Жанр: Любовные романы
Свидетели на свадьбе
...хдневнон
давности, обслуживают тебя с ленцой, а на любую напасть один ответ:
Нет
проблем, мэм
.
Но не потому ли это кажется несущественным, что рядом с ней Мэт?
— Тебе надо как следует закрываться от солнца, — услышала она его
голос.
— А что, я обгорела?
— Немного. Нос и вот здесь, — он наклонился через стол и провел
пальцами по ее скуле.
Не поддавайся! — увещевала она себя. — Попадешь в беду — жалеть
будешь
. Хмуро уставившись на белую льняную скатерть, она попыталась придать
беседе деловой характер:
— Итак, что же насчет Рут и Филипа? Есть у тебя план действий?
Мэт сразу будто встрепенулся.
— Что касается их намерения пожениться — я своего мнения не изменю.
— Я тоже.
— Но, по-моему, стоит испробовать другой подход.
— Это какой же? — Кейла потягивала свою
Мамочку
.
— Ну, может, убедить их просто жить вместе...
— Бабушка никогда на это не пойдет.
— Сейчас она изменилась, Кейла. Я все-таки попытаюсь.
— Пожалуй. Но, что бы мы ни решили, нельзя больше так ссориться с ними.
— Согласен. Так мы ничего не добьемся, кроме полного отчуждения. —
Мэт чертил на скатерти невидимые знаки. — Нам бы завтра поехать с ними
на эту экскурсию, с подводным плаванием.
— Хм... я о том же думала. Не то чтобы мне хотелось, но они-то будут
счастливы.
— А значит, охотнее выслушают наши доводы, — подхватил Мэт.
Принесли еду, и они занялись, ею. Неожиданно для обоих разговор за обедом
протекал очень живо. С увлечением рассказывая какой-то анекдот из своих
школьных дней, Кейла вдруг заметила, что Мэт, подавшись вперед и опершись
подбородком на ладонь, не отрывает от нее глаз, горящих таким огнем, что она
разом забыла, о чем говорит, и покраснела до корней волос.
— Прости меня, — улыбнулся он. — Неприлично так вот...
смотреть на женщину. Тебе неловко, понимаю, но... ничего не могу с собой
поделать. Знаешь... у тебя самое выразительное лицо из всех, что мне
приходилось видеть.
— Вы... выразительное? — Непроизвольно Кейла прикрыла лицо рукой.
— Хотя должен уточнить: это не связано... ну там с прической или с тем,
как ты обычно одеваешься.
— Что ты имеешь в виду? — Ей пришлось приложить немалые усилия,
чтобы вернуться к реальности: его взгляд превращал мозги в фарш.
— Ну, хотя бы противоречие между внешним видом и выражением глаз. Один
— этакий отшлифованный, сдержанный, а второе — очень непосредственное,
живое. И я никак не могу понять, какая же ты на самом деле. Десять лет назад
я был не совсем прав: ты стала не просто хорошенькой, а очень красивой
женщиной.
Вспомнив обстоятельства, при которых он делал свое предсказание, Кейла
прикусила губу и осторожно отстранилась.
— Мэт, по поводу той встречи... десять лет назад... С тех пор мне все
время хотелось извиниться перед тобой.
— За что это. Бога ради?
— А ты не знаешь? — Она избегала его глаз.
— Это ты не знаешь: все было... не совсем так, как ты тогда
воспринимала.
— Положим. И все-таки: ты был настолько старше меня, пользовался
популярностью, все тебя знали, все тебя звали всюду. А я... я была настоящим
гадким утенком. Представляю, как ты тогда чертыхался, когда тебя попросили
меня эскортировать.
Сраженный ее проницательностью — ведь все это, в сущности, правда, — он
сначала растерялся, а потом рассмеялся.
— Допускаю, мне было немного неудобно, но только потому, что мы плохо
знали друг друга.
— Но... эти мои скобы на зубах... мои ужасно причесанные волосы... и
тот кошмарный костюм — красный, бархатный...
Он пожал плечами, будто все это просто выпало у него из памяти.
— А хочешь знать, что мне больше всего запомнилось из того вечера?
— Что же? — Она вся сжалась.
— То, о чем мы говорили с тобой: о бизнесе наших семей... о Густаве
Малере... да еще о мировом кубке по футболу. Я тогда подумал, что среди
девушек, которых когда-либо встречал, ты — одна из самых интересных. Я имею
сейчас в виду — как личность. Это правда! — заверил он, видя ее
искреннее изумление. — Как и твой богатейший репертуар избитых шуток
такого мне тоже не приходилось слышать.
Кейла прижала ладони к пылающим щекам.
За неделю до бала, боясь показаться скучной, она пошла в библиотеку и
проштудировала книгу шуток — от начала до конца.
— Конечно, я догадался кое о чем. — Мэт понимающе
усмехнулся. — Но это как раз мне польстило. Ты ведь была совсем еще
малышка... но такая милая.
О Боже! Он знал, знал о ее увлечении им! К счастью, появилась официантка.
Мэт вопросительно взглянул на Ксйлу, она согласно кивнула пора уходить,
можно рассчитываться.
— Мне до сих пор не все ясно с этим балом, — сказала Кейла, когда
официантка ушла. — Почему ты все же согласился пойти со мной?
— Почему? Просто потому, что меня об этом попросили.
— Отец заставил?
— Слегка надавил, но я особенно и не сопротивлялся. Ты ведь приходила к
нам в офис.
И... в тебе всегда было нечто загадочное, это меня заинтриговывало.
Вернулась официантка со счетом и тут же ушла, взяв незаметно для Кейлы
кредитную карточку Мэта.
— Если быть честным, я часто об этом думал и пришел к выводу, что не
должен был так себя вести. Мне и в голову не приходило, что ты воспримешь
мое поведение как проявление жалости.
— А разве... было не так?
— Конечно, нет, Кейла, мной руководила только злость на тех идиотов,
которых мы случайно подслушали. Ты... прости меня, если я нечаянно причинил
тебе боль.
— Не надо просить прощения. — Кейла мило улыбалась, испытывая
легкую эйфорию: просто удивительно, насколько по-разному они вспоминают тот
бал.
Он все не сводил с нее наблюдающего взгляда.
— Франку здорово повезло, Кейла. Надеюсь, он это понимает.
Сердце ее подпрыгнуло от радости — вот это комплимент! — и тут же
упало. Фрэнк...
При упоминании о нем настроение у нее разом изменилось. Думая о Фрэнке, она,
конечно, не испытывает безумного восторга влюбленного подростка. Ну и что
же? Она не подросток, а кто может быть лучшим мужем для деловой женщины, чем
коллега — помощник и единомышленник?
Наконец Мэт поднялся и положил бумажник в карман.
— Пойдем на площадь, послушаем музыку, а?
— Пожалуй. — Она взглянула на часы. — Это заманчиво.
По трем сторонам площади располагались тесно прижатые друг к другу магазины
и рестораны — от роскошных до самых обычных, а четвертая сторона обращена
была к заливу. Вокруг бельведера танцевала толпа беззаботных отдыхающих,
повинуясь зажигательным багамским ритмам. Сверкающие разноцветные огни
окаймляли бары и оркестровую эстраду.
Вдыхая благоухание моря и ароматы пищи, от которых текли слюнки, под
незнакомую будоражащую мелодию, переплетавшуюся со смехом и ритмами
Карибского моря, Кейла невольно закрыла глаза и улыбнулась. Певучий лукавый
голос вывел ее из этого состояния:
— Прекрасная леди, не желаете ли заплести косички?
Кейла неохотно открыла глаза: молодая, смуглая, хорошенькая женщина уже поднимала к ней тонкие руки.
— Нет, спасибо, — не раздумывая ответила Кейла.
Женщина удалилась грациозно, чуть пошевеливая стройными бедрами.
— Сколько раз к тебе уже обращались с этим за сегодняшний день? —
посочувствовал Мэт.
— По крайней мере дюжину.
— Может, во имя спокойствия тебе уже стоило бы согласиться?
— Н-ну... я еще подожду, Мэтью.
В этот момент высокий красавец — вокалист оркестра на бельведере объявил в
микрофон: дорогим гостям, дамам и господам, предлагается разучить
национальный танец Багам. И, подхватив партнершу — ближайшую молоденькую
темнокожую девушку, — медленно начал танцевать.
Кейла стала непроизвольно покачиваться, переступая с ноги на ногу, она
любила танцевать, но такая возможность ей представлялась нечасто. Танец,
кажется, совсем простой — одно удовольствие попробовать... Отовсюду
доносились смех и шутливые возгласы — не у всех получалось сразу.
— А мы что же? Давай-ка! — Мэт ухватил се за руку.
Напряжение и скованность быстро растаяли, и они задвигались слаженно и
весело, будто всю жизнь были партнерами.
Шаг вправо, шаг влево — и на какое-то мгновение их тела соприкасались.
Мы
как маятники...
— улыбаясь, бездумно, с чувством необычайной легкости
думала Кейла, подчиняясь захватывающему ритму. Шаг вправо, шаг влево... Мэт
повернул ее-и она оказалась прижатой к нему спиной. И так они продолжали
двигаться в унисон, улавливая ритм и замирая от каждого прикосновения друг к
другу.
Мэт не отрывал от нее глаз; постепенно черты лица его становились серьезнее,
сосредоточеннее, шаги их все замедлялись — они уже танцевали совсем под
другую музыку, не ту, что звучала на площади. Все связные мысли исчезли из
ее головы, наступил миг озарения — оба поняли, что растворились друг в друге
и остальной мир перестал для них существовать. Прошло несколько секунд,
прежде чем она осознала: а ведь музыканты уже перестали играть. Кажется, Мэт
тоже удивился тишине. Он отпустил ее, отодвинулся сердитый, смущенный.
— Прогуляемся?
Кейла глубоко вздохнула, пытаясь стряхнуть с себя очарование танца.
— Уже поздно, Мэт, домой пора.
— Да-да, идем, — кивнул он покорно и рассеянно.
Первое, что они увидели, выйдя из такси, — это темный дом. На цыпочках
вошли, поднялись наверх, прокрались мимо спальни, где, мирно похрапывая,
отдыхала пожилая пара.
У комнаты Кейлы они остановились.
— До завтра, — прошептала она.
— Да, спи спокойно, — едва слышно ответил он.
— Постараюсь.
— Я тоже.
Глаза их встретились, губы приоткрылись, будто хотели сказать что-то еще.
— Спокойной ночи, — решительно пожелал наконец Мэт и вошел к себе.
О, как правильно он сделал, как она благодарна ему за это! Шагни он к ней —
так и простояли бы они до восхода солнца.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Кейла открыла глаза и улыбнулась: яркий солнечный свет лился в распахнутое
окно, заполняя всю комнату, вместе с неповторимым запахом моря, нежным
шелестом пальм. Они будут сегодня плавать под водой с аквалангом, вспомнила
она. Как это замечательно!
Быстро приняв душ, она облачилась в новый купальник и высоко подобрала
волосы, связав их на затылке эластичной лентой, — так будет удобно.
Натянула шорты и рубашку, влезла в туфли.
Мэт уже сидел на веранде, попивая кофе и читая очередной номер устаревшей
газеты. Глаза их встретились в немом красноречивом приветствии, и она отвела
взгляд, но что поделаешь с румянцем, разлившимся по щекам?
Мэт без рубашки: выпукло выступает мускулатура крепкого торса, красиво
поросшего темными волосами.
Бог мой, да есть ли на земле мужчина
привлекательнее?..
— на такой мысли поймала себя Кейла и устыдилась. Мэт
Рид для нее не просто неотразимый, влекущий к себе мужчина, он значит
гораздо больше. Что-то необъяснимое в нем, в их общении так подействовало на
нее, что в ней словно повернулся ключ, заставивший ее вдруг осознать себя
свободной и счастливой, окрыленной и чуткой ко всем прекрасным проявлениям
жизни.
— Доброе утро. — Глаза его улыбались, словно и он хранил в глубине
их воспоминания вчерашнего дня.
Внезапно он показал ей подбородком кудато вбок; она взглянула: Рут и Филип
неспешно прогуливались среди деревьев, старательно избегая просветов, где
они могли попасть в поле зрения молодых людей. Ах да. Рут, Филип, вчерашняя
размолвка... Кейла понимающе кивнула Мэту, и они двинулись навстречу
неизбежному.
— Доброе утро, бабушка, Филип! — поздоровалась Кейла. —
Может, поговорим?
Пожилая пара отозвалась не сразу.
— О чем?
— Я хочу извиниться за вчерашнее.
— И я тоже, — добавил Мэт. — Если мы вчера и сорвались, так
только потому, что любим вас.
Рут гордо держала непокорную голову.
— Значит, вы изменили свое мнение относительно нашего желания
пожениться?
— Если честно, то нет, бабушка. Но не стоит ссориться из-за этого.
Можно ведь спокойно все обсудить, не горячиться.
Филип переглянулся с Рут, и Кейла уловила их колебание. Перемирие временное,
проблема далека от решения. Но все же он ответил:
— Ничего, мы переживем.
— Вот и прекрасно, — просияла Кейла. — А теперь, если ваше
приглашение остается в силе, мы бы с вами поехали, поплавали с аквалангом.
Услышав такое, Рут капитулировала — расцвела улыбкой.
— Что ж, только давайте сначала позавтракаем.
В шесть все вместе отправились из порта Луконя и за тридцать минут доплыли
до коралловых рифов, которые целый час потом исследовали. Кейла, абсолютно
сраженная уже тем, что после элементарного инструктажа поплыла с аквалангом,
обомлела, узрев подводное царство.
Зато Рут уже через двадцать минут вернулась на катер и, тяжело дыша, уселась
на одной из широких ступеней, спускающихся с нижней палубы к воде. Кейла,
заметив ее состояние, насторожилась.
— Тебе нехорошо? — крикнула она, цепляясь за перила.
— Да... нет, все в порядке. Просто я знаю пределы своих физических
возможностей. — Рут помахала рукой и улыбнулась.
Еще раз внимательно оглядев бабушку — вид у той вполне довольный, Кейла
надела маску и нырнула в воду, возвращаясь в дивный подводный мир,
растревоженный только ее дыханием и движениями. Мэт плывет к ней, показывая,
что сейчас вынырнет на поверхность воды.
— Плыви за мной, — он вылил воду из трубки, — покажу кое-что
интересное.
Они проскользнули над садом из кустистых кораллов, где крошечные
разноцветные рыбки плавали среди губок и ярких, плавно покачивающихся
багровых водорослей. Мэт жестом попросил ее остановиться и стал нырять,
внимательно осматривая это место. Она с любопытством наблюдала, гадая что же
он ищет? Но вот он вынырнул.
— Не могу его найти.
— Кого?
— Скорпиона. В песок, наверное, зарылся.
— Скорпиона? — Несколько встревоженно Кейла принялась осматривать
окрестности.
— Вот черт! Мне так хотелось, чтобы ты его тоже увидела!
Сама-то она предпочла бы не встречаться с этим обитателем подводных глубин,
но на душе у нее потеплело: Мэт хочет поделиться с ней своим открытием.
Когда они возвращались с прогулки, солнце так палило, что купальник высох
через несколько минут. Кейла удобно устроилась в кресле на палубе. Рядом с
ней, в такой же позе, — Мэт.
Она вздохнула радостно и свободно, наслаждаясь мягким покачиванием катера,
теплым ветром, треплющим мокрые волосы, соленой водой, орошающей иногда
кожу, которая, высыхая, становится такой упругой. Матрос из команды принес
ей
Мамочку с Багам
, и в этот момент Мэт коленкой слегка поддел ее ногу.
— А что, ты намерена пристраститься к таким вещам? — кивнул он на
высокий стакан.
— Не твое дело, Мэт Рид! — Она в свою очередь пихнула его
коленкой. — Я же молчу, когда ты заказываешь это багамское пиво... как
оно там называется —
Калик
?
Мэт виртуозным движением извлек из-под сиденья высокую банку из пластика и
непринужденно открыл ее, прежде чем сделать глоток.
— Я уже говорил, как великолепно на тебе смотрится этот купальник?
Чуть не поперхнувшись, она выпрямилась в кресле.
— Я особенно не надеялся, что он тебе подойдет — размер очень
маленький. Но я ошибся. — Глаза его блестели, скользя по ее фигуре.
Пренебрежительно тряхнув головой, она неожиданно для себя подмигнула Мэту
поверх стакана.
— Кейла, ты ли это? — засмеялся он.
Вдруг она обнаружила, что Рут, стоящая спиной к перилам, наблюдает за ними,
в недоумении переводя взгляд от нее к нему. Боже, она флиртует и захвачена
на месте преступления! А, не все ли равно, в конце концов, что она ведет
себя не так, как себе предписала, и бабушка это видит! Схватив майку, она
натянула ее через голову и стремглав бросилась к лестнице остаток
путешествия неплохо бы провести на верхней палубе, в одиночестве, —
пусть никто ее не контролирует!
Прибыли на торговую площадь в Лукойе, и Филип предложил пообедать в
респектабельном ресторане, но Рут, судя по восторженному выражению лица, уже
захватила другая идея. Она подтолкнула своих спутников к тележке, где
красивый багамец успешно удерживал внимание группки зрителей.
— Что это он делает? — Кейла наклонилась — любопытно получше
рассмотреть.
— Готовит салат из даров моря, дорогая. Хочешь попробовать?
Кейла принялась наблюдать: багамец жестом фокусника зачерпнул из бочки с
морской водой большую ракушку, с загадочным видом пошлепал, побил по ней — и
на свет явился сгусток скользкого мяса.
— Ох, нет, не хочу! — простонала Кейла.
— А зря, это необычайно вкусно! — авторитетно заявила Рут.
Фокусник
между тем ловко нарезал мясо аккуратными ломтиками; несколько
виртуозных движений — и перед ним горка красивых кубиков, ничуть не
уступающих по аппетитному виду помидорам, зеленому луку, перцу, кучками
лежавшим на другой половине безукоризненной разделочной доски. Вот он ссыпал
все ингредиенты в сверкающую чистотой эмалированную миску, выжал туда два
лимончика, добавил молотого красного перца...
Мэт с интересом наблюдал за этим процессом, стоя так близко к Кейле, что
руки их соприкасались.
— Закажу-ка я себе порцию, а ты попробуешь и решишь, а? —
благородно предложил Мэт.
Кейла улыбнулась ему и согласно кивнула.
Получив мисочку с салатом и бутылку
Калика
, он храбро положил в рот полную
столовую ложку незнакомой еды и принялся жевать с видом знатока и гурмана.
Наконец кивнул одобрительно и протянул пол-ложки Кейле.
— Ну давай же, Кейла! Знаешь, как вкусно!
— А ты... — Одного звука оказалось достаточно — и ложка
проскользнула в рот.
Глаза Кейлы округлились — теперь у нее всего два варианта: прожевать или
выплюнуть; она прожевала.
— Дай-ка мне скорее пива! — Она задохнулась, выхватила из рук Мэта
бутылку и сделала огромный глоток.
— Заказать тебе? — Мэт улыбался во весь рот.
Кейла уверенно кивнула. Мэт попросил порцию с перцем послабее.
— Кейла, — обратилась к ней Рут, когда покончили с едой, —
пойдем со мной, я хочу подобрать тебе сувенир на память. — И, не ожидая
ответа, поднялась из-за стола под большим зонтом, где они сидели, и
направилась к тележке, заваленной разноцветными майками.
Кейла собралась было заупрямиться, но какой смысл? Да и лишняя маечка ей
очень пригодится. И она пошла за бабушкой. Обе женщины увлеченно перебирали
яркий трикотаж, когда Рут вдруг задала вопрос:
— Итак, что же происходит между тобой и Мэтью?
Она почти ждала этого вопроса.
— Ничего не происходит. Просто он стал для меня хорошим другом, с
которым я могу и подурачиться. — И извлекла из кипы маек голубую, с
ракушкой на груди. — Симпатичная.
— Это уже больше чем дружба, Кейла. Чтото есть между вами...
Задумавшись, Рут сжала губы. — Взаимопонимание, тяга друг к другу.
Заметно, знаешь ли, — особенно когда вы пили из одной бутылки и ели с
одной ложки.
Кейла так и вспыхнула.
— Бабушка, ты придаешь слишком большое значение ерунде. У меня ведь
серьезные отношения с другим, ты не забыла?
Возникшая пауза так затянулась, что Кейла поневоле взглянула Рут в лицо: оно
почему-то... почти торжествующее.
— Я-то — нет. А вот ты...
Кейла смущенно покашляла; вдруг перед ней возникла как из воздуха молодая
багамка:
— Косички для хорошенькой леди? Вам пойдут!
Кейла решительно отмахнулась от нее:
— Нет-нет! Никаких косичек!
— Слушай, Кейла, нам надо поговорить.
Проницательные глаза Рут встретились с ее растерянным взглядом.
— Я еще вот эту возьму! — Кейла наугад схватила розовую майку с
ярким цветочным рисунком и лозунгом
Летайте как птицы в Фрипорте!
.
— Вот и чудно, девочка. — Рут заплатила за розовую майку и за
голубую с ракушкой и, когда они уже собрались вернуться к мужчинам,
задержала Кейлу. — Не время, конечно, обсуждать сейчас эту тему,
но... — Она умолкла и неожиданно выпалила: — Кейла, ты любишь Фрэнка?
Кейла почувствовала, что бледнеет.
— О чем это ты, бабушка?
— Да о том самом, о чем все люди говорят в таких случаях, —
усмехнулась Рут. — Ты и сама все понимаешь. Раз я тебе бабушка и люблю
тебя, так желаю тебе удачи и счастья.
— Фрэнк удивительный человек. — Кейла зацепила виноградный листок
с простирающейся над ней лозы и принялась его терзать, разрывая на мелкие
кусочки.
— Знаю-знаю: удивительный, симпатичный, умный и — после Гордона
любимчик твоего отца. Но вот что, Кейла: положа руку на сердце-а если б не
компания Брейтонов? Ты бы им увлеклась... просто так?
Кейла бросила на землю то, что осталось от виноградного листка.
— Милая, да ты дрожишь и трепещешь, словно флажок на ветру!
Закрыв глаза, она глубоко вздохнула.
— Извини, бабушка, это просто солнце.
Как же так, все вроде перевернулось. Она зачем, все бросив, сюда прилетела?
Почему они стоят сейчас здесь и обсуждают ее отношения с Фрэнком, в то время
как ничего еще не решено насчет их самих — Рут и Филипа? Между прочим, Филип
что-то им кричит... а-а, они с Мэтом идут в музей — поглядеть на выставку
пиратских монет и бутылок. Ну и пусть их, как раз вовремя.
— Бабушка, я ведь переживаю из-за того, что ты намекаешь, будто между
нами что-то есть.
Уверяю тебя — это ошибка. У нас с Мэтом нет ничего общего. Я не разбираюсь в
основах товаропроизводства, а он не стал бы посвящать свое время принципам
работы часовых механизмов. Да и живем мы за тысячи миль друг от друга.
Рут спокойно смотрела на нее.
— Мне кажется, ты все же придаешь какоето значение вашим отношениям.
— Нет никаких отношений! Извини, если это тебя лишает надежд, которые
ты питаешь с тех пор, как я была девочкой.
— Я с этим давно уж рассталась. Не отрицаю, думала в свое время, что,
когда придет срок, выйдет хорошая пара. Но после той встречи — я ведь ее
устроила — ты вернулась домой такая подавленная, а он... он больше ни разу
даже не позвонил. — Рут развела руками, признавая — да, в прошлом она
допустила ошибку. — Единственное мое оправдание — я знала, что ты
увлечена им, и...
— У подростков бывают увлечения, бабушка.
— Что бы это ни было, я лишь хотела дать тебе шанс. Ну а не получилось
— у тебя хоть осталась бы в памяти чудесная ночь.
Чудесная ночь
! О да, она прекрасно помнит ту ночь — каждую ее унизительную
подробность.
— Но почему ты продолжаешь настаивать, что у меня к нему что-то есть?
— Да не настаиваю я, а уверена. Вот только не уверена, разумно ли это.
А знаешь ты, что он был женат?
— Да, он говорил мне.
— Он очень пострадал, Кейла, слишком пострадал. Так Фил иногда думает.
Со времени развода он занимался только своей карьерой, избегая серьезных
увлечений.
— Да, и это он мне говорил — что его интересует только работа.
— Возможно, и так. Но Фил думает, что на самом деле он просто боится
снова понести душевные потери. Работа — его прикрытие. Не то что он не
встречается с женщинами — встречается, конечно, но избегает с кем бы то ни
было сколько-нибудь обязывающих отношений. Фил всерьез опасается, что Мэт
может ожесточиться и окажется не способен полюбить.
— Ты с ним согласна?
— Нет, не уверена. Судя по тому, как он смотрел на тебя.
— Ох, бабушка, говорила же я тебе: это ровно ничего не значит!
— Ты, вероятно, права. Поэтому я и чувствую себя обязанной предупредить
тебя.
&mdas
...Закладка в соц.сетях
