Жанр: Научная фантастика
Огромный черный корабль
...следних событий.
- Ну, - хрипло спросил он, - не ждали?
В зале начался ропот восхищения по поводу внезапного воскрешения, но
Солнцеподобный оборвал его.
- Закройте свои поганые рты! - заорал он. - Сейчас разберемся, как вы тут
науправляли без присмотра. Где министр тотальной обороны?
Он разыгрывал заранее разработанную комедию. Еще позавчера в загородной резиденции,
где Император выжидал удобного момента, чтобы воскреснуть, Кит доложил ему о гибели
десятизвездного маршала. Новый центр власти укреплял свои позиции, устраняя верных
соратников бывшего правителя. Теперь Кит вторично, у всех на виду, доложил ему о
"случайном" попадании кавалькады министра под огонь орудий родной армии. Тезка тридцати
предшествующих императоров недобро ухмыльнулся:
- Так, не уберегли. А где заместитель начальника полиции вице-генерал Грави?
Император стал злобно обводить взглядом присутствующих, а люди Кита уже вырвали
генерала с места и волокли его к ожившему покойнику, о смерти коего было сообщено шесть
дней назад по всем каналам новостей, в том числе и контролируемых повстанцами.
Телохранители Грави попытались вмешаться, но их действия были нейтрализованы
приставленными к спинам иглометами.
- Что скажете в свое оправдание, генерал? - хищно спросил Император. - Почему эти
чертовы смутьяны смогли захватить Дворец и всю нашу столицу?
Генерал попытался что-то ответить, но это выглядело слишком жалко.
Не хочу слушать эту чушь! - заорал наследник крови. -Руган, сделайте с этим
предателем что-нибудь.
С удовольствием, - ответил Руган, абсолютно не кривя душой.
Затем он, легко и с наслаждением, свернул вице-генералу Грави шею. Все замерли.
Объявляю свой первый указ на сегодня, - среди гробового молчания прогнусавил
Император. - Кем у нас был этот пес? - спросил он в сторону.
Второй уполномоченный внутреннего порядка Пепермиды, - подсказал кто-то сзади.
Поскольку теперь нет ни первого, ни второго уполномоченного, Руган назначается
первым. Всем все ясно?
"Ай да я", - подумал Руган и поклонился.
Стены городов
Гигантские самоходные орудия все еще продолжали обстрел, иногда делая перерывы то
ли на обед, то ли просто чтобы перекурить. Несколько пушек долго обрабатывали
Дворец-Пирамиду, но огромное древнее строение смело противостояло бетонобойным
сверхзвуковым болванкам. Лишь иногда особо удачливым попаданием удавалось вырвать из
закаленного временем материала приличный кусок камня или толстой гранитной облицовки.
Это было новое ощущение для старинной постройки, столь большие калибры никогда еще не
тревожили эти отвесные стены, отшлифованные канувшими в историю мастерами. А вот
Дворцу-вершине не повезло, когда три боеприпаса объемного взрыва выпустили свою
смертельную начинку в его внутренность. Пройдя насквозь уникальнейший сферический
купол, а затем независимо, но одновременно они подожгли ее: создавшаяся волна перепада
давления сжала памятник архитектуры, и громадные колонны повалились друг на друга, как
спички. Канониры, сотворившие это чудо-разрушение, были истинными чародеями, им было
чем гордиться. Выпушенные ими "остроклювые птички" вошли в крышу вертикально сверху и
синхронно, учитывая разницу в высоте нахождения стрелков и цели, это было поистине умелое
попадание. Пушки не трогали заводы, видимо, по данному свыше указанию, но, когда они
вплотную взялись за жилые рабочие районы, их видимая мощь достигла апогея. Кварталы
исчезали подобно театральным декорациям.
Танкисты, покрытые потом, почти оглохшие и страшно нервные от постоянной вибрации,
ощущали себя в полной безопасности. Со стороны истребляемого противника им ничего не
грозило. В душе они упивались своей мощью. Их не мучила совесть, они работали по
указанным площадям, а не по конкретным целям. Результаты своего ратного труда они не
наблюдали, так что каждый из них мог думать о местах взрывов все, что душе угодно, и
представлять зону попадания какой-то абстрактной точкой, имеющей отношение к геометрии,
но не к настоящей жизни. Происходили лишь разговоры примерно такого содержания:
- Восьмой, сделайте десятиминутную паузу! Можете перекурить. Пусть воздушный
разведчик оценит эффективность.
Восьмой, Десятый, Одиннадцатый! Вам азимут два. Возвышение семьдесят. Заряд
подкалиберный. Количество пять. Как поняли?
Сотый, Восьмой вас понял. Азимут два, возвышение семьдесят. Подкалиберный.
Никто из генералов, и тем более их подчиненных, не подозревал, что расплата-развязка
приближается к ним с совершенно неожиданного направления. В Штабе Большого Совета
Революционных Армий долго спорили, предупреждать противника об ответном ударе или же
нанести его внезапно. Но тысячи трупов на улицах и в неглубоких подвалах зданий-скелетов
требовали жестокого возмездия. Под слоем почвы, на глубине пятидесяти метров, управляемый
по проводам промышленный механический крот-копатель, используемый обычно для
прокладки кабелей и труб среднего диаметра, проделывал нору-ход полуметрового профиля.
Он рыл медленно, но непрерывно. Своей задней частью он упирался в трубу-опору,
периодически наращиваемую очередным десятиметровым звеном. Он копал очень долго, но
почти любая робота, а эта в частности, имеет окончание.
- Судя по сейсмодатчику, мы добрались до позиции, - доложил по радио один из
техников. - План без изменений?
Люди, управляющие "кротом", находились под землей в одном из ответвлений
пневмотуннеля не функционирующей все эти дни транспортной системы города.
- Начинайте подавать заряд, - услышали они в наушниках.
В отличие от обычных его похождений, когда он в конце маршрута выбирался из-под
земли и попадал в ласковые руки обслуживающего персонала, на этот раз "кроту" не повезло. С
тыла его подпер поданный по трубе нейтронный боеприпас малой мощности и насовсем
отрезал путь к отступлению.
В это время по открытым каналам связи повстанцы обратились к Правительственному
Комитету и генералам, руководящим осадой столицы.
- По имеющимся в распоряжении Совета данным, вы планируете химическую атаку.
Снаряды с нервно-паралитической начинкой действительно уже поступили в наличный
арсенал. Это были специальные крупнокалиберные контейнеры с десятками тысяч
полусантиметровых шариков, наполненных высокотоксичной отравой. Правительство
запоздало решило, что обидно разрушать столицу целиком, гораздо разумнее вытравить ее
мятежное население.
- Совет Революционных Армии предупреждает: если это оружие начнет применяться и,
кроме того, если обстрел города не прекратится в течение суток, мы будем вынуждены
прибегнуть к ответным мерам.
- Они блефуют, - сказал командующий ударными наступательными силами
Баркапазер. - У них почти наверняка есть боеголовки, но нет специалистов и, главное, нет
средств доставки.
Вы думаете? - озадаченно спросил господин Ним.
Могу заключить пари, - самоуверенно закончил командующий.
Через час химический снаряд, заходя в пике, распался над районом Цинтагма.
Бесчисленное количество шариков со специальной резиновой оболочкой, подчиняясь
гравитации и теории вероятностей, спланировали на еще не разрушенный квартал. При касании
какого-либо препятствия, будь то крыша или стекломильметоловый тротуар, шарики
подпрыгивали и, поднявшись на полтора метра, разрывались, выпуская смертоносный состав.
Мало кто в нынешнее время прогуливался по улицам, все разумные люди давно сидели в
подземных станциях пневмо, но все-таки район еще не подвергался обстрелу, а потому
некоторые невезучие оказались неудачниками до конца. Как только об инциденте узнали в
Совете, пришел в действие уже утвержденный план.
Электрический сигнал привел в активность детонатор, и не слишком углубленный
подземный взрыв состоялся. Заряд назывался нейтронным, в рекламных военных проспектах
это особо подчеркивалось, принося армии авансом дивиденды на почве гуманизма. Однако в
голой действительности это был просто атомный заряд пониженной мощности со специальной
оболочкой. Последовал солидный выброс грунта. Два гигантских трехствольных танка попали
под непосредственное действие ударной волны и, оплавленно-покореженные, попытавшись
взлететь, опрокинулись. Еще восемь машин солидно тряхнуло, несмотря на специальные
сиденья, почти весь экипаж получил сотрясения мозга и переломы, однако губительная сила
этого боеприпаса заключалась все-таки в потоке частиц нейтронного заряда. И хотя карманные
дозиметры танкистов не среагировали на такой вид излучения, оно пронзило насквозь их
многослойную броню и их самих. Броне это было в некотором смысле до лампочки, однако
предметы, содержащие избыток воды, а как известно, человек прямоходящий - довольно
водянистое существо, среагировали на быстрые нейтроны своеобразно. Например, костный
мозг перестал вырабатывать кровяные шарики. Люди, не убитые взрывной волной в нескольких
ближайших железных коробках, сразу почувствовали головокружение, тошноту и все
остальные признаки сильнейшей лучевой болезни. Кое-кто умер в течение ближайших
пятнадцати минут, а остальные еще долго хватались за соломинку бессмысленной надежды. Не
ощущаемое никакими органами чувств, а следовательно, не существующее, по взглядам
философов прошлого, излучение за время тления сигареты сделало их всех смертельно
больными инвалидами.
Словно выпущенный из бутылки джинн, раз спущенное с тормозов зло приобретало все
более страшный оскал. Но и смерть иногда нуждается в некоторой передышке. Обстрел
несчастного города прекратился: обе враждующие стороны зализывали раны.
Только КУНС Баркапазер получал новые раны в отделе дознания "военной
патриотической полиции".
РАЗВЛЕЧЕНИЯ ГОРОДОВ
Ну, здесь младенец справится, - сказал еще до начала боя бывший имперский
бас-сержант Лемб, взобравшись на развалины. - Давай, Асси, закрепись вон на том здании,
будешь у нас корректировщиком. Сейчас мы раскрутим нашего господина Лумиса на лишний
передатчик.
Нет у них тут, сержант, никаких "господинов", - съязвил Асси, сверкая малочисленными
оставшимися зубами, - равенство как есть.
Ценю твой юмор, рядовой, - не поворачивая головы, прокомментировал начальник
расчета, - да только не верю я этим байкам. Мерзкое существо человек, и, как ни маскирует он
свое естество, один черт, луна Мятая меня забери, оно лезет наружу. Вот смотри, с кем мы
сейчас воюем? С такими же явными (не чета нам с тобой), их же собственными
братьями-революционерами. Так?
Знаете, бас-сержант, мне так даже спокойней. Лучше уж этих, чем свою родную тяжелую
пехоту укладывать.
Верная мысль, Асси. Ты, брат, умнеешь у меня на глазах. Давай дуй. Не забудь бинокль.
Они сползли с насыпи. Где-то вдали, за развалинами и заготовками для развалин, ухнуло
и еще раз ухнуло, а потом звякнуло, близко лопнуло самое стойкое во всем квартале окно -
долгожитель среди своих стеклянных собратьев.
А через час их мины уже накрыли десятерых "мангустов", решивших попытать счастья в
прорыве линии обороны.
- Все, сержант, - сказал в наушнике Асси, - там нет ни одного живого.
Лемб поднял руку, и Цис разочарованно уложил обратно в ящик заготовленную мину.
Колдун, прекратите стрельбу! - на этой же частоте подал голос Лумис. - Не будем
разрушать вход в их конуру, я очень хочу, чтобы они поумнели.
Конечно, Резак, будь зде. Сидим смирно, как овечки.
Знаешь, Колдун, ты полностью соответствуешь своему позывному. Там, похоже, нет даже
ни одного раненого, сплошное мясо. Веселенькая у нас работенка, правда, Колдун? А сейчас
быстренько смените позицию, пока нам дали перекурить. Загнанные в угол "мангусты" нам,
конечно, не страшны, а вот локаторы легионеров могли по полету мин засечь ваше гнездышко.
Понял, Резак, приступаю.
ЧУТЬ-ЧУТЬ ЗАПАМЯТОВАЛИ
План Ругана работал. Вместо того чтобы вплотную заняться подавлением мятежа в
столице и сапогами имперской пехоты растоптать этот рассадник крамолы, оба центра власти:
новоиспеченный Правительственный Комитет и Император вцепились друг другу в глотку.
Поскольку Комитет еще не успел достаточно укрепиться, а Император за эти дни потерял
многих сторонников, силы, а пропорционально им и нерешительность оказались примерно
равны. Повстанческий совет внушал довольно серьезные опасения, особенно своей постоянно
льющейся на телевизионных и радиоканалах пропагандой, но поскольку его территориальная
экспансия вширь уперлась в плотное блокадное кольцо, он перестал представлять собой
"опасность номер один" для клана властей предержащих. Наоборот, само его существование
развязывало руки для всяких темных махинаций по устранению непосредственных
конкурентов. Между делом проблему с надоевшим всем информационным центром решили:
атомные крепости обстреляли район его местоположения, и, когда огромная
полуторакилометровая телевизионная башня рухнула, пропаганда революционеров приобрела
более локальный характер.
В силу стечения обстоятельств никто не догадывался о еще одном факторе,
приближающемся к критической точке. О нем и до этого подробно знали считаные единицы,
даже среди военной верхушки, но теперь, после гибели министра тотальной обороны и
некоторых его сторонников, в армии не знал вообще никто.
Вспомнил об этом факторе сам Император, когда вечером, сидя в подземной загородной
резиденции, решил сыграть в одну из уважаемых им настольных тактических игр. В эту
простенькую игрушку, основанную на бросании двенадцатигранного кубика и передвижении
игрушечных танков по клеточкам, умели играть все придворные, поскольку каждый тайно
мечтал стать когда-нибудь постоянным партнером государя на этом поприще, что обещало
немалые блага при столь непыльном занятии.
Император Грапуприс сел за стол напротив трех уже разместившихся в "боевых" креслах
участников, глянул на игрушечную карту и внезапно переменился в лице.
- Черт возьми! - в сердцах воскликнул он. - Как же это я запамятовал? Число, какое
сегодня число?
Ему подсказали.
- О боги! - взвыл Император. - Вон, все вон! Подайте сюда Кита и этого нового
армейского министра, как его бишь?
Через двадцать минут и Кободи Морот, и новый министр тотальной обороны -
пятизвездный маршал Папаран явились пред светлы очи.
- Вы, черт возьми, знаете, какое нынче число? Вы вообще о чем думаете?
Вызванные молчали, не ведая, куда он клонит.
- Маршал, вы принесли карту оперативной обстановки? Папаран стал поспешно
извиняться. За картой послали. Когда карта легла на стол, прямо поверх игрушечной, сын
солнца побагровел как рак.
- Вы что, совсем ополоумели? - заорал он. - Это карта чертовой столицы, которую вы
и без того проиграли. Где карта Мерактропии?
Оба вызванных оторопело уставились на него.
Что стоите как бараны? Вы хоть в курсе, где сейчас находится "Железный кулак"?
Извините, Ваше Величество, - подал голос Кободи Морот - я, наверное, немного отстал
от жизни, что вы имеете в виду?
Теперь на него, в свою очередь, удивленно воззрился Император.
"Железный кулак"... Он уже должен быть где-то в районе цели. Вы понимаете?
Не совсем, Ваше Величество.
Вы что, не знаете о нашем плане превентивного нападения на Республику?
Первый раз слышу, Ваша Милость. Я знаю, что в последнее время выпуск военной
продукции увеличился и, в целях маскировки, она складировалась на предприятиях без
отправки на военные базы, но о том, что вы сейчас сказали, меня никто не ставил в известность.
Простите, Ваше Величество, - ожил, внезапно набравшись смелости, пятизвездный
маршал. - Но в данной, достаточно сложной внутренней обстановке армия не очень готова к
нападению на брашей. Нет, она, конечно, "всегда готова", но все же не в должной мере.
Группировки вторжения и обороны побережья рассредоточены по городам, ведь мы ввели
тотальное военное положение в связи с мятежом в столице; крупные корабли дежурят в
гражданских портах, а экипажи патрулируют верфи в целях демонстрации мощи населению.
Самые мобильные силы, морские десантники и тяжелая пехота, все здесь, возле
Пепермиды, или около больших военных заводов. Специальные заряды убраны с доступных
для командиров корпусного уровня мест и складируются централизованно под охраной
"патриотической полиции". Таким образом происходит глобальный процесс понижения уровня
готовности.
- Но ведь этот... Как его, черт? Командир "Железного кулака", он об этом не знает. Они
ведь движутся в режиме радиомолчания. О боги! Найдите хоть кого-нибудь в штабе или где
хотите, кто помнит хоть что-нибудь об этой операции, кого-то, знающего секретные коды связи
и позывные. Опросите, может быть, кому-то известно хоть имя этого военного. Кажется,
бывший министр говорил, что он - полковник. Остановите этих людей, нам сейчас не до
войны с Республикой. Хотя бы узнайте их примерный маршрут.
Но нигде, ни в штабе армии, ни в управлении флота, не нашлись люди или документы,
что-то говорящие об этой секретной операции. Чаша весов сильно качнулась к полной
неопределенности. Судьба планеты локализовалась в руках немногочисленной горстки людей,
существование коих вызывало известное сомнение, а сами они не имели никакого
представления о происходящих в мире переменах. Оставалось только молиться, чтобы в пути
их постигла неудача.
НАХОДКИ ЛЕСА
Утром умер Сокс, "Профессор", как его окрестили в отряде. Утро здесь, разумеется, было
условностью, через толстый слой постоянного тумана и многочисленные ярусы листвы свет
солнца почти не достигал нижнего этажа леса, по которому они совершали свое
"захватывающее" путешествие. Профессор чувствовал приближение костлявой старухи, и
именно поэтому "Железный кулак" целые сутки стоял на одном месте: Сокс со своим
помощником и Брастом в большой надувной палатке-ангаре вводили в строй сверхсекретную
начинку облегченной гаубицы-мортиры. Браста взяли в подмастерья, в нарушение всех
инструкций. Сокс почти не мог двигаться и не знал, сколько еще протянет: по опыту с Сивелом,
можно было предположить, что конец может наступить совершенно внезапно, тем более для
осуществления работы в данном случае потеря сознания была равнозначна первому. Для
ускорения дела Браста привлекли. Он выполнял простую работу: подай, принеси, иногда
поддержи, но и эта малоквалифицированная помощь экономила время. Палатка изнутри
снабжалась воздухом через компрессор для создания избыточного давления от проникновения
внутрь влаги. Перед тем как вскрыли корпус переносной тестировочной лаборатории, Браст
обработал почву сильно пахнущим, убийственным для насекомых раствором. Теперь внутри
ангара было стерильно и сухо.
Когда они вскрыли эту похожую на снаряд и снарядом являюшуюся штуковину, Браст в
очередной раз поразился человеческому гению. Это было что-то столь сложно-миниатюрное,
что оставляло далеко позади любое произведение ювелирного искусства. Спрессованный
сгусток инженерно-конструкторской мысли, впитавший в себя опыт всей науки прошлого и,
возможно, обозримого будущего, лежал перед ними. Он был так красив, что люди, хоть
немного любящие технику, наверное, могли бы смотреть на него часами. Просто не верилось,
что данный прибор предназначен для разрушения, что ученые великой страны, не имея
возможности творить что-то для добра, постарались в дизайне этого носителя
концентрированного зла уместить все то доброе, что не могли воплотить в его
функции-предназначении.
Они долго молчали - все окружающее на некоторое время отступило в небытие. Из
задумчивости их вывел Сокс.
Хватит любоваться, ребята, - его глаза блестели, он искренне радовался их реакции на
увиденное, он даже выглядел почти здоровым, хотя видны были одни глаза: на лице была
маска, как и у всех остальных, ведь люди тоже выделяют при дыхании влагу.
Можно спросить, - осмелел Браст. - Вы правда создали эту... вещь?
Объект марки СВЛ-58, тип 2, серийный номер "первый"? - где-то под маской улыбнулся
Профессор. - Да, но, конечно, не один.
Они начали работать. Мигали лампочки, индикаторы выдавали сложные кривые, урчал
компрессор, гудел импульсный генератор, Тлеф - помощник Сокса - нажимал кнопки,
подпаивал регулировку приборов, но никто из них пальцем не дотрагивался до этого
волшебного объекта. Через некоторое время Сокс разговорился, видимо, на пороге небытия ему
стало наплевать на секретные инструкции и на судебные преследования в случае разглашения.
Помощник сердито покосился на него, но смолчал.
- Знаете, Браст, мы собирали эту вещицу целый цикл. Вы не поверите, хотя она имеет
серийный номер, это разовая вещь. Никто, пожалуй, не сможет в настоящее время повторить
этот подвиг. Многие узлы и детали мы выдумывали с нуля в процессе сборки. Вот эти
переливающиеся отверстия - это пулеметные рентгеновские лазеры с самонастройкой
частоты. Смотрите, как их много, и все имеют свой индивидуальный угол поворота. Мы их
изобрели. И не только их, мы измыслили систему их наводки. Вот эти маленькие
металлические конусы, ну вот они, совсем малюсенькие... Они идут по кругу, поясом по всему
корпусу - это одноразовые дюзы-стабилизаторы. Понимаете, пояс после запуска начнет очень
быстро, действительно быстро - десять тысяч раз в секунду - вращаться, и двигатели будут
срабатывать, подчиняясь системе корректировки в определенную микросекунду. А вот там (она
скрыта противопылевым кожухом) находится сама система оптической коррекции положения
снаряда, понимаете?
Браст мало что понимал, но ему было интересно: такой выдающийся человек
разговаривал с ним, как с равным, и не о какой-нибудь ерунде, а о святая святых имперских
военных секретов. А Сокс продолжал:
- Присмотритесь внимательно. Вон там, под дюзами. Там, за матовым стеклом, словно
что-то шевелится - это гироскопы. Самое интересное, что этот снаряд действительно
индивидуального применения. Он рассчитан именно для базы "Возмездие", и ни для чего
более. Я не уверен, может, нам приврали, хотя какой смысл, но наш флот потерял одну
подлодку, делая для нас исследования свойств воды в районе острова. Понимаете, оборона базы
осуществляет уничтожение любых приближающихся враждебных объектов. Можно, конечно,
взорвать очень мощную бомбу поблизости, за системой обороны, но какой смысл? Их ракеты
стоят в металлических шахтах под многотонными стальными крышками. Один институт
просчитывал для нас такой вариант. Вы, наверное, осознаете, что радиус поражения растет
согласно кубу мощности. В общем, для доставки заряда нам бы потребовался носитель
несуществующей в реальности грузоподъемности. Мы с ребятами обошли это ограничение. И
знаете как?
Браст не знал.
- Наш снаряд - это запал, а топливо для взрыва находится там, на месте. Процесс
происходит так. Снаряд выстреливается орудием, ну вы его видели. Кстати, оно не стандартное
и создано по индивидуальному проекту. Оно легче обычного в четыре раза, но рассчитано всего
на один выстрел. Ведь больше нам не надо, правда? Снаряд поднимается над островом на
восемь километров и в процессе подъема корректируется дюзами для попадания в нужное
место. Происходит наведение системы лазеров. И куда, вы думаете, они наводятся?
Браст, естественно, не думал, но все же ответил:
- В ракетные шахты, понятное дело.
- Не угадали. - Глаза Сокса горели. - Так, как вы, думает большинство, но это ошибка.
Лазеры нацеливаются в воду.
- В воду?
- Да, прямо в прибрежную соленую океанскую воду. Представьте, в любой воде есть
пузырьки воздуха, очень маленькие, микроскопические пузырьки. У поверхности их особенно
много. Лазер действует недолго, практически мгновенно, но частота подобрана специально, и
пузырьки очень-очень маленькие. Они нагреваются и схлопываются. И что от этого случится?
У Браста уже давно начали схлопываться мозги, поэтому он промолчал.
- Происходит мгновенный перепад давления, а от этого вторичный нагрев. Температура
подскакивает, вы не поверите, до десяти миллионов градусов, больше, чем внутри красного
гиганта Эрр. А пузырьков, как я уже сказал, страшно много, и вокруг водород, правда, в
связанном состоянии, но все-таки водород. Происходит синтез, синтез гелия, без всяких
добавок дейтерия мы делаем синтез. Вы только представьте, вся эта громадная масса океана... А
у лазеров специально подобранный диапазон для глубинного проникновения. Вся эта
тьма-тьмущая, несколько кубических километров, взрывается. Знаете, когда мы получили
теоретический расчет, мы не поверили, мы думали, ошибка, перепроверяли несколько раз,
потом сделали эксперимент, правда, всего с одним лазером, все сошлось. Уразумейте, без
всякого первичного ядерного разогрева мы осуществляем термоядерную реакцию. Да, -
вздохнул Профессор, - было бы интересно попробовать это в мирных целях, возможно,
удалось бы получить управляемый процесс Короче, для того чтобы стереть с карты ракетную
базу на острове Мадогос, нам потребуется только очень маленький, он перед вами, заряд.
Так это атомная бомба? - наконец дошло до Браста.
Да, маленькая плутониевая боеголовка. Она создаст первичное излучение, система
лазеров скорректирует его диапазон и направит куда надо. Вот и все. Спасибо за внимание.
Браст, подайте-ка вон ту отверточку.
Они вкалывали почти до полуночи. К этому времени чудо-снаряд был готов к
применению. Когда они закончили работу, Профессору стало хуже, скоро началась агония,
точно как перед этим у Сивела. А потом все стремительно завершилось. Браст с Тлефом, по
разрешению полковника, пошли копать могилу. На всякий случай их охранял Пексман с
иглометом наперевес. Могилы здесь копались легко, это была даже не почва, а что-то похожее
на пух, словно переворачиваешь кучу опавших листьев. Браст думал о превратностях
человеческой судьбы. Как нелепо погибли эти трое: Профессор, Сивел и Ритни. Тогда весь
отряд продвигался по довольно свободному для этих джунглей месту. Нет, конечно, там,
наверху, над ними, по-прежнему смыкались зеленые этажи, но зато здесь машины двигались по
абсолютно свободному пространству, просто объезжая идущие вверх стволы. Поэтому
вездеходы не шли след в след, как обычно, а перемещались расширенной колонной. Легкая
плавающая танкетка-"бабочка" подъехала к какой-то странной штуке: невысокие, чуть выше
колена, растения образовали совершенно правиль
...Закладка в соц.сетях
