Жанр: Электронное издание
145_253
...т балома
предков явиться и принять участие в магии, или же имена предков
фигурируют в формулах просто как традиционные знаковые единицы
(священные и исполненные магической силы только благодаря
их традиционному характеру), - вопрос этот, похоже, не предполаг
ает определенного ответа ни в пользу первого, ни в пользу второго
допущения. В действительности здесь, несомненно, наличествуют
оба элемента: прямое обращение к балома и традиционная значимость
имен предков как таковых. Представленные ниже данные
должны позволить сделать более точные заключения. Так как аспект
традиции тесно связан со способом наследования магической формулы,
то начнем, пожалуй, с последнего допущения,
Магические формулы передаются из поколения в поколение: от
отца к сыну по мужской линии или от кадала (брат матери) к племяннику
по женской линии, которая, по представлениям туземцев,
только и является подлинной линией родства (вейола). Две формы
наследования не совсем эквивалентны. Существуют также виды
магии, которые можно назвать локальными, потому что они связаны
с данной местностью. К этой категории относятся все системы земледельческой
магии , а также все те магические заклинания, которые
сопряжены с тем или иным местом, наделяемым магическими
свойствами. Так, самой сильнодействующей магией дождя на острове
является магия Касана-и, которую следует вершить у определенного
источника в роще, вейка, близ Касана-и. Такой была и офици-
альная военная магия в Киривине, обряды которой должны были
проводить мужчины из Куаибуаги и которая была связана с кабома,
священной рощей, расположенной рядом с этой деревней. А изощренн
ая магия, необходимая при ловле акул и калала, должна исполняться
только мужчинами из деревни Кабуола или из деревни
Лаба-и. Все формулы локальной магии наследуются по женской
линии^.
Категория магии, которая не связана с определенной местностью
и может .свободно переходить от отца к сыну или даже к постороннему
(за достойную плату), гораздо уже. Сюда относятся в первую
188 Б. Малиновский
очередь формулы туземной медицины, которые всегда существуют
парами: силами, формула вредоносной магии, предназначенная насыл
ать болезнь, всегда передается вместе с вивиса, формулой,
нейтрализующей силами и, следовательно, исцеляющей данное заболев
ание. К этой категории принадлежат также: магия, которая
связана с искусством резьбы по дереву, магия токабитам (резчика)
и заклинания, призванные обеспечить удачу при построении каноэ.
Есть еще ряд формул второстепенного значения или по крайней
мере, не столь эзотерического характера - это заклинания любовной
магии, заговоры против укусов насекомых и против мулукуауси
(эти последние, впрочем, довольно важны), магические слова, устр
аняющие пагубные последствия кровосмешения и т.п. Но даже
эти формулы, хотя они и не принадлежат исключительно людям из
одной определенной местности, обычно так или иначе связаны с
такой определенной местностью. Очень часто в основе конкретной
системы магических обрядов лежит миф, а миф всегда является
локальным .
Таким образом, большинство примеров самой важной магии прин
адлежит к категории "матрилинейной" магии, которая всегда лок
альна и по происхождению, и по способу передачи, тогда как в
категории второстепенной магии лишь некоторые виды являются
определенно локальными по происхождению. Та или иная местность
в традиции и в представлениях жителей Киривины тесно связана с
конкретными семьями или субкланами^. В каждой местности мужчины,
которые сменяют друг друга в качестве ее правителей и которые
поочередно исполняют магические обряды, необходимые для
благополучия общины (такие, как обряды земледельческой магии),
естественно, должны занимать высокое положение. Это, очевидно,
можно подтвердить фактами, ибо, как упоминалось выше, имена
предков по материнской линии играют большую роль в магии.
Для такого подтверждения можно представить несколько примеров,
однако детальное обсуждение вопроса придется отложить до
другого случая, так как потребовалось бы сравнение этой черты с
другими элементами, повторяющимися в магии, а для этого необходимо
было бы полное воспроизведение всех формул. Поэтому вернемся
к земледельческой магии. Я зарегистрировал две системы
такой магии: каилуебила, практикуемую в деревне Омаракана и
обычно считающуюся самой сильнодействующей, и момтилакаива,
связанную с четырьмя небольшими деревнями - Купуако.пула, Тил
акаива, Иоуравоту и Вакаилува.
БАЛОМА 189
В системе земледельческой магии Омараканы насчитывается десять
магических заклинаний, каждое связанно с определенным
видом работ: одно произносится при разметке земли, на которой
будет возделан новый огород, другое - во время обряда, с которого
начинается вырубка зарослей, третье - при ритуальном сжигании
срубленного и высушенного леса и т.д. Из этих десяти заклинаний
в трех есть упоминание о балома предков. Одно из этих трех, несомненно,
является более важным, чем другие, и произносится во
время проведения нескольких обрядов: при вырубке, при посадке
и т.д.
Вот его начало:
"Ватуви, ватуви (повторяется много раз);
Вату'мага. имага',
Ватуви, ватуви (много раз);
Витулола, илола:
Тубугу Полу, тубугу Колеко. тубусу Такикила,
Тубугу Мулабуоита, тубугу Куаиудила,
Тубугу Катупуала, тубугу Бугуабуага. тубугу Нумакала;
Билумава-у бил умам;
Табугу Муакенува. тамагу И овина..."
После этого следует остальная часть формулы, очень пространн
ая; в основном она описывает то положение дел, которое заклинание
должно обеспечить, т. е. плодородие, избавление растений от
вредителей, болезней и т.п.
Правильный перевод таких местных формул представляет определенные
трудности. В них содержатся архаические выражения,
которые сами туземцы понимают лишь отчасти и значение которых
бывает исключительно сложно узнать, - сложно убедить туземцев
сделать точный перевод на современный язык Киривины. Типичная
форма заклинания состоит из трех частей: 1) вступление (называется
у~ула - нижняя часть стебля, это же слово употребляется и
для обозначения понятия, близкого к нашему "причина"); 2) основн
ая часть заклинания (называется пгапуала - спина, бока, крестец);
3) заключительная часть (догина - кончик, конец, вершина;
этимологически связано с дога - клык, длинный и острый зуб).
Обычно тапуала гораздо легче понять и перевести, чем остальные
части. Взывание к предкам или, пожалуй, если быть более точным,
перечень их имен всегда входит в у-ула.
В только что приведенном у-ула первое слово, ватуви, не было
понятно моему информатору Багидоу - товосн, магу земледелия
из Омараканы. По крайней мере он не смог перевести его для меня.
190 Б. Малиновский
Я думаю, что на основе этимологии его можно перевести как "вызыв
ать" или "делать"^.
Слова витумага, имага состоят из префиксов виту (вызывать)
и и (глагольный префикс третьего лица единственного числа) и из
основы мага, которая в свою очередь состоит из ма, корня слова,
означающего "приходить", и га, суффикса, часто употребляемого
просто для акцентирования чего-либо. Слова витулола, илола симметричны
предшествующим, только вместо ма, "приходить", здесь
фигурирует корень ли, "идти" (удвоенное в лола).
В перечне предков следует отметить два момента: все имена собственные
употребляются со словом тубугу, за исключением предпоследнего,
которое сопровождается словом табугу. Тубугу - существительное
множественного числа, означающее "мои деды"
(гу - суффикс и притяжательное местоимение первого лица); табугу
означает "мой дед" (в единственном числе). Использование
множественного числа в первой группе связано с тем, что каждый
субклан обладает определенным набором имен собственных и каждый
член этого субклана должен носить одно из таких родовых
имен, хотя он может иметь и другое, не наследственное имя, под
которым он более известен. Так, в первой части заклинания обращение
направлено не к одному предку по имени Полу, по ко всем,
кто обладал этим именем; маг взывает ко "всем моим предкам по
имени Полу, всем моим предкам по имени Колеко" и т.д.
Второй характерной чертой, которая также является общей для
всех таких перечней предков, является то, что последним именам
предшествуют слова билумава-у билумам, которые в общих чертах
означают (не вдаваясь в лингвистический анализ) "вы, новые балом
а ", и затем перечисляются имена нескольких последних предков.
Так, Багидоу упоминает своего деда Муакенува и своего отца Иован
а^. Это важно, потому что является прямым взыванием к балом
а:"0 ты, балома (в словосочетании "билумам" суффиксом м служит
местоимение второго лица). В свете этого факта перечисление
имен предков представляется скорее взыванием к родовым балома,
нежели просто перечислением родовых имен, даже если эти имена
и заключают в себе активную магическую силу.
В вольном переводе этот отрывок можно представить следующим
образом:
"Сделайте это! Вызовите это! Добейтесь этого!
Сделайте так, чтоб это пришло!
Сделайте так, чтобы это пошло!
БАЛОМА 191
Мои деды по имени Полу и т.д. ...
И вы, последние балома, дед Муакенува и отец Иована".
Этот вольный перевод все же допускает значительную долю двусмысленности,
но следует определенно иметь в виду, что в мыслях
самого человека, лучше всего знающего такую формулу, действительно
существует такая двусмысленность. На вопрос, что должно
прийти, а что пойти, Багидоу высказывал свое мнение только предположительно.
Однажды он сказал мне, что здесь говорится о растениях,
которые должны войти в почву; в другой раз он считал, что
должны уйти вредители огорода. Являются ли "прийти" и "пойти"
противоположными по смыслу, так же не ясно. Я думаю, что правильный
перевод должен основываться на очень неопределенном
значении у-ула, которое есть не что иное, как тип взывания. Счит
ается, что слова здесь воплощают в себе определенную скрытую
силу, и в этом их основная функция. 7'any'ала, в котором нет никаких
двусмысленностей, объясняет основную цель заклинания.
Заслуживает внимания также и то, что у-ула подчинено некоторому
ритму: симметрия, в которой расставлены четыре группы слов.
К тому же, хотя количество повторений слова ватуви варьирует
(я слышал произнесение этой формулы несколько раз), оно повторяется
одинаковое количество раз в обеих симметричных фразах.
Аллитерация в этой формуле, несомненно, также не случайна, так
как она встречается и во многих других заклинаниях.
Я подробно остановился на этой формуле, рассматривая ее как
типичный образец других, которые будут представлены без детального
анализа.
Вторая формула, в которой упоминаются имена предков, произносится
во время самого первого из серии следующих друг за другом
обрядов при иовота, когда товоси определяет землю, на которой
будут возделаны огороды. Эта формула начинается так:
"Т'удава, Ту-Тудава,
Малита, Ма-Малита", и т.д.
Здесь упоминаются имена двух далеких предков - героев обширного
мифологического цикла. Утверждается, что Тудава некоторым
образом является предком Табалу (наиболее высокорангового субкл
ана, который правит в Омаракане), хотя нет никакого сомнения
в том, что он относится к клану Лукуба (в то время как Табалу
относится к клану Маласи).
К этим же двум предкам взывают и в другой формуле, которая
произносится над определенными травами, используемыми в магии
192 Б. Малиновский
при посадках на огородах, а также над некоторыми деревянными
сооружениями, которые возводятся только с магическими целями и
называются камкокола. Эта формула начинается так:
"Каилола, лола; Каилола, лола;
Каигулугулу; каигулугулу;
Каилола Тудава,
Каигулугулу Малита,
Бисипела Т удава, бисила-и отокаикайя".
и т.д.
В вольном переводе это означает:
"Опускайтесь вниз [о вы, корни]; входите [в землю, о вы, корни];
[помоги им] опуститься вниз, о Тудава;
[помоги им] войти [в землю], О Малита;
Тудава возносится [букв. превращается];
[Тудава] садится на токаикайя (то есть на платформу для балома).
В системе земледельческой магии Омараканы нет специальных
упоминаний о каких-либо священных местах поблизости от деревни^
Единственное ритуальное действие, выполняемое во время церемонии
и связанное с балома, не очень существенно. После произнесения
соответствующего заклинания над первым таро, посаженным
на балеко (огородный участок, хозяйственная единица и объект
магических заклинаний), маг сооружает миниатюрную хижину и
ограждение из сухих веток; это называется си буала балома ("жилище
балома"). Над ним не произносится никаких заклинаний, не
удалось мне обнаружить и никакого предания или добиться объяснения
смысла этого странного действия.
Другим, гораздо более важным обращением к балома, хотя оно
и не связано с обрядом, является приношение, или подношение,
духам ула-ула, платы за магию. Ула-ула передается товоси (магу,
ответственному за огороды) членами общины и обычно состоит из
рыбы, но это могут быть также орехи бетеля или кокосовые орехи,
а в настоящее время еще и табак. Все это выставляется в доме мага;
рыба, составляющая только небольшую часть всего подношения,
насколько мне известно, пред этим приготавливается. В то время
как маг читает в своем доме заклинания над магическими снадобьями
и другими принадлежностями перед тем, как взять их на огород,
ула-ула, подносимая балома, должна быть выставлена где-то рядом
с заговариваемым материалом. Это подношение ула-ула для балома
не является отличительной особенностью одной лишь земледельчесБДЛОМА
193
кой магии Омараканы, оно встречается также и во всех других магических
системах.
Другая система (момтилакаива), о которой уже упоминалось,
имеет только одну формулу с перечнем имен балома. Так как она
похожа на приведенную выше - отличаются лишь сами имена, -
то я ее опускаю. Однако в этой системе магии роль балома гораздо
более выражена, ибо в одном из основных обрядов, в ритуале камкокол
а, делается подношение им, Камкокола - это большие, громоздкие
сооружения, состоящие из вертикальных столбов от 3 до 6
метров в высоту и наклонных шестов такой же длины, упирающихся
в вертикальные. Два боковых наклонных шеста камкокола своими
верхними концами укрепляются в развилине (между стволом использов
анного дерева и основанием ответвлявшегося от него сука)
на вершине вертикального столба. Если на них смотреть сверху, то
эти наклонные шесты оказываются под прямым углом друг к другу,
а невидимый вертикальный столб приходится на вершину угла, т.е.
сверху такая конструкция напоминает букву L, а сбоку - греческую
букву ^ Эти сооружения не имеют никакого практического назначения,
их единственная функция - магическая. Они образуют, так
сказать, магическую модель втыкаемых в землю подпорок для стеблей
таиту. Хотя камкокола представляют собой сугубо неутилит
арные сооружения, их возведение требует значительного труда.
Очень часто тяжелые столбы приходится приносить издалека, так
как вблизи деревень, в низкорослых зарослях, которые вырубаются
каждые четыре-пять лет, крупных деревьев очень мало. Неделями
мужчины заняты поисками подходящих деревьев, их валкой и дост
авкой на свои огороды для сооружения камкокола. Часто возник
ают конфликты из-за обвинений в краже столбов.
Ритуал камкокола во всех системах занимает обычно пару дней;
кроме того четыре дня или даже больше уходит на обязательный
отдых после всех тех работ на огородах, которые предшествуют
магическому действу. В системе момтилакаива первый день собственно
магии посвящен произнесению заклинаний над огородами.
Маг, иногда в сопровождении одного или двух человек, идет через
все поле (когда мне довелось наблюдать этот обряд, общее поле -
совокупность всех огородов - представляло собой полосу, растянувшуюся
примерно на три четверти мили) и на каждом огороде
произносит заклинание, прислонившись к одному из наклонных
столбов камкокола. Он стоит лицом к огороду и громким голосом,
194 Б. Малиновский
который разносится по всему участку, нараспев говорит заклинание.
Ему приходится сделать от тридцати до сорока таких декламаций.
Но для нас особенно интересен второй день, так как в исполняемом
на огородах обряде принимает участие вся деревня, и, по поверью,
при этом присутствуют также балома. Целью этого ритуала
является заговаривание листьев, которые будут затем помещены у
подножья камкокола, а также - в месте соединения вертикального
и наклонных столбов. Утром второго дня вся деревня занята приготовлениями
к обряду. Большие глиняные чаны, предназначенные
для варки пищи по праздникам, устанавливаются на раскаленные
камни [в костре], варево закипает, идет пар, а женщины снуют
вокруг и наблюдают за процессом. Некоторые женщины пекут свои
таиту в земляной яме, между раскаленными докрасна камнями.
Все сваренные и испеченные таиту будут принесены на поле и там
торжественно распределены.
Тем временем одни мужчины отправляются в буш, другие идут
на берег моря, а третьи - в раибоаг, чтобы собрать растения, необходимые
для магии. Следует набрать их целые охапки, так как
после ритуала заговоренные растения распределяются среди всех
мужчин, каждый из них берет свою долю и использует ее на собственном
участке.
Примерно около десяти часов утра я отправился на поле вместе
с Насибоваи, товоси деревни Тилакаива. У него на плече висел
большой ритуальный каменный топор, который он действительно
использует в нескольких обрядах, в то время как Багидоу из Омар
аканы никогда не употребляет этот инструмент. Вскоре мы прибыли
на место и уселись на землю, ожидая, пока соберутся все остальные.
Одна за другой начали подходить женщины. Каждая несла на
голове деревянное блюдо с таиту, часто ведя при этом за руку
одного ребенка и неся другого, устроившегося, обхватив ее ногами,
у нее на боку. Церемония должна была происходить в месте, где
дорога из Омараканы подходит к огородам Тилакаивы. По одну
строну поля, за оградой, были низкие заросли, подступившие совсем
близко за последнюю пару лет. На огородах земля была еще голой,
и сквозь довольно плотный частокол подпорок для будущих стеблей
таиту по другую сторону поля в отдалении просматривались раибо
аг и несколько рощиц. Два ряда особенно аккуратных подпорок
шли вдоль тропинки - по обе стороны от нее, - образуя красивую
"аллею", и там, где находились мы, они заканчивались двумя особенно
аккуратными камкокола. Около этих камкокола и должна
БАЛОМА 195
была проводиться церемония, а растения, которые предстояло положить
под ними и поместить на их вершины, должен был предост
авить сам маг.
Женщины расселись вдоль "аллеи" и по обоим краям поля. Пон
адобилось около получаса, чтобы все они собрались. После чего
принесенная ими еда была разложена по кучкам, одна кучка на
каждого присутствующего мужчину, причем вклад каждой женщины
был разделен между кучками. К этому времени прибыли все
мужчины, мальчики, девочки и младенцы. Вся деревня была в сборе,
и началось действо. Его открывала обычная сагали (раздача
еды); вдоль кучек с едой шел мужчина и около каждой кучки выкрикив
ал имя одного из присутствующих, после чего эта порция
(которая была выложена на деревянное блюдо) забиралась женщиной
(родственницей названного мужчины) и уносилась в деревню.
Таким образом, женщины возвращались в деревню, а вместе с ними
и младенцы, и дети постарше. Мне было сказано, что эта часть
обряда проводится для балома. Распределенная таким образом еда
называется балома каси (пища балома), и считается, что духи
принимают участие в обряде, наблюдая за происходящим и радуясь
еде. Однако кроме этих заявлений общего характера, абсолютно
невозможно было добиться более определенной и более
подробной информации о балома ни от кого из туземцев, включая
самого Насибоваи.
После ухода женщин, перед тем как начать "настоящий" обряд,
прогнали прочь и тех маленьких мальчишек, которые еще оставались.
Даже мне и сопровождавшим меня "боям" пришлось удалиться
за ограду. А весь обряд заключался лишь в произнесении заклин
аний над листьями. Большие охапки листьев положили на расстеленную
на земле циновку. Насибоваи присел перед ней на корточки
и проговорил свои заклинания. Как только он закончил, мужчины
набросились на листья. Каждый, схватив пригоршню, бежал на свой
участок, чтобы поместить их под камкокола и на ее верхушке. На
этом обряд и кончился. Вместе с ожиданиями все продолжалось час
с лишним.
Далее, в одном из заклинаний момтшакаива упоминается "священн
ая" роща (.кабома), называемая Овававиле. Она состоит из
высоких деревьев, очевидно, не вырубавшихся на протяжении жизни
многих поколений, и расположена довольно близко от деревень
Омаракана и Тилакаива. Она табуирована, и несоблюдение запрета
грозит опухолью половых органов (или слоновой болезнью). Я ни196
Б. Малиновский
когда не заходил в эту рощу не столько из страха нарушить табу,
сколько из-за боязни подцепить маленьких красных клещей, которые
в самом деле являются сущим наказанием. Для исполнения
одного из магических обрядов товоси из Тилакаивы отправляется
в этот священный лес и кладет большой клубень каси-иена (разновидность
ямса) на камень. Это - подношение для балома.
Заклинание звучит следующим образом:
"Аваита-у икавакавала 0вавава.'1(/?
Иаегула-и Насибова-и,
Акавакавала Овававала!
Тапуала: Бала баисе акава-кавала. Овававала Иаег.^ла-и
Насибова-ч акавакавала Овааавала, бала бачсе.
Агубитамуана. олопоуло Овававала; бала баисе
А-кабинаигуади олопоуло Овававала".
В этой формуле нет догина (заключительной части). Переводится
она следующим образом:
"Кто наклоняется в Овававиле?^
Я, Насибоваи (имя собственное нынешнего уювоси)
наклоняюсь в Овававиле!
Я отправлюсь туда и наклонюсь в Овававиле;
Я, Насибоваи наклонюсь в Овававилс;
я отправлюсь туда и принесу ношу
[здесь маг отождествляет себя с камнем,
на котором лежит каси-иена^ в кабома Овававиле.
Я отправлюсь туда и раздуюсь
[здесь он говорит о посаженном клубне] в роще Овававиле".
В этой церемонии связь между баломп и магией не очень заметна,
но она существует, а соотнесение с местностью служит еще одним
связующим звеном между традицией предков и магией. Это все о
земледельческой магии.
В двух самых важных системах рыболовной магии Киривины,
т.е. в магии деревни Каибуола, необходимой для охоты на акул, и
магии, способствующей ловле -калала (кефаль?) деревни Лаба-и,
духи также играют свою роль. Так, в обеих системах один из риту-
алов заключается в подношениях балома, которые также берутся
из ула-ула, платы, предоставляемой магу жителями его деревни. В
"акульей" магии один из обрядов происходит в доме мага. Исполнитель
обряда кладет небольшие кусочки приготовленной рыбы (которую
он получил в качества ум-ула) и немного орехов бетеля на
один из трех камней (к(n.lл(li'1^л(l), которые помещаются вокруг очага
БДЛОМА 197
и служат в качестве подставок для больших глиняных горшков, в
которых варят еду. Затем он произносит следующую формулу:
У-ула: "Камкуамса ками Ула-ула кубу-куабуиа. Инене-и.
Ибуаигана И-иовалу, Ви-иамоуло, Улопоуло, Боваса-и, Бомуатуеда".
Тапуала и догина: "Кукуавиласи поуло, куминум куаидаси поуло;
окавала Вилаита-у; окавала Обувабу;Кулоуси кувапуа/.исс вадола
куа-у обуарита, кулоуси кулувабоуодаси куа-у обуарита куиаиоиув
аси кукanуaгeгac^^ кумаисе кулукабодаси матами пуалалала окот
алела Винаки".
У-ула можно перевести:
"Ешьте свою ула-ула (дар, плата за магию), о незамужние женщины,
Инене-и" и т.д. (это все имена собственные женских балома).
В тапуала есть слова, которые я не смог перевести, но общий
смысл понятен: "Испортьте нашу рыбную ловлю, принесите неудачу
нашей рыбной ловле" (пока это заклинание, построенное по принципу
'от противного': в повелительной форме оно перечисляет дей-
ствия, которые должны быть предотвращены); "Идите, откройте
пасть акулы в море; идите, сделайте так, чтобы акула встретилась
в море, чтобы оставалась открытой (зияющей) ее пасть; идите,
сделайте так, чтобы они встретили акулу; ваши глаза (?); на берегу
Винаки".
Во всяком случае, этот отрывочный перевод показывает, что,
стремясь обеспечить удачную охоту на акулу, непосредственно взыв
ают к били балома (форма множественного числа от балома, употребляем
ая когда эти духи выступают в качестве действующего фактор
а в магии) незамужних женщин.
Мой информатор не меньше меня самого был озадачен вопросом:
"Почему женским, а не мужским балома приписывается эффективность
в этом виде магии?" Но вообще-то всякому, а не только магам,
было известно, что именно женские балома являются толипоула,
"хозяевами рыбной ловли". Маг и некоторые другие мужчины, которых
я спрашивал, посоветовавшись между собой, осторожно предположили,
что мужские балома отправляются рыбачить с мужчин
ами, а женские балома остаются покинутыми, и чтобы они не гнев
ались, маг должен их накормить. Другой мужчина указал на то,
что в мифе, объясняющем существование охоты на акул в Каибуоле,
женщина играет важную роль. Но было ясно: всем моим информатор
ам женское начало толипоула казалось столь естественным, что
такой вопрос ранее никогда не приходил им в голову.
198 Б. Малиновский
Ловля калала в деревне Лаба-и ассоциируется с мифическим героем
Тудавой, которого предание особенно тесно связывает именно
с этой деревней. Считается, что он был в некотором смысле предком
нынешних правителей Лаба-и. Магия, сопутствующая этому виду
рыбной ловли, главным образом сопряжена с мифологическими деяниями
Тудавы. Так, он жил на берегу, откуда и сейчас отправляются
ловить рыбу и где произносятся самые важные магические
формулы. Далее, Тудава имел обыкновение ходить по дороге, ведущей
от берега к деревне
...Закладка в соц.сетях
