Жанр: Научная фантастика
Николас Сифорт 3. Надежда узника
...ыбами.
- Насколько я помню, эти бредни не подтвердились. Но на всякий случай я предупрежу
госпиталь. - Послышались неразборчивые голоса, видимо, Форби отвернулся от
микрофона и с кем-то разговаривал; потом страдальческий возглас Форби:
- Нет!
- Что случилось? - встревожился я.
- Погиб "Боливар".
Я прикрыл глаза. Еще одна жертва. Сколько их впереди?
- Бог в помощь вам, мистер Форби.
- И вам, сэр.
На этом наш разговор закончился.
Снова, глядя на огонь, мы слушали переговоры кораблей. Вырисовывалась жуткая
картина боя. Потери были огромными. Космические рыбы кишели в околопланетном
пространстве, внезапно выныривали так близко от кораблей, что времени на отражение
атаки почти не оставалось. Алекс подбрасывал в костер сучья, но моя дрожь не
проходила.
Из палатки вышел Толливер, на ходу застегивая мундир.
- Что случилось, сэр? - поинтересовался он.
- Рыбы напали, - угрюмо ответил я.
- Где?
- Повсюду.
Толливер сел на бревно у костра.
- Да поможет Господь нашим кораблям.
- Аминь, - сказал я.
Мы втроем напряженно вслушивались в переговоры:
- Докладывает "Гиберния", вынырнули в двенадцатом секторе. Пока рыб не видно.
- Вас поняли, - ответила орбитальная станция.
- Докладывает "Гибралтар", мы в третьем секторе, расстояние до Надежды двадцать
тысяч километров. На расстоянии пятьсот километров от нас две рыбы. Вот и третья. Уже
пять! Станция, они... Господи!
- "Гибралтар", докладывайте, - спокойно приказал Де Марне.
- Целый рой рыб! Два-три десятка, а они все выныривают. Они кучкуются вокруг
какого-то большого объекта, это явно не рыба. Три минуты назад его не было! Может
быть, это... Только что вынырнули три рыбы! У самого корабля! Открываем огонь!
Напряжение битвы росло с каждой минутой. Корабли ныряли, спасаясь от рыб,
выныривали, стреляли в рыб и снова ныряли. Забыв про сон, мы жадно вслушивались в
потрескивающую рацию.
- Говорит "Гибралтар". Передние лазеры вышли из строя. Ныряем!
- Докладывает "Бесстрашный". Прикончили двух рыб, занимаемся третьей. Черт ее
возьми, она смылась!
- Похоже, рыбы берут вверх, - покачал я головой и тут же пожалел об этом,
головокружение усилилось.
- Пока трудно сказать. Наши дерутся отчаянно, - сказал Толливер.
- Сколько же там этих тварей? - Меня волновал и другой вопрос: какой процент рыб
удается уничтожать? Наши потери были бы не так велики, если бы эти чудовища были
более уязвимы.
- Откуда они берутся? - с досадой воскликнул Тол-ливер.
- Что им тут надо? Очевидно, они летят на N-волны наших сверхсветовых двигателей.
Но люди начали заселять Надежду девяносто лет назад. Почему же рыбы появились
только недавно? Может быть, раньше они не чувствовали... Боже мой! я с трудом встал.
На востоке разгоралось зелено-оранжевое зарево. Я с надеждой всматривался в небо. С
востока, из Сентралтауна, за нами должен прилететь вертолет. Внезапно где-то вдали по
листве пронесся шорох, а в следующее мгновение нас ударила взрывная волна. Я
зашатался, но устоял на ногах.
- Что это?
- Бомбят Сентралтаун, - глухо сказал Толливер.
- Ты что... Как ты... - Я задохнулся от возмущения.
- А что же еще они могут бомбить на востоке?
- Анни! - прохрипел я.
- Мистер Толливер, это всего лишь ваше предположение, - сказал Алекс.
- Тогда свяжитесь с Адмиралтейством, лейтенант Тамаров, сэр. Спросите у них, откуда
взялось это зарево.
- Толливер! - рявкнул я. - Еще одно слово, и...
- И что, сэр?
В молчаливой ярости я медленно приблизился к Толливеру и пихнул к палатке, потом
еще и еще, пока его спина не уперлась в шест.
- Молчать, гардемарин! - заорал я. - Понятно?!
- Есть, сэр. - Теперь в его голосе не было яда.
- Алекс, свяжись с Адмиралтейством, - попросил я, усаживаясь к костру.
- Я не помню, как это делается, - растерянно ответил он.
Я вырвал у него рацию, настроил ее на нужную частоту. Но Адмиралтейство не
отвечало.
Вообще никто не отвечал. Сентралтаун словно вымер.
- Что теперь делать, мистер Сифорт? - испуганно спросил Алекс.
Не глядя, я бросил ему рацию. Холодный воздух жег мне легкие, каждый вдох давался с
трудом. Я закашлялся, заковылял в палатку, упал на матрац и потерял сознание.
Когда я открыл глаза, на ярком фоне темнел силуэт Алекса.
- Откуда свет? - прохрипел я.
- Уже полдень. Вы проспали десять часов. Я попытался встать, но лишь немного
приподнялся и упал на матрац.
- Господи, как холодно.
- Холодно? - удивился Алекс. - По-моему, жарко.
- Разве? Наверно, я заболел.
Алекс протянул мне руку, но тут же отдернул ее, очевидно, вспомнив о наших
странных законах. Я кивнул, разрешая прикоснуться к себе. Алекс осторожно потрогал
мне лоб.
- У вас большая температура.
- Кажется, я бредил... - Я ухватился за его руку, кое-как сел. - Мне померещилось, будто
Сентралтаун...
- Нет, это не бред. Его действительно бомбили. О разрушениях пока не известно.
- А вертолет? Он должен был нас забрать на рассвете.
- Вертолет не прилетал, мистер Сифорт.
- Ты связывался с Сентралтауном?
- Пытался, но ничего не ловится. Иногда удается поймать обрывки переговоров, но на
запросы никто не отвечает.
- Может быть, ты просто не умеешь обращаться с рацией?
- Мистер Толливер научил меня. - Поколебавшись, Алекс добавил:
- Он очень недоволен.
- Чем?
- Кажется, всем.
- Помоги мне встать.
Алекс подал мне руку. Я с трудом поднялся, постоял, опираясь на него, пока не стихло
головокружение.
Костер давно погас. Толливер сидел у кострища на полене и смотрел на меня без
всякого выражения.
- Рация молчит? - спросил я. Толливер отрицательно помотал головой.
Я сел на свое вчерашнее место у костра, прищурился на небо.
- Попробуйте связаться с орбитальной станцией, - приказал я слабым голосом.
- Пробовал. Не отвечает.
- Будем ждать до утра. Пробуйте связаться с Сентралтауном и станцией ежечасно.
Толливер кивнул. Я напряженно смотрел на него, ожидая положенного ответа.
- Есть, сэр, - нехотя ответил он. Я поплелся обратно в палатку, рухнул на матрац и
провалился в сон.
Я проснулся на рассвете от нестерпимой жажды, дополз до бутылки с водой, напился.
Алекс и Толливер спали. Я осторожно, чтоб не разбудить их, оделся. Головокружения уже
не чувствовалось. Я вышел из палатки в холодный туман, начал искать для костра хворост
и закашлялся так, что сложился пополам от боли. Когда приступ кашля утих, я нашел
возле погасшего костра заготовленную Толливером и Алексом кучу сухих веток, выбрал
несколько штук и сложил их поверх старых углей. Даже такое небольшое усилие вызвало у
меня одышку.
Порывшись в мешочках с припасами, я нашел зажигалку, развел костер, сел к нему
поближе. Вскоре благодатный жар пламени согрел меня. Захотелось кофе. Я нашел
микроволновую печь, пачку кофе, посуду.
- Я сейчас помогу, мистер Сифорт. - Из палатки выглядывал Алекс с рубашкой в руке.
- Кажется, я пока не инвалид, мистер Тамаров, - улыбнулся я, доставая из печки
дымящуюся чашку кофе.
- Конечно нет. - Он уселся к костру, на ходу одеваясь. - Вам уже лучше?
- Гораздо. - Правда, говорить мне было еще трудновато. - Что-нибудь слышал по
рации?
- Изредка слабые голоса, но никто не ответил. - Алекс тоже налил себе кофе.
- Попробуй сейчас.
Алекс сходил в палатку, принес рацию, попытался связаться с Адмиралтейством, с
космодромом, орбитальной станцией, но тщетно.
Не ответил никто.
Я задумался. Как быть?
- Разбуди Толливера, - попросил я.
- В этом нет необходимости, - ответил вместо Алекса Толливер. Оказывается, он
только что вышел из палатки, одетый по всей форме.
- Ждать здесь нет смысла. Соберите вещи. Отправимся к дороге плантаторов, -
распорядился я.
- И потащим с собой все это? - Толливер показал на палатку, мешки с едой,
микроволновую печь.
- Все это можно уложить в две связки. Будем нести их по очереди.
- Сомневаюсь. Похоже, нам придется нести вас. Я хотел было встать, но решил не
показывать свою слабость.
- Толливер, я...
- Мистер Толливер, - вмешался Алекс, - складывайте вещи!
- Вы уже вышли из отпуска, мистер Тамаров? - едко спросил Толливер.
- Нет. Вам приказал капитан, а не я.
- Но вы...
- Молчать! - рявкнул Алекс, подскочил к Толливеру и грозно встал напротив него нос к
носу. - Вы гардемарин. Вот и ведите себя как положено гардемарину.
Оба сверлили друг друга взглядами.
- Вы помните, как ведут себя гардемарины? - ядовито усмехнулся Толливер.
- Нет. Покажите мне.
- Ладно, - наконец капитулировал Толливер. - Я соберу вещи. Если можете, помогите.
Улучив момент, когда Толливер был от нас на некотором расстоянии, Алекс шепнул
мне:
- Извини за вмешательство, я знаю, что не имел права...
- Ты правильно сделал, Алекс. Именно таким ты был раньше.
- Он, кажется, расстроился....
- Ничего, все нормально.
Через несколько минут все наши пожитки были связаны в два тюка. Один взвалил себе
на спину Толливер, другой - Алекс. На мою помощь они, разумеется, не надеялись. Я
сверился с компасом и указал им направление на север.
Мы прошли всего несколько шагов, а я уже задыхался, но как-то ухитрялся не
отставать. Однако вскоре Алекс заметил мое состояние, остановился и крикнул:
- Толливер, помедленнее! - Дождавшись, когда я добрался к нему сквозь заросли,
Алекс предложил мне:
- Держитесь за меня.
- Не надо, я сам. - запыхтел я.
- Пожалуйста.
- Ладно. - Я почти повис у него на плече. Идти стало легче.
Вскоре стало жарко. Я снял китель и понес его в руке. Алекс сдвинул груз к другому
плечу и потащил меня с другой стороны. Пот лился с меня ручьями.
Казалось, прошло много часов, пока мы выбрались на прогалину, образовавшуюся от
падения громадного дерева.
- Остановимся здесь для отдыха, мистер Толливер, - сказал Алекс.
Толливер глянул на часы.
- Но мы шли всего полтора часа.
- Неважно, - парировал Алекс. - Я устал.
- Вы хотите сказать, капитан устал? Алекс помог мне сесть на толстый ствол упавшего
дерева. Едва отдышавшись, я прикрикнул на обоих:
- Хватит препираться! Отдыхаем десять минут!
Дальше мы продвигались еще медленнее. До полудня мы останавливались трижды: два
раза по требованию Алекса, а один раз об отдыхе вынужден был просить я. Наконец мы
добрались до каменистой местности с редкими кустиками и деревьями. Идти стало легче,
хотя приходилось обходить холмы, лишь издали казавшиеся бугорками. Через пару
километров снова начался лес.
- Давайте пообедаем, - предложил я.
- Мы прошли меньше десяти километров, - возразил Толливер. - Даже если мы сумеем
пройти еще десять до наступления темноты, с такими темпами нам придется идти до
дороги три дня.
- После обеда мы пройдем больше десяти километров, - проворчал я. Каждое слово мне
давалось с трудом. Толливер сбросил на землю свой груз.
- Может быть, поставить палатку здесь? Вы, сэр, с мистером Тамаровым подождете, а я
схожу за помощью?
Соблазн был велик. Я долго боролся с собой и наконец решил отвергнуть предложение
Толливера.
- Нет, нам следует держаться вместе.
- Но у вас нет сил...
- Пока мы не узнаем, что случилось с Сентралтауном, разделяться нельзя, -
настойчивее повторил я.
Толливер открыл банку с дополнительным пайком. В двойные стенки банки,
заполненные химикатами, вошел воздух, началась химическая реакция с выделением
тепла, и всего через две минуты мы набросились на разогретый обед.
- Мистер Сифорт, вы уверены, что сможете идти дальше? - озабоченно спросил Алекс.
- Я должен идти. Надо побыстрее выяснить, что случилось. Возможно, мне хотят дать
важное задание. Алекс зашептал:
- Но мистер Толливер очень... как бы это сказать... Лучше бы он пошел один.
- Не беспокойся, - твердо сказал я. Капитану, не способному справиться с
гардемарином, лучше сразу уйти в отставку.
Спустя несколько минут мы медленно тронулись в путь. Я попытался взять груз, но не
успел наклониться к связке, как Алекс опередил меня, молча взвалил тюк на спину и
пошел не оглядываясь. Я решил не спорить
К наступлению темноты я едва держался на ногах. Алекс и даже Толливер умоляли
меня остановиться, но я заставил их и себя пройти еще немного при свете фонариков.
Наконец мы набрели на полянку, где единственной растительностью была высокая трава,
и начали ставить палатку. Вначале я пытался помочь, но Толливер ясно дал мне понять,
что дело пойдет быстрее, если я не буду путаться под ногами.
Утром первым проснулся Толливер. Как он ни старался не нарушать тишину, я всетаки
проснулся от его шорохов. Вставать при нем я не решился. Зачем показывать свою
слабость? Когда Толливер выбрался из палатки, я привстал на колени, схватился за шест,
с трудом поднялся на ватных ногах. Когда дрожь в ногах утихла, я осмелился отпустить
шест и вылезти наружу. Трава была холодной, сырой из-за густого тумана.
- Кофе, сэр? - предложил Толливер.
- Да, пожалуйста. - С чашкой горячего кофе я сел на большой камень, обнаружившийся
неподалеку в траве, вдыхал приятный аромат.
- Разбудить мистера Тамарова? - спросил Толливер. От мысли, что вот-вот придется
продолжить мучительный поход, по моему желудку пробежала судорога.
- Да, если не трудно, - сказал я и принялся заглатывать кофе. Может быть, он придаст
мне хоть немного сил?
Вскоре рядом со мной уселся с чашкой кофе Алекс, пристально взглянул мне в лицо.
- Как вы себя чувствуете?
- Нормально, - соврал я. Конечно, Алекс и Толливер прекрасно поняли мою
неискренность.
- Второго такого дня, как вчера, вы не выдержите.
- Ничего, все будет нормально, - бодрился я.
- Я же видел, как вы вста...
- Молчать! - рявкнул я. Алекс побледнел.
- Я не... Извините, - пробормотал он и бросился помогать Толливеру складывать
палатку.
Я крепился часа два. Выбивался из сил, превозмогал головокружение, но все же
тащился сквозь лес, опираясь на Алекса, затем на Толливера. А потом меня скрутил такой
приступ кашля, что я чуть не разорвал себе горло и легкие. Когда туман в глазах
рассеялся, я понял, что стою на коленях и не падаю лишь потому, что держусь за ветку.
- Придется его нести, - усталым голосом произнес Толливер.
- Надо сделать носилки, - предложил Алекс.
- Сейчас посмотрим, из чего их можно сварганить. - Толливер начал рыться в мешках.
Я не мог возразить им хотя бы потому, что едва дышал. Пока я полулежал, полувисел
на толстом суку, Тэлливер прикрепил к двум шестам тент. Получились носилки.
- Мистер Тамаров, помогите его положить.
- Не надо... - слабо захрипел я.
- Мистер Сифорт, вам надо лечь на носилки, - потребовал Алекс.
Я нехотя согласился. Меня уложили на спину. В качестве подушки Алекс сунул мне
под голову мой сложенный китель.
- Извини, - пробормотал я, сжав ему руку.
- Все хорошо, - улыбнулся он, - мы донесем вас.
- Утром я накричал на тебя...
Алекс недоуменно пожал плечами. На его лице не было ни досады, ни раздражения.
Только тревога за меня.
- Алекс, идите с Толливером без меня. Я подожду здесь. Потом вернетесь за мной на
вертолете.
- Нет.
Они взялись за шесты, понесли меня. Убаюканный как в люльке, я вскоре заснул, а
когда проснулся, носилки уже лежали на траве. Рядом сидел Алекс.
- А где Толливер? - спросил я, превозмогая боль в горле.
- У ручья, набирает воду в бутылки. - Алекс внимательно изучал мое лицо.
- Помоги мне сесть.
Он подал мне руку, я сел.
- Я уже могу идти, - сказал я.
- Пожалуйста, не надо, мистер Сифорт.
- Но вы не дойдете, если будете нести меня.
- Это не так трудно. Мозоли, конечно, есть, - он посмотрел на свои ладони, - но
небольшие. Кроме того, мы выбросили большую часть груза. Оставили только рацию,
воду, продовольствие и матрацы.
- Кто принял такое решение?! - вскипел я.
- Мистер Толливер предложил, а я согласился. Я не знаю, кто теперь из нас главный.
Вы больны, я не помню многих важных вещей, а Толливер разжалован в гардемарины.
- Я главный. Правда, Толливер может попытаться меня отстранить.
- Я уже думал об этом, - раздался за моей спиной голос Толливера.
Я обернулся. Толливер стоял с двумя бутылками воды в руках.
- Не советовал бы вам даже пытаться отстранить меня, - ледяным тоном произнес я.
- Мне придется это сделать, если вы начнете бредить. Но не ранее этого, - криво
усмехнулся Толливер.
- Пожалуйста, не ругайтесь, - вмешался Алекс. - Мы напрасно теряем время.
Толливер молча отдал одну бутылку Алексу, взялся за ручки носилок.
Снова я покачивался в носилках, лежа на спине, созерцал плотную завесу листвы над
головой. Постепенно меня сморил сон. Проснулся я к вечеру, сквозь тусклую дрему
ощутил качку, увидел над собой колеблющуюся зелень.
- Скоро надо будет сделать привал, - сказал Алекс, тяжело дыша.
- Рано, - ответил Толливер.
- Тогда я перевяжу мозоли.
- Ладно, только быстрее. - Толливер тихо выругался, опустил носилки на землю,
обернулся, заметил, что я открыл глаза, и сообщил:
- До темноты остался всего час, а мы не прошли и двадцати километров. Если мы не
доберемся до дороги завтра, не знаю, хватит ли у нас сил нести вас.
- Завтра часть пути я пройду сам, - пообещал я,
- Курам на смех! - Толливер в досаде отвернулся. В следующий раз я проснулся среди
ночи у костра. Рядом на надувном матраце, накрывшись кителем, спал Алекс. По другую
сторону костра в одной рубашке спал Толливер, свернувшись от холода калачиком. Я
поправил на себе китель, полежал с открытыми глазами и снова заснул.
Проснулся я от легкого толчка.
- Хотите кофе? - спросил Алекс.
Я кивнул, осмотрелся, щурясь от утреннего солнца. Земля еще не успела нагреться. Я
поправил китель на плечах и в ногах, попытался сесть, удивляясь, насколько мой китель
подрос за ночь, и вдруг понял, что их две штуки.
- Это мой китель, - сказал Толливер, глядя на мое копошение.
- А как же вы... - залепетал я.
- Вам он был нужнее.
Я вспомнил ночную картину: бедняга Толливер лежит на матраце в одной рубашке,
сжавшись в комок. Опять страдает из-за меня!
- Спасибо, - пробормотал я, краснея.
- В Академии нас учили: делись всем, не только одеждой, - вяло улыбнулся Толливер.
- Странно, что вы обо мне заботитесь.
- Если бы вы умерли, мне пришлось бы объясняться перед следственной комиссией, -
сардонически ответил он.
Пока Алекс и Толливер укладывали вещи, я сумел встать и дойти до кустов, чтобы
облегчиться. Но вернулся я совершенно без сил и не стал спорить, когда мне предложили
лечь на носилки. Включил рацию. Ни орбитальная станция, ни Сентралтаун по-прежнему
не отвечали.
- Сколько нам осталось? - спросил я.
- Кто его знает? - пожал плечами Толливер. - Может, десять, а может, и тридцать
километров.
- У нас совсем мало еды, - заметил Алекс.
- Значит, надо быстрее выйти к дороге, - заключил Толливер.
Когда мы остановились для отдыха, Алекс, морщась от боли, сцепил ладони, спрятал
их между колен.
- Покажи, - потребовал я.
- Все нормально.
- Покажи! - приказал я.
Алекс нехотя смотал с кистей носовые платки, протянул мне раскрытые ладони. Они
были в кровавых мозолях.
- Господи! - Я выкатился из носилок на землю.
- Что вы собираетесь делать? - спросил Толливер.
- Идти, - твердо сказал я.
- Вы слишком слабы.
- У меня всего лишь бронхит. Это ерунда.
- Не валяйте дурака, Сифорт. Я встал на колени, потом на ноги.
- Три наряда! - приказал я, стараясь не пошатываться.
- В задницу эти наряды! - Толливер бесстрашно смотрел мне прямо в глаза. - Вы же не
можете идти! Если вы пойдете сами, мы никогда не выйдем из этого леса! А если и
выйдем, то какой ценой?! Может быть, ни Военно-Космических Сил, ни Сентралтауна
уже не существует. Кого тогда волнуют ваши чертовы наряды?
Я подошел к нему на ватных ногах.
- А как же присяга? Долг? Офицерская честь? - спросил я, задыхаясь.
- А почему я вытаскиваю вас отсюда?! Сифорт, вы сломали мне карьеру, отняли
будущее, а я, выполняя долг, спасаю вас! Лучше бы вы убили меня! Отстаньте от меня! -
Он презрительно отвернулся.
Толливер был прав.
- Оставим носилки, - смягчился я. - И кители, и все остальное. Возьмем только воду и
рацию. Вы с Алексом будете вести меня по очереди. Если так не сумеем дойти до дороги,
тогда пойдете без меня.
Толливер лишь кивнул. Обида все еще душила его.
- Я смогу нести...
- Не надо, Алекс, - прервал я друга. - Лучше веди меня. Не спорь, побереги силы.
К своему стыду, я не мог идти, даже опираясь на Алекса. Ему пришлось волочь меня,
почти нести на себе, продираясь сквозь заросли. Мои легкие болели, но я решил не
останавливаться ни при каких обстоятельствах. Впрочем, попросить об остановке у меня
просто не было сил.
Солнце неумолимо спускалось к горизонту. Мы все чаще останавливались для отдыха,
и тогда я стоял, прислонившись к дереву, не решаясь сесть из страха, что потом не смогу
встать.
- Скоро стемнеет, - уныло сказал Алекс.
- Все равно пойдем, - с трудом вымолвил я.
- Мы не сможем...
- Нам хватит лунного света. Будем идти, пока не дойдем до дороги, иначе... - Я так и не
закончил фразу.
Моя бравада исчезла вместе с солнцем. Сил совсем не осталось. Окончательно я не
падал духом только благодаря поддержке товарищей. Наконец я жестом попросил об
отдыхе, прошептал:
- Пить.
Я вливал живительную влагу в горло, пока не опорожнил бутылку до дна.
- А где вторая бутылка? - наивно спросил я. - Алекс, разве ты не хочешь пить? Алекс
молчал.
- Она давно кончилась, - ответил вместо него Толливер.
А мне даже в голову не пришло поделиться с ними хоть каплей.
- Господи! Простите меня, - прохрипел я.
- Может быть, еще набредем на ручей. А если нет? Какой же я эгоист! Если они
выбьются из сил, тогда и я останусь в этом лесу навеки.
- Надо идти, - хмуро сказал Алекс.
Еще час мы продирались сквозь густые кусты. Меня все чаще мучили приступы кашля.
Я начал посматривать по сторонам: нет ли где полянки? Пусть меня оставят на ней, а
сами идут дальше.
Если раньше меня волокли, а я перебирал ногами, то теперь я не мог даже этого. Меня
приходилось нести. Избавившись от тяжкой необходимости двигаться, я немного пришел
в себя, в голове прояснилось. Я даже сумел отчетливо произнести:
- Когда найдем поляну, я останусь, а вы пойдете дальше.
- Я останусь с вами, - сказал Алекс.
- Нет. Ты пойдешь с Толливером. Вернешься за мной с подмогой.
Алекс упрямо завертел головой.
- Пойдешь! - тверже сказал я ему, повернулся к Толливеру. - Толливер, слушайте
приказ. - Отдышавшись, я договорил:
- Когда мы найдем поляну, вы пойдете вдвоем с Алексом. Старайтесь оставлять по
пути метки, чтобы потом найти обратную дорогу. Вернетесь за мной со спасательным
отрядом. Подтвердите приказ.
- Есть, сэр. Приказ понят.
- Я вас не оставлю! - в отчаянии воскликнул Алекс.
- Алекс... мой отец... Он в Кардиффе, Уэльс. Сообщи ему.
- Он бредит, - сказал Толливер. Видимо, мое лепетание действительно походило на
бред.
- Замолчите, Толливер. - Меня мучила одышка. Сделав несколько вздохов, я смог
продолжить:
- Алекс, сообщи ему...
- Мистер Сифорт, я смогу позвонить ему не раньше, чем вытащу вас отсюда.
- Скажи отцу... - Я замолчал, пытаясь поймать ускользающие слова.
Наконец Алекс неосторожно спросил:
- Что сказать?
- Скажи... что я пытался.
Алекс застонал. Ничего, главное - дойти до поляны, заставить Алекса оставить меня
там и идти дальше. Это последнее, что я могу для него сделать.
Я сглотнул, и вдруг меня охватил страшный приступ кашля. Алекс и Толливер хмуро
ждали. Кое-как я сумел остановиться, отдышался. Мы снова тронулись в путь, снова нас
цепляли шипы и хлестали ветки. Глаза привыкли к тусклому свету двух лун - Мажора и
Минора. Впереди показался более яркий свет. У меня затрепетало сердце. Несомненно,
там впереди поляна. Наконец мои товарищи избавятся от мучений.
- Я останусь там, где свет.
- Позвольте мне остаться с вами, - умолял меня Алекс.
- Нет, - прохрипел я.
- Я ведь полное ничтожество без вас, как вы не понимаете! Вы владеете моими
воспоминаниями. Я сжал ему руку, требуя повиновения.
- Ради меня, съезди в Кардифф. Ты обязан, - приказал я.
Кусты стали гуще, трава - в человеческий рост. Наконец все это кончилось, мы вышли
на поляну шириной метров тридцать.
- Сбросьте меня здесь, - попросил я.
- Лучше посадим под деревом, - сказал Толливер.
- Ладно, - согласился я, рассудив, что несколько шагов не играют большой роли. N
Они пронесли меня по поляне к деревьям, за которыми оказался кювет.
За ним была плантаторская дорога.
12
Дрожа от ночной прохлады, я лежал на траве, положив голову на колени Алекса.
Толливер, спрятавшись на обочине в кустах и замаскировавшись ветками, наблюдал за
дорогой. С каждой минутой мне становилось труднее дышать. Обмотав кровоточащие
ладони платками, Алекс вытирал льющийся с меня ручьями пот. Анни начала ставить мне
на голову холодный компресс. Я отталкивал ее, но она отвела в сторону мою слабую руку
и вытерла мне лоб.
- Ты болен, Никки, - приговаривала она, - мы будем заботиться о тебе.
- Я бросил тебя, - сказал я.
- Все хорошо. Самое трудное позади. - Склонившись надо мной, она поцеловала меня в
щеку. Алекс сжал мне руку.
Полный мрак. Тяжкий бред. Бесконечная тень гнева Божьего. Как болит грудь!
Задыхаясь, я уплывал от друзей в бездну.
- Как он себя чувствует?
- Трудно сказать. Кажется, спит. Ну почему вокруг никого нет?! Проклятье Господне!
- Не богохульствуй, - прошептал я. Они помолчали.
- Извините, мистер Сифорт.
- Хорошо. Я уснул.
Через некоторое время меня разбудил яркий свет. Я отвернулся. Дорога качнулась,
исчезла.
- Помогите отнести его. Он не может ходить.
- Могу, - пробормотал я, но почему-то никто не ответил.
Вскоре я понял, что лежу на заднем сиденье в кабине грузовика. Оно напоминало
койку в гардемаринской каюте. Мне стало смешно.
Проснулся я при ярком дневном свете в чистой, мягкой постели. Дышал я почему-то
через маску. Рядом сидела Сара Бранстэд.
- Вы снитесь мне? - спросил я.
- Вряд ли, - улыбнулась она.
Я потянулся к маске, но Сара остановила мою руку со словами:
- Не снимайте. Через маску вы вдыхаете лечебные пары. Доктор Авери говорит, что эти
лекарства вам крайне необходимы.
- Значит, все это не галлюцинации?
- Конечно! - рассмеялась она. - Но иногда вы бредили, разговаривали с
...Закладка в соц.сетях
