Жанр: Психология
Психология понимания правды.
...ект психологии понимания художественной
правды.
Итак, важными условиями дальнейшего развития
психологии понимания художественной правды
является исследование закономерностей сформирования
правдоподобных моделей; изучение условности,
метафоричности образного языка искусства;
анализ когнитивных и личностных факторов, влия196
ющих на создание у субъекта установки на альтернативное
видение мира; рассмотрение противоречий
как основы смыслообразования и формирования эстетических
ценностей; анализ соотношения эстетических
и моральных ценностей у художников и их
публики. Разумеется, перечисленные пять аспектов
не исчерпывают комплексной проблемы понимания
художественной правды, однако в них отражены перспективные
направления ее исследования.
ПРАВДИВОСТЬ И ЧЕСТНОСТЬ:
ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА И СОЦИАЛЬНЫЕ ФЕНОМЕНЫ.
Искусство не только движет людьми, направляет
их на пути поиска смысла жизни, но и дает великолепные
образцы наиболее характерных проявлений
человеческой природы. К последним, безусловно, относится
биография Стендаля, написанная С. Цвейгом.
В частности, в разделе "Лживость и правдолюбие" дан
изумительный по глубине и проницательности анализ
противоречивого и диалектически сложного отношения
знаменитого французского писателя к правде
и лжи: "Лишь немногие лгали больше и мистифицировали
мир охотнее, чем Стендаль; лишь немногие
полнее и глубже него говорили правду. Нет числа его
личинам и обманам. Не успеешь раскрыть книгу, как
на обложке или в предисловии бросается в глаза первая
личина, ибо признать, скромно и попросту, свое
подлинное имя автор книги, Анри Бейль, ни в каком
случае не согласен. То жалует он себе, собственною
властью, дворянской титул, то обернется каким-то "СеПсихология
понимания правды. 197
заром Бомбе", то ставит перед своими инициалами
А. Б. таинственные буквы А. А., за которыми ни один
черт не угадает весьма скромного "ancieii auditeur" (что
по-нашему значит всего-навсего "отставной аудитор");
только под псевдонимом, в чужом одеянии чувствует
он себя уверенно" [Цвейг, 1996, с. 389]. "И все-таки,
несмотря на это, мало кто из людей поведал миру так
много правдивых признаний, как этот искусный притворщик.
Стендаль умел при случае говорить правду
с той же степенью совершенства, с какой обычно любил
лгать" [там же, с. 391]. Для психолога такие примеры
бесценны: трудно рассчитывать на то, что судьба
подарит нам встречу с гением в экспериментальном
исследовании, в котором мы имеем дело с
обычными нашими современниками. Вследствие этого
представленные в искусстве, художественной литературе
описания противоречивых, сложных натур,
постоянно находящихся в конфликте с собой и окружающими.
могут послужить первопричиной углубленного
сопоставительного анализа человеческой психологии
в разные исторические эпохи.
Одно из проявлений диалогичности мышления
современных людей, так ярко проявляющееся в искусстве,
- склонность к моральной рефлексии, поиску
нравственных оснований человеческого поведения.
Важным компонентом таких оснований является
правдивость - психологическая особенность
личности и поведенческий феномен.
Правдивость это черта характера, выражающая
стремление субъекта говорить только то, что он считает
правдой. В отечественной психологии научно корректное
описание психологической сути правдивости
дано С. Л. Рубинштейном. Согласно его точке зрения,
правдивость или ложность любого суждения зависит
198 Виктор Знаков
не от искренности субъекта, а от того, "адекватно или
неадекватно оно выражает убеждение субъекта в истинности
или неистинности того или иного положения"
[Рубинштейном, 1989, с. 386]. Иначе говоря,
правдивость - это оценка, адекватности убеждения
человека в истинности суждения. Правдивость не тождественна
искренности: она связана с пониманием
субъектом культурно-исторически и социально обусловленных
категорий - справедливости и истины.
Как показано выше, человек нередко считает, что говорит
правду, если поступает по справедливости. А искренность
относится к степени открытости в выражении
своих мыслей и чувств. Отсюда следует, что можно
быть искренним и в то же время неправдивым. И наоборот:
правдивым, но неискренним.
В диссертации Е. Г. Беляковой выделяются четыре
аспекта правдивости, традиционные для психологических
исследований характера и свойств личности.
Первый аспект - правдивое поведение, то есть
добровольное следование норме правдивости, даже
если ее нарушение сулит человеку определенные выгоды
при безнаказанности его действий. Второй аспект
связан с мотивационно-потребностной сферой
личности, определяющей правдивое отношение к другим
людям. Мотивационный компонент служит своего
рода показателем развития когнитивного и
поведенческого компонентов правдивости. Рассматриваемые
сами по себе как поведение, внешне отвечающее
норме правдивости, так и знания о сущности
правдивости не могут служить показателями высокого
уровня развития нравственной сферы личности.
Необходим анализ мотивов, характеризующих отношение
к знаниям и определяющих в итоге избираемую
личностью линию поведения. Мотивационный
Психология понимания правды 199
компонент оказывается промежуточным звеном, связывающим
когнитивную и поведенческую сторону
правдивости, превращающим знание в убеждение и
убеждение в соответствующие формы поведения. Третий
аспект - когнитивный, включающий моральные
знания, представления и суждения, связанные с
нормой правдивости. Он характеризует овладение
личностью разными сторонами нравственной категории
"правдивость": понимание содержания нормы
правдивости, тех требований, которые она предъявляет
к личности, усвоение критериев правдивости -
самооценки и оценки правдивости в других людях.
Наконец, четвертый аспект - это переживание собственной
или чужой правдивости в плане самосознания
при нарушении или, наоборот, следовании
нравственной норме. Анализируя обсуждаемый психологический
феномен, важно различать самооценку
своей правдивости в отношениях с другими людьми
и личностную ориентапию на правдивое отношение
к себе, т. е. особенности самоотношения, связанные
со стремлением понимать правду о себе и правдиво
оценивать себя [Белякова, 1995].
При изучении развития нравственного самосознания
человека, происходящего в процессе разрешения
моральных коллизий, чрезвычайно важно рассматривать
приверженность к правде как психологическое
основание мировоззренческой и личностной позиции
субъекта. "В разрешении неизбежных в общении
противоречий между своими личными интересами и
желаниями других людей и с точки зрения этики, и
с точки зрения психологии решающую роль играет
способность личности говорить и отстаивать правду.
Позиция правды предполагает доверие к другому -
исходное условие человеческого общения. Это есть
200 Виктор Знаков
не что иное, как этический эквивалент признания
личности в другом, а значит, его "права" на свой путь,
иные решения и т. д. По этой же логике моя позиция
должна давать простор для личного выбора, а потому
исключает ложь во имя сглаживания расхождений.
Позиция правды в отношениях и общении - это отсутствие
притворства, готовность разрешать противоре.чия
и мужество идти на них. Двойственность личности
приводит ко лжи и замазыванию противоречий,
стремлению выдать свою позицию за общую, маскировке
истинных целей и намерений и к неизбежно
связанной с этим двойственности поведения. Такой
способ установления и сохранения отношений при
его внешней гладкости оборачивается моральными
издержками, раздвоением или деградацией личности.
Поэтому отстаивание правдивых отношений есть
утверждение личностью этического в жизни, в способе
общения с людьми. Здесь речь идет не просто о
"соблюдении" этических норм и идеалов в поведении,
а об отстаивании подлинно нравственных отношений"
[Абульханова-Славская, 1981, с. 231-232].
Одной из движущих сил формирования и развития
нравственного сознания субъекта является
моральная рефлексия. Моральная рефлексия человека
при понимании и высказывании правдивого суждения
состоит в осознании правды как должного в
отношениях между людьми и потому в осознанном
выборе субъектом правдивой линии поведения. Естественно,
что реализация такой поведенческой стратегии
и тактики требует от любого человека твердости
характера, чувства собственного достоинства и
стремления не нарушать своих моральных принципах.
Во многих ситуациях (когда нужно сознаться в
собственных ошибках, когда мы боимся правдой обиПсихология
понимания правды 201
деть человека, когда она может повлечь наказание и
др.) психологически гораздо легче солгать, чем сказать
правду. Не удивительно, что неукоснительная
правдивость, особенно в нашей стране, характерна
для людей, отличающихся уверенностью в себе, внутренней
дисциплиной и силой духа.
Интересной областью исследований, раскрывающих
некоторые личностные основания правдивости,
является изучение способности отказывать в
просьбе как своеобразного индикатора психологического
механизма самоутверждения личности [Харламенкова,
1995]. Объясняя причины своего отказа
в ответ на необоснованную, с точки зрения субъекта,
просьбу, он говорит правду: то, чего хочет сам, а не
то, что ему навязывают окружающие. Проявление
твердости практически всегда требует от человека
некоторых усилий, но эксперименты показывают, что
эти усилия различаются у людей с несходными психологическими
особенностями личности. Известно.
например, что люди, склонные к доминированию,
реагируют на социальные ситуации, содержащие
"препятствия" (в частности требование сказать "да",
когда тебе этого совсем не хочется), по экстрапунитивному
типу, а испытуемые с низким уровнем самоутверждения
реагируют на препятствие по интропунитивному
типу с фиксацией на самозащите.
Эксперименты показали, что испытуемые, склонные
к доминированию, чаще отказывают в просьбе,
чем испытуемые, склонные к самоунижению. Содержательный
анализ ситуаций показывает, что испытуемые,
склонные к самоунижению, стремятся помочь
во всех ситуациях, они оказывают любую помощь,
помогая по внутренним причинам (сострадание,
желание помочь). Испытуемые, склонные к домини202
Виктор Знаков
рованию, помогают только в экстренных случаях
(катастрофы, опасность для жизни), в основном осуществляя
физическую или финансовую помощь. Анализ
ситуаций, в которых испытуемые с высоким и
низким уровнем стремления к самоутверждению отказывают
в просьбе, показывает, что количество ситуаций,
в которых отказывают первые, гораздо больше
тех, в которых отказывают вторые. Характер ситуаций
тоже различен. "Одним из главных результатов
исследования является положение о том, что механизм
отказа от выполнения беспричинной просьбы
можно рассматривать как один из существенных
показателей высокого уровня самоутверждения личности,
крайней степени которого соответствует максимальная
частота отказов от внешних просьб. В этом
случае потребность личности в самоутверждении возникает
из желания сохранить целостность и уникальность
своего Я за счет разрушения целостности
другой личности, из стремления к защите Я: его смыслового
центра, границ, функций. Отсутствие потребности
в самоутверждении и стремление к выполнению
любой просьбы обычно рассматривается как результат
отсутствия у личности структурированного
Я, его целостности и ценности для субъекта" [Харламенкова,
1995, с. 153-154].
Как ситуативная, так и личностная правдивость
обычно основаны на убежденности субъекта в своей
правоте - праве никогда не скрывать от себя и других
действительного положения дел. Правдивость и
убежденность являются компонентами такой важнейшей
личностной детерминанты понимания правды,
как честность человека [Словарь по этике, с. 396].
Самоопенка честности оказывает прямое влияние на
формирование инструментальной правды: субъекты
Психология понимания правды 203
с высокой самооценкой, как правило, меньше сомневаются
в своем праве давать моральные оценки поступкам
других людей. В этой связи необходимо отметить,
что психологические эксперименты выявляют
существенные половые различия в самооценке
указанного нравственного качества личности. Сравнение
оценок честности, приписанных себе при анонимном
заполнении "Личностного дифференциала"
306 девушками и женщинами, а также 206 юношами
и мужчинами, обнаруживает, что испытуемые
женского пола считают себя более честными, чем
испытуемые мужского [Знаков, 1991].
С одной стороны, такие результаты женской
самооценки противоречат до сих пор распространенной
"мужской" точке зрения, выраженной еще
Н. А. Бердяевым: "Женщины лживее мужчин, ложь
есть самозащита, выработанная историческим бесправием
женщины со времен победы патриархата над
матриархатом" [Бердяев. 1991. с. 79]. В крайне "экстремистской"
форме мнение о большей лживости
.женщин выражено О. Вайнингером в работе "Пол и
характер" [Вайнингер, 1996]. С другой стороны, психологические
исследования показывают, что проблема
значительно усложняется и становится менее однозначной,
если ее перевести в плоскость психологического
анализа разных степеней осознания субъектом
своего намерения солгать или обмануть. У некоторых
женщин первоисточником обмана оказывается
"маленькая неправда", безобидное преувеличение, в
основе которого лежит естественное и осознанное
желание наилучшим образом представить себя в глазах
собеседников. Существенную роль в этом, очевидно,
играют механизмы психологической защиты.
Вначале неправда требует самооправдания, обычно
204 Виктор Знаков
основанного на очень пристрастном и необъективном
отражении социального окружения. Затем, переходя
в привычку, становясь компонентом нравственного
сознания личности, неправда нередко заменяется
сначала полуосознаваемым, а потом вполне сознательным
обманом и даже ложью (которым тоже подыскивается
"разумное" самооправдание). В результате
такая женщина может считать себя честным человеком,
допускающим невинную ложь там, где, по ее
мнению, без этого не обойтись. У мужчин ложь и
обман чаще бывают ситуативными: они точнее могут
описать ситуации, в которых лгут, и отчетливее осознают,
зачем, с какой целью это делают. А поскольку
они знают обстоятельства, в которых нарушают известную
им моральную норму, то критичнее женщин
относятся к собственной честности. Следствие самокритичности
- более низкие самооценки.
Недавно проведенное исследование [Знаков,
1997] выявило существенные различия в способах
понимания неправды, лжи и обмана мужчинами и
женщинами. Мужчины понимают задачу определения
указанных категорий как необходимость рационального
осмысления их типичных признаков.
Под рациональностью осмысления я имею в виду то,
что результатом размышлений мужчин оказывается
знание как отличительных признаков неправды, лжи
и обмана, так и вреда, причиняемого ими в общении.
Соответственно решение об их моральной допустимости
или запрете основанных на них поступков
у испытуемых из мужской части выборки обычно в
значительной степени зависит от типа конкретной
ситуации: человека, которого надо ввести в заблуждение,
предполагаемой выгоды от совершения аморального
поступка, вероятности разоблачения и т. п.
Психология понимания правды 205
Вместе с тем определения обсуждаемых феноменов,
даваемые мужчинами, в основном имеют результапшвныи.
характер. Понимание того, в чем заключается
их понятийный и коммуникативный смысл, у
мужчин одновременно обозначает и формирование
решения о возможных областях применения неправды,
лжи и обмана. Основанное на знании понимание
как бы защищает их от необходимости не только
повторного осмысления, но и сильных эмоциональных
переживаний в тех случаях, когда они решались
на ложь или обман.
Процессуальность мышления женщин при анализе
обсуждаемых психологических феноменов проявляется
в гибком оперировании фактами, в стремлении
не безоговорочно отбрасывать те из них, которые
противоречат истине, а отыскивать возможности,
строить гипотезы, в соответствии с которыми можно
совместить эти факты со своими ценностными представлениями
и групповыми этическими нормами. А поскольку
конструирование гипотез основано на внутренней
убежденности субъекта и всегда предполагает
хотя бы минимальную веру в их истинность, то, в
отличие от мужчин, для женщин при определении
сущности неправды, лжи и обмана наиболее субъективно
значимым является не объективно достоверное
знание, а вера в правильность своего понимания
проблемы. И это естественно, потому что знание обычно
характеризует факты объективной действительности,
а вера соотносится с мыслями, эмоциями и
чувствами - тем, что образует "эмоциональное поле"
общения людей.
У испытуемых женской части выборки внутренняя
детерминация искажения истины как нравственного
или аморального поступка обусловлена прежде
206 Виктор Знаков
всего ценностными переживаниями. Рассматривая
проблему под этим углом зрения, можно сказать, что
для женщин являются типичными мысленные возвращения
к совершенным ими лжи или обману, переосмысления
поступка, эмоциональные переживания,
иногда приводящие к раскаянию и признанию.
Наиболее существенную роль в этих процессах играют
коммуникативные факторы - идентификация с
обманутым человеком, попытки представить его мысли,
эмоции и чувства, сопереживание. Все это способствует
тому, что у женщин преобладает добродетельная
ложь. Ценностные переживания в основном
детерминированы индивидуальной структурой личности
и нравственного сознания, в значительно меньшей
степени - типом ситуации морального выбора,
в которой женщина вынуждена принимать решение
о том, исказить ей истину или нет. В ситуации морального
выбора ценностные ориентации человека
стимулируют возникновение у него ценностных переживаний,
порождают индивидуальный смысл актов
неправды, лжи или обмана, определяющий характер
их понимания. Другими словами, женщина
понимает обсуждаемые феномены так или иначе не
столько потому, что она попала в конкретную ситуацию
морального выбора, сколько потому, что эгоцентрическое
или добродетельное понимание лжи соответствует
ее нравственным переживаниям и психологическим
особенностям личности [Знаков, 1997].
Однако правдивость человека зависит не только
от личностных, но и от ситуативных социальных
факторов: как психологические исследования, так и
реальная жизнь показывают, что прямая зависимость
между пониманием субъектом правды и следованием
принципам правдивости в конкретных коммуника207
тивных ситуациях отсутствует. Вследствие этого среди
западных психологов распространено мнение, что
"изучение правдивости как личностной характеристики
оказа^чось непродуктивным" [Laak. 1994, с. 213].
Осуществляя психологический анализ правдивости
и честности, не следует переоценивать их роль в реальном
поведении субъекта. Психологические данные
свидетельствуют о том, что в ситуациях общения
устойчивость человека к соблазну ввести партнера
в заблуждение зависит и от других факторов
(например, от уровня развития интеллекта и образования).
Кроме того, честность нельзя рассматривать
как статичную неизменяемую черту характера, потому
что она формируется в течение всей жизни человека
в процессе развития ценностно-смысловой сферы
его личности. Результаты изучения указанного
психологического феномена под углом зрения анализа
его динамики, развития показывают, "что честность
как смысловое образование - это не правило
или свод правил, не конкретный мотив или совокупность
мотивов, а определенный общий принцип
соотнесения мотивов, целей и средств жизни, в том
или ином виде реализуемый в каждой конкретной
ситуации" [Братусь, 1988, с. 97].
Таким образом, на формирование правдивости
и честности оказывают влияние как личностные переменные,
так и социальные факторы. Как те, так и
другие являются значимыми в любой культуре, но в
сегодняшний переходный период в России для нас
они представляют особый интерес. И потому сегодня
так важны конкретные психологические исследования,
направленные на изучение формирования и развития
моральных ценностей и социальных представлений
современных россиян.
САМООЦЕНКА ЧЕСТНОСТИ И СОГЛАСИЕ
СОВЕРШИТЬ НЕЧЕСТНЫЙ ПОСТУПОК
В КРИТИЧЕСКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.
В последнее время в развитых странах общий
уровень честности населения неуклонно снижается,
а "количество нечестных людей постоянно возрастает"
[Альбрехт и др., 1995, с. 202]. Например, в Великобритании
в период с 1987 по 1991 гг. только по тем
случаям, по которым было предъявлено обвинение,
можно судить о том, что объем мошенничества увеличился
более чем в два раза [Chambers, 1992]. В США
в 1992 г. в журнале "Уолл Стрит Джорнэл" была
опубликована статья о результатах обследования,
проведенного среди 6000 студентов ведущих колледжей
по всей стране. Из нее следует, что две трети
всех опрошенных когда-либо во время зачетов и экзаменов
жульничали. И вообще американские психологи
утверждают, что от 40 до 70% студентов допускают
возможность жульничества на экзаменах.
Как свидетельствует Л. Сакс, по данным Американского
совета по образованию, приблизительно две трети
студентов колледжей и высших учебных заведений
лгут и обманывают [Saxe, 1991].
На основании этих и подобных данных некоторые
авторы делают убийственный для характеристики
моральной природы человека вывод: "Мошенничество
может совершить любой. Анализ растрат со
стороны наемных работников показал, что по своим
социальным и психологическим качествам такой
мошенник ничем не отличается от других сотрудников.
Большинство растратчиков выглядит точно так
же, как и их самые честные коллеги" [Альбрехт и
Психология понимания правды ___209
др., 1995, с. 20]. Они рассматривают так называемый
треугольник мошенничества, включающий три
основных элемента: 1) давление внешних, чаще всего
финансовых, обстоятельств; 2) реальная возможность
совершить и некоторое время скрывать акт
мошенничества; 3) способность человека оправдать
свой поступок [там же, с. 35].
Обстоятельства, побуждающие человека совершить
мошенничество, могут быть как объективными
(тяжелое материальное положение), так и субъективными
(пороки, пагубные пристрастия). Нередко
к совершению этого акта субъекта побуждают другие
люди. В этом случае, как показывают психологические
исследования, склонность субъекта поддаваться
давлению (как и желание самому оказывать
его на других) непосредственно зависит от такой характеристики
личности, как макиавеллизм. Макиавеллизмом
в психологии называют склонность человека
манипулировать другими людьми в межличностных
отношениях. Речь идет о таких случаях, когда
субъект, скрывая свои подлинные намерения, с помощью
ложных отвлекающих маневров добивается
того, чтобы партнер, сам того не осознавая, изменил
свои первоначальные цели. Например, малыш просит
отца показать, как собрать машинку из деталей
детского конструктора. Отец показывает. Проходит некоторое
время, и сын опять задает вопрос. Отец отвечает.
Затем снова следует вопрос, потом еще и еще.
Наконец отец не выдерживает и сам собирает машину.
Сын торжествует, он доволен тем, что заставил
отца сделать работу за него.
Термин "макиавеллизм" появился как следствие
трактата Никколо Макиавелли "Государь". Его основная
мысль заключается в том, что во благо госу210
Виктор Знаков
дарства правитель, если он считает полезным, то может
использовать любые способы воздействия на людей.
В том числе и весьма неблаговидные - шантаж,
подкуп, обман и т. п. Американские психологи провели
контент-анализ трактата Макиавелли и на его основе
создали психологический опросник. Он называется
Мак-шкала и широко используется в западной
психологии. С его помощью были получены весьма
интересные результаты. Р. Е. Крэут и Дж. Д. Прайс
обнаружили, что дети с высокими оценками по этой
шкале более эффективно обманывают детей с низкими
оценками [Kraut, Price, 1976]. Д. Д. Брагински
показал, что первые успешнее заговаривают зубы
вторым и побуждают их съесть горькое печенье
[Braginsky, 1970].
В одном психологическом эксперименте [Geis,
1978] требовалось, чтобы люди совершили действия
в отношении другого с высокой или низкой внешней
степенью их моральной и социальной оправданности.
Такими действиями был обман в эксперименте.
Условия высокой и низкой оправданности действий
были созданы при помощи разных характеристик
партнеров по эксперименту, которые в этом эксперименте
склоняли испытуемого к обману. В одном
случае партнер был привлекательным, компетентным,
"престижным", а в другом - наоборот. Испытуемому
сообщалось, что целью исследования является
сравнение решения проблем командами, в которые
входят люди с различными или подобными
личностными характеристиками. Все испытуемые
предварительно заполняли личностные тесты (включающие
Мак-шкалу). Другой "участник" эксперимента
появлялся позднее (это был помощник экспериментатора),
и ему давались такие же объяснения.
Психология понимания правды 211
Затем испытуемым сообщалось, что прежде чем они
будут работать вместе как команда, каждый получит
некоторую информацию о своем партнере, а также
информацию о результатах собственных тестов.
Оба участника были затем разведены по разным комнатам
для получения личной информации от экспериментатора.
Все "наивные" испытуемые получали одинаково
положительную информацию о результатах своих
тестов. Они оценивались как намного выше среднего
уровня по показателям интеллекта, ответственности,
отсутствию невротических симптомов и т. п. Это делалось
для предотвращения возможной идентификации
с некомпетентным партнером. Затем они получали
некоторую информацию о своем партнере. Половине
"наивных" испытуемых были даны описания
партнеров, имеющих высокий статус (выпускник
юридического ВУЗа, оканчивающий его с отличием,
хобби - любительская фотография и футбол, получивший
опенку "очень хорошо" в личностных тестах).
Другая половина получила описания своего
партнера как имеющего низкий статус (первый год
работы в магазине инструментов, со школьным образованием,
не имеющего отличий, без инт
...Закладка в соц.сетях
