Жанр: Электронное издание
Nastya10
...воей мамой.
Удача, которая так долго отворачивалась, наконец перестала капризничать
и повернула к Коле Селуянову свой светлый прекрасный лик. Приятель
был на месте, и Колю он не забыл, и настроение у него было неплохое, во
всяком случае, он с удовольствием оставил свои дела и переключился на
гостя, даже бутылку из сейфа достал. Звали приятеля Жирафом, то есть по
паспорту и милицейскому удостоверению он числился Рафиком Жигаревским,
но длинная тонкая шея, плавно перетекающая в длинное тощее туловище, порождала
необоримый соблазн использовать не по назначению первые буквы
фамилии и имени.
- Смулов? - поморщился он, выпивая залпом треть стакана водки. - Режиссер-то?
Противный мужик. Но баба у него - высший класс. Обзавидуешься.
Селуянов сделал большой глоток, но до конца допивать не стал. В груди
разлилось блаженное тепло, как бывало у него всегда, когда после долгих
бесплодных поисков он чувствовал, что наконец появился какой-то кончик.
Теперь бы только не упустить его, кончик этот.
- Ты с ним знаком?
- Не то чтобы... - Жираф смешно дернул длинной шеей. - Опрашивал его
как-то раз, года два назад. По трупу.
- Рафик, с меня бутылка, только ничего не перепутай, - взмолился Селуянов.
Он знал, что Жираф свою кличку не любит, и в ответственные моменты,
когда нужно было "уважение сделать", обращался к приятелю по имени.
- Да чего тут путать, скажешь тоже. У меня на территории труп, некто
Татосов. Ищем, натурально, среди ближайшего окружения. Ничего. Начинаем
круги выписывать, сам знаешь. Берем окружение пошире и подальше. Опять
ничего. Мужик - всеобщий любимец, бабы по нему умирают, хотя, вот те
крест, - посмотреть не на что. Страшненький, неказистый. Но - умирают. И
вообще никто о нем худого слова не говорит. Ну что делать? Берем следующий
круг - товарищи по институту. Потом пошли в ход одноклассники. Выяснилось,
что жена одного из бывших школьных корешей мужа своего бросила и
к этому Татосову ушла. Правда, она у него не задержалась, они довольно
быстро расстались, да и было-то это лет за десять до убийства, но для
порядка, сам понимаешь, одноклассника этого ищем и спрашиваем, где ты,
мил-человек, был в тот день и в тот час. У одноклассника - алиби. Был,
говорит, у своей любовницы, можете у нее спросить, она вам подтвердит.
Мы - к любовнице, она говорит, да, был весь вечер у меня. Ну, спрашивали-то,
конечно, больше для проформы, понятно, что мотива нет. Вот и весь
сказ.
- Чего - весь сказ? - взвился Селуянов. - А Смулов? Он тут каким боком?
- Чего ты орешь? - обиделся Жираф. - Пей лучше. Смулов и был тот одноклассник,
которого жена бросила. Мы его всерьез и не подозревали. Ну
ты сам-то подумай своей плешивой головой, жена ушла десять лет Назад, а
через несколько месяцев она и Татосова этого бросила. Они же не соперники,
а товарищи, можно сказать, по несчастью. Это первое. Второе -
все-таки десять лет. И третье - когда у тебя такая шикарная любовница,
как была тогда у Смулова, ты вообще про всякую ревность забудешь. А тем
более десятилетней давности.
- Имя любовницы не помнишь? - спросил Николай с надеждой.
- Не крути, Коляныч, - хмыкнул Жираф. - Мы тоже не пальцем деланные.
Это имя по всем сводкам прошло. Вазнис, актриса. Ты же из-за нее сюда
притащился, верно?
- Если честно, то я притащился сюда не столько из-за нее, сколько
из-за одной никчемной и странной личности. Тебе имя Виктор Волошин ничего
не говорит?
- Нет. Это кто такой будет?
- Это человек, который был знаком с Вазнис и которого убили на следующий
день после ее гибели.
- Ишь ты, - покачал головой Жираф, всем своим видом выражая сочувствие.
- Лихо тебе приходится. Вон какой клубок закрутился. И чего ты
хотел выяснить в наших краях?
- Что-нибудь. Сам не знаю. Может, мне поговорить с кем-нибудь, кто
хорошо знал Смулова?
- Это вряд ли. Я еще по делу Татосова помню, друзья детства все
разъехались, район-то наш старый, все по новостройкам разлетелись. Кто
судился, кто женился, кто менялся... Им же всем сейчас лет по сорок,
школу четверть века назад закончили. Что они тебе интересного расскажут?
Правда, здесь мать Смулова живет. Адресок дать?
- Давай. А кто твоего Татосова-то убил?
- А черт его знает. - Жираф снова дернул шеей и стал удивительно похож
на милое тропическое животное.
- Висяк, что ли?
- Что ли. Ты что, совсем не пьешь, Колян? Я ж тебе чуть-чуть налил, а
ты и это не допил.
- Пью я, Рафик, - грустно сказал Селуянов. - В том и беда моя, что
пью. Но только по вечерам и дома. Днем стараюсь держаться. Мне только
волю дай - я ж работать не смогу.
КАМЕНСКАЯ
В картинку добавлялись все новые и новые детали, но вместо ясности
получалась какая-то путаница. Насте все время казалось, что вот-вот - и
пелена разорвется, все встанет на свои места и сделается простым и понятным.
А туман все сгущался и сгущался, надежно укрывая ответ на такой
простой вопрос: зачем понадобилось режиссеру Андрею Смулову убивать актрису
Алину Вазнис.
Настя по укоренившейся привычке рисовала схемы, так ей легче думалось.
9 ноября 1993 года был убит некто Михаил Татосов, работавший на
малооплачиваемой должности врача-окулиста в районной поликлинике. 8 ноября,
то есть за день до убийства Татосова, Виктор Волошин сел в самолет
и улетел в Красноярск. 24 ноября сотрудники милиции, занимавшиеся раскрытием
убийства Татосова, допросили его бывшего одноклассника Андрея
Смулова и выяснили, что в день убийства Смулов был сначала на съемках, а
потом у своей любовницы Алины Вазнис.
Виктор Волошин почти два года пробыл в Сибири, при этом раз в три месяца
получал из Москвы от Смулова деньги в сумме, эквивалентной пятистам
долларам США. 18 июня 1995 года Волошин возвращается в Москву, с 31 августа
по 9 сентября находится в Сочи, где в это время проходят съемки
фильма "Безумие" и где его видит Алина. Алина почему-то очень сильно пугается.
14 сентября во время рабочего просмотра Алина снова видит на экране
лицо Волошина, и от этого у нее резко портится настроение. Странно. Ведь
идя на просмотр, она знала, что увидит его, а очевидцы утверждают, что
настроение у нее было отличное. Значит, не ожидала, что он попал в кадр?
Ну попал. И что? Откуда эта нервозность и взвинченность?
15 сентября Смулов прикладывает титанические усилия, чтобы возбудить
негативное отношение к Алине среди сотрудников киноконцерна "Сириус".
Поздно вечером того же дня некто (будем пока так считать для чистоты
эксперимента) убивает Алину. 18 сентября опять же некто (тот же или другой?)
убивает Виктора Волошина.
Чертовщина какая-то. Ничего не складывается. Нельзя пока трогать Смулова,
задерживать его оснований нет, а если просто побеседовать, он выкрутится
и еще что-нибудь устроит. Мастер жанра, дьявол его возьми...
Настя сидела дома на кухне, забравшись с ногами на маленький диванчик,
стоявший перед окном, и разложив перед собой на столе листы с одной
ей понятными схемами. В комнате Алексей, приглушив звук, смотрел телевизор.
Было уже совсем поздно, но он не ложился спать, ждал ее.
- Лешик! - крикнула она. - Давай поедим чего-нибудь.
Леша появился на кухне, огромный, нескладный, с непокорными рыжими
вихрами, которые делали его каким-то несерьезным, совсем непохожим на
доктора наук и профессора, каковым он на самом деле являлся.
- Проголодалась?
- Не-а, у меня застой в мозгу. Надо отвлечься. У нас от ужина осталось
чтонибудь?
- Картошка с курицей. Будешь?
- Буду.
Она быстро собрала листки и принялась резать хлеб и накрывать на
стол, пока Леша разогревал остатки куриного жаркого. Есть ей совсем не
хотелось, но горячая еда обычно хорошо помогала в качестве отвлекающего
момента.
- Леш, как ты думаешь, чего нормальные люди могут очень сильно бояться?
- Смерти, - быстро ответил он. - Это на первом месте.
- А на втором?
- Привидений.
- Да ну тебя, я серьезно.
- И я серьезно. Вот ты, когда находишься в квартире одна и внезапно
слышишь непонятный звук, источник которого находится где-то совсем рядом,
разве не пугаешься?
- Пугаюсь, конечно.
- Вот то-то. А теперь сообрази: ты же знаешь, что ты одна в квартире,
что больше никого тут нет. Так чего же ты боишься?
- Вообще-то, да... - Она задумчиво покрутила в руках бутылку с кетчупом,
раздумывая, лить его в жаркое или не надо. - Если формулировать
точно, люди боятся необъяснимого, того, что находится за пределами их
понимания. Привидений в том числе.
Алина знает Волошина много лет и боится его. Потом Волошин уезжает,
совершенно очевидно, что Алина об этом знает, потому что пишет в своем
дневнике, что может больше не бояться его. Вероятно, Смулов заплатил Волошину,
чтобы тот уехал и оставил Алину в покое. Пока получается... Волошин
возвращается и попадается на глаза Алине. Причем попадается не
случайно. Он едет туда, где в настоящий момент идет съемка. Он ищет ее.
Зачем? Ладно, это потом. Алина видит его и... Она пугается так, словно
видит привидение. Не человека, который ей неприятен и которого она боится,
а призрак. На ее лице такой неподдельный ужас, что кажется, будто
она находится на грани помешательства. А что такое призрак? Образ умершего
человека. Алина считала, что Волошин умер, именно поэтому она была
так уверена, что может больше не бояться его. Ведь если он просто уехал,
то в любую минуту может вернуться. А в дневнике об этом ни слова. Ни разу,
описывая пугающий ее сон, она не упоминает о том, что человек с родимым
пятном на щеке и тонкими губами может появиться снова. Нет, она
уверенно пишет каждый раз: "Как хорошо, что можно больше не бояться".
- Я поняла, - произнесла она кудато в пространство.
- Что ты поняла?
- Я поняла, - повторила она, глупо улыбаясь. - Я все поняла. Лешка,
курица обалденная. Положи мне еще, пожалуйста.
КОРОТКОВ
К Смулову они поехали втроем - Гмыря, Анастасия и он, Коротков. К
разговору готовились целый день, выстраивая последовательность вопросов
и ловушек, отвергая один вариант за другим, впадая в отчаяние и снова
принимаясь за работу. Гмыря был сторонником лобовой атаки.
- Я считаю, что нужно спросить его сразу, прямо с порога. Он в момент
поплывет.
- Да нет же, Борис Витальевич, увидев нас, он, наоборот, сразу насторожится
и приготовится к неприятным неожиданностям. Нужно его расслабить,
успокоить, отвлечь, - горячилась Настя. - Смулов - человек незаурядного
ума, человек талантливый и неординарный. Он нам еще кучу сюрпризов
наготовит, если мы с первого раза не попадем "в десятку".
- Да почему ты считаешь, что мы не попадем? - удивлялся следователь.
- Или мы не мастера, или мы не снайпера?
- Вам все смешочки, а я вот нутром чую, что нужно придумать что-нибудь
такое...
Но какое именно "такое", она не могла сформулировать.
Смулова они нашли в "Сириусе", поймали прямо в коридоре и, мило улыбаясь,
спросили, где бы можно было поговорить. Это ненадолго, но чтобы
непременно был стол, потому что нужно записывать. Андрей Львович сам облегчил
им задачу, предложив кабинет Стасова. Слава, как и договаривались,
был на месте, ждал.
- Мне выйти? - вежливо спросил он.
- Ну что вы, Владислав Николаевич, мы буквально на пять минут и никаких
секретов. Если мы вам не помешаем, - улыбнулась Настя как можно обворожительнее.
Они устроились поудобнее. Гмыря уселся за стол и приготовился писать
протокол, Смулов и Коротков присели напротив него в кресла для посетителей,
а Настя вместе со Стасовым примостилась в уголке, где стояли еще
два удобных мягких кресла. Следователь начал заполнять бланк, переписывая
в него из предыдущих протоколов паспортные данные Смулова.
- Андрей Львович, а вы очень обиделись на свою маму, когда спросили,
любит ли она вас, а она в ответ рассмеялась?
Смулов резко дернулся и повернулся к Насте.
- При чем тут это? - зло спросил он.
- Да нет, ни при чем, - спокойно ответила она. - Просто я просмотрела
все ваши фильмы и увидела, что этот мотив присутствует во всех ваших работах.
В том числе и в тех, которые вы снимали до знакомства с Алиной. А
потом наш сотрудник поговорил с вашей мамой. Так что это она, а вовсе не
Алина вас так обидела. Зачем же вы нас обманули?
- Я вас не обманул. К сожалению, Алина тоже нанесла мне такую рану. А
тот детский эпизод я уж и забыл давно.
Он улыбнулся и постарался сесть посвободнее, закинув ногу на ногу.
Руки, до этого свободно лежавшие на коленях, Смулов скрестил на груди, и
Коротков понял, что он напрягся, "закрылся", хотя до этого никакой опасности
от разговора с ними не чувствовал.
- Что-то с памятью у вас неважно, - вступил Гмыря, не поднимая головы
от протокола. - Не далее как два месяца назад вы были у матери и снова
завели разговор о том, что она вас никогда не любила. И этот эпизод ей
припомнили.
- Но при чем здесь моя мать? Чего вы добиваетесь?
- Да ничего мы не добиваемся, - вполне миролюбиво откликнулась Настя
из своего уголка. - Просто хотим понять, почему вы все время говорите
неправду. Понимаете, нам сейчас придется задать вам несколько вопросов,
и мы, вполне естественно, боимся, что вы опять станете нас обманывать.
- В чем вы видите неправду? Выражайтесь яснее, будьте добры.
- Бог мой, да вы же врете постоянно! - вскипел Коротков, как и предписывалось
ему сценарием. - То вы Алину обманули, сказали ей, что убили
Волошина, а на самом деле отпустили его на все четыре стороны, да еще и
деньги ему посылали, чтоб не возвращался подольше. То вы нам рассказываете,
что у Алины были крепкие нервы и она никогда не пила ничего сильнее
валерианки и пустырника. Да вы же постоянно лжете.
Теперь по их замыслу должен последовать ряд вопросов совсем "не о
том". И, отвечая на них, Смулов должен мучиться тем, что они упомянули
Волошина. Он должен быстро решить, реагировать на приманку или сделать
вид, что не обратил внимания, не услышал, не понял. А они так и не будут
возвращаться к этому, пока он не "дозреет". Его нельзя успокаивать и
отвлекать, потому что в спокойном состоянии он достойно встретит неожиданный
удар, сможет быстро собраться, не растеряется. Мысль о Волошине,
наоборот, не даст ему успокоиться, он будет нервничать, потому что нужно
одновременно размышлять над опасной, хотя и вскользь брошенной фразой
Короткова, и над вопросами, которыми его будет бомбардировать Гмыря. И
вот тогда, когда он устанет и ослабеет, можно наносить удар. Совсем не с
той стороны, с которой его будет ожидать Андрей Львович.
- Скажите, пожалуйста, на какие деньги была приобретена квартира, в
которой проживала Алина Вазнис?..
- На какие деньги была куплена машина?..
- Гараж?..
- Не продавала ли Алина драгоценности матери?..
- Какие именно? Когда? Кому? За какую цену?
- Какие гонорары получала Вазнис за участие в ваших фильмах?
- Кто составлял контракты? Какие суммы ставились в контракт? С каких
сумм Вазнис платила налоги?
- В каком банке Алина держала свои сбережения? Почему именно в этом
банке? Кто ей посоветовал именно этот вид вклада?
- Почему вы убили Татосова?
АНДРЕЙ СМУЛОВ И АЛИНА ВАЗНИС
Сколько он помнил себя, он ненавидел Мишку Татосова.
Андрюша Смулов все десять лет, проведенные в школе, был первым учеником
класса. Он был очень способным, талантливым мальчиком, и учеба давалась
ему легко. Учителя постоянно ставили его всем в пример, он побеждал
на межрайонных и городских олимпиадах по литературе и по истории.
Мишка Татосов перебивался с троечек на четверки по тем предметам, которые
его не интересовали, отличные отметки получал только по химии и
биологии, да еще по физике, но только в тот короткий период, когда проходили
оптику. Всех остальных разделов физики он не знал и знать не хотел.
Андрюшу Смулова учителя хвалили, Мишку они обожали, баловали и все
ему прощали, даже откровенное нежелание учить их предмет.
Андрюша Смулов был самым красивым мальчиком среди трех параллельных
классов, девочки заглядывались на него, писали ему записки и трепетали в
ожидании ответа. Он всегда имел широкую возможность выбора, но когда его
придирчивый взгляд останавливался на какой-либо из претенденток, все заканчивалось
неожиданно и необъяснимо быстро. Он милостиво приглашал девочку
в кино, а в старших классах - на дискотеку, а дня через два она
переставала его замечать и даже начинала вроде бы сторониться.
Мишка Татосов был самым низкорослым в классе, некрасивым, веснушчатым.
Разумеется, никто на него не заглядывался и записок не подбрасывал.
Но если Мишке нравилась какая-нибудь девочка, он начинал действовать. Уж
как там он действовал, никто не знал, но только девочка через несколько
дней ходила за Мишкой как привязанная, и продолжалось это до тех пор,
пока он сам не бросал ее, выбрав себе новый объект для ухаживаний.
К Мишке на день рождения приходил весь класс. Однажды Андрей тоже решил
отпраздновать свой день рождения вместе с одноклассниками, во всеуслышанье
пригласил всех, попросил мать приготовить побольше еды. А потом
долго ворочался без сна, сжимая кулаки и давясь слезами. К нему пришли
только две девочки, одна из которых в тот момент была тихо влюблена в
него, а вторая вообще была новенькой.
Все эти годы Андрей мучился однимединственным вопросом: почему? Почему
некрасивого, неказистого троечника Мишку Татосова все обожают, а его,
красивого и безусловно одаренного, сторонятся? Почему? Андрей завидовал
ему, и за эту зависть ненавидел. Почему так получается, что он, яркая и
неординарная личность, вынужден завидовать какому-то примитивному существу!
В девятом классе Андрей сломал руку и, пока не сняли гипс, сидел дома.
Навестить его приходил только один человек - Мишка Татосов. Андрей
терзался раздиравшими его противоречивыми чувствами - ненавистью к Мише
и благодарностью за то, что он приходил. Однажды Мишка пришел вечером,
когда мать Андрея была дома. Она "для приличия" зашла в комнату к
мальчикам, принесла чай с пирожками, обменялась с гостем парой ничего не
значащих фраз и... осталась с ними. Она просидела в Андрюшиной комнате
битых два часа, весело болтая с Мишей, хохоча над его шутками, сама
что-то рассказывала, глядя при этом на Мишу, а не на сына.
Когда гость уходил, она проводила его, закрыла за ним дверь и вернулась
к Андрею.
- Какой хороший парень, - сказала она. - Почему он так редко бывает у
нас? Ты ему скажи, пусть заходит почаще.
Андрея передернуло.
- Со мной ты никогда не сидишь по два часа, - с упреком ответил он. -
И никогда мне ничего не рассказываешь. Чем он лучше меня?
- Он теплый. По-человечески теплый и очень добрый. С ним хорошо.
- А со мной плохо?
- Сынок, ты ведь никого не слушаешь. Тебе никто не интересен, кроме
тебя самого.
С тех пор ненависть стала во сто крат сильнее. Андрей считал, что
Мишка Татосов украл у него любовь матери. Отец оставил их давно, мать
была красивой молодой женщиной, и у нее, разумеется, были мужчины. Некоторые
приходили к ним в гости, но Андрей никогда не ревновал к ним. У
взрослой женщины должен быть взрослый мужчина, это сомнений не вызывало.
Но похвала Мишке - это совсем другое дело. Для матери на свете должен
существовать только один мальчик - он сам. А уж никак не Мишка Татосов.
Они закончили школу и поступили в разные институты. - Андрей - во
ВГИК, Михаил - в медицинский. Жили они по-прежнему в одном районе и частенько
сталкивались на улицах или в магазинах. В двадцать шесть лет Смулов
женился на девушке, в которую был безумно влюблен, и во время такой
вот случайной встречи познакомил ее с Татосовым. Мишка, его ровесник, к
этому времени уже начал лысеть и со своим маленьким росточком и глубокими
мимическими морщинами напоминал старичка. Но глаза его сверкали
по-прежнему весело, а голос был бархатным и обволакивающим.
Через полтора года после свадьбы жена заявила Андрею, что уходит к
Татосову.
- Но почему? - кричал Смулов, с трудом сдерживая слезы ярости. - Чем
я тебе плох? Чем Мишка лучше меня?
- Всем, - устало отвечала Галина. - Ты - холодный эгоист, ты хочешь
от людей только одного - чтобы они тобой восхищались, восхищались твоей
красотой и талантом. Люди нужны тебе только для этого. Ты пользуешься
ими для того, чтобы смотреть в них, как в зеркало, и любоваться своим
превосходством над ними. Ты хочешь, чтобы они глядели тебе в рот, а ты
ими помыкал бы. Ты хочешь, чтобы тебя любили, чтобы тебя обожали, но ничего
не хочешь давать взамен.
- А он что дает взамен?
- Все. Он отдает всего себя. Он готов слушать людей, сопереживать им,
утешать, помогать, даже если они ему совсем чужие. Он теплый, душевно
теплый, понимаешь? С ним легко и хорошо. А с тобой холодно и плохо. Я
замерзла, живя с тобой. Ты способен это понять?
Но он был не способен. Он страстно хотел, чтобы вокруг него были люди,
которые любили бы его, тянулись к нему. Он хотел быть в центре внимания.
А вокруг него была пустота.
Галина ушла к Татосову, а через несколько месяцев Михаил ее бросил. У
него появилась новая пассия, еще более красивая, чем Галина. Смулов
ждал, что Галина вернется, он готовился сначала унизить ее, проучить как
следует, а потом проявить благородство и принять в свои объятия. К
счастью, думал он, развод они не оформляли. Но она почемуто не вернулась.
Смулов сам поехал к ее родителям, привез цветы и конфеты и предложил
жене возвращаться.
- Нет, - покачала она головой.
- Но почему?
- Я буду ждать. Может быть, он позовет меня обратно.
- Да не позовет он! У него уже новая баба, а после нее будет следующая.
- Все равно. К нему я вернусь, если он позовет. А к тебе - нет.
Любовь к Галине прошла довольно скоро. Ненависть к Татосову продолжала
жить, пуская корни все глубже и глубже, расцветая и укрепляясь. Смулов
начал делать свой первый фильм, вложив в него всю свою боль. Два
главных героя были удивительно похожи на него самого и на Мишу Татосова.
Мрачный красавец, которого никто не понимает и все подозревают в совершении
убийства, и веселый, добродушный некрасивый миляга, которого все
обожают и который в конце фильма оказывается истинным убийцей, жестоким
и глубоко безнравственным. Фильм получился хорошим и принес Андрею известность.
Но в душе Смулова ничего не изменилось. Он попрежнему не понимал,
почему его никто не любит, почему женщины так быстро и легко
расстаются с ним, почему вокруг него гулкая пустота. А он так хотел,
чтобы его любили...
В тридцать шесть лет он встретил Алину. Сначала он был влюблен в нее
как в красивую женщину, а заниматься ее внутренним миром стал только потому,
что хотел заставить ее играть перед камерой так, как ему было нужно.
Но совершенно неожиданно встретил в ней восхищение и благодарность.
Встретил именно то, чего ему никак не удавалось найти в женщинах. Он был
счастлив.
Алина пусть не сразу, но рассказала ему о своих страхах, о человеке,
который преследует ее с раннего детства и которого она боится настолько,
что теряет способность нормально жить и работать.
Андрей уже понимал, что Алина Вазнис - "его" актриса, и сделал все,
что было в его силах, чтобы помочь ей обрести душевный покой. Он любил
ее потому, что она любила его. Обожала. Смотрела в рот, ловя каждое слово.
Считала самым талантливым. Самым лучшим. Но страх ее так и не прошел
окончательно. И Смулов начал отчаиваться.
Однажды Алина с горечью призналась:
- Ты так много делаешь для меня, и мне так больно оттого, что все
напрасно. Ничего у нас не получится.
- Ну что ты, милая, - уговаривал ее Смулов. - Я же все время с тобой,
а пока я рядом, он к тебе не подойдет.
- Ты не сможешь быть рядом со мной всегда. А пока он есть на свете,
мне покоя не будет.
Смулов долго вспоминал этот разговор. И в конце концов понял, что,
пока есть на свете Мишка Татосов, не будет покоя ему, Андрею Смулову.
Ненависть и зависть гложут его, сжигают изнутри, не дают дышать, застилают
глаза. Все говорят, что он выработался, что Смулов - "режиссер одного
фильма". Это потому, что ненависть к Михаилу заставляет его снова и
снова выплескивать в своих картинах то, что он носит в душе. Вопрос: почему?
И бесплодные поиски ответа. Он вздохнет свободно только тогда,
когда Татосова не будет. Когда некому будет завидовать и некого ненавидеть.
Несколько раз Алина показывала Смулову того человека, который ее преследовал:
- Вон он, смотри. Опять меня караулит.
- Давай заявим на него в милицию, - предлагал Андрей. - Сейчас я его
поймаю и отведу в отделение. Напишешь заявление, и его посадят.
- За что? Нет такой статьи в кодексе.
- Ерунда, хулиганство всегда припаять можно. А ему урок будет.
- А что я должна буду написать в заявлении?
- Ну как что? Все как было.
- Нет, - пугалась Алина. - Я не смогу им все это рассказывать. Мне
стыдно.
Лицо человека Смулов запомнил хорошо. Зная, что он живет где-то по
соседству с родителями Алины, он без труда выследил его.
- Слушай, подонок, - тихо и яростно говорил он. - Я дам тебе денег,
только уезжай отсюда навсегда. Ты понял? Я могу тебя в два счета посадить,
но мне Алину жалко. Ты ей все нервы истрепал, всю душу исковеркал.
Сколько ты хочешь за то, чтобы ни она, ни я тебя никогда больше не видели?
Они разговаривали не очень долго.
Волошин назвал сумму, которая Смулову была вполне по карману.
- Вот тебе деньги на билет, - сказал Андрей, доставая бумажник. -
Сейчас же поезжай, возьми билет куда-нибудь подальше. Завтра встретимся
здесь же, покажешь мне его.
Волошин взял билет до Красноярска на 8 ноября. И Смулов начал обдумывать
свой план. Было 31 октября.
8 ноября Смулов приехал в аэропорт, убедился, что Волошин улетел, и
на следующий день отправился в район Замоскворечья, где прошло его
детство и где до сих пор жил Михаил Татосов. Он готовился к тому,
Закладка в соц.сетях
