Жанр: Научная фантастика
S.p.q.r. (собиратель камней 5)
...д человеку... Он может посчитать, что его слова навредят мне
и у него - того, крыша съедет! Это конечно можно обойти... Штурмовики же
стреляют в людей... Но это только по прямому приказу вышестоящего командира. Или
еще, если экс защищается от прямой угрозы жизни и здоровью... Например, если бы
генетически модифицированные барбариане узнали, что их относительно низкая
продолжительность жизни легко излечивается простой инъекцией ДНК-стабилизаторов,
и посчитали это угрозой...
- Молчать!!! - завизжал, вскакивая, император. - Молчать!!!
- Это что? Правда?! - в наступившей после вопля повелителя Барбарина звенящей
тишине, тихо спросил экс, десантник, из-за спины Ворта.
- Да! - совершенно трезво ответил лорд. Быстро обернулся и посмотрел прямо в
глаза солдату. - Вам все это время лгали!
10
Бессонов пытался найти решение, злился сам на себя, и от этого осколки идей
разлетались в самые дальние закоулки его разума. Который уже раз он пожалел, что
в свое время выбрал академию Военного Флота, а не школу подготовки Службы
безопасности. Тогда, быть может, он сумел бы выдумать причину, нечто,
позволившее бы ему хоть на несколько минут попасть в бронированную камору
главного калибра на "Проворном", сказать хоть несколько слов обреченному лорду,
предупредить... И который уже раз, командующий благодарил Судьбу, что, сжимая в
потных ладонях папку с документами, вошел в украшенную готическими арками дверь
Академии, стал офицером флота, попал на "Штандарт", встретился с Великим Вортом.
Бессонов брал документ и читал: "Объединенная следственная комиссия по
расследованию преступлений лорда Адри Ворта (полковника Эндрю Вепова), проведя
дополнительные опросы свидетелей, выдвигает дополнительное обвинение - массовые
расстрелы мирного населения и военнопленных совершенные по прямым приказам и под
наблюдением лорда Ворта, в то время Имперского Наместника на планете Ежерд"...
Потом доставал из потайного кармашка в подкладке мундира изрядно
обтрепавшиеся листы, привезенные курьером из Академии: "Одним из важнейших
условий заключенного с Терранской империей договора, ставшего следствием
оккупации войсками Барбарианской империи важнейших населенных пунктов Ежерда был
непременный суд над военными преступниками - военнослужащими сухопутных войск
Ежерда совершившими преступления против мирного населения планеты День.
Важнейший для сохранения самого факта существования государства Барбариан, перед
лицом явной угрозы вторжения превосходящих и в техническом и в количественном
отношении войск терранцев, договор не мог вступить в законную силу до момента
вынесения приговоров и приведения их в исполнение. Кроме того, чрезвычайный
посланник землян, лорд Василий Эль Новорел Ларосс явно дал понять, что под судом
над ежердами обвиняемыми в фашизме они понимают трибунал по законам Терранской
империи, но саму организацию и проведение мероприятий и акций возмездия
возлагают на барбариан.
В этой не простой ситуации как нельзя лучше зарекомендовал себя ранее не
известный истории Барбарина молодой дворянин Адри Ворт. Назначенный императором
лордом Имперским Наместником на Ежерд, господин Ворт с самые короткие сроки
сумел выполнить все условия терран и добился ратификации столь необходимого
договора. При этом перед судом предстали только действительные идеологи и
исполнители массового террора творимого ежердскими силами вторжения на планете
День"...
Один единственный раз Великий и Ужасный упоминался в присланных старым
учителем бумагах. Бессонов вспоминал, как возликовал в тот момент, когда впервые
прочел эти строки. Лорд Ворт - не сон, не шпион инопланетян, не массовая
галлюцинация. Командующий держал в одной руке то, что могло Вепова погубить, в
другой - спасти, и не знал, как донести эту информацию до единственного на всем
свете человека, которого посчитал бы за честь назвать другом...
Там, где не справляется человеческий разум, вмешивается Судьба. На
коммуникатор Бессонова поступил приказ немедленно явиться на борт "Проворного" и
обеспечить безопасность прибывающих правителей государств. Через несколько часов
должно было начаться второе заседание трибунала.
Пилот челнока не торопился. В пространстве, переполненном летающими машинами,
все должно происходить по расписанию. И маршал пожалел, что не умеет
перемещаться в пространстве без помощи транспортных средств. В поселениях эксов
на Барбарине ходили легенды о воинах Стальной планеты, которые будто бы могли
читать и передавать мысли, управлять людьми на расстоянии, имели абсолютную
власть над собственным телом... И, в том числе, перемещаться, телепортироваться,
на огромные расстояния.
Почти все эти легенды оказались сказками. Бессонов осторожно поинтересовался
у Кудряшова результатами генетических тестов с теми материалами, которые удалось
добыть на Новой Океании разведчиками Барбарина.
- Они ни чем не отличаются от средних значений любого человека, - отмахнулся
генерал. И добавил чуть тише, подозрительно глянув на космофлотчика:
- Их учили! Все их способности не были врожденными. Их учили быть идеальными
солдатами! Много бы я отдал, чтобы отыскать такого Учителя.
В тот момент Бессонова посетила мысль, долго не дававшая ему спать по ночам:
что если лорд Ворт и есть такой Учитель? Планета Беглец, легендарный Конвикт,
отправился в межзвездное путешествие почти пять веков назад. Оставшиеся на Новой
Океании, в Центропене - столице тогда еще существовавшей Федерации Млечного
Пути, объединявшей многочисленные государства всех людей на более чем сотне
населенных планет, конвиктяне выученные специалистами Стальной планеты,
наверняка уже вымерли. Но ведь ВСЕ искусство не могло пропасть! Что-то же должно
было остаться! И командующий был уверен: Ворт знает об этом куда больше, чем
эксы Барбаринских гетто, или спецы Службы Безопасности империи.
Офицер лелеял надежду, что лорд Ворт тоже обладает волшебным искусством
перемещения в пространстве. Потому, быть может, он и держится с таким завидным
спокойствием на заседаниях трибунала, что может в любой момент попросту
исчезнуть, превратив торжество извращенной справедливости в фарс. В абсурд,
подобный тому в который уже сумел обратить величественную космическую битву
огромных флотов.
Наконец челнок мягко ткнулся в причальный шлюз полумертвого эсминца, и
Бессонов, нетерпеливо оттолкнув стюарда, первым выбежал в коридор. Ему срочно
нужно было найти Тобиаса Гладиуса, юного юриста, италийца, которого командующий
сам выбрал из длинного списка. Огненноволосый парень должен был выслушать
маршала Барбарианского флота.
В зале суда сразу повисло какое-то похоронное настроение. Император, даже не
потрудившись поприветствовать присутствующих, рухнул в кресло на командирском
балконе. Принцепс был явно пьян. От него несло перегаром так, что мрачный
правитель Барбарина морщился и прикрывал нос рукой.
В командной рубке "Проворного" по хозяйски расположилась грозовая туча.
Напряжение чувствовали даже офицеры со зрительских сидений, старающиеся
воздерживаться от излишне бурных проявлений эмоций.
Прокурор был бледен. За ночь с него напрочь слетел лоск. Не трудно было
догадаться, что обвинитель провел несколько изматывающих часов в обществе
генерала Кудряшова, втолковывающего новые и новые инструкции.
Заседание началось как-то вяло. Словно было не второе по счету, а сто второе.
Красавец вызвал очередного свидетеля - капитана Сильвию Красс, что не вызвало
совершенно ни какого интереса у Вепова. Подсудимый вообще был необычайно
задумчив и реагировал на изменения обстановки с некоторой задержкой.
Некоторое оживление вызвало заявление капитана пограничного корвета о том,
что полковник Вепов не имел ни какого отношения к факту обнаружения италийскими
пилотами истребителей прячущейся на астероиде "Сигны", а значит и к
провоцированию космического сражения. По мнению госпожи Красс, беглецы были
найдены после выстрела лейтенанта Сан-Дориана, что вызвало пробой обшивки,
разгерметизацию корабля и, как следствие, включение дополнительных источников
энергии для активации аварийных систем спасения экипажа. Подтвердить или
опровергнуть версию Красс мог только пилот того самого истребителя, который и
должен был получить премию за раскрытие тайны прячущегося корвета, но бедняга
погиб в самом начале баталии.
Женщину отпустили довольно быстро. У защиты к ней не нашлось ни одного
вопроса. Капитан, высокая грудь которой теперь была украшена золотым значком
ордена "Легиона Гордости Итали" - высшей военной награды республики, гордо
задрав подбородок, прошла через центр рубки, совсем рядом со столом лорда Ворта.
Гладиусу показалось, что длинные ресницы Сильвии чуть дрогнули, когда она
встретилась взглядом с подсудимым, но ни какой ответной реакции своего
подзащитного он так и не дождался.
Флавиус если и подтвердил мнение своего командира, то лишь косвенно. Он
подтвердил, что посланное им сообщение флот-консулу сообщение о составе
прибывающего барбарианского подкрепления было составлено полковником Веповым. А
так же то, что импульс, несущий разведданные особой ценности, был отправлен с
таким расчетом, чтобы, отразившись сразу от нескольких астероидов, попал по
назначению и в то же время не выдал тайну убежища "Сигны". На коварные вопросы
прокурора навигатор отвечал четко и просто. Проходя к отведенному для него
месту, Флавиус на минуту остановился, пожал Вепову руку, и сказал:
- Спасибо за все, друг!
Стул, с которого навигатор должен был наблюдать процесс уже в качестве
зрителя, стоял слишком далеко от Красс, и Флавиус долго стоял, поджидая пока
офицеры пересядут. Кавалеру ордена - точной копии того, которым наградили
капитана корвета, отказать не посмели.
- Молодец! - громко сказала Сильвия, когда лейтенант, наконец, уселся, и еще
ближе придвинула свое сиденье.
После проявления столь явных симпатий свидетелей обвинения к подсудимому,
прокурор долго не мог собраться с силами и начать зачитывать рапорты командующих
флотами, флот-консула Сан-Сабита и флот-маршала Бессонова. И когда красавчик все
же открыл рот, голос его уже не был голосом того уверенного в себе и в исходе
дела вчерашнего человека.
В этот момент очнулся дремавший с открытыми глазами Сан-Мамурра.
- Знаешь, - прохрипел он, сопя прямо в лицо императору и не обращая внимания
на опешившего прокурора, - ваше отношение к генетически модифицированным людям -
это геноцид! Скрытый, лживый, но самый настоящий! Тебе не стыдно?
- Что за шута усадили рядом со мной! - вспылил барбарианец, подскакивая. -
Верните сюда старика Сан-Мамурру!
Парадные мундиры офицеров у противоположной стены всколыхнулись. Словно по
мановению волшебной палочки, пара фраз двух правителей разделила зрителей на два
враждебных лагеря. Еще немного и "Проворный" мог оказаться точно в центре
вспыхнувшей с новой силой звездной мясорубки. Что, как выяснилось, совершенно не
входило в планы лорда Ворта.
- Эй, вы! Два чудака! - вскричал подсудимый таким тоном, будто это он решал
жить или умереть двум государям двух карликовых государств. - Не смешите людей!
Император! Сядь! И вас, господа офицеры, прошу успокоиться...
Режиссер прямого эфира вытаращил глаза, направляя парящие в зале камеры ближе
к послушно умолкнувшим, вернувшимся на свои места по окрику Вепова, судьям.
- Продолжайте, пожалуйста, - кивнул прокурору Гладиус. И не покраснел.
Режиссер уже ни чему не удивлялся. И больше ни в чем не был уверен. Дав знак
операторам повернуть объективы к столу подсудимого, он действовал на свой страх
и риск.
Вчерашний красавчик уткнул глаза в бумагу и дальше читал так быстро, что
глотал окончания слов. И снова ни кто, ни как не отреагировал на зачитанные
показания. Создавалось впечатление, что суд над лордом Вортом больше ни кого не
интересовал.
Почти бесконечная пустота отделяет сектор Мусорного Пятна от Барбарина. Свет
прячущегося в пыли разрушенной планеты местного солнца, освещающий бронированные
борта десятков боевых звездолетов, достигнет столицы империи спустя тысячелетия
после ее кончины... Несколько суток требуется быстрому, легкому курьерскому
кораблику чтобы, презрев трехмерную физику, преодолеть это расстояние. Два
долгих часа, от одного ретранслятора к другому, многократно дешифровываясь и
шифруясь снова, шел электронный импульс из зала суда в командной рубке
"Проворного" к галовизорам подданных императора Барбарина. И как раз в тот
момент, когда принцепс выговаривал запретное для любого главы государства слово
"стыдно", из Генерального Штаба в отсек связи на личном дредноуте императора
поступали сведения в корне изменившие Историю его страны... и ход процесса над
назначенным быть преступником полковником Веповым.
Четырьмя минутами спустя личный секретарь властелина трех планет, майор
Эксимэкс, закончив расшифровку рапорта штаб-маршала Теллер, пригладил так и
норовившие приподняться от ужаса волосы, и отправился на полумертвый лидер
эсминец. Еще через двадцать минут дважды генетический модификант перешагнул
высокий комингс полукруглого зала суда и тихо сообщил своему повелителю весть о
восстании эксов на Барбарине, Ежерде и орбитальных базах у Фаланги. И чувствовал
он себя в этот момент, не смотря на Барьер в мозгу и личную преданность
императору, предателем своего народа.
Флот готовился к отходу. К возвращению на опаленную гражданской войной
родину. Новости из имперских городов шли на всех галоэкранах во всех кораблях.
Император, не потерявший еще надежду вернуть себе контроль над ситуацией,
произнес пламенную речь, пообещав полные права гражданина тем генетическим
модификантам, кто не поддастся на пропаганду невесть откуда явившейся партии "За
Свободу Эксам", и поможет ему вернуть власть.
Люди и эксы толпами собирались у галовизоров, покидая свои посты и молча
наблюдая за кровопролитными боями на родных улицах, и Служба Безопасности не
смела им в этом препятствовать. Там тоже служили и те и другие. Наступило время,
когда каждый должен был сделать свой собственный выбор.
Само собой, о суде над Веповым пока не могло быть и речи. Однажды, когда
бунтовщикам на несколько часов удалось захватить имперский Центр Галовидения,
один из лидеров партии эксов официально простил лорду Ворту убийство
подполковника Квантиникса. По словам предводителя восставших, подсудимый искупил
свою вину, показав путь, которым можно было обмануть Барьер. А покойного
Квантиникса, к вящему удивлению Бессонова, назвали в числе главных идеологов и
организаторов ГЕМ-подполья.
В день, когда до отправления армады оставались считанные часы, подоспела еще
одна плохая для императора новость - Фаланга все-таки восстала!
Бессонов подписывал рапорты о переводе, не читая. Сначала их были единицы.
Потом, люди и эксы стали перемещаться с корабля на корабль целыми
подразделениями. Маршалу было все равно. Можно было удивляться, что солдаты и
офицеры вообще считали необходимым его, командующего, разрешение, а не бродили
по флоту, как кому сердце подскажет...
Флот, еще недавно единый и могучий, распадался. Курьеры еще привозили
капитанам приказы с дредноута императора, но не было ни какой уверенности, что
распоряжения будут выполнены. Стол командующего был завален какими-то депешами,
но и эти бумаги Бессонов не читал.
Когда покидающие столицу верные императору войска взорвали Центр Ретрансляции
и все экраны всех галовизоров по всей империи подернулись мутной рябью, стало
совсем плохо. Единственным источником новостей осталась цепочка ретрансляторов
от Генерального Штаба, но донесениям аппарата штаб-маршала Теллер не все склонны
были доверять. Тем не менее, Бессонов тщательно изучал сухие строки отчетов
"старой портянки", как за глаза называли во флоте штаб-маршала.
По словам Теллер, ни каких враждебных действий эксов по отношению к мирному
населению замечено не было. Наиболее ожесточенные бои велись у Яслей, огромного
монументального, на две трети подземного комплекса зданий, где генетический
материал превращался в живых людей, в эксов. Там же были расположены и
интернаты, в которых воспитывались будущие граждане второго, третьего и
четвертого сортов. Эксы гибли тысячами, заваливая площадь у Яслей своими телами.
В отличие от войск императора, взбунтовавшиеся рабы не могли применять тяжелое
вооружение.
У станций терраформирования и в национальных парках бои не велись. Жизнь на
поверхности Барбарина была еще настолько хрупка, и жалкие побеги растительности
были столь драгоценны, что ни одна их противоборствующих сторон не имела
морального права даже случайно уничтожить результат героических усилий всего
населения. Когда человек впервые ступил на планету, Барбарин представлял собой
каменный шар, кое-где покрытый пятнами мхов и лишайников. Без почвы, почти без
источников воды, с тончайшим слоем атмосферы. В почти легендарные времена
Федерации Млечного Пути на Барбарине располагался лишь маяк триангуляции для
ориентирования пролетающих к Фаланге и к День звездолетов...
Бессонов очень редко бывал дома. На странной с точки зрения жителя более
гостеприимной планеты кривой, похожей на широкий окоп улице. В убогом
полуподземном строении. Тем не менее, благодаря его жалованию офицера имперского
флота, оно было не в пример лучшим хибары, в которой он родился.
Бессонов-старший погиб в какой-то малозначительной стычке на Фаланге. Но своей,
далеко не героической смертью дал младшему шанс выбиться в люди: сын погибшего
солдата имел право на допуск к экзаменам в Академию Флота.
Все три сестры давно вышли замуж, обзавелись кучей детей по программе "Не
меньше пяти"... Кроме матери - старушки Бессонова ничего к Барбарину не
привязывало. Если конечно не считать Долга и Любви к Родине!
- Разрешите?! - капитан "Штандарта", как командир флагмана, имел право
входить в каюту - кабинет командующего без формальностей, но не посчитал нужным
это делать.
- Ну! - Бессонов с трудом оторвался от своих тяжелых мыслей. - О! Простите,
Рудольф. Сутки не спал... С Барбарина так ни чего и не транслируют?
- Нет, сэр.
Впрочем, Бессонов и не нуждался в ответе. Случись чудо, и пирамида битого
бетона превратится в галоретрансляторы, командующий узнал бы об этом первым.
- Что-то случилось?
- Лейтенант Экстекс и несколько человек, решивших вернуться на Барбарин с
императором, покинули борт. Однако, экипаж "Штандарта" полностью укомплектован,
сэр, - отрапортовал офицер и отдал честь.
- И что это значит?
- Мы все хотели бы быть с Вами, - просто сказал капитан и вдруг широко
улыбнулся. - Мы решили остаться с Вами. Кто-то же должен думать не только об
Империи или попранной справедливости. Мы давали присягу верности Барбарину! Что
будет, если италийцы ударят в спину?!
Бессонов уже открыл, было, рот, чтобы выдохнуть что-нибудь этакое едкое,
саркастичное по поводу отваги и решительности италийцев, но так и не произнес ни
звука. Промелькнула мысль, что несколько тысяч человек на флагмане попросту
перевалили необходимость принятия решения на его плечи, но и на это бывшему
командующему сказать было нечего. Да и идея о необходимости прикрытия спины
возвращающегося флота была не плоха. В духе лорда Ворта. Это и помогло Бессонову
побороть сомнения...
- Если надумаешь вернуться ко мне, принеси голову Ворта, - мрачно процедил
император, выслушав заявление Бессонова, и отключил связь. Дело было сделано.
Бывший командующий бывшего имперского флота оставался в окрестностях Мусорного
Пятна, рядом с лордом Вортом.
Все капитаны получили приказы с точным временем прыжка и координатами выхода
из гиперполя. Однако император имел все основания сомневаться в том, что все
корабли соберутся в выбранной им точке пространства на границе системы
Барбарина. Как только прозвучал сигнал к отходу, звездолеты принялись
разворачиваться, набирать скорость и исчезать. Кто во что горазд, тут же сломав
заведенный Уставом порядок и нарушив прямые приказы государя.
Вселенная гудела как барабан. Космос выпускал в мир другой физики огромные
ромбы крейсеров и иглы эсминцев, чемоданообразные материнские корабли и
мобильные орудийные платформы...
Одновременно с барбарианами домой возвращались четыре из пяти легионов
италийцев. Строем, в порядке предусмотренном Уставами и с чувством выполненного
долга.
Сан-Сабит впервые с того злосчастного дня, когда началась и кончилась война с
барбами, пришел на командный мостик флагмана италийского флота. Стоило патрицию
хотя бы подумать о главной палубе, как щека вспоминала руку той истерички и
наливалась кровью... Но, чтобы самому убедиться в том, что варвары покидают-таки
поле битвы, ему пришлось перешагнуть через стыд.
Единого, монолитного и опасного стального кулака армии Барбарианской империи
больше не существовало. Из пограничного сектора Мусорного Пятна уходил не флот
недавнего врага, а разобщенные гражданской войной корабли.
- К воронам! - беззвучно шептал аристократ при каждом новом вздрагивании
палубы циклопического звездолета, при каждом новом сотрясании Вселенной.
Штаб Сан-Сабита был предупрежден, что материнский корабль барбов остается.
Что флот-маршал Бессонов остается представителем империи в секторе. Что этот
выскочка, этот варвар, этот мальчишка, едва-едва не разбивший в пух и прах,
гордые нео-римские легионы имеет теперь законное право сидеть рядом с
Сан-Мамуррой на трибунале...
- К воронам! - снова и снова шептал сенатор, не отрывая глаз от искры
флагмана барбов. И молил Богов только об одном: чтобы корабль Бессонова
развернулся, разогнался и исчез в Черной Бездне.
"Штандарт" оставался на своем месте. Время для чудес еще не наступило.
Поэтому флот-консул сидел в тактическом кресле и провожал отступающих варваров.
- Сэр, эсминец барбов "Блистательный" прервал разгон и разворачивается, -
прервал ожидание чуда своего командира офицер командной палубы. И, спустя
минуту, добавил:
- Сэр, торпедные шлюзы "Блистательного" открыты, щиты подняты. Двигатели
переведены в режим атаки.
- Я так и знал, - вскочил патриций, - я так и знал! Связь с Бессоновым!
Быстро!
На тактический экран уже выводили параметры траектории корабля-нарушителя,
компьютер начал просчет возможных целей атаки и время ее начала. Какой бы и чей
бы коварный замысел не пытался воплотить экипаж эсминца, до его входа в зону
возможной атаки должно было пройти еще почти час. Уж слишком большую скорость
набрал "Блистательный" имитируя разгон, чтобы быстро развернуться и напасть.
Старый звездоплаватель даже поежился, представив на секунду, как визжат от
напряжения переборки несчастного корабля, брошенного его пилотами в сумасшедший
маневр. И все ради чего? Это Сан-Сабит обязан был выяснить.
- Связь! - взревел он, изрядно удивив офицеров командной палубы. Даже во
время недавней битвы флот-консул не был таким взволнованным. - Связь!
Немедленно!
В этот момент экран осветился изображением стоящего в героической позе
Бессонова.
- Чего раскричался? - презрительно скривив губы, подсознательно подражая
Великому и Ужасному, проговорил маршал охваченной огнем страны. - Нервы следует
беречь. Нервные клетки очень сложно восстановить...
- Что это значит, барб?! - прокаркал италиец, наплевав на политкорректность.
- Почему ваш эсминец не прыгнул? Ты нарываешься на неприятности, варвар!
- Ты говоришь по поручению своего старика принцепса, или сам решил потявкать
напоследок? - спокойно поинтересовался Бессонов. - Думаю, что это твой хозяин
забеспокоился... У тебя бы ума не хватило даже взглянуть на индетификационные
коды...
- Коды! - заорал Сан-Сабит кому-то за спиной.
- "Блистательный" опознается, как судно консульской республики Ежерд, сэр.
- Какие еще тебе нужны подсказки, италиец? Только не спрашивай, что именно
они собираются атаковать...
- И что же? - как зачарованный, помимо своей воли спросил патриций.
- Конечно "Проворного", - хмыкнул маршал. - Как ты пролез в командиры флота,
бестолочь!? С такими-то способностями к анализу...
- Но там же...
- Ага! - рассмеялся Бессонов. - Конечно! Там лорд Ворт, которого ежерды
считают своим Первым Врагом.
- Что ты собираешься делать, барб? - Сан-Сабит быстро взял себя в руки.
- Почему собираюсь? - деланно удивился барбарианец. - Я уже делаю. Я приказал
нашим десантникам на "Проворном" перейти в полное распоряжение лорда Ворта.
Естественно, коды активации орудий я им тоже передал. Не завидую этой толпе
идиотов на "Блистательном", когда они обнаружат, что им предстоит схватиться с
по уши бронированным лидером, да к тому же еще и готовым к бою! А на такой
скорости ежерды даже маневрировать не могут!
- Мне нужно доложить принцепсу... - Сан-Сабит чувствовал, как его седые
волосы встают на затылке дыбом. Сумасшедший варвар решил выпустить особо
опасного преступника из каземата! Больше того! Барб передает в руки Вепова
прекрасно вооруженный корабль! Да, "Проворный" не в состоянии сдвинуться с
места, но и отдать приказ атаковать битком набитый заложниками лидер он,
сенатор, не мог. Патовая ситуация...
- Конечно, - подозрительно легко согласился Бессонов. - Беги, докладывай.
Помощи от тебя я и не ждал...
Сан-Сабит отключился, но маршалу казалось, что еще несколько секунд он видит
призрак озадаченной физиономии италийца. Вряд ли Бессонов смог бы объяснить,
почему продолжает злить флот-консула. Начатая и законченная лордом Вортом война
двух держав ушла в Историю, прихватив с собой и одно из государств.
Противостояние флотоводцев не имело больше смысла, и все-таки командир корабля
без порта приписки на уровне подсознания, интуитивно считал, что поступает
правильно.
"И, пусть империи больше нет, но гордость-то осталась!" - решил, наконец,
командующий и решительно повернулся к тактическому экрану.
- Парни на "Проворном" сейчас здорово повеселятся, - воскликнул кто-то из
офицеров палубы.
- Да уж, - с явной завистью в голосе, подхватил другой. - Хотел бы я сейчас
оказаться там...
- Без нашей поддержки им не отбиться, - Бессонов поспешил опустить своих
д
...Закладка в соц.сетях
