Жанр: Электронное издание
skir1
...авив руль Яльмару, Курт бросился
отвязывать канаты. Бешеный порыв ветра повалил корабль на бок, в трюм хлынула
вода, а ещё через мгновение страшный удар сотряс когг от киля до клотика.
Обледенелая верёвка выскользнула из пальцев, и Жуга полетел в темноту.
Холодная вода обожгла не хуже огня. Жуга всплыл, крича и задыхаясь, и
снова скрылся в волнах - плавал он из рук вон плохо. Тяжелая туша корабля
ворочалась совсем рядом, Жуга ещё успел заметить, как что-то тёмное мелькнуло в
воздухе, прежде чем очередная волна накрыла его с головой, и рев прибоя
поглотил его последний крик.
Темнота.
Долгий, пристальный взгляд. Лицо худое и очень длинное. Короткий жёсткий
ёжик стриженых волос. Темные, в глубоких впадинах глаза. Сурово сжатые губы.
Жуга впервые в этом сне был самим собой. Он смотрел в эти темные холодные
глаза, и прошла, казалось, целая вечность, прежде чем он нашёл в себе силы
сделать первый шаг.
- Кто ты? - спросил Жуга.
Молчание.
- Ты... Веридис?
Лицо дрогнуло.
"Нет."
- Чего ты хочешь?
"Я возвращаюсь. Меня одолели в нечестном бою. Я должен был вернуться."
- Зачем ты приходишь ко мне?
"Мне нужно тело. Мне нужен ты. Ты или девчонка. Или вы оба."
- Вот значит, как... - пробормотал Жуга. - Огонь в порту, и дом
волшебника, и та сгоревшая цыганская кибитка - всё только для того, чтобы мы с
ней встретились?
"Не с ней. Со мной."
- Ты жесток.
"Я должен был вернуться."
- Цыгане, волшебник и дюжина гребцов вместе с ладьей - не слишком ли
большая цена за твоё возвращение?
"Все части света могут гореть в огне, меня это не затронет. Я должен был
вернуться."
- Меня ты не получишь.
"Тогда я заберу ее."
- Зерги сможет за себя постоять.
Тонкие губы искривила улыбка.
"Ты уверен?"
Жуга промолчал.
"Ты сам позовёшь меня,"- сказал голос и исчез.
Жуга открыл глаза и долго не мог понять, где находится.
Он лежал в тепле и тишине, глядя вверх, на чёрные потолочные балки, откуда
мягким пологом свисала ветхая рыбачья сеть. Пахло дымом. Потрескивал огонь в
очаге. Слышно было, как за окном завывает ветер.
Жуга пошевелился, и вдруг понял, что в кровати он не один - чье-то тёплое
тело тотчас же теснее прижалось к нему, тонкая рука поправила латаное одеяло.
Жуга повернулся и замер, увидев совсем рядом знакомые серые глаза.
- Зерги?! - Он сел, порываясь встать. Голова закружилась. - Я...
- Лежи, дурачок, лежи, - улыбнулась та. - Мы одни. Яльмара и цыганенка я
услала - пусть до рынка сходят, может, хоть поесть чего-нибудь купят.
- Но почему... ты...
- Иначе бы ты не отогрелся - море, оно не шутит.
- Где мы?
- В рыбачьей хижине.
- А что ж хозяева?
- Нет хозяев, - девушка помрачнела. - И видно, уж давно нет.
Жуга вздохнул и откинулся на подушку. Его знобило.
- Сколько времени прошло? - спросил он.
- С тех пор, как мы разбились? Ночь и ещё полдня.
- А с кораблем что?
- Нет больше корабля.
- А немец?
- Не знаю, - Зерги пожала плечами. - Сбежал, наверное. Когда на берег
вылезли, он ещё с нами был, а после пропал куда-то...
Жуга помолчал.
- Как вы меня вытащили?
- Волны выбросили. Считай, что второй раз родился.
Левое запястье всё ещё чесалось. Жуга выпростал руку из-под одеяла.
Браслет был на месте.
- Я не стала его снимать, - перехватив его взгляд, пояснила Зерги. - Хотя
всё остальное - пришлось.
Жуга покраснел. Близость юного девичьего тела опьяняла, исподволь,
потихоньку разжигая огонь желания. Зерги улыбнулась:
- Ну, я гляжу, ты совсем уже оттаял.
- Извини, - Жуга сел и принялся выпутываться из одеяла.
- Глупый, - легкая рука легла ему на плечо и потянула обратно. - Иди
сюда...
Когда Яльмар, навьюченный как ишак, сквозь дождь и ветер добрался наконец
до хижины, то обнаружил дверь запертой изнутри, и, поразмыслив, решил не
стучать.
- Как же тебя всё таки зовут?
- А тебя? - вопросом на вопрос ответила Зерги. - Или хочешь, чтобы я
поверила, будто так и звать тебя - Жуга?
Жуга пожал плечами.
- Когда-то звали по-другому, а потом... Я сам так решил.
- Опасная эта вещь - прозванья всякие, - девушка нахмурилась. - Нельзя с
ними играть - как назовёшься, так и жить будешь.
- На себя посмотри. Зерги - а! о! куда бежать... Тоже мне, имечко...
- Молчал бы уж, дурак.
- Уж и сказать нельзя... И всё таки, почему - Зерги?
- Просто так... - Девушка села, обхватив колени руками, и зябко поёжилась.
Покосилась на очаг - поленья в нем почти прогорели. - Вообще-то это Веридис
придумал. Я часто раньше под мальчишку рядилась, если куда-нибудь идти надо
было - всё безопасней. Попробуй по имени разбери - парень или девка... Вот. -
Зерги вздохнула. - Арбалет жалко. Для меня сработан был, особо, на заказ.
Веридис за него двести талеров отдал...
Жуга нахмурился.
- Ты говоришь о нем, как говорят об отце. Или - о любимом.
- Ну, как сказать... - Зерги огляделась. - Я родилась в семье рыбака. Вот
в такой же хижине росла. А потом... Отец как-то раз в море ушёл, да так и не
вернулся. Я его почти уж и не помню. Сколько-то лет мы с матерью пробавлялись
тем, что море выбрасывало. Потом и мать померла. А Веридис... он был для меня
всем. Понимаешь? Отцом, братом... Всем.
Тряхнув головой, она встала и подбросила дров в очаг. Пощупала сохнущие на
верёвке свои куртку и штаны, поморщилась недовольно: "Сырые!"- пробежала на
цыпочках обратно, юркнула под одеяло и завозилась там, устраиваясь поудобнее.
Жуга придвинулся ближе и подложил руку ей под голову.
- Брр! холодина... - Взгляд её упал на браслет. - Помнишь, ты говорил мне,
будто он меняет тебя? Расскажи мне, как.
- Да мало ли, как... - пожал плечами Жуга. - По-разному. Сразу даже и не
поймёшь, а может, и вовсе - только кажется мне. Нюх, вон, острее стал, раны
быстрее заживают... А то ещё, вроде как наговоры легче творить стало. Раньше,
бывало, слов не напасешься, а сейчас сами на место так и лезут, - Жуга
задумался на секунду и прибавил с усмешкой. - Глядишь, и вовсе скоро станут не
нужны. Да, кстати! Всё хотел спросить... Не трудно тебе было мальчишкой
притворяться?
- Не очень, - уклончиво ответила та.
- А труднее всего что?
- Ругаться!
Они глянули друг на друга и рассмеялись.
Дверь вздрогнула от мощного удара - похоже было, что там, снаружи этот
смех кому-то очень не понравился.
- Эй, вы! - грохотал Яльмар. - Ну может, хватит там? Холодно ведь, зашиби
меня Мьёльнир!
- Чёрт! - Зерги подпрыгнула и ошеломлённо посмотрела на Жугу. - Мы же про
него совсем забыли!
Она прыснула, и оба снова покатились со смеху.
Ближе к вечеру Зерги обнаружила в куче хлама большущий, со сколотым краем
горшок и тотчас загорелась идеей вымыться целиком, вытолкав вон ради такого
дела уже обоих; что до цыганчонка, то он как ушёл вчерашним вечером проведать
своих, так и не воротился до сих пор.
Продрогнув на холодном ветру, Яльмар и Жуга решили пройтись.
- Совсем с ума сошла! - ворчал викинг, шагая вдоль кромки прибоя и
поддавая сапогом мелкие камни. - Только-только из моря - и снова мыться! Делать
ей нечего... А ну, как ещё сварится в этом своем котле?! Хоть бы ты
присматривал за ней, что ли.
- Присмотришь за ней, как же... - усмехнулся Жуга. - Она сама за кем
хочешь присмотрит. И чего ты, Яльмар, на нее так ополчился?
- Ничего я не ополчался, - хмыкнул тот. - Баба - она баба и есть. Что с
нее взять? её дело - дома сидеть, детей нянчить, да мужа из похода ждать. И
нечего тут командовать.
- Слушай, Яльмар, - спросил вдруг Жуга, - а тебе лет-то сколько?
- Двадцать третья мне зима идет, - ответил тот и почему-то покраснел.
Некоторое время они шли молча. Ветхая лачуга скрылась из виду, и вскоре
впереди неясным силуэтом замаячил выброшенный на берег остов ганзейского
корабля - без мачты, без руля и носовой башенки, разбитой в щепки.
- А вообще-то боевитая девчонка, - несколько неохотно признал вдруг
Яльмар. - И стреляет здорово, и плавает... Это ведь она тебя, дурака, из воды
вытащила, когда ты искупаться решил.
- Зерги?! - Жуга остановился.
- Она, она, - кивнул варяг и усмехнулся. - А то ты не знал? Мог бы и
догадаться. А иначе зачем ей одежду-то сушить?
У Яльмара был такой вид, словно он сам, лично запихнул обоих под одеяло.
Жуга меж тем помрачнел.
- Слишком уж складно всё выходит, - задумчиво пробормотал он. - Как
по-писаному.
- А что?
- Да беспокойно что-то мне, - Жуга поёжился и глянул на браслет. -
Помнишь, как разбилась она?
- Зерги? Ну, помню. А что?
- Что-то страшное идет за нами, Яльмар. И я никак не разберу, что. Далеко
ль до беды...
- Да ну тебя! - фыркнул тот. - Сам себя изводишь, почем зря.
- Как знать... - Жуга поднял ворот полушубка и посмотрел на небо. - Ого!
Уже темнеет. Пойдем-ка назад, что ли?
- И впрямь - пора. Чего ей там размываться-то? и так чистая... Пошли.
Жуга почуял неладное, ещё издали завидев распахнутую настежь дверь хибары,
и невольно ускорил шаги.
Яльмар не замедлил подтвердить его опасения.
- Что она там, совсем сдурела? Дом же выстудит! - Он посмотрел на Жугу и
добавил встревоженно: - Уж не случилось ли там чего? Зерги! - крикнул он и
смолк в ожидании ответа.
Ответа не было.
В молчании оба подошли ближе и переглянулись. Яльмар нахмурился и потянул
из-за пояса топор.
- Глянь, что внутри. Я пока тут посмотрю, - вполголоса распорядился он и
скрылся за углом.
Жуга кивнул согласно, вынул нож и переступил порог хижины.
Внутри царил беспорядок. Кровать была опрокинута. Повсюду на полу валялись
черепки, вода из разбитого горшка загасила костёр. Ни самой девушки, ни одежды
её в доме не было. Исчезла и висевшая под потолком старая рыбачья сеть. Запасы
снеди и воды остались нетронутыми.
- Чёрт... - выругался Жуга и закусил губу. - Накаркал...
Яльмар с топором в руках возник в дверях бесшумно, словно привидение.
- Нет никого снаружи, - объявил он. - Что у тебя?
Жуга покачал головой и обвел рукой разгромленное помещение:
- Сам видишь.
Что-то звякнуло у викинга под ногой, Яльмар присел и поднял с пола
подкову. Повертел её в руке, пожал плечами, огляделся и подобрал ещё две.
Посмотрел с вопросом на Жугу.
- Чепуха какая-то... Что всё это значит?
Он нахмурился, и вдруг, прислушавшись, бросил свою находку и вскочил с
топором наготове. "Яльмар, Жуга!" - послышалось снаружи, и в раскрытую дверь,
как палый лист на крыльях ветра, ворвался Янко-цыган. Влетел и замер на пороге,
наткнувшись на Яльмара. В руках у него был большой - не по росту, кедровый
посох, тот, что сладил для себя вчера Жуга. Грудь мальчишки ходила ходуном -
видно, бежал всю дорогу.
- Вы тут? Гляньте, я чего нашёл... - он повел посохом и осёкся на
полуслове. Окинул взором разгром в доме и медленно переменился в лице. - Что
стряслось?
- Зерги не видел? - спросил вместо ответа Яльмар.
- Нет...
Жуга поднял голову, посмотрел на викинга, на Янека и опустил взгляд.
Взъерошил пятернёй нечесанные рыжие волосы, вздохнул.
- Три подковы, - глухо сказал он и, отвернувшись, повторил негромко,
больше для себя, чем для других: - Три подковы...
Всю ночь Жуга не сомкнул глаз, а наутро, взяв с собою только посох и нож,
вместе с Яльмаром направился в город. Янко увязался было с ними, но Жуга
отослал его. Викинг был с ним согласен - толку от цыганчонка и впрямь будет
немного, да и хватит его на один чих, если драться придется. А в том, что
предстоит драка, Яльмар не сомневался; он ни о чем не спросил товарища, лишь
взял топор и двинулся следом.
А ветер, между тем, крепчал. Дикий, порывистый, он с хохотом и свистом
проносился узенькими улочками, срывая ставни с окон, черепицу с крыш, и бешеным
вращением терзая флюгера. Было слякотно и сыро, ноги скользили в снежной каше.
Почти все лавки и мастерские по причине плохой погоды были закрыты, прохожих
было мало, и Яльмар с Жугой пробирались к Трём Подковам в одиночестве.
- Ты что делать-то надумал? - спросил варяг, в молчаньи прошагавши
полпути.
Жуга помрачнел.
- Поверишь ли, Яльмар - сам не знаю... Снова я на распутье, и что бы я ни
сделал - всё не так! Посмотрим, как дело обернется.
- А по мне так - думать нечего. Главное - ввязаться в драку, а там видно
будет.
Тот покачал рыжей головой:
- Запретный это путь...
- Нет запретных путей, есть малодушные люди. А боги помогают сильным.
- Не лучше ли будет на суд дело вынести?
- Нет на них правого суда, - нахмурился Яльмар. - Не станет градоправитель
свое время на чужие свары тратить - хватило бы со своими разобраться. Только и
осталось нам - по шее немцу навалять. Боги! Да ты запросто можешь их спалить со
всеми потрохами, ворлок! Ведь можешь же!
- Могу, наверное, - Жуга пожал плечами. - Да только всё это не по мне.
Должна же быть на этом свете хоть какая-то справедливость! Не по божески это.
- Один! - Викинг сжал кулаки. - Какая может быть надежда на ваших богов,
если даже сами вы себя баранами зовёте и всё пастуха себе ищете?! А с баранами,
ты знаешь, что делают? Режут!
Наконец, показалась вывеска с тремя подковами на ней. Дверь отворилась без
скрипа, Жуга вошёл, отряхивая снег, осмотрелся, и с первого взгляда заметил,
что очень уж сегодня много здесь собралось моряков. В Галлене, как и в любом
другом портовом городе, было предостаточно всяческих питейных заведений, но
корчма корчме рознь, а тем более - эта, при постоялом дворе. Моряки
предпочитали то, что поближе, а здесь всё больше останавливались возчики,
крестьяне, купцы с охраной из торговых поездов, да разный прочий сухопутный
люд. Но сейчас...
Жуга пригляделся и мысленно поправил себя - здесь были одни лишь моряки, и
никого больше. Десятка полтора. Ни рыбаков, ни мастеровых с соседних улиц, ни
заезжих купцов, ни сговорчивых на ласки девчонок из местных - никого. И даже
человек, шагнувший затворить за ними дверь, оказался ни кто иной, как тот самый
пропавший Курт. Он молча задвинул засов и повернулся к Яльмару.
- Тебе не стоило приходить, норвег, - сказал он и кивнул на Жугу. -
Капитан хочет говорить только с ним.
- А ты мне не указывай, щенок! - огрызнулся Яльмар. - Или забыл, как предо
мной на брюхе ползал, пощады просил? Рано радуешься. Не видать мне Вальгаллы,
если я с тобой не поквитаюсь!
И Яльмар плюнул ему под ноги. Матрос отскочил, словно ошпареный.
Жуга не сказал ни слова. Цепкий, внимательный взгляд его голубых глаз
скользил по серым угрюмым лицам немецких мореходов, по узкому проему деревянной
лестницы, по запертым дверям и окнам.
Из-за столика у камина, столь любимого когда-то Яльмаром, поднялся ещё
один старый знакомец - щербатый долговязый Гельмут. Левую щеку его украшали
четыре длинных кровавых полоски. Жуга невольно усмехнулся про себя - ногти у
Зерги были что твоя бритва.
- Стой, где стоишь, варяг, - сказал тот, подойдя ближе. - А нет, так дай
сюда топор.
- А пуп не треснет? - с ухмылкой поинтересовлся Яльмар.
- Дай, говорю. А не то - никакого разговора не будет вовсе.
- Отдай ему топор, - бесцветным голосом сказал Жуга и шагнул вперед, не
дожидаясь, пока Яльмар исполнит его просьбу. Он прошёл вдоль столов и
остановился у камина, где в компании двоих мордоворотов сидел за кружкой пива
дородный немец, одетый в хорошо пошитый синий полукафтан дорогого сукна, из-под
которого выглядывала белая рубашка. Все в корчме притихли.
- Это ты хотел меня видеть? - спросил, наконец, Жуга.
Ганзеец смерил рыжего паренька взглядом и поджал губы.
- Ты разбил мой корабль, - вместо ответа сказал он.
- Где девчонка?
- Ты разбил мой корабль, - словно не слыша, повторил тот.
- Твои люди сами затеяли свару. Нас привезли туда насильно, и корабль
разбил твой человек. Мои слова есть, кому подтвердить. Твоё дело неправое.
- Меня это не интересует, - ганзеец отхлебнул из кружки и со стуком
опустил её на стол. - Корабль стоил мне полторы тысячи талеров. Верни мне их.
- Ты отпустишь девушку?
- Ты вернешь мне деньги?
- Градоправитель разрешит наш спор.
Ганзеец повернулся к ближнему громиле.
- Прикончи девку, - распорядился он так спокойно, словно заказывал
очередную кружку пива.
- Стой! - рявкнул Жуга, чувствуя, как закипает в груди слепая бешеная
злоба, и снова повернулся к капитану. - Так вот вы, значит, как... Видно,
правду говорят - нельзя с вами по-людски.
- Ты всё сказал? - скучающим тоном осведомился тот, встал и снова кивнул
моряку. - Прикончи девку.
Далее Жуга уже не думал - руки всё сделали сами; взмах посоха - и громила
рухнул на пол с разбитой головой. Второй успел схватиться за нож, но тем всё и
кончилось. Капитан проворно метнулся за камин, а оттуда - к бочкам, и прежде
чем Жуга успел до него добраться, моряки опомнились и схватились за ножи.
Яльмар с криком "Один!"отшвырнул двух ганзейцев, стоявших рядом, схватил
тяжелую скамью и с ней наперевес ринулся в драку. Моряки так и брызнули в
стороны, когда доска в три пальца толщиной с гулом рассекла пред ними воздух, и
норвег лишь слегка зацепил злосчастного Курта, правда и этого хватило, чтобы
немца отбросило куда-то в угол, где он так и остался лежать. Кто-то замахнулся
на варяга его же топором, Яльмар, не глядя, швырнул в него скамью и выхватил
нож.
Жуга метался меж столов, кружась волчком и никого к себе не подпуская,
ножи в руках матросов словно натыкались на стену. Посох, залитый свинцом,
оказался страшным оружием - он мелькал то справа, то слева от рыжего паренька,
проносился над полом, словно бы ища змею в траве, а через миг выплетал уже
совсем другой узор высоко вверху, и бил; бил с налету, ломая руки, выбивая
суставы, зубы и глаза. Яльмара вдруг осенило, что он впервые в жизни видит тот
бедовый горецкий самопляс, о котором раньше только слыхал, да и то нечасто, и в
этот миг варяг углядел краем глаза, как долговязый Гельмут рванулся вверх по
лестнице с ножом в руке.
Норвег бился сразу с троими, да ещё двое-трое вертелись вокруг да около, и
бросить нож означало верную смерть, и Яльмар сделал первое, что пришло в
голову. Шлем викинга взлетел, подброшенный мощной рукою, и настиг ганзейца на
середине пути.
Он мог бы просто попасть, и сбил бы с ног, не будь он увенчан грозными
рогами. Бросок был так силен, что один из них до основания вошёл немцу в спину.
Тот замер, глядя с изумлением на торчащее из груди острие, выронил нож и
повалился на лестницу, цепляя пальцами перила.
А ещё через мгновение ярл завладел-таки своим топором, и теперь уже Жуга
понял, почему враги прозвали викинга Олав Страшный...
...Оба как-то пропустили момент, когда врагов меж ними не осталось - лишь
с десяток неподвижных тел в углах корчмы, залитые кровью доски пола, и
распахнутая настежь дверь.
Яльмар опустил секиру.
- Посмотри наверху, - сказал он, вытирая пот и тяжело дыша. - И побыстрей
- а то ещё стража городская нагрянет. А я пока... тут покараулю...
Он огляделся, сунул топор за пояс и подошел к упавшему навзничь Гельмуту.
Рывком освободил застрявший в теле шлем, вытер кровь с его изогнутого рога,
вынул нож и принялся срезать у немцев кошели.
Жуга лишь кивнул в ответ и двинулся наверх.
В первой комнате не было никого. Пустой оказалась и вторая. Открыв третью
дверь, Жуга обнаружил там хозяина Трех Подков вместе со всем его семейством -
женой и двумя дочерьми. Женщины, и без того напуганные захватом корчмы и шумом
снизу, испуганно притихли, завидев на пороге взъерошенного рыжего парня в
драном полушубке и с окровавленным посохом в руках. Сам же хозяин лежал на
кровати с разбитой головой - живой, но без памяти. Жуга не стал ничего им
говорить и двинулся дальше, оставив дверь открытой.
Повозившись с засовом, Жуга открыл пятую и последнюю дверь и облегченно
вздохнул - Зерги была здесь, лежала на кровати, связанная по рукам и ногам. Рот
ей для пущей надежности тоже заткнули какой-то тряпкой. Жуга вытащил кляп,
вынул нож и взялся за верёвки.
- Всё таки пришёл... - занемевшим языком пробормотала Зерги и вяло
улыбнулась. - Я уж думала, что Яльмар тебя отговорил...
- Зря ты так. Он сейчас там, внизу.
- И вы что... всех?
Жуга кивнул.
- Вдвоём?!
- Вдвоём. - Нож разрезал последнюю верёвку и девушка села, растирая
багровые запястья. - Ты как себя чувствуешь?
- Замёрзла. - Она зябко поёжилась и провела языком по сухим губам. - И
пить хочется.
- Сейчас поищем чего-нибудь... Идти можешь?
- Могу... Ой, кажется, нет...
- Держись за меня.
Опираясь на Жугу, девушка кое-как дохромала до лестницы и остановилась в
изумлении, завидев, какой раздрай учинили в корчме двое друзей.
- Господи... - Пробормотала она, чуть не наступив на мертвого Гельмута и
побледнела. Посмотрела на Жугу.
- Остальные убежали, - хмуро сказал тот.
- Их же было десятка два! Вы же запросто могли погибнуть!
- Они хотели тебя убить.
Яльмар сидел за столом посреди всего этого разгрома и сосредоточенно
складывал столбиками трофейные талеры, время от времени хмурясь и шевеля
губами. Завидев обоих, он помахал рукой, и вылез из-за стола.
- Что два десятка собак против двоих мужчин! - фыркнул он. - Привыкли
скопом нападать, вот и поплатились. А если б...
- Яльмар!!!
Девушка первая заметила движение и вскрикнула, предупреждая, но было
поздно - лежавший в углу немец вдруг вскочил и бросился на викинга со спины.
Рука с зажатым в ней тесаком змеей метнулась вперед, и две пяди отточенной
стали со скрипом вошли варягу в бок по самую рукоять, пробив меховую куртку.
Прежде чем Жуга понял, что произошло, и рванулся на помощь, Курт (а это был он)
одним прыжком перемахнул опрокинутый стол, распахнул дверь и пропал в пелене
летящего снега.
Яльмар покачнулся, зажимая рану ладонью, оглянулся недоумённо, и медленно
осел на пол.
- Трусливая шавка... - пробормотал он. - В спину...
Жуга скинул и сунул варягу под голову полушубок, стянул рубашку, оторвал
от нее две широких полосы и опустился на колени. Яльмар протестующе двинул
рукой.
- Не надо... - сказал он и поморщился. - Все, Жуга. Отвоевался я. Не зря
собака выла...
- Ты кончай такие штуки, ты давай, не помирай! - прикрикнул на него Жуга и
повернулся к Зерги. - Голову поддержи!
- Без толку... всё это... - Силы быстро покидали викинга. - Знаю я... эти
ножи... - Яльмар закашлялся - горлом пошла кровь - и что-то поискал рукой. -
Топор... - сказал он, поймав вопросительный взгляд Зерги.
- Дай, - не глядя кивнул ей Жуга.
- Приподними его...
Девушка с трудом вытащила топор и вложила его варягу в руку. Широкие
пальцы сомкнулись на рукояти мертвой хваткой, Яльмар приподнялся и сел, собрав
последние силы.
- Один!!! - крикнул он, вскинув топор в последнем приветствии, и рухнул
недвижим.
Топор с тяжелым стуком упал на пол.
Кровь перестала течь из раны.
Норвег был мертв.
Жуга посмотрел на девушку, на посох, лежавший рядом, опустил окровавленные
руки и отвернулся.
Сколько же можно отвечать смертью на смерть? Поди теперь разбери, кто всё
это начал. Вот ещё одна, ну а зачем? Или всё таки не он всё это творит? А тогда
- кто? Кто? Он посмотрел на Зерги - в глазах у девушки стояли слезы - и
вздохнул. А может, права девчонка? Где он теперь, тот Ваха-рыжий, что пришёл с
Хоратских гор? Ищи ветра в поле... А кличка прирастает; раз, два - и вот уже
никто не помнит имени. Три, четыре - и вот ты сам его забыл. Пять, шесть - и
вот уж нету имени вовсе, и лезет ниоткуда твоё новое прозвание, и хорошо ещё,
если ты сам его себе сыскал по сердцу, по уму, да по совести. A назвался
груздем, так полезай в кузов - живи, как назвали. Дело известное: вещь без
имени - не вещь, а имя завсегда попросит тела. А там и вовсе - поминай, как
звали...
Тело... Приходящий-Во-Сне тоже говорил о теле.
Жуга потряс головою и сжал кулаки.
- Что ж... - сдавленно сказал он. - Ты выиграл, колдун...
И медленно добавил, глядя в никуда:
- Приходи.
Чувство Силы возникло внезапно, словно кто-то огромной рукой в единый миг
вытеснил Жугу прочь из его головы. Но на сей раз Жуга не просто наблюдал за
тем, что происходит. Он запоминал. Запоминал, откуда идет и куда приходит
горькая серая струя неведомой мощи, и чья-то память тихонько нашептывала в уши,
как её вызвать. Он запоминал, как с тихим шорохом сходятся края рассеченной
плоти, как ищут и находят друг друга концы разорванных сосудов, как движется
кровь, и маленькая молния терзает стынущее сердце - бейся! бейся! бейся! И всё
это время кто-то неслышно шепчет в голове - у тебя, или у Яльмара - не понять:
дыши, дурак, дыши! теперь все, теперь можно...
Теперь уже можно... позвать.
Первое, что Жуга увидел, вернувшись, были широко раскрытые глаза Зерги. Он
опустил взор и еле сдержал радостный крик: норвег дышал! Там, где только что
зиял широкий разрез, теперь багровел большой, неровный рубец.
- Ты... - Зерги коснулась викинга, и посмотрела на Жугу. - Как тебе это
удалось? — Внезапно её осенила какая-то мысль, и девушка испуганно отдёрнула
руку. - Скажи, я тогда тоже... - она помедлила, - ...вот так?
Сил говорить у Жуги уже не было, и он лишь кивнул в ответ.
- Ох... - Ладонь её метнулась ко рту. - А я-то не могла понять! - Она
помолчала, прежде чем спросить о главном. - Так это был... Он?
- Да.
- Мой бог... - Она запустила пальцы в волосы и отвернулась. - Ты всё знал
с самого начала... Знал и молчал?
- Это ты вызвала его?
- Я не знала! - выкрикнула она. - Я... я...
Жуга кивнул. Теперь всё встало на свои места.
- Ты хотела вернуть Веридиса, - сказал он
...Поділитися у соцмережах
