Жанр: Научная фантастика
Огромный черный корабль
...ный круг диаметром метров сорок. Внутри его
абсолютно ничего не росло. Прямо, мистика какая-то. Если бы они маршировали пешком, вряд
ли бы кто решился заступить за эту колдовскую преграду, но они были в броне и ничего не
боялись.
Когда "бабочка" оказалась внутри, произошел бесшумный взрыв, иначе это никак не
назовешь. Все в кругу окуталось непроницаемым туманом. Потом их биолог и врач - Геклис
сделал анализ. Это были мельчайшие споры, их выбросили кустики, образующие окружность.
Геклис говорил, что все эти растения скорее всего одно целое: у них общая корневая система. И
вся эта молодая поросль стала буквально на глазах так быстро расти, что, когда внутрь круга
попытались прорваться, чтобы освободить попавшую в плен машину, пришлось использовать
большой навесной вибронож.
Все внутри танкетки были без сознания, их едва привели в чувство через несколько часов.
И вроде бы все встало на свое место, но через двое суток всем побывавшим в дьявольском
круге стало плохо. Врач обнаружил у них изменение в клеточной структуре, в их плоть
внедрился вирус-спора этого таинственного представителя здешней флоры. Никакие лекарства
не помогли: болезнь не проходила, вскоре все они начали умирать. Профессор был последним.
Геклис предположил, что это растение так и распространяется по свету: там, где умрет
пораженная им жертва, вырастет его потомство. Так что, копая Профессору могилу, они, можно
сказать, готовят ловушку для будущих путешественников.
Похоронная команда уже заканчивала, и тут лопата Браста обо что-то звякнула. Они
нашли город. А когда они подняли головы, то в чуть посветлевшем лесу увидели это. Они
бросили лопаты и, плюнув на опасности, полезли сквозь зелень поближе к невероятному
сооружению.
Этой статуе была тысяча, а может, десять тысяч или миллион циклов. Это была верхушка:
огромная непонятная человеческо-нечеловеческая голова. Если предположить, что это все-таки
человеческая голова и пропорции в невидимой части памятника соблюдены - размеры
поражали. Тлеф побежал сообщить Варкиройту. Пока он бегал, Браст с Пексманом нашли еще
одну статую, а потом еще. Это было открытие мирового значения, еще никто никогда не
обнаруживал на этом материке следов какой-либо культуры, тем более такой древней. Прибыл
Варкиройт с целой командой. Все они стояли открывши рот, и было от чего. Эти громадные
лица-маски, испещренные глубокими трещинами, оплетенные растениями, были созданы рукой
разумного существа, наверное, еще в те времена, когда об эйрарбаках и слыхом не слыхивали.
- Жаль, наш Профессор этого не увидел, - сказал кто-то.
Браст вспомнил, что они бросили труп на произвол судьбы непогребенным, и поспешно
пошел докапывать могилу.
Они оставались на этом месте несколько часов. Торжественно похоронили Сокса. Было
что-то символичное в его захоронении рядом с этими памятниками неизвестно кому. Они
нашли еще пятнадцать статуй и верхушку какого-то здания, возможно пирамиды. Может,
памятников было больше, но Варкиройт запретил отходить слишком далеко, да и непросто
было продираться сквозь лианы и папоротники. Еще он приказал бас-майору Холту тщательно
пометить на карте место, ведь сейчас они не могли сообщить о находке, по-прежнему находясь
в режиме радиомолчания. Смогут ли они кому-то передать эти знания вообще когда-нибудь?
Или об этих колоссах так и не узнает цивилизация? Это был вопрос вопросов.
подземелья городов
Лумис долго спускался в подземный заводской цех. Его сопровождал человек,
присланный Хромосомом. Когда они сошли вниз, Лумис примерно оценил глубину: метров
двадцать, не меньше. Да, Хромосом нашел неплохое местечко, чтобы отсидеться в
безопасности. Но Лумис обскакал его и на этот раз, только по более серьезному поводу, чем
тогда, много месяцев назад в их первую встречу. Самое интересное, что это, можно сказать, ни
к чему не привело - теперь оба они находились в одной пространственно-временной точке,
только по разную сторону баррикады. Тогда Лумис не оправдал доверие Хромосома, теперь сам
командир "мангустов" изменил общему революционному делу: в моральном плане они были
квиты, а вот в испытанной боли пока нет. Но Лумис спускался сюда не по личному поводу.
Сутки назад они взяли людей Хромосома в плотное кольцо осады, и сейчас, после очередной
попытки прорыва, "мангусты" уразумели до конца, что они могут лечь здесь костьми до
последнего человека, но не вырваться из собственной ловушки. На стороне Лумиса был перевес
в людях, по его требованию Совет моментально выделял их в достаточном количестве, хотя
большинство из них в подметки не годились тренированным головорезам Хромосома,
стоявшим в обороне, пока в обороне. Несмотря на давление Баллади, который требовал
штурма, Лумис выжидал, и всего через сутки его тактика принесла плоды: осажденные
прислали парламентера.
Внизу, среди скопища машин и механизмов, Лумиса встретили четверо вооруженных
людей: он сдал свое оружие, и его повели дальше. Лумис тщательно фиксировал в голове все
окружающее. Да, если бы они начали штурм, еще неизвестно, кто бы вышел победителем, но
жертвы среди необученного ополчения наверняка бы превысили стандартное для наступающих
соотношение три к одному. Даже у скудных сил Хромосома было больше шансов, если бы им
не мешал их тяжелый и опасный груз, из-за которого и разгорелся сыр-бор. Лумис еще раз
убедился, что не напрасно пошел на переговоры, сейчас он рисковал только собой, но это была
святая обязанность командира. Они встретились в небольшом кабинете: история повторялась с
редкостным однообразием.
- Мой милый друг Лумис, - сидя, приветствовал его новоиспеченный атомный барон.
Лумис обратил внимание на то, как состарился Хромосом со дня их последней встречи,
будто миновало множество циклов, а ведь не прошло и одного.
- Знаешь, - устало произнес Лумис, он не очень разделял восторженность
противника, - мне всегда этот мир казался тесноватым, сегодня я вновь убедился в
правильности своих подозрений. Вы решили капитулировать?
- Дорогой Лумис, я вижу, за то не слишком большое время, пока мы были в разлуке, ты
стал большим шутником, да еще успел закончить философский университет? Я всегда
испытывал расположение к работоспособным людям.
- Да, Хромосом, жизнь давала мне хорошие, запоминающиеся уроки.
- Воистину приятно с тобой общаться. Я так давно не беседовал с интеллигентным
человеком.
- Нет, Хромосом, просто ты давно не беседовал с равными тебе, в твоем понимании, а
теперь обстоятельства вынудили к этому.
- Знаешь, Лумис Диностарио, не провоцируй меня. Сейчас повторяется та ситуация: ты
без оружия и в моей власти. Я ведь могу разозлиться. Ты, конечно, благородный рыцарь,
помнится, тогда, когда давал деру, ты не прикончил моих людей, хотя мог это сделать, но мной
всегда руководило не только сердце, но и голый расчет, посему будь осторожен.
- Ладно, Хромосом, ты предложил переговоры? Я весь внимание.
- Лумис, ты и наши бывшие начальники хотят моей капитуляции, так? А у меня к тебе
встречное и, представь себе. почти зеркальное предложение.
Продолжай, я уже почти потрясен.
- Прежде чем я тебе его выскажу, я прочту маленькую лекцию. Понимаешь, она сильно
повысит твою восприимчивость и, возможно, сыграет свою положительную роль.
- Валяй, я искренне надеюсь, что она достаточно забавна, и я не успею заснуть. Знаешь,
я так вымотался, отыскивая твою берлогу.
- Договорились, я приступаю. Я понял, мой дорогой, что за последние дни ты сильно
шагнул вверх по служебной лестнице, я что-то не припомню, чтобы ранее ты присутствовал на
заседаниях Большого Совета. По этой причине ты, видимо, здорово вырос в собственном
воображении, но понимаешь, в чем дело, на твоих глазах пелена, как и у большинства
окружающих. Ты не политик, Лумис, ты не видишь грядущего и слабо ориентируешься в
настоящем. Поэтому то, что я тебе поведаю, ты можешь счесть бредом или еще чем угодно,
здесь я не властен. Знаешь, в чем вся суть? - Хромосом встал и начал ходить перед Лумисом,
размахивая здоровой рукой. -Я вижу будущее! К сожалению, я вижу его не слишком далеко, но
тем не менее... Понимаешь, мой дорогой карьерист, революция потерпела поражение. Нас не
поддержали вооруженные силы и не подсобил народ, мы блокированы в единственном на
планете городе и окружены самой вооруженной сухопутной армией мира. Мы держимся только
потому, что наши зубастые враги сводят счеты друг с другом, и в основном косвенным, а не
прямым образом. Но дело не только в этом: похоже, во всем мире набирают ход центробежные
процессы. Череда кризисов из количества вот-вот перейдет в качество. Поверь, близится конец
нашей цивилизации. Когда я понял это, я решил уйти в сторону. Я предаю вас в этом теперь
бессмысленном сражении для того, чтобы выиграть в стратегии. Что собой представляет эта
небольшая горсточка слабых бомб по сравнению с арсеналами сверхдержав? Твои лидеры уже
начали доблестно растрачивать их в оборонительных боях, а мне они понадобятся в
наступательных. Когда государственные склады опустеют, эти маленькие бомбы будут
представлять собой великую силу нового объединения хоть каких-то обломков Империи
Эйрарбаков. Поверь, ее финал недалек. И вот что важно: если у нас была тирания, то те мелкие
клочки, которые останутся от нашей великой, так сказать, родины, преподнесут нам такой
набор тоталитарных систем, что запрещенные классики, вдохновившие нас с тобой на подвиги,
перевернутся в гробу. А вы все уже будете отсутствовать на этой земле или растратите силы до
грядущих битв, и некому будет напомнить новым тиранам, а они станут плодиться, как
кролики, о возмездии, которое может прийти к ним еще на этом свете.
- Скажу честно, Хромосом. Ты меня потряс. Я даже с трудом выговариваю "ты". Я
понимаю, что наши лидеры преждевременно пустили в ход нейтронные бомбы, но мне кажется,
другого выхода не было: у врагов огромное преимущество в обычных средствах поражения.
- Лумис, я тебе гарантирую, причина будущего катаклизма кроется в том, что каждая
сторона станет рассуждать примерно по этой схеме. Все будут думать, что другого выхода нет
и надо торопиться применить то. что есть, пока возможно.
- Это все твои теоретические измышления, но скажи, если ты такой правильный: зачем
тебе самому такое количество килотонн? Может, ты сам не прочь установить маленькое
царство с мудрым и хорошо вооруженным правителем.
- Не раздраконивай меня. Диностарио. Дай договорить. -Хромосом снова сел. - Ты
умный человек, Лумис. Сними с глаз шоры, поверь мне. Переходи на мою сторону, будешь
одним из заместителей. Здесь битва проиграна. Дай мне выбраться и спасайся сам.
- Нет, я не выпущу тебя. Нам нужны эти заряды для силовых переговоров. Я советую
тебе и твоим людям сдаться, ведь раньше у нас были общие цели.
- Лумис, я предложил тебе один вариант. Ты оказался гораздо глупее, чем я думал. А
теперь послушай второй. Я думаю, Совет знает, сколько примерно у меня боеголовок. Дай мне
уйти из города, я добровольно отдам тебе половину. Если не согласишься, я взорву все заряды.
Ты знаешь, я всегда держу слово, это не обязательно дает преимущество в тактике, зато
гарантирует явный выигрыш в стратегии. Если я проиграю, мне плевать на то, что случится
после этого с городом. Я дам тебе на размышление два часа, хотя это чрезмерно много для
такого простого вопроса.
- А почему не больше?
- Через три часа будет темно, если ответ будет положительный, нам надо успеть
подготовиться к маршу.
- Ладно, я посоветуюсь с командованием и дам тебе знать.
Нет, Лумис, ты решишь это без всякого начальства, у тебя не получится спрятаться за их
спинами. Это наша с тобой игра, и мы будем в равных условиях. Ты был тактиком, я вынуждаю
тебя быть стратегом. Побудем немного в роли богов. Ты будешь думать здесь, в соседней
комнате. Обещаю, даже если ты примешь отрицательное решение, я выпущу тебя наружу.
...Ночью две длинные колонны электрогрузовиков разъехались в противоположные
стороны.
СЕКРЕТЫ ГОРОДОВ
Сегодня Маарми не выдержала, ну сколько можно носить все это в себе, а Штюбби она
знала очень давно, уже и не помнит сколько, и девчонка эта была уравновешенной, хотя и
любила всякие страсти про вампиров и ведьм. И рассказала Маарми о происходящем с нею как
могла беззаботней, маскируя улыбкой внутреннее напряжение.
- Представляешь, подруга, - уже заканчивала она, - и вот будто наяву вижу я все эти
деревья мерактропические, эти стволы гигантские, уходящие не знаю уж куда, и словно сижу я
в танке этом, и комары меня кусают, ну все как взаправду. Веришь?
- Слушай, Ма, да тебе надо рассказы писать, а? Ведь какие страсти можешь сочинять. Ну
и воображение у тебя, просто обзавидуешься.
- Да, ты понимаешь, - распалилась Маарми, - все происходит ну просто как наяву, а
иногда я слышу его голос, даже не голос, а прямо мысли читаю. Иногда и он меня слышит, по
крайней мере мне так кажется.
- Слушай, и что же, каждую ночь?
- Да нет, не каждую, конечно, но бывает, накатывает само, ни с того ни с сего. Я даже
боюсь иногда, а порой, наоборот. - хочется.
Ты так его любишь, да?
- Ужас как люблю, никогда у меня не было ничего похожего.
- Ой, просто завидно. Ну, а он тебя любит?
- Я же тебе говорю, мысли его прямо как с раскрытой книги читаю. Любит.
- Нет, ведь это ты читаешь, а вот он сам тебя любит?
- Господи Великий Эрр, что я тебе втолковываю уже час. Ну, вот как тебе объяснить?
Откуда я могу знать, что там за деревья растут или какой у него танк, со сложенным мостом,
наверху, понимаешь?
- Так ты чего, Ма, веришь во все это?
- Да нет, - растерялась Маарми, она уже жалела о своем красноречии, - просто очень
интересно, дух захватывает.
- А вдруг правда у тебя дар такой, видеть на расстоянии. Или, может, у него такое
свойство. Может, тебе к психологу сходить? Нет, я не в том смысле, что лечиться, а именно так
разузнать, ненароком, вдруг уже бывали похожие случаи.
"Так и в психушку отправит подружка любимая", - с досадой запоздало подумала
Маарми. Она резко переменила тему. Когда они уже прощались, Штюбби спросила:
- А отец твой скоро приедет?
- Да нет, он надолго уехал, сказал, что звонить не будет.
- А может, устроим у тебя вечеринку, у тебя такой домина, - в очередной раз за этот
вечер закинула удочку Штюбби, - развеяться тебе надо, пригласим парней.
- Да не хочу я никаких парней, я Браста люблю и жду его.
- Но ведь он далеко, в этой своей Мерактропии, что тебе, развейся, потанцуй.
- Слушай, во-первых, это я из своих снов знаю, что он в Мерактропии, а так,
по-настоящему, ведь не ведаю нисколечко. Я знаешь, чего боюсь?
- Чего?
Ты слышала, - Маарми невольно перешла на шепот, -вроде в столице неспокойно,
настоящая война с террористами.
- Да ну их всех к луне Мятой, им верь, этим новостям. То сообщили, что Император
погиб, то потом опять жив. Плетут черт-те чего. Но, думаю, если бы в Пепермиде и впрямь
что-то происходило, чаще бы по стерео показывали.
- Ну, а патрулей военных сколько на улицах развелось, ступить некуда.
- Да, это ты точно говоришь. Ты знаешь, а солдаты довольны, им лучше по городу
пошляться, чем в своих казармах сидеть. Может, и Браст твой ненаглядный сейчас где-нибудь
шарахается по улицам, на девочек чужих пялится, а ты здесь на-представляла черт-те чего и
сидишь сиднем все вечера.
- Нет, не приставай, не хочу я никаких вечеринок.
- А на следующий день, вечером, отправившись после заводской смены на свидание,
подружка Штюбби поведала своему очередному парню по имени Геркур о несговорчивой
девчонке Маарми, которая последнее время немножко свихнулась и не желает порезвиться,
пока папочка в отъезде. У самой Штюбби никогда не было ни папочки, ни мамочки, ни
огромного дома, она являлась воспитанницей "униш" и нисколько об этом не жалела. Она так
увлеклась, что выложила своему молчаливому ухажеру о Брасте Цимбурке и его большущем
танке, пробивающемся сквозь неисчислимые кусты легендарного мекра.
- Скромный, неговорливый парень Геркур вовсе не работал младшим научным
сотрудником в сельскохозяйственном институте и совсем не вырабатывал стратегию выведения
тото-мака-12, как гласила официальная версия, он служил в радиоразведке, конкретно в ОСС
(отделе специальной связи). Вот уже много дней они предпринимали тщетные попытки
связаться с "Железным кулаком". Он очень заинтересовался рассказом своей подружки.
ВЕСЕЛАЯ ЗАКУЛИСНАЯ ВОЗНЯ
- Map, тебе не кажется, что настал подходящий момент разделаться с Китом? - Инно
произнес это так буднично, как будто речь шла о представителе какого-нибудь профсоюза.
- Извини, но "вычеркнуть" его сейчас мы просто не сумеем, - осторожно ответил Map.
- Слушай, ты что, держишь меня за полного идиота? -вспылил Инно. - Разве я имел в
виду устранение? Да перестань ты корчить мину, нас никто не может прослушать. Ты что, не
усекаешь, что если не мы, то он нас схавает?
- Ну, сейчас Кит в очень шатком положении, если ты подзабыл, то я напомню: город, а
значит, и его заводы в руках повстанцев.
- Не читай мне нотаций, Map, - подскочив с кресла, перебил его Инно. - Я о том же и
говорю. Ответь, ты поддержишь меня в Комитете?
- Насчет чего?
- Не прикидывайся дураком.
- Полегче.
- Да не волнуйся ты за свою репутацию, мы одни. В общем, так. Как видишь, наши
доблестные маршалы предпочитают штурму - осаду.
- Твои протеже, - съязвил Map.
- Какая разница. Эти нерешительные задницы нам на руку.
- Ну, мы ведь сами, говоря по правде, связали им конечности. Ты ведь, как помнится,
пороху не нюхал, и напрасно, - повысил голос Map. - Так вот, сколько бы мы ни тянули
волынку, армия имеет качественный перевес, да и город в кольце. Очень скоро Кит снова
получит свои заводы, надо только постараться, чтобы получил он их как можно в худшем
состоянии.
- Это все мышиная возня, Map. Я тебе говорю, давай сыграем по-крупному, - он с
превосходством посмотрел на партнера. - Ты прекрасно знаешь, что Кит выбьет госдотацию и
заводы очень быстро восстановят.
- Ладно, говори, не томи душу.
- Надо убедить всех, что армия неспособна взять столицу. Детали проработаем. Далее,
надо представить Комитету факты так, чтобы создалось впечатление, что ситуация выходит
из-под контроля.
- Хорошо, это я смогу через Акнемейдо. Помнится, он мне много задолжал.
- Я на тебя рассчитывал в этом плане. Следующее: эти заводы нужно вовсе
ликвидировать, стереть их начисто - без заводов Кит ничто. К сожалению, придется
пожертвовать городом для маскировки, но куда денешься.
- Ты чего, ошалел? Да наши генералы в штаны наложат, если им сказать о сбросе на
столицу даже тактической "хлопушки". - Map красноречиво постучал себе по голове. - Они
же вопят, что армия у нас народная и что мы не можем решить все военные вопросы с
помощью только профи. "Нельзя рвать связь с народом", - процитировал он. - Ты что,
забыл?
- В том-то и фокус, - оскалился Инно. - Я придумал одну штуку.
- Ты придумал? - недоверчиво покосился на него Map.
- Бомбу сбросим не мы.
- Map открыл было рот, но промолчал.
- Наведем канал связи с брашами. Они с удовольствием сотрут эту заразу в городе
вместе с ним, а ПВО велим сидеть тихо. Ты ведь не против переноса столицы в Умброфен. -
Инно загадочно улыбнулся. - А когда империя Кита исчезнет, все заказы на бомбы твои.
Только про меня не забудь потом.
- Святые мощи, ты гений, я, право, не ожидал.
- Надавим на Диракузо, кинем ему кость, пусть походит маршалом, а потом на
пэвэошников все и свалим.
- Скинем заодно этого дурака Папарана, цепляющегося за Грапуприса, с его нового
теплого местечка. Только вот что, -добавил Map, вставая, - я думаю, все равно надо
подстраховаться.
Вскоре они распрощались.
ПОДКЛЮЧЕНИЕ К КОММУТАТОРУ
Маарми была в растерянности. Во-первых, она не могла понять, откуда они узнали. Нет,
не то чтобы девушка перестала верить в возможность общения с Брастом на расстоянии,
Маарми просто не решалась убедить в этом кого-либо. Отец и тот, видимо, подозревал ее в
легком помешательстве, а уж чужие...
Теперь, когда посторонние люди стали расспрашивать ее о подробностях беззвучных
бесед с любимым, она опешила. Поначалу она вообще подозревала в прибывших переодетых
санитаров из психушки, поэтому они долго нащупывали дорогу к искреннему разговору.
Прибывших было трое: один - типичный преподаватель университета, остальные не походили
один на другого, но чувствовалось в них что-то общее. "Профессиональная армия, может быть,
даже разведка", - решила Маарми. Она никогда не считала, что отличается большой
интуицией, но сейчас произошло точное попадание.
- Вспомните, сеньорита, когда это у вас началось? - увещевал ее мистер Университет
(звали его как-то по-другому, он даже представился в начале беседы, но она умудрилась тут же
забыть имя и дала ему прозвище).
Девушка с подозрением скользнула взглядом по его лицу и рукам (руки жили своей,
независимой от хозяина жизнью - они, сплетая и расплетая пальцы, боролись друг с другом).
- Милая Маарми! Я повторюсь: мы считаем вас абсолютно нормальным человеком. Я,
честно говоря, мало верю, что людские чувства могут передаваться напрямую, без всяких
промежуточных звеньев, через тысячи километров, но история хранит несколько подобных, до
конца не объясненных случаев. Возможно, сейчас мы наблюдаем именно такую аномалию. Но
здесь дело не только в научном интересе, поймите. Речь идет об очень серьезных вещах.
- С Брастом что-то случилось? - Она задала вопрос автоматически, помимо воли.
- Хотите честно?
Она замерла, ощущая, как внутри обрывается камушек - инициатор обвала.
- Мы ничего не знаем, Маарми. - И сразу, тормозя, не давая камушку катиться быстрее,
он, добавил: - Именно потому, что мы не знаем сегодняшнего положения дел, - мы и жаждем
узнать что-нибудь у вас. Для начала нас интересует следующее: вспомните, какого числа у вас
получилось это впервые.
- Что получилось? - переспросила она, краснея.
Ее собеседник читал мысли, по крайней мере, моментами.
- Когда у вас впервые возник отчетливый голосовой контакт с любимым человеком.
Маарми запаниковала. Может быть, ей ничего не сделают, но Брасту? Он ведь в армии,
наказать его - раз плюнуть.
- Мы не нарушали никаких законов, мы не планировали создавать семью или без
специального разрешения заводить...
Успокойтесь, милашка, - внезапно, словно оживший заводной заяц-барабанщик,
встрепенулся один из молчаливых близнецов. - Мы не из "патриотической полиции", нам
наплевать на ваши интимные отношения. Извините за грубость. Мы хотим помочь сержанту
Брасту Цимбурку. Понятное дело, мы бы не стали затевать срочную возню из-за одного
солдата: в неприятную историю влипло все его подразделение. То, что я сейчас сказал, -
секретно.
Она уже проглотила невысказанное слово и с приоткрытым ртом ждала продолжения.
Напрасные ожидания, вклинившийся в беседу вновь удалился в тень. Пауза стала ужасно
невыносима: она тут же заполнила ее тем, что попалось под руку:
- А разве Браст уже сержант?
- Да, тенор-сержант, можете гордиться. Так вот, продолжу, - вновь перехватил нить
разговора Университет. - Когда вы впервые почувствовали чужие мысли в своей голове?
Напрягитесь, сеньорита, нам нужно торопиться, у нас пропала радиосвязь с боевой тактической
единицей.
ВЕСЕЛЫЕ ЗАКУЛИСНЫЕ РАЗГОВОРЫ
Заместитель начальника радиотехнической военно-морской разведки адмирал-инженер
Дук Сутомо слушал излияния "большого кошелька" Мара Дечеви без особого интереса, по
крайней мере, до этого момента. Адмирал вообще не участвовал в разговоре, лишь кивал или
давал уклончивые односложные ответы, но никто особо не ждал от него сейчас проявления
интеллекта. Кроме него и промышленника, здесь присутствовал только Диракузо, а в беседе с
ним не стоило особо напрягать мозги, хоть того и распирало от гордости за новый, с иголочки,
маршальский мундир. Однако сейчас "большой кошелек" доскакал в своем философствовании
до военной тематики:
- Понимаете, господа, миллионы человеческих существ можно укокошить простой
мотыгой, без всякой атомной бомбы, самое интересное, что при этом будет задействовано
меньше исполнителей, если, конечно, считать всех, то есть рабочих и инженеров на
предприятиях, конструкторов с их лаборантами и помощниками и всех остальных, вплоть до
школы, которая научит рабочих читать, дабы разобраться в инструкции по употреблению этой
самой бомбы. А при ликвидации человечков мотыгой совсем не нужно знание азбуки, не говоря
уж о физике, нужна только решительная крупная организация - вот и все. Разница лишь в том,
чтобы после доказать, что, допустим, за год вы смогли переработать десять миллионов.
Понадобятся статистики, выкопаются первичные данные, и все равно вам до конца не поверят
- будут сомневаться. Ну. а в случае атомной бомбы все в этом плане проще - никакая
статистика не требуется, наоборот, если вы укокошили полмиллиона, все будут думать, что
цифра занижена, дабы сгладить ответственность. Поэтому атомная бомба интересна только с
точки зрения воздействия, эффекта. - Map Дечеви обвел собеседников победным взглядом.
Маршал Диракузо молчал, подавленный столь сложной тирадой. Дук решил возразить:
- Я думаю, все не так просто, господин Дечеви, дело здесь не в эффекте. В случае
убийства мотыгой заранее подразумевается беззащитность жертвы, она априорно безоружна,
вы согласны? Атомное оружие - это вынужденный ответ на действия противника. Не будь
противодействия, все действительно можно было бы осуществить сельскохозяйственным
инструментом, правда, не завидую я палачам.
Map хохотнул:
- А вы идеалист, адмирал. Я не знал.
- Ладно, господа, я вас оставлю, - внезапно поднялся с места командующий войсками
прикрытия столицы. - Адмирал-инженер, господин Дечеви даст вам небольшое поручение.
Выполните его, пожалуйста, так, как вы умеете. - Двухзвездный новорожденный маршал
исчез.
"Не нравится мне это", - подумал Дук и воззрился на "большой кошелек":
Я весь внимание, господин Дечеви.
- Дело, адмирал, довольно скользкое, но в то же время простое, понимаете?
- Пока не совсем, так что про
...Закладка в соц.сетях
