Жанр: Электронное издание
Kamsha07
...нт сказал, что он болен?
- О да, - подтвердил Рокэ, - но не волнуйтесь, господин кансилльер, ничего
страшного. Скоро вы увидите юного Окделла. Я никоим образом не намерен препятствовать
вашей дружбе.
- Видите, Ги, - торопливо вмешался Мевен, - вы ошиблись, Марсель отнюдь не
собирается занять место Ричарда.
- Тем более это невозможно, - доверительно сообщил Рокэ, - у каждого из нас свое
место, и его следует знать. В противном случае может произойти какая-нибудь неприятность.
- Какая же? - поддержал беседу Манрик.
- Спросите у Килеана, - посоветовал Алва. - С ним подобное происходит с
удручающим постоянством.
- Прошу меня извинить, - торопливо произнес Ангерран Карлион, - но я вижу
геренция, а у меня к нему важное дело. Надеюсь, я успею вновь к вам присоединиться.
Кансилльер заметил Иорама и сделал приглашающий жест, не понять который было
невозможно. Пришлось кланяться, здороваться, спрашивать Штанцлера о самочувствии, а брата
Придда, которого никто не удосужился назвать по имени - возможно именно из-за
зубодробительности последнего, - о видах на урожай. Марсель оглянулся, Рокэ все еще
говорил с Манриком, и лишь нежелание упустить маршала мешало Валме выдумать
неотложное дело и откланяться. И тут для полного счастья Леворукий принес Килеана, не
замедлившего присоединиться к кансилльеру.
Марсель Валме относился к людям или никак, или хорошо, но было одно исключение,
именуемое Людвиг Килеан-ур-Ломбах. Бывшего коменданта Олларии виконт ненавидел всеми
фибрами своей жизнерадостной души, и чувство сие родилось задолго до знаменитой
карточной дуэли. Более того, сойдись с Валме за тонто кто-нибудь другой, Марсель смог бы
остановиться, но проигрывать этому?!
Увы, бергеры не зря говорят, что судьба свежую рыбку и тухлую нижет вперемешку.
После Ворона Килеан. Тьфу!.. Марсель обреченно подумал, что количество Людей Чести
вокруг него разрастается с угрожающей быстротой. Вообще-то высокородным собеседникам
виконта следовало облить "навозника" презрением, а они были милы до невозможности.
Марсель пришел к выводу, что Штанцлеру и его приятелям нужен свидетель того, что они не
плетут заговор. Умно, но ему-то за что страдать?!
- Господин кансилльер, - с дохлой лошади хоть подкову сорвать, - вы не знаете,
намечается ли в ближайшие двенадцать месяцев Полный Совет или я могу считать свой
государственный долг исполненным?
- Если считать своим долгом сидение под портретом Франциска Оллара и выслушивание
чужих подлостей, то вам это не грозит, - зло бросил Ги. - Дорак и Ворон прекрасно
обходятся Тайным Советом.
- Виконт, принимая во внимание вашу дружбу с Первым маршалом... - церемонно
начал Карлион, но Валме его перебил:
- Не имею чести быть другом герцога Алва. - Map- А у вас, господа, срочных дел
нет? - поинтересовался Алва. - Если есть, самое время о них вспомнить.
- Лично я свободен до вечера, - дружелюбно улыбнулся Мевен.
- Вот слова настоящего мужчины, - одобрил Ворон, - лучше быть свободным днем и
занятым ночью чем наоборот. От ночной свободы портится характер, именно поэтому
большинство эсператистских клириков несносны.
- Я не потерплю разговора в таком тоне, - с расстановкой произнес Килеан-ур-Ломбах.
- Людвиг, - примирительно произнес Мевен, - ну зачем все записывать на свой счет?
- На свой счет имеют обыкновение записывать те, у кого этот счет есть, - пожал
плечами Алва.
- В самом деле, предоставим Эсперадора и его магнусов их судьбе, - засмеялся
Манрик, - они придумали целибат, пусть сами и расхлебывают.
- Мы все прекрасно понимаем, о чем речь, - в уголке губ бывшего коменданта вскипела
слюна, - и не пытайтесь сделать из меня шута...
- Воистину нет логики более женской, чем логика мужчины, забывшего, гм, мужское
дело, - заметил Алва. - Вам надо жениться, Людвиг. Или найти себе хоть какую-нибудь
любовницу.
Лицо Килеана пошло красными пятнами, но он нашел спасение в старой поговорке:
- У человека Чести жена - Великая Талигойя, а возлюбленная - Честь!
- Какая прелесть, - расхохотался Ворон, - теперь понятно, почему Люди Чести
изменяют отечеству то с Гайифой, то с Агарисом, то с Дриксен. Супружеская неверность -
дело обычное. А с Честью вы, гм... развлекаетесь все вместе или по очереди?
Алва говорил громко, много громче, чем обычно, а все оказавшиеся свидетелями дикой
беседы, наоборот, затихли. Марсель с каким-то пьяным восторгом смотрел на Первого маршала
Тал ига, поигрывавшего цепью с сапфирами.
- Рокэ, - прошептал Манрик, - что с вами?
- Видимо, зависть, - понизить голос Алва не счел нужным. - Мой неоднократно
упоминавшийся оруженосец умудрился вызвать семерых, а мне в последнее время и четверых
не наскрести. Разве что господин Килеан-ур-Ломбах наконец решится за что-нибудь отомстить.
Хотя бы за восставшего брата, которому он так бездарно наследовал шесть лет назад.
О, я вижу, нас слушает достойный представитель семейства Приддов, - Рокэ сверкнул
глазами, - чем хорош этот ручей, так это тем, что ему никоим образом не грозит иссякнуть.
- Кстати, Рокэ, - Мевен все еще пытался продолжать салонный разговор, - если кому
и нужно жениться, так это вам. Не для удовольствия, но ради продолжения рода. Повелитель
Ветров должен иметь законных наследников.
- Так же, как Повелитель Скал и Повелитель Молний, - улыбнулся Рокэ, - мы в
одинаковом положении, чего не скажешь о Повелителях Волн. Если б в семействе Приддов
уцелел лишь юный Валентин, я бы сказал, что настают предсказанные времена, но спруты
встали стеной на пути пророчества. Если конечно, спрут может встать...
- Герцог, вы имеете в виду какую-то легенду? - поинтересовался Штанцлер.
- Пожалуй что и легенду, хотя при Эридани-Самопожертвователе в нее верили свято.
Дескать, за год до грядущего светопреставления ни у кого из глав Великих Домов не останется
наследника, а последний император покинет империю. Хотя нет империи, нет и
светопреставления...
- А еще какие-то приметы есть? - деловито уточнил Мевен и, словно извиняясь,
пояснил: - Понимаете, меня уговаривают жениться, но перед концом света это теряет
всяческий смысл.
- Какие-то признаки были, - охотно откликнулся Алва, - но я все не упомню.
Обычные кошмары о горящих дворцах и непогребенных трупах, кои будут лежать на улицах
великих городов, распространяя зловоние и призывая чуму...
- Труп врага всегда пахнет хорошо, - заметил Манрик.
- Тот, кто это сказал первым, - назидательно произнес Алва, - несомненно страдал от
неизлечимого насморка. Трупы пахнут плохо, в этом я убедился лет в тринадцать во время
визита тогда еще не слишком жирного Хайнриха в Торку.
- Ваши слова, Рокэ, расходятся с вашими делами, - зло бросил Ги Ариго, - вы никогда
не делаете то, что вам не нравится. Вы устилаете свой путь трупами, видимо, их запах вас
устраивает.
Марсель не поверил своим ушам. Удивительным было не то, что Рокэ набивался на ссору,
а то, что Ариго от нее не бежал. Ги Алву ненавидел, Рокэ брата королевы откровенно презирал,
об этом знали все, но на памяти Валме не было случая, чтоб Ги посмел сцепиться с Вороном
открыто.
Алва, не прекращая играть сапфирами, внимательно посмотрел на графа Ариго:
- Ваше утверждение, сударь, нуждается в проверке, причем немедленной. Не
прогуляться ли нам к Белому Лугу? Леонард, - Рокэ повернулся к Манрику, - если не
ошибаюсь, этот человек ваш враг?
- Да.
- В таком случае потом скажете, хорошо ли будет пахнуть его труп.
- Герцог, - пробормотал брат Вильгельма Придда, - вы пьяны?
- Пьян? - поднял бровь Рокэ. - Давно не был столь трезв, хотя драться могу и пьяным,
особенно с любовниками Чести. К вам, Мевен, это не относится. Ваша последняя возлюбленная
просто очаровательна, примите мои поздравления.
- Да, - согласился Иоганн, - Лилиан - прелестная крошка.
- Помолчите, Мевен, - прикрикнул Килеан, - разве вы не понимаете, что этот
господин пытается нас оскорбить?
- Воистину. Итак, господин бывший комендант Олларии, господин родственник
Приддов, господа братья Ее Величества, вы себя чувствуете достаточно оскорбленными? Если
нет, продолжим наш милый разговор, а если да, то солнце с Белого Луга уже ушло.
- Господин Первый маршал, - подался вперед Штанцлер, - вы торопитесь. Человеку,
решившемуся скрестить с вами шпагу, следует привести в порядок свои дела, написать
прощальные письма, исповедоваться, в конце концов. Подождите до утра и деритесь в свое
удовольствие, если уж Его Величество счел уместным отменить эдикт о запрете дуэлей. Куда
вам спешить?
- Вы полагаете, некуда? - поднял бровь Ворон. - Что ж, вы совершенно правы.
Господа, надеюсь, ночи для составления завещания вам хватит. Предлагаю встретиться в Нохе.
В семь часов.
Килеан-ур-Ломбах обвел глазами своих сторонников.
Никто не возразил.
- Мы согласны, - сообщил бывший комендант, на лице которого все еще горели
багровые пятна.
- Вы положительно сошли с ума, - вздохнул кансилльер, - надеюсь, до утра вы
остынете. Положение не позволяет мне присутствовать при вашей, скажем так, прогулке, но я
приглашаю всех, кто останется на ногах, на завтрак.
- В таком случае я пришлю вам кэналлийского, - сообщил Алва. - Валме, вы сможете
размяться перед завтраком или семь часов для вас слишком рано?
Марсель подался вперед, чувствуя, что пришел его звездный час.
- Слишком рано, чтобы вставать, но ведь можно и не ложиться. А кто будет моим
напарником?
- Леонард, - Рокэ повернулся к капитану королевской охраны, - вы обещали
высказать свое мнение о трупах?
- И выскажу, - Манрик нехорошо улыбнулся, - хотя, отпуская этих господ на ночь, вы
рискуете проиграть пари. Они могут помыться... Перед смертью.
- Да, об этом я как-то не подумал, - покачал головой Ворон, - что ж, мыться вправе
каждый. Господа, разрешите откланяться. Ваши секунданты обсудят все подробности с моими,
впрочем, я заранее согласен на любые условия.
3
Марсель Валме, разрываясь от переполнявших его чувств, последовал за Манриком -
капитан личной королевской охраны занимал комнаты в южном крыле дворца.
- Прошу вас, виконт, - Манрик пропустил гостя вперед себя, - приношу свои
извинения, я въехал недавно, дел невпроворот. У меня просто не было времени заняться
квартирой.
Валме кивнул. У него времени на домашние дела тоже никогда не хватало. Впрочем, в
особняке Валмонов виконт только ночевал, да и то не всегда.
- Как вы думаете, долго нам ждать? - спросил Марсель, усаживаясь в кресло и
подмигивая распластавшемуся в прыжке оленю над камином. Все-таки у Савиньяков красивый
герб, куда красивее того, что придумали себе Манрики. В чем нельзя отказать Людям Чести,
так это в том, что их предки обладали безупречным вкусом.
Марсель был весьма строгим ценителем гармонии, и сочетание розового с зеленым его
убивало, а Манрики умудрились избрать своим символом трех пляшущих фламинго на
изумрудном поле. И это при рыжих-то волосах! Конечно, потомки за прародителей не
отвечают, но Леонард, избрав военную карьеру, был совершенно прав. Надев мундир, он
избавлялся от розового и зеленого!
- Сколько ждать? - переспросил Леонард, разливая вино в два высоких вызолоченных
бокала. Манрики были богаты, это знали все, пожалуй, они уступали только Алва. - Все
зависит от того, как скоро они отыщут недостающих секундантов.
- Готов поклясться, они найдут свидетелей, а не участников, - виконт пригубил вино,
оказавшееся превосходным, хотя сам Валме предпочитал более терпкие сорта.
- Надо полагать, - согласился рыжий генерал, - однако Багерлее подействовала на Ги
и Килеана весьма странным образом. Они осмелели.
- А что им оставалось? - не понял Валме. - Такие оскорбления ызарг и тот не
проглотит. Правда, наши дуэлянты могут заболеть или на них нападут разбойники и прострелят
руки и ноги.
- Не похоже, - покачал головой Манрик, - Рокэ навязывал ссору, это так, но Ги и
Килеан шли на нее вполне охотно. Вот несчастный братец Придда, никак не вспомню его
полного имени, и впрямь угодил как кур в ощип.
- Разрубленный Змей, - Марсель допил вино и протянул пустой бокал хозяину, - вы
тоже не помните, как его зовут?
- Нет, - Манрик подлил гостю вина, - у него прямо-таки волшебное имя, его все
забывают. Да разве всех Приддов упомнишь, если бы не право майората, они б давным-давно
превратились в огородников.
- Просто им везет. Эпинэ, Окделлы и Алва гибнут чаще, особенно в юности. Может, все
дело в гербе? Говорят, если спрута разрубить на сорок частей и выбросить в море, получится
сорок спрутов. А попробуй разрубить вепря или ворона?
Ответить Манрик не успел. Дежурный адъютант сообщил о приходе барона Карлиона. По
тому, как блестели глаза молодого человека, Валме понял - тот уже все знает. Чего
удивляться? Алва затеял ссору, когда в приемной болталось человек двадцать.
Манрик спокойно убрал бокалы, сел и поправил и без того безукоризненно сидящий
мундир, Валме тоже приосанился. Дверь распахнулась, пропуская восемь человек. Первым шел
Карлион. Леонард Манрик неторопливо поднялся, Марсель Валме последовал его примеру,
отстав на пару секунд.
- Господин Манрик, разрешите представить вам моих спутников.
- Почту за честь, - все знали всех как облупленных, но традиция есть традиция, если ее
не соблюдать, дуэль ничем не будет отличаться от драки пьяных возчиков.
- Виконт Джеймс Рокслей. Как и ваш покорный слуга, является секундантом графа
Штефана-Фердинанда Гиркеур-Приддхен-ур-Габенхафт.
Значит Гирке-ур-Приддхен-ур-Габенхафт... Надо не забыть хотя бы до завтра.
- К вашим услугам, , - Манрик учтиво поклонился.
- Виконт Иоганн-Йозеф Мевен, граф Джон-Люк Тристрам, секунданты графа Ариго.
А Иоганн-Йозеф не в восторге. Еще бы, ввязаться в такую историю. Это при его-то
миролюбии! Тристрам тоже в печали, но эта семейка всегда носила хвост за Штанцлером.
- ... барон Жуайез Нарди, виконт Сэц-Гонт, секунданты Иорама графа Энтраг. Барон
Клод-Мари Коэрэ, кавалер Дарави, секунданты графа Килеана-ур-Ломбаха!
Провинциалы! Этих-то где раскопали? Хлопают глазами как совы. Так Людвигу и надо!
- Господа, в свою очередь представляю вам Марселя Валме, наследника графа Валмона.
Присаживайтесь. Нам надо обсудить условия поединка.
Восемь человек расположились в черно-красных креслах, принадлежавших еще Лионелю.
Савиньяки были не из тех, кто, покидая квартиру, уволакивает все до последней нитки.
Манрик и Марсель сели последними. Это тоже было традицией. Карлион с минуту
выждал и веско произнес:
- Каждый из принявших вызов герцога Алва благородных дворян достаточно смел и
опытен, чтобы сражаться с ним в одиночку. Мы уполномочены передать предложение драться
по очереди в порядке, определенном жребием, который будет брошен перед началом поединка.
- Оружие? - вдаваться в подробности Манрик не стал.
- Шпага.
- Только шпага или шпага и кинжал?
- Только шпага.
- Что ж, - наклонил голову Манрик, - герцог Алва уполномочил меня передать, что
готов сражаться как со всеми сразу, так и с каждым по отдельности, любым оружием и в любом
порядке. Нам осталось обсудить участие секундантов и условия, при которых дуэль может
считаться оконченной.
- Лично я, - Мевен заметно волновался, - полагаю, что в данном случае секундантам в
поединке участвовать не следует. Вы, как и мы, были свидетелями ссоры, не более того. Вас,
как и нас, просили проследить за тем, чтобы дело чести было разрешено должным образом, но у
меня нет никаких претензий ни к господину генералу, ни к моему товарищу виконту Валме.
- Подписываюсь под каждым словом, - улыбнулся Марсель Валме, - но, если мы
решим ограничиться наблюдением, никто из нас не сможет поддержать свою сторону во время
боя.
- Разумеется, - согласился Карлион, в свое время чудом выживший после дуэли с
каким-то бергером, - никто из секундантов не станет вмешиваться в поединок. Все с этим
согласны?
Согласны были все. Осталось решить последний вопрос. Марсель не сомневался, что
соперники предложат драться до первой крови или пока оба участника способны продолжать
сражения, но виконт ошибся.
- Граф Ариго, граф Килеан-ур-Ломбах и граф Гирке-ур-Приддхен-ур-Габенхафт
полагают нанесенное им оскорбление смертельным и настаивают на дуэли до смерти одного из
соперников.
- А граф Иорам? - на лице Манрика появилась весьма неприятная улыбка. - Он на
чем-нибудь настаивает?
- Прошу простить, - чопорно произнес Карлион, - разумеется, граф Иорам Энтраг
разделяет мнение своих товарищей.
- Может быть, в таком случае господа предпочтут линию? - холодно уточнил рыжий
генерал.
- Нет, так как этот вид дуэли осуждается церковью.
- Итак, - подытожил Леонард, - дуэль начнется в семь часов утра в Нохском
аббатстве. В качестве оружия избираются шпаги. Секунданты в поединках участия не
принимают. Бой ведется до смерти одного из противников. Если по какой-то причине дуэль
будет прервана, она будет возобновлена при первой же возможности. Последнее условие
требует уточнений в части определения оружия и секундантов.
- То есть могут ли участники сражаться не только шпагой и избрать себе других
свидетелей? Думаю, что могут. Было бы недальновидно заранее связывать руки.
- Я тоже так полагаю. Виконт, ваше мнение?
- Да пусть хоть из пушек стреляют, хоть на бирисских саблях дерутся, - пожал плечами
Валме, - а секунданты - дело наживное. Мало ли кого может не оказаться на месте, не
откладывать же из-за этого дуэль!
- Значит, мы все обговорили, - Карлион поднялся, - мы немедленно донесем нашу
договоренность до сведения тех, кого мы представляем.
- Мы в свою очередь обязуемся немедленно сообщить результаты нашей беседы герцогу
Алва, - пообещал Леонард.
Восемь человек церемонно попрощались и покинули обиталище капитана личной охраны
Его Величества.
- Леонард, - Марсель плюхнулся в кресло, - что все это значит? Такая прыть!
- Да, весьма удивительно. Что ж, Марсель, выпьем по бокалу и поедем к Алве. Надо ему
сообщить, на чем мы порешили.
Ездить, однако, не понадобилось - Алва зашел сам. Маршал был в отменном настроении,
а услышав об условиях дуэли, развеселился еще больше. Марсель был готов поклясться, что
Ворон все-таки пьян.
- Алва, - Манрик внимательно посмотрел на герцога, - обычно сумасшедшим
называют вас. Я и сам не раз был близок к этому, особенно в прошлом году, когда вы связались
с адуанами, но на этот раз рехнулись ваши враги.
- Нет, - покачал головой Алва, - с ума они сойдут завтра, если, разумеется, успеют, а
сегодня они в здравом уме и твердой памяти. Впрочем, Штанцлера я недооценил. Я так ждал от
него что-то вроде "Я - старый человек, но честь для меня дороже жизни... ".
- Вы собираетесь убить всех?
- Закатные твари, - Рокэ поправил перчатки, - у вас есть возражения? В таком случае
вы противоречите сами себе.
- Ладно, Рокэ, - махнул рукой Леонард, - в конце концов, они сами напросились, что
меня и удивляет. Это на них не похоже.
- А вот здесь вы ошибаетесь, это на Людей Чести похоже, и даже очень. Простите, я и
впрямь немного устал.
Некоторые люди на меня действуют удручающе. С вашего разрешения я вас покину.
- Вы неважно выглядите, - Манрик всмотрелся в лицо герцога, - похоже, вас
лихорадит.
- Пустое, - Рокэ махнул рукой, - на то, чтоб убить четверых бездарей, меня хватит.
ОЛЛАРИЯ
"Le Roi des Epees" & "Le Neufdes Epees"
Марсель почти не опоздал. Без пяти семь виконт оставил коня под присмотром слуги и
вошел в украшенные препротивными барельефами ворота. До места дуэли - квадратной
площадки шириной примерно шестнадцать на шестнадцать бье хода по прямой было минут
семь, и Валме свернул в узкий лаз между внешней стеной аббатства и зданием, в котором
когда-то жили монахи. Серо, сыро, неуютно... Старый камень снизу покрывал буроватый
налет, а между мокрых плит не пробивалось ни травинки, и это в конце весны! Виконт пожалел,
что не пошел в обход, но кружная дорога мимо перестроенного главного храма занимала не
менее получаса. Ноха вообще была огромной, непонятно, зачем эсператистам понадобилось
городить такое чудовище.
Ход круто свернул, впереди мелькнул яркий свет, виконт невольно ускорил шаг и
выскочил прямо в объятия Манрика. Было ровно семь. На противоположной стороне площадки
замерло двенадцать фигур. Рокэ еще не приходил,
- Доброе утро, Валме, - рыжий генерал казался озабоченным, - я сказал нашим
противникам, что вы вместе с Рокэ.
- Мы не виделись с вечера, - на сердце Марселя стало неуютно, словно он вновь шел
меж заплесневелых стен, - я поехал к Капуль-Гизайлям и остался у них до утра. Тонто...
- Мне это не нравится, - пробормотал Манрик, - мне или вам следовало зайти за Рокэ.
- Следовало, - произнес Марсель отчего-то осипшим голосом, - но мы этого не
сделали. Вы полагаете, что-то случилось?
- Подождем, - Леонард поднял глаза на освещенную ярким утренним солнцем Карлову
башню, которую при каком-то из Карлов украсили огромными часами. Пять минут восьмого...
У него мог расковаться конь или какие-нибудь уроды с возами перегородили дорогу...
Валме не очень уверенно кивнул. Двенадцать человек на той стороне площадки
пошептались и направились к ним.
- Ну, Марсель, держитесь. - Леонард Манрик поправил воротник и напустил на себя
равнодушный вид.
- Мы удивлены, господа.
Первым заговорил Ги Ариго, и это было вопиющим нарушением этикета. С секундантом
противника говорит только секундант; участник поединка может обращаться к сопернику и его
секундантам лишь через посредника.
- Доброе утро, Карлион, - Леонард не преминул воспользоваться оплошностью Ги, -
нам повезло с погодой, не правда ли?
- Доброе утро, Манрик. Рад вас видеть, Валме. Мои друзья удивлены отсутствием
герцога Алвы.
- А мы удивлены еще больше, - заверил капитан личной королевской охраны. -
Впрочем, сейчас лишь семь минут восьмого, а жизнь полна неожиданностей.
- Именно, - добавил Мевен, - не сомневаюсь, Алву задержали сцепившиеся телеги
или хорошенькая цветочница.
- Тем не менее он заставляет себя ждать, - произнес Жуайез Нарди.
- Передайте нашим уважаемым собеседникам, что мы подождем, - вновь встрял
Ариго, - было бы обидно без толку подняться в такую рань.
Демон, второй день кряду толкавший Валме под руку, своего добился. Марсель прекрасно
понимал, что обратной дороги не будет, но остановиться не мог. Виконт улыбнулся, как мог
широко, и вкрадчивым голосом произнес:
- В свое время Ворон заменил меня, теперь, если понадобится, я заменю его.
- Полагаю, присутствующие будут в восторге, - сухо заметил Манрик, - однако
сначала сложим два и два. Вчера некие весьма достойные дворяне проявили исключительную
храбрость. При этом их вожак добился переноса поединка на утро. Вечером Рокэ чувствовал
себя дурно. Сегодня он не пришел... Сдается мне, о болезни Ворона было известно заранее, не
правда ли?
- На что вы намекаете? - подался вперед Килеан-ур-Ломбах.
- Именно на то, о чем вы подумали, - спокойно произнес Манрик, - если Первый
маршал Талига не появится до восьми, я пошлю справиться о его здоровье...
- Господа, - примирительно пробасил брат Придда, - герцог Алва и впрямь вел себя
странно. Я решил, что он пьян, но, возможно, в нем говорила лихорадка. В этом случае
поединок должен быть отменен, бред не может считаться оскорблением...
- Безусловно, - горячо поддержал "спрута" Мевен, - нужно узнать, в чем дело. Если
говорить о дуэлях, то репутация Рокэ Алвы безупречна. Его отсутствие, без сомнения, вызвано
серьезными причинами.
- Сейчас десять минут восьмого, - медленно произнес Леонард Манрик, - если Алва
не придет еще десять минут, он, скорее всего, не придет вообще.
- Мы подождем, - Штефан Гирке-ур-кто-то-там откровенно радовался отсрочке, -
предлагаю на это время воздержаться от упражнений в остроумии. Как совершенно правильно
заметил виконт Мевен, сомневаться в мужестве Рокэ Алвы не приходится.
- Тем не менее он не явился, - ухмыльнулся Иорам Ариго, - а это дворянина не
украшает.
- Зато явились вы, - Марселю отчаянно захотелось убить брата королевы на месте, -
уж не потому ли, что были уверены, что Ворон прийти не сможет?
- Это намек? - Ги Ариго угрожающе коснулся эфеса но Марселю море было по колено,
а горы по пояс.
- Нет, - виконт с величайшей точностью скопировал жест бывшего маршала Юга, -
это не намек, это обвинение.
- Хватит, Марсель, - прикрикнул Манрик, - мы, кажется, договорились помолчать и
подождать.
Валме нехотя убрал руку с эфеса и принялся рассматривать площадку. Отличное место
для дуэли, но нужно спешить, пока из-за стены не показалось солнце. Что же все-таки
стряслось с Рокэ?
Часы отзвонили четверть восьмого, и со стороны внутреннего двора вышел огромный кот.
Наглый и мордатый, он, несмотря на плебейскую расцветку, вел себя как особа, приближенная
к самому кошачьему повелителю. Зверюга вспрыгнул на крышу какого-то невысокого
сооружения - то ли склепа, то ли какой-то эсператистской штуковины и застыл как изваяние.
В тот же миг из-за того же угла появился и Рокэ.
Алва легкой походкой приблизился к дожидавшимся и приподнял шляпу. Он был спокоен
и, судя по всему, совершенно здоров.
- Доброе утро, господа.
- Вы появились несколько неожиданно, - в голосе Карлиона удивление мешалось с
легким раздражением, - мы полагали, вы задерживаетесь.
- Напротив, я пришел слишком рано, решил прогуляться по аббатству и заговорился с
котом. Мы обсуждали, сколько жизней у нас с ним осталось.
Кот, словно поняв, что речь о нем, выгнул спину, потянулся передом и задом, коротко
мяукнул и поскреб когтями камень.
- Ну и сколько же жизней у вас осталось? - поинтересовался Манрик.
- Это тайна, - Алва с усмешкой оглядел своих соперников, уделив особое внимание
Иораму, - хотя вряд ли мне сегодня понадобится хотя бы одна. Ну что, господа? Приступим?
Господа выглядели весьма безрадостно, куда безрадостнее, чем пять минут назад. Кот на
крыше брезгливо потряс лапой и принялся вылизывать себя в неприличном месте. То ли решил
таким образом выказать свое презрение к делу чести, то ли исполнял утренний ритуал. Из-за
стены блеснул золотистый луч, еще немного - и кому-то придется сражаться про
...Закладка в соц.сетях
