Жанр: Электронное издание
Марина Серова
Спектакль для одного зрителя
Частный детектив Татьяна Иванова - 0
Марина Серова
Спектакль для одного зрителя
Глава 1
Господи, неужели это правда? Выдалась-таки свободная неделька. Это позволило мне
навести мало-мальский порядок в моей квартире. Как сказала бы моя знакомая парикмахерша
- эх, только мужика сейчас не хватает!
Телевизор уже битых полчаса показывал нашего дорогого президента, который в беседе с
человеком, похожим на Генерального прокурора Российской Федерации, плохой игрой
средненького актера пытался заставить российского телезрителя поверить в то, что в
ближайшую пятилетку с преступным миром в стране будет покончено. В это, конечно, мало
верилось, но президент, как мог, убеждал, а прокурор в ответ задавал ничего не значащие
отрепетированные вопросы.
По Станиславскому, это называлось "проговаривать слова и хлопотать мордой". Так
говорят об актерах, которые за недостатком таланта используют ремесло взамен искусства
переживания.
Эта почти бессвязная речь государственного шефа мне порядком надоела, как, видимо, и
остальным россиянам, сидящим в данный момент у телевизора.
В качестве альтернативы я решила пройти на кухню и включить электрический чайник.
Очень уж захотелось выпить кофейку и перекусить есенинскими пирожными из
"Литературного кафе".
Я вернулась в комнату с кофе и пирожными. Речь президента уже закончилась, и в
программе новостей передавали счет последнего футбольного матча. Это меня тоже мало
интересовало.
Затем последовала реклама. Клаудиа Шиффер настойчиво трясла своими роскошными
волосами и рекламировала посредственный шампунь "Хэд энд Шолдерс". Интересно, чем она
моет волосы на самом деле?
Я выключила телевизор, потому что должен был последовать мексиканский телесериал
для постсоветских пенсионерок. Сами понимаете, я к ним отнести себя никак не могу.
"Чем же мне заняться?" - неожиданно возник в моей голове вопрос. Вот ведь странное
дело: настолько привыкла уже заниматься каким-то делом, что, как выдается свободная минута,
уж и не знаешь, куда себя деть. Чтобы немного успокоиться, я включила музыкальный центр и
поставила новый концерт Мадонны.
Затем достала свои любимые магические косточки, и они немного погодя с мелодичным
звуком рассыпались по полированной глади круглого стола.
Комбинация 31+11+22 говорила о том, что "хоть он ваш друг, но истина дороже".
Хм, о чем же идет речь? На минуту я задумалась, но вскоре оставила эти мысли, так как
гадание на костях еще никогда меня не подводило. И стоило отдаться течению событий,
которые неминуемо должны были последовать. В конце концов, мы мало представляем, что
жизнь подарит нам в следующий момент.
Хотелось бы верить, что ничего особо страшного в ближайшем будущем не произойдет.
Неожиданно в прихожей послышался звонок, своеобразно воспроизводящий
музыкальную фразу из девятой симфонии Бетховена.
"Кого это черти занесли? Неужели друзей, дороже которых только истина?" Летящей
походкой я направилась к двери и прильнула к "глазку". Ах нет! Я же совсем забыла!
Отойдя на минутку от двери, я поглядела на себя в зеркало: на меня смотрела изящная
натуральная блондинка, которая еще вполне могла влюбить в себя настоящего мужчину.
Ну, теперь можно и открывать. Тем более что на пороге действительно стоял мужчина,
причем, как мне показалось, чем-то мне знакомый.
- Ба! Да это ж Димка Лисицын! - воскликнула я, радостно распахнув дверь.
В одной руке Дмитрий держал букет красных гвоздик и коробку шоколада. Что-то
тяжеленькое, напоминающее бутылку, вырисовывалось в целлофановом пакете в другой.
- Таня, я к тебе по делу, - прямо с порога начал Лисицын.
- Дима, подожди о деле! Ты здорово похорошел... - Я пристально разглядывала его.
Давно замечено, что есть сорт мужчин, которые с годами становятся более импозантны.
Некоторая солидность в сочетании с остатками молодости делают мужчину ближе к тридцати
весьма привлекательным для женщин.
Я кокетливо стрельнула в него глазами.
- Эх, Димка! Не получилось в свое время выйти за тебя замуж! Ну да, видно, не судьба.
А с Лизой у тебя все нормально?
- С Лизой? - переспросил Лисицын и слегка замялся, неловко вручив мне букет.
Пока он снимал с себя кожаный плащ, я подумала о том, что ну чем черт не шутит.
Может, он пришел ко мне, так сказать, свататься... Или в любовники набиваться? Ведь было у
нас в прошлом нечто романтическое, вплоть до задумки на построение ячейки общества. Но это
было очень давно, еще в десятом классе...
Теперь даже смешно вспомнить об этом.
- Слушай, Лисицын! - неожиданно встрепенулась я. - Не знаю, зачем ты ко мне
пришел, но знаю одно - что бы там ни было в прошлом, Лиза, можно сказать, моя подруга. В
конце концов, все мы учились в одном классе. И я желаю тебе с ней крепкой и дружной семьи.
- Да нет! - отмахнулся Лисицын. - Это не то, о чем ты подумала. Так сказать, у меня
другая, у тебя, наверное, другой... Я же сказал - пришел по делу Тут все гораздо более
серьезно, чем ты, наверное, подумала.
По выражению лица Димки я смутно догадалась, что его визит не очень-то похож на
завязку любовной интрижки. Проводив гостя в комнату, я усадила его в кресло и предложила
кофе.
Дмитрий Лисицын был моим одноклассником. За годы, что мы не виделись, он
превратился из жалкого троечника в известного писателя. Он сочинял любовные романы, и они
хорошо раскупались. Печатался он под псевдонимом Бен-Лисовский. Это пошло оттого, что
моя экстравагантная школьная подруга, а впоследствии жена Димки, Лиза Степанова, называла
его просто Бен.
Сама же Лиза после школы поступила в театральное училище, с успехом его окончила и
работала актрисой в Тарасовском драматическом театре. И, надо сказать, в среде артистической
богемы эта яркая и незаурядная личность нашла себя. Как злословили про нее наши общие
знакомые, она успешно наставляла рога своему верному мужу и делала это неоднократно и с
удовольствием. Хотя сейчас, в эпоху разнузданных сексуальных нравов, это и не выглядело
особым криминалом.
С другой стороны, такие личности, как Лиза, хорошо знают, где не дозволено переходить
грань. Но если даже это и имело место, то вряд ли столь часто, как склонны сгущать ситуацию
злые языки.
Сам же Димка, или Бен, как его, видимо, теперь надо было называть, был страстно
влюблен в свою жену. Такая ситуация с мужчинами случается редко.
- Ну, так что же стряслось? - спросила я, глядя на то, как Лисицын хмуро начал пить
свой кофе.
Немного помолчав, Бен поставил чашку на стол, попросил выключить музыку и начал:
- Знаешь, Танюша... Как бы тебе это сказать... но...Лиза пропала.
- Как пропала, ты что? - забеспокоилась я.
- Начну с самого начала. - Лисицын достал сигареты и закурил. - Два года назад,
когда я еще был не столь знаменит, начиная свой путь литературным негром, так сказать,
учеником-беллетристом с большими запросами, у нас нередко возникали материальные
трудности. В театре, сама понимаешь, платят мало, а у меня фактически не было работы... В
общем, в это самое время Лиза ушла со сцены, окончила курсы менеджеров и устроилась на
работу в фирму по продаже недвижимости, в "Панораму". Может, слышала про такую?
Я пораскинула мозгами, но, откровенно говоря, этих фирм по всему Тарасову развелось
столько, что ничего не отыскалось в закоулках моей памяти, связанное с этим названием.
Тем временем Бен продолжал:
- Руководит этой фирмой некто Исмайлов Аслан Гусейнович, азербайджанец.
Я задумалась. Насколько я знала, представители народов Кавказа, открывающие фирмы в
России, обычно придерживаются земляческого принципа - то есть берут на работу только
своих, но правило это касается только мужчин. Иметь в сотрудницах россиянок им весьма
приятно. Атакую, как Лиза, о которой даже я, женщина, могу сказать: "Ну просто красавица!"
- тем более.
Но... Обычно руководство, по моим соображениям, требует определенной доли внимания
к своим естественным мужским потребностям. Ну, то, что Лизка, если надо, могла гульнуть, это
понятно. Но для Бена она была святая, переубедить его в этом было сложно.
Я вздохнула.
- Понимаю, о чем ты сейчас подумала, - сказал Бен. - Однако то, что говорят злые
языки, совершенная не правда. Лиза - порядочная женщина. Я прекрасно знаю, что ее
домогался Исмайлов, да и не только он. В какой-то степени мне даже льстит то, что у меня, до
недавнего времени неудачника по жизни, наверное, самая красивая жена во всем городе.
Я про себя усмехнулась. Лисицын всегда считался романтиком, и его сложно было
спустить с небес на землю. Отличаясь категоричностью суждений, и даже если на взгляд
большинства окружающих они были неадекватны, он, как баран, упорно не желал сворачивать
с избранного пути и никогда не менял своего мнения.
- Лиза, естественно, отклоняла все эти предложения, - продолжил тем временем Бен. -
Как умная женщина, она превратила Исмайлова, циничнейшего из мужчин, в доброго ангела
нашей семьи.
Наверное, на моем лице все же отразился некоторый скепсис по поводу его последних
слов, поэтому он нервно повысил голос:
- Да, как и ты, а может, даже больше, я поначалу сомневался в чистоте их отношений. Но
ведь если бы что-то и имело место, Лиза, наверное, скрывала бы дружбу с Асланом. Однако она
представила нас друг другу, причем сама откровенно призналась, что не безразлична своему
шефу, что он предлагал ей развестись со мной и выйти за него замуж. Но... Она предпочла
остаться со мной. А Исмайлов нашел себе пассию уже давно. Это его секретарша Олечка, с
которой он частенько наведывался к нам по субботам. Думаю, для такого мужчины Олечка -
самый подходящий партнер: красота и обаяние с лихвой заменяют ей мозги.
- Подожди, ты сказал, что Лиза пропала. При каких же обстоятельствах? - Во мне
проснулся профессиональный интерес частного детектива.
- Понимаешь... Я, конечно, не уверен, но у меня такое ощущение, что Лиза попала в
беду - На каком основании ты это утверждаешь?
Несмотря на то что Димка был моим старым другом, мой тон сделался более жестким, и я
почувствовала, что передо мной сидел клиент. Не лучше и не хуже других. А в таких случаях я
привыкла задавать конкретные вопросы и получать на них не менее конкретные и
обстоятельные ответы.
- Собственно, подозрения родились два дня назад, - сказал Лисицын. - Лиза уехала в
командировку в Баку и должна была оттуда мне позвонить. Но звонка не последовало ни
позавчера, ни вчера. А сегодня утром она, по идее, должна была вернуться обратно. Но уже
вечер, а ее все нет.
- В Баку? - насторожилась я. - Вместе с Исмайловым? Это же его историческая
родина.
- Нет, - раздраженно ответил Бен. - Она улетела туда одна, для налаживания
контактов с дочерней фирмой "Апшерон Интернэшнл". Исмайлов остался здесь. По телефону с
ним сегодня мне, правда, связаться не удалось, на рабочем месте его не оказалось, но в
"Панораме" утверждают, что он находится в Тарасове.
- Были ли у твоей жены враги?
- Враги? - задумался Бен. - Таня, ну тебе ли .объяснять, какая она, наша дорогая Лиза?
Взбалмошная, экстравагантная, красивая... Не всякая женщина выдерживает момент сравнения
себя с ней в обществе мужчин. Тут уж подсознательно развивается комплекс неприязненного
отношения или, по крайней мере, некоторой отстраненности. Атак чтобы ненавидеть...
по-моему, это слишком.
- А что за дочерняя фирма такая в Баку? - поменяла я тему разговора.
- Как мне объяснила Лиза, в Азербайджане сейчас не то чтобы усиливаются тенденции
национализма, но многие уезжают в Россию: кто-то скрывается от полиции, кто-то - от набора
в армию, - ты ведь знаешь, у них там неспокойная обстановка. Поэтому многие не против
купить квартиру в России или обменяться. И открытие такого филиала в Баку было бы выгодно
"Панораме". Учитывая еще и связи Исмайлова в самой столице Азербайджана.
Я удовлетворилась пояснениями Бена, однако пока что дело не очень прорисовывалось:
мало фактов, если не сказать, что их не было совсем. Лиза улетела в Баку несколько дней назад,
может быть, не смогла оттуда дозвониться и не прибыла обратно. Вот, пожалуй, и все.
Я решила покормить Лисицына ужином, чтобы хотя бы немного поднять его подавленное
настроение. К тому же не зря он все-таки принес шампанское - оно подошло бы очень кстати
к жареной индейке.
Когда уже стол был накрыт, я спросила:
- А коробка конфет и шампанское - это дань чему? По делу вроде бы приходят
по-другому.
- Знаешь, Танюша, я, наверное, не очень изобретателен, - смутился Лисицын. - К тому
же мы не виделись три года. Вот отсюда и этот стандартный набор. А пришел я к тебе не просто
потому, что ты мой старый друг, а потому что наслышан о твоих успехах на поприще частного
сыска. Но ты не думай... На халяву ведь я никогда не любил...
Лисицын снова явно засмущался и даже покраснел.
- Я в состоянии заплатить за твою работу. Слышал - двести баксов за день?
- Ну, если мы уж заговорили о презренном металле, то для школьных друзей - сто
пятьдесят.
- О'кей, - коротко резюмировал Бен и поднял бокал с шампанским.
- За что пьем?
- За успешное завершение дела, - совсем серьезно ответил Бен.
Покончив с ужином, мы спустились во двор.
Я вывела из гаража свою любимую старушку-"девятку", и мы отправились к Бену домой.
Я сама напросилась к нему в гости. Мне хотелось посмотреть, не осталось ли чего-либо среди
вещей Лизы, что могло бы навести на ее след и хоть как-то прояснить ситуацию.
- Кстати, забыла тебя спросить, как поживает Эдик? - вспомнила я о сыне Лисицыных,
сидя уже за рулем автомобиля.
- Он воспитывается у бабушки, матери Лизы, - ответил Бен. - Артистическая натура
Лизы проявилась даже в том, как она назвала сына. Хотела, чтобы это было не очень похоже на
привычные имена.
- Вас это устраивает? То, что он у бабушки...
- Почему нет? Мы оба достаточно творческие люди... Понимаешь, на ребенка иногда
просто не хватает времени...
Я пожала плечами и промолчала. У меня своих детей не было, и мне сложно судить об
отношении других людей к своим детям. Скорее всего я не имела на это права. Поэтому я с
уважением отнеслась к позиции Бена и не стала продолжать эту тему.
Вскоре мы уже входили в квартиру Лисицыных.
Она являла собой пример перепланировки двухкомнатной квартиры на западный манер.
Гостиная соединялась с кухней; одна из стен гостиной очень напоминала задник сцены,
оформленный в шекспировском духе. Цветные стеклышки мозаики складывались в силуэт
благородной дамы в стиле Марии Стюарт с гофрированным воротником; ее надменно
поджатые губы и полупрезрительный взгляд, направленный в сторону коленопреклоненного
рыцаря, казалось, напоминали в какой-то степени облик самой хозяйки дома.
Мне вспомнилось, что еще в детстве Лиза предпочитала называть себя Элизабет. Но после
удачно сыгранной роли египетской царицы Клеопатры она несколько поменяла имидж. И
артистическая богема звала ее не иначе как Клео. И, в общем-то, в ней было очень много от
легендарной царицы.
Своеобразное впечатление производила спальня Лисицыных. Круглая постель под
балдахином из нежно-лилового шелка и красное покрывало с китайскими драконами косвенно
намекали на эротические фантазии, посещавшие Элизабет.
Но для меня она всегда оставалась просто Лизой, одноклассницей. Даже скорее бедной
Лизой. Ей бы родиться в семье американского миллиардера Вандербильта, а не играть роль
Эллочки-людоедки. Но судьба-злодейка расставила и здесь свои акценты, как, впрочем,
расставляет их по своему усмотрению в каждой судьбе.
Правда, справедливости ради надо заметить, что от Эллочки-людоедки ее резко отличал
уровень интеллекта и острый ум.
В спальне я не обнаружила сколько-нибудь интересных деталей, относящихся к делу. В
так называемом книжном шкафу почти не было книг, не считая бульварной литературы.
Объяснялось это тем, что Лиза была очень экономной и практичной натурой, не считала
нужным захламлять дом и к книгам относилась как к мужчинам: прочитала роман, взятый из
библиотеки, закрыла его и забыла. А может быть, и предавалась порой воспоминаниям, но не
загромождала лишними вещами свою жизнь и квартиру.
На полках я заметила много модных журналов:
"Вог", "Бурда Моден", а также многочисленные альбомы фотографий.
Бен, наблюдавший за направлением моего взгляда, пояснил:
- Лиза любит фотографироваться с любым встречным и поперечным. Как шутит наш
малыш - здесь в каждом снимке мама.
Я насчитала восемь альбомов, по триста штук в каждом. С фотографий на меня глядела
разная Лиза.
То она в роли пастушки из пасторали, то в русском водевиле, то уличная женщина из
"Оперы нищих". То в кругу друзей, то в обнимку со знаменитостями, то с какими-то
улыбающимися молодыми людьми.
Когда я спросила у Бена, кто они такие, он отвечал, что это то ли актеры, с которыми она
играла в различных спектаклях, то ли нужные ей люди. О многих он вообще не имел
представления. Вероятно, многое из личной жизни Лизы ему было вообще мало понятно и мало
известно.
Меня заинтересовала одна фотография. Если большое количество молодых людей вокруг
Лизы я еще как-то могла объяснить, фотография с запечатленным на ней пожилым мужчиной
явно восточной внешности с тростью из слоновой кости почему-то привлекла мое внимание.
- Кто этот старик? - спросила я Бена.
- Не знаю, может быть, профессор какой-то или бизнесмен. У нее так много знакомых...
Ну, уж к этому я бы точно не стал ревновать. И вообще, если говорить откровенно, о
сексуальных пристрастиях своей собственной жены я имею достаточное представление.
Поэтому и не ревновал особенно к Исмайлову.
Дело в том, что ей нравятся голубоглазые блондины моего типа и ее ровесники, так что
зеленая молодежь и седовласые старцы не составляют мне конкуренции.
Ей нравится общаться с представителями Кавказа, возможно, ей импонирует природная
предприимчивость этих людей. Но в любви, знаешь ли, мы ищем не себе подобных, как в
друзьях, а скорее то, чего мы недополучили в детстве. Вот и жгучая брюнетка Лиза
неравнодушна к блондинам и не любит темноволосых.
И вообще, я уверен в ней на сто процентов, как бы это ни показалось тебе наивным. Мне
даже немного оскорбительно, что ты в ней сомневаешься. В конце концов, что бы ни было, а вы
были подругами...
- Извини, это профессиональная привычка - задавать вопросы, которые могут
показаться нетактичными, - защищалась я.
На иных фотографиях Лиза представала светской дамой: на приеме у мэра города, на фоне
шикарных особняков тарасовской знати. Надо сказать, компании были не чисто мужскими, на
них можно было разглядеть и импозантных красавиц, которые могли составить конкуренцию и
самой Лизе.
На одном из снимков в ресторане "Вена" Лиза была запечатлена рядом с огненно-рыжей
дамой, которая широко улыбалась Лизе, словно рекламировала новую зубную пасту - Кто
это? - спросила я.
- Лариса Виноградова, - ответил Бен. - Кстати, не думай, что они такие уж подруги,
как можно подумать, глядя на эту фотографию. В действительности скорее наоборот -
непримиримые противницы. Естественно, только на сцене... Дело в том, что в свое время
Виноградовой не дали роль Клеопатры, а предпочли Лизу.
- Где Виноградова сейчас?
- Наверное, в театре, где же ей еще быть? - равнодушно произнес Бен. - И
рада-радешенька, что Лиза оставила сцену. Кстати, именно Лариса распускала слухи о том, что
несомненная любовная связь с режиссером помогла Лизе получить главную роль. Но это, ты
сама понимаешь, сплошные враки...
Я, признаться, склонялась к точке зрения Ларисы, хотя никогда ее не знала и не была
осведомлена о закулисных интригах театральной жизни. Это было как-то далеко от меня - я
небольшая поклонница театра, да и светские сплетни меня мало волновали.
Но Бен всегда оставался наивным малым. И если, когда у нас с ним были романтические
отношения, это, напротив, привлекало и не казалось изъяном, то в данном случае, мягко говоря,
я не могла согласиться с его точкой зрения. Одно я поняла - он ее любит. Не знаю уж, как
она, - с нашей последней встречи прошло несколько лет, и бог его знает, что может за это
время измениться в человеческих отношениях.
А объективно... Даже беглый взгляд на фотоальбомы свидетельствовал о том, что Лизе
нравилась бурная богемная жизнь. Бен же был человеком углубленным в себя и романтиком в
душе. Внешне не очень импульсивный, он вел себя довольно замкнуто, постоянно находясь в
поиске литературных идей. И вряд ли ему очень уж нравился образ жизни, который вела его
жена Лиза.
И тут я почему-то подумала: уж не сбежала ли его благоверная к другому? Но если так, то
скорее всего забрала с собой и сына. Хотя, как говорили нам наши общие приятельницы, Лиза
не очень ощущала себя матерью. Может быть, она до этого еще попросту не дозрела. Поэтому и
ребенок, насколько я поняла, проводил львиную долю своего времени у бабушки.
И тут, словно в ответ на мои мысли, раздался телефонный звонок.
- Здравствуйте, Анна Михайловна, - прозвучал голос Бена. - Нет, еще не приехала...
Задерживается...
Почему вам не позвонила? Ну, вероятно, не смогла...
Как Эдик? С уроками все нормально?.. Ну и хорошо...
Как только приедет, сразу же позвонит.
Лисицын положил трубку.
- Теща звонила, интересовалась, - подавленным голосом пояснил он. - Я не стал ее
расстраивать. Она тоже такая эмоциональная натура... Может, там ничего еще и не случилось.
Может быть, еще все и уладится...
Эти фразы он произнес, глядя мне в глаза, словно желал услышать от меня подтверждение
своим мыслям. А это было так очевидно. Он хотел одного: чтобы Лиза поскорее опять
оказалась рядом с ним.
- В самом деле, зачем доставлять лишнюю тревогу матери? - согласилась я с ним.
И все же, несмотря на то что одна из составляющих версии о том, что Лиза сбежала, - а
именно ее сын, - отпала, я решила проверить еще одну И послала Бена на кухню приготовить
мне кофе с бутербродами, сама же продолжила осмотр комнаты.
Если ребенок ее не очень-то интересовал, то практичная Лизина натура обязательно
проявилась бы в другом. В платяном шкафу я обнаружила две натуральные шубы - из норки и
соболей, а в шкатулке среди бижутерии нашла дорогое бриллиантовое кольцо и серьги.
Следовательно, версия побега выглядела весьма слабовато.
Наверняка бы в таком случае она прихватила с собой разные цацки. Значит, дело в чем-то
другом. Если, конечно, вообще все случившееся не является недоразумением и Лиза не
объявится сегодня-завтра дома и не объяснит все это нелетной погодой.
Я с трудом впихнула в себя бутерброды - ведь все это было затеяно лишь для того,
чтобы Бен не видел, как я шарю в личных вещах его жены, - и собралась уходить.
- Таня, как ты думаешь, это дело выгорит у нас с тобой? - с надеждой спросил меня на
прощание Бен и взял за руку - Знаешь, Димка, никогда наверняка не знаю, чем кончится то
или иное мое расследование. - Я сочувственно пожала ему руку - Но чутье детектива
подсказывает мне, что я решу твои проблемы. Не знаю, вернется ли к тебе Лиза или она уже не
сможет вернуться, но я отвечу на все поставленные тобой вопросы.
Я решительно убрала руку и открыла дверь. Бен долго смотрел мне вслед, пока я
спускалась вниз по лестнице подъезда.
Уже садясь в "девятку", я мысленно сосредоточилась на том, что буду делать завтра.
Логика же первоначальных шагов моего расследования была достаточно ясна: в первую
очередь мне предстояло познакомиться с господином Исмайловым, непосредственным
начальником Лизы. А дальше - видимо, прояснить для себя круг общения своей бывшей
одноклассницы.
Мадам Виноградова тоже не должна быть обойдена моим вниманием. Но первым делом
- фирма "Панорама"!
Я приехала домой и, почувствовав после разговора с Веном и посещения его квартиры
усталость, легла спать.
Офис агентства по недвижимости "Панорама" размещался в центре города, на улице
Московской, в старинном здании постройки девятнадцатого века.
"Панорама" являла собой типичный образец евродизайна, по крайней мере такого, каким
его себе представляли постсоветские бизнесмены.
За стеклянной дверью я обнаружила длинный коридор, по обе стороны которого
находились двери, обитые дерматином под кожу и ведущие в различные кабинеты.
Осведомившись у проходившего мимо мужчины с каким-то пакетом в руках, где я могу видеть
директора фирмы, я направилась в конец коридора.
Там елевой стороны размещалась приемная, в которой за компьютером сидела девица лет
двадцати пяти, вульгарно накрашенная, но с явной претензией произвести впечатление
светской дамы. Ее темно-русые волосы ниспадали на пышный бюст, едва прикрытый ажурной
кофточкой. Ярко накрашенные ноготки секретарши плавно скользили по клавиатуре.
Глянув на меня поверх очков и полупрезрительно фыркнув, она произнесла:
- А вы, собственно, по какому вопросу, девушка?
- Мне нужен Исмайлов.
- Ой, вы знаете, Аслан Гусейнович очень занят.
Вы вначале мне скажите, по какому вопросу, может быть, я вам смогу чем-то помочь.
В ее интонации сквозил некоторый налет надменности и - странно - затаенного испуга:
уж не пришла ли я устраиваться на работу в фирму? По-видимому, это была та самая Олечка, о
которой вчера упоминал Бен как о пассии Исмайлова, высказавшись при этом о ее
интеллектуальных способностях не слишком лестно. Но, вероятно, она дорожила своим местом
в фирме.
- Вы знаете, у меня с Асланом Гусейновичем беседа конфиденциального характера по
очень серьезному вопросу, - сказала я.
- Да? - недоверчиво покосилась на меня Олечка. - Это по какому такому.,
конфиденциальному вопросу серьезного характера?
Она посмотрела на меня так, как порядочная замужняя женщина смотрела бы на девушку
с Большой Казачьей - улица эта в Тарасове представляла собой нечто вроде квартала
"красных фонарей" в Амстердаме.
Чтобы успокоить мадемуазель Гаврилову Ольгу Юрьевну, как гласила надпись на
бэйджике, который почти горизонтально пристроился на ее груди, я решила внести некоторую
ясность:
- Я частный детектив Татьяна Иванова. Вот моя визитка. - Я протянула ей
заламинированную бумажечку с моими данными. - И у меня действитель
...Закладка в соц.сетях
