Жанр: Электронное издание
Donts-71
... ситуация сама собой рассосется. Да что там говорить, все уже ясно!
Ми тщательно и быстро подготовила побег. Детективщица справедливо полагала, что в
Москве легче затеряться, чем в провинции. Смолякова сняла квартиру в густонаселенном
спальном районе, в пятиэтажке, сделала нужные распоряжения в банке, выделив родным
лишь необходимую сумму на житье. Только сейчас до Ми дошло: она сама виновата в
произошедшем, нельзя развращать людей бесконтрольными суммами. Без конца осыпая
Кита золотым дождем, мать превратила сына в иждивенца.
Ми наивно полагала, что, оказавшись без материнского широкого крыла, Кит
возьмется за ум, начнет работать. Если она, Смолякова, является фактором, который
разлагает окружающих, делает их ленивыми, никчемушными людьми и даже убийцами,
то, выражаясь шахматной терминологией, королеву следует изъять с доски, тогда пешки
опомнятся и превратятся в нормальных людей. А когда они "протрезвеют", Ми выйдет из
тьмы. Она продумала все детали, волосы она выкрасила дома, надела бейсболку, взяла
сумку с новой одеждой, вошла в торговую галерею "Ка", переоделась в туалете и удрала.
В общем, Смолякова, как всегда, ощутила виноватой лишь себя и решила исправиться.
Она написала письмо Насте и послание в "Марко", заверив издателей, что рукописи
станут поступать бесперебойно, а затем засела за работу.
Я лишь покачала головой. Похоже, Смолякова наивна, как ее собачка Чуня. Улепетнула
из особняка, решила дать свободу жабам, но при этом не забыла обеспечить их
материально. Ну зачем Киту и Лизе идти на службу? Банк-то раз в месяц оплатит счета, и
пусть наличных денег окажется не так много, как раньше, но ведь нищета "деточкам" не
грозит. И потом, как она могла бросить Настю?
Словно услыхав мои мысли, Смолякова продолжила:
- Конечно, через некоторое время я бы связалась с Настей, подготавливала наш с ней
отъезд на Кипр.
Но все вон куда завернуло! Бабушки умерли. Сами?
Или кто помог? Почему? Где причина? Чья выгода?
Я молчала.
- И что мне делать? - задергалась Смолякова. - Вернуться? Сейчас? Пожалуйста, дайте
мне совет. Вы же сами нашли меня, предложили помощь.
В эту секунду в моей сумке зазвонил мобильный.
Я вытащила трубку и услышала гневный голос Дегтярева. Без всяких "здравствуй"
приятель заорал:
- Ты где?
- Э.., ну.., в гостях.
- С ума сойти!
- Почему?
- Забыла про меня, да? Стою в Домодедове, никто не встречает!
- Ой! Ты вернулся из Лондона?
- Это тебя удивляет! Я же оставил на холодильнике записку с датой прилета и номером
рейса! Так и знал! Перед носом сообщение висит, а она...
- Стой, не двигайся! - перебила я толстяка. - Уже мчусь, нахожусь близко от аэропорта,
пойди пока выпей кофе!
- Ладно, - неожиданно мирно отмахнулся приятель, - прикатишь - звякни на
мобильный.
Я повернулась к Смоляковой и сказала:
- Милада, сидите тут. Я вернусь не позже чем через час и привезу человека, который не
только даст правильный совет, но и разберется в том, как и почему погибли Фаина с
Никой. Это мой лучший Друг, и он умеет держать язык за зубами.
Глава 33
Я не стану сейчас пересказывать разговор Милады и Александра Михайловича
Дегтярева, ничего нового озвучено не было.
В конце концов, тщательно допросив и меня, и Смолякову, Александр Михайлович
сказал:
- Дорогая Милада, оставайтесь дома, работайте над рукописью и не высовывайтесь
наружу. Продукты вместе с необходимыми мелочами вам привезут, лишь составьте
список. А ты, Даша, завтра с утра позвони в особняк Смоляковых, позови Раису и скажи
следующее: "Извините, но не хочу больше у вас работать, очень страшно. Мне не с руки
общаться с ментами, зарплату оставьте себе".
Мы с Миладой переглянулись.
- И долго мне взаперти находиться? - тихо поинтересовалась литераторша.
Дегтярев потер затылок.
- Вы хотите уладить ситуацию?
- Да! - воскликнула Ми.
- И знать правду? - не успокоился полковник.
- Верно!
- Тогда дайте мне время, - пожал плечами Александр Михайлович. - Кстати, вы
знакомы с Володей Алексеевым?
- Конечно, - улыбнулась Ми, - это один из ответственных сотрудников службы
безопасности "Марко". А почему спрашиваете?
- Вовка работал у меня в отделе, - пояснил Дегтярев, - а потом ушел в "Марко". Ясное
дело, издательство в отличие от МВД хорошо платит, а у Алексеева дети, их кормить
надо. Думаю, мы с Володей вместе... Ладно, это уже наша кухня, а ваше дело писать
книги. Каждый должен заниматься своим ремеслом.
Две недели Александр Михайлович приезжал в Ложкино лишь переночевать. Он
отмахивался от всех разговоров и только задавал мне иногда идиотские вопросы типа:
- Перед тем как увидеть в саду тело Ники, ты подметала дорожки, но они казались
чистыми?
Или:
- В день смерти Ники Раиса угостила тебя жидким чаем?
В конце концов мне стало казаться, что Дегтярев сошел с ума, иначе с какой стати его
волнуют всякие глупости.
В пятницу вечером, часов около девяти, полковник вдруг позвонил с работы и велел:
- Езжай к Миладе. Без вопросов! Просто садись в машину и рули туда.
Сгорая от любопытства, я покорилась. Когда добралась до убежища литераторши,
Дегтярев уже сидел на кухне.
- Ну вот, - воскликнул он, - теперь начнем.
Дамы, вы сидите молча, я излагаю события, а потом разрабатываем план действий.
Ясно?
Мы со Смоляковой одновременно кивнули:
- Да.
- Отлично, - потер руки Александр Михайлович. - Все, это был последний изданный
вами звук.
Значит, так! Смерть Фаины естественна, она произошла вследствие бесконтрольного
приема лекарства, сделанного невесть из какой дряни. Таблетки запрещены к продаже
через аптеки, но, увы, полно жадных хапуг, способных торговать смертью. И ведь находят
же их дуры, готовые на все ради уменьшения веса!
- Ей приносила капсулы Лиза, - робко напомнила я.
- Молчать, - рявкнул Дегтярев, - и слушать!
Да бабке и покупали снадобье в расчете на то, что старуха отбросит тапки.
- Но кому она мешала? - простонала Ми.
Полковник прищурился.
- Ну просто все бабы одинаковы. Что вы, детективщица, что Даша. Упретесь рогом в
одну версию и топаете, как по тоннелю, а от него еще и другие дорожки тянутся. Но нет,
вы их не видите! Чешете по прямой! Давайте все же по порядку. Вы выпускаете по книге в
месяц?
- Да.
- А две сумеете написать?
Ми призадумалась.
- Можно попробовать.
- А если каждые тридцать дней по две? Постоянно? - не успокаивался Дегтярев.
- Слабо, - усмехнулась Смолякова, - сломаюсь.
- Ага, - обрадовался чему-то полковник. - Насколько я понял, заработок писателя
зависит от количества тиража?
- Верно, - согласилась Ми.
- Следовательно, больше, чем сейчас, вы зарабатывать не станете?
- Это так, - кивнула Смолякова. - Я вышла на некий уровень, на котором постараюсь
продержаться много лет. Очень хорошо понимаю: в конечном итоге все зависит лишь от
моей работоспособности.
- Вот! - поднял вверх указательный палец полковник. - Тут-то собака и зарыта! Никита
прекрасно знает, что мамины гонорары достигли потолка, а вокруг столько желающих
приложиться к денежной реке. На одних бабушек куча средств улетает! Милый
Никитушка посчитал, сколько рублей уходит на содержание старух, и схватился за голову.
К бабкам регулярно приезжают профессора, покупаются сверхдорогие лекарства,
изысканные продукты, эксклюзивная одежда, всякие мелочи... Бешеные деньги, которые
он, Кит, мог бы тратить в казино. Еще к тому же и Ника, и Фаина раздражали парня до
одури, он не мог дождаться смерти старух и решил слегка поторопить господа.
Понимаете, Ми, Кит не собирался убивать вас. Он надумал уничтожить Нику, Фаину, а
потом, предполагаю, некий таинственный недуг или несчастный случай скосил бы Настю.
Кит хотел остаться единственным членом семьи Милады. Смерть мамы ему крайне
невыгодна, пока книги Смоляковой продаются. Она должна писать, обеспечивая сыночка.
Но, как все негодяи, Кит трус, самостоятельно таскать Фаине таблетки и выпихивать
Нику из окна он не способен, ему страшно. Никитушка привык загребать жар чужими
руками, ему потребовалась помощница, безоглядно влюбленная женщина, согласная ради
жизни с ним терпеть все, хитрая, артистичная, преданная...
- Лиза! - заверещала я. - Это она травила Фаину и столкнула Нику! Помнишь, я
говорила про ноготь, который нашла в спальне бабушки?
Дегтярев хмыкнул:
- Тепло. Ноготь и в самом деле потерян убийцей Ники. Но это была не Лиза.
- А кто? - закричали мы в один голос с Миладой. - Других женщин в доме нет.
- Про Раису забыли?
- Домработница?
- Рая?
- Ну да, - кивнул полковник. - Удивительно, как ты, Даша, не поняла. Именно Рая
сообщила тебе о подслушанном ею разговоре старухи с Елизаветой, а из него следовало,
что таблетки приносила Лиза.
Но на самом деле их притаскивала Рая. Я нашел торговку заразой, и "дилерша" хорошо
описала Раю.
А разговор домработница выдумала.
- Ладно, пусть так, - прошептала я. - Но когда же она столкнула Нику? Рая все время
была в тот день со мной.
- Да пока ты за вареньем ходила, - спокойно пояснил полковник. - Вообще говоря, Кит
с сообщницей не собирались устраивать одновременный "падеж" бабушек, но уж больно
хороший момент случился. Даша сидит в шкафу - Рая приметила край ее юбки,
прищемленный створкой, - слышит скандал между Лизой и Никой. Девица дерется с
бабкой, Лиза очень несдержанна и обещает скинуть Нику из окна. Дарья замечательный
свидетель, вот Рая и решила действовать. Сначала она отсылает помощницу за вареньем,
очень хорошо зная, что нужная банка хранится на самой верхней полке, туда надо лезть по
неудобной лестнице, да еще дверь чулана без сноровки сразу не открыть. Пока Даша
выполняет поручение, Рая стремглав вбегает на второй этаж и говорит Нике: "Гляньте в
окно, там Лиза, похоже, ваш дневник рвет в клочки". Старуха опрометью кидается к
низкому подоконнику. "Где?" - спрашивает она. "Там, высуньтесь посильней", - велит Рая.
Не ожидающая ничего плохого бабушка перегибается и получает толчок в спину. Дело
сделано. Отлетевшего ногтя домработница не замечает, она спешит вниз, на кухню,
хватает чайник, сыплет в него заварку и льет теплую воду - вскипятить-то нет времени,
потому что по коридору уже шаркает тапками Даша.
- Вот почему чай совсем не заварился! - подскочила я.
- Верно, - согласился полковник. - А потом она отправила тебя мести дорожку, а ты
машинально отметила: на плитке нет грязи.
- Зачем? С какой стати она велела мне хвататься за метлу?
- Раиса хотела, чтобы именно ты нашла труп.
Боялась, сама не сумеет достоверно сыграть изумление и ужас, - пояснил Дегтярев.
- Однако Никита великолепный актер, - вырвалось у меня, - он-то изобразил такое!
- Кит был не в курсе спонтанно принятого Раисой решения, - вздохнул Дегтярев, - для
него известие о кончине Ники явилось шоком. Он рассчитывал, что вторая бабушка
погибнет зимой, когда все позабудут о Фаине. А тут бах - еще один труп. Раиса
поторопилась, она устала ломать комедию, хотела вернуть все на круги своя.
- Что вернуть? - насторожилась я.
- А почему Лиза столь спешно уехала? - перебила меня Ми.
- Она надумала скататься в бассейн, - улыбнулся Александр Михайлович, - привести
нервы в порядок. Девушка-то и не предполагала, что Рая уже приготовила все для того,
чтобы "убийцу" арестовали. Есть свидетель угроз - Даша, а еще... Помните, Ника ведет
дневник?
- Да, - подтвердила Ми, - постоянно намеки делала, что знает много всего тайного.
Если честно, она Лизу ненавидела. Как и всех остальных, впрочем.
- Ну, в дневнике-то ее ничего интересного, - отмахнулся полковник, - однако, кроме
него, еще имеется список обид, и вот там полно записей типа:
"Лиза меня толкнула", "Елизавета пообещала убить", "Жена Никиты пожелала мне
сдохнуть". И что, по-вашему, должен сделать следователь, прочитав документ и выслушав
Дашу, а? Ясное дело, арестовать Лизу, отдать ее под суд. Рая еще и потому поторопилась,
что очень ненавидела жену Кита.
- Почему? - удивилась Ми. - Конечно, Зизи не слишком-то приветлива, но
домработница спокойно работала и мне не жаловалась.
- И что она хотела вернуть? - повторила я вопрос, заданный ранее.
Дегтярев оперся локтями о стол.
- Эх, вы! Одна мнит себя супердетективом, вторая пишет криминальные романы, а ни
хрена обе не сообразили. Ну-ка еще раз оцените события последнего времени. Ми
специально ссорят с Рыбкиной, изображают воровкой верную служанку Галю, удаляют из
дома Сонину, а еще, поймав Никиту с любовницей в кровати, уходит Наташа. Почему все
это?
- Уже объясняла, - тихо ответила Ми, - чтобы мне никто не посоветовал пойти в
РУБОП.
Дегтярев стукнул кулаком по столу.
- Кит подлец! Акцию по уничтожению старух и сестры он задумал давно, причем
подготавливаемые убийства не помешали ему еще затеять дело с Макеем. В общем,
планов громадье, и продуманы они вместе с той, которая ради любимого готова бежать по
углям босиком.
- Раиса! - заорала я. - Но на что она рассчитывала? Кит ведь женат!
- Домработница жутко страшная, - вымолвила Ми. - Нехорошо так говорить о
женщине, но ведь правда. И она его старше.
- У вас же, Милада, сильная близорукость, кажется, - вздохнул Дегтярев, - как же вы
разглядели лицо?
- Ну, не очень-то я его и разглядывала, - усмехнулась Ми. - У меня со зрением и правда
беда. Люди часто обижаются, дескать, прошла мимо и не поздоровалась, а на самом деле
я могла просто не приметить знакомого.
- А Настя? - неожиданно спросил полковник.
- Дети отчего-то берут у родителей худшее. Ей достались мои глаза, а из упрямства
очки Настюша не носит, - пояснила Ми. - Сколько раз просила: ну, не хочешь оправу,
носи линзы. Нет, отказывается. Адаптировалась, только щурится постоянно.
- И у старух со зрением плоховато было?
- Естественно, возрастные изменения.
- А Лена, Галя и Катя хорошо видели?
- Нормально. Но почему вас так это интересует? - вскинула брови Ми.
Александр Михайлович встал.
- Потому что из дома убрали всех, кто, имея хорошее зрение, мог понять: Раиса не
Раиса.
- А кто? - заорала я.
- Не поняла?
- Нет.
- Загримированная Наташа, - очень спокойно ответил Дегтярев. - Она выкрасила
волосы, сунула за щеки специальные капы, в глаза цветные линзы...
Вот только голос изменить не получилось, но сходство тембров объяснялось
окружающими просто:
Наташа с Раей сестры.
- Но я видела паспорт Раисы, - растерянно протянула Ми.
- Правильно. У Наты в самом деле имеется старшая родственница. Она алкоголичка, и
позаимствовать у такой за бутылку документ - раз плюнуть.
Милада прижала руки к лицу, а я аж стала подскакивать на стуле от мучивших меня
вопросов:
- Но почему? А зачем? А ей-то что еще было надо?
Полковник сел.
- Повторяю. Хотели убрать всех: бабок и Настю, чтобы остаться единственными
родственниками Ми.
Жаждали денег. Лену, Галю и Катю убрали по другим причинам. Во-первых, у них
могли возникнуть подозрения. Ми и Настя со своей близорукостью ничего не поняли,
увидев "Раису", а остальные были способны разглядеть лишнее. И потом, Кит с Натой
знали, что Ми поддерживает Сонину, дает деньги Рыбкиной, а зарплата Гали намного
больше, чем та сумма, которую озвучивает хозяйка. Домашним следовало устранить
конкурентов, что они и проделали.
Ми порвала со всеми, не бросила только Сонину. Но Катерина более не приезжала в
дом, Смолякова сама привозила матери Степана конверты, жадная парочка не знала об
этих визитах.
- Вот почему Ната убежала, увидав Кита с любовницей! - осенило меня.
- Верно, нужно было полностью обезопасить Наташу от любых подозрений, -
продолжил Дегтярев. - Версия выглядела убедительно: жена уносится прочь, развод, Кит
женится на Лизе. А та убивает бабушек. Лизавету арестовывают, сажают в тюрьму,
Никита разводится с убийцей, одновременно случается несчастье с Настей. Раиса
увольняется, что понятно - какая прислуга захочет остаться в доме с такими "скелетами".
Ната приезжает утешать бывшую свекровь, встречает Никиту, у них снова вспыхивает
любовь. Финита ля комедиа. Свадьба. Ми пишет книги и зарабатывает, Кит и Ната тратят
ее деньги. Вдвоем, иных ртов нет.
- Небо в рублях... - пробормотала Смолякова.
- Что? - вскинула я на нее удивленно глаза.
- Слышали поговорку "небо в алмазах"?
- Да.
- А у нас небо в рублях, - напряженным голосом произнесла Ми. - Сплошное небо в
рублях. Пожалуйста, Александр Михайлович, скажите, что мне теперь делать? И еще: кто
напал на Тетю Мотю? Кто хотел отравить меня?
Дегтярев начал кашлять.
- Господи, - воскликнула я, - ну как же раньше-то не догадалась! Когда Никита узнал о
смерти Ники, у него сдали нервы, он кинулся к Рае со странными речами. Бормотал чтото
вроде: "Скажи, скажи, она ведь сама упала?"
- Он не ожидал смерти Ники. Рая-Ната поторопилась, к тому же она стала ревновать
Кита к Лизе, - пояснил полковник, - вот и захотела ускорить события.
- Еще он воскликнул "Ната, Ната!", а Рая сказала, что парень до сих пор любит первую
жену и в момент стресса вспоминает ее, - тараторила я.
- Верно, - согласился Дегтярев. - Кит подлый, но слабый и трус, ему требовалась опора,
ее роль исполняла Наташа. План-то придумали вместе, но мотором и основным
исполнителем была именно она.
- Так чей ноготь застрял в раме? - выдохнула я.
- Наташин, естественно, - пожал плечами полковник. - Исполняя роль прислуги, она
пожалела свои ногти, ведь придется мыть полы, стирать, возиться в грязи, вот и
пользовалась накладными, издали и не понять, если, конечно, нет яркого лака. Но
искусственные коготки имела и Лиза. Теперь ясно?
- Она-таки читала Маркеса, - прошептала я. - "Полковнику никто не пишет..."
- Ты о чем? - удивился Дегтярев. - Кто мне чего не написал?
Но я не успела ответить, потому что Ми бросилась к Дегтяреву и затрясла его за плечи.
- Говорите немедленно, кто уколол Тетю Мотю?
Кто?
Александр Михайлович судорожно закашлялся, и тут раздался звонок в дверь.
- Это Володя Алексеев пришел, - кинулся в коридор полковник.
Примерно через час сотрудники безопасности "Марко" увезли Ми в издательство,
Дегтярев глянул на меня.
- Поехали?
- Ага, - кивнула я и не утерпела:
- Так кто все же впихнул шприц в Тетю Мотю?
- Наташа, - слишком быстро ответил Дегтярев. - Кит передал ей слова матери про
завещание, и девица решила действовать. Но за нападение на куклу никакой
ответственности не будет.
- Бывшая невестка Смоляковой призналась?
- Да.
- После того как ты рассказал ей, что Киту может грозить обвинение в попытке
убийства матери, ведь так? - спросила я. - Наташа представила небось дело как дурацкую
шутку, типа, Ми всех разыгрывала со своей куклой, а теперь ее прикололи?
- Вроде того, - согласился Дегтярев.
- И Никита выйдет сухим из воды? - заорала я.
Дегтярев пожал плечами.
- Наташа стоит на своем. Все, мол, придумала сама, а шприц - идиотская шутка, не
более того.
- Ее посадят? А он станет разгуливать на свободе? Как ты только можешь!
Полковник вынул носовой платок, промокнул вспотевший лоб и тихо сказал:
- Я не занимался официально этим делом, просто помог Вовке Алексееву. Постарайся
понять, книги Смоляковой любят миллионы, ее романы ждут, Милада должна иметь
возможность спокойно работать, иначе читатели лишатся любимого писателя.
- А "Марко" прибылей, - ехидно отметила я.
- Верно. Но я в первую очередь подумал о тех, для кого романы Смоляковой отдушина,
луч света в беспросветном царстве тяжелого быта. Ее произведения берут в больницу, в
дорогу, расслабляются с книгами вечером, ведь не всякий способен смотреть порнуху,
новости и кровавые ленты, кто-то хочет незатейливого чтения и спокойного сна. А
Смолякова молодец, Достоевского из себя не корчит. Пусть работает для тех, кто ее
любит. И еще: Ми может примириться с сыном-мошенником и вором, но как жить с
осознанием того, что Никита хотел убить мать?
Поняла?
- Марфа задавила дочь! - воскликнула я. - Имей Ми нормальную мать, никогда бы не
стала испытывать комплексы, не хотела бы быть для всех хорошей, не послушалась бы
Марсика, не получила...
Сообразив, что сейчас выдам чужую тайну, я резко захлопнула рот. Дегтярев кивнул.
- Видишь, ты тоже не хочешь рассказывать все.
А почему? Жалеешь Смолякову. И мне ее тоже очень жаль. Иглу в шею Тети Моти
воткнула Ната. Пошутить решила! И точка! Что же касаемо Никиты... Ему в самом деле
было невыгодно устранять мать, милый сынишка затеял все, чтобы стать единственным
объектом любви и денежных вложений Ми. Кстати, после нашего разговора Смолякова
это так и поняла.
Она теперь знает: Кит не хотел убивать мать, Наташа действовала сама, без
согласования действий с бывшим мужем.
Я топнула ногой.
- Нет! Конечно, это Никита тщательно подготовил убийство старух и запланировал
"несчастный случай" с Нас гей!
- Последнее - лишь наши домыслы, - напомнил Дегтярев.
- Но, услыхав про изменения в завещании, он перепугался, - неслась дальше я, - и
сообразил: терпению мамы пришел конец, Ми поговорила с Макеем и теперь знает цену
сынишке. Утром вызовут нотариуса, а днем могут выгнать милого мальчика вон. Кит
догадался: он перегнул палку, следовало тихо, как и было запланировано, убивать
постепенно членов семьи, а не затевать еще историю с "бизнесом", чтобы "доить" маму.
Мне кажется, кстати, это последнее "дело" Никита придумал без обсуждения с Наташей,
решил, что "уход" членов семьи - это одно, а деньги, которые испуганная "наездом" Ми
станет платить, ему не помешают. Боясь потерять все. Кит ночью, опять же не
посоветовавшись с Наташей, схватился за шприц. Это абсолютно истерическая реакция!
Пусть Ми умрет, деньги тогда достанутся ему. Конечно, новых книг не будет, но ведь
старые станут переиздавать... Он, скорее всего, и не понял толком, что произошло в
комнате Ми. Утром Никита, еле живой от ужаса, выполз к завтраку и узнал, что мама..,
спокойно работает. Смолякова вела себя, как всегда, никто не знал, что она готовит побег,
и Кит успокоился... Знаешь, он ведь считает мать дурой, недоумком. Столько лет
обманывал родительницу, нагло врал ей, а та верила каждому слову. По мнению Кита, Ми
натуральная идиотка, не способная к нормальному мыслительному процессу, книг
Смоляковой он не читает, полагает, что родительница пишет дурацкие сказки для
идиотов. Вот и тогда он наверняка все же сообразил, что его укол достался Тете Моте, но
думал: мама-кретинка ничего не увидела, шприц, вероятно, сам выпал, закатился под
кровать, а Тетю Мотю она и правда увезла в "Марко". А что он еще должен был полагать,
если мамочка вела себя естественно, словно забыла про ссору с любимым сыном? Никита
пребывал в полной уверенности: с мамашкой приключилась истерика, а теперь снова
порядок. Он даже испытывал некую радость: вот и хорошо, что так получилось, Милада
нужна живой, пусть пашет на деточку, все идет по плану... Но в ту ночь, потеряв
самообладание, он пытался убить Смолякову, я в этом абсолютно уверена!
Внезапно слова кончились, и я замолчала. Дегтярев крякнул:
- Ладно, пошли.
- Скажи, я права?
- Поехали домой.
- Ага, следовательно, я права!
Александр Михайлович молча пошагал к двери, я поплелась за ним, ноя на ходу:
- Хорошо, поняла, никому не скажу ни слова, мне, как и тебе, безумно жаль Ми!
Внезапно полковник кивнул, я остановилась, словно налетела на стену, потом робко
спросила:
- Что же будет дальше, а?
Дальше была тишина. В паре газет промелькнули крохотные заметки о том, что у
писательницы Милады Смоляковой умерли одновременно и мать, и свекровь. Потом
другое издание сообщило: родительница литераторши жива, скончались бабушки. Но
особого ажиотажа известие не вызвало, сотрудники издательства "Марко" работали четко
и аккуратно, журналисты получили лишь определенную часть информации.
Я более с Ми не общаюсь, полагаю, ей было бы неприятно видеть женщину, которая,
пусть и желая помочь, раскопала все ее тайны. Впрочем, у Смоляковой есть номера моих
телефонов, если захочет - сама позвонит. Но детективщица не спешит выйти на связь.
Позавчера я купила журнал с еженедельной программой телевидения, раскрыла его и
ахнула. Почти все издание было занято фоторепортажем под названием "Новый дом
собачки Чуни". Я вцепилась в глянцевые страницы и принялась изучать интервью, щедро
сдобренное снимками. Текст был такой.
- Вы переезжаете в новый дом? Чем же плох прежний?
- Главная причина в том, что здание, где до сих пор жила моя семья, расположено в
березовом лесу.
Увы, у дочери началась аллергия на пыльцу этого дерева, вот и пришлось переезжать.
Накладно, конечно, но ведь речь идет о здоровье девочки.
- Ваш прежний дом был огромным дворцом, а теперешний - маленький коттедж, всего
двести метров. Отчего столь значительное уменьшение площади? Вы начали нуждаться?
- Нет, нет, издательство по-прежнему платит хорошие гонорары, и у меня полно
творческих планов. Просто нам с дочерью нет необходимости в громадном здании. Для
двух женщин хватит пяти комнат. У каждой по личной спальне, еще столовая, гостиная,
библиотека и кухня плюс баня.
- Но куда делись остальные члены вашей семьи?
- Недавно мы понесли тяжелую утрату, умерли две пожилые родственницы, любимые
бабушки.
Они были в преклонных годах, дожили почти до девяностолетия. Мой сын Никита
получил предложение работать в Америке, он с женой Лизой улетел в Нью-Йорк. Никита
будет заниматься там торговлей книгами российских авторов, в США много эмигрантов
из России, они традиционно читают своих писателей. Мы с Настей не захотели вдвоем
оставаться в громадном здании и подыскали для себя меньший дом.
- А ваши животные?
- Они, конечно, с нами.
- Все?
- Естественно.
- Нравится ли новая обитель собачке Чуне?
- Она в восторге, старый дом для нее был слишком велик.
- Значит, можно считать, что Чуня одобрила переезд?
- Вне всяких сомнений".
Тут и там на полосах были разбросаны фото. Ми со стопкой своих книг; Настя в
обнимку с Чуней; небольшой симпатичный домик, абсолютно стандартного вида (похоже,
Смолякова купила первый попавшийся особняк); Кит и Лиза в VIP-зале аэропорта с
чемоданами и сумками, и у всех, включая Ми, на губах улыбки. Счастливая,
благополучная, хорошая семь
Закладка в соц.сетях
