. Затем, по очереди, перед глазами медленно проплыли картинки всех похожих
воспоминаний. Представилась струя родника стекающая по берестяной дощечке,
газированная вода из рекламы, река, автомойка, лужа во время дождя, холодный снег,
который можно есть, когда нет возможности достать воду. Андрей тут же вспомнил гонца из
Шарифа - он лежал в окровавленном снегу, а ледяной ветер трепал изодранную одежду.
Андрей подошел, хрустя снегом, и сорвал полосу ткани, скрывавшую лицо. Это было лицо
Володи.
Андрей вскрикнул и проснулся.
Через отдушину пробивался сноп утреннего света и разговор двух мужчин.
- ...за соляркой. - закончил фразу один.
- Ладно давай, а то шеф нам головы отвернет, если мы не закончим к обеду.
- Возьми лом и кирку у Семеныча, подравняй края котлована. А когда экскаватор
запустим, выберем дно.
- Хорошо.
Андрей собрался с силами и попробовал закричать.
- Эй, мужики! - но из горла вырвался только надсадный хрип.
Никто его не услышал.
Понимая, что третий шанс судьба ему точно не даст, Андрей запаниковал. Он
ухватился за цепь, пытаясь вылезти, как вчера, но сорванные до мяса ладони ответили такой
острой болью, что у Андрея помутилось сознание. Он разжал руки, словно цепь была
раскалена докрасна, и панически заметался взглядом, отыскивая любой доступный путь
вверх. Ничего высокого на глаза не попалось, к тому же Андрей понял, что подтянуться на
израненных руках уже не сможет. В такой ситуации нужно что-то тяжелое, а не высокое -
попробовать разбить цепь.
Телевизор для этих целей оказался хлипким, деревянная вешалка не годилась, а ни на
что серьезнее взгляд не натыкался. И вдруг, в дальнем углу возле лесенки, Андрей разглядел
спрятавшийся в густой тени огнетушитель. Тяжелый баллон ОУ-9 - старый девятилитровый
углекислотник. По весу и прочности он ничуть не уступал хорошей кувалде. Вот только как
снять его с дальней стены? Если бы цепи хватало на такое расстояние, Андрей бы без хлопот
поднялся по лестнице.
- Черт... - зло прохрипел Андрей, и повалил на пол деревянную вешалку.
Скривишись от боли, он подхватил ее как копье, и попробовал сбить со стены
огнетушитель. Это оказалось совсем не просто - конец палки соскакивал с круглого бока, не
оказывая на прочно висящий баллон, почти никакого действия. Да к тому же скованными
руками держать ее было очень уж неудобно.
- А-а-а-а! - хрипел Андрей, осатанело молотя палкой.
Совершенно обессилив, он сел на пол. По опухшему лицу слезы катились ручьями, и
трудно было понять - то ли Андрей плачет, то ли это пораженные глаза слезятся от
чрезмерного напряжения.
"Чтоб ты так же слезами умылся, как я." - явственно послышалось телефонное
проклятие.
- А вот хрен тебе! - прорычал Андрей.
"Что со мной стало?" - со стыдом подумал он. - "Я же физик! Ученый! А посмотреть
со стороны - обезьяна и та умнее."
Он кряхтя сдвинул диванчик с места и дотащил в сторону лесенки, пока цепь не
натянулась до предела.
"Я человек!" - билась в мозгу одна и та же фраза. - "Я человек!"
Он снова взял деревянную палку, но в этот раз не стал бездумно колотить ей в баллон.
Он облокотил ее на спинку диванчика и, словно рычагом, поддел непослушный
огнету
...Закладка в соц.сетях
