Жанр: Электронное издание
Hranitel
...ь. Атлика, о которой он даже не знает,
жива она или нет; её загадочные спутники, быть может, и в самом деле из "гнезда
Салладорца"; в общем-то следовало бы вернуться в Ордос и довести это дело до
конца, но... слаб человек! Ему так хочется перечеркнуть всё не слишком
удавшееся, начать сначала, с чистого листа; он тоже так поступил, позволив
отправить себя в Арвест чтобы потом иметь оправдание для самого себя - меня,
мол, отослали насильно. Никто ничего не может сделать с человеком насильно, если
только он не закован в цепи и не окружён стражей. Нет, решено, решено - он
исполнит заказ арвестского магистрата, хитростью ли, обманом или силой получит
свои деньги и немедля отплывёт в Ордос. Лицо Атлики упрямо не хотело уходить из
памяти.
Очень длинный день все тянулся и тянулся. Трос путников ехали в молчании сквозь
тихие, подёрнутые золотым налётом осени леса; гном начал было мурлыкать под нос
какую-то песенку, но быстро осёкся. Торжественность лесных сводов отнюдь не
располагала к подобным песнопениям.
Здесь, наверное, понравилось бы эльфам, неважно, Светлым или Тёмным, -
подумалось Фессу. Высокий чистый лес, обилие рек и ручьёв... правда, слишком уж
близко к суетливым и докучным людским поселениям, так что если б Зеленоглазые и
появились тут, то лишь в малом числе, отрядом разведчиков или ловцов.
Ближе к вечеру маленький отряд разбил лагерь. Орк и Сугутор, как и полагается
почтительным спутникам уважаемого мэтра, не дали Неясыти ни к чему притронуться.
Огонь осторожный гном развёл в яме и затянул с ужином чуть ли не до темноты,
пока выбирал лишь самые сухие, дающие меньше всего дыма лесины.
Покончив с сдой, Фесс поднялся. Не следовало чародею, тем более некроманту,
ночевать под открытым небом, не охранив себя Кругом Отражения, пусть даже
несильным, скорее сторожевым, а не истинно отражающим. Но творить любую, даже
самую слабую волшбу всё еще было пыткой.
- Не стоит беспокоиться, мэтр, - встал рядом орк. - Мы с почтенным гномом
посторожим... если, конечно, этот соня не проспит второе пришествие Спасителя!
- Это кто соня? Я соня? - немедля кинулся в бой разъярённый гном. - Ты, здоровый
зелёный пень, сам вечно спишь, как твои каменные родственнички-огры в своих
пещерах, не ты ли недавно...
- Хватит, хватит, - развёл спорщиков Фесс. - Не ссорьтесь. Скажите лучше, долго
нам ещё до тракта?
- Завтра к полудню выберемся, мэтр, - уверенно ответил Прадд. - А вот потом куда
- это уж ваша милость должна нам сказать. В Арвест я бы соваться не посоветовал.
Слежка Инквизиции - это не мёд и не сахар. В лесу-то они нас никогда не возьмут,
а вот в каменном муравейнике, что Арвестом зовётся, - раз плюнуть. Не люблю
поэтому городов, мэтр. Хорошо, что у нас, орков. Свободных, никаких городов нет.
- И сами вы чуть что готовы за дубины схватиться, ежели сосед, до которого день
пути, на лесной тропинке как-то косо посмотрит, - проворчал гном.
- А вот вы, гномы, как известно, пол бородами метёте, а потом соревнуетесь, у
кого в бороде больше сора наберётся, - немедленно огрызнулся орк.
Фессу пришлось опять утихомиривать спорщиков. Но вопрос от этого сам не
разрешился. И в самом деле, куда дальше? Рискнуть - и к третьей деревне,
помеченной на карте Ольсена? Или все же завернуть в Арвест, забрать все пожитки,
чтобы потом ничто уже не связывало, когда придём за деньгами?
Колебался Фесс недолго. Всё случившееся - все эти "волны" и прочие прелести - не
могло быть случайностью. Свобода рук нужна как можно скорее. Времени терять
нельзя.
- Пойдём в... - он развернул свиток, - в деревеньку Петухи. Отсюда, как я
полагаю, дня три пути, поскольку петлять много придётся.
На том и порешили.
ИНТЕРЛЮДИЯ VI
СДЕЛКА
Они сидели прямо на Тропе. Никто не озаботился тем, чтобы разбить походный
лагерь, хотя здесь хватало Силы и, при желании, потратив не так уж много времени
по меркам магов Долины, можно было соорудить настоящий дворец. Истина, разбитая
чудовищным взрывом на тысячи кусков, сейчас вновь превращалась в единое целое -
каждому из магов при катастрофе достался свой крошечный фрагмент правды.
И она, эта правда, была чудовищна. Видения и образы, что возникали перед глазами
волшебников, раньше могли привидеться им только в кошмарных снах. Даже то, что
встретили Эвис, Эгмонт и Мелвилл в захваченном и разрушаемом козлоногими
Созидателями Пути! мире, показалось бы детскими играми.
(Созидатели Пути- магическая ряса существ, противников Клары Хюммель и
Семицветья в развернувшейся войне вокруг мира Мельина, Именно они подарили
Императору Мельина чародейскую латную перчатку, позволившую ему одержать победу
в войне с магами Радуги.)
Чудовищная волна Тьмы неслась на только что покинутый волшебниками мир, и
остановить её не было никакой возможности. Люди, точно дикие звери, начинали
истреблять себе подобных, под покровом лесов дрались насмерть эльфы, гномы,
огры... Пламя пожаров охватывало весь горизонт, земля горела, рушились города,
реки выходили из берегов, заливая то, что чудом обошёл огонь.
Бледные и подавленные, чародеи избегали смотреть друг на друга. Боевые маги,
привыкшие сражаться за деньги и не щадить в случае надобности простых ратников
своего неприятеля, считавшие себя хладнокровными и умеющими не отворачиваться
при виде чужих страданий, на сей раз не выдержали.
- Нам надо вернуться, - простонала Эвис, закрывая лицо ладонями. - Вернуться,
и... неужели всё так и будет?
Клара мрачно пожала плечами. Ничего не понимающая Тави только вертела головой,
переводя взгляд с одного своего спутника на другого. Впрочем, сейчас было не до
объяснений. Клара ограничилась тем, что просто назвала девушке имена Кицума и
Сильвии.
- Красный Арк? - вздрогнула Тави. - Зачем же, кирия, ты взяла её с собой?! -
(Тави отчего-то переняла манеру обращения к Кларе у церемонной Раины). - Красный
Арк - один из самых могущественных орденов Радуги! И... у меня с ними
собственные счёты, - мрачно добавила она, сжимая кулаки.
- Оставь, Тави, - покачала головой Клара. - Клоун Кицум - тот и вовсе ни при
чём, а Сильвия... Сильвия натворила такое, что теперь подсудна, наверное, только
Суду Долины.
- Да что ж, что она натворила? - настаивала Тави. Клара лишь покачала головой.
- Потом расскажу, ладно? Мне сейчас лаже думать об этом больно.
- Ладно, - разочарованно протянула Тави. - Пойду, попытаю Раину, может, она что
расскажет... Как бы то ни было, исправлять содеянное можно было двумя путями.
Первый - прорваться обратно в мир, выяснить всё на месте и действовать по
обстановке; второй - как можно скорее достичь Долины.
Ломай голову, не ломай - исход один. Надо каким-то образом найти Долину, потому
что - Клара чувствовала: губительная лавина сорвётся еще не сейчас, одиночные
ручейки чистого Зла не сразу превратятся в бушующий поток. Небольшой запас
времени пока есть - правда, никто не знает, день составляет этот запас или же
год?
Клара больше не колебалась, Сильвия лежит в коме, рана слишком тяжела; целители
Долины, конечно, вытащат её, а потом её участь решит суд. Итак, Долина!
Сдвинутая общим усилием всех её магов, укрытая где-то за складками Межреальности
- как отыскать ней дорогу, да ещё за столь короткий срок?
Клара высказала это вслух.
- Давайте думать, друзья.
Тишина. Все как один отвели глаза, даже Кицум который уж точно не мог
посоветовать здесь ничей разумного.
- А может быть, позволите мне? - внезапно про говорил вкрадчивый и мягкий голос.
Клара аж под прыгнула от неожиданности - столкнуться в Межреальности с другим
магом (а обладатель этого голоса никем иным быть и не мог) можно было не чаще,
чем найти крупный бриллиант прямо посреди многолюдной улицы.
Остальные боевые маги тоже вскочили на ноги. Раина схватилась за оружие.
(Маги Долины не приняли боя с козлоногими Созидателями, предпочтя открытому
сражению отступление. Клара, боевые маги, даже сам Архимаг Игнациус были против
этого решения, но мнение мирных Гильдий возобладало.)
Из-за поворота Тропы, из-за складки невидимости, осторожно ступая мягкими
невысокими сапожками, к ним вышел человек - без особых примет, средних лет, не
носивший на виду оружия, без каких-либо броских украшений, в простой коричневой
куртке и широких, заправленных в сапоги портах. Лицо его не имело возраста - ему
смело можно было дать и тридцать и пятьдесят, разумеется, по обычному людскому
счёту.
- Мир вам, волшебники, - улыбаясь, сказал человек. - Я вижу, у вас неприятности?
Вместо ответа взлетел меч Раины и тотчас же, отставая на ничтожную долю
мгновения, - сабля Тави.
- Кто ты такой? - рявкнула воительница. Человек осторожно взялся двумя пальцами
за лезвие её клинка, аккуратно отвёл в сторону.
- Как вы прекрасно понимаете, я не из вашей прекрасной Долины, - мягко произнёс
он. - Имя моё вам ничего не скажет, а вот кто не надо его может и подслушать.
Поэтому не всё ли равно, как вы станете меня звать?
Клара на миг зажмурилась - да. Сила в госте была. И немалая. Впрочем, не
сверхъестественная.
- Я пришёл предложить вам сделку, доблестные, - неожиданно сказал человек, всё
еще держась за клинок Раины.
- Кх... какую сделку? - Голос Клары срывался.
- Сделку, напрямую связанную, как я понимаю, с вашими былыми подвигами в мире,
который вам известен под названием мир Мельина, - пояснил человек.
- А поточнее? - подал голос Мелвилл. - И, любезный гость, мы не заключаем сделки
с кем попало... едва столкнувшись с ним на Тропе между мирами!
- Похвальная осторожность, - кивнул гость. - Но, насколько я понимаю... э-э-э...
вы только вырвались из опасной западни, не так ли? И при этом разрушили... э-ээ...
некий местный артефакт? Да, да, чувствую, чувствую... Заповеди... нет, не
заповеди... ах да, конечно. Скрижали! Скрижали Ночи. Они так любят вычурные
названия... Миру тому теперь грозит катастрофа, не так ли?
- Мессир, - вежливо сказала Эвис, - мы очень заинтригованы вашей речью, но,
пожалуйста, нельзя ли перейти к сути?
- Вот эти слова мне нравятся, - усмехнулся человек. - Повинуюсь, прекрасная
мадемуазель, и перехожу к сути. Так вот, я мог бы помочь вам справиться с этой
бедой. И отыскать дорогу в Долину - она сейчас очень крепко запрятана.
- А что же взамен, мессир? - сладким голоском пропела Эвис, состроив незнакомцу
глазки.
- Сущий пустяк, друзья мои, сущий пустяк. Два артефакта из мира Мельина, вы,
наверное, уже сами догадались, какие именно. Алмазный и Деревянный Мечи.
Спрашивать у клиента, зачем ему понадобилось то или это, - верх неприличия и
вопиющее нарушение этики боевого мага по найму. Но на сей раз Эвис не
удержалась.
- Мессир, прошу прощения, но обстоятельства нашей встречи столь необычны... они
заставляют меня заподозрить, что вы попросту следили за нами! Кто вы, мессир?
Назовите себя.
Улыбка на лице незнакомца погасла. Он тяжело вздохнул.
- Подойдите ближе, сударыни и судари, прошу вас, - проговорил он, несколько
напыщенным жестом поднимая руки вверх.
Они повиновались.
Черты лица незнакомца внезапно дрогнули, на миг утратив чёткость. Карие глаза
исчезли, и вместо них...
Клара отшатнулась. Не может быть!
- Может, моя добрая Клара Хюммель, - спокойно отозвался гость, уже приняв свой
прежний облик. - Ну, так как насчёт моего заказа? Боюсь, что иного выхода у вас
нет. Да и у меня тоже - если я начну прорываться в закрытый мир, ему на помощь,
то беды не оберёшься.
Он говорил правду. Ни один мир не выдержит этой Силы, поняла Клара. Странный
гость обречён скитаться по Межреальности; любой мир показался бы ему тесен, он
просто лопнул бы у него на плечах, как слишком узкая рубаха. Когда-то давно он
мог спускаться в миры - увы, это качество он уже утратил. Странствия по
Междумирью не проходят даром даже для таких, как он,
- Мессир... - откашлявшись, осторожно сказала Клара. - Поиски Мечей потребуют
нашего возвращения в МельинНезнакомец
покачал головой.
- Это мы проверили в первую очередь. Мечей там нет. Мы проследили весь их путь,
до самого места последней битвы - а дальше след оборвался.
- Они покинули тот мир? - высказала предположение Эвис.
Незнакомец кивнул.
- Скорее всего, да. Я говорю "скорее всего", потому что мы... потому что те, кто
искал их там по нашему слову, потерпели неудачу. Так что...
- Но это может занять годы! - воскликнула Клара. - Тем более мы не знаем, как
течет время в этом закрытом мире! Мы можем просто опоздать, мессир!
Незнакомец задумался, потом энергично кивнул.
- В ваших словах есть резон, сударыня. Ну что ж, тогда, в качестве авансового
платежа, я покажу вам дорогу в Долину. Кроме того, вернувшись туда, вы
обнаружите, что Гильдия боевых магов отныне не будет знать нехватки средств.
Взамен я рассчитываю, что вы, посоветовавшись с Архимагом Коппером, выступите
немедленно. Слышите меня - немедленно!
- Мы слышим, мессир, - невольно отступая перед полыхнувшим в глазах
нечеловеческим гневом, промолвила Клара.
- Тогда скрепим сделку? У меня всё с собой, - усмехнулся гость.
У него и в самом деле всё оказалось с собой. Обычный пергамент с обычной для
Гильдии "шапкой" договора и положенный традицией красный сургуч. Клара аккуратно
оттиснула гильдийскую печать, остальные маги поставили свои личные. Незнакомец
печатей ставить не стал, быстрым росчерком пера поставил свое имя, Клара
взглянула на подпись и поскорее отвернулась. Рот наполнился слюной, в животе
появился липкий и тяжёлый комок страха.
- Это имя должно остаться в полной тайне, - внушительно проговорил незнакомец...
впрочем, теперь он уж перестал быть незнакомцем. - Надеюсь, вы это понимаете. Я
очень рискую... мои враги могущественны. А теперь прощайте! Как говорят в
сказках - ступайте по этой тропинке, она приведёт вас прямо домой.
Не тратя больше слов, человек повернулся и скрылся за изгибом Тропы.
Маги, оторопев, смотрели на подпись. Ни один не решился повторить это имя даже
про себя, даже в мыслях. Поэтому имени этого нет даже здесь, в сей Летописи.
Отказаться они не могли, пути назад не было. Оставалось только одно - идти
вперёд, по указанной удивительным гостем Тропе.
ГЛАВА 7
НАСЛЕДСТВО САЛЛАДОРЦА
На второй день пути Фесс и его спутники выбрались из лесов. На пути не
встретилось ни приключений, ни опасностей - извилистая дорога вывела их из
Лесных Кантонов. Заезжать в деревни они избегали - ни к чему без дела пугать
людей чёрным посохом.
Тем более что Фессу было совсем не до встреч и разговоров. Ночью являлись
кошмары, громадная лавина слепящего света неслась с запада на восток, оставляя
за собой выжженную землю. Нельзя было ни убежать от этой волны, ни скрыться.
Оставалось только умирать.
Правда, гном и орк ничего не чувствовали. Для них ночи проходили спокойно. И,
когда трое путников оказались наконец на тракте, они не заметили в округе
никаких признаков тревоги. Запрятав как следует среди поклажи посох Фесса, они
остановились в придорожном трактире.
Здесь было шумно, весело, многолюдно и дымно. Жарилась дичина, подавались грибы
во всевозможных видах, пенилось пиво, и не было тут никому дела до каких-то там
ночных страхов.
Очень скоро Фесс убедился, что основной темой для разговоров служат как раз его
подвиги в Больших Комарах.
- А некромансер-то кэ-эк даст им тогда! - захлёбываясь, размахивал руками
высокий рыжий парень с обмотанным вокруг пояса кнутом - возчик. - Огонь полетел,
да чёрный, как ночь, и давай мертвяков давить-крушить, только ошмётки от них и
полетели!..
- А как же это ты чёрной ночью чёрный огонь-то углядел? - скептически заметил
один из слушателей.
- Дура ты! - обиженно надулся рассказчик. - Тот огонь чёрный был с простым огнем
перевит, понятно?.. И оттого всё видно стало!..
- А говорят, там великую пропасть людей изрезали да извели, - заметил ещё один
гость.
- Да-а! - тотчас же подхватил рыжий. Глаза у него так и горели. - Страсть
сколько! Ножами резали и топорами рубили, на огне поджаривали и на дыбе
растягивали...
Рассказчик, похоже, уже и сам начинал верить в собственное враньё.
Фесс взглянул на мрачные физиономии своих подручных. По орку было видно, что он
готов вот-вот кинуться в драку.
- Не вздумай, Прадд, - негромко сказал Неясыть. - Дело кончится тем, что бить
тебя, зеленокожего, бросится весь кабак. Ты этого хочешь?
- Да раскидаем мы их, мэтр, - проворчал орк, однако словам Фесса всё-таки внял.
Сугутор и Прадд отдали должное кухне, не обращая внимания на не слишком-то
дружелюбные взгляды соседей. Фесс ничего есть не мог. Тревога, не покидавшая его
всё это время, переросла чуть ли не в ужас - что-то очень, очень злое зрело
совсем рядом, и помешать он мог только ещё большим злом, пренебрегая тем самым
Принципом зла меньшего.
- Что с вами, мэтр? - отвлёкся от трапезы Сугутор. - Что не едите? Нам с вами
сейчас с тракта сворачивать, через Арвестский лес по чащобам снова ноги ломать,
там трактиров отродясь не наблюдалось.
- Беда близко, гноме, - глухо отозвался Фесс. массируя гудящие от боли виски в
тщетной попытке хоть как-то её ослабить. - Того и гляди накроет...
"Но это ещё не волна, - подумалось ему. - Волна еще далеко... очень далеко. Но,
похоже, тут её чувствую не только я. Неужто и неупокоенные тоже?.."
Его риторический вопрос остался без ответа. Двери трактира распахнулись - и на
пороге перед изумлённым Фессом предстал отец-экзекутор первого ранга преподобный
Этлау,
Трактир застыл, словно туда влетело привидение. Ложки с варевом замерли, не
донесённые до рта; у кого-то медленно лилось на пол пиво из накренившейся
кружки.
Корчмарь опрометью бросился вперед. Святую Инквизицию боялись - но не
ненавидели. Фесс уже успел убедиться - её и впрямь считают защитой перед ночными
страхами.
Этлау величественным жестом (именно величественным, несмотря на свой малый рост)
остановил хозяина.
- Не волнуйся, чадо моё. Прикажи отдельно подать обед для меня и вон того
доброго сына Святой Матери нашей, - не лишённым изящества жестом Этлау указал на
Фесса.
Неясыть чуть не лишился дара речи от изумления. Что нужно этому инквизитору?
Решил расплатиться за позор в Больших Комарах? Тогда он выбрал не самое удачное
место... или, как раз напротив, очень удачное. Чем больше жертв - тем тяжелее
обвинения. А жертв будет действительно много, если только он, Фесс, всерьёз
сцепится здесь с отцом-экзекутором.
Трактирщик засуетился, раздавая подзатыльники недостаточно расторопным, по его
мнению, служкам. Этлау, походя раздавая благословения, прошествовал к столу, где
застыли Фесс и его спутники.
- Я хотел поговорить, - не тратя время на приветствия, холодно сказал
инквизитор. - Полагаю, беседа будет для нас небезвыгодна.
Что?! Святая Инквизиция в лице своего обер-мучителя первого ранга предлагает
сделку?
Очевидно, это слишком явно отразилось на лице Фесса, и Этлау угадал, о чём
думает его визави.
- Да, я хочу кое-кто тебе предложить. Народ вокруг них медленно расползался кто
куда. Конечно, святые отцы ведут страшный и многотрудный бой против многоликого
греха, перводвигателя отца всех бед, труд их тяжек и свят, но... кто ж, скажите
честно, сам без греха? А вдруг выкорчёвывать оный грех начнут именно с тебя, да
ещё, поймав на нетвёрдом знании канона, обвинят в ереси? Нет, лучше уж убраться
отсюда подобру-поздорову.
- Пойдём отсюда, - внушительно сказал Этлау. - Поговорим без лишних ушей.
- Мои друзья не могут быть лишними, - твердо сказал Фесс.
Этлау пренебрежительно наморщил нос.
- Не геройствуй понапрасну. Твои слуги просто выполняют приказ. Им ничто не
грозит. Гном известен как доброе чадо Святой Церкви, на орков же махнул рукой
даже Аркин. Они закостенели в язычестве, и кара, ожидающая их в посмертии, куда
страшнее всех мук и пыток этого света.
Глаза Этлау вновь фанатично блеснули, и Фесс в который уже раз подумал, что
инквизитор, похоже, и в самом деле ничуть не сомневается ни в правоте своего
дела, ни в той участи, что, по его мнению, ожидает сородичей Прадда.
- Ну хорошо, - Фесс поднялся. Сейчас он уже горько жалел, что посох остался
среди поклажи.
Трепещущий от почтительности корчмарь проводил их в небольшую чистую горенку,
застеленную разноцветными домоткаными половиками. Стол был покрыт праздничной
расшитой скатертью, и на нём уже дымились миски с горшками.
- Садись, Неясыть. - Этлау опустился па лавку. - Садись и не смотри на меня
волком. Оставим на время раздоры и поговорим.
- О чём же, святой отец? - Фесс не сумел сдержать сарказма, и инквизитор
поморщился.
- Оставь. Тебя это не красит.
- Убийство невинных не красит тебя куда как сильней, - резко ответил Неясыть. К
воронам! Почему он должен вертеться, как уж на сковородке? Бояться слова,
шёпота, взгляда - какой он тогда чародей?!
- Какие же они невинные, - пожал плечами Этлау, без тени сомнения принимаясь за
аппетитную птичью грудку, тушенную с грибами. - Прелюбодеи они, И ты это знаешь.
Этлау не лгал.
- Если казнить каждую жену, изменившую мужу...
- То рано или поздно останутся только те, которые не изменяют, - невозмутимо
бросил инквизитор.
- Скорее не останется вообще никого!
- Ты настолько плохого мнения о тех, кого собираешься спасать от порождений той
самой Тьмы, которой столь верно служишь?.. М-м, отличное пиво.
- Да почему плохого?.. Просто такое бывает сплошь и рядом. Неравные браки,
постылые свадьбы, когда лети просватаны с малолетства... что же им делать?
- Покориться судьбе, - внушительно сказал Этлау. - Нести свою долю невзгод, как
каждый из нас. Тогда Спаситель возрадуется, и, когда грех на земле будет избыт
навеки. Он вернётся и возьмёт нас всех в свое лоно!..
- Тогда почему бы не истребить весь род людской раз и навсегда, Этлау?
- Если б такое было угодно Спасителю, Он совершил бы это сам. Нам, слабым и
недостойным слугам Его, остаётся только выкорчёвывать отдельные сорняки.
Очистить раз и навсегда всю пашню только в Его власти.
Наступило молчание.
- В чем ты хочешь убедить меня, святой отец? В том, что мое дело...
- Я ни в чём не хочу убеждать тебя. Неясыть. Не считай меня тупоумным глупцом,
опьяневшим от крови и убивающим направо и налево ради нескольких мгновений
власти, - внушительно произнёс Этлау.
- Тогда о чём же мы будем говорить? - невольно удивился Неясыть. Этлау сделал
паузу.
- Сначала поешь. Извини, я с дороги и голоден, а ты, застыв здесь в позе вечного
укора, портишь мне аппетит.
- Ты мне аппетит испортил раз и навсегда - там, в Комарах! - резко сказал Фесс,
- Смерть за прелюбодеяние...
Инквизитор опустил серебряную вилку и вздохнул.
- Так мы никогда не сдвинемся с места, Неясыть.
- Тогда скажи мне то, что хотел сказать, и расстанемся, - бросил тот.
- Хорошо, - неторопливо сказал Этлау. - Вот что я тебе хотел сказать, некромант.
Там, где я выкорчёвываю грех и пусть даже страхом, но заставляю других от него
воздерживаться, то есть по мере слабых сил своих приближаю наступление Его
светлого царства, ты, напротив, сеешь грехи, словно землепашец весной. И тем
самым отдаляешь великий миг торжества Спасителя, ибо Он хочет спасти нас не
своим приказом, но нашей осознанной волей. Мало-помалу это поймут те, кого ты
сейчас защищаешь. Ты упокаиваешь кладбища, так? Но если б ты не перехватил мою
силу в Комарах, как бы ты поступил? Стал бы мучить несчастных и уж точно ни в
чём не повинных кошек? Вся вина которых заключалась бы в том, что они не могут
говорить, являясь бессловесными тварями, и у них нет души? Но боль они чувствуют
точно так же, как мы. И страх, и всё прочее. Тебе кажется, ты совершил благо. А
призрак тобой замученного кота станет незримым летать вокруг деревни, звать к
отмщению - и на место упокоенных тобой мертвецов встанут другие чудовища.
- С чего это ты взял? - высокомерно ответил Неясыть, воспользовавшись паузой в
словах инквизитора. - Да и про кошек ты говорил полную ерунду. Люди выращивают
скот, кормят его с рук, оберегают и холят, а потом хладнокровно режут. Принцип
меньшего зла в чистом виде, То же самое и здесь. Про кошачьи призраки я ничего
не слышал, но не думаю, что они опаснее костяных гончих, не говоря уже о
драконах.
- Не слышал... - вздохнул Этлау. Он, верно, хорошо подготовился к этому
разговору. От того узколобого палача-гонителя, каким он предстал в Больших
Комарах, не осталось и следа. - Конечно, ты не слышал! Ты много о чём не слышал!
А как ты отнесёшься к тому, что там, где выкорчеван грех, неупокоенность себя
почти не проявляет?!
Фесс пожал плечами.
- Очень просто, святой... отец. Убивая жертв, ты делаешь то же самое, что и
простой некромант, вынужденный мучить кошек, чтобы уберечь людей. Тебе кажется,
что ты "выкорчёвываешь грех", - а на самом деле ты просто упокаиваешь кладбища.
На краткое время, не навсегда, конечно.
- Ага! - Глаза Этлау торжествующе блеснули. - А ты слышал о Сугробах?!
- Магистрат сказал, что там тоже беспокойное кладбище, - осторожно сказал Фесс.
- Так вот! - Голос Этлау торжественно зазвенел. - Я только что получил энциклику
его преосвященства епископа Арвестского. Люди в Сугробах, доведённые до
отчаяния, дружно раскаялись в грехах, отказали всё своё имущество Святой Церкви,
облачились во власяницы и трое суток без сна и отдыха молились, невзирая на
дождь и ветер. Твари Ночи бродили вокруг них, но молитва была столь сильна, что
никто не дерзнул напасть на молящихся. На четвёртые сутки с погоста раздались
вопли и стоны богохульства, а потом захрустели кости, мёртвые сами вползли в
свои усыпальницы, где и остались, никому более не делая вреда! Вот так,
некромант!
- Надо посмотреть на всё своими глазами, - пожал плечами Фесс. - Как говорится,
"вести из дальних краёв редко бывают верными". Ты, святой отец, этого ведь и сам
не видел.
- В Святой Инквизиции не лгут, если ты этого еще не понял, некромант. Мы
получили донесение от отца-настоятеля храма в Сугробах. Он прекрасно понимал,
что навек погубил бы свою душу, решись он на ложь своему духовному надстоятелю.
- Прекрасно. - Фесс поднялся. - Если тебе больше нечего сказать мне, святой
отец, позволь мне откланяться. В магистрате я слышал о пяти беспокойных
кладбищах, и, хотя магистры не заплатили мне ни гроша, свою работу я намерен
выполнить. Прощай!
- Погоди, - внезапно сказал Этл
...Закладка в соц.сетях
