Жанр: Психология
Психологическая герменевтика
...имание некоторых людей встроена неопределенность. Я знаю
инженера, чье понимание состоит из прямоугольной матрицы изображений,
примерно восемь строк по вертикали и восемь колонок по
горизонтали. Он начинает думать, что понимает что-либо, когда
матрица примерно наполовину заполнена изображениями. Когда она
заполнена процентов на девяносто, он знает, что понимает вполне
прилично. Однако в его матрице всегда есть пустые ячейки, обозначающие,
что его понимание всегда неполно. Это удерживает его от
излишней уверенности в чем бы то ни было.
Понимание одной из моих самых способных учениц представляет
собой размонтированный фильм о ней самой, делающей то, что она
понимает. Когда она хочет действительно что-то сделать, это входит
в ее фильм. В ее памяти - последовательность фильмов о ней, чтото
делающей в различных ситуациях, с преодолением препятствий и
т.д....
И более общая интерпретация проблемы с точки зрения НЛП - нейролингвистического
программирования: "События вашей жизни произошли
с вами в определенном порадке. Большая часть этой последовательности
не была запланирована; это просто происходило и все. Большая
часть вашего понимания основана на этой как бы случайной
последовательности. Поскольку у вас только одна последовательность, у
вас только один набор пониманий, и это ограничивает вас. Если бы те же
самые события произошли в другом порядке, ваши понимания были бы
совершенно иными и вы бы вели себя иначе.
Вы обладаете целостной историей личного опыта - тем богатством,
которое используете, чтобы двигаться в будущее. Если у вас
есть лишь один вариант этого богатства - ваши возможности будут
очень ограничены.
Прокручивание событий вперед и назад - это лишь два из бесконечного
числа способов, которыми вы можете организовать свой
опыт. Если вы делите фильм только яа четыре части, появляется еще
22 варианта - еще двадцать две последовательности, которые вы
могли бы пережить. Если делить на большее количество частей, количество
последовательностей еще возрастет. Каждая последовательность
породит новый смысл, так же разные последовательности
букв создают разные слова, а разные последовательности слов -
разные значения. Технологии НЛП - это просто способы менять последовательность
переживаний"'.
Но почему, собственно, о фильмах говорят специалисты по нейролингвистическому
программированию? С полной откровенностью
См.: Бэндлер Г. Используйте свой мозг для изменения.- СПб., 1994.- С. 101103,108.
8 Зак. 195 225
хочу предупредить читателя, что многие положения специалистов по
НЛП я не разделяю никак. В сущности, это поп-психология, то есть
снижение уровня психологического знания до уровня понимания тех,
кто психологами не является'. Например, над тем, что именно монтаж
порождает понимание, Р. Бэндлер как-то не задумывается. Но
вот *fTO касается фильмов как моделей понимания в его внешнем, наблюдаемом
выражении - здесь эта концепция выдерживает испытание
на прочность. Здесь на самом деле речь идет о монтаже, о перестановках,
о реализации возможностей транспозиционного анализа.
Посудите сами - ведь то, о чем сейчас будет рассказано, легче
показать, чем объяснить.
Командированный в воинскую часть ученый
обратил внимание на то, какие длинные
очереди солдат выстраиваются после обеда к
лоханям для мытья и полоскания котелков.
Лоханей стояло четыре - две для полоскания,
две - для мытья.
Ученый заметил, что на мытье каждый солдат тратил втрое больше
времени, чем на ополаскивание. Все это ввдели. А ученый понял,
что ополоскивать можно и в одной лохани, а вот для мытья лучше
поставить три. "Тогда очередь станет меньше",- сказал он старшине,
и тот, по привычке слушать офицера (ученый был в форме), отдал
соответствующее приказание. Очередь исчезла.
Комментарий Филина Морза и Дж. Э. Кимбелла - специалистов
по исследованию операций: "Во-первых, решение, когда оно уже
стало известно, представляется до нелепости простым: всякий мог бы
предложить его и кажется странным, что для того, чтобы его найти,
потребовались услуги ученого...
Во-вторых, следует заметить, что улучшение положения было достигнуто
без использования дополнительного оборудования. Лохани
были только переставлены и никакого дополнительного оборудования
не потребовалось.
В-третьих, важно отметить, что результаты наблюдения за очередью
и предложения по ее устранению были адресованы лицу, которое
было в состоянии принять меры и приняло их...
Еще одно интересное замечание, к которому мы вернемся ниже,
относится к результату принятых мер. Теоретически замена двух лоханей
для мойки и двух для полоскания на три для мойки и одну для
полоскания должна повысить пропускную способность на 50%. Однако
в результате очередь практически исчезла; иначе говоря, полученная
выгода оказалась больше ожидаемой. Очередь имеет свойство,
интересное с точки зрения исследования операций: чем длиннее
"А что надо делать?" - спросите вы. А надо поднимать уровень понимания
зачем и написана, например, эта книга. .
226
очередь, тем быстрее она удлиняется. Многие явления и операции
имеют то же свойство развиваться в неблагоприятную сторону. Например,
автоотрада может легко пропускать усиленный воскресный
иоток автомашин до тех пор, пока не произойдет какой-нибудь случайности,
которая вызовет кратковременное замедление движения.
Как только движение замедлилось, образуется затор"'.
Вопросом таквидации заторов на дорогах мы сейчас с вами заниматься
не будем. Я лишь прошу вас обратить внимание на два значительных
обстоятельства: 1) и приводимый только что пример с автострадой
так же, как и предыдущий, может быть интерпретирован
как фильм; 2) перестановка и замена были реализацией понимания
как формы эффективного участия мышления в деятельности людей.
Аналогия с фильмом характерна и для воспоминаний, выступающих
как воспроизведение понимания прошлого.
Золтан Фабри, знаменитый венгерский кинорежиссер
вспоминает, как летом 1944 года
он, молодой парень, купил за 8 пенге 60
филлеров книгу классика кино - Всеволода
Пудовкина. И, обратите внимание,- эти
воспоминания, этот рассказ превращается на ваших глазах в фильм с
крупными планами, монтажом. Психологи показали, что запоминание
осмысленного на несколько порядков прочнее запоминания того,
что хаотично и бессмысленно. А почему? А потому, что осмысленное
воспроизводится как понятое. Но: слово Фабри.
"В 1944 году жители Будапешта жили в убежищах днем и ночью,
почти всегда в страхе, ожидая конца войны. Измучившиеся люди надеялись,
что страна избежит исторической катастрофы, они под
страхом смертной казни слушали венгерские известия по московскому
и по лондонскому радио. Фронт неудержимо продвигался к границам
страны, на улицах изо дня в день встречалось все больше и
больше женщин в трауре. Гитлеровцы оккупировали страну. Фашистское
безумие возрастало. Нилашисты готовились к захвату власти.
Военно-санитарные грузовики отдавали запахом крови и хлороформа.
Город, несмотря на бомбардировки, от которых он страдал уже в
течение двух лет, был еще сравнительно неповрежденным, мосты
еще стояли. Было лето, жара; при резком солнечном свете измученные
лица казались еще бледнее.
В такой жаркий день я увидел в витрине магазина книжку, которая
недавно вышла в свет. Невероятно! Я не верил своим глазам. Это
была книга Всеволода Пудовкина на венгерском языке. Я купил ее и
побежал домой".
И вот прошло много лет.
Морз Ф., КимбеллД. Методы исследования операций.- М" 1956.- С. 26-27.
"...Мною вдруг овладела странная, волшебная власть ассоциативного
механизма памяти. Как, помнится, запах и вкус печенья, замоченного
в чае, вызвали у Пруста воспоминания детства - старый
дом, водяные лилии, парк, деревенские дома, главную площадь с
церковью, окраину города,- так и карандашная надпись цены 8.60
вызвала во мне детали того душного, невыносимо жаркого летнего
дня, а вслед за ними и все происшедшее с тех пор. Одновременно
появились перед моими глазами витрины, заклеенные бумажными
полосами, бесконечный ряд безмолвных людей, подгоняемых солдатами
из парка Каройи на Музейный проспект. Я вспомнил уничтоженное
воздушной бомбардировкой здание на углу площади Корвина,
поврежденный фонтан с округлыми каменными гречанками, израненными
осколками, равнодушно взирающими на внешний мир. Я
слышал скрип тормозов и грубый окрик немецкого майора, выскочившего
из офицерской машины. Я видел старческие дрожащие руки
в коричневых пятнах и видел себя молодым, мчавшимся домой, с
нетерпением ожидавшим встречи с Пудовкиным, которого я знал тогда
только понаслышке".
Ассоциативный механизм памяти здесь сработал именно потому,
что Фабри стал именно кинорежиссером, и книга Пудовкина сыграла
смысловую роль в его жизни. Она учила понимать. Прошлое здесь
освещено пониманием.
В воспоминаниях мир все же блекнет; он лишен трехмерного, объемного
существования и на экране. Но (пусть это иллюзия) все же
кажется, что в недалеком будущем мир будет технически воспроизводим
на том же уровне яркости, на каком он предстает в прозе
А. Кабакова: "ЗИМ стоял перед нами, двухцветный, вишневокремовый,
сверкающий хромом фар и боковых накладок. Все четыре
дверцы его были распахнуты, так что можно было видеть ковровые
сиденья и дорожки на полу, руль и головку рычага трансмиссии из
чуть пожелтевшей пластмассы цвета слоновой кости, приборную панель
под дерево, фигурный плафон на потолке. Красный, прижатый
к капоту флажок из плексигласа просвечивал, словно звезда на башне.
В облицовке радиатора играло солнце, на нее было больно смотреть".
Можно ли воспроизвести мир таким? Это вопрос голографической
техники.
А вот понять то, что происходит в реальной
действительности, прочесть ее, как
понимают текст, - значит понять содержание.
Но смысл? То, что стоит за содержанием
и бросает на него свет?
Не означает ли это понять причины происходящего? Казалось бы,
да. Телевидение показывает нам живых людей. Оно претендует на
то, чтобы раскрыть смысл их деятельности, назвать ее цели и предсказать
результаты. То же можно сказать про средства массовой
коммуникации вообще. Про газеты и журналы. Про радиовещание.
Разве выборы - не демонстративный тому пример?
Напомню, что перед выборами 1993 года партии "Выбор России"
предрекали 40% голосов избирателей, оказалось 15%. На выборах
1995 года эта партия не перешагнула 5%-ный барьер. 19 мая 1996
года с экрана нам улыбаются "вечерние посетители" (я не хочу называть
фамилии), говорят об итогах одних выборов, предсказывают результаты
других.
Голосуют не те, кто по ту сторону экрана, за стеклом небольшого
окна в мир, что светится в углу тысяч и тысяч комнат. Голосуют
те, кто по эту сторону. И они никогда не знают твердо, за
что проголосовали. Знают только за кого. А слушать надо не
только их, но и голос истории.
Он не умолкает. Его слышат, но не слушают.
Не понимают.
Не случайно фильм А. Ренэ "Ставиский'"
не удался. Задуман он был интересно. Скажу
больше - замысел был глубокий. Замысел
был исключительный.
Он был полностью основан на фактах.
В 20-30-х годах во Франции разбогател и прославился уроженец
Киева Саша С. Ему необыкновенно везло. Вот пример. Он финансировал
постановку мюзикла, на премьеру пригласил "весь Париж", и
съехались люди богатые, знаменитые... Машины запрудили улицу и
полицейские отогнали их в переулок.
И вдруг полил дождь.
Саша стоял у подъезда, закусив губу.
Они пойдут к машинам.
Они промокнут. А они и так мне завидуют.
Их дамы в вечерних туалетах станут страшнее мокрых куриц.
А они и так завидуют приме этого спектакля - Рите Г.!
Сто пятьдесят новых врагов - это крах.
Крах?
Саша усмехался. Он приказал за сорок минут построить деревянный
навес - от подъезда до переулка.
Он покрикивал на рабочих: они слишком громко стучали, забивая
гвозди.
Через час навес закончили, кончился и спектакль. Премьера удалась.
Восхищенные зрители проследовали к машинам под шум дождя.
Саша принимал поздравления. Разъезд завершился, навес рухнул.
Саша остался цел и невредим. Такой был человек.
К сожалению, дела его постановкой оперетт не ограничивались...
' Ставиский (Stavisky).OpaHUiui - Италия, 1974. Режиссер А. Ренэ. В ролях: ЖанПоль
Бельмондо, Шарль Буайе, Анни Дюпре. Сценарист X. Семпрун.
Итак. замысел фильма был исключительный (этот эпизод в сценарий.
кстати, не вошел). Фактам он соответствовал.
Фильм взялся ставить Ален Ренэ. Сашу С.- Александра Ставиского
- согласился сыграть Жан-Поль Бельмондо.
Мир охвачен кризисом. Разоряются предприятия, стреляются финансисты.
Ставиский становится все богаче. Он совершает безумно
смелые и беззаконные финансовые операции.
Слово "безумно" здесь поставлено не для пущего эффекта, оно
употреблено вполне правильно: Александр медленно сходит с ума.
Его фантастические проекты и сделки становятся предметом судебных
разбирательств... Впрочем, виноват, до разбирательств дело
обычно не доходит. Обеспокоенные друзья водят Сашу к психиатрам,
те подтверждают свои печальные диагнозы и сообщают их су^-
дебным следователям. Суды откладываются. Безумства Александра
продолжаются - и он становится все богаче. Он уже невменяем, и
судить его. в сущности, нельзя.
Но как же так? А просто: сходит с ума весь мир, и то, чем занимается
Александр, точь-в-точь укладывается в рамки всеобщего безумия.
А параллельно терпит неудачи Лев Троцкий. Создатель Красной
Армии изгнан из красной России и безуспешно объясняет всему миру,
что Россией правит безумец, страдающий манией преследования.
Троцкого выгоняют из благополучной Европы.
А Саша затевает новое дело...
И с треском проваливается. Подвел размах. Он решил подкупить
все французское правительство и прессу.
Чтобы они ему больше не мешали.
Но на всех ему не хватило денег, не хватило ценных бумаг. Даже
поддельных.
На вилле в заснеженных Альпах сидит небритый и разом постаревший
человек, которого еще месяц назад весь Париж звал
"красавец Александр".
К вилле подъезжают черные автомобили.
Полиция, суд, каторга?
Ну нет. Саша стреляет себе в голову.
И вошедшие смотрят с изумлением на тело, распростертое на полу.
Непонятно, кто это, собирались ли они его задержать?
Сценарий на этом заканчивается.
История, однако, продолжалась: когда "красавец Александр" застрелился,
дела его выплыли наружу, правительство, пресса, парламент,
все, кого он успел купить, оказались в глупом и опасном положении.
Все, кого он не успел купить, торжествовали.
Но недолго. Произошел (6 февраля 1934 года) бунт, и к власти чуть
не пришли фашисты. Испуг был большой, но все как-то обошлось,
подзабылось (многие были заинтересованы в том, чтобы забылось
совсем), а потом началась война... Впрочем, имя Ставиского в истории
осталось.
Вернемся к фильму.
Он не вышел, не получился. От замысла до воплощения лежит
путь особенный.
Ведь зрителю замысел не известен.
Он видит его воплощение. Слыптг. Понимает.
Понимает, каков был замысел.
Вот этого в данном случае не произошло.
Воплощение оказалось понятным. Но мелким, рассыпанным на
эпизоды. От него не было обратного пути к замыслу, он остался гдето
вне фильма.
Главнейший вопрос: почему? Ведь Ален Ренэ не только талантливый,
но и очень умный, знающий теорию режиссер. О Бельмондо.
его обаянии, динамизме можно и не писать - и так все его знают. И
снят фильм изысканно. И сценарист знает материал, известный писатель...
Чем же объяснить неудачу?
Здесь произошло нечто иное. Заговорила история.
Голос у нее неслышный, но звучит в душе каждого, кто хочет знать
правду.
И вот оказалось, что правду слышать тогда не хотели. Никто не хотел,
ни постановщик, ни зрители. А история говорила. Пришлось
создателям фильма лавировать, а это никогда не ведет к добру.
А в чем правда? В истории о Саше С.. "красавце Александре"?
Да нет же. В исторической реальности. Вот она, разверните газету.
Бывший президент Кореи арестован^ премьер Италии сидит в тюрьме,
другой премьер (бывший, а сейчас пожизненный сенатор) сидит
на скамье подсудимых, а суд слушает его показания о причастности к
убийству третьего премьера... генеральный секретарь НАТО брал
взятки... А сколько судебных дел не возбуждено даже - вы догадываетесь?
При этом экономического кризиса мирового масштаба нет.
Происходит нечто иное И происходило уже тогда, когда снимался
"Ставиский".
Происходит падение.
Вот об этом падении, об оскудении совести слышать никому не хотелось.
Потому что это очень большая опасность для цивилизованного
мира, не меньшая, чем всеобщее беспутство, дешевый мистицизм,
коррупция, перманентные перевороты и локальные войны, погубившие
некогда Римскую империю. Тревога, которую вызвала история
блистательного мошенника, была связана именно с этим. а кому охота
тревожиться попусту, ведь может еще обойдется.
Может и обойдется, не знаю.
Пока книга была в наборе, посадили на скамью подсудимых еще одного бывшего
президента - Кореи, а бывший президент Мексики вообще исчез, куда-то уехал и никто
не знает, где он. Обвиняют его в организации политического убийства.
Но в любом случае надо внимательно прислушиваться к голосу истории.
Она сообщает факты. Эти факты поддаются, как мне кажется,
пониманию.
Необходима лишь воля к пониманию.
Признанное поэтическое воплощение воли к пониманию мира и
людей - это "Божественная комедия " Данте Алитьери. При этом "в
дантовской системе мироздания существовал элемент, отсутствующий
в картине мира, представляемой современными нам естественными
науками, а именно - мораль и справедливость. Даже девятое
кристальное небо, или перводвигатель, проникнуто этическим
началом"'.
Много лет во всем мире повторяли слова Ницше о "воле к власти".
Одни ее, эту волю, отрицали, другие восхваляли, третьи властвовали
и Ницше не цитировали. Но воля к власти, буде она и существует
(что сомнительно), человечество не погубит и не спасет.
Иначе стоит вопрос о воле к пониманию.
Вот она действительно существует, ею с ранних детских лет наделен
каждый, и ее сила в состоянии спасти мир, в то время как ее слабость
способна его погубить.
Ослабить волю к пониманию можно. Ее можно и подавлять. Ни к
чему хорошему это не приводило и не приведет.
Нередко поток образов, создавая смутное ощущение их связности,
подавляет тенденцию к речевому выражению смысла. "Приходится
констатировать, что у нас мало шансов спасти слово. Логос. Все превращается
в напор, в картину, в образ... Это разламывает логоцеитрическую
концепцию на куски... Но я думаю, что есть в нашей природе
какие-то очаги сопротивления, которые запрещают нам говорить
с кем-то, кого мы любим, с помощью картинок. В этом случае
нужны слова, выражения"^.
И не только в этом случае.
"Красота спасет мир". Классик сказал.
К уму, как вы сами понимаете, это отношения не имеет. Красота и,
больше того, - любовь (справьтесь у другого классика) может поразить
как молния. Даже как финский нож^ И еще многое она может
сделать. Но насчет спасения мира я бы не обольщался. Красота тут
не поможет. После испытаний термоядерных бомб над атоллами Тихого
океана вставали радуги исключительной красоты. Да и океан,
поглотивший не одну тысячу человеческих жизней, бывает прекрасен.
Все эти разговоры о спасительной силе красоты даже не столько
нелепы, сколько опасны. Ведь красота сама нуждается в защите и
спасении. И это надо ясно понимать.
Голенищев-КутузовИ. Данте.- М., 1967.- С. 195.
ЯчнаросХ. Границы истины (лекция, прочитанная 10.10.91 в Женеве) // Искусство
кино- 1995- № 2.- С. 59,
' Булгаков М. А. Собр. соч.- Т.5- М., 1990.- С. 137.
В состоянии спасти мир воля к пониманию.
О вере я уже не говорю. Она необходима. И спорить с этим не
приходится. Но сотни лет решают вопрос: надо верить, чтобы понимать,
или надо понимать, чтобы верить? Решается этот вопрос так,
что невольно в душу закрадываются сомнения: правильно ли он поставлен,
точнее - можно ли его ставить и обсуждать? Ведь "о чем
невозможно говорить, о том следует молчать". В этом Людвиг Витгенштейн
абсолютно прав'. Но отсюда не следует, что нельзя понять
то, о чем невозможно говорить.
' Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. Предложение 7 // Философские
работы. Ч. 1.- М., 1994.- С. 73.
УЧИТЬСЯ ПОНИМАТЬ.
Самое главное - жип" и работаяъ на совесть;
смотреть, слушать, учиться понимать.
Эрнест Хемиигуэй
В этой главе предпринята попытка охарактеризовать некоторые
принципы, определяющие роль понимания и существенные для образовательного
процесса и его результата.
"У вас серьезный недостаток,- говорил Дега
Полю Валери,- вы все хотите понять"'.
Говорят, что в каждой шутке есть доля истины;
доля истины в этой остроте, весьма
значительна. Как это ни грустно, процесс эффективного обучения и
последующего участия в жизни общества покамест зихедется именно
на том, чтобы понимать не все. Ограничения, налагаемые обществом
на глубину понимания, определяются рядом причин. Во-первых, понять
можно то, что имеет смысл, а жизнь индивида, как, впрочем, и
общества, носит во многих отношениях абсурдный характер; не просто
сложный, не просто непонятный, а хаотичный, случайный, даже
нелепый. Во-вторых, традиции предполагают исполнение определенных
требований. Соблюдение унаследованных правил и норм, но
никак не их углубленное постижение. В-третьих, усвоение знаний
предполагает ту меру их понимания, которая необходима для их запоминания.
Углубляясь в сущность изучаемых проблем, можно и не
сдать экзамен или зачет.
И тем не менее понимание смысла и интенция углубить его
понимание является важнейшей составляющей частью культуры.
Культура включает в себя и определенное, характерное для данной
культуры представление о смысле, и образование как форму
приобщения к культуре.
' Валери П. Об искусстве.- М., 1976.- С. 596.
Выражение смысла составляет непременное
условие выполнения коммуникативной,
экспрессивной и иных функций языка. В
своей сущности система языка представляет
систему правил, позволяющую употреблять
слова в целях выражения смысла. Здесь намечается определенная
аналогия с правилами игры. Это связано со способностью сознания
действовать на основе принятой системы правил- способностью,
общей для языка и культуры.
Культура, смысл, общение образуют триединство, в основе которого
лежит понимание. Вполне очевидно, что существованию и развитию
общества сопутствует рост специфически человеческой потребности
в общении. Именно эта потребность - коммуникативная
- возможно, и лежит в основе порождения феноменов культуры.
Чем это объяснить? По-видимому, тем, что любой феномен культуры
обращен к людям, становится достоянием их сознания, влияет на их
мысли и поступки. Этим способом постоянно поддерживается существование
культуры. Иначе говоря, культура в своих конкретных
проявлениях включается в коммуникативный процесс, ее социальное
существование становится фактом коммуникации. Опять-таки, почему?
Потому, что культура опосредует отношение человека к природе
и обществу.
Человек и культура неразъединимы. Каждый человек принадлежит
к определенной, исторически данной культуре. Это очевидно. Но
не менее очевидно и другое - он ощущает, что культура принадлежит
ему, и в известном смысле это действительно так. Фундаментальный
уровень культуры образует язык. Носителем языка является
человек, который не в состоянии произвольно изменять его грамматику
и лексику.
Но в то же время язык принадлежит человеку, который свободно
им владеет, и начала духовного творчества коренятся в свободном
построении текстов. Построить фразу- значит "вести локомотив
мысли по рельсам грамматики". Пути построения текста многообразнее
и шире.
Конечно, понятие "текст" здесь трактуется широко, в соответствии
с принципом выразимости Сирла: все, что человек имеет в виду,
он в состоянии выразить с помощью знаков. Но выразить нечто -
это одновременно означает ориентироваться на понимание сказанного.
В сущности - на людей, которые могли бы вас понять. Вытекающий
отсюда вывод отчетливо формулирует У. Рейтман:
"Следовательно, мы не можем говорить об определенном смысле
общения, не учитывая конкретного индивидуума, его оператора понимания
и тех знаний, убеждений и источников информации, которыми
он располагает"'.
Таким образом, культура включает в себя не вполне точно сформулированное,
даже не вполне осознанное представление о смысле.
Коммуникативный аспект ее существования включает понимание
смысла.
Казалось бы, именно пониманию и следовало бы учить, но это
оказалось затруднительным: в процессе исторического развития
культуры образование постепенно обратилось в передачу знания, а
не в форму развития мышления.
"Для развития мышления необходимы
техника, программа и воля,- утверждал
Ницше.- Умение думать... в наших школах
теперь уже не имеют об этом ни малейшего
понятия"',- добавлял он. Конечно, говоря
"думать", Ницше имел в виду "понять", ведь человек думает, когда
он хочет понять. Его триада примечательна тем, что волю он ставит
рядом с программой развития способности понимать и овладением
технологией мышления. Это была такая традиция. Ф. Лассаль называл
волю физической силой ума. Умение принимать решения и приводать
их в жизнь ценилось очень высоко.
В полевом уставе германской армии вполне ясно говорилось о
том, что ошибка в выборе средств не так преступна, как бездействие^
Афоризм Горького "вопросы воля решает, разум только помогает"
вполне этой традиции отвечал.
На самом деле вопросы решает воля к пониманию. Она существует
у всех. Но развивать ее просто необходимо.
Интеллект и воля развиваются в процессе деятельности. Традиционно
внимание педагогов сосредоточивается на таких видах деятельности,
как труд, учеба, игра. Но ведь есть и четвертый вид деятельности-
забота. Когда готовят обед или, скажем, пришивают
пуговицы к куртке ребенка - это не только труд. Это выражение отношения
через деятельность: забота. Пауль Тиллих, замечательный
теолог XX века, столь интересующий и протестантов, и доминик
...Закладка в соц.сетях
