Жанр: Электронное издание
Msd-17
... время как вода, изо всех сил
толкая тяжелое тело, увлекала лошадь все дальше, дальше, вперед...
Ирена смотрела, разинув рот. Лошадь плыла; вместе с ней плыли седельная сумка и
дорожный мешок, в котором...
Ирена застонала. Взялась руками за щеки и села на тропинку.
- Вперед!..
Совсем рядом оказалось белое, яростное лицо Река.
- Вперед, если не хотите...
Из-под ног сыпались камушки. Плывущая лошадь уже скрылась за поворотом; чего
ей - выберется. Кому-то из крестьян повезет, прибудет имущества, если, конечно,
лошадь Река не выучена по-собачьи лаять на чужих и преданно разыскивать хозяина...
Хотя для "Раскаявшегося" разницы уже нет. Все едино...
Она заставила себя подняться и продолжать путь.
Жизнь не кончена. Но отыщется ли другой экземпляр?..
Мост был, как сиротская радость, - узенький и хлипкий. На двух канатах, на одной
подгнившей свае, дойди лошадь до этого моста - так и так пришлось бы в воду прыгать...
- Не глядите вниз...
Ирене была приятна забота Река - и немножко смешна. Она совершенно не боялась
бегущей воды; этот мир, мир второй МОДЕЛИ, по мере знакомства с ним казался все
мельче, все жальче, все игрушечнее...
Этот мир обманул ее. Первое впечатление оказалось ошибочным.
Колодец на дороге, живой колодец с живой водой, будто пасть доисторического
чудовища... Декорация. Картон. Единственное, что в этом мире подлинно и действительно
чудовищно, - так это их Провидение, кнут и пряник, неотрывно висящий над головой у
каждого...
Интересно, а как герцог завоевывает благосклонность Провидения?
Если, к примеру, случилось дать пощечину слуге? Отказывается за обедом от
сладкого, жертвует свой компот в пользу детского дома?..
А симпатяга Рек думает, что она боится хлипкого моста, высоты в три метра и
быстрого течения...
Под ногой у нее проломилась дощечка. Ирена зашипела, судорожно вцепившись в
перила.
- Рек, кто отвечает за состояние этого моста?
- Что?
Шум воды перекрывал слова.
- Тут вообще кто-то ходит? - спросила она в сердцах. Рек не расслышал.
Противоположный берег был куда более удобным. Можно было идти даже без
тропинки - склон был покрыт короткой травкой, такую высаживают на стадионах,
лужайках, у подножия монументов...
И, что приятно, чуть дальше по берегу обнаружились наполненные водой отпечатки
копыт. Лошадь отделалась легким испугом; возможно, скоро случится радостная
встреча...
- Рек! - Ирена остановилась.
Рыцарь оглянулся:
- Что?
Она помедлила, раздумывая. На лбу у рыцаря прорезалась складочка нетерпения:
- Да идемте же...
- Рек, у вас огниво сохранилось?
Рыцарь похлопал себя по поясу - да, мол, огниво носим при себе...
- Давайте подожжем мост...
- Что?!
- Подожжем мост, - сказала Ирена увереннее. - Чтобы меньше было проблем с
погоней... Чтобы им переправляться труднее.
Рек страдальчески искривил брови:
- Поджечь... За это Провидение... нам... отольется.
- Это доброе деяние, - сообщила Ирена, не дрогнув лицом. - Мост опасен.
Уничтожая его, мы, возможно, спасаем жизнь неосторожному путнику... или
заблудившемуся ребенку. И побуждаем предполагаемых пользователей... ну, тех, кто по
нему иногда ходит... привести свое хозяйство в порядок. Починить или построить новый...
Что, нет?
Рек молчал.
- Мы теряем время, - сообщила она нервно.
Поджигать не пришлось.
Достаточно оказалось перепилить кинжалом один из поддерживающих канатов - и
мост оказался совершенно непригодным к употреблению, потому что второй канат,
подгнивший, порвался сам собой.
- Не так эффектно, зато эффективно, - пробормотала Ирена себе под нос.
Рыцарь поглядывал на нее почти со страхом.
- Что случилось, Рек?
Он помедлил.
- Если бы я и сомневался, что вы Ирена Хмель... то сейчас убедился бы
окончательно.
- Да? - растерялась она. - Почему?
Они шли по склону. Речка осталась позади; полузаросшая тропинка вывела на
дорогу, дорога, по-видимому, вела к селению. Путники были голодны и хотели пить; Рек
молчал так долго, что Ирена уже отчаялась услышать ответ.
- Вы специально спросили меня о Темном Толкователе, Ирена?
- Ну уж не случайно, - пробормотала она, пытаясь понять, куда поворачивает
разговор.
- Вы хотите, чтобы я рассказал, что об этом думаю?
Ну да. Ее вопрос он принял за испытание, за тест...
- Да, Рек... Я была бы вам благодарна. Бескорыстный рыцарь вздохнул:
- То, что вы говорили про мост... есть классический прием Темного Толкования.
Оправдание... перед Провидением. Хитрый ход...
- Погодите, - она сбилась с шага, - но ведь Провидение карает или поощряет...
не по замыслу, а по факту! Если я смогу убедить себя, что для всеобщей пользы мне надо
кого-нибудь убить... что, Провидение простит мне убийство?!
- Нет. - Рыцарь смотрел себе под ноги. - Если вы убьете невинного, будучи
уверены, что убиваете во благо... Провидение все равно вас покарает. Но если вы найдете
кого-то, кто опасен... или мешает... многим людям... и убьете его, возможно, вы останетесь
безнаказанной...
- Этим занимаются все Толкователи, - механически сказала Ирена. - Как
поступить в сложной ситуации и что скажет на это господин Провидение... Или оно
госпожа?..
Рек покачал головой:
- Нет... Толкователи просто говорят, чего, по их мнению... исходя из опыта...
можно от Провидения ожидать. А Темный Толкователь учит... как поступить, чтобы
Провидение... обойти.
Впереди показались черепичные крыши. Деревня? Нет, скорее хутор, обособленный,
небольшой, по крайней мере тут можно позавтракать...
Ирена считала шаги. Двадцать... Пятьдесят...
- Рек. А зачем вам тогда... бить горшки базарным торговкам? Делать то самое зло,
которое позволяет вам оставаться... бескорыстным?
- Провидение не так просто обмануть, - жестко проговорил рыцарь. - Само
намерение... не проходит даром.
На хуторе их встретили радостно. И радость была какая-то истерическая.
Лошадь Река пришла к жилью чуть раньше хозяина. Крестьяне не тронули ни сумки,
ни дорожного мешка, справедливо полагая, что есть еще надежда на появление их
законного владельца: "Ну не могет господин рыцарь так запросто в речке утонуть!"
Повинуясь закону гостеприимства - сперва накормить и приветить, хуторяне
усадили Река со спутницей за стол, предложили постель и теплой водички для мытья. Со
скрежетом зубовным пришлось отказаться, потому как через час-другой на хутор
обязательно явится погоня...
До того, как опустели тарелки и кувшины, крестьяне говорили только о погоде,
урожае и о качестве еды. Таков закон - сперва накормить, потом о делах; а что у хуторян
есть дело к бродячему рыцарю, и Рек, и Ирена поняли почти сразу...
- Выкладывайте, люди добрые, - хмуро сказал Рек, отодвигая тарелку.
Ирена с ужасом поняла, что, соблюдая законы и втянувшись в игру, он возьмется
сейчас за любое дело; покажут ему дракона за ближайшим холмом - он и пойдет воевать
дракона, забыв о погоне, о людях в черном, о рассерженной Высокой Крыше...
И только об Ирене - она надеялась - не забыв.
Крестьяне переглянулись. Старший - кряжистый мужик с круглой лысиной и
светлой бородой в форме совка - поморщился, будто говорить ему было горько на вкус:
- Чудище у нас, господин. Недели две уже как чудище... В пещерах. Тут, стало
быть, пещеры под бережком... А выход у поля. Так... кровушки напилось у работничка, у
Вани... еле жив остался... и в пещеру забилось.
И сидит... ране девки со свечами по грибы ходили - теперь боятся...
Бородач мельком взглянул на Ирену, будто извиняясь за предстоящие ужасные
подробности.
- Пошла как-оть одна... еще тогда, ране... А вернулась сама не своя, белая... на шее
дырка, и еле стоит... Страху-то набралась. Кровосос, говорит, свечку задул... страшный
такой кровосос, с виду как человек, только диким волосом зарос и на четвереньках...
Заикается с тех пор. То есть не кровосос заикается - девка... Вы бы, господин рыцарь...
успокоили чудище-то. Сил нет боле... бабы ночами не спят... хлопцы работать на поле
боятся... А ну выйдет, да пойдет по хатам, да кровь сосать?!
Все бывшие в комнате почти одновременно проделали правой рукой одинаковый
сложный жест - видимо, отгоняя злых духов.
Ирена сидела как истукан. Автоматически поглаживала живот.
Она предполагала, что в этом мире водятся сородичи адвоката Семироля. Ни Рек, ни
Толкователь не удивлялись слову "упырь"... Значит, вот так? На четвереньках, в пещере...
Интересно, когда погоня преодолеет несложную в общем-то водную преграду,
возьмет явный в общем-то след и наведается на хутор?..
Она поймала взгляд бескорыстного рыцаря.
И сразу все поняла.
"Рек, мы же спешим..."
"Я давал обет".
Возможно, в благодарность за доброе дело Провидение подарит Реку удачу... И
погоня собьется со следа...
Нет, скажет Рек. Я обет давал. И сразу же совершит какую-нибудь гадость, и
вереница неприятностей полностью поглотит возможное везение...
- Кого он сосал-то? - сухо спросил рыцарь. - На отпечатки зубов надо поглядеть,
что за зверь...
Толпа у дверей - а к тому времени в комнате собралась настоящая толпа -
зашевелилась. Вперед вытолкнули девчонку лет семнадцати, в кокетливом вышитом
платьице, с жалостливо поджатыми губками.
Воротничок на платье стоял до самых ушей. Что-то мне это напоминает, мрачно
подумала Ирена.
Рек встал. Положил руку девчонке на плечо - та счастливо замерла - и отогнул
край воротничка...
- Так быстро зажило? - спросил недоверчиво.
- Ч... - сказала девчонка. - Ч... ч...
Губы ее задрожали - уже не притворно, чтобы пожалели. По-настоящему.
- Через пять дней зажило, - сказали от двери. Ирена, не обращая внимания на
удивленные взгляды, встала и заглянула Реку через плечо.
Шрамик на шее девчонки можно было разглядеть только опытным глазом.
Длинный и тонкий шрамик, будто белый волосок...
Она села на свое место. Машинально отломила себе еще хлеба. Сунула за щеку.
Рек деловито совещался с мужиками. Заказывал какое-то особое железо, жердь,
веревку, фонарь; ему обещали тут же выдать все необходимое и даже больше. Повидимому,
хуторян привела в восторг решимость молодого рыцаря - браться за дело
немедля, пока солнце на дворе...
Ирена жевала хлеб. Вкусная корка. Душистая.
Вся беда в том, что она медленно соображает. Все неприятности ее от этого...
- Когда он появился? - спросила она хрипло, но ее никто не услышал.
Тогда она встала, подошла к мужику с совкообразной бородой, без церемоний
дернула его за рукав:
- Когда появился упырь-то?
- Упырь? - Мужик, кажется, не понял.
- Ну, кровосос ваш...
- Да недели две, - неуверенно сказал мужик. Сомневался он отнюдь не в сроке -
сомневался, следует ли отвечать этой странной женщине, что таскается зачем-то за
молодым рыцарем, а сама - не скроешь - брюхата...
Недели две.
Десять дней, проведенных в приюте. Три дня, проведенных с Реком в городе...
Четыре дня, проведенных в ожидании пропавшего Семироля. Или она сбилась со счета?..
И расстояние от города до хутора...
Хотя расстоянием как раз можно пренебречь. Тут не бывает больших расстояний.
Это очень компактная МОДЕЛЬ...
Не особенно сходится. Хотя...
- Рек! - Она удивилась своему голосу, неожиданно низкому, хриплому. - Надо
поговорить. Срочно.
До околицы их провожал едва ли не весь хутор; ко входу в пещеру - а его оказалось
не так-то просто отыскать среди камней и высокой травы - рыцарь с Иреной подошли
уже вдвоем.
Рек мучился. Брови его страдальчески изгибались - уже не "тильдой", а скорее
ломаной линией.
- А если вы не правы? А вы ведь скорее всего ошибаетесь, я же не могу рисковать...
- Войдем вдвоем, - устало предложила Ирена. - Берите ваши жерди, клинки...
фонарь... Я довольно скоро пойму, ошиблась я или нет. И быстренько сообщу вам...
- Я не могу рисковать, - повторил Рек с нажимом.
Ирена пожала плечами:
- Ну, в самом крайнем случае буду заикаться, как эта бедная девчонка...
Про себя Ирена подумала, что, если она дожила до сегодняшнего дня и до сих пор не
заикается, поросший диким волосом кровосос вряд ли сумеет произвести на нее
впечатление.
Кровосос в суде куда страшнее. Особенно если он адвокат...
Вход в пещеру выглядел вполне романтично. Над узкой черной щелью колыхались
красные и синие цветы, звенели в траве кузнечики, валялась, задрав потемневшее дно,
маленькая забытая корзинка...
И они ходят сюда грибы собирать? Какие такие грибы: шампиньоны, печерицы,
плесень?!
- Ирена, - в мучительном раздумье пробормотал Рек. Даже забыл с перепугу про
"госпожу"...
Осторожно ступая, она спустилась вниз по вырезанным в дерне ступенькам. Низко
наклонилась, заглянула в темноту...
Захотелось вернуться. Милостиво кивнуть Реку - давай, мол, работай, рыцарь, это
твоя профессия...
Вероятно, он обрадуется. Аккуратно отстранит ее плечом, подальше от
предполагаемого кровососа, в безопасность... Возьмет свое оружие, самострел, фонарь,
жерди... Кстати, зачем ему жерди?..
- Кто здесь? - спросила Ирена шепотом. Никакого отзвука, никакого эха;
привыкшие к полумраку глаза различают темный узкий лаз, белесое мочало, образующее
как бы занавесочку у входа... Это корни, обратная сторона травы.
- Кто здесь?
Тишина.
- Ян... Ян! Это я, отзовитесь!
Ей померещилось движение в темноте лаза - или действительно там кто-то
пошевелился?
Она поймала Река за локоть. Хотела взять фонарь, но рыцарь не позволил.
Неподобающая тяжесть... для женщины в ее положении.
По замшелым стенкам скакнул свет. То здесь, то там действительно белели матовые
шляпки невиданных грибов, более того - неподалеку от входа обнаружился детский
рисунок, кропотливо выложенный камушками на стене: пузатый человечек с рогами и
собачьим хвостом... Огарок свечи.
Несколько старательно отпечатанных ладоней. Умели бы писать - нацарапали бы
что-то вроде "Рея плюс Ивоника жених и невеста"...
Вероятно, хуторская молодежь ходила в пещеру не только за грибами, но и ради игр,
забав и первых свиданий. Знали бы родители, на какое безобразие расходуется свечной
воск...
Рек критически осмотрел узкий коридор. Поставил фонарь на землю, выбрал из
всего вооружения незнакомое Ирене орудие - нечто вроде облегченного боевого цепа...
Белесые брови его сошлись над переносицей.
Он казался очень сосредоточенным студентом-отличником, просматривающим
экзаменационный билет...
- Ну, госпожа Ирена? Вы уже поняли, что ошиблись? Из темноты пахло сыростью,
известкой... еще чем-то, Ирена не могла определить, что это за запах, но он беспокоил ее.
- Госпожа Ирена... подождите меня наверху. - Рыцарь мягко подтолкнул ее к
выходу.
- Рек, вам уже случалось истреблять кровососов?
Если он и решил, что она издевается, виду не подал.
Он вернулся через полчаса. Все это время Ирена просидела в траве среди ромашек и
маков, но плести венок у нее не было никакого желания.
Рек тяжело взобрался по земляным ступеням. Сел на траву, положив рядом свое
орудие. Ирена невольно пробежала глазами по шипастой стали - нет, крови не было...
- Там кто-то сидит, - сказал Рек устало. - И поумнее, чем просто волосатая
тварь... Пару раз мог на меня кинуться - но рассчитал, что связываться не стоит.
- Вы его видели? - быстро спросила Ирена.
Рек мотнул головой:
- Там дальше... Переходы, тупики... грибы эти чертовы под ногами... детишкам,
понимаю, раздолье. Привольно в прятки играть...
Он вдруг замолчал, глядя Ирене через плечо.
Она сосчитала до трех и обернулась.
От хутора приближались, настегивая коней, всадники. Шесть человек.
Чуть опережая их, гоня волну в высокой траве, неслись собаки.
Неопределимое число.
- Приехали, - хрипло сказала Ирена.
Рек неторопливо обнажил клинок. Лицо его стало совсем белым - даже светлые
глаза на этом фоне показались почти маслинами...
Шесть всадников со сворой собак - описывая эту ситуацию в своей книге, Ирена,
разумеется, предпочла бы жестокую правду. Рыцаря заарканили и приволокли к
подножию трона, дабы подвергнуть серии позорных наказаний...
Хотя читатель был бы недоволен.
Она рассуждала, а тем временем уже можно было различить лица всадников, и
первым, в бинтах, скакал тот, кто не так давно явился в "приют для убогих",
вооруженный тугим ордером-свитком...
- Рек... вниз.
Он не слышал ее. Душой он был уже в схватке - боец и... мертвец.
- Рек!! Вниз, быстро...
Он оглянулся. Кажется, понял. Подтолкнул ее ко входу в пещеру - идите, мол, а я
умру на пороге...
- ВМЕСТЕ вниз, Рек!
Земля явственно дрожала под ударами копыт.
- Дурак! - рявкнула она, как никогда не кричала даже на самого тупого студента.
- Я же одна боюсь... там! Со мной, скорее...
В его глазах чуть-чуть рассвело. Из-за горизонта отваги острым краешком
проглянула мысль.
...Преимущество нападавших в темноте подземелья сходило на нет. То есть,
конечно, ничто не мешает им послать на хутор за фонарями и устроить облаву по всем
правилам - но Ирене почему-то казалось, что собаки будут по крайней мере
деморализованы...
Она всю жизнь хорошо относилась к собакам. И вот пожалуйста - искренне желает
всей своре поскорее лопнуть. Ишь, разлаялись, бестии...
Она шла за Реком. След в след. Продержаться в пещере некоторое время можно -
другое дело, что всю жизнь потом не захочешь есть грибы...
Хотя... сколько ее осталось, жизни?..
Рыцарь остановился. Ирена налетела на него, и со стороны это, вероятно, выглядело
комично...
- Рек...
- Тихо.
Она замолчала.
Собачий лай отдалился и доносился теперь явно сверху. Так и есть - собаки во
тьму идти не пожелали, здесь таксы нужны, а не волкодавы... Если только в этом мире
есть таксы...
Но Река остановили не собаки.
Коридор впереди двоился. Рыцарь водил фонарем, перебрасывая взгляд с одного
хода на другой. Подавался вперед, желая заглянуть поглубже, но не делал и шага.
- Что там, Рек?
Тишина. Отдаленный собачий лай.
И - взгляд из темноты. То ли справа, то ли слева...
Ирена проглотила противный комок. Механически погладила живот: бедный малыш.
Это же каким нервным ты родишься. Темноты будешь бояться с пеленок...
- Ян...
Тишина.
- Ян, это я...
- Вижу...
Рек дернулся.
Голос шел справа. Очень тихий, усталый, бесцветный голос:
- Ирена, вы живы... слава Создателю.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
- Как вы меня нашли?!
- Мы вас не искали, - нервно усмехнулась она. - То есть сейчас не искали... За
нами... погоня.
- Черт... Вы прямо-таки притягиваете неприятности, Ирена.
- Никогда за мной такого не водилось, - сообщила она мрачно. - Это...
МОДЕЛИ. Они выживают меня...
- Ирена, вы нашли выход?
Она помолчала.
- Нет... Ян, я думала, ВЫ нашли...
На этот раз пауза получилась многозначительной.
- Вы решили, - медленно произнес вампир, - что я смылся, бросив вас?
- Нет... то есть в какую-то минуту... нет, я так не думала.
- Ирена... - В голосе вампира послышалось почти презрение.
- Я так не думала, Ян, честное слово... Я решила, что с вами что-то случилось...
- Со мной действительно... случилось. - Вампир усмехнулся в темноте.
Они сидели на подстилке из сухого мха. Фонарь пришлось затушить. Из всех троих
зрением обладал сейчас один только Семироль.
Ирена предполагала, какое лицо сейчас может быть у рыцаря. И Семироль отлично
видит это лицо и внутренне, наверное, потешается...
Ей на минуту стало обидно. За Река, который на самом деле насмешки не заслужил.
Собачий лай на поверхности давно уже угомонился. Сейчас, вероятно, люди в
черном готовят экспедицию в преисподнюю, а испуганные хуторяне отговаривают их,
потому как кровосос, надо полагать, уже и рыцаря, и злонамеренную беглянку употребил
в пищу, вернее, в питье...
Ирена в изнеможении прикрыла глаза. Смотри не смотри, разницы все равно не
было никакой, с закрытыми глазами даже удобнее...
В темноте ее взяли за руку. Пожатие было знакомым, но непривычно слабым; потом
рука осторожно легла ей на живот.
- Все в порядке, Ян...
Пожалуй, она сказала это даже слишком бодро. Прикосновение Семироля было
одновременно нежным и хозяйственным; зачем, зачем она в свое время, лежа в дрянной
гостинице на соломе, молча обещала отдать этого ребенка... его заказчику? Пусть даже
родится трижды вампиреныш...
- Ян, я...
Она запнулась. Упырь-адвокат снова пожал ее руку - доброжелательно, но очень
слабо:
- Ничего, Ирена... Той ночью мне потребовалось... вы знаете что. Нервная встряска,
все такое - короче, физиологическая потребность... Я скоро нашел, за счет кого ее
утолить. Не пугайтесь - тот мужичонка остался жив... Зато Провидение... нам следовало
догадаться сразу.
Провидение сочло мои действия достойными кары... Я упал и сломал ногу! На
ровном месте, Ирена! Я так удивился... Мимо проезжал возчик, и тут, Ирена, начинается
самое интересное... Вместо того чтобы отвезти меня в гостиницу, как я просил... этот
идиот счел, что настало время заработать немножко счастья ему и его дочке... И увез
калеку, то есть меня, к себе в пригород, в опеку... Ирена, я ведь ничего не понимал! То
есть начинал понимать... Идиоты. Они взяли мне ногу в лубок - неправильно!
Обращаться к врачу не сочли нужным - зачем раздавать заслуги перед Провидением
чужим людям... Ох, я не раз и не два вспомнил Ника - вот был профессионал... вернее, не
был, а есть... Короче говоря, мое терпение исчерпалось. Я немножко пополнил свои
запасы гемоглобина - травма, Ирена, травма! - и на костылях поплелся на поиски
лекаря... Но Провидению опять что-то не понравилось - и меня выследили, затравили,
как упыря! Бегать на одной ноге неудобно... И больно. Я забился в какую-то дыру... На
сегодняшний день нога моя срастаться не желает, налицо всевозможные осложнения... Не
за горами сепсис. Вернее, у меня уже десять раз развился бы сепсис, если бы в пещеру
время от времени не забредали...
- Вы упырь? - глухо спросил рыцарь.
Ирена вздрогнула от звука его голоса.
- Да, - равнодушно отозвался Семироль.
- Это вы сосали кровь из...
- Да, да, да. Но той девочке, кажется, даже понравилось.
Ирена высвободила руку, остававшуюся в ладони Семироля. Тот не сделал ни
движения, чтобы ее удержать.
- Рек! - Она старательно улыбнулась в пустоту. - Познакомьтесь, это господин
Ян Семироль, я о нем рассказывала... А это, Ян, господин Ректоноор, он же РекШиповник,
бескорыстный странствующий рыцарь... Ян, Рек помогал мне искать вас...
Повисла пауза. Слишком долгая для непринужденной светской беседы.
- Вы циничная, вредная человечеству тварь, - сказал Рек, и голос его как-то
металлически звякнул.
Ирена обеими руками вцепилась в скрипучий мох.
- Человечеству? - удивился Семироль. - Кто тут у вас в роли человечества,
юноша?
Рек не слушал:
- Я обещал тем людям убить вас... И я исполню обещание.
- Сейчас? - саркастически осведомился Семироль.
Пещера ожила.
В отдалении послышались... нет, не голоса. Идущие в облаву хранили молчание; еле
слышно поскрипывали камушки у них под ногами, изредка звякал металл.
Охота началась. Вернее, начался ее очередной этап.
Семироль склонился к Ирениному уху, и она кожей ощутила жесткую бороду на его
щеках:
- Забирайте своего донкихота... и отходите вглубь.
- А вы?!
- Я калека, но не настолько же...
Она заметила, что голос его чуть дрожит. Совершенно не от страха. И не от
волнения.
Совершенно иная страсть владеет сейчас преуспевающим адвокатом.
Сильнейшая, вовсе не человеческая страсть.
- Ирена, ну идите же... Мне очень НУЖНО. Иначе я умру.
Ирена так ничего и не узнала о дополнительных способностях упыря-адвоката, тех,
что не находили применения в зале суда. И даже не уверилась до конца, что они вообще
были, эти способности. Как говаривал в свое время осужденный доктор Ник, "черт его
знает. Упырь...".
Рек молча увлек ее в темноту... Впрочем, темнота была везде. На ощупь, скользя
ладонями по стенам, Рек забрался в отдаленный отросток коридора, в тупичок, и оставил
Ирену у себя за спиной, сам же встал, перегородив проход, изготовив свой цеп...
Некоторое время они слышали, как осыпается песок и поскрипывают камушки. Как
вполголоса, глухо, переговариваются люди; потом на стены лег слабый отблеск фонаря и
тут же исчез, и звякнуло раздавленное стекло.
Ругань... Видимо, огонь затоптали прежде, чем вспыхнуло разлитое масло.
Снова ругань. Приглушенный вскрик.
Скрипнул зубами справедливый Рек-Шиповник.
Вопль ужаса. Приближающийся топот...
Новый крик. Тишина. Темнота.
Вопль такой, что хоть затыкай уши. Новый звон стекла. Вопль, удаляющийся по
коридорам.
- Не бойтесь, Рек, - сказала Ирена с нервным смешком.
Возможно, он обернулся. И хорошо, что она не видела его лица.
На самом деле она успокаивала не его, а себя. Она действительно ужасно боялась -
не людей в черном, конечно...
Она боялась, что в установившейся под землей тишине раздастся размеренное,
удовлетворенное чавканье.
- ... А если они вернутся?!
- Они не вернутся, - сказал Семироль с явным сожалением.
Он сидел у стены, вытянув ногу, туго перевязанную полотняными лоскутами. Рядом
лежала суковатая палка, заменявшая охромевшему адвокату костыль. Фонарь освещал его
лицо, исхудавшее и заросшее бородой; еще час назад вампир-адвокат походил, вероятно,
на подзаборного доходягу - но теперь отросшие волосы на глазах приобретали холеный
блеск, выравнивалась кожа на лбу и на скулах, и даже бородка сама собой превращалась
из неряшливой в импозантную.
Ирена старалась не глядеть на Река. Возможно, своим поведением она нарушает
важнейшие для рыцаря этические принципы - скажем, не разговаривать с упырями
иначе, нежели посредством осинового кола...
Хотя как раз на осиновые колья Семироль плевал с высокой колокольни.
- Почему они за вами охотятся, Ирена?
Она помолчала.
- Из-за моего рассказа, Ян. Рассказ называется "О раскаявшемся", а я его даже не...
Она вовремя прикусила язык. Рек молчал; Семироль и так все понял.
Фонарь горел ровно. Масла хватит еще на пару часов, а потом на троих останется
одна пара глаз - Семиролевых...
- Нам надо выбираться, Ян, - сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал твердо.
- Нам надо выбираться, Рек...
- Вы искали выход, Ирена?
- Да... И я искала Анджея.
- Поиски провалились?
- Поиски еще не закончились...
Рек с сомнен
...Закладка в соц.сетях
