Жанр: Электронное издание
belyj02
...й установкой на дополнительное "очернение"
писателей-эмигрантов, наоборот - в ряде случаев снимаются некоторые прежние
резкие, насмешливые характеристики и определения).
В силу этих соображений приходится отдать предпочтение "московской",
опубликованной в 1933 году редакции "Начала века", отразившей не только
внешние "цензурные" требования, но и - главным образом - окончательную
авторскую волю в отношении всего текста мемуаров. В приложении
воспроизводятся "Вместо предисловия" и "Введение" к "кучинской" редакции,
замененные в "московской" редакции преамбулой "От автора". Объем настоящего
издания, к сожалению, не позволяет поместить там же первоначальные редакции
радикально переработанных мемуарных главок. Кроме того, в примечаниях
приводятся связные фрагменты из основного текста "кучинской" редакции,
изъятые при подготовке окончательного текста ряда главок, не подвергавшихся
общей структурной переработке.
В отличие от "На рубеже двух столетий", "Начало века" по выходе в свет
не вызвало большого количества печатных откликов. В целом положительная и
весьма умеренная по тону рецензия на книгу появилась в "Известиях" (1934, №
50, 27 февраля); она подписана криптонимом К. Т. (К. Н. Бугаева, А. С.
Петровский и Д. М. Пинес в своих материалах к библиографии Белого указывают,
что ее автором был Н. И. Бухарин, тогда ответственный редактор "Известий").
Белый характеризуется в рецензии как "человек огромного своеобразия и очень
крупного художественного дарования". "Основная идейная ось" мемуарных книг
Белого, по убеждению автора отзыва, "глубоко ошибочна, несмотря на добрые
намерения автора: ему хочется показать и доказать, что символизм, который на
самом-то деле был "высшим" цветением новой буржуазной аристократии, играл
роль антибуржуазного бунта "чудаков". "Но, - продолжает рецензент, -
несмотря на этот основной порок идеологической схемы, автор дает чрезвычайно
яркую картину культурной пустоты и никчемности того круга людей, которые
считались воплощением культуры. К сожалению, книга весьма мало доступна для
понимания современного, нового читателя. Белый применяет по преимуществу
метод описания "внешнего поведения" изображаемых лиц, их "жестикуляции", а
не их внутреннего идеологического багажа. Поэтому книга говорит многое лишь
тем, кто знал сам описываемую среду. Характеристики некоторых персонажей,
например 3. Гиппиус, Мережковского, В. Розанова, злы и блестящи в своей
злости и меткости. (...) Контрреволюционная российская эмиграция завоет от
этой книги. Видно, как Андрей Белый старался поймать основную мелодию
современности и идти в ногу с нами. Но понять до конца новую эпоху и новый
мир он так и не смог, несмотря на всю свою культурную широту и громадную
художественную одаренность. Для историка "русской общественной мысли" и
особенно историка русского искусства книга представляет значительный
интерес".
Рецензия на "Начало века" Л. И. Тимофеева ("Последняя книга А.
Белого" - Художественная литература, 1934, № 1, с. 12 - 14) по содержанию и
оценкам во многом совпадала с отзывом "Известий": в ней обращалось внимание
и на сложность книги для широкого читателя, и на "историческую ценность"
мемуаров "главным образом в плане творческого анализа пути А. Белого", и
тяготение автора "к чисто внешним и порой шаржированным зарисовкам".
Указывая на "историческую ложность (...) неожиданнейшей трактовки символизма
как "марксизма", Л. Тимофеев не удерживается в рамках корректного и
уважительного тона, заданного "известинской" рецензией, и солидаризируется в
своих резких оценках символизма как воплощения "творческой деградации и
вырождения" "в эпоху загнивания капитализма" с "ценным предисловием Л.
Каменева", предпосланным "Началу века".
Список условных сокращений см. в первой книге мемуаров: Андрей Белый.
На рубеже двух столетий.
Подстрочные примечания в тексте принадлежат Белому.
ОТ АВТОРА
1 В автобиографическом письме к Р. В. Иванову-Разумнику от 1 - 3 марта
1927 г. Белый обозначает семилетие 1895 - 1901 гг. как "период выработки
мировоззрения; первый этап творчества; эстетизм, символизм, буддизм;
Шопенгауэр" (ЦГАЛИ, ф. 1782, оп. 1, ед. хр. 18). Ср.: "С 1897 года
начинается эпоха моего бурного литературного самоопределения; оно началось с
самоопределения философского полгода ранее" (Почему я стал символистом, с.
25).
2 Подразумевается Л. И. Поливанов. См.: "На рубеже двух столетий", гл.
3, примеч. 60.
3 П. Б. Струве и М. И. Туган-Барановский в 1890-е годы были основными
представителями и теоретиками "легального марксизма" в России.
4 Некоторые опыты Белого в этом роде сохранились: тетради дневниковых
заметок, главным образом на темы искусства, относящиеся к апрелю - маю 1899
г. (ГПБ, ф. 60, ед. хр. 10) и к маю - декабрю 1899 г. (ГБЛ, ф. 25, карт. 1,
ед. хр. 5), эстетический фрагмент "Несколько слов о красоте" (1895; ГПБ, ф.
60, ед. хр. 16). См.: Лавров А. В. Юношеские дневниковые заметки Андрея
Белого. - В кн.: Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник 1979. Л.,
1980, с. 116-121.
5 См.: "На рубеже двух столетий", Введение, примеч. 15. В мемуарном
очерке "Валерий Брюсов" Белый пишет о себе в старших классах гимназии: "Я
знаю одну декадентскую строчку, которую произношу с сатирическим пафосом:
"О, закрой свои бледные ноги". И тут мне рассказывают: эта строчка написана
Брюсовым: нашим Врюсовым - Брюсовым-поливановцем. Я вспоминаю серьезное
выражение лица мне знакомого восьмиклассника, лоб его и его одиночество;
как-то не верится, чтобы был он нахалом, шутом, сумасшедшим. И я говорю
себе: "Что-то не так" (Россия, 1925, № 4(13), с. 264).
6 К. Д. Бальмонт уехал из Москвы в Париж в новогоднюю ночь 1905 - 1906
г. Ему угрожало административное преследование за активную поддержку
революционеров (в частности, в дни Московского вооруженного восстания) и за
антиправительственные, антимонархические стихи; вернуться в Россию он смог
только в 1913 г., когда была объявлена политическая амнистия в связи с
300-летием дома Романовых. В июне 1920 г. Бальмонт выехал из Советской
России в годичную заграничную командировку, в марте 1921 г. перешел на
положение политического эмигранта.
7 Имеется в виду письмо Брюсова к Белому от 20 февраля 1905 г. См.:
Литературное наследство, т. 85. Валерий Брюсов. М., 1976, с. 381-382.
8 Конфликты Белого с Эллисом и Э. К. Метнером в середине 1910-х годов
были вызваны главным образом различным отношением к антропософии Р.
Штейнера: Белый был ее приверженцем и пропагандистом. Метнер не принимал
учения Штейнера, Эл-лис, ранее Белого приобщившийся к антропософии, вскоре
стал ее ниспровергателем.
9 Статья Белого "Обломки миров. (О "Лирических драмах" А. Блока)" была
впервые опубликована в журнале "Весы" (1908, № 5, с. 65-68). См.: Арабески,
с. 463-467.
10 Над окончательной редакцией "четвертой симфонии" "Кубок метелей"
(М., 1908) Белый работал в основном в 1906 - 1907 гг. В письме к
Иванову-Разумнику от 1 - 3 марта 1927 г. он сообщает о ранних стадиях работы
над этим произведением: "...летом 1902 года пишу первую редакцию 4-ой
Симфонии и в том же 1902 - вторую редакцию, уже портящую первую. Считаю
нормальной 4-ой Симфонией эти несуществующие первые две редакции (2-ую
редакцию читал Соловьевым в 1902 году осенью) (...) не напечатанная, лежит
года, перезревает в сознании; и потом уже в 1906 и 1907 годах изламывается
3-ьей и 4-ой редакцией в многослойный, пере-перемудреный "Кубок метелей"; да
и понятно: позднейшая работа над "Кубком", работа из периода, разорвавшего
все с эпохой "Симфоний": над этою эпохою (...) путь исканий вылился в 1902
году четырьмя "Симфониями", вышедшими в свет; последняя вышла гораздо
позднее; и - в перекалеченном виде" (ЦГАЛИ, ф. 1782, оп. 1, ед. хр. 18).
11 Белый характеризует свои полемические статьи 1906 - 1908 гг.,
печатавшиеся главным образом в "Весах"; основным объектом критики в них была
философско-эстети-ческая теория "мистического анархизма", выдвинутая Г. И.
Чулковым.
12 Неточно цитируется первое четверостишие стихотворения "Друзьям"
(январь 1907 г.), вошедшего в книгу Белого "Пепел". См.: Стихотворения и
поэмы, с. 249. Как пронзительно верная и прозорливая "эпитафия себе" это
стихотворение воспринималось многими современниками Белого. В "Воспоминаниях
об Андрее Белом" Н. И. Гаген-Торн свидетельствует, что незадолго до смерти
Белый, перенеся в Коктебеле, как считали врачи, солнечный удар, говорил ей:
"Но я так люблю солнышко (...) вот и перегрелся... Давно стихи мои могли
оказаться пророческими: Умер от солнечных стрел... ("Andrey Bely. Centenary
Papers". By Boris Christa. Amsterdam, 1980, p. 21). "Пророческими стихами"
называет это четверостишие и В. Ф. Ходасевич в мемуарном очерке о Белом
(Ходасевич В. Некрополь. Воспоминания. Bruxelles, 1939, с. 99).
13 Коробочка - помещица из 1-го тома "Мертвых душ" Гоголя; экзекутор
Яичница - персонаж комедии Гоголя "Женитьба" (1835).
ГЛАВА ПЕРВАЯ. "АРГОНАВТЫ"
1 В первоначальном варианте текста далее следовало:
"В жизни моей было два лишь таких момента, разделенных вереницею лет; в
них ножницы смыкались; переживался смысл казавшегося бессмыслицей; оно
оказалось диссонансом, без которого заключительный аккорд не прозвучал бы с
убедительной полнотой. Переживалось чувство, что еще предстоят бои за правду
пути; но предстоящие эти бои в огляде лет подавались в тональности кажущихся
побед над ними: эфемерные, облачные образования, смысл которых текуч!
Его предстояло прочесть.
Забегая вперед, переживал антитезу еще в изукрасах фантазии, облекающей
фанфарами преодолений и то, чем предстояло
болеть; воображением несся я к непременной победе. Но в мгновение,
которому говорил: "Ты - прекрасно", подстерегали грехи романтики; сказка о
рыбаке и рыбке повторялась со мною.
Только в этих выражениях сумел бы я характеризовать тему книги,
поданную в варьяциях встреч и событий; в ней описание некоего синтеза лет в
дымке романтики, заставившей переоценить силы и остановить колесо лет"
(ЦГАЛИ, ф, 53, оп. 1, ед. хр. 30, л. 19).
2 Ср. более полную и подробную характеристику Белым 1901 года как
ключевого и важнейшего в его биографии: "Главенствующие осознания этого
года: 1) Откровение Софии, 2) Духа Иоанновой, белой зари, 3) осознание, что
"уже - заря", 4) ожидание Денницы; кроме того: завязываются в этот год
встречи с рядом людей, глубоко влиявших на меня около десятилетия и более
(...) В этом же году складываются основные ноты моего творчества; и самое
крещение меня моим псевдонимом "Андрей Белый" происходит в этом году;
отсюда, из этого года, протягиваются нити, складывающие мое будущее (...)
1901 год отрезывает меня от моего теневого отрочества и юности; и предо мной
открывается перспектива шумных лет; в этот же год я осознаю впервые
отчетливо, что мой путь - не путь науки и что естественный факультет - лишь
случайная веха моего развития. Этот год есть год моего совершеннолетия:
мне - 21 год" (Материал к биографии, л. 16).
3 Ср. характеристику этого периода в письме Белого к Иванову-Разумнику
от 1 - 3 марта 1927 г.: "В первом полугодии 1901 года завершение как бы всей
эпохи апокалиптической в теме "Софии" 1) опознанной чрез посредство
философии и поэзии Вл. Соловьева, 2) жизненно (см. "Первое свидание"), 3)
творчески ("2-ая Симфония") (...)" (ЦГАЛИ, ф. 1782, оп. 1, ед. хр. 18).
4 В первоначальном варианте текста далее следовало: "Бывают биографии
без падений и взлетов; бывают обратные: это - мой случай; взлет - 1901 год;
то, что отпраздновал юноша на рубеже нового века, в годах стало
размышлениями о поступках, обнимающих семилетие.
До 1901 года изживаю я декадентское подполье; и открываю форточки в
пессимизм; подполье вырыто гимназистом; в нем я забаррикадировался;
баррикады мешают непритязательному общению: с родителями и друзьями" (ЦГАЛИ,
ф. 53, оп. 1, ед. хр. 30, л. 20).
5 П. Я. - псевдоним, под которым Поэт и революционер-народоволец П. Ф.
Якубович публиковал в 1880 - 1900-е годы свои стихотворения в журналах и
отдельными изданиями. "Три смерти" - лирическая драма А. Н. Майкова (1851).
6 "Споры с отцом и дядей за новое искусство" Белый относит к октябрю
1902 г. (Ракурс к дневнику, л. 15 об.).
7 Адольф Цейзинг, немецкий поэт и философ, автор работ по
математической эстетике, в 1854 г. выступил с обоснованием закона
пропорционального деления: если целое приходится делить на неравные, по
объему и значению, части, то эстетическое впечатление возникает в том
случае, когда меньшая часть деления относится к большей как большая
относится к целому; этот закон, по мнению Цейзинга, был известен в древности
под именем "золотого сечения".
8 С рефератом "О формах искусства" Белый выступал в студенческом
филологическом обществе в ноябре 1902 г. (чтение было разделено на два
вечера). Реферат лег в основу статьи Белого "Формы искусства" (Мир
искусства, 1902, № 12, с. 343 - 361; подпись: Борис Бугаев).
9 В первоначальном варианте текста далее следовало: "Она, черт дери, -
спец по искусству; отцу нравится мой союз с Гончаровой: работала у Рише,
знакома с Бутру; полезно у ней учиться; правда, теперь теософка она; но не
может же, черт дери, "теософия" отнять образованность" (ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1,
ед. хр. 30, л. 22).
10 "Tertia vigilia. Книга новых стихов. 1897 - 1900" (М., Скорпион,
1900) В. Брюсова вышла в свет во второй половине октября 1900 г.
11 С небольшими неточностями цитируется стихотворение Брюсова
"Ассаргадон. Ассирийская надпись" (1897), вошедшее в "Tertia vigilia". См.:
Брюсов В. Собр. соч. в 7-ми томах, т. 1. М., 1973, с. 144.
12 Немецкий египтолог Георг Эберс является автором романов, посвященных
истории Древнего Египта ("Дочь фараона", 1864; "Уарда", 1877 - 1881), а
также романов из римской и средневековой немецкой истории.
13 "Смерть богов (Юлиан Отступник)" (1895; первоначальное заглавие -
"Отверженный (Юлиан Отступник)") - роман Д. С. Мережковского о римском
императоре Юлиане, являющийся первой частью исторической трилогии "Христос и
Антихрист".
14 Лето 1902 г., проведенное в имении Серебряный Колодезь.
15 Персеиды - метеорный поток с радиантом в созвездии Персея, ежегодно
наблюдаемый визуально в августе. Слова Н. В. Бугаева о Персеидах
непосредственно отразились в 3-й "симфонии" Белого "Возврат" (М., 1905, с.
115 - 116):
"Вскинули головы. Орлов говорил: "Это летят Персеиды. В бешеном полете
своем не боятся пространств".
"Они летят все вперед... далеко за Нептун, в темных объятиях
пространственности"...
"Им чужд страх, и они все одолеют полетом... Сегодня улечу я, а
завтра - вы, - и не нужно бояться: мы встретимся"...
Они долго следили за полетом Персеид. То тут, то там показывались
золотые, низвергающиеся точки. И гасли.
Орлов шептал: "Милые мои, поклонитесь Нептуну".
16 В первоначальном варианте текста далее следовало: "поставили новый
крест; на нем висел венок фарфоровых незабудок.
Вспомнилось, как со вздохами, таимыми от меня, он расстался с мыслью
видеть меня ученым, удивляясь вниманью, которое мне оказывал Мережковский;
он уже понимал, что чего-то не понимает" (ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр. 30,
л. 25).
17 В первоначальном варианте текста далее следовало: "Мать верила моему
музыкальному слуху и следовала за моим увлечением - Григом и Вагнером; но не
переносила мысли, что я сочиняю мелодии.
Думается, что тут - дух противоречия; ее протест обрезал крылья;
"композитор" догаснул в подполье: к 1902 году; раз, застигнутый соседкой" -
и т. д. (ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр. 30, л. 26-27).
18 Белый подразумевает свою "мистериальную" влюбленность в М. К.
Морозову, оказавшую в 1901 г. огромное воздействие на все его мироощущение:
"...весь этот год для меня окрашен первой глубокой, мистическою,
единственной своего рода любовью к М. К. М. (...) М. К. М. в иные минуты
являлася для меня лишь иконою, символом лика Той, от Которой до меня
долетали веянья" (Материал к биографии, л. 16). О феврале 1901 г. Белый
вспоминает: "...моя встреча глазами с М. К. М. на симфоническом концерте во
время исполнения бетховенской Симфонии; и отсюда мгновенный вихрь
переживаний, мной описанный в поэме "Первое свидание". С той поры совершенно
конкретно открывается мне: все учение о Софии Премудрости Вл. Соловьева,
весь цикл его стихов к Ней; и моя глубокая и чистая любовь к М. К. М., с
которой я даже не знаком и которую я вижу издали на симфонических концертах,
становится символом сверхчеловеческих отношений (...)" (там ж е, л. 17 - 17
об.).
19 Суламифь (Суламита) - имя возлюбленной царя Соломона, к которой
обращена библейская Книга Песни Песней Соломона.
20 "Арсенъевская гимназистка" - Мария Дмитриевна Шепелева (о ее
отношениях с С. Соловьевым см.: Литературное наследство, т. 92. Александр
Блок. Новые материалы и исследования, кн. 1. М., 1980, с. 332 - 333). Ср.
воспоминания Белого о 1901 годе: "Для С. М. Соловьева этот год был (...)
тоже годом первой, глубокой, мистической любви к М. Д. Ш." (Материал к
биографии, л. 16).
21 В первоначальном варианте текста далее следовало: "Переживания не
были "гнилы"; "гнилы" - многие последовавшие "реальности", вроде хотя бы...
запоев Блока, ироника, "испытанного остряка", описывавшего, как в пачке
"кредиток" был "любовный напиток" (ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр. 30, л. 29).
22 Знаменитый венгерский дирижер Артур Никиш впервые гастролировал в
Москве в 1899 г.; американская певица Мария ван Зандт приезжала на гастроли
в Россию многократно (впервые - в 1885 г.). В статье "Маска" (1904) Белый,
давая литературный портрет Никита, сообщает, что присутствовал на его
репетициях (Арабески, с. 134 - 137). Вспоминая о 1901 годе, Белый отмечает:
"В этом же году для меня полоса увлечения Ни-кишем, которым я увлекался и
раньше; но теперь Никиш меня все более и более увлекает" (Материал к
биографии, л. 27).
23 Вероятно, имеется в виду адвокат И. А. Кистяковский.
24 Перипатетики - ученики и последователи Аристотеля (перипатетическая
философская школа в Афинах). Белый обыгрывает происхождение названия школы
(от г р е ч. peripateo - прохаживаюсь): Аристотель во время чтения лекций
прогуливался в Ликее со своими слушателями.
25 Стихотворения А. А. Курсинского в коллективном сборнике
стихотворений "Книга раздумий" (СПб., 1899) напечатаны не были; помимо трех
названных Белым авторов в нем были представлены стихотворения Ив.
Коневского.
26 В первоначальном варианте текста далее следовало: "Брюсов дернул
бровями, изображая постановку точки над "и": я более интересовался
Мережковским и Блоком, чем Брюсовым и Бальмонтом; моя недостаточная близость
к "Скорпиону" раздражала Брюсова; раздражение высказал он в формах
преувеличенной корректности; в те дни был преувеличенно вежлив со мною"
(ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр. 30, л. 32).
27 Подразумевается финальная символическая сцена драмы Г. Ибсена
"Строитель Сольнес" (1892): архитектор Сольнес восходит на башню
воздвигаемого по его проекту здания, падает вниз и гибнет.
28 Кружок Н. В. Станкевича - московское идейно-литературное объединение
1830-х годов, в которое входили многие видные литераторы и общественные
деятели России (Т. Н. Грановский, В. Г. Белинский, В. П. Боткин, Я. М.
Неверов, И. П. Клюш-ников, В. И. Красов, К. С. Аксаков, М. А. Бакунин и
др.).
В первоначальном варианте текста далее следовало: "я запрыгивал и в
лексикон Хлебникова; посягал на "за-умъ", не вылезал с ней в большой свет;
жалею: несколько заумных словечек выскочили в разговоре с Блоком, при матери
Блока, тетушке Блока, супруге Блока и других; они породили сумбур вплоть до
обвинений меня, что я-де вижу двуногую идею и розовый капот принимаю за...
зарю.
На пляже уместны трусики; в гостиной "Бекетовых" надо блюсти себя.
Об этом ниже.
В обществе Петровского, Владимирова и даже С. Л. Иванова я упражнялся в
придумывании слов, подобных слову "козловак" (ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр.
30, л. 33).
30 В списке "Кружки лиц, в которых мне приходилось бывать и работать",
Белый фиксирует: "Кружок "Арго": вынашивались идеи символизма. В эпоху от
1903 до 1906 бывали, между прочим, насколько помню: А. С. Петровский, С. М.
Соловьев, Л. Л. Кобылинский (Эллис), М. И. Сизов, Н. И. Сизов, Н. К. Метнер
(композитор), Э. К. Метнер (писатель), Н. П. Киселев, В. В. Владимиров, А.
П. Печковский, А. С. Челищев, П. Н. Батюшков, М. А. Эртель. Эти лица в
период 1903 - 1905 составляли ядро "аргонавтов" "..."" (ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1,
ед. хр. 100, л. 157 об. - 158).
31 В Мюнхене Белый жил и общался с В. В. Владимировым в ноябре 1906 г.
32 Журнал "The Studio" выходил в Лондоне с 1893 г. "Blatter fur die
Kunst" - основанный Стефаном Георге и издававшийся в Берлине с 1892 г.
Карлом Аугустом Клейном орган поэтического кружка Георге.
33 Интерес к этому философу-мистику надолго сохранился в среде
"аргонавтов". Позднее в издательстве "Мусагет" была выпущена в свет книга:
Рэйсбрук Удивительный. Одеяние духовного брака. Перевод Михаила Сизова. М.,
1910.
34 Начало сближения Белого с Эллисом относится к осени 1901 г. Ср.:
"Душою кружка - толкачом-агитатором, пропагандистом был Эллис; я был
идеологом" (Эпопея, I, с. 178). О формировании кружка "аргонавтов" см.:
Лавров А. В. Мифотворчество "аргонавтов". - В кн.: Миф - фольклор -
литература. Л., 1978, с. 137-141.
35 Имеется в виду книга В. В. Розанова "Легенда о великом инквизиторе"
Ф. М. Достоевского. Опыт критического комментария" (СПб., 1894).
36 В первоначальном варианте текста далее следовало: "от него
доставалось и Батюшкову, и Эртелю; не забуду: на мое восЧ кресенье зашла
случайно известная А. Н. Шмидт, автор "Tpe-i тъего Завета", - парадокс
судьбы в виде революционно настроенной сотрудницы "Нижегородского листка",
вообразившей себя предметом мистической поэзии Владимира Соловьева и
ужаснувшая последнего, семью его, всех друзей семьи (меня в том числе);
помню, как А. С. над нею развил пантомиму жестов. Он мог быть зол" - и т. д.
(ЦГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр. 30, л. 38).
37 Черты личности А. С. Челищева и характер его отношений с Белым
отчасти раскрываются в его стихотворном экспромте, обращенном к Белому и
датированном 8 апреля 1904 г. (ГБЛ, ф. 25, карт. 25, ед. хр. 6):
О, если б знали Вы, мой дорогой Борис,
Как я жалел, что отлучился
В тот вечер из дому. Поверьте,
Что видеть Вас, обнять, пожать Вам руку
Мне так хотелось бы теперь!..
Ведь я всю Пасху тосковал, меня
Бессонница заела совершенно,
И мысли мрачные, одна другой черней,
Измучили меня. В меня вселился ужас,
Как ядовитые глаза растоптанной змеи.
Мне так хотелось бы Вас видеть,
Хотелось бы послушать Вас,
Вы так спокойно говорите,
Уютный человек Вы, добрый и сердечный,
Ведь с Вами посидишь - на сердце точно легче,
И мысли мрачные летят далеко прочь.
(...) Однако, мой Борис, я посылаю Свое стихотворенье Вам прочесть.
Апухтину как будто в подражанье Оно написано,
Но, разумеется, куда же мне до образца!.. Простите Вы его, но при
свиданьи (Я не суда жду, нет) я умоляю Лишь не сердиться на меня. Я не поэт,
Не Эллис, не Аврелий, я не Белый, Я черный меланхолик!..
38 Статья "Ибсен и Достоевский", написанная Белым в конце 1905 г.
(впервые опубликована: Весы, 1905, № 12, с. 47 - 54), наглядно отразила
перелом в его мироощущении, сказавшийся, в частности, на переоценке
творчества Достоевского. Героям Достоевского Белый противопоставил в ней
героев драм Ибсена: "Достоевский - натура широкая, а Ибсен - высокая";
"Борг-маны, Сольнессы, Рубеки еще слишком прямолинейны, тяжелы (...) Но зато
герои Ибсена - воистину герои" ; "Герои Ибсена твердо гибнут в горах, не
разболтав того, о чем иные кричат в дрянненьких трактирах"; "Герои Ибсена
целомудренней на слова. Но мы не имеем права сказать, будто апокалиптическая
истерика Достоевского им совершенно чужда только потому, что эти последние
выбалтывают свою душу в грязненьких трактирах. (...) Я не знаю, что
ужаснее, - холодная готовность умереть, борясь с роком, или мистика
бесноватых Карамазовых" - и т. д. (Арабески, с. 96 - 99).
39 В первоначальном варианте текста далее следовало: "Он с любовью
выращивал во мне "Пепел", видя в нем шаг вперед от "Золота в лазури" к
Некрасову; ни художник, ни философ, ни литератор, а мечтающий о "земском
враче", - он живет в памяти как со-символист и со-аргонавт" (ЦГАЛИ, ф. 53,
оп. 1, ед. хр. 30, л. 42).
40 Вокруг Стефана Георге группировались немецкоязычные поэты и критики
символистско-неоромантической и панэстети-ческой ориентации (М. Даутендей,
О. Шмиц, Г. фон Гофман-сталь, Л. Клагес, Ф. Гундольф, К. Вольфскель, К. А.
Клейн, Э. Бертрам и др.).
41 Максимилиан Шик вошел в круг московских символистов весной 1903 г.;
став берлинским корреспондентом "Весов", неоднократно выступал со статьями о
немецкой литературной и культурной жизни. См. статью "Максимилиан Шик -
посредник между русской и немецкой культурами" (в сб.: Из истории
русско-немец
...Закладка в соц.сетях
