Жанр: Электронное издание
STEELRAT
... ведомо,
куда мы движемся. Разумеется, он не сказал бы мне этого, не заплати я ему.
Как это все гадко. Но я бы поступил точно так же на его месте.
Я постарался подбодрить его, но это было бесполезно. Думаю, что обед
окончательно подорвал его боевой дух. Лучше всего было бы высадиться на
этой планете, какой бы она ни была. Хороший вор может заработать на жизнь
в любом обществе. И еще один несомненный факт. Еда просто обязана быть
лучше той размазни, которую мы сейчас с трудом запихивали в рот.
Мы лежали на кроватях, пока корабль не коснулся поверхности планеты и
не зажглись зеленые огни. Наши скудные пожитки были уже собраны, и мы
снесли их вниз в тамбур. Капитан сам следил за приборами. Он что-то
бормотал, в то время как автоматический анализатор атмосферы производил
свои контрольные замеры; внутренняя дверь не откроется, пока с этим не
будет покончено и не будут получены результаты. Наконец прибор загудел и
выдал справку, капитан удовлетворенно хмыкнул, взглянув на экран. Огромный
люк со скрипом открылся, впуская струю теплого и едкого воздуха. Мы дружно
потянули носами.
- Стилограф к вашим услугам, - сказал капитан Гарт. Слон только
улыбнулся в ответ.
Капитан вышел первым, указывая нам дорогу, и мы последовали за ним с
нашими сумками. Была ночь, над нами ярко светились звезды, из-за темной
полосы деревьев неподалеку слышались крики каких-то невидимых существ.
Единственным источником света был освещенный тамбур корабля.
- Ну вот и все, - сказал капитан, остановившись на последней
ступеньке трапа. Слон покачал головой, указывая на металлическую
поверхность площадки.
- Мы все еще на корабле. Спустимся на землю, если вас это не
затруднит.
Они выбрали подходящий клочок земли неподалеку от трапа - но все же
не так близко, чтобы попытаться впихнуть нас обратно в корабль. Слон вынул
чек, взяв-таки в руки стилограф капитана, и аккуратно вывел свою подпись.
Капитан - какая подозрительность! - долго сравнивал ее с верхней подписью,
затем кивнул. Он торопливо зашагал к трапу, пока мы подбирали свои пожитки
- затем обернулся и выкрикнул в темноту:
- Теперь они ваши!
Как только трап взмыл вверх, мощные прожекторы, прорвав темноту,
ослепили нас, пригвоздив, словно мотыльков, к тому пятачку, где мы стояли.
Вооруженные люди бежали к нам со всех сторон, а мы крутились на одном
месте, словно зверьки в западне, совершенно растерявшись.
- Я же говорил, что здесь что-то не так, - сказал Слон. Он уронил
сумки и мрачно наблюдал за приближающимися к нам воинами.
Из темноты появилась великолепная фигура в красной униформе и
остановилась перед нами, покручивая огромные и элегантные усы. Как в
каком-нибудь историческом боевике, человек нес меч, плотно прижав его к
бедру.
- Я заберу у вас все, что вы имеете. Все! Быстро!
Два человека в форме подбежали к нам, чтобы проследить, как мы
выполним то, что нам было сказано. Они были вооружены какими-то странными
ружьями с огромными стволами и деревянными прикладами. Позади я услышал
скрип, это с корабля вновь опустили трап с капитаном Гартом, стоящим на
последней ступеньке. Я наклонился, чтобы подобрать сумки, и, ловко
извернувшись, нырнул к капитану, пытаясь его схватить. Раздался громкий
выстрел, и что-то со свистом пронеслось мимо моей головы и врезалось в
фюзеляж корабля. Капитан чертыхнулся и замахнулся на меня кулаком. Лучшего
и не придумаешь. Я шагнул в сторону, уворачиваясь от удара, перехватил его
руку и двинул ему как следует в поясницу. Он взвизгнул от боли, приятно
послушать.
- Отпусти его, - сказал чей-то голос, и я глянул поверх дрожащего
плеча капитана, чтобы увидеть Слона, лежащего на земле, и офицера,
наступившего ему на грудь сапогом. Судя по всему, меч служил вовсе не для
украшения - потому как его острие было прижато теперь к горлу Слона.
Похоже, день обещал быть занятным. Я слегка сдавил шею капитана свободной
рукой, прежде чем отпустить его. Он изящно соскользнул вниз, и его
бесчувственная голова аккуратно приземлилась на ступеньку трапа. Я отошел
от него на несколько шагов, и Слон с трудом поднялся на нетвердые ноги,
отряхивая с себя пыль и поворачиваясь к человеку, пленившему нас.
- Простите меня, великодушный господин, могу ли я спросить у вас, как
называется планета, на чьей поверхности мы стоим?
- Спиовенте, - прозвучал сердитый ответ.
- Спасибо. Если вы позволите, я помогу своему приятелю капитану Гарту
подняться на ноги, так как мне хотелось бы извиниться перед ним за
запальчивость моего юного друга.
Никто не остановил его, когда он повернулся к капитану, который
только что пришел в сознание и в тот же миг вновь потерял его, так как
Слон хорошенько двинул ему в ухо.
- Я в общем-то человек не мстительный, - сказал он, отходя от
капитана и вытаскивая кошелек. Он протянул его офицеру и сказал:
- Но на этот раз мне захотелось выразить свои чувства, прежде чем я
вернусь в свое привычное дружелюбное состояние. Вы понимаете, конечно,
почему я так поступил?
- Я сам сделал бы то же самое, - сказал офицер, подсчитывая деньги. -
Но шутки в сторону. Больше ни слова, иначе вам придется туго.
Он отвернулся, и из темноты появился еще один человек с двумя черными
металлическими скобами в руках. Слон стоял, словно оцепенев, и не
сопротивлялся, когда человек наклонился и защелкнул одну из них на его
лодыжке. Я не имел представления, что это за штуковина, но она мне не
нравилась. На меня ее так просто не наденут. Впрочем, надели. Ружейное
дуло вонзилось в мою спину, и я не выразил никакого протеста, когда вещица
защелкнулась на положенном месте. Тот, кто проделал все это, наконец встал
и посмотрел мне прямо в лицо. Он был так близко, что я чувствовал его
влажное дыхание. Он был, в придачу ко всему, ужасно безобразен, с глубоким
шрамом через все лицо, что вовсе не прибавляло привлекательности его
облику. Он ткнул острым пальцем мне в грудь и заговорил:
- Я, Тарс Тукас, слуга нашего могущественного властелина Капо Доссия.
Но никогда не называй меня по имени; зови меня всегда хозяин.
Я назвал его как-то, как-то получше, чем просто хозяин, но тут он
нажал кнопку на металлической коробке, которая висела у него на ремне. В
тот же миг я очутился на земле, пытаясь стряхнуть красную пелену,
заслонившую мне от боли белый свет. Первое, что я увидел после этого, был
Слон, лежащий передо мной и стонущий в предсмертной агонии. Я помог ему
подняться. Тарс Тукас не должен был этого делать, по крайней мере с
человеком его возраста. Когда я повернулся, он ухмыльнулся, и лицо его
перекосилось в уродливой гримасе.
- Так кто я? - спросил он. Я подавил в себе искушение, если не ради
себя, то ради Слона.
- Хозяин.
- Помни об этом и не пытайся сбежать. По всей стране имеются нервные
ретрансляторы. Если я включу эту штуку надолго, твои нервы перестанут
работать. Навсегда. Понятно?
- Понятно, хозяин.
- Доставай все, что у тебя есть.
Я достал. Деньги, бумаги, монетки, ключи, часы, какие-то детали. Он
бегло обыскал меня и, казалось, был какое-то время удовлетворен.
- Пошли.
Быстро приближался тропический рассвет, и огни гасли один за одним.
Мы, не оглядываясь, шли за своим новым хозяином. Слону было нелегко
поспевать за ним, и мне пришлось помогать ему. Тарс Тукас привел нас к
потрепанной повозке, которая стояла неподалеку. Нам указали на место
сзади. Мы сидели на дощатом сиденье и наблюдали, как из грузового отсека
корабля спускают на землю большие упаковочные ящики.
- Как здорово ты поддел капитана, - сказал я. - Ты, очевидно, знаешь
об этой планете что-то такое, чего я не знаю. Как она называется?
- Спиовенте, - он произнес это слово как грязное ругательство. Камень
на шее Лиги. Капитан продал нас в рабство со всеми потрохами. Да и сам он
тоже контрабандист. Существует полнейшее эмбарго на торговлю с этим
вонючим миром. А в особенности оружием - которым, я уверен, полны эти
ящики. Спиовенте!
Это не много добавило к тому, о чем я уже догадался сам - ничего
хорошего ждать здесь не приходится.
- Ты не мог бы быть хоть чуть-чуть по содержательней относительно
этого камня на шее?
- Вина за то, что я вовлек тебя в это дело, полностью лежит на мне.
Но капитан Гарт поплатится за это. Если нам ничего больше не удастся
сделать, мы отдадим его на суд справедливости. Мы должны сообщить об этом
Лиге каким-то образом.
Это КАКИМ-ТО ОБРАЗОМ повергло его в еще большее уныние, и он
обессиленно уронил голову на руки. Я сидел и молча ждал, когда он захочет
продолжить разговор. И он наконец заговорил, и в отраженном свете я
заметил, что в его глазах вновь появилась живая искорка.
- Nil desperandum [никогда не отчаиваться (лат.)], Джим. Не позволяй
ублюдкам сломить тебя. Мы подоспели сюда как раз вовремя. Лига впервые
столкнулась с этой планетой около десяти лет назад. Она была изолирована
многие тысячелетия, и дела здесь шли плохо. Это то место, где Преступление
показывает себя не с лучшей стороны - потому как уголовники здесь правят
бал. Сумасшедший дом, захваченный умалишенными. Сплошная анархия - нет, не
совсем так - на Спиовенте анархия выглядит так, словно вся жизнь -
сплошной пикник, увеселительные игрища бойскаутов. Я довольно подробно
изучал систему управления на этой планете, когда разрабатывал свою
собственную философскую теорию. Здесь происходит то, что соответствует
канувшим в Лету мрачным векам развития человечества. Оно достойно
презрения, с какой бы стороны мы ни посмотрели - но Лига ничего не может с
этим поделать, кроме как пуститься на прямое вторжение. Что абсолютно не
согласуется с философией Лиги. Сила Лиги оборачивается в данном случае ее
слабостью. Никакая планета или планеты не могут напасть на другую планету.
А если все же нападет, то будет разрушена другими, так как война в наши
дни признана всеми вне закона. Лига может только лишь помочь вновь
открывающимся планетам, предложить гуманитарную и техническую помощь.
Ходят слухи, что существуют тайные организации в Лиге, которые работают
над свержением подобных отталкивающих цивилизаций - но, конечно, это не
выставляется для широкой публики. Поэтому то, что нас здесь ожидает - это
неприятности и большие неприятности. Ведь Спиовенте - это кривое зеркало,
в котором отражаются все современные цивилизации. Здесь нет определенных
порядков - только сила. Банды уголовников управляются Капо, человек с
мечом в живописной униформе, Капо Доссия, один из них. Каждый Капо
контролирует такую большую территорию, какую только может. Его
последователи кормятся дележом добычи, выбитой из местного крестьянства
или в результате удачной войны. И на самом дне этой уголовной пирамиды
находятся рабы. То есть мы.
Он кивнул на наши кандалы, вызывающие болевой шок, и подавленно
замолчал. Я тоже.
- Но все же мы можем с оптимизмом глянуть на вещи, - в отчаянии
проговорил я.
- С каким оптимизмом?
Я и сам удивился своим словам, бешено размышляя вслух.
- С оптимизмом, да, нужно всегда смотреть на жизнь с оптимизмом. Ну
например - мы теперь далеко от Бит О'Хэвен и от всех наших тамошних
проблем. И готовы к новому старту.
- Со дна навозной кучи? В качестве рабов?
- Правильно! Отсюда единственное, куда мы можем двигаться - это
вверх!
Его губы дернулись в слабой улыбке, отвечая на мою отчаянную реплику,
и я торопливо продолжал.
- Например - они обыскали нас и забрали все вещи, что у нас были.
Все, да не все. У меня сохранился маленький сувенир в ботинке, еще с моего
путешествия в тюрьму. Вот этот, - я достал отмычку, и его улыбка стала
заметней. - И он работает - смотри, - я открыл свой болевой обруч и
показал его Слону, затем пристегнул его на место. - Итак, когда мы будем
готовы бежать - мы сбежим!
Теперь усмешка на его лице превратилась в широкую улыбку. Он протянул
руку и тронул меня за плечо в порыве настоящих дружеских чувств.
- Как же ты прав, - просиял он. - Мы будем очень примерными рабами -
какое-то время. Достаточное для того, чтобы изучить все ходы и выходы в
этом обществе, цепочку управления и возможности проникновения в нее,
источники доходов и способы добраться до них. Как только я обнаружу
трещины в структуре данного общества, мы вновь станем крысами. Не
стальными нержавеющими, боюсь признаться, а с серой шерсткой и маленькими
зубками.
- Крыса - как не назови, а звучит благородно. Мы все вынесем!
Нам пришлось подвинуться, когда первый ящик забросили на задок
повозки, она затрещала и застонала под его тяжестью. Закинув последний
ящик, грузчики забрались к нам сами. Я был рад, что в повозку попадало
мало света - мне совсем не хотелось разглядывать их поближе. Трое
неряшливых, грязных мужиков, небритых и одетых в лохмотья. И к тому же
немытых, насколько мог это определить мой подергивающийся нос. Тут наверх
забрался четвертый, крупнее и кошмарнее тех трех, хотя и вид его одежды
был немного поприличнее. Он взглянул на нас сверху вниз, и я сразу понял,
что дело дрянь.
- Вы знаете, кто я такой? Я - Бугор. Это мое стадо, и вы будете
делать то, что я скажу. Для начала я скажу, чтобы ты, старикашка, снял
свою курточку. На мне она будет выглядеть симпатичней, чем на тебе.
- Спасибо за намек, сэр, - очень вежливо ответил Слон. - Но думаю,
что я все же оставлю ее себе.
Я знал, что он делает, и надеялся не оплошать. Здесь было не слишком
много места для размаха, а этот головорез весил в два раза больше меня. У
меня было время только для одного удара, не более, и этот удар должен быть
очень хорошим и точным. Грубиян взревел от ярости и бросился к нам,
карабкаясь через ящики. Охваченные ужасом рабы поспешили убраться с
дороги. Я тоже отпрянул в сторону, и он, не обратив на меня внимания,
прошел мимо. Прекрасно. Он почти уже добрался до Слона, когда я ударил его
по загривку сцепленными вместе кулаками. Раздался глухой стук, и он
свалился замертво на крышку ближайшего ящика. Я повернулся к рабам,
которые наблюдали за происходящим, выпучив глаза в немом оцепенении.
- Теперь у вас новый Бугор, - сказал я им, и они торопливо закивали в
знак согласия. Я ткнул пальцем в ближайшего раба. - Так как меня зовут?
- Бугор, - тотчас же ответил он. - Только не поворачивайся спиной к
этому, когда он придет в себя.
- Вы поможете мне?
Усмешка обнажила его почерневшие сломанные зубы.
- Драться помогать мы не будем. Но будем предупреждать тебя, если ты
не будешь бить нас, как он.
- Я не собираюсь вас бить. Все поможете?
Они дружно закивали.
- Хорошо. Тогда вот вам первое задание - выбросите своего старого
Бугра из повозки. Мне не хотелось бы находиться с ним рядом, когда он
очухается.
Они выполнили задание с большим энтузиазмом, добавив к нему несколько
пинков по собственной инициативе.
- Спасибо, Джеймс, ценю твою помощь, - сказал Слон. - Я предполагал,
что рано или поздно тебе придется с ним сразиться, так почему бы не
сделать это пораньше, использовав меня, как отвлекающий маневр. Ну вот,
наше восхождение в данном обществе началось - раз уж тебе удалось
выбраться наверх из самой низшей категории рабов. Боже праведный - а это
что такое?
Я посмотрел туда, куда он показывал, и глаза мои, так же как и его,
полезли на лоб. Наверное, это можно было бы назвать машиной, вероятней
всего так оно и было. Оно приближалось к нам очень медленно, громыхая и
лязгая железом и извергая на ходу клубы вонючего дыма. Оператор
развернулся перед нашей повозкой, а его помощник выпрыгнул на землю и
соединил ее с тягачом. Повозка, подпрыгнув на месте, двинулась в путь.
- Посмотри внимательней, Джим, и запомни, - сказал Слон. - Ты видишь
кое-что, существовавшее на заре технологической революции, давно забытое и
потерянное в глубине веков. Этот тягач приводится в движение ПАРОМ. Это
паровая машина, как пить дать. Знаешь, а мне начинает здесь нравиться.
Я не был очарован этими допотопными механизмами в отличие от Слона.
Мои мысли больше занимал поверженный головорез, и я пытался представить,
что произойдет, когда он придет за мной. Я должен был поподробнее
разузнать местные правила игры - и побыстрее. Я пододвинулся ближе к
остальным, но прежде чем мне удалось начать разговор, мы въехали на мост
и, грохоча на всю округу, промчались через ворота в высокой стене.
Водитель нашей паровой колесницы остановился и крикнул:
- Разгружайте здесь.
В своей новой роли Бугра я наблюдал за разгрузкой и не пытался им
помочь. Последний ящик был опущен на землю, когда один из моих рабов
окликнул меня.
- Вон он идет - через ворота позади тебя!
Я быстро повернулся. Он был прав. Экс-Бугор двигался на меня, готовый
к бою, с горящим от бешенства лицом и налитыми кровью глазами. Взревев,
как разъяренный зверь, он ринулся в атаку.
Первое, что я сделал - дал деру от нападавшего, который рычал позади
меня, чуть не наступая мне на пятки. Вовсе не со страху, хотя бояться было
чего, а просто потому, что мне нужно было место, где бы я мог как следует
развернуться. Как только я отбежал на приличное расстояние от повозки, я
повернулся и подставил ему подножку, так что он растянулся во всю длину на
навозной куче. Это вызвало у зрителей бурю восторга; я мельком окинул
взглядом двор, пока он поднимался на ноги. Вокруг стояли вооруженные
воины, еще несколько рабов - и человек в сверкающем красном одеянии, Капо
Доссия, который вычистил наши карманы. В моей голове начала появляться
кое-какая идея, но прежде чем она могла приобрести определенные формы, мне
нужно было двигаться, чтобы сохранить себе жизнь. Головорез кое-чему
научился. Он больше не бросался на меня, как дикий зверь. Вместо этого он
стал медленно подбираться ко мне, раскинув руки и растопырив пальцы. Если
бы я позволил ему нежно приобнять меня, я бы не выбрался из его тисков
живым. Я неспешно отступал, поворачиваясь лицом к Капо Доссия, затем
отошел в одну сторону и быстро шагнул вперед. Схватив одну из протянутых
рук моего соперника обеими руками, я со всей силы рванул ее на себя и
вниз. Моего веса оказалось достаточно, чтобы заставить его перелететь
через мое плечо и вновь растянуться во весь рост на земле. Я мигом вскочил
на ноги - держа в голове ясно очерченный план действий. Показательные
выступления.
- Это была правая рука, - громко выкрикнул я.
Шатаясь из стороны в сторону, он попытался возобновить атаку, и я
использовал удобный момент для очередного удара.
- Правое колено.
Использовав ловкий прием, я пнул его по колонной чашечке. Это было
довольно болезненно, и он вскрикнул, падая на землю. На этот раз он не так
скоро поднялся на ноги, но его глаза были все еще полны ненависти. Он не
собирался прекращать борьбу до того момента, пока не лишится сознания. Ну
хорошо. Это даже лучше для демонстрации моего искусства.
- Левая рука.
Я схватил ее и заломил ему за спину, с силой толкая вперед. Он был
силен - и все еще продолжал сопротивляться, пытаясь достать меня правой
рукой и подставить мне подножку. Но я опередил его.
- Левая нога, - крикнул я, со всей силы двинув ему под коленку, и он
рухнул на землю снова. Я шагнул назад и посмотрел на Капо Доссия. Он с
пристальным вниманием наблюдал за боем.
- Можешь убить так же легко, как и плясать свой танец смерти?
- Могу. Но предпочитаю не делать этого, - я почувствовал, что мой
противник встал на ноги, раскачиваясь из стороны в сторону. Я слегка
повернулся, чтобы краешком глаза видеть его движения. - Что я предпочитаю,
так это выбить из него сознание. В этом случае я выиграю поединок - а вы
не лишитесь своего раба.
Руки головореза сомкнулись у меня на шее, и он неистово загоготал. Я
рисовался и прекрасно это понимал. Должен же я был продемонстрировать
аудитории настоящее представление. Поэтому, совершенно не глядя в его
сторону, я нанес удар согнутой рукой, вонзая свой локоть в его кишки, в
самую середину под ребра, прямо в нервный узел, известный как солнечное
сплетение. Он разжал руки, и я шагнул вперед, услышав позади себя глухой
удар, когда он всей тяжестью своего тела повалился наземь. Без чувств.
Капо Доссия знаком подозвал меня к себе и заговорил, когда я подошел
ближе.
- Это новый для нас способ борьбы, пришелец из другого мира. Мы
устраиваем здесь бои среди головорезов и ставим на них деньги. Они дерутся
на кулаках, молотя друг друга до тех пор, пока кровь не хлынет рекой и
один из них не сможет продолжать бой.
- Такие сражения жестоки и расточительны. Знать, куда ударить и как
ударить - вот это искусство.
- Но твое искусство теряет ценность против острого стального клинка,
- сказал он, наполовину вытаскивая свой меч из ножен. Теперь мне нужно
было действовать осторожно, а то ему вздумается покрошить меня на мелкие
кусочки, чтобы посмотреть, что я буду делать.
- Конечно, с голыми руками бесполезно идти против такого мастера
клинка, как вы, - насколько я понял, мечом он пользуется лишь за столом,
когда нужно отрезать жаркое, но лесть могла мне здесь помочь. - Тем не
менее против неумелого фехтовальщика или воина с ножом мое искусство можно
применять.
Он переварил сказанное мной, затем подозвал стоявшего рядом воина.
- Ты, доставай свой нож.
Это уже не лезло ни в какие ворота - но я не видел никакой
возможности избежать схватки. Воин улыбнулся и, вытащив длинный сверкающий
кинжал из ножен, горделиво двинулся ко мне. Я улыбнулся ему в ответ. Он
занес кинжал над головой, пытаясь вонзить его в меня сверху - а не держа
его прямо перед собой, как сделал бы опытный боец. Я дал ему возможность
начать первым и не шевельнулся до тех пор, пока он не ударил. Стандартная
защита. Я уклонился от удара в сторону, подставив под его запястье свое
предплечье. Схватил руку с кинжалом обеими руками, повернул, вывернул и
готово. Все было проделано очень быстро. Нож полетел в одну сторону, он -
в другую. Я должен был прекратить демонстрацию как можно быстрее, пока в
меня не полетели дубинки, ружья я прочие виды оружия, испробовать которые
на мне могло прийти в голову главному головорезу. Я шагнул ближе к Капо
Доссия и заговорил негромким голосом.
- Это секретные способы защиты - и убийства - принятые в нашем мире и
неизвестные здесь, на Спиовенте. Мне не хотелось бы показывать еще что-то.
Уверен, что вы не очень-то желаете, чтобы ваши рабы овладели подобными
опасными приемами. Позвольте мне продемонстрировать вам, что я умею, без
этой ободранной толпы. Я могу обучать своему искусству ваших
телохранителей. Ведь есть люди, которые хотят вас убить. Подумайте сначала
о своей собственной безопасности.
Для меня это прозвучало, как лекция по безопасности дорожного
движения, но похоже, что она имела смысл для него. Но все же я не
окончательно убедил его.
- Я не люблю новых вещей, новых способов. Мне нравится настоящее
положение дел.
Разумеется, когда он наверху, а остальные в цепях внизу. Я торопливо
проговорил:
- То, что я делаю - не новое. Оно старо, как мир. Секреты, которые
тайно передавались из поколения в поколение с незапамятных времен. А
теперь эти секреты могут стать вашими. Грядут перемены, вы это знаете, а
знание - сила. Когда кто-нибудь придет отобрать у вас все, что вы имеете,
любое оружие пойдет в дело, чтобы разбить их.
Я нес какую-то белиберду - но надеялся, что это звучит убедительно
для него. Судя по тому, что рассказал мне Слон об этом гнилом мирке, наше
единственное спасение было в силе - паранойя окупала все сполна. По
крайней мере это заставило его задуматься, что было, по всей видимости,
весьма затруднительно для его узкого лба. Он развернулся на каблуках и
зашагал прочь.
Вежливость, как и мыло, были незнакомы этой планете. Никаких
"увидимся позже" или "дай мне подумать над этим". Мне потребовалось
несколько минут, чтобы осознать, что публика исчезла. Разоруженный воин
сердито смотрел на меня, потирая руку. Но все же он спрятал свой клинок
подальше. Раз я разговаривал с самим Капо Доссия, я приобрел в его глазах
определенный статус, и он не мог зарезать меня безо всякой причины. Зато
запросто мог это сделать мой первый соперник, экс-Бугор. Он сидел
совершенно ошеломленный, когда я подошел к нему, и смотрел на меня,
прищурившись. Я постарался выглядеть скромно и застенчиво.
- Ты уже два раза подбирался ко мне. Думаю, третьего раза не будет. А
если будет, то он будет последним. Ты просто умрешь, если попытаешься
выкинуть что-нибудь подобное.
На его лице все еще была написана ненависть, но теперь к ней
примешивался страх. Я шагнул вперед, и он съежился от страха. Вот теперь
хорошо. Только не надо поворачиваться к нему спиной слишком часто. На этот
раз я повернулся и гордо зашагал прочь. Он неуклюже последовал за мной и
присоединился к группе ожидающих нас рабов. Казалось, он смирился со своим
свержением так же, как и все остальные. В его сторону полетело несколько
злобных взглядов, но насилия не последовало. Мне это нравилось. Одно дело
упражняться в гимнастическом зале, и совсем другое - связываться с этими
злодеями, которые и в самом деле пытаются меня убить. Слон засиял от
радости, поздравляя меня.
- Молодчина, Джим, просто молодчина!
- Я устал до смерти. Что д
...Поділитися у соцмережах
