Жанр: Научная фантастика
Николас Сифорт 3. Надежда узника
...ение генерала не похвалит, но
такого гнева никак не ожидал. Что ж, я и раньше подумывал об отставке, а теперь ее
выпрашивать не надо. Сами отправят. Или засудят.
- Какое мне предъявят обвинение, сэр? - спросил я.
- Нарушение субординации, подстрекательство к бунту, мятеж, заговор... Не
беспокойся, пришьем еще что-нибудь.
- Хорошо, сэр.
- Это все, что ты можешь сказать в свою защиту?
- Нет, сэр.
- Тогда говори, пока я тебя отсюда не вышвырнул! - Он умолк, но подбородок его еще
дрожал.
- У Хартова на базе полный бардак. Лазерные пушки небоеспособны, казармы не
построены, а он при всем при этом позволяет себе массовые офицерские застолья с
изысканными угощениями. И наконец, он просто дурак.
- Не тебе об этом судить.
- Он не просто дурак, а коррумпированный дурак.
- Я тебе что сказал?!
- Этому есть подтверждение. Лейтенант Эйфертс всю ночь изучал данные в штабном
компьютере Хартова. А по свидетельству сержанта Трабао, последние полгода солдаты
сидели на скудном пайке.
- Ну и что? На войне как на войне.
- База закупила в Сентралтауне тонны дополнительного провианта. Заказ был
выполнен, но продовольствие бесследно исчезло. Солдаты этой еды не видели.
- Ладно. Продолжай, - стал смягчаться адмирал.
- Возможно, провиант числился только на бумаге, а деньги были заплачены за нечто
другое. Возможно также, что провиант действительно был доставлен в Вентуры, а потом
перепродан. У нас не было времени проверить последние звенья этой цепочки.
- Ладно, предположим, Хартов действительно поимел свою долю от темной сделки. -
Де Марне поерзал в кресле. - Возможно, он действительно заслуживает отстранения и
отставки. Но отстранять его должен был
не ты, Сифорт. Не ты.
- Теперь понимаю, сэр. Я совершил непростительную ошибку.
- Какую? Ты имеешь в виду его отстранение?
- Нет, сэр. Мне не надо было понимать ваш приказ буквально.
Адмирал вскочил со сжатыми кулаками. Я все еще стоял по стойке смирно, ведь
команды "вольно" не поступало; спина уже побаливала, слабость нарастала. Зачем я
поперся шарить по базе в такую холодную ночь?
- Сифорт, какой же ты наглец!
- Возможно. Но вы знали об этом, когда давали задание! - возразил я. В нормальном
состоянии на такую дерзкую выходку я не решился бы, но у меня уже не было сил искать
дипломатичные формулировки. Де Марне остолбенел, а я резал правду-матку дальше:
- Вы приказали мне "выявлять и устранять любые недостатки и злоупотребления".
Скажите, как я мог выявить и устранить злоупотребления Хартова, не отстранив его?
- Он явился бы ко мне, а я отстранил бы его.
- Но вы же не приказывали мне только докладывать о недостатках и злоупотреблениях.
Вы приказали устранять их.
- Хватит цепляться к словам, - проворчал адмирал. - Мне даже в голову не приходило,
что их можно истолковать как приказ снять командующего базой.
- Мне тоже не приходило, сэр, - признался я.
Наступила тишина. Адмирал снова сел в кресло, гнев его поутих, а я из последних сил
старался держаться по стойке смирно.
- Вы отдадите меня под трибунал? - спросил я.
- Нет конечно. Я просто выпускал пар. А я, дурак, воспринимал его угрозы всерьез.
- Значит, заниматься проверками в качестве генерал-инспектора я больше не буду.
- Кто из нас адмирал, Сифорт?! А?! Будешь делать то, что прикажу я!
- Так точно, сэр.
- Вольно.
Наконец-то! Какое облегчение!
- Разрешите сесть? - Он кивнул, и я рухнул в кресло. - Извините, сэр. Я неважно себя
чувствую.
- Брат Хартова, как ты знаешь, большая шишка. Помощник заместителя генсека ООН, -
Адмирал в задумчивости барабанил по столу пальцами. - Ты хоть соображаешь, в какую
ты залез... передрягу?
- Но вы можете отменить отстранение Хартова и вернуть все к исходному состоянию,
сэр.
- Нет, восстанавливать его командующим базой нельзя. Это было бы поощрением
воровства, а у нас его и так хватает. Ты украл у меня главного помощника.
- Мистера Эйфертса? Но кого-то надо было оставить во главе базы. Лучшей
кандидатуры не было.
- Хватит оправдываться!
- Есть, сэр.
- Ты поступил правильно. Я тоже не вижу, кого еще можно было поставить на место
Хартова. Но теперь у меня нет адъютанта.
- Сожалею, сэр.
- Ладно, Сифорт, не обижайся. В конце концов, я сам во всем виноват, сам сочинил
этот дурацкий приказ с дурацким заданием. - Впервые за весь разговор в глазах адмирала
блеснула искорка юмора.
- Что мне теперь делать, сэр? Де Марне постучал пальцами по столу, вздохнул и
сказал:
- Продолжай выполнять задание. Вот так шутка!
- В качестве генерал-инспектора? - осведомился я.
- Да, именно так называется твоя должность. Пока я тебя не снял, проверь на
орбитальной станции грузопотоки, выясни, почему в Сентралтауне скопилось так много
невывезенных грузов.
- Есть, сэр.
- Конечно, судить здесь генерала Хартова мы не будем. Отправим его на Землю с
полным отчетом. Сифорт, у тебя появятся там враги, а моя власть так далеко не
простирается.
- Понимаю, сэр.
- Это хорошо. Свободен.
Я направился к выходу, но адмирал вдруг добавил:
- Ты отстранил Хартова до того, как выявил воровство.
- Так точно, сэр.
- Много на себя берешь. Когда-нибудь это плохо кончится.
Что я мог на это ответить? Просто смотрел ему в глаза, пока он не промолвил:
- Иди.
9
Рано утром, сонный и простуженный, я сидел на кухне. Передо мной стояла чашка
горячего кофе, и я обдумывал дальнейшие действия. Итак, через час в моем офисе
недалеко от казарм появится Толливер. Что ему поручить? Организовать полет на
орбитальную станцию с инспекцией? Если устроить официальную проверку, то
начальство успеет подготовиться к нашему визиту. Значит, опять шпионить? Не хотелось
бы, но придется.
Я начал одеваться. Анни ушла в магазин, благоразумно предоставив мне возможность
побыть одному. Ее присутствие раздражало меня, и она это чувствовала. Но почему без
нее так тоскливо?
Мне выделили трехкомнатный офис: кабинет для меня, комнату для помощников и
приемную для посетителей. Довольно шикарно по армейским стандартам.
Толливер прибыл туда раньше меня. Я уселся за стол, в раздумье побарабанил
пальцами по столу. С чего начать? Во-первых, надо подготовить отчет. Во-вторых...
Других дел пока нет.
- Съезжу в госпиталь, - сказал я.
- А что делать мне? - спросил Толливер.
В отместку за прошлые издевательства мне хотелось завалить его нудной работой.
Может быть, пусть составит краткую сводку интендантских рапортов за последние
восемнадцать месяцев? Или подробный отчет о помощи плантаторов Вентурской базе?
Лучше всего заставить его пересчитать все кирпичи этого здания!
- Пока ничего, - сказал я. - Хотите вместе со мной навестить мистера Тамарова? -
Честно говоря, я надеялся, что он откажется. Мне хотелось поговорить с Алексом
наедине.
- С удовольствием, сэр.
- Хорошо, - тяжко вздохнул я.
Как только мы вошли в палату к Алексу, его взгляд заметался по нашим лицам, как бы
пытаясь проникнуть в суть наших отношений. Беседа не клеилась. Лейтенант Толливер
понял, что его присутствие меня тяготит, и вышел в буфет выпить кофе.
Я начал рассказывать о поездке на Вентурскую базу. Алекс, удивляясь, то и дело
почесывал короткие волосы, едва успевшие отрасти после операции на черепе.
- Отстранение генерала не испортит тебе карьеру? - спросил он, выслушав мой рассказ.
- Не знаю, - пожал я плечами. - Я всюду умудряюсь наживать себе врагов.
- Вот как?
- Разве я не похож на вздорного человека?
- Не похож.
- Знаешь, у меня нет таланта ладить с людьми.
- Странно. Мне кажется, ты добрый.
- Шутишь?
- Нет, Сифорт. Серьезно.
- Значит, ты действительно ничего не помнишь. - Я тут же пожалел о своей
болтливости, но слово не воробей.
- С тех пор как я пришел в сознание, у нас с тобой всегда были хорошие отношения.
Неужели когда-то мы ссорились?
Угораздило же меня набрести на эту тему!
- Да, - сознался я. - Когда ты был гардемарином.
- Но потом мы помирились?
Как же, черт возьми, сменить тему?
- Алекс, ты уже, кажется, достаточно окреп.
- Да. - Он легко встал, подошел к окну. - Что я теперь должен делать?
- Пока ничего, ты ведь еще в отпуске по болезни. Набирайся сил, восстанавливай
память.
- Она не восстановится, ты же знаешь, - печально, но уверенно промолвил он. - Врачи
сказали, что после такой долгой комы шансы на восстановление памяти ничтожны.
Чем же его обнадежить? К сожалению, нечем.
- Жаль.
- Они не спешат выписывать меня из госпиталя, у них пока есть свободные палаты. -
Он отошел от окна, сел на койку.
Вернулся Толливер. Меня била лихорадка. Я вспомнил, что надо попросить у врачей
какое-нибудь лекарство от простуды.
- Алекс, завтра я не смогу навестить тебя. Может быть, приду послезавтра, - сказал я.
- Вот и хорошо.
Его тон показался мне недружелюбным.
- Ты не хочешь, чтобы я тебя навещал? Он долго молчал, прежде чем ответить:
- Пойми, ты все время упоминаешь каких-то людей, места, которые должны быть мне
знакомы. А я их не помню! Это невыносимо.
- Хорошо, больше не буду говорить об этом.
- Нет, ты еще не все понял, - взвинчено продолжал он, не обращая внимания на
Толливера. - Я сижу в этой чертовой больничной палате и часами прислушиваюсь к шагам
в коридоре, все гадаю, ты или не ты. Ведь меня никто больше не навещает. Такая
зависимость от тебя... Это ужасно!
- Алекс. - Я положил ему на плечо руку. На этот раз он не сбросил ее. - Мне очень
жаль, что так получилось. Не беспокойся, я буду навещать тебя до тех пор, пока ты не
поправишься.
- Как только тебе дадут корабль, ты смоешься, и тогда я останусь один.
Это верно. Взять его на корабль я не смогу.
- Это случится не скоро. К тому времени ты поправишься.
- А если память никогда не восстановится? - В отчаянии Алекс отвернулся к окну.
Наступила тягостная тишина.
- Мистер Тамаров, - вдруг заговорил Толливер, - такие вещи излечиваются только
временем. Однажды мой дядя...
- Плевать мне на вашего дядю! - крикнул Алекс. Мы с Толливером переглянулись.
- Мы пойдем, не будем расстраивать тебя, - сказал я.
- Как хотите, - уныло отозвался Алекс.
- Пойдемте, мистер Толливер. - Я направился к двери, и тут Алекс сорвался с места,
подскочил ко мне в два прыжка, схватил за руку.
- Мистер Сифорт, я...
Толливер не дал ему договорить, бросился между нами и отбросил Алекса на кровать.
- Толдивер, вы что! - крикнул я.
- Он же напал на вас!
Алекс снова вскочил. Толливер сжал кулаки.
- Прекратить! Вы! Оба! - заорал я так, что чуть не надорвал горло. Они притихли.
- Есть, сэр, - сказал Толливер, дрожащими руками поправил китель и тщательно
отутюженные штаны.
- Толливер, к двери! Алекс, сидеть! - приказал я.
- Он толкнул меня! - воскликнул Алекс, но все-таки подчинился и сел.
- Толкнул, потому что ты дотронулся до меня, - объяснил я.
- Ну и что? Ты тоже дотрагивался до меня. - Алекс искренне не понимал, что
случилось.
- Но я капитан.
- Какая разница?
- Прикосновение к капитану без его разрешения считается тяжким оскорблением, -
возмущенно сказал Толливер.
- Но я не собирался драться, я просто... - оправдывался Алекс.
- Алекс, он прав. Толливер, он не знал.
- Он же офицер, - возразил Толливер.
- Да, но у него амнезия. Не придирайтесь к нему.
- Есть, сэр.
- Меня за это надо казнить? - спросил Алекс. Его колени все еще подрагивали.
- Алекс, ради бога, успокойся.
- Не понимаю! - Он ничком упал на кровать. - Не понимаю ваших законов! Меня могли
казнить из-за пустяка!
- Сядь! - приказал я. Нехотя, медленно, он все-таки подчинился, - Что ты хотел
сказать? Я имею в виду тот момент, когда тебя прервал мистер Толливер.
- Я хотел... Я срывал на тебе злость, но на самом деле мне не хотелось, чтобы ты
уходил.
- Не огорчайся. Я сразу понял, что это не нападение. - Я многозначительно посмотрел
на Толливера, потом на Алекса. - Давайте закончим с этим инцидентом.
Первым заговорил Толливер:
- Мистер Тамаров, я признаю, что не правильно истолковал ваши действия. Алекс
встал:
- Я сожалею, что схватил капитана за руку. Понимаю, что вы защищали его.
В знак примирения они пожали друг другу руки. После нескольких секунд неловкого
молчания мы с Толливером вышли.
- Вы оказались правы, - признал я.
- В чем? - спросила Лаура Трифорт. Мы говорили по телефону. Я сидел в своем
кабинете и посматривал в окно на улицу.
- На военной базе в Вентурах выявлены крупные злоупотребления, и теперь мы
пытаемся их исправить, - доложил я.
- Что еще вы проверили?
- Пока ничего.
- Ну-ну.
- Дело в том, что я там простудился и несколько дней болел, - объяснил я.
- А как насчет тарифов на перевозку грузов?
- У меня нет полномочий на пересмотр тарифов.
- Насколько я понимаю, для отстранения генерала Хартова у вас тоже не было
полномочий.
- Не совсем так. - Рассказывать ей подробности об этом деле мне не хотелось. - А что
слышно о Мантье?
- Фредерик исчез неизвестно куда.
- Мисс Трифорт, вы же все друг друга хорошо знаете. - Я старался говорить помягче и
ни в коем случае не выдать своего разочарования. - Кроме того, здесь не так уж много
мест, где можно спрятаться.
- Спрятаться можно везде: в Сентралтауне, на плантациях, в любой точке континента.
- Но большая часть континента еще не освоена, это совершенно дикие места.
- Именно так. В этих зарослях можно легко спрятать вертолет.
- Лейтенант Тамаров едва не погиб из-за Мантье, его обязательно надо найти.
- Вас он тоже чуть не убил. Мистер Сифорт, мы так же хотим найти Мантье, как и вы.
Они его не найдут. Мне это давно стало ясно. Я попрощался и бросил трубку.
- Они уже притихли? - спросил Толливер.
- Я сообщу вам, когда захочу узнать ваше мнение, - раздраженно прорычал я. Голова
раскалывалась. Хотелось лечь и ни о чем не думать.
- Прошу прощения, - равнодушно извинился Толливер.
Интересно, как он относится к этой работе? Хотя он искренне уверял, что ничего не
имеет против меня, его присутствие было для меня тягостным. Я понимал, что поступаю с
ним нечестно. Он добросовестно исполнял мои приказы, терпеливо сносил мой
сварливый характер, но один его вид напоминал давние издевательства в Академии.
- Мисс Трифорт настаивает на уменьшении грузовых тарифов, - пробормотал я,
складывая микродискеты, чтобы унести их домой.
- Да, сэр.
- Это все, что ты можешь сказать?
- Да, сэр. Извините, я не хотел вас обидеть, - терпеливо, словно капризному ребенку,
сказал Толливер. Я вышел из кабинета, хлопнув дверью.
Я решил отнести дискету с докладом адмиралу лично в его кабинет. Вдруг он захочет
со мной посоветоваться?
Но Де Марне меня не принял. Я передал дискету через его нового адъютанта и вышел к
зданиям при космодроме. Здесь магазины изобиловали дешевыми товарами Надежды. То,
что было доставлено с Земли, стоило дороже. Пообедав в ресторане космодрома, я
неспешно прогуливался. Возвращаться в офис, где торчал Толливер, не хотелось.
- Добрый день, капитан, - окликнули меня. Я обернулся. На меня смотрел какой-то
лейтенант, очевидно знакомый, но припомнить его я не мог.
- Лейтенант Кан, сэр, - представился он. - Мы виделись с вами на орбитальной
станции.
- А...
- Слышали новости?
- Снова напали рыбы? - встревожился я.
- Нет, сэр. Утром прибыл корабль.
- А, вот он что... - Раньше прибытие корабля с Земли действительно было новостью, но
теперь это стало привычным делом.
- Он долетел сюда из Лунаполиса всего за девять месяцев.
- Неужели?!
- Да, всего девять месяцев, - заулыбался Кан, довольный произведенным эффектом.
- Но... Это же значит... - Я и вправду не находил слов от удивления.
- Новая модель сверхсветового двигателя. Инженеры изучили органический двигатель
рыбы, попавшей в Солнечную систему, и взяли на вооружение новую идею. Признаться,
мне не известны подробности, знаю только, что это называется ускоренным
сверхсветовым режимом.
- Боже мой. - Поразительный прогресс! Теперь межзвездные перелеты не будут столь
нудными. Девять месяцев... Всего девять.
- Этот новый корабль назвали "Викторией". Он небольшой, зато, бог ты мой, какой
юркий.
- Что значит небольшой? - сердито спросил я. Не перевариваю, когда при мне всуе
упоминают имя Божье.
- Экипаж двадцать четыре человека, сорок два пассажира. Размером немного больше
шлюпки. Никто не знает, к какому его отнести классу.
- Можно назвать его катером.
- Неплохо, сэр, - улыбнулся Кан. - Он доставил какие-то важные сообщения адмиралу.
- А вот об этом не следует распространяться, лейтенант.
- Сэр, но вы же не случайный прохожий, а генерал-инспектор. Разве от вас надо
скрывать такие вещи? Между прочим, ради снижения массы на этом кораблике почти не
оставили оружия. Всего две лазерные пушки, на корме и на носу.
- Такому кораблю просто необходима большая скорость, ведь с двумя пушками против
рыб долго не продержишься.
- Хотелось бы взглянуть на него. Знаете, я собираюсь попроситься в его экипаж.
После этого разговора я долго размышлял о грядущих переменах. Раньше от
Лунаполиса до Надежды надо было добираться шестнадцать месяцев. Теперь почти в два
раза меньше. Как это повлияет на авторитет капитана? Что будет, если ученые придумают
еще более совершенный двигатель и сократят время полета, скажем, до одного месяца? Не
приведет ли это к тому, что любое важное решение капитан будет откладывать до конца
полета, чтобы свалить ответственность на Адмиралтейство? Может быть, капитанов
лишат права выносить и приводить в исполнение на борту смертный приговор? Тогда
капитану придется держать мятежников в карцере до конца полета, вместо того чтобы
сразу повесить. Как это скажется на дисциплине?
С такими мыслями я вернулся в офис.
- Я слетаю на орбитальную станцию, - известил я Толливера.
- Для инспекции, сэр?
- Просто посмотреть. - Конечно, я надеялся увидеть "Викторию".
- И все? - удивился Толливер.
- Не совсем. - Это означало, что мне также интересно посмотреть, на какие
неприятности я нарвусь в этот раз. Забавно, как бы реагировал Де Марне, если б я
отстранил генерала Тхо? Тхо и Хартов. Неплохое сочетание.
- Когда вы встретитесь с плантаторами?
- Когда вернусь. - Надо будет попросить Буперса найти замену Толливеру. Один только
его голос чего стоит! Когда-нибудь он доведет меня до ручки. - Закажите нам билеты на
шаттл.
- Есть, сэр. Ближайший шаттл отправляется в девять вечера.
Как раз то, что надо. Есть время смотаться в квартиру за вещами для ночевки.
- Квартирмейстер прислал нам отчет?
- Нет, сэр.
- Сходите на космодром и возьмите отчет сами, - приказал я.
- Есть, сэр. А если квартирмейстер скажет, что отчет еще не готов?
- Возьмите то, что он успел написать. Нам надо разобраться с грузами,
переполнившими склады, выяснить, сколько времени они там пылятся. Встретимся в
девять.
В квартире было темно и тихо. Вначале я подумал, что Анни куда-то ушла, но вскоре
нашел ее на кровати. Она лежала поверх одеяла одетая.
- Сегодня я буду ночевать на станции, - сообщил я.
- Угу, - промычала она, не отрывая лица от подушки. Я бросил в сумку пару рубах и
туалетные принадлежности.
- Точно не знаю, когда вернусь. Может быть, завтра.
- Угу.
- До свидания.
- До свидания.
В груди что-то заболело. Я постоял у двери, помялся. Говорить было больше нечего, и я
вышел к электромобилю. Просить Анни проводить меня до космодрома я не стал, потому
что обратно ей пришлось бы ехать одной, а она очень не любит водить машину.
Я рулил осторожно даже на краю города. Расслабиться можно было только на дороге к
плантациям, где машины встречались редко, а здесь того и гляди наедет на тебя какойнибудь
грузовик или автобус. Правила дорожного движения здесь никто не соблюдал.
Пешеходов было немного, но я посматривал на них с опаской. Любой из них мог ни с
того ни с сего ринуться через улицу, норовя попасть под колеса. В этом городке люди не
привыкли себя чем-то стеснять. Вот солдат начал переходить улицу, но замедлил шаг,
пропуская мой электромобиль. Вот дама с собачкой, подросток с рюкзаком. Да это же...
Я резко затормозил. Пацан, ошарашенный визгом тормозов, остановился, уставился на
меня.
- Джеренс! Что ты здесь делаешь? - крикнул я, высунувшись из окошка.
Ни слова не говоря, он развернулся и потопал обратно. Я дал задний ход, нервно
поглядывая в зеркальце заднего вида.
- Твой отец знает, что ты здесь?
Он припустил со всех ног и вскоре скрылся за углом. Я поехал к космодрому. В конце
концов, ребенок не мой. Сообщу Хармону, пусть разбирается со своим чадом. Если
захочет, прилетит в Сентралтаун на вертолете. Правда, пока он долетит, уже стемнеет, и
найти паренька будет трудновато.
Я остановился у космодрома. До отлета оставалось еще полчаса, а летное поле было
совсем рядом.
Какое мне дело до Джеренса? Я генерал-инспектор и должен заниматься военными
объектами. Правда, никто не отменял мое прежнее задание - работу с плантаторами. Но
означает ли это, что я должен...
Черт возьми! Я завел двигатель, поехал назад к центру города, выискивая взглядом
среди пешеходов Джеренса. Он не мог убежать далеко. В одном из переулков мелькнула
фигура, напоминающая Джеренса. Я тормознул, пригляделся - никого нет. Еще через пару
километров я развернулся, доехал до подозрительного переулка, остановил
электромобиль и пошел пешком.
Не в этом ли доме скрылся Джеренс? Странное строение: в окнах нет света, хотя уже
вечер. Может быть, просто в нем никого нет? Двор зарос сорняками. Войти? Но у меня
нет оснований вторгаться в чужие частные владения. Я пошел прочь, через несколько
шагов передумал и вернулся. Проклиная свое тупое упрямство, я вошел во внутренний
двор, моля Бога, чтобы хозяин не огрел меня электрошоковой дубинкой.
С крыльца вскочил пацан и припустил со всех ног мимо меня на улицу. На спине у
него прыгал рюкзак. Конечно, это был Джеренс. Не раздумывая, я погнался за ним.
Бегал он хорошо. Я весь вспотел и на ходу расстегнул китель. Джеренс на мгновение
оглянулся, увидел меня и рванул вперед еще быстрее. Наконец я расстегнул китель и
сбросил его. В Академии мы бегали на дистанции пятьсот метров, один и два километра.
В этом деле я никогда не был в числе первых, но и последним ни разу к финишу не
приходил. Позади группы курсантов грозно бежал тренер. Если кто-нибудь отставал
настолько, что тренер мог дотронуться до него своей палкой, то такого курсанта пороли
на скамье. Слава богу, этого мне удалось избежать и в прямом и в переносном смысле
слова.
Я старался не выбиваться из ритма, зорко следил за Джеренсом. Еще один квартал.
Дыхание мое превращалось в агонию, сердце стучало бешено, но я все еще ухитрялся не
отставать.
Видимо, Джеренс тоже устал. Расстояние между нами сокращалось.
Мы пронеслись мимо женщины, выглянувшей со двора своего дома. Я совсем
запыхался и объяснить ей, в чем дело, не мог. Оставалось надеяться, что она сама
догадается вызвать полицию.
Джеренс споткнулся, мгновенно вскочил, но потерял несколько драгоценных секунд. Я
почувствовал себя тренером Академии, протягивающим к нерадивому бегуну страшный
жезл. Почуяв мое приближение, Джеренс резко метнулся влево, но я успел схватить его за
рубашку. Мы оба упали и покатились по придорожной траве.
Джеренс отчаянно затрепыхался, пытаясь вырваться, но поздно. Я оседлал его. Пот
катился с меня градом. Вскоре парнишка понял бесполезность сопротивления и притих
подо мной. Отдышавшись, я смог наконец заговорить.
- Вставай! - приказал я, крепко ухватив его за руку.
- Пустите! Не имеете права.
Я поднял его, встряхнул, поставил на ноги.
- Пошли! - приказал я. Мои ноги все еще дрожали.
- Что я такого сделал? - угрюмо спросил он, злобно косясь.
- Ты убежал из дому.
- А вам какое дело!
- Это не мое дело, но я знаю твоего отца. - Тяжело дыша, я волок его к электромобилю.
- Ну и что?
- Я помню, какое у него было лицо, когда он увидел тебя около моей машины после
взрыва.
Джеренс снова начал упираться. Я толкнул его так, что он упал.
- Не вздумай убегать! - пригрозил я. - А то я...
- Что тогда? - огрызнулся он.
- Тогда я сломаю тебе руку.
Он пристально посмотрел на меня, оценивая серьезность угрозы, понял, что я не шучу,
и решил идти со мной к электромобилю по-хорошему.
- Конечно, вы ведь больше меня, маленьких бить легко, - ныл он по дороге. - Вы такой
же, как они.
- Кто они? - спросил я, все еще пыхтя.
- Папаша и остальные. "Делай, что тебе говорят. Будь фермером. Живи на плантации в
глуши", - передразнил он своего отца.
- Твои родители богачи, а ты еще чем-то недоволен. Джеренс был наследником такого
богатства, которого я не смог бы заработать за всю свою жизнь.
- Значит, вы тоже не понимаете, - сокрушался Джеренс. - Никто не хочет этого понять.
Минуты, пока мы шли к электромобилю, мне показались часами. Наконец я затолкал
Джеренса на переднее сиденье.
- Только попробуй открыть дверь! - пригрозил я, хотя не был уверен, что снова поймаю
его. Я повел машину к космодрому.
- Что вы собираетесь делать? - спросил он.
- Позвонить твоему отцу.
- Большое спасибо, - с сарказмом процедил он.
- Пожалуйста, - в тон ему ответил я. На этом наша беседа закончилась.
Припарковавшись у космодрома, я вышел из электромобиля, открыл дверцу с другой
стороны, где сидел Джеренс. Он испуганно вылез в вечернюю прохладу, застегнул куртку.
Я повел его в зал ожидания. У входа меня уже ждал Толливер.
- Посадка скоро закончится, - сообщил он. - Что с вами?
- Ничего, все нормально. - Я сразу направился к телефону-автомату, крепко держа
Джеренса за руку.
У телефонной будки я его отпустил, забрался внутрь, с наслаждением сел на стул,
набрал номер Хармона Бранстэда. Джеренс мрачно стоял, видимо, поняв бесполезность
бегства. Подошел обеспокоенный Толливер, постучал по прозрачной пластмассе будки.
- До отправления всего одна минута, - сказал он. - Может быть, задержать отправку
шаттла?
- Нет, я сейчас...
В этот момент Джеренс бросился наутек. Толливер, застыв, смотрел ему вслед.
- Держи его! - крикнул я, высунувшись из будки.
Лейтенант растерянно заморгал, наконец понял и погнался за мальчишкой. В
Академии Толливер бегал гораздо лучше меня.
Он поймал Джеренса у ав
...Закладка в соц.сетях
