Жанр: Электронное издание
Donts-71
...ы приняла меня за Настю.
- Э... - протянула я, - говорить неудобно.
- Понимаю! - нервно воскликнула Лена.
- Лучше встретиться на нейтральной территории.
- Где?
- Ну.., не знаю, придумайте сами.
- Приезжай ко мне.
- Куда?
- Ты что, адрес забыла? - изумилась Лена. - Мы, конечно, давно не встречались, но все
же странно.
- Великолепно помню, - стала я изворачиваться ужом, - просто подумала, вдруг вы на
даче.
- У меня ее нет! - еще больше удивилась Лена, - Настя, что с тобой?
- Так могли купить или снять.
- Не купила и не сняла, живу все в той же квартире. Одна незадача: сейчас сижу на
работе, вернусь лишь около восьми. Тебе, наверное, поздно.
- Нет, в самый раз.
- А как потом в поселок вернешься?
- Толик отвезет.
- Действительно, - бормотнула Лена. - Значит, жду.
Я положила трубку на столик, потом огляделась, вытащила свой мобильный и набрала
номер Насти.
- Алло, - пробился сквозь странное гудение голосок девочки.
- Это Даша, ты где?
- В парикмахерской.
- Знаешь адрес Рыбкиной?
- Конечно.
- Сделай одолжение, скажи его.
- Кутузовский проспект, - охотно сообщила Настя, - дом стоит углом, вход со двора, вот
только номер квартиры не помню, но ее легко найти. Последний подъезд, самый верхний
этаж, дверь слева от лифта, она обита ярко-красной кожей.
- Опять балбесничаешь? - укорила меня Раиса, неожиданно входя в холл.
- Уже все закончила, - бойко отрапортовала я, пряча сотовый.
- Ну ладно, - смилостивилась домработница. - Ступай домой, но завтра ровно в девять
чтобы стояла под дверью.
Я закивала и убежала переодеваться.
В Ложкине меня встретила радостно вертящая хвостами собачья стая.
- Погодите, ребята, - пробормотала я, снимая уродскую обувь, - целоваться начнем
попозже. Просто сил никаких нет. Вроде ерундовое дело тряпкой по паркету возить, а
устала, будто ездовая лайка.
Быстро приняв душ, я побежала на кухню, чтобы попить кофе, и увидела
шмурыгающую носом Ирку, мрачно чистящую крохотный клубень молодой картошки.
- Простудилась? - поинтересовалась я, насыпая в кофемолку глянцево-коричневые
зерна.
- Не, - коротко ответила Ирка.
- Что случилось?
- Ерунда.
- А все же?
- Иван! - сердито воскликнула Ирка. - Вот долдон, взялся на мою голову! Болван
непонятливый.
Продолжая шмыгать носом, Ирка принялась вываливать обиды. Я молча слушала ее,
глядя, как из кофеварки в чашку тонкой струйкой течет ароматная жидкость.
Глава 12
В нашем доме давно работают три человека: домработница Ира, кухарка Катерина и
садовник Иван.
Обе женщины не замужем, Ваня не женат. Присутствие холостого мужчины среди двух
"неокольцованных" особ может привести к определенным трениям и даже серьезным
скандалам. Но Катерина недолюбливает лиц противоположного пола, уж не знаю, кто из
мужчин и чем так сильно обидел ее, только кухарка весьма довольна своим статусом
свободной женщины и никаких поползновений в сторону Ивана не делает. Более того,
недалекий, не слишком аккуратный Ваня раздражает ее, кухарка не упускает случая
сделать садовнику замечание и сладострастно стучит на него хозяевам. Делает она это
филигранно. Скажем, посмотрит в окно и произнесет с чувством:
- Эх, Дарь Иванна, ваши любимые флоксы завяли. Видать, Ванька после пива обалдел и
не полил кусты С другой стороны, из чего поливать, если он третьего дня газонокосилкой
шланг перерубил, пока она не сгорела? Сколько раз говорено было, не катай ее по мокрой
траве, замкнет, ан нет, попер танком.
Дождался, пока травища в метр вымахала, и вперед.
Ну, не беда, насадит на будущий год новые флоксы.
Жаль, конечно, что нонешним летом на цветочки не полюбуетесь, очень голо теперь
дорожка выглядит, особенно после того как Ванька еще сапогами по дурости ромашки
помял. Впрочем, он их терпеть не мог, те ромашки...
Вон сколько информации разом! И пиво пил, а потом почти пьяным работать стал, и
шланг испортил, и траву запустил да косилку сжег, и ромашки специально потоптал. С
одной стороны, целиком и полностью сдала Ивана, а с другой - вроде как не жаловалась,
не обзывала, не злилась, не кричала, случайно произнесла. Более того, если я призову
Ивана к ответу и сурово спрошу у того, зачем он по мокрой траве газонокосилку катал,
зная, что это опасно, Катерина потом нальет садовнику чашечку кофе и запричитает:
- Беспамятный ты, Ваня, за то и получил. В следующий раз, коли соберешься чем
заняться, со мной посоветуйся.
В общем, наша кухарка даст сто очков вперед самому Макиавелли . Но Ваня, простая
душа, не видит чужих хитростей и совершенно искренно считает Катерину своим лучшим
другом.
По-иному обстоит дело с Иркой. Домработница тоже не имеет в Москве никого из
близких, живет с нами, и все домашние давным-давно считают Иру кем-то вроде
двоюродной тети. Если честно, у Ирки полно недостатков: она плохо гладит, не видит
пыль и никогда не положит взятую вещь на место. Но ведь развестись с родственником
нельзя, и потом, я сама далеко не идеальный вариант.
Полгода тому назад Ирка поскучнела, стала плакать по вечерам и жаловаться на плохое
самочувствие. Я забеспокоилась и отправила домработницу к врачу, сдавать анализы.
Ирка исправно бегала в поликлинику и скоро принесла диагноз: здорова, как корова,
пахать на девушке можно.
Но поскольку настроение Ирки стало еще гаже, я вознамерилась запихнуть ее в
томограф. Пусть, думаю, хитроумный аппарат изучит домработницу послойно, вдруг в
какой-то части ее организма имеется крохотный сбой.
Утром Ирка покорно уехала в больницу. Маня, сбежав вниз, спросила:
- Каша есть?
- Не-а, - ответила я. - У Катерины выходной, а Ира умотала.
- Куда? - насторожилась Манюня.
- На обследование.
Машка посмотрела на меня серьезно.
- Муся, она здорова.
- Очень надеюсь, что ты права. Но если организм работает нормально, у человека не
должно быть депрессии, - вздохнула я.
Манюня усмехнулась.
- Открою тебе страшную тайну: Ира хочет замуж, отсюда и слезы.
Я уронила на пол кастрюльку, в которой собиралась сварить для Маши геркулес, и
ошарашенно спросила:
- Ты уверена?
- Ага, - кивнула Маня, - мы с ней тут поболтали.
- Господи, зачем ей муж!?
- Муся, - вздохнула Машка, - ты сама-то сколько раз в загс бегала?
- Четыре, а потом пришла к выводу, что не следовало и начинать.
- Вот! - кивнула Манюня. - А Ирка никогда не была семейной женщиной, ей охота
самостоятельно на грабли понаступать. И потом, кое-кому везет с мужчинами. Но только
где ей жениха найти?
- Действительно, - пробормотала я, - надо подумать.
Целую неделю я ломала голову над решением проблемы Ира от нас не уедет,
следоваюльно, ее муж должен жить в Ложкине. С одной стороны, это даже хорошо,
наконец-то появится человек, который возьмет на себя хозяйственные заботы, станет
следить за отоплением, канализацией, электричеством. С другой - нам придется
привыкать к постороннему дядьке А вдруг он окажечся противным? Или занудой, типа
Дегтярева? Хватит с нас полковника, вечно норовящего раздавать всем указания. И где
найти жениха? Обратиться в брачное агентство?
В общем, ситуация выглядела не простой, и вдруг она разрешилась сама собой.
В пятницу вечером Зайка спросила:
- Чья это машина стоит у забора?
- Горничной Елистратовых из десятого коттеджа, - хихикнула Маша.
- А почему она паркует ее возле нас? - удивилась Зая. - Дом Елистратовых на другом
конце поселка.
- К Ване прикатила, - заговорщицки сообщила Маша. - Она за ним ухаживает, надеется
замуж выйти.
- Да? - удивилась я. - Что же девушка нашла в нашем садовнике? На мой взгляд, ничего
интересного.
- Муся, - хмыкнула Маня, - Ваня молодой, холостой, не пьет, не курит, хорошо
получает, не скандальный, не противный, внешне приятный, родственников не имеет. Да
за таким девяносто девять женщин из ста бегом побегут!
- А и правда, - вдруг брякнула Ирка, - Ванька-то наш очень даже ничего...
Мы переглянулись и сделали вид, что ничего не слышали. И началось! Ирка теперь изо
всех сил пытается захомутать Ивана. Меня идея домработницы радует: в нашем доме
ничего особо не изменится, никаких посторонних противных мужиков не появится,
Иришка просто переедет из особняка в двухкомнатный домик в саду, где обитает Ваня.
Если они надумают обзавестись потомством, приделаем к избушке еще пару спален. И
никаких проблем, все довольны.
Одна незадача - непонятливый Иван никак не реагирует на Иркины знаки внимания и
испускаемые флюиды. А та теперь постоянно находится в состоянии охоты и испытывает
азарт от того, что глупая дичь ловко минует все силки и капканы.
Вот и сегодня девушка не в настроении.
- Опять он тебе глупость сказал? - с состраданием спросила я.
Ирка утерла нос кулаком.
- Знаете, Дарь Иванна, решила последнее средство использовать. Все
интеллигентничала, улыбалась, глазки строила, а потом поняла: с Ванькой надо попросту.
Он деликатности не понимает. В общем, пусть женится по залету.
- Ира, - обрадовалась я, - какая замечательная новость! У нас же все имеется: и
коляска, и кроватка, и вещей полно, из которых близнецы выросли!
- Ага, - протянула Ирка, - только он не желает...
Я собралась было вслух возмутиться поведением Ивана, но тут со стороны лестницы
донеслось назойливое пиканье.
- Ой, стиралка остановилась! - спохватилась Ира и, бросив недочищенную картошку,
понеслась на звук.
Строя дом, мы сначала забыли о такой необходимой вещи, как стирка, и пришлось
устраивать прачечную на втором этаже.
Я посмотрела вслед продолжающей хлюпать носом домработнице и решила вмешаться
в ситуацию.
Раз у женщины намечается ребенок, честный мужчина обязан на ней жениться!
Ваня нашелся в сарае - чистил некую ржавую железку. Увидав его абсолютно
невозмутимое лицо, я ощутила приступ раздражения. Вот он какой! Бедная Ирка плачет, а
кавалер как ни в чем не бывало возится с грязными запчастями! Ну погоди, голубчик...
- Иван!
Садовник вздрогнул и поднял глаза.
- Здрассти, Дарь Иванна! Чегой-то у вас выражение лица перекошенное? Или
случилось чего?
- Правильно, произошло некое событие.
Иван отложил железяку.
- Хорошее? - с надеждой поинтересовался он.
Я набрала полную грудь воздуха.
- Сейчас ты сам дашь ответ на этот вопрос. Видишь ли, мне стала известна одна тайна.
Понимаешь, о чем я веду речь?
Ваня покраснел, потом встал, вытер руки о джинсы и забормотал:
- Дык.., ну.., того.., самого...
- Значит, сообразил?
- Э...э...
- Иван!
- Чаво?
- Перестань прикидываться! И тебе, и мне все понятно.
- Это не я, - быстро отреагировал садовник.
Меня охватило возмущение.
- И как не стыдно врать!
- Ей-богу, ни при чем я.
- Ваня! Это подло!
- Ну.., честно!
- А кто?
- Э.., э... Само вышло!
Я посмотрела в слишком честные глаза Ивана и со вздохом сообщила:
- Тебе лучше всегда говорить правду.
- Почему?
- Потому что у тебя на лбу прямо так и написано, когда врешь: я лжец!
Иван быстро провел рукой по лицу и тупо повторил:
- Ей-богу, ничего не делал.
- Без твоего участия такое не случится.
- Почему?
Кретинизм заданного вопроса загнал меня в тупик, но через пару секунд я нашла
адекватный ответ.
- Потому!
Иван почесал за ухом и решил уйти в глухую несознанку:
- Не я! Не я!! Не я!!!
- А кто? - стала я наседать на негодяя. - А ну, живо отвечай!
- Дык Семен.
- Ты о ком ведешь речь?
- Сенька, охранник Королевых с пятьдесят восьмого участка. Евойные хозяева жуткие
жлобины, - зачастил красный от натуги Иван. - Наняли Семена дом стеречь, а таперича он
у них на все руки мастер: забор покрасить, траву подстричь, собак выгулять, машину
помыть. Во люди, за копейку удавятся!
Зарплату за одного дают, а работы за семерых требуют. Не то что вы, Дарь Иванна.
Неуклюжее желание Ивана польстить мне обозлило еще больше.
- Сильно сомневаюсь, что Королевы велели Семену так себя вести, - ядовито заметила
я.
- Не, - бормотнул Ваня, - ясное дело, подобное не прикажут.
- Очень рада, что ты хоть в этом случае со мной не споришь.
- Случайно вышло! Сенька не хотел!
- Иван!
- Не, правда.
- Иван!
- Он мимо шел и граблями задел!
- Граблями? Иван, ты с ума сошел!
- Ну ладно, - вздохнул садовник, - хорошо, я перепутал. Лопатой задел.
У меня зачесались кулаки. Я не принадлежу к категории людей, применяющих при
малейшем споре физическую силу. Может, потому, что всю жизнь вешу не больше
средних размеров собаки? В общем, до сих пор все конфликты я разрешала вербально,
сейчас же впервые испытала яростное желание схватить мерзопакостного садовника за
шиворот и постучать его тупой башкой о ржавую железку, громоздившуюся на верстаке.
Наверное, выражение моего лица сильно изменилось, потому что Иван испуганно
загундосил:
- Не сердитесь, Дарь Иванна!
- Вот ведь... Что ж ты за человек? - начала я спускать пар. - У меня и в мыслях не было
тебя ругать, пришла, чтобы купировать ситуацию...
- Чево?
- Найти выход из положения, вот "чево"! А ты принялся изворачиваться ужом. Это не
по-мужски!
Нормальный, не подлый парень поймет ответственность момента. Извини, не ожидала
от тебя подобного поведения! Просто перестала уважать!
Садовник понурил голову и еле-еле выдавил из себя:
- Ну я! Ваша правда!
- Молодец, Ваня, ты благородный человек.
- Не хотел!
- А вот этого говорить не надо.
- Случайно.
- Верю, но теперь уже ничего не поправить.
- Ага! - кивнул Иван. - Не сердитесь только!
- Ладно, пошли.
- Куда?
- К Ире.
- Ой, ой, не надо!
- Ваня, не трусь.
- Она меня убьет.
- Не волнуйся - Нет, нет, стукнет доской! Разделочной!
- Не бойся.
- Ой, не хочу!
- Иван! Будь мужчиной.
- Можно не сегодня?
- Сейчас.
- После ужина.
Дурацкий торг мне надоел, я уцепила садовника за плечо и, изо всех сил толкая его
вперед, назидательно сказала:
- Никогда не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня.
- Лучше ваше ничего не делать, - упирался Ваня.
- Нет, мой друг! - стояла я на своем. - Поверь, это не страшно. Одна минута, и все
объяснения позади. Кстати, нарви цветов.
- Зачем?
- Подаришь Ирке.
Иван вытаращил глаза.
- С какой радости?
- Так принято, - стала я обучать мужчину манерам, - преподнесешь букет, встанешь на
одно колено, протянешь руку...
- Знаете, Дарь Иванна, - с чувством произнес Иван, - я за вас и в воду, и в огонь прыгну,
только за фигом перед Иркой ломаться? Она шибко вредная, меня терпеть не может,
вечно придирается, дергает, пристает с замечаниями. Вон вчерась на кухню вошел,
налетела ястребом: "Сядь на стул, ешь котлету".
Пять минут объяснял - не люблю я мясо, так нет, впихнула силком. Просто гестапо!
- Она о тебе позаботиться хотела.
- Странная забота, - недовольно отозвался Ваня. - Я ж не свинья, чтоб меня
откармливать.
Так, препираясь, мы подошли к дому. Тут, словно по заказу, с крыльца с мешком
мусора спустилась Ирка. Я обрадовалась и велела ей:
- А ну, брось пакет.
- Почему? - прищурилась домработница.
Ну что за жизнь? В нашем доме никто не торопится выполнять приказы хозяйки!
- Сказано, кидай.
- Пожалуйста, - пожала плечами Ира.
- Ваня, начинай.
- Чаво?
- Мы же договорились.
- Об чем?
И тут меня накрыло волной злости.
- Сейчас же становись на одно колено, - прошипела я, - и повторяй за мной...
Садовник моргнул, потом, кряхтя, принял нужную позу и с отчаянием воскликнул:
- Дальше чаво?
- Ира...
- Аюшки? - отозвалась домработница.
- Я не тебе.
- Тут другой Ирки не видно.
- Замолчи немедленно! - топнула я ногой. - А ты, Ваня, говори: "Ира!"
- Зачем?
У меня внезапно началась мигрень. Боже, как они мне надоели! Может, пусть
разбираются сами?
Нет, нет, пустить такое важное дело на самотек никак нельзя. Иван вывернется и
убежит, я обязана заставить его сделать Ирке предложение.
- Слышь, Ваньк, не спорь, - внезапно пришла мне на помощь домработница, - говори,
что ведено.
Может, Дарь Иванна с ума съехала, а психов нервировать стремно.
- Ира! - возвестил Ваня.
Я приободрилась.
- Хорошо - Хорошо! - заорал Иван.
- Замолчи.
- Замолчи.
- Господи, прекрати.
- Господи, прекрати.
- Ты издеваешься?
- Ты издеваешься?
- Ваня!
- Ваня!
- Ваня!!!
- Ва-а-а-ня-я-я!!! - заорал садовник с такой силой, что Хучик, мирно дремавший на
крыльце, подскочил и залаял.
Я вцепилась в плечо идиота, тряхнула Ивана и прошипела:
- С какой стати ты работаешь попугаем? Перестань сейчас же!
- С какой стати... - завел было Иван и осекся.
Круглые глаза садовника заполнило детское недоумение.
- Ой, беда, беда... - запричитала Ирка. - Дарь Иванна, пойдемте в постельку, а? Ляжем,
шоколадку съедим, чайку глотнем...
- Сами ж велели за вами повторять, - ожил Ваня, - во как! Все плохо! Че не сделаю!
Я кашлянула.
- Давай еще раз! Ира!
- Давай еще раз! Ира!
- От всей души...
- От всей души...
- Предлагаю тебе...
- Предлагаю тебе...
- Свою руку и сердце.
- Свою руку и сердце.
- Пусть нас разлучит только смерть.
- Пусть нас разлучит только смерть, - автоматически повторил Иван.
Повисла тишина. Потом садовник повернулся ко мне.
- Ну че? Таперь все? Могу вставать и к себе идтить? Газонокосилку починить надо.
Я уставилась на домработницу. Лицо Ирки покрылось нежно-розовым румянцем,
женщина сделала шаг вперед, вытянула руки, потом бросилась к Ване на шею и громко
заявила:
- Я согласна.
К моим глазам подступили слезы умиления. У нас будет свадьба! Это же здорово!
Белое платье, фата...
Конечно, украшать голову беременной женщине символом невинности смешно, но не
лишать же себя удовольствия из-за дурацких предрассудков!
- Э-э-э, - забормотал Иван, пытаясь вывернуться из цепких рук Ирки, - ты че?
Опсихела?
- Ваня, я согласна.
- С чем? - оторопел садовник.
- Ира принимает твое предложение, - торжественно пояснила я.
- Какое?
- Руки и сердца. Ты же его сам сделал.
- Когда?
- Сейчас.
- Да?
- Ваня, не идиотничай.
- Ну, может, и так, - пожал плечами садовник, - а чего она целоваться лезет?
Я тяжело вздохнула. Нет, Иван не придуривается, он просто кретин.
- Жених обязан поцеловать невесту.
- Кто?
- Жених.
- Где?
- Что "где"?
- Жених тут где? - ошарашенно пробубнил Ваня. - И невесту тоже не вижу! При чем тут
я?
- Ты решил взять замуж Иру?
- Я???
- Ну да! Предложил ей руку и сердце.
- И что?
- Это равносильно словам: "Дорогая, люблю тебя, давай поженимся", - растолковала я
садовнику ситуацию.
- Скажите, пожалуйста, как мудрено... - покачал головой Ваня. Затем он кашлянул,
покраснел и с плохо скрываемым ужасом заорал:
- Погодите, не понял! Мне? Жениться? На Ирке? Лучше утонуть!
Домработница всхлипнула и убежала в дом, у меня померкло в глазах.
- Иван, ты сволочь!
- Ой! Не сердитесь!
- Гад ползучий!
- Ой, за что? Ничо ведь не сделал. Ну, ваще!
- А ребенок?
- Кто?
- Ира беременна! От тебя! Сейчас же прекрати извиваться и врать!
Ваня замер с раскрытым ртом, его лоб покрылся бисеринками пота.
- Дарь Иванна... - залепетал он, - ни сном ни духом...
- Лжешь!
- Право слово!
- Послушай, мы же обсудили эту ситуацию. Ты малодушно пытался перевести стрелки
на охранника Семена, но потом...
- Думал, вы о фонаре толкуете, - перебил меня Иван и, заметив на лице хозяйки
полнейшее недоумение, пояснил:
- У нас около ворот светильник висел. Красивый, весь стеклянный!
- И что?
- Разбился. Упал. Вернее, его сшибли. Если честно, то я и сшиб, случайно. Но если
разобраться, виноват Сенька, - зачастил Иван. - Он мимо шел, на плече то ли грабли, то ли
лопату пер. Ну, и задел фонарь. Я Сеньку отругал, а потом калиткой шарахнул, фонарик
возьми да и упади. Разлетелся, конечно, в пыль. Вот и получилось - я его кокнул, только
сначала Сенька раскачал. Случайно вышло!
- Иван! - рявкнула я.
- Чаво?
- Ступай к себе и подумай!
- Об чем?
- Хочешь у нас работать?
- Конечно! Пуще матери вас люблю! - жарко признался садовник.
Я была так зла, что пропустила мимо ушей заявление о том, что определена
садовником исполнять роль его мамочки. А ведь не такая уж у нас с ним глобальная
разница в возрасте! Но сейчас следовало сосредоточиться совсем на иной проблеме.
- Вот и отлично, - подвела я итог беседы. - Ты нам тоже нравишься. Ире в особенности,
она тебя любит, ждет ребенка. Следовательно, делай выбор: либо женишься на Ирке, и
тогда у нас все идет отлично, либо наотрез отказываешься, тогда - до свиданья.
Мы, конечно, Иру не бросим, малыша воспитаем, она найдет себе нормального мужа.
А ты останешься за бортом, в Ложкино тебя больше не пустят, сына не увидишь никогда.
Думай.
- Но...
- Иди, Ваня.
- Дарь Иванна!
- Ступай, Иван.
- Я...
- Подумай и через полчаса сообщи о своем решении, - рявкнула я и кинулась в особняк
утешать Ирку.
Домработница нашлась в мансарде, она раскладывала в гардеробной постельное белье.
- Ирина, не расстраивайся, - заулыбалась я. - Все мужчины сначала в кусты спрятаться
норовят, а потом женятся.
- Спасибочки вам, конечно, за помощь, - ехидно ответила Ирка, - только лучше мне
самой с Ванькой разобраться. Очень уж вы, Дарь Иванна, откровенная, наскоком
действуете. А мужика надо так выломать, чтобы он думал, будто сам решение принял. А
вы воплем!
С этими словами Ира легко подняла с пола тяжелый тюк.
- Немедленно брось, - испугалась я.
- Почему?
- Тебе вредно.
- Ерунда.
- Теперь надо беречься, беременность - это серьезно.
- А кто беременный?
- Ты.
- Я?
- Так не я же?
- Не знаю, - хихикнула Ира, - может, и вы.
- Ирина! Кто час тому назад сказал про желание выйти замуж за Ивана?
- Ну, я.
- По залету?
- Ага.
- Следовательно, ты беременная.
- Нет, конечно!
Я села на табуретку.
- Ничего не понимаю.
- Ой, да просто все! - захихикала Ирка. - Журнал я купила женский, а там статья очень
интересная, "Как отвести мужчину под венец" называется.
Много в ней поучительного написали, только я уже почти все испробовала: вкусно
кормила, эротическую одежду надевала, хвалила, делами интересовалась, паиньку из себя
корчила. Но мимо! Вот и надумала последнее средство применить: забеременеть. Дело за
малым.
- Ты о чем? - растерянно спросила я, прикидыкая, каким образом теперь просить у
несчастного, замороченного по полной программе садовника прощенья. Может, купить
новую газонокосилку? Дорогую, с сиденьем, чтобы не ходить за машинкой, а ездить на
ней.
- Осталось Ваньку в постель заманить, - Ирка посерьезнела. - Может, вы и правы -
прямо надо?
А я все вокруг да около хожу...
- Так вы того... - стала запинаться я, - не того?..
- Он недотепа, - недовольно пояснила Ира, - как ни подкатываюсь, ничего!
Я растерянно начала накручивать прядь волос на палец. Нет, одной газонокосилкой,
пусть даже с сиденьем, не обойтись. Придется еще разориться на кусты, причем на розы.
Я их не люблю, а Иван давно мечтает посадить на участке... Да, неудобная ситуация...
- Дарь Иванна! - донесся снизу вопль Ивана. - Ира! Вы где?
- Иду, иду! - сладко запела я. - Уже спускаюсь.
Ирочка, пошли, нас зовут.
Домработница скривилась, хмыкнула, но последовала за мной.
Иван обнаружился на кухне, и выглядел он самым диковинным образом. Тело
садовника туго облегал пиджак, под ним виднелась белая футболка, на которую с голой
шеи мужчины спускался короткий галстук с немодно большим узлом. Нижняя часть
туловища садовника, правда, не претерпела никаких изменений, - на Ване так и остались
порванные, довольно грязные джинсы. От Ивана удушливо пахло одеколоном и мятной
жвачкой, в руках он держал нечто, похожее на засохший еще на Рождество букет.
Мы с Иркой замерли на пороге.
- Дарь Иванна, - торжественно начал Ваня, - я того, самого, мозгами покрутил и решил.
Уж коли ал.., ам.., антернативы...
- Альтернативы, - машинально поправила я.
Ирка дернула меня за руку:
- Не мешайте, пусть говорит.
- Если альтернамативы, - как мог, справился с трудным словом Иван, - всего две, то
пусть по-вашему. Женюсь! Ясное дело, ребеночка воспитать можно, я не против. Но, если
его.., ну.., того, то совсем хорошо. Согласен. Во!
И он протянул мне сухие стебли.
- Это что? - машинально спросила я.
- Бессмертник, - пояснил Иван, - не рвать же хорошие цветы для ерундового дела.
- Так ты Дарь Иванну замуж зовешь? - звонко спросила Ирка.
Ваня вздрогнул.
- Упаси бог! Вот ужас-то!
Мне не слишком понравилась его реакция на вопрос Иры. Почему это представить
меня в качестве жены - ужас?
- Тебя, конечно, - довершил фразу садовник, поворачиваясь к Ирке. - Давай уж
распишемся, раз Дарь Иванне приспичило А то меня вытурят.
Я зажмурилась. Ну, сейчас начнется!
Ирка широко распахнула глаза, покраснела, потом выхватила из лопатообразной
ладони Вани кладбищенские цветы, швырнула их на пол и звонко заявила:
- Офонарел? Чтобы я за тебя замуж?
- Дык Дарь Иванна велит, - напомнил садовник.
- Это она тебе приказала, не мне!
- Ну.., не понимаю, - растерянно протянул Ваня. - Ежели хозяйка хочет, чтобы я на тебе
женился или вон шел, так уж лучше в загс. Из двух зол надо брать то, которое меньше.
Дарь Иванна, велите ей не кочевряжиться.
- Я не табуретка, чтобы меня в руках туда-сюда таскать, - медленно протянула Ира.
- Я и не собирался тебя носить, - быстро пообещал Иван. - К чему это? Ноги имеешь,
сама походишь.
Ирка разинула рот, потом наступила на бессмертник, повозила ни в чем не повинный
букет ногой и заявила:
- Идиот! С таким жить - так лучше повеситься!
Я за Андрея, управляющего из восьмого коттеджа, замуж пойду! - А затем вылетела вон
из кухни.
Иван уставился на меня.
- Это кто такой? - вдруг спросил он.
- Андрей?
- Да.
- Неужели не знаешь? - с трудом сдерживая смех, ответила я. - Он у Крученых
хозяйством ведает.
- Маленький, толстый, лысый урод?
- С лица воду не пить.
- Так она отказалась за меня идти? - постепенно въезжал в ситуацию Иван.
- Похоже на то.
- Решила с Андреем крутить?
- Верно.
- С маленьким, толстым, лысым уродом? - тупо повторил Ваня.
- Не во внешности счастье.
- А в чем?
- Андрей спокойный.
- Я тоже не ору.
- Всегда трезвый.
- Я совсем не употребляю.
- Хорошо зарабатывает.
- И меня вы не обижаете, - гудел Ваня. - В чем же дело? Я-то красавец, а тот... Фу, чем
дольше о нем думаю, тем противней кажет
...Закладка в соц.сетях
