Жанр: Любовные романы
Пророчица
...ть. Мне
кажется, что прошлое вовсе не в прошлом, а здесь, с нами; его, возможно,
нельзя увидеть, но я его ощущаю, Джулиус. И в последнее время, проводя
раскопки, просеивая песок в поисках важной улики, я чувствую, что вот-вот
найду ее.
Он ничего не возразил, и она тихо продолжала:
— Ты веришь в то, что я делаю? Или считаешь, что я гоняюсь за
призраком? Мой поиск Мариамь не простая забава. Я хочу отыскать способ
помочь всем женщинам.
— Я знаю, Кэтрин.
— Джулиус, мужчины всегда использовали Святое Писание в качестве
оправдания своего превосходства над женщинами. Но мне ясно одно: во времена
мудрецов и королей жили и пророчицы, и жрицы, и просто мудрые женщины. Но
память о них затерялась в веках, и я собираюсь воскресить ее.
— Я знаю, — сказал он, — за это тебя люблю. — Он отложил
трубку. — Я считаю, что твои теории обоснованы, Кэтрин, но не думаю,
что по прошествии такого количества времени тебе удастся найти
доказательства существования этих женщин. Если не принимать во внимание
Библию, мы ничем не можем доказать даже, что когда-то жил такой человек, как
Моисей. Представь, насколько усложнилась твоя задача, когда ты взялась за
поиск женщин!
Она снова оживилась, и ее охватило прежнее волнение.
— А если я уже что-то нашла?
Открыв чемодан, Кэтрин достала пособие по палеоботанике.
— Не беспокойся, — успокоила она, положив книгу на кофейный
столик. — Твою книгу я не тронула, взяла лишь ее суперобложку.
Изображение этого несчастного в предсмертных муках настолько ужасает, что я
подумала: вряд ли у кого-то появится желание открыть книгу, особенно у
сотрудника таможни. И это сработало!
Когда Кэтрин достала свитки и аккуратно разложила их на столе, Джулиус не
поверил своим глазам.
— Где ты это взяла?
Она быстро ввела его в курс дела, рассказав о находке. Он изумленно слушал,
затем нежно прикоснулся к первой
странице
. Джулиус просто не мог отвести
взгляд от этой хрупкой золотистой бумаги.
— Прежде всего мне необходимо провести исследования, — продолжала
Кэтрин. — Газовую хроматографию, ультрафиолетовый анализ — словом, все,
что поможет нам выяснить возраст и происхождение свитков.
Джулиус молча смотрел на папирусные книги, затем поднял глаза на нее.
— Ты хочешь сказать, что ты их взяла? Ты забрала их с раскопок, а затем
контрабандой вывезла из страны, никому не сообщив о находке?
— Мне пришлось так поступить для того, чтобы государство не отняло их.
Ты же знаешь историю Кумранских рукописей и Евангелий Наг Хаммади. Их же
просто спрятали от людей. И кучка ученых ревностно их охраняет.
— Что особенного в этих свитках?
Она показала перевод письма Перпетуи.
— Взгляни на это слово, Джулиус, —
дьякон
. Описывая особенности
мессы во втором веке, святой мученик Джастин сказал, что во время причастия
дьяконы давали людям хлеб и вино, то есть делали то, что сегодня входит в
обязанности священников. Следовательно, в эпоху ранней Церкви дьякон скорее
походил на современного священника, чем на собственно дьякона. И в обращении
к Эмилии используют слово
дьякон
!
— Женщина-священник?
— Священница христианской Церкви, Джулиус! Подумать только, ведь у нас
в руках, возможно, находка века, да что там века — тысячелетия!
— Прекрасно, — сдержанно произнес он. — Я понимаю, почему эти
книги так взволновали тебя. Но, Кэтрин, украсть, вывезти контрабандой из
Египта? Ты считаешь, это правильно?
Она знала, что в работе Джулиус всегда очень осторожен. И все же была
разочарована его реакцией.
— Мудрым этот поступок не назовешь, — призналась она. — Но
так нужно было. Джулиус, если я передам свитки в руки государства, я их
больше не увижу. Они пробудут у меня лишь до тех пор, пока я не закончу
перевод, а затем я их отдам кому надо и опубликую перевод.
— Предположим, ты переведешь их и опубликуешь свое открытие. Но ведь
свои тезисы ты будешь доказывать материалом, который попал тебе в руки
весьма сомнительным образом. И кто станет прислушиваться к тебе? На тебя
будут нападать со всех сторон, Кэтрин. Мыс тобой знаем, каким беспощадным
может быть мир библейской науки, насколько ревностно отстаиваются теории и
как молниеносно набрасываются на оппонентов. Ты дочь своей матери, ты сама
тому свидетель. А ведь она суровыми методами боролась с церковными законами!
Ты всего-навсего кое-что нашла, ты еще ничего не написала о находке и не
изложила своих методов археологических исследований; ты даже не можешь
доказать законность владения этими свитками! И ты спешишь поскорее сесть за
перевод? Да над тобой посмеются или назовут сумасшедшей, и это в самом
лучшем случае.
Он присел на диван рядом с ней и взял ее руку.
— Кэтрин, послушай меня. Я понимаю, как много все это значит для тебя.
Но это не сможет вернуть доброе имя твоей матери, этим ты лишь запятнаешь
свое. Ты потеряешь все, что досталось тебе с таким трудом, тебе перестанут
верить, тебя не будут уважать, не говоря уже о том, что к раскопкам тебя и
близко не подпустят и не разрешат издавать работы! Ты собираешься именно так
помочь матери? Кэтрин, пожалуйста, передай свитки египетскому консульству в
Сан-Франциско. Пока у тебя еще возможность сказать, что ты думала, будто
свитки хотят украсть или уничтожить, что вывезла их из Египта для их же
сохранности. Ты все еще можешь спасти себя, Кэтрин.
Когда она отрицательно покачала головой, он с мрачным видом добавил:
— Ты совершаешь самоубийство в профессиональном смысле, ставишь под
вопрос собственную честность, репутацию. После этого с тобой не захотят
знаться.
— И ты тоже? — тихо спросила она.
— Я всегда буду на твоей стороне, Кэтрин, и ты это знаешь. Но не могу
не признаться, что твоя затея пугает меня.
— Меня тоже, но я должна сделать это, Джулиус. Если я не сделаю этого
сейчас, когда у меня в руках такой шанс, если я упущу эту возможность, как я
смогу жить дальше, зная, что могла вернуть доброе имя матери и не сделать
этого?
— И ты рискуешь своей карьерой!
— Если понадобится, я пойду на это. Дело в том, что потом мне,
возможно, будет дан шанс искупить вину, а моя мать мертва и поэтому
беззащитна.
— А тебе не кажется, что это попахивает кровной местью? —
проговорил он, беря ее за руки. — Нападение на Церковь за ее прошлые
деяния? Кэтрин, вина лежит не на всей Церкви, а лишь на одном человеке.
Она отдернула руки.
— У тебя есть право на свое мнение, но я считаю совсем по-другому. Отец
Маккинли был католическим священником, а священники являются инструментом
Церкви.
— Священники еще и люди.
— Которые остаются верны прежде всего Церкви.
— Ты хочешь сказать, что все священники одинаковы? К ее удивлению,
память нарисовала перед ней образ отца Гарибальди. Он вспомнила, как он
пробирался через толпу, чтобы помочь
женщине
-бедуинке.
— Кэтрин, — продолжал Джулиус, — ты позволяешь прошлому
управлять твоей жизнью. Ты должна наконец распрощаться с обидой, прочно
засевшей у тебя внутри, иначе она тебя же и уничтожит.
— Это шанс, и я не имею права его упускать.
Он смотрел на нее некоторое время, затем поднялся и снял со спинки стула
куртку.
— Мне нужно в лабораторию. В горах за Бель Эйром обнаружили
человеческие останки. Мы думаем, что где-то неподалеку находится индейское
кладбище, но следователь попросил нас провести уксусно-бензидиновую
экспертизу и установить возраст останков. — Он выдвинул ящик стола и
стал искать ключи от автомобиля. — Если кости окажутся старше ста лет,
их исследованием будут заниматься археологи и полиция оставит их в покое.
Если же они моложе, тогда, как предписывает закон, в полиции будет
возбуждено уголовное дело.
Кэтрин встала.
— Джулиус, неужели всегда нужно жить только по правилам? Разве ты ни
разу не совершал чего-то лишь по велению сердца?
— Конечно же, совершал. Только этим и можно объяснить мое поведение
сейчас. Именно потому, что я люблю тебя, я пытаюсь отговорить тебя совершить
глупость.
— Я не об этом. Ты меня не слушаешь. Я знаю, что поступаю опрометчиво,
игнорирую государственные и этические законы. Разум твердит мне, что ты
прав, но сердце подсказывает, что я должна пройти путь, который выбрала.
Он потряс головой.
— Кэтрин, у меня плохое предчувствие. Я думаю, ты создаешь для себя, для нас опасную ситуацию.
— О свитках никто не знает, Джулиус. Я была предельно осторожна.
Он взял в руки ключи.
— Этим утром я должен был провести бензидиновый анализ, но мне
захотелось быть здесь, когда ты приедешь. Следователь ждет результатов. Я
заказал для нас столик в
Лунных тенях
на восемь часов. Вернусь к этому
времени.
Она смотрела, как он выходит под проливной дождь, унося с собой тепло и уют,
которыми совсем недавно была заполнена гостиная.
Такого поворота событий она никак не ожидала.
Отдаленный звук грома привел ее в чувство. Она посмотрела на часы,
показывавшие пятый час. Ошеломленная, она направилась к кухне и снова
набрала номер Дэниела. На этот раз он оказался дома.
— Кэтрин! Слава богу, ты позвонила! Я приехал лишь несколько минут
назад. Послушай, у нас большие проблемы.
— Что случилось?
— За нами кто-то охотится.
— Что?
— Кто-то узнал о свитках.
— Этого не может быть.
— Я догадываюсь, кто это. Я подъеду к тебе и покажу фотографии...
— Нет, постой, — проговорила она и напрягла память. Как кто-то мог
о них узнать?
Мне показалось, у палатки кто-то есть
... — Боже
мой, — прошептала она, закрывая глаза. — Дэнно, послушай, не
приезжай сюда. Если за мной следят, то эти люди здесь. Я сама приеду к тебе.
Не отвечай на звонки и проверь, заперта ли дверь. Я буду у тебя совсем
скоро.
Она быстро нашла нейлоновую спортивную сумку, валявшуюся в чулане, кинула в
нее несколько туалетных принадлежностей, чистое белье и смену одежды. И еще
книгу со свитками, аккуратно завернутую в наволочку и положенную в
целлофановый пакет.
Затем она пошла на кухню и оставила для Джулиуса записку, в которой
сообщила, что ей пришлось уехать по срочному делу и что она свяжется с ним
через несколько дней. Добавив внизу
Я тебя люблю
, она положила записку на
видное место.
Усевшись в машину и выехав на скользкое шоссе, идущее на север, она начала
молиться, чтобы Дэнно ошибался. Потому что, если о свитках действительно кто-
то узнал, они попали в беду.
В коридоре эхом отдавались шаги молодого священника, бежавшего по Дворцу
Конгрегации, что стоял на площади Святой Палаты в Риме. Он нес депешу для
Его Преосвященства кардинала Лефевра, который в этот момент находился в
Палате, стоя у окна и думая о том, что утреннее небо такого цвета он еще не
видел.
Чем он мог быть вызван?
Он направил взгляд на площадь Святого Петра, где невиданное количество людей
продолжало доставлять хлопоты изрядно подуставшим охранникам. Для оказания
помощи была созвана городская полиция. Люди говорили лишь о приближающемся
конце света — и где еще можно было находиться в момент нашествия армии
дьявола, как не в месте мученичества святого Петра? Поэтому в течение
последнего года Рим готовился к нашествию десяти миллионов гостей,
ожидавшихся в городе к Рождеству, которое мир собирался праздновать в
двухтысячный раз. Однако на самом деле число посетителей намного превышало
десять миллионов. В городе невозможно было отыскать свободной комнаты или
гостиничного номера, и, по слухам, власть намеревалась созвать армию,
поскольку толпа начинала выходить из-под контроля.
Лефевр снова посмотрел на небо. Не был ли этот странный цвет неким
предзнаменованием? Он потряс головой. Вздор. Небо как небо. На дворе стояла
зима. Предсказывали дожди. Ему самому наверное, стоило проверить зрение. В
семьдесят лет человек должен признать, что не может больше полагаться на
свои органы чувств, как раньше.
Отвернувшись от окна — у него было слишком много работы, чтобы стоять и
дискутировать по поводу оттенка неба! — он услышал стук в дверь, после
чего в комнату зашел несколько запыхавшийся молодой священник.
— Прошу прощения, Ваше Преосвященство. Это только что прибыло для вас. Здесь написано
срочно
.
Сломав клеймо, Лефевр раскрыл единственный лист бумаги, и, когда он прочитал
послание, его густые седые брови поднялись.
— Невероятно!
Быстро сложив лист бумаги и сунув его в карман своей рясы, кардинал отдал
приказ:
— Свяжитесь с доктором Фуксом, что преподает на археологическом
факультете Римского университета. Скажите ему, что я должен встретиться с
ним по поводу одного совершенно безотлагательного дела. А я пока побуду с
Его Святейшеством.
Поспешно выходя из своего кабинета и переваривая только что полученные
шокирующие новости, Лефевр вспомнил о странном цвете неба и снова задумался
над тем, что это значит. Неужели в тот момент, когда тысяча девятьсот
девяносто девятый год превратится в двухтысячный, произойдет что-то, после
чего мир перестанет существовать?
Кэтрин перескакивала через ступеньки, на всех парах мчась к квартире
Дэниела, расположенной на третьем этаже, и одновременно моля Бога о том,
чтобы друг оказался дома и чтобы с ним все было в порядке.
Дорога от Малибу до Санта-Барбары обычно занимала не более полутора часов,
но в этот ненастный вечер Кэтрин добиралась почти четыре часа.
У нас
большие проблемы, — сказал Дэниел по телефону. — За нами
охотятся
.
Но кто? — размышляла она, нажав кнопку дверного звонка. —
Египетское правительство? Хангерфорд?
Она сосредоточилась, пытаясь
обозначить подозреваемых. Вспоминая свой приступ паранойи три дня назад,
когда она стояла в холле отеля
Айсис
и в каждом проходившем мимо человеке
видела шпиона, она попыталась воскресить в памяти те лица. Ее преследовал
один из тех людей?
В дверной глазок она заметила движение по ту сторону, и дверь отворилась.
— Кэт! Слава богу! Заходи скорее.
Она проскользнула в прихожую, Дэниел бросил быстрый взгляд на верхнюю и
нижнюю часть холла и тут же закрыл за ней дверь.
— Кто следит за нами, Дэнно? — спросила она, сбросив плащ и стянув
с головы целлофановый капюшон. — И откуда тебе стало это известно?
— Подожди. — Он подошел к окну и, немного раздвинув шторы,
посмотрел на улицу. — Просто хочу убедиться, что за тобой не следят.
— Так и есть. Если бы кто-то вел наблюдение за домом Джулиуса, я бы это
заметила. Его дом стоит прямо у шоссе Пасифик Коуст, и припарковать машину,
оставшись незамеченным, просто невозможно. Дэнно, а ты уверен, что охотятся
именно за свитками?
Он повернулся к ней. Ее взъерошенные волосы, мешковатые брюки и помятая
футболка свидетельствовали о долгом путешествии из Египта.
Кэтрин заметила тревогу в обрамленных золотистыми ресницами глазах Дэниела.
— Я абсолютно в этом уверен, — ответил он. — И не думаю, что
за тобой следуют по пятам из праздного любопытства. Я покажу тебе, откуда я
об этом узнал.
Он подошел к маленькому кухонному столу, где лежал открытый ноутбук; экран
светился.
— Вернувшись домой, я тут же зашел в Интернет: хотел поискать в сети
упоминания о подобных свитках.
— Только не говори, что ты их нашел!
— По-моему, да, — сообщил он, протягивая ей листок бумаги. —
Я загрузил информацию на свой жесткий диск и распечатал для тебя. Таких
свитков немного. Тот, что стоит в списке первым, находится в Британском
музее.
Кэтрин начала читать распечатку:
П245 (4 век). Написан на обороте Эпитомии
Ливия
. Два экземпляра одного листа. Рассказ в первом лице о поездке в
Британию. См.: акушерка
может свидетельствовать о женщине-авторе. Н.З.
см.: от Луки 16:5-13
.
Дэниел провел пальцами по спадающим на лоб светлым волосам.
— Думаешь, это как-то связано с нашими свитками?
— Не знаю, — прошептала Кэтрин. — Что там написано у Луки?
— Я посмотрел. В шестнадцатой главе рассказывается притча о богаче.
Она в изумлении посмотрела на Дэниела.
— Слова Иисуса.
Их взгляды встретились.
— Сабина Праведница?
Кэтрин внимательно посмотрела на бумагу в своей руке.
— Вполне возможно, — тихо ответила она, — что делались все
новые и новые копии свитков Сабины, так же как копируют Евангелия и письма
апостолов. Части Нового Завета можно найти по всему миру, поэтому могут
существовать копии и письма Перпетуи, и рассказа Сабины. Дэнно, я хочу
проследить их все. Нам, возможно, удастся отыскать хотя бы часть седьмого
свитка!
— Именно этим я и занимался до твоего прихода. Но я зашел на неверные
ссылки: слово
папирус
предложило мне более тысячи ссылок на интернет-
сайты.
— Расскажи о тех, кто, по твоим словам, следит за нами...
— Вот, — Дэниел протянул ей еще один распечатанный листок. —
Это и навело меня на мысль о том, что у нас большие проблемы. Я решил
посмотреть, нет ли в Интернете новостей с Синайского полуострова, и нашел
это.
Кэтрин быстро прочитала заметку о раскопках вблизи Шарм-эль-Шейха. То, что
происходило в том месте, поставило местных чиновников в тупик. В статье
сообщалось о том, что археолог скрылась с места раскопок, а в близлежащем
отеле был найден мертвым американский инженер.
— Хангерфорд! — прошептала Кэтрин. Дэниел беспокойно переминался с
ноги на ногу.
— Кэт, я считаю, что он знал о свитках. И, думаю, он решил провернуть
на стороне дельце. Я также полагаю, что его убийцы идут теперь по твоим
следам. Здесь написано, что, по словам свидетелей, незадолго до смерти
инженер нашел фрагмент папируса, который, возможно, является частью
христианского Евангелия. Так что кое-какая информация все же просочилась.
— Дэнно, по телефону ты сказал, что знаешь, кто эти люди.
Кэтрин заметила, как сильно он нервничает, снимая очки, вытирая их о рукав и
снова надевая их. Он сказал:
— Когда Самир тянул меня через лагерь, мне показалось, что в толпе я
увидел знакомое лицо. Американец. В течение всей дороги домой этот образ не
давал мне покоя. Где же я раньше мог его видеть? И когда я сел за свой
дневник, я наконец вспомнил...
Воздух пронзил резкий крик, за ним послышались шаги на лестнице. Кэтрин
обернулась.
— Что это было?!
— Соседи, они вечно ругаются, — ответил Дэниел, выключая ноутбук и
закрывая его. — Мне кажется, нам не следует находиться здесь. У меня
очень плохое предчувствие.
Кэтрин подошла к окну и раздвинула шторы. Обводя взглядом улицу, блестевшую
от дождя, спокойную и темную, за исключением нескольких рождественских
гирлянд, мигающих на дверях, она ощутила биение пульса в горле.
Хангерфорд... убит.
— Да, — решила она, — пора идти.
Дэниел взял невероятных размеров брезентовую сумку с надписью
Авианосец
Энтерпрайз"
и начал складывать в нее чертежи и папки.
— У одного моего друга есть лачуга в Вашингтоне. Он разрешает мне жить
там в мертвый сезон...
— Я поеду одна, Дэнно, — сказала Кэтрин, вешая на плечо свою
голубую нейлоновую сумку.
— Ни в коем случае. Мы оба в этом замешаны.
— Дэнно, убийство Хангерфорда не простое совпадение. Кто бы ни совершил
это убийство, он охотится за свитками, а это значит, что их цель — я. А еще
это значит, что люди, находящиеся рядом со мной, в опасности. Я не собираюсь
рисковать твоей жизнью, Дэнно.
— Об этом не может быть и речи. Послушай, я нужен тебе. Ты хочешь найти
Короля как-его-там, правильно? Узнать, не у него ли находится седьмой
свиток? И ты хочешь, чтобы при этом тебя не нашли? Наилучший способ сделать
это — найти убежище и отправиться в электронный мир.
Она озадаченно посмотрела на него, и он сказал:
— Интернет, Кэт! Ты можешь исследовать мир, не покидая своего дома! Или
лачужки моего друга. — Когда она промолчала в ответ, он быстро добавил:
— Был ли хотя бы один раз, когда бы мы с тобой бросили друг друга в беде?
— Противная девчонка, — проговорила сестра Иммакулата, пытаясь
вытолкнуть Кэтрин из классной комнаты. Дэнно сидел в классе, а по его щекам
катились слезы. Он единственный не смеялся над ней.
— Дурачок, — проговорила Кэтрин и поцеловала его в щеку. —
Хорошо, пойдем.
— Ой, подожди, — сказал он, достав светло-коричневый
конверт. — Фотографии.
— Я возьму их.
— Мне продолжать носить их с собой на случай, если что-то произойдет со
свитками?
— С ними ничего не случится. Они здесь, — сообщила она, проверив
содержимое сумки, висящей у нее на плече. — И я не выпущу их из поля
своего зрения.
— Если никто не узнает о том, что они здесь, все будет в порядке.
— Постой, я кое о чем забыла. Ганс Шуллер из рентгенологической
лаборатории в Цюрихе. Я послала ему папирусный образец на углеродный анализ.
Мне нужно будет связаться с ним и сказать ему, где я....
В дверь неожиданно громко постучали.
— Это еще что? — воскликнул Дэниел, направившись к выходу. —
Кто там? — спросил он, не открывая замка.
— Простите за беспокойство. Я из нижней квартиры. Не могли бы вы мне
тут помочь?
— Как вас зовут?
— Мартинез. Я живу в квартире 2А. Послушайте, это очень важно.
Едва он успел щелкнуть запором, как дверь резко распахнулась.
— Эй! — вырвалось у Дэниела, когда в квартиру забежали два
подростка. Они были худые, выглядели невменяемыми и держали в руках ножи.
— Доставай деньги, друг!
Дэниел поднял руки.
— Эй, ребята, — обратился он к ним, отходя назад. — Давайте
спокойно поговорим, хорошо? Здесь нет ничего ценного...
— Закрой рот и доставай деньги!
— Послушайте, забирайте все что хотите, хорошо? Просто забирайте и
уходите.
Тот, что был повыше, бросился к Дэниелу.
— Отдавай часы.
Пока Дэниел возился с часами, приговаривая Давайте разберемся спокойно
,
второй хулиган попытался выхватить у Кэтрин сумку.
— Что в ней?
Кэтрин отпрянула от него. Но он набросился на нее сбоку и все-таки схватил
ремень сумки. Женщина попыталась выхватить у него сумку, но он поймал ее
руку. Они некоторое время боролись, и второй подросток закричал:
— Хватай скорее сумку!
В этот момент Кэтрин ударила нападающего коленом в пах. Пока тот корчился от
боли, она обернулась и увидела, как второй подросток вонзил нож в живот
Дэниела. Конверт выпал из его рук, и на пол посыпались блестящие черно-белые
фотографии свитков.
Кэтрин бросилась на противника и увидела, как тот достал из-за пояса
пистолет и наставил на нее.
— Давай сумку, стерва!
К этому моменту второй хулиган отошел от удара и направлялся к ней.
Дэнно, стоя на коленях и прикрывая живот руками, сказал:
— Кэти, беги отсюда! Беги!
Подросток выстрелил, но промахнулся.
— Дэнно...
— Беги!
Кэтрин повернулась и побежала к двери. Она упала, споткнувшись о ноутбук
Дэниела. Схватив его не глядя, она вскочила на ноги и посмотрела туда, где
находился Дэниел. По пальцам бедняги стекала кровь. Эти двое направлялись к
ней.
Бросившись в холл, Кэтрин налетела на соседку, несшую сумку с продуктами.
— Эй! — закричала женщина, когда клюква и апельсины внезапно
оказались в воздухе. Кэтрин продолжала бежать, она слышала грохот шагов за
спиной. Подросток с пистолетом приказывал ей остановиться.
Она услышала оглушительный треск, как будто в холле взорвался автомобиль.
Подняв голову, она увидела, как из стены хлынул фонтан из кусков краски и
штукатурки.
Ее ноги едва касались ступенек. Он миновала два лестничных пролета и,
оказавшись у переднего входа, нырнула в дождливую ночь как раз в тот момент,
когда раздался еще один выстрел. Она помчалась по скользкому от дождя
тротуару. Кэтрин быстро посмотрела назад и заметила, как ее преследователи,
миновав лестницу, бежали по фойе.
...Закладка в соц.сетях
