Жанр: Наука
Биополитика,- Политический потенциал современной биологии.
...щие за ряд сложных функций, включая координацию поведения
в биосоциальной системе.
Позвоночные животные представляют собой особую линию развития, и нервная система даже
примитивных позвоночных (рыб) характеризуется рядом черт, которые сохраняются вплоть до
человека (Шульговский, 1997). Эти черты будут далее обсуждены в биополитическом ракурсе
(см. 6.5 и 6.6). Подытожим пока в общей форме, в каких отношениях нейрофизиология интересна
для биополитики как основной темы книги:
* Изучение нервных систем различных форм живого ставит человеческую нервную
систему в общую эволюционную перспективу. Выше мы касались "биополитической
подсистемы" биосоциальной системы, определив ее как "систему принятия решений" (подраздел
5.14.5). Нервная система наряду с гуморальной (эндокринной, гормональной) представляет собой
именно биополитическую подсистему многоклеточного организма как высоко интегрированной
биосоциальной системы, составленной из клеток. Организация нервной системы на разных
уровнях эволюции воплощает в себе - в различных пропорциях - иерархические и
неиерархические структуры из клеток (в основном нейронов) и может быть рассмотрена
как полезный аналог политической системы человеческого общества, так что по
крайней мере отдельные грани организационного дизайна нервных систем могут
послужить "пищей для ума" при разработке социальных технологий, посвященных
нетрадиционным социальным и политическим структурам в человеческом обществе. Так на
новом уровне мы возвращаемся к античным и средневековым сопоставлениям между системами
органов человека и элементами политических систем (например, голову с ее мозгом сравнивали с
главой государства).
* Наибольшее биополитическое значение, конечно, имеет исследование нервной системы
человека. Она контролирует весь репертуар социального и политического поведения, будь оно
сознательным или бессознательным, рациональным или иррациональным. По убеждению Р.
Мастерса, все серьезные теории, объяснявшие человеческое поведение, в том числе и в
приложении к политике, непременно опирались на ту или иную модель нервной системы. Так,
Платон в политико-философском трактате "Республика" рассуждал о трех частях человеческой
души, что поразительно напоминает современное представление о модульной организации
головного мозга (см. следующие подразделы). Могут быть приведены аналогичные примеры
других учений, созданных мыслителями различных эпох. Однако за последние десятилетия
изучение человеческого поведения встало на более серьезную научно-эмпирическую базу, чем
когда-либо раньше. Не случайно период 1990-1999 гг. был объявлен "Десятилетием мозга"
в международном масштабе.
6.5. Модульная организация нервной системы
Нервная система позвоночных (включая человека) подразделяется на центральную
(головной и спинной мозг) и периферическую, распространяющуюся по всему телу.
Периферическая нервная система состоит из соматической, проводящей сознательно
контролируемые импульсы к мышцам, костям, сухожилиям и др., и автономной, которая
регулирует не подлежащую непосредственному сознательному котнтролю деятельность
внутренних органов (сердце, кровеносные сосуды, легкие и др.). Некоторое биополитическое
значение имеет тот факт, что автономная нервная система может задавать два разных режима
функционирования организма, что находится в тесной связи с поведением. Соответственно,
имеется и два компонента (модуля) периферической нервной системы - парасимпатическая и
симпатическая нервная система. Доминирование парасимпатической нервной системы
ведет к режиму "расслабления и переваривания пищи" - замедляется ритм биения сердца,
усиливается кровоток к органам пищеварения и др. Другой модуль, симпатическая нервная
система, наоборот, готовит организм к стрессу (к "атаке или бегству"): ускоряются
сердечный и дыхательный ритмы, тормозится пищеварение, расширяются зрачки, наступает
услиленное потоотделение. Именно симпатическая нервная система отвечает за мобилизующий
эффект, столь важный для богатой стрессами политических ситуаций - от президентских выборов
до заговора, бунта, революции. В СССР и, вероятно, также в других странах проводились
секретные испытания рецептур добавок к водопроводной воде, которые заставили бы (в
экстремальных политических ситуациях) всех граждан идти с готовностью на бой или труд.
Перейдем к центральной нервной системе, включающей спинной и головной мозг. Спинной
мозг возникает в эволюции как самостоятельный модуль, управляющий функционированием
организма и многими сторонами поведения, но по мере перехода от примитивных к более
эволюционно продвинутым позвоночным животным (птицам, млекопитающим) все более
приобретает статус структуры, иерархически подчиненной головному мозгу, проводящей идущие
от него команды к различным участкам тела. Серое вещество спинного мозга самостоятельно
отвечает только за некоторые простые (сегментарные) рефлексы, например, коленный (удар
молоточком по сухожилию голени вызывает разгибание коленного сустава). Учащиеся старших
классов средней школы до недавнего времени (может быть, ва некоторых школах и по сей день?)
изучали работу спинного мозга на нежелательной с биоэтической точки зрения (о биоэтике
см. ниже - 7.4.) модели: обезглавленной лягушке, которая способна сгибать лапку, если эту лапку
ущипнуть или опустить в кислоту.
Актуальная проблема с биоэтическим и биополитическим звучанием касается ситуаций, когда
человек уподобляется обезглавленной лягушке. Несмотря на то, что спинной мозг находится под
контролем головного и вспадает в состояние торможения (спинномозговой, или спинальный,
шок) при нефункционировании головного мозга, с течением времени шок проходит и спинной
мозг берет на себя контроль некоторых функций организма. Поэтому, например, сердце
продолжает биться у индивидов в состоянии запредельной комы (смерть головного мозга). К
настоящему времени указанное состояние достоверно определяется при наличии
квалифицированного персонала и аппаратуры, и биение сердца и наличие спинальных рефлексов не
считается препятствием для признания человека мертвым, а его органов - материалом для
трансплантаций (если нет противопоказаний). В то время как юридические проблемы,
связанные с состоянием "смерть головного мозга", удалось в основном разрешить после
детальной разработки соответствующих законов, биоэтические проблемы отчасти еще не
решены, особенно если речь идет о необходимости принять во внимание религиозные взгляды,
что остановить бьющееся сердце может Бог, а человек, если делает это, становится убийцей.
6.5.1. Головной мозг и принципы его функционирования. Головной мозг представляет
собой передний отдел центральной нервной системы позвоночных, расположенный в полости
черепа; главный регулятор всех жизненных функций организма и материальный субстрат его
высшей нервной деятельности. Общий план строения головного мозга. всех позвоночных
совпадает: имеется (1) задний мозг, регулирующий витальные (жизненно важные) процессы -
дыхание, кровообращение и др., а также координирующий простейшие формы двигательного
поведения; (2) средний мозг, первоначально содержащий зрительные центры; (3) передний
мозг, чья эволюционно первичная функция - обоняние. Задний и средний мозг объединяют
понятием мозговой ствол.
Клссификация на передний, средний и задний мозг, являясь анатомической, не достаточна для
понимания его функционирования. Особенно у приматов оказывается достаточно
содержательной другая, функциональная классификация мозга на модули, каждый из которых
может включать несколько анатомических отделов или, напротив, лишь часть отдела. Именно
"модульная" классификация мозга имеет биополитическое значение и будет подробнее
рассматриваться в последующих подразделах. Изложим в общей форме ряд общих принципов
функционирования мозга - принципов, которые характерны для любых сложных сетевых систем и
потому дают плодотворную пищу для аналогий между мозгом и человеческим социумом.
Параллельная работа различных отделов мозга и, в частности, параллельная
обработка информации многими мозговыми структурами. Так, зрительная информация
анализируется и в среднем мозгу, и в таламусе, и в коре больших полушарий, причем разные
зрительные характеристики (формы, движения, яркость и др.) анализируются разными
структурами в мозге. В порядке сравнения отметим, что и в человеческом социуме всякий новый
важный стимул, скажем, угроза войны или экологический кризис (всякий вызов истории, как писал
в своих работах английский историограф А. Тойнби), также разлагается на отдельные
составляющие, которыми занимаются специалисты. Например, в случае военной угрозы армия
готовится к отражению удара (разные рода войск - по-разному), пищевая промышленность
проводит мероприятия по снабжению армии продовольствием, а также по созданию запасов для
мирного населения, работники траспорта меняют график перевозок в соответствии с
потребностями и др.
Принцип интеграции поступающей информации. Независимо процессированные разными
отделами мозга зрительные характеристики объектов далее объединяются в целостную картину.
Это "дело рук" так называемых ассоциативных зон коры больших полушарий. Последние
уподобляются политической системе в государстве, задача которой объединить реакции разных
специалистов на "вызов истории" (угрозу войны в приводимом выше примере) в единую
общегосударственную стратегию. Однако мозг напоминает скорее не бюрократический, а
сетевой вариант социума (см. раздел 4). Действительно, его модули действуют как независимые
социальные сети - нет бюрократии, которая бы вначале в директивном порядке ставила перед
ними задачи. "Порядок из хаоса", целостная картина из фрагментов возникает лишь вторично.
Эта картина в целом - но не в некоторых деталях-- в норме совпадает с реальным обликом
наблюдаемых мозгом объектов. Однако можно показать, что мозг не механически, а творчески
отражает окружающий мир. Он может его творчески дорабатывать и даже обманывать нас
(известные примеры оптических иллюзий). Мы не видим черных дыр в зоне наших слепых пятен
обоих глаз, ибо мозг закрашивает эти зоны общим фоном
Принцип модульной организации. Мозг, как и вся нервная система, представляется
совокупностью блоков, выполняющих определенные комплексы функций. К числу самых
крупных модулей относятся: рептилиальный мозг, лимбическая система, неокортекс (рис.
13). Эти модули примерно соответствуют этапам эволюции головного мозга по линии
пресмыкающиеся (рептилии) * млекопитающие * приматы. В целом мозг приматов (и
человека), включающий все три указанных модуля в наиболее развитой форме, обозначается как
триединый мозг (The Triune Brain). Классификация мозга на три модуля напоминает
концепцию Зигмунда Фрейда о трех элементах психики человека - ид (эволюционно древние
мотивы поведения), суперэго (стихийные эмоции, чувство вины, страха и др.) и эго (рациональная
оценка ситуации, рациональный контроль за поведением). Подчеркнем еще раз, что
функциональные модули мозга не совпадают с его анатомическими отделами, данными выше -
это разные классификации частей головного мозга.
6.5.2. Рептилиальный мозг (R-комплекс). Один из трех крупнейших модулей "триединого
мозга", названный так потому что он представляет - практически единственный
функционирующий модуль головного мозга пресмыкающихся . Дальнейшая эволюция (птицы,
млекопитающие) "не перечеркивает" важных функций реплилиального мозга., поверх которого
только наслаиваются новые уровни нервной ткани. Рептилиальный мозг включает мозговой ствол
и наиболее древние с эволюционной точки зрения базальные ганглии переднего мозга (например,
хвостатое ядро). Ствол мозга, в первую очередь, продолговатый мозг ведает жизненно
важными физиологическими функциями (незначительное повреждение продолговатого мозга
вызывает паралич сердечной деятельности и дыхания). Мозжечок координирует позы и
стереотипные движения. В состав рептилиального модуля мозга входят также участки, важные
для поддержания активного состояния мозга в целом или для торможения его деятельности и, в
частности, участвующие в регуляции ритма сна и бодрствования:
Через весь ствол мозга проходит ретикулярная формация — важный активатор работы
вышележащих отделов мозга, функционирующий во взаимодействии с другими активирующими
мозг структурами лимбической системы и неокортекса - пример параллельной работы
нескольких мозговых модулей, о чем уже шла речь выше. Ретикулярная формация представляет
своего рода информационный фильтр, который отбирает из поступающей в мозг из внешнего
мира и изнутри организма информации ту информацию, которая требует внимания вышележащих
отделов мозга (включая отделы, ведающие сознанием). Возвращаясь к сопоставлению мозга с
государством, мы можем сравнить ретикулярную формацию со службой пограничного контроля.
Благодаря ретикулярной формации мать не просыпается от сильного шума, но вскакивает по
первому слабому крику ребенка.
Если ретикулярная формация акивирует, пробуждает мозг, то находящиеся в стволе мозга - а
именно в его части под названием варолиев мост - ядра шва, наоборот, оказывают снотворное
действия на мозг. Выделяемый аксонами нейронов ядер шва нейротрансмиттер серотонин
синхронизирует активность нейронов других отделов мозга, что и приводит к засыпанию. Строго
говоря, серотониновая система ядер шва отвечает за медленноволновой сон (названный так по
характерной электроэнцефалограмме (ЭЭГ)) - это те стадии сна, которые проходят без
сновидений. Принцип параллельной работы различных модулей мозга проявляется и в этом
случае - за медленноволновый сон отвечают и структуры лимбической системы и неокортекса.
В пределах рептилиального мозга имеются и участки, необходимые для фазы
быстроволнового (по ЭЭГ) сна - сна со сновидениями, быстрыми движениями глаз за закрытыми
веками и расслаблением мускулатуры. Эти участки расположены на покрышке моста и среднего
мозга, чьи гигантские нейроны посылают в кору мозга хаотические потоки импульсов, которые и
обусловливают сновидения. Наша кора как своего рода "журналист" создает из хаотических
очагов возбуждения более или менее связный сюжет сновидений. В сон со сновидениями
вовлечено также синее пятно в мозговом стволе.
Таким образом, рептилиальный мозг содержит своего рода "рубильники", способные как
активировать, так и усыплять мозг, в том числе его отделы, связанные с сознанием. Из
клинической практики известно, что нарушения в работе мозгового ствола, если не ведут к
смерти в силу подавления жизненных функций, часто ввергают человека в глубокую кому,
прекращая тем самым его всякую поведенческую активность, зависимую от вышележащих
мозговых модулей (иллюстрация общего закона немецкого философа Николая Гартмана о том,
что "низшее сильнее высшего", см. подраздел 2.5.2). Этот факт обусловливает биоэтические и
биополитические проблемы, касающиеся статуса индивида в хроническом коматозном
(сноподобном) состоянии, но без диагноза "смерти мозга" (в противоположность ситуации,
обсужденной в начале подраздела 6.5). Подобных пациентов в английской литературе именуют
vegetables - овощами. После пробуждения некоторые из них рассказывали, что их
"сознательный мозг" фактически был активен, и только выключенный "рептилиальный
переключатель" разобщил мозг и тело - они не могли установить контакт с другими.
Биополитическая проблема касается норм обращения с такими кажущимися "овощами". В наше
время финансовых трудностей администрации госпиталей могут оказывать давление в сторону
урезания расходов на их жизнеподдержание, уповая на то, что во многих случаях шансов на
пробуждение практически может не быть.
Относящиеся к рептилиальному модулю базальные ганглии переднего мозга контролируют
питание, копуляцию, самооборону и целый ряд форм примитивного социального поведения.
Данные формы связаны с отношениями доминирования-подчинения и с территориальным
поведением. Рептилиальный модуль мозга позволяет, например, ящерицам совершать
угрожающие демонстрации по отношению к конкуренту за место или социальный ранг. Ящерица
встает на все четыре ноги и поворачиваясь боком к конкуренту, делает несколько шагов. Такое
поведение очень сходно с демонстрацией угроз у шимпанзе и даже заставляет вспомнить о позах
людей во время ритуальных демонстраций военной мощи (парадов). Эти формы поведения
включают различные формы стереотипных самодемонстраций и поэтому, возможно, имеют
отношения к модам и всякого рода церемониям и в человеческом обществе. Причем, как у
ящериц, так и у людей многократное повторение какого-либо стереотипного сигнала повышает
эффективность его влияния на других. ("Я тебе в сотый раз повторяю одно и то же", сетует
школьный учитель, и до ученика наконец доходит смысл учительского объяснения). По данным
Р. Мастерса, побеждающий кандидат на президентских выборах в США чаще других
демонстрирует себя с телеэкрана (Masters, 1989).
У млекопитающих и тем более человека социальное поведение управляется не только
рептилиальным модулем, но и более эволюционно молодыми модулями головного мозга. Они
берут под свой контроль рептилиальный модуль, творчески усложняют выполняемый им
поведенческий репертуар и добавляют к нему качественно новые элементы.
6.5.3. Лимбическая система (палеомаммальный мозг). Эволюционный переход от
рептилий к млекопитающим был связан с рядом поведенческих изменений: животные
приобретают способность играть и ухаживать за детенышами. Возникают примитивные
аналоги человеческих эмоций (аффекты), меняющие состояние тела (например, вызывающие
физиологическое возбуждение с выбросом в кровь адреналина). В связи с этим формируется
общение с помощью звуков (вокализация), в том числе характерный "крик одиночества" (крик
детеныша или даже взрослой особи, покинутой остальными; рептилии на это не способны). В
контексте заботы о детенышах возникают реальные предпосылки для формирования, по мере
эволюционного приближения к человеку, чувства ответственности и совести. В свою очередь
эти качества, связанные с эмоциональным восприятием реальности, порождают - по-видимому,
уже на уровне приматов - то самое чувство справедливости, в котором Р. Мастерс и другие
биополитики усматривают эволюционно-биологические корни моралистической агрессии, а также
институтов нравственности и правосудия в человеческом обществе (Masters, 1992; McGuire,
1992).
Все эти эволюционные приобретения млекопитающих обусловлены активностью
лимбической системы головного мозга. Хомяки, например, перестают играть и заботиться о
потомстве, если их лишить лимбического модуля в эксперименте. Лимбическая система, правда,
параллельно участвует и в некоторых из функций, ранее зависевших только от рептилиального
мозга - это питание, самооборона, а также формы социального поведения (у высших
млекопитающих будет и третий параллельный путь, пролегающий через еще более продвинутый
неокортекс мозга).
Само обозначение "лимбическая система". происходит от латинского слова limes - край,
граница. Лимбическая система. располагается на рубеже мозгового ствола и больших полушарий
переднего мозга и включает в себя комплекс различных мозговых структур: миндалину
(амигдалу), гиппокамп ("морской конек"), перегородку, обонятельные луковицы и бугорок,
некорорые ядра таламуса (зрительного бугра) и гипоталамус (подбугорье). Лимбическая система
не только, как уже отмечалось, участвует в эмоциональных реакциях, но и помогает
поддерживать сбалансированное, гармоничное функционирование всего организма (гомеостаз) -
предпосылку для адекватного поведения. Так, гипоталамус, один из важнейших компонентов
лимбической системы, контролирует (и в то же время воспринимает) физиологические
параметры организма (температуру, кровяное давление, уровень глюкозы в крови и др.).
Гипоталамус и другие структуры лимбической системы, в зависимости от ситуации, по-разному
настраивают режим функционирования организма - они могут способствовать расслаблению и
отдыху или участвовать в механизме эмоционального возбуждения при страхе или ярости.
Гипоталамус, параллельно со структурами рептилиального модуля мозга, содержит центры сна и
бодроствования. Гипоталамус содержит и центры агрессии, причем разным ее видам и формам
(см. подраздел 5.6.1) соответствуют разные зоны гипоталамуса. При раздражении некоторых из
этих зон, например, кошка ведет себя так, как будто на нее совершено нападение - фыркает и
урчит, бьет хвостом, выпускает когти, ее шерсть становится дыбом. Гипоталамус содержит
также центры сексуального поведения, голода, жажды, наконец, центры удовольствия, и известны
опыты, в которых крыса подолгу нажимает рычаг, посылающий электрические импульсы в такой
центр. Центры лимбической системы. стимулируются посредством химических
нейротрансмиттеров и нейромодуляторов, в частности, эндорфинов - аналогов морфия; перед
нами нейрологические основы некоторых наркоманий.
Центры гипоталамуса контролируются другими отделами лимбической системы, в
особенности, миндалиной. Она участвует, например, в агонистическом поведении. Если
гипоталамус отвечает за физиологическую и поведенческую картину агрессии, то миндалина
выступает как триггер (запускающий механизм) подобного поведения. Удаление миндалины
превращает диких злобных животных в ручных. У видов с агонистическим доминированием в
биосоциальных системах (5.14.2) хирургическое удаление миндалины меняет социальный ранг
индивидов, как это произошло в эксперименте с макаками-резусами. После удаления миндалины
у вожака стаи Дейва, он потерял агрессивность, стал покорным и пугливым и приобрел низший
ранг в иерархии доминирования.. Его место занял самец по кличке Зик, который до операции был
вторым (Данилова, Крылова, 1997). Главная функция миндалины усматривается в анализе
поступающей из разных отделов мозга информации и выборе стратегии поведения.
У человека лимбическая система тесно взаимодействует с корой больших полушарий,
особенно с ее лобными долями (см. 6.5.4.). Человеческие эмоции - результат взаимодействия
лимбической системы. и неокортекса. Активация лимбической системы самой по себе (без
участия коры) путем, например, введения адреналина в кровь человеку, введет к состоянию
"как если бы". Человек чувствует возбуждение, покрасение кожи, сердцебиение, как если бы
он испытывал страх, тревогу, гнев. Это физиологическое состояние становится подлинной
эмоцией, если вовлекается "сознательный мозг", например, если в эксперименте
возбужденнному пациенту сообщить персонально затрагивающую его информацию или
напомнить о каком-либо эмоционально окрашенном событии прошлого (свадьба и др.). Все эти
факты говорят о тесной взаимосвязи разных модулей триединого мозга.
Имеется тесная функциональная связь между лимбической и обонятельной системой
мозга, обслуживающей эволюционно-древний канал коммцуникации на языке химических
соединений. Это обусловливает эмоциональное восприятие многих запахов и запоминание
запахов, связанных с эмоционально окрашенными событиями (например, запах духов возникает в
памяти вместе с их носительницей). Входящий в состав лимбической системы гиппокамп
необходим для кратковременной памяти (запоминающей информацию в типичном случае всего
на несколько минут - как мы запоминаем номер телефона) и для переноса наиболее важной
информации из кратковременной памяти в долговременую (где она может храниться многие
годы).
Политика во многом опирается на эволюционно примитивные формы социального поведения,
возникшие раньше человеческого языка и культуры. И доисторическая и современная политика
сохраняет значительную "лимбическую" компоненту (когда страсти преобладают над
рассудком). Например, явление харизмы (5.16.1) - обаяния личности политического лидера -
отчасти связано с особым комфортом, который испытывают подчиненные вблизи него. Этот
комфорт, возможно, имеет обонятельную компоненту - зависит от вырабатываемых лидером
химических стимулов, которые могут не восприниматься сознательно, но поступать в сцепленный
с обонятельной системой мозга лимбический модуль и через него влиять на физиологическое и
эмоциональное состояние индивида. Поведение возбужденной толпы бывает столь далеко от
деятельности "сознательного мозга" (неокортекса), что К. Лоренц сравнивал его не только с
зависмым от лимбической системы поведением низших млекопитающих, но и даже с поведением
"анонимной стаи" рыб, которое управляется только стволом мозга.
6.5.4. Неокортекс (новая кора больших полушарий) достигает значительного развития
лишь у приматов, в особенности, у человека, у которого она отвечает за владение языком,
абстрактное (логическое) и образное мышление. Новая кора - поверхностное серое вещество
(сложенное из 6 слоев нейронов) полушарий переднего мозга (кроме древней зоны коры,
связанной с обонятельной системой и относимой к лимбической системе). Неокортекс
представляет сложный ландшафт с большим количеством извилин и борозд, увеличивающих
общую поверхность неокортекса. Крупные борозды делят неокортекс на доли, каждая из
которых имеет особые функции по восприятию информации от органов чувств или управлению
движениями мышц тела: (1) лобная доля включает зону, отвечающую за произвольные
(сознательно контролируемые) движения ног, рук, языка и др.; (2) теменная доля отвечает за
информацию от поверхности тела (прикосновение, боль); (3) височная доля воспринимает
слуховую информацию и (4) затылочная доля содержит центры зрения. Но за все
перечисленные функции отвечает у человека только примерно 5% площади поверхности
неокортекса - это так называемая первичная кора. Вся остальная кора является вторичной,
или ассоциативной, и она отвечает не непосредственно за восприятие информации, а за ее
обобщение. Так, расположенная в затылочной доле ассоциативная кора создает из зрительной
информации целостные образы реальности (на
...Поділитися у соцмережах
