Жанр: Электронное издание
nointim
...я в тюрьме. Я решительно сняла телефонную трубку и набрала номер.
Звонила я начальнику ГИБДД города, его сын, кстати сказать, четвертый год
занимался в нашей школе и делал успехи. До Антипова я дозвонилась с третьей
попытки и начала с места в карьер:
- Валерий Иванович, на нашу клумбу хулигански наехали. Ребятишки видели
синий "Опель", вроде бы номер девятьсот шестнадцать или похожий... Может,
кто из родителей, что детей встречают, постарались? Я их осенью заставлю все
клумбы перекапывать...
- Узнаем, - заявил Валерий Иванович. - "Опель", значит? Синий... так и
запишем. Перезвоню минут через пятнадцать.
Он позвонил через десять:
- Терентьев Виктор Кузьмич. Есть у нас такой?
- Сейчас по журналу проверю. Спасибо вам огромное. А адреса случайно нет,
чтоб окончательно увериться?
- Есть и адрес, записывайте.
И я торопливо записала: проспект Космонавтов, дом тридцать шесть,
квартира восемнадцать. Ну и что теперь? Сообщить об этом Родионову? Сообщу,
он арестует несчастного Терентьева, а это вовсе не Синий пиджак. Нет, для
начала мне надо на него взглянуть. Я перевела взгляд на часы, нормальные
люди в это время скорее всего работают, но на месте мне все равно не
усидеть, к тому же Синий мало походил на нормального. Я взяла со стола
бумажку с адресом и покинула школу. Проспект Космонавтов находился в районе
новостроек, и добиралась я туда троллейбусом ровно сорок минут. Вообще-то я
предпочитаю ходить пешком, и эта поездка меня изрядно утомила, однако были в
ней и свои положительные стороны. За сорок минут я успела успокоиться и даже
выработать какое-то подобие плана. Еще минут пятнадцать я потратила на
поиски тридцать шестого дома. Располагался он за большим сквером, и
обнаружить его оказалось делом непростым, тридцать четвертый на виду,
тридцать восьмой тоже, а вот тридцать шестой точно черти слопали. Редкие в
это время прохожие качали головами и не могли объяснить, куда подевался
тридцать шестой дом. Выручила моя врожденная гениальность, я обошла сквер и
уперлась в девятиэтажку с цифрой тридцать шесть на фасаде. Труды мои были
вознаграждены, потому что не успела я войти во двор, как тут же увидела
"Опель" с номерным знаком 916. Сердце забилось чаще, и я даже немного
постояла, боясь, что оно возьмет да и выпрыгнет, весьма некстати, если
учесть, что я продвинулась в своих изысканиях и почти нашла Синего.
Прогулявшись по двору, я направилась к первому подъезду и поднялась на
четвертый этаж. План мой был исключительно прост: если в шестнадцатой
квартире живет Синий пиджак, я звоню Родионову. Синий, безусловно, узнает
меня и, очень возможно, начнет охоту (в фильмах, что я время от времени
смотрела, именно так все и происходило), тем самым убийца быстро себя
изобличит. А меня, само собой, будет охранять симпатичный Родионов или, на
худой конец, участковый. Если же в шестнадцатой квартире живет вовсе не
предполагаемый убийца, я побалую его сказочкой, которую придумала по дороге,
и попытаюсь узнать, как его машина оказалась у Синего пиджака.
Собравшись с силами, я нажала кнопку звонка. Послышались торопливые шаги.
Дверь открылась, а я выпучила глаза: передо мной стоял Тошка Сидорчук,
которого я уже некоторое время прочила в чемпионы.
- Дарья Сергеевна, - расплылся он в улыбке, - проходите. Вот мамка-то
обрадуется.
Мамка в самом деле обрадовалась, причем до такой степени, что забыла
поинтересоваться, по какой надобности меня черт принес.
- Ой, Даша, - пропела она, появляясь из кухни. - Проходи. Я тебя сейчас
таким пирогом угощу...
Надо пояснить, что во времена, когда я еще не была директором, Ольга
работала у нас в школе аккомпаниатором, потом занялась бизнесом, говоря
проще, стала торговать на рынке, и теперь виделись мы редко. Переезд на
новую жилплощадь и появление некоего Терентьева Виктора Кузьмича в ее жизни
было для меня неожиданностью.
- Хорошая квартира, - закинула я удочку, осматриваясь.
- Да... большая... правда, никак не привыкну, и район не очень. У нас
дворик был тихий, а здесь... но сколько можно в "хрущевке" жить? Тошка
растет, ему комната необходима. Да и Виктору Кузьмичу кабинет... Мы его и
мою квартиры продали, добавили денег и эту купили, четырехкомнатную.
- Значит, ты замуж вышла? - сообразила я.
- Ага. - Ольга улыбнулась и скороговоркой выпалила:
- Он хороший и Тошку любит, и вообще мы хорошо живем. Виктор Кузьмич
мужчина непьющий, конечно, постарше меня, но это, может, даже хорошо...
- А чем занимается Виктор Кузьмич?
- Он художник... - с легкой заминкой ответила Ольга, ловко накрывая на
стол. - А сейчас у него своя мастерская, изготавливают двери, рамы,
лестницы. Высокохудожественные изделия. Хочешь, фотографии принесу?
- Какие? - не поняла я.
- Ну... окна, двери... может, тебе что понравится?
- Мы сейчас ремонт не планируем, денег нет. Но если вдруг появятся...
Мы стали пить чай, а я прикидывать, как половчее узнать о Синем. Помог
мне Тошка; уплетая пирог, он заявил с набитым ртом:
- Дарья Сергеевна, а у нас "Опель", новый. Папка его месяц назад купил.
- Это не он во дворе стоит, красивый такой?
- Он, - раздвинул рот до ушей Тошка. - Правда, здоровский?
- Мимо не пройдешь.
- Помешался на машинах, - шутливо нахмурилась Ольга. - Только иномарки на
уме... А с "Опелем" этим одни нервы. Виктор Кузьмич человек творческий, у
него знаешь как: задумается и сам себя не помнит. Сегодня все утро ключи
искал, так и поехал на работу троллейбусом, а я весь день у окна торчу, чтоб
его, окаянного, не угнали.
- А что, пытались? - проявила я интерес. Ольга рукой махнула, а Тошка
сделал круглые глаза и прошептал:
- Чуть не свистнули.
- Как же это? - вытаращив глаза еще больше, чем он, задала я вопрос.
- Чего ты его слушаешь? Виктор Кузьмич на работу приехал, оставил "Опель"
возле мастерской, там стоянка, конечно, не охраняется. Мастерская на
Левитана, рядом с бывшим горкомом комсомола...
- Там, где ломбард?
- Точно. Ломбард в восемнадцатом доме, а в мастерскую надо под арку идти,
дом 16а. Ну а стоянка прямо возле ломбарда. Обедать Виктор Кузьмич домой
приезжает, вышел, а машины-то и нет. Он туда-сюда, вызвал милицию.
Расстроился ужасно, а вечером звонит сторож из мастерской и говорит: "Виктор
Кузьмич, машина-то ваша нашлась, в переулке стоит, как раз под самыми
окнами". Мы туда, и точно: стоит. Совершенно она ему не нужна, - вдруг
заявила Ольга и пояснила, видя мое недоумение:
- Машина эта. Ездил бы на такси, деньги те же, а мороки меньше.
- Я не поняла, угнали "Опель" или нет? Ольга только рукой махнула:
- Поди сам в переулке оставил да забыл.
- А милиция как же? Они ведь приезжали, неужели машину в переулке не
увидели, ведь это всего метров двести?
- Им бы только бумажку составить, больно надо по сторонам смотреть.
- И когда это случилось?
- Вчера, - ответила Ольга, а сердце мое стремительно скакнуло вниз.
- А во сколько Виктор Кузьмич на обед приезжает?
- Часа в два.
Теперь кое-что прояснилось. Вряд ли Виктор Кузьмич как-то причастен к
убийству Зюзи, но на всякий случай стоит проверить.
- У тебя нет знакомого, который носит синий кожаный пиджак? - спросила я.
- Нет, - удивилась Ольга. - А что?
- Приходил в школу один тип, представиться не пожелал, искал Ольгу,
которая будто бы раньше в нашей школе работала. Вот я и решила, может, ты?
- А как он выглядел?
- Не очень я его рассматривала, взгляд неприятный, исподлобья, пиджак
запомнила.
- Может, папаша наш бывший? - нахмурилась Ольга. - Но на кожаный пиджак,
хоть синий, хоть красный, ему денег не набрать, только-только на бутылку
хватает.
- Что ж, - поднялась я из-за стола, - за пирог спасибо, пойду я.
- Посиди, - искренне огорчилась Ольга. - Поболтаем, не виделись сто лет.
- На работу надо. Я здесь по делам... - пробормотала я, надеясь, что
Ольга не спросит по каким. Она и не спросила, проводила меня до двери, и я,
помахав им с Тошкой на прощание рукой, торопливо покинула подъезд. Выйдя на
проспект, остановила первую же машину и отправилась на улицу Левитана.
Мастерскую нашла сразу. Миновав арку, я оказалась в чистеньком дворике. Дом
16а был одноэтажным с высоким резным крыльцом, по нему как раз спускался
мужчина лет пятидесяти, маленький, толстенький и лысый.
- Виктор Кузьмич, - позвали его из открытого по случаю жары окна. - Вам
звонят. Трубку возьмете?
Виктор Кузьмич вернулся в свой офис, а я двором прошла к ломбарду.
Ну и что теперь? Нашла я "Опель", но ни на шаг не продвинулась. А может,
вовсе не его я видела возле "малосемейки"? По виду точно он... С номером
путаница, и до конца не ясно: угоняли вчера машину со стоянки или хозяин в
самом деле страдал беспамятством? И что я должна сказать Родионову? А
ничего. Он скорее всего решит, что я нарочно все запутываю, стараясь ввести
следствие в заблуждение, и окончательно уверится в том, что я убийца. С
этими невеселыми мыслями я вернулась домой. Ни Сеньки, ни Кузи во дворе не
было, и это здорово меня разозлило. Где их носит, в самом деле? Прождав
понапрасну часа два, я вышла во двор и у подъезда столкнулась с Андрюхой
Коломейцевым.
- Ты Сеньку не видел? - спросила я.
- Когда?
- Сегодня.
- Видел, днем. Они всей ватагой купаться пошли.
- Вот черт...
- А чего такого? Жарко. И он уже не маленький.
- Как же не маленький? Я за него отвечаю и вообще... Ладно, пошли чай
пить, или тебе нельзя? - насторожилась я.
- Чай пить? - испугался Андрюха. - Почему это? Чай не водка, можно и при
исполнении.
- Но ты же участковый, а меня в убийстве подозревают.
- Кто? - не поверил он.
- Родионов.
- Ничего он не подозревает, глупость какая. С какой стати ему
подозревать? Да в нашем районе все равно никто не поверит...
В этот момент возле подъезда остановилась машина, и из нее вышел
Родионов. Машина была такой древней, что казалось, вот-вот развалится, зато
Родионов выглядел молодцом. Светлые брюки, зеленая футболка, а сам явно
только что из парикмахерской, да и улыбался так зазывно, что я до смерти
испугалась: не иначе как приехал арестовывать.
- Добрый вечер, Дарья Сергеевна, - пропел он, протягивая мне руку. Я ее
пожала, понемногу возвращаясь к жизни - убийцам руки не подают.
- Добрый вечер, - пискнула я и покосилась на Андрюху: мол, смотри, что
делается.
- Можно с вами поговорить? - продолжая улыбаться, спросил Александр
Сергеевич.
- Мы с Андрюхой чай пить собирались, то есть с Андреем Петровичем, -
поправилась я, чувствуя, как наливаюсь краской.
- А меня не угостите?
- Что ж, пойдемте, - пожала я плечами, а Коломейцев, с момента обмена
рукопожатием с Родионовым стоявший по стойке "смирно", зачем-то снял
фуражку, повертел ее в руках и сказал:
- Что ж, Дарья Сергеевна, вы с товарищем побеседуйте, а я уж в другой
раз. Всего вам доброго. - И зашагал через двор. Я смотрела ему вслед, пока
Родионов не начал кашлять.
- Идемте, - кивнула я.
Мы пришли на кухню, и тут открылись два неприятных факта: во-первых, пить
чай было не с чем, за время моего отсутствия трио купальщиков уничтожило все
конфеты, во-вторых, и в главных, не было самого чая. Я совершенно не знала,
что делать, а Александр Сергеевич спешно обулся и, к моему великому
удивлению, исчез. Удивление только возросло, когда Родионов вернулся: в
руках у него была коробка с тортом и пакет, из которого он извлек пачку чая,
зефир и конфеты в довольно внушительного вида кульке. Да, большие хитрецы
работают в нашем уголовном розыске.
- Это все мне? - на всякий случай поинтересовалась я, чтобы не съесть
лишнего и не поставить человека в неловкое положение.
- Конечно, - изумился он, и мы сели пить чай.
То, что Родионов большой хитрец, сделалось мне доподлинно ясно, потому
что об убийстве он не заговаривал, болтал о всякой чепухе, и ладно бы меня
выспрашивал, это было бы как раз понятно - материал собирает, но болтал он в
основном о себе: где родился, где учился, упомянул маму в Туле и дважды
сообщил, что не женат. Оставив три маленьких кусочка купальщикам, мы подъели
торт, я убрала со стола и пристально посмотрела в глаза Родионову. Дураку
ясно, сейчас он сообщит что-то важное и, судя по прелюдии, мало мне не
покажется. Может, еще один труп нашли в том же шифоньере? В общем, тюрьмы
мне не миновать, дело ясное, не стал бы он на торт тратиться. Я
пригорюнилась, увлекшись этими мыслями, а Родионов спросил:
- Вы по вечерам чем обычно занимаетесь?
Вопрос насторожил, я стала лихорадочно соображать, что ответить, а
пытаясь выиграть время, уточнила:
- Зимой или летом?
- Летом, - пожал он плечами, посмотрев в окно.
- Когда как, - не придумав ничего умнее, ответила я. - По вечерам я бегаю
трусцой, но это часов в десять, а вообще-то читаю, иногда к друзьям хожу,
иногда они ко мне. А что?
- Я тоже хочу трусцой бегать. Третий месяц собираюсь, все никак. Может,
вместе побегаем?
- Может, - хмуро кивнула я, пытаясь понять, куда он клонит.
- Так, может, сегодня?
- Хорошо, - согласилась я и уставилась на него так пристально, точно
всерьез вознамерилась прочитать его мысли.
- Вот и отлично. Спасибо за чай. - Он поднялся, с намерением уйти, а я с
перепугу схватила его за руку.
- Вы куда?
- Домой, - испугался он.
- А поговорить?
- В смысле еще?
- Нет, в смысле по делу. Вы ж не просто так пришли, торт купили, чего-то
вам от меня надо?
- А... конечно. Но чего мне от вас надо, я лучше потом скажу, побегаем
немного трусцой, вот тогда и...
- Прекратите, - отрезала я. - И не считайте меня дурочкой. Что вы хотели
узнать? Мне нечего скрывать от следствия, так что задавайте свои вопросы, я
отвечу.
- Ах вот вы о чем. - Родионов плюхнулся на стул, посмотрел на меня и
улыбнулся, да так, что стал похож на Буратино. Ясно, что придуривается. -
Вы, Дарья Сергеевна, сегодня к Терентьеву ходили? - ласково начал он, а я
схватилась за сердце.
- Так вы про "Опель>> знаете?
- Конечно. Терентьевых я тоже навестил. "Опелем" скорее всего
воспользовались, а затем вернули. Поставить его в буквальном смысле на место
было рискованно, вот и бросили в переулке.
- И что?
- Осталось выяснить, кто же этот самый "Опель" взял.
- Но ведь есть примета: синий кожаный пиджак. Не думаю, что очень много
людей в городе носят такие.
- И я не думаю. Видимо, по этой причине убийца и надел его.
- Убийца? - пролепетала я. - Значит, вы верите, что это не я его убила, а
тот самый парень... То есть что он был и я не выдумываю?
- А почему я должен сомневаться? Кстати, есть свидетель, проживающий в
той же "малосемейке", который видел, как мужчина в синем пиджаке в начале
третьего сел в "Опель" и уехал. Свидетель тоже запомнил синий кожаный
пиджак. Психология.
- Что? - не поняла я.
- Характерная деталь: вы видите женщину в огромной шляпе и запоминаете
шляпу, мужчину в синем кожаном пиджаке - и запоминаете пиджак. Вот если бы
пиджак был черным, вы, весьма вероятно, обратили бы внимание на его лицо и
смогли бы дать описание его лица.
- Так вы думаете, он нарочно? - ахнула я.
- Думаю, хотя возможно, что парень любит синий цвет.
- А что с Терентьевым?
- Поспрашивали, он уверен, что машину угнали, хотя жена считает, что у
него проблемы с памятью. Никаких подозрений, кто это мог сделать, у него
нет. Из машины ничего не пропало, и это косвенно подтверждает мою версию.
- А какая у вас версия? - расхрабрилась я.
- Некто заранее спланировал убийство, угнал машину, затем вернул ее. Одно
я представляю с трудом: за что могли убить Зюзю? Наркоман, жил от дозы до
дозы, интересовался НЛО, читал всякую чушь вроде "пришельцы похитили троих
летчиков" и писал стихи без знаков препинания. В общем, человек, которому не
помешало бы подлечиться, но с точки зрения окружающих вполне безобидный.
- Но ведь он наркоман?
- Конечно, однако как родители, так и немногочисленные знакомые в один
голос твердят, что неприятностей от него не было. Его сестра приходила
каждый вторник, готовила, стирала и пыталась навести порядок в квартире. Он
нигде не работал, и фактически его содержали родственники. Он врал, что
посещает какие-то курсы, занимается компьютером, а деньги, что ему давали,
тратил на наркоту. Судя по всему, давали достаточно, парню вполне хватало,
так что от криминала он был далек. Но его за что-то убили, причем не
обкуренный приятель, который, шваркнув его по башке табуреткой, свалился
рядом и спал до появления милиции, а затем, обливаясь слезами, твердил, что
ничего не помнит, а профессионал, который тщательно спланировал убийство.
- И они были знакомы. Ведь Зюзя сказал: "Это ты?"
- Точно. Значит, Зюзя случайно узнал что-то такое, о чем знать не должен
был.
- И что же он узнал?
- А вот этого я вам сказать не могу, потому что сам не знаю.
Я кивнула и уставилась на свои руки, а Родионов на меня. Соображала я с
трудом, но результатом осталась довольна.
- Все дело в фотографии Сенькиной любимой девушки, - твердо сказала я,
потратив на раздумья что-то около десяти минут. - Упырь сказал, что Зюзя
обратил внимание на какую-то машину и записал ее номер. Для того Упырь и
фотографию отдал. И вы сами видели: у мертвого Зюзи в руке был зажат клочок
фотографии. Предположим, он показывал ее убийце, не фотографию, конечно, а
этот самый номер, а убийца в этот момент задушил его.
- Думаю, вы правы, - кивнул Родионов. - Все дело в том, что было написано
на фотографии.
- Номер машины.
- Машин в нашем городе много. Вот если бы мы знали этот номер, тогда
выйти на убийцу не составило бы особого труда.
Я прикусила губу и с большой неохотой предложила, сообразив, что другого
способа узнать номер нет:
- А что, если поговорить с Упырем? Вдруг он его запомнил?
- Я тоже об этом подумал. Да вот беда, Упыря нигде нет, а вместе с ним и
троих его дружков. Я схватилась за сердце.
- Неужели вы думаете... ведь они же дети...
- Я думаю, что эти дети удрали из города, сообразив, что оставаться здесь
для них небезопасно. - Не успела я с облегчением вздохнуть, как Родионов
добавил:
- Тактика в корне неверная, потому что вечно пребывать в бегах хлопотно,
а у них к тому же и денег нет. Боюсь, неизвестный Синий пиджак при большом
желании сможет их найти быстрее нас, и тогда... - Он развел руками, а я
вторично схватилась за сердце.
- Что же делать? - пролепетала я. - Ведь не можем мы... А с родителями вы
говорили? - Тут я вспомнила, что собой представляли родители Упыря, и
вздохнула, Родионов тоже вздохнул, а потом поднялся из-за стола.
- Что ж, Дарья Сергеевна, сегодня в двадцать два ноль-ноль жду вас возле
стадиона.
- Да, конечно, - кивнула я, провожая его до входной двери. Он как-то
очень хитро мне подмигнул и исчез, а меня вновь стали одолевать сомнения.
Может, он мне нарочно все рассказал, чтобы заставить действовать? Например,
Родионов ждет, что я кинусь разыскивать Упыря и попытаюсь его укокошить,
тут-то меня и возьмут с поличным. Дурацкий план, а у Родионова совсем ума
нет, если он додумался до такого. Но Упыря действительно необходимо найти.
Во-первых, потому что Синий пиджак опасен и Клюквин очень рискует, а
во-вторых, нельзя позволить убийце безнаказанно разгуливать на свободе, а
установить его личность, не зная номера машины, я не могу... значит, нужно
узнать, что там Зюзя написал на фотографии.
Тут я перевела взгляд на часы и начала нервничать: купальщикам давно
надлежало вернуться, а во дворе они так и не появились. Я разозлилась, а
потом перепугалась и решила пойти их поискать. Речка не так далеко, а на тот
случай, если мы разойдемся, можно оставить записку. Только я покинула двор,
успев запугать себя к этому моменту до легкой икоты, как увидала Кузю, он
сидел возле скамейки, еще не обсохший окончательно после купания. Заметив
меня, зевнул, а я, пошарив вокруг взглядом, обнаружила племянничка и Чугунка
- они покупали мороженое.
- Где вас носит? - крикнула я и понеслась, как ураган, домой. Мальчишки и
собака едва за мной поспевали. Мудрый Кузя ненавязчиво поотстал и укрылся в
своей конуре, Чугунок хотел свернуть туда же, но я пресекла его попытку
улизнуть от нагоняя, схватив за руку. Моего терпения хватило только на ужин,
я молчала, сурово хмурясь, а потом заявила:
- Со двора ни шагу. Черт-те что творится, а вас где-то носит.
- Мы ж купаться ходили, жарко.
- К родителям отправлю, там еще жарче.
К чему придраться еще, я не знала и, наказав Сеньке вымыть посуду, а
также пропылесосить всю квартиру, вышла на улицу. Ноги сами понесли меня в
парк. Прошмыгнув мимо фонтана, я раздвинула ветви акации и уставилась на
беседку. Она была совершенно пуста. Поглазев на нее несколько минут безо
всякого толку, я прошлась по скверу, высматривая компанию Упыря. Прямо за
парком был овраг, где устроили импровизированную помойку. До ближайших домов
рукой подать, но место укромное, и мальчишки здесь частенько жгли костры.
Овраг зарос иван-чаем, я посмотрела вниз и спускаться себе отсоветовала:
вполне можно шею свернуть.
- Как они здесь лазают? - проворчала я и, не придумав ничего умнее,
громко свистнула.
Примерно через минуту в районе моих ног показалась физиономия мальчишки
лет двенадцати, который, посмотрев на меня с легким недоумением,
поинтересовался:
- Чего надо?
- Ты Упыря видел?
- Сегодня? Нет.
- А где он, не знаешь?
- Откуда? - Парень вроде бы обиделся.
- А кого из его ребят видел?
- Сегодня? Никого. В беседке пусто.
- Это я и без тебя знаю. - Постояв немного, с гневом разглядывая
иван-чай, где точно по волшебству исчез мальчишка, я вернулась в парк. Он
точно вымер, ни одной живой души. Сатанея, я направилась в сторону ночного
клуба, второго, после парка, злачного места в нашем районе. Здесь мне
повезло больше. Возле гаража, метрах в ста от дверей клуба, группа
подростков пила пиво, по очереди прикладываясь к трехлитровой банке. Завидев
меня, молодежь присмирела, разговоры стихли, а шесть пар глаз уставились на
меня. Обладатель седьмой пары попытался смыться, сиганув за гараж, но я
рявкнула:
- Сахаров! - И он не замедлил возникнуть через некоторое время. Будущая
звезда российского спорта увлеченно разглядывал свои кроссовки, приобретая
окраску спелого помидора.
- У Вовки сегодня день рождения, - посопев немного, заявил он. -
Шестнадцать лет.
- Поздравляю, - кивнула я Вовке. - Надеюсь, вместе с возрастом у вас и
ума прибавится. - Воспитывать подрастающее поколение я сегодня была не
расположена (я вообще это дело не жалую, а тут еще совершенно иные мысли
одолевали). - Упыря кто-нибудь видел?
- Нет, - с готовностью ответил Гоша Сахаров, переведя дух. - С утра нигде
не показывался.
- А его ребята?
- Дылда вроде здесь ошивался, - подал голос именинник Вовка.
Я взяла из его рук банку, понюхала содержимое на всякий случай и,
возвращая, сказала:
- Празднуйте. Если мне память не изменяет, у троих из вас скоро
соревнования. - И пошла, не оборачиваясь, особо не вслушиваясь в клятвенные
обещания троицы побить все рекорды.
Не успела я сделать и десяток шагов, как из кустов раздался тихий свист.
Я посмотрела в ту сторону и вскоре смогла полюбоваться физиономией Чугунка.
Тот сидел на корточках, раздвинув ветки, и смотрел на меня так, точно я
разом нарушила все двенадцать заповедей.
- Чего ты стоишь, как пень? - зашептал он. - Давай быстрей сюда.
Я сошла с асфальтовой дорожки и засела в кустах рядом с Чугунком.
- До чего ж ты шпионские фильмы любишь, - покачала я головой.
- Упыря ищешь?
- Ну, ищу.
- Зря. Он из города смылся. Он и еще трое: Федька, Ромка бритый и Колян.
Между прочим, все, кто был в беседке, когда Зюзя на Сенькиной фотке номер
записывал. Соображаешь? Парни учуяли, что жареным запахло, и тю-тю. Зюзю
кончили за этот номерок, гадом буду, и если б парни вовремя не смылись, мы б
имели еще четыре трупа.
Я посмотрела на его физиономию, пытаясь убедить себя, что Васька ужасный
выдумщик, а его фантазии с лихвой хватило бы для написания как минимум
сорока произведений детективного жанра, причем врет он так самозабвенно, что
сам себе начинает верить, а потому и боится. Именно по этой причине в его
глазах в настоящий момент плещется самый настоящий страх, и все-таки я
перепугалась, потому что не так давно то же самое говорил Родионов.
- По пустынным местам ходить завязывай, - вдруг заявил Чугунок. -
Конечно, мы начеку, но и ты дурака не валяй.
- Вы - это кто? - нахмурилась я.
- Мы - это мы, и не придуривайся. Кто с убийцей в коридоре нос к носу
столкнулся? То-то.
- А ну, марш домой! - немного похватав воздух, заорала я.
Чугунок ринулся в сторону кустов сирени, а я выбралась на аллею и...
непроизвольно огляделась. А Чугунок-то прав, я ищу Синий пиджак, а он, очень
вероятно, ищет меня... Тут я расправила плечи, вскинула голову, зловеще
ухмыльнулась и подумала: "Ему же хуже", - после чего, печатая шаг,
направилась к клубу.
В дверях стоял охранник. Когда-то он вместе со мной учился в спортшколе,
правда, занимался не гимнастикой, а боксом, и был года на два старше.
- Привет, - сказал он и улыбнулся. - Своих высматриваешь?
- Ты Дылду видел? С Упырем ходит, длинный такой, похожий на карандаш.
- Здесь.
- Вызови его, только не говори, кто спрашивает. Охранник крикнул в
распахнутую дверь:
- Дылду найди, пусть выйдет. - И подмигнул м
...Закладка в соц.сетях
