Жанр: Электронное издание
podushkin
...да, существуют различные расценки для
технической документации и, так сказать, художественного текста, но сами
понимаете, что текст тексту рознь. Иногда такого навертят! Все словари
перероешь, пока сообразишь, что к чему, а в кассе дадут пшик! Текст сложный, но
уместился на одной страничке. А случается, принесут просто "Войну и мир",
многотомное произведение, наберешь бумаги побольше и спокойно переводишь без
всяких проблем, ну и получаешь большую сумму. И как по-вашему, что лучше?
- По-моему, ответ очевиден.
- Вот я и дала Беате очень хорошую работу, - вздохнула Нинель Игоревна, -
правда, предупредила: у нас очень строго, велено сдать десятого числа,
расшибись, а принеси. Не одиннадцатого, не двенадцатого... В стране безработица,
переводчиков как собак нерезаных, а "Птица Говорун"
г платит исправно.
Но Беата десятого числа не явилась, Нинель Игоревна позвонила девушке, а
та заявила:
- Заболела и не успела.
- Ладно. - Нинель Игоревна решила пойти навстречу хозяйской протеже. -
Конечно, нехорошо, но всякое случиться может. Сделай к пятнадцатому.
- Ладно, - отозвалась без особого энтузиазма Беата.
Но через пять дней Быстрова не объявилась.
Нинель Игоревна схватилась за голову, послала к девушке курьера, который
доставил несделанную работу в офис. Нинель Игоревна глянула на рукопись и
поняла, что её даже не открывали. Пришлось ей, отбросив все дела, самой
переводить.
- У меня создалось впечатление, - говорила дама, - что госпожа Быстрова
практически не владеет английским языком. Я, правда, ничего не стала говорить
Никите Григорьевичу.
- Почему?
Нинель Игоревна вздохнула:
- Он очень вспыльчивый, не терпит около себя сотрудников, которые пытаются
высказывать собственное мнение. У нас в конторе как в полку - упал, отжался,
дальше побежал. Вот я и не рискнула пожаловаться. Знаю, что Серегин хороший
знакомый Никиты Григорьевича, ну и решила: попросит эта девчонка новую работу,
дам сложнейший перевод, пусть ковыряется. Есть у нас заказчики, которые могут
пойти к начальству и скандал поднять. Пусть на неё клиенты жалуются, а не я.
Дружба дружбой, а табачок, знаете ли, врозь! Только она больше не появлялась.
Похоже, и не собиралась работать переводчицей. Поэтому, естественно, ваш заказ
возьмем, но отдать его Быстровой не могу. Кстати, ею милиция интересовалась!
- Да ну?
Нинель Григорьевна кивнула:
- Приходил молодой человек, просто ребенок, я даже сначала не поверила,
что он в органах служит.
Но паренек показал удостоверение и принялся расспрашивать Нинель. Хорошо
ли работала Беата? Были ли у неё в коллективе скандалы? С кем дружила?
Нинель Игоревна выложила правду. Девушку тут никто не знает, она была в
"Птице Говорун" всего один раз, когда оформлялась на работу, с тех пор о ней ни
слуху ни духу, очевидно, деньги не нужны, просто требовалось куда-то положить
трудовую книжку, так иногда делают, чтобы стаж не терять. Юный милиционер ушел
ни с чем. Правда, Нинель Игоревна посоветовала пареньку:
- А вы загляните на её прежнее место работы, там небось девушку лучше
знают. Я фальшиво возмутился:
- Встречаются же такие лживые особы!
- Сейчас вся молодежь такая, - отмахнулась Нинель Игоревна, - ничего в
голове нет, одна дырка. Мы были другими, ответственными, понимали, что нужно
упорно трудиться, а эти! На уме только компьютерные игрушки!
- Но Беата вроде не девочка, - педалировал я тему.
Нинель Игоревна скривилась:
- Ну да, паспортный возраст солидный, а по уму пятнадцати не дашь. Жертва
перестройки.
Они все, кому в восемьдесят пятом четырнадцать-пятнадцать было, ущербные
выросли. На их глазах страна развалилась, моральные ценности вдребезги
разбились, престижно стало воровать, убивать, грабить. Сейчас все вновь
становится на свои места, дети начинают учиться, поняли, что нужно иметь хорошее
образование, но то поколение потерянное. Знаете, что удивительно? Я вздернул
брови вверх:
- Что же?
- До того как прийти к нам, Беата преподавала язык в школе.
- В какой?
- Самой обычной, районной. Погодите-ка. Нинель Игоревна пощелкала
компьютером.
- Вот, общеобразовательная, номер две тысячи двести семь. Я ещё подумала:
"Господи, куда мы катимся, если эта особа воспитанием детей занималась".
- Она произвела на вас такое отрицательное впечатление?
Нинель Игоревна покраснела:
- Уж извините, сначала я приняла её за проститутку, у нас случаются такие
клиентки. Я удивился:
- Зачем ночным бабочкам ходить в бюро переводов?
У них мечта: выйти замуж за иностранца и уехать, - фыркнула Нинель
Игоревна, - кино насмотрелись и полагают, будто в Европе и Америке повсюду горы
бесплатного шоколада лежат. Письма от потенциальных женихов приносят.
Когда Беата без стука и спроса влетела в кабинет, Нинель Игоревна сперва
подумала, что к ней завалилась очередная жрица любви. Красная кожаная миниюбочка,
длинное пальто, сапоги-ботфорты, яркий макияж и удушающий запах дорогого
парфюма. Но, к её глубокому изумлению, размалеванная девка оказалась будущей
сотрудницей.
- Учитывая вышесказанное, - подвела итог дама, - надеюсь, вы понимаете,
что вашу работу следует отдать другому человеку.
- Хорошо, я подумаю, как поступить, - быстро ответил я.
Нинель Игоревна нахмурилась:
- Вас не убедили мои аргументы? По-прежнему желаете иметь дело с
Быстровой? Вольному воля, только я с ней связываться не стану. Хотите нанять
сомнительного переводчика, действуйте сами.
- Между прочим, госпожа Быстрова числится в "Птице Говорун", - решил я
уколоть Нинель Игоревну. - Вы сами признались, что не хотели ругаться со своим
начальником и ничего ему не сказали про Беату. Нелогично получается. Радеете за
родную фирму и числите в ней недобросовестных работников.
- А я ей заказов не даю, - вспыхнула женщина, - она не просит, и не надо.
- Вдруг кто-то захочет воспользоваться её услугами!
- С какой стати?
- Но я же пришел!
Нинель Игоревна скорчила презрительную гримасу.
- Вы единственный за долгое время. На улице начался дождь. Я быстро влез в
"Мерседес", позвонил Hope и все ей рассказал.
- Езжай в школу, - приказала хозяйка и добавила: - У тебя по дороге
мебельного магазина не найдется?
- Вполне вероятно, что встретится, а в чем дело?
- Посмотри там большое красное кожаное кресло с высокой спинкой.
Ага, с широкими подлокотниками, глубокое. Такое стояло в кабинете Ниро
Вульфа. Усмехнувшись, я набрал телефон справочной службы "Би лайна" и, ожидая
ответа оператора, закурил. Значит, Hope мало того, что мы теперь вынуждены
выбрасывать за окно несъедобную еду, подавай ей другой интерьер кабинета. Прямо
смешно. Никогда бы не подумал, что Элеонора способна превратиться в ребенка.
Узнав адрес школы, я медленно покатил по улицам, разыскивая вывеску
"Мебель", но глаза наткнулись на другую - "Кафе "Пирожок". Рот наполнился
слюной, и я понял: если сейчас же, сию минуту, не вбегу в это сомнительное
заведение и не проглочу штук десять пончиков, то просто скончаюсь от голода.
Есть хотелось безумно. Испытывая первобытные ощущения, я вошел в небольшое
помещение, купил сразу пять пирожков и кофе по-турецки.
К моему полному изумлению, выпечка оказалась невероятно вкусной, кофе
крепким, а официантка приветливой. Проглотив половину еды не жуя, я притормозил
и приказал себе: "Ты же не собака, ешь спокойно, никто не отнимет". Но
изголодавшийся желудок бунтовал, и я чуть не подавился, откусив слишком большой
кусок от следующего пирожка.
- На диете небось сидите, - визгливо рассмеялась официантка, - к нам вчера
одна женщина заявилась, столько слопала! Мы прямо испугались, как бы ей не
поплохело, но она объяснила: худеет, ничего не жрет, и вдруг как прихватило!
Вот на наших пирожках душу-то и отвела! Цирк прямо!
- Просто я очень проголодался, - ответил я, судорожно глотая.
Не рассказывать же простоватой девице про кулинарные изыски Лены, которые
мы с Норой стабильно выбрасываем за окно? Интересно, как устраивается с едой
Элеонора? Я-то бегаю по городу и в принципе могу зарулить в предприятие
общественного питания. Хотя, честно говоря, не слишком люблю места, где готовят
для большого количества людей. Единственный ресторан, куда я ходил со спокойной
душой, расположен в Центральном доме литераторов. В свое время отец частенько
брал меня туда. Но теперь это заведение потеряло всякую привлекательность.
Готовить стали не ах, исчезли фирменные блюда, пропали любимые всеми слоеные
пирожки с мясом. Зато цены взлетели в заоблачные выси, мне с моим окладом в
Дубовом зале делать нечего. Место, где чашечка кофе стоит, как баллистическая
ракета, не для меня. Если Нора по-прежнему будет упорствовать и делать вид, что
Ленка гениальный кулинар, вашему покорному слуге придется покупать бульон
"Магги" и пить по вечерам в своей комнате отвратительное пойло, не имеющее
ничего общего с нормальным супом. Один раз, задавленный рекламой, я таки купил
пакетик "Горячая кружка". Большей гадости в жизни не пробовал. В слишком соленой
воде плавало две вермишелины, колечко репчатого лука и пара кубиков моркови.
Вкус достигался ароматизаторами. Но меня не привлекает вся таблица Менделеева в
одной кружке, даже в горячем виде и под названием суп.
Я вытер жирные пальцы салфеткой и, взяв с собой пирожков, поехал в школу.
Вокруг четырехэтажного здания с диким гиканьем носилась орда взъерошенных
мальчишек. У подножия лестницы были свалены грудой грязные портфели и валялись
пустые пакеты из-под сока. Я выхватил из толпы вертлявое существо лет восьми и
спросил:
- Где можно найти вашего директора? Мальчик утер кулаком нос и заявил:
- Я свободный ребенок, в свободной стране и имею полное право проводить
свободное время как хочу. Нравится мне - вот и бегаю. Чего директором пугаете?
Честно говоря, я растерялся, у меня в его возрасте такая фраза никогда бы
не слетела с языка. Более того, я бы и не посмел так даже подумать! Свободный
ребенок в свободной стране! Бог мой, я боялся всех: учителей, директора,
взрослых мужчин и женщин, председателя совета пионерской дружины, секретаря
комсомольской организации, контролера в трамвае, потом старосты курса, декана,
ректора. Лишь отец вызывал у меня не ужас, а уважение. Да я до сих пор не ощущаю
себя свободным, поэтому предпочитаю не спорить ни с Элеонорой, ни с Кокой, ни с
Николеттой. Да уж, нужно было приехать в этот школьный двор и налететь на
второклассника, чтобы понять: все мое воспитание строилось на чувстве страха и
раболепия.
Я молча смотрел на ребенка.
- Ну так я пойду играть, - спокойно заявил тот, выкручиваясь из моей руки.
- Вы меня неправильно поняли, - улыбнулся я ему как взрослому. - Бегайте
себе на здоровье, если душа просит. Мне просто нужно побеседовать с директором,
к вам это не имеет никакого отношения.
- Алла Семеновна сидит на первом этаже, - выкрикнула свободная личность и
понеслась по двору, азартно выкрикивая: - Эй, скорей, покемоны выступают!
Я с легкой завистью посмотрел ему вслед. Все, решено. Сегодня же наберусь
смелости и заявлю Лене, что её стряпня чудовищна.
Глава 26
Алла Семеновна выглядела так, как и должен смотреться директор школы: дама
неопределенного возраста, в деловом костюме, со старомодной укладкой на голове и
в очках. Скорей всего, она преподает математику.
- По какому вопросу ко мне? - сурово спросила тетка.
Я нацепил на лицо самую сладкую улыбку:
- Мой сын собрался изучать английский язык, мы хотим нанять репетитора.
- Это не ко мне, - рубанула дама, - впрочем, поговорите с Ладой Глебовной,
завучем, может, кого посоветует.
- У нас есть кандидатура...
- И что? - Алла Семеновна не стала любезней. - Извините, я не понимаю сути
проблемы. Сделайте милость, изложите просьбу внятно.
- Нам посоветовали девушку, учительницу английского языка из вашей школы.
Но сами понимаете, впускать в дом незнакомого человека опасно, вот я и пришел
навести о ней справки. Мы с женой целый день на работе, ребенок будет сам
открывать репетитору дверь, мало ли что...
- Девушка? - изумилась Алла Семеновна и сняла очки.
Без оправы её глаза стали беззащитными, и я понял, что она вовсе не злая,
просто очень устала, да и положение обязывает сохранять неприступное выражение
лица.
- У нас недокомплект преподавателей английского языка, - объяснила
директор, - две свободные ставки висят, не идет народ в школу. Сейчас только
одна учительница осталась, Вера Ивановна, ей уже за шестьдесят, молодых нет.
- Нашего репетитора зовут Беата Быстрова. Внезапно Алла Семеновна
покраснела:
- Беата Быстрова? И где вы её взяли?
- Объявление прочитали в газете "Из рук в руки". "Даю уроки английского
языка детям, работаю в школе, в совершенстве знаю программу, подготовка в вуз,
плата умеренная". Мы позвонили, и впрямь недорого просят, десять долларов урок,
остальные-то по пятьдесят хотят. - Я старательно изображал из себя клинического
идиота.
Алла Семеновна вновь надела очки, лицо её приобрело жесткое выражение.
- Уважаемый... э...
- Иван Павлович.
- Так вот, уважаемый Иван Павлович, вы уже не мальчик, а демонстрируете
редкостную беспечность. Разве можно искать преподавателя по газете бесплатных
объявлений? Мало ли кто чего напишет! Вы с женой владеете английским?
- Нет. Иначе бы зачем нам деньги на учительницу тратить? Супруга бы сама
помогала делать домашние задания.
- Вот видите, - подняла вверх указательный палец Алла Семеновна. - И как
вы проверите квалификацию репетитора, а? Голову запудрить людям легко.
- Но где же найти учителя?
- По знакомым, другого пути нет, иначе рискуете заполучить аферистку,
такую, как Беата.
- Но ведь она работает в вашей школе.
- Быстрова давно уволена.
- Она говорит...
- Сказать можно все, что угодно!
- Почему её выгнали?
- Это неважно, за профнепригодность.
- Пожалуйста, расскажите поподробней.
- Ни к чему, - отрезала Алла Семеновна, - вы пришли узнать о
профессиональных качествах этой особы, я вам даю однозначный ответ: Быстрова
языка не знает, преподавать не умеет, диплом, очевидно, купила. В качестве
репетитора её в дом пускать опасно, может украсть то, что плохо лежит.
- Даже так? - делано изумился я. - А нам с женой девушка понравилась,
милая, интеллигентная, простая. Знаете, ложно обвинить можно всякого! Между
прочим, Беата предупредила, что вы начнете о ней гадости говорить.
Алла Семеновна поджала губы:
- Извините, больше мне сказать нечего. Хотите - нанимайте, заплачете
потом, да поздно будет.
Я посмотрел на её сухопарую фигуру, облаченную в наглухо застегнутый
строгий костюм, и ощутил прилив вдохновения. Опершись о стол, я подмигнул
директрисе и, понизив голос, сказал:
- Беата-то рассказала мне, по какой причине её уволили.
Алла Семеновна отшатнулась с сторону:
- Что вы имеете в виду?
- Ничего, кроме правды. Вы отбили у Быстровой жениха, молодого парня,
Мишу. Кстати, он танцует стриптиз в баре и не слишком подходит директрисе школы
ни, простите, по возрасту, ни по социальному статусу. Но любовь зла, полюбить
можно всякого, однако с вашей стороны, ей-богу, некрасиво сначала увести жениха
у девушки, затем выгнать соперницу, чтобы не маячила перед глазами, а потом
рассказывать о ней гадости первому встречному!
Алла Семеновна уронила очки на стол. Лицо её сравнялось по цвету с
вымпелом "За победу в социалистическом соревновании. 1984 год", невесть почему
висевшим до сих пор на стене. Минуту она смотрела на меня раскрыв рот, потом
взвизгнула, потеряв всякую солидность:
- Как можно сочинить такую мерзость? - А что, неправда?
Директриса вскочила и забегала по кабинету. На ногах у неё были не
шпильки, а туфли на удобных, толстых, невысоких каблуках.
- Конечно, нет! Боже! Выдумать такую глупость! Хотя Беата способна на
многое! Я увела у неё мужчину! С ума сойти! Да я уже три года как вдова!
- Ну и что? - нагло заявил я. - При чем тут вдовство? Как раз все очень
даже складывается. Супруг ушел в мир иной, угрызения совести не мучают, а
молодой любовник лучше, чем старый пень!
Услыхав последнюю фразу, Алла Семеновна застыла, словно жена Лота. Я давно
заметил, у каждой женщины есть нечто, чем она гордится. У одной - фигура, у
второй - карьера, у третьей - дети, у четвертой - муж... Хотите, чтобы существо
противоположного пола прониклось к вам симпатией, похвалите его прицельно,
затроньте предмет её гордости. Одной можно заявить: "Дорогая, вы с дочерью
неотличимы друг от друга". Другой выразить восхищение: "Не всякая сумеет обойти
мужчин на пути к креслу начальника".
А вот если нужно разозлить тетку, поступайте наоборот и мигом утонете в
потоке возмущенных слов. Обижаясь, женщины, как правило, становятся на редкость
говорливы. Правда, большинство из них вообще болтливы безмерно, а уж в состоянии
стресса им просто нет удержу.
Алла Семеновна не была исключением. Шумно вздохнув, она прошипела:
- Ну Беата, ну сволочь! Знаете, отчего её отсюда выгнали?
- Нет, - спокойно ответил я, поудобней устраиваясь в жестком кресле.
Дело сделано, рыбка попалась на крючок, сейчас на меня выльется океан
сведений. И точно. Алла Семеновна затараторила, словно торговка рыбой. Очевидно,
пассаж про любовника-стриптизера оскорбил её до глубины души. Скорей всего,
директриса считает себя образцовой вдовой.
Когда Беата пришла в школу, Алла Семеновна сначала обрадовалась.
Преподавателей английского языка постоянно не хватает, приходится брать тех, кто
давно перешагнул пенсионный возраст, а они не лучшие кадры. И потом, пожилые
преподавательницы обидчивы, капризны, часто кричат на детей, ругаются с
родителями и закатывают истерики в учительской, не говоря уж о том, что у них
постоянно то давление скачет, то сердце прихватывает. Одним словом, Алла
Семеновна предпочитала иметь дело с молодыми, но где их взять?
Юноши и девушки, окончившие педагогические институты, устраивались куда
угодно, но не в школу. Впрочем, их можно понять. Сорокавосьмичасовая рабочая
неделя, классное руководство, бесконечная проверка тетрадей, на службе нужно
быть без пятнадцати восемь утра, а уйти удается только после пяти... И за все про
все начинающий педагог получает такую зарплату, что остается голодным, босым и
раздетым. Поэтому понимаете, как обрадовалась Алла Семеновна, когда в её кабинет
постучалась Беата, у которой имелся диплом об окончании Московского
педагогического института. Бедная директриса совсем недавно приняла на работу
двух инженеров, пришедших из очередного развалившегося НИИ. Математик и физик
оказались отличными специалистами, предмет знали великолепно, но в плане
педагогики были полные профаны, совсем не умели управляться с детьми. А тут
молодая женщина, профессионал...
Правда, Беата никогда не работала, трудовой книжки не имела. Но она
объяснила директору положение вещей: была замужем за Дмитрием Быстровым. У того
имелось двое детей от предыдущего брака, и Беата, полностью забыв о себе,
воспитывала шаловливых пасынков. Однако супруг оказался не слишком порядочным
человеком и через некоторое время вновь сошелся с первой женой, заявив Беате:
- Извини, я хочу развестись. Мальчикам лучше с родной матерью.
Вот так девушка, вложившая много времени и сил в чужих детей, оказалась у
разбитого корыта, пришлось вспоминать о полученной специальности и искать
работу.
Алла Семеновна прониклась жалостью к бедной девочке и во всем пошла ей
навстречу. Беата попросила дать ей только младшие классы.
- Опыта нет, - потупилась учительница, - боюсь, не справлюсь со взрослыми.
Алла Семеновна не перечила, и правда, пусть пока попробует с маленькими.
Первые три месяца все шло отлично. Потом начались проблемы. Сначала в
директорский кабинет влетела раздраженная мамаша и заявила:
- У моего Кольки сплошные пятерки по английскому!
Алла Семеновна, привыкшая, что родители обычно бывают недовольны двойками,
удивилась:
- Вам не нравятся отличные отметки?
- Такие - нет! - ответила женщина. - Вот смотрите, я сама немного знаю
английский и решила проверить у Коли тетради. Здесь, здесь и здесь - ошибки,
упражнение сделано неверно, а учительница ничего не заметила и поставила "пять".
Директриса вздрогнула:
- Извините, случается. Наверное, устала очень, вот глаз и "замылился",
тетрадей много, Беата Андреевна сидит над ними, скорей всего, до полуночи. Я
сделаю ей замечание, попрошу быть внимательной.
Родительница усмехнулась:
- Ладно бы один раз, всякое бывает! Но она исправляет только такие
неточности, которые бросаются в глаза даже второкласснику, остальные не
замечает. Да вы полистайте тетрадь-то!
Алла Семеновна не владеет английским, поэтому вызвала в качестве
третейского судьи Веру Ивановну, которая подтвердила:
- Домашние и классные работы сделаны плохо, за них и тройку поставить
нельзя.
Выпроводив разъяренную мамашу, Алла Семеновна вызвала к себе Беату и
призвала ту к ответу.
Девушка слегка покраснела:
- Да, я ставлю Коле Реутову незаслуженные пятерки и не подчеркиваю ошибки
в тетради.
- Почему? - возмутилась начальница.
- У Коли изверг-отец, - пояснила Беата, - бьет ребенка смертным боем даже
за четверки, мальчик запуган, учеба ему в голову не лезет, вот я и решила
пожалеть паренька, не могу видеть его несчастное лицо. Но если вы запрещаете,
больше так делать не стану.
Посчитав инцидент исчерпанным, Алла Семеновна успокоилась. Затем случилась
ещё одна неприятность. Местная кляузница, географичка Инна Львовна, сообщила
директору:
- Ваша распрекрасная Быстрова насобирала в своем классе детей и репетирует
их за хорошие деньги.
Алла Семеновна только тяжело вздохнула. Да, на самом деле, брать во
вверенном вам классе приватных учеников строго-настрого запрещено. Но на деле и
русичка, и математичка, и химик занимались репетиторством. Директор закрывала на
это нарушение глаза, зарплаты учителей маленькие, а кушать хочется. И потом, она
боялась: начнет притеснять репетиторов, а те плюнут и уйдут в середине года в
другое место, что делать тогда с учебным процессом? Кстати, никто, кроме Инны
Львовны, не возмущался. Было понятно, отчего географичка бесится: её предмет
никому не нужен, и частные ученики не спешат к ней. Поэтому Алла Семеновна,
поблагодарив наушницу за "сигнал", никаких мер принимать не стала. Но вскоре
произошла ещё одна неприятная история, и снова прозвучала фамилия Быстровой.
На этот раз в кабинет директора прибежала мать "школьного несчастья",
двоечника и хулигана Павла Локтева.
- У меня из квартиры пропало три тысячи долларов, - заявила она с порога.
- А при чем тут я? - удивилась Алла Семеновна. - Так к нам ходит на дом
заниматься с Пашкой училка из вашей школы, - заявила беспардонная мамаша, -
Беата Андреевна. Она стырила, больше некому, другие посторонние не заглядывали!
Пусть отдает деньги, иначе в милицию пойду!
Алла Семеновна вскипела и посоветовала мамаше как следует потрясти своего
лоботряса-сына.
- Это мы заявим в органы, - сказала она, - что вы порочите честь и
достоинство простой учительницы. Небось Павел доллары унес и потратил. Кстати,
откуда у него плеер? Сегодня физик жаловался: "Сидит на уроке, уши заткнул и
напевает".
Вы купили ему игрушку?
- Нет, - растерянно ответила мать, - какие уж тут подарки, когда он не
учится совсем. - Вот и подумайте, где ваш сыночек взял аудиоаппаратуру, -
отрезала Алла Семеновна.
Беате она вновь ничего не сказала, просто посоветовала:
- Откажись от урока у Локтевых.
Быстрова кивнула:
- Сама хотела, неудобно деньги брать, мальчик совсем не хочет учиться.
Через месяц из учительской пропала сумка географички с зарплатой, а ещё
через два исчезли кошельки сразу у троих педагогов. Преподаватели подняли шум,
даже вызвали милицию, но толку было чуть. В комнату мог войти любой, она не
запиралась. Пошумев, учителя решили, что воруют дети из десятого "А", в классе
было много ребят из неблагополучных семей. Поэтому на двери учительской повесили
замок, а предметникам раздали от него ключи.
Кульминация наступила в следующем учебном году, пятого сентября.
Алла Семеновна спокойно готовилась к совещанию, когда в её кабинет вошла
приятная дама лет пятидесяти и сказала:
- Здравствуйте, я Регина Глебовна. У меня к вам серьезный разговор. Мой
внук. Костя Хаустов, учится в вашей школе в четвертом "А" классе. Вчера детей
познакомили с преподавательницей английского языка Беатой Андреевной Быстровой.
У вас служит такая?
Алла Семеновна кивнула:
- Да, хороший специалист любит детей, мы ею довольны.
- Она училась в Московском педагогическом?
- Да, - удивилась директор, - а в чем, собственно говоря, дело?
- У вас есть её фотография?
- В личном деле вклеена.
- Покажите.
- Зачем?
- Хочу удостовериться, что это именно та особа, о которой я думаю.
Алла Семеновна не собиралась показывать посторонней личное дело, поэтому
заявила:
- Вы можете посмотреть на Быстрову в учительской, она сейчас там.
- Беата очень хорошо меня знает, - спокойно ответила дама, - сделайте
милость, покажите фото, иначе может возникнуть скандал.
Было что-то такое в глазах Регины Глебовны, отчего Алла Семеновна
повиновалась. Директриса встала, отперла сейф и вытащила тоненькую папочку.
Регина Глебовна кинула взгляд на снимок.
- Это она, совсем не изменилась. Теперь послушайте, я всю жизнь преподаю
английский.
Алла Семеновна только вздрагивала под лавиной сведений. Регина Глебовна
утверждала, что Беата проучилась всего два года, потом была выставлена с позором
из учебного заведения за полное нежелание учиться, патологическую лень и
воровство.
- У нас пропадали сумки, у студентов кошельки, - перечисляла Регина
Глебовна, - потом её поймали за руку и просто выгнали. Надо было бы вызвать
милицию, да пожалели не столько воровку, сколько честь института. Заведут дело и
станут нас потом на всех совещаниях пинать, сами знаете, как бывает. Так что
Беата не имеет никакого права преподавать в школе, она практически ничего не
знает, и я не удивлюсь, если и у вас в коллективе начались кражи.
- Но у неё есть диплом, - только и сумела вымолвить Алла Семеновна.
- Ну это не проблема по нынешним временам, -
...Закладка в соц.сетях
