Жанр: Любовные романы
Трибьют
...чая. — Он мог кого угодно уговорить, чтобы ему одолжили
денег, и тот, кто соглашался, никогда об этом не жалел. Он покупал землю,
строил дома, потом покупал еще земли и строил магазины и офисные здания.
Построил всю эту деревню и был ее мэром. Ходили слухи, что он станет
губернатором Виргинии. Но он им так и не стал. Говорят, ему помешали какие-
то сомнительные делишки.
— А с кем он дружил, когда вы учились в школе?
— Дай-ка вспомнить, — Чарли перечислил несколько имен, которые
ничего не говорили Форду. — Кое-кто не вернулся с войны. Некоторое
время он дружил с Хеннесси, который теперь в психушке.
— Правда?
— Увивался вокруг сестры Хеннесси, Марджи, а потом порвал с ней, когда
встретил Джейн Дрейк, на которой потом женился. Она из богатеньких, —
Чарли с улыбкой потер руки. — Наследство от предков. Парню нужны были
деньги, чтобы покупать землю и строить дома. Кроме того, она была
красавицей. И жутко этим гордилась.
— Я ее помню. Всегда выглядела недовольной. Наверное, за деньги не
купишь счастья, особенно если не там ищешь. Может, Морроу искал более
приятной компании?
— Может, и так.
— И не поэтому ли он не стал губернатором? — предположил
Форд. — Тайная связь, угроза разоблачения, скандал в прессе. Это не
первый и не последний раз, когда женщина губит политическую карьеру.
Чарли пожал плечами.
— Политики, — сказал он тоном, в котором сквозило презрение к
людям этой профессии. — Но он все равно оставался здесь популярным
человеком. Помог отцу Бадди основать водопроводный бизнес. Благодаря ему в
долине появилось много работы. Бадди ведь работает на маленькой ферме, да?
— Точно.
— Он работал там и во времена Дженет, вместе с отцом. Тогда волос на
голове у него было больше, а живот меньше, и к нему, кажется, переходил
бизнес. Он был примерно твоего возраста, может, чуть старше.
— Наверно, когда здесь была единственная школа, вы учились у одних и
тех же учителей. Как Брайан, Мэтт, Шанна и я. Нас всех учил мистер Макгоуэн
— а еще младшего брата Мэтта и старшую сестру Брайана. А в начальной школе
нас учила писать миссис Йейтс. Всегда придиралась к моему почерку. Могу
поспорить, она удивилась бы, узнав, чем я занимаюсь теперь. А тебя кто учил
писать, дед?
— Это было так давно, — Чарли улыбнулся задумчиво. — Сначала
мама. Мы сидели за столом, и она давала мне обводить письма, которые она
писала. Я был так горд, когда научился писать свое имя. А правописанию нас
всех учила миссис Мейси, и она все время снижала мне оценки за то, что я
писал так, как меня научила мама. Заставляла оставаться после уроков и
выводить буквы на доске.
— И долго она тут преподавала?
— Много лет до меня и много лет после. Когда мне было шесть, я думал,
что она такая же старая, как горы. Наверное, ей было уже за сорок.
— А ты начал писать так, как она хотела?
— Никогда, — Чарли улыбнулся и откусил печенье. — Я всегда
писал так, как научила меня мама.
Форд рассказал о своем разговоре с дедом Силле, сидя под синим зонтиком с
бутылкой холодного пива.
— Мне удалось узнать не так уж много. Один учитель в виде зловредной
миссис Мейси. Куча народу из поколения Морроу и следующих поколений, которых
она учила писать. Он дружил с Хеннесси, по крайней мере, пока не променял
его сестру на богатую и заносчивую Джейн. Он помог основать водопроводный
бизнес и многие другие компании. Он мог быть замешан в сомнительных сделках
и — или — иметь внебрачные связи, что помешало ему стать губернатором. У
него были друзья в высших сферах — можно даже сказать, что он специально
заводил там друзей. Через него кто-то из них мог познакомиться с твоей
бабушкой, а потом у них завязался роман.
— Тут все точно так же, как в Голливуде, — сказала Силла и
подумала, что так, наверное, везде. — Бадди работал тут, когда ему было
тридцать? Трудно представить себе Дженет, безумно влюбленную в
водопроводчика, особенно в Бадди. Хотя он был всего лишь на несколько лет
моложе ее.
— А ты можешь вообразить, что Бадди пишет:
Я отдаю свое сердце, свою
душу в твои прекрасные руки
?
— Нет. Между прошлым и настоящим больше связей, чем я предполагала. Но
я могу никогда не узнать об этих связях, судя по тому, как туго продвигается
дело.
— Дом Хеннесси выставлен на продажу, — Форд накрыл своей ладонью
ее руки. — Я проезжал мимо после разговора с дедом. Занавески
задернуты, на дорожке нет машины. И новенькая табличка с объявлением о
продаже во дворе перед домом.
— Где же она?
— Не знаю, Силла.
— Если это сделала она, тогда, может, это
прощальный жест
?
Форд так не думал. Фрагменты не совпадали, и узор из них не складывался.
Нужно их тасовать, подумал он, обрезать и склеивать, пока они не объединятся
в единую картину и все не станет ясно.
Глава 27
С широкой улыбкой на лице Силла вешала свой первый кухонный шкафчик.
— Отлично выглядит, — одобрительно кивнул Мэтт, который стоял
рядом, сунув большие пальцы в карманы джинсов. — Естественный цвет
вишневого дерева отлично сочетается с ореховой окантовкой.
— Еще не привезли двери. Вот это будет шедевр. Так что стоит подождать.
Парень настоящий художник.
Она положила уровень на шкафчик и отрегулировала его положение.
— Превосходная работа, и довольно серьезная, — он обвел взглядом
помещение. — Но сегодня все будет на месте. А когда привезут технику?
— Через три недели, а может, через четыре. Или шесть. Ты же знаешь, как
это бывает.
— Старинная техника будет здесь здорово смотреться, — он подмигнул
Силле, которая слезла со стремянки. — Что бы ни говорил Бадди.
— Я подкину ему другой повод жаловаться на жизнь, вместо крана для
кастрюль, — она с любовью провела рукой по следующему шкафчику. —
Давай поднимем этот.
— Секунду, — сказал Мэтт, потому что у него зазвонил телефон. Он
бросил взгляд на дисплей. — Привет, малыш. Что? Когда?
Его тон и два слова, слившиеся в одно, заставили Силлу поднять голову.
— Да. Да. Хорошо. Уже иду. У Джози отошли воды, — прибавил он,
захлопнув телефон. — Я пойду. — Он схватил Силлу, оторвал ее от
земли и подбросил в воздух.
— Вот, значит, чем вы тут целыми днями занимаетесь, — на пороге
кухни появилась Энжи.
— У Джози начались роды, — лицо Мэтта расплылось в глупой улыбке.
— Ой! Ой! А почему вы здесь?
— Ухожу, — Мэтт поставил Силлу на пол. — Позвони Форду,
ладно? Он сообщит остальным. И извини за это, — он показал на шкафы.
— Не волнуйся, — Силла двумя руками подтолкнула его к
двери. — Иди! Иди, рожай.
— У нас будет девочка. Сегодня у меня будет дочь. — Он схватил
Энжи, поднял, поцеловал, поставил на место и выбежал из кухни.
— Не опоздайте. — Энжи со смехом хлопнула себя по губам. — Он
хорошо целуется. Какой замечательный день. Мне нужно позвонить Сюзанне,
младшей сестре Джози. Мы подруги. А еще — вы только посмотрите на это!
— Дело движется. Если хочешь, походи, посмотри. Мне нужно позвонить
Форду.
Пока Силла звонила, Энжи бродила по кухне, заглядывая в кладовку и открывая
шкафчики.
— Мужчины такие странные, — сказала Силла, пристегивая телефон к
поясу. — Он сказал:
Здорово. Понял. Увидимся
.
— Он немногословен.
— Обычно бывает наоборот.
— Знаешь, Силла, все это выглядит потрясающе, — Энжи развела
руками. — Просто потрясающе. И откуда ты знаешь, куда вешать все эти
шкафчики?
— Схема.
— Да, но сначала нужно эту схему нарисовать. Я с трудом представляю,
можно ли передвинуть кровать с одного места на другое и куда поставить
комод, если я это сделаю.
— А мне плохо давались уроки в школе, не говоря уже о том, чтобы
учиться в колледже, как ты. Каждому свое.
— Наверное. Ну, — Энжи шутливо отсалютовала ей. — Рядовой
Макгоуэн заступает на дежурство.
— Что?
— Я пришла красить. Могу помочь повесить шкафчики, раз Мэтт ушел. Но,
честно говоря, я лучше буду красить. Кстати, как ты их вешаешь? —
спросила она. — То есть на чем они держатся? Впрочем, неважно. Лучше я
возьму кисть.
— Энжи, ты не обязана...
— Я хочу. Папа сказал, что они закончили соскребать старую краску с
фасада и с одного бока и сегодня будут работать на заднем дворе. И если бы
кто-то помог, то можно было бы нанести первый слой краски на те места,
которые уже очищены. Сегодня у меня свободный день. Я пришла помогать.
— Это так мило с твоей стороны, но я не хочу, чтобы ты чувствовала себя
обязанной.
Озорное лицо Энжи стало серьезным.
— А ты когда-нибудь будешь считать меня сестрой?
— Я считаю, — пробормотала Силла и взяла уровень. — Конечно.
Я имею в виду... что мы сестры.
— Если это так, то я могу сказать:
Заткнись и покажи мне, где
краска
, — ее губы растянулись в хитрой улыбке. — А то я пожалуюсь
папе, что ты меня обижаешь.
Силла не выдержала и расхохоталась.
— Ты очень похожа на него. Того, кто сделал нас сестрами.
— Я взяла от него только хорошие качества. А ты...
— Краски в амбаре. Мы можем выйти сюда, — Силла открыла дверь на
задний двор. — Может, мне не нравится иметь сестру моложе меня с такой
изящной спортивной фигуркой.
— А мне, может, не нравится иметь сестру с такими длинными ногами и
роскошными волосами. Зато у меня попа красивее.
— Вот уж нет. У меня знаменитая попа.
— Ну да, ты демонстрировала ее в
Кошмаре на озере
.
— Неправда, я прикрывалась бикини. — Едва сдерживая смех, она
остановилась, чтобы вытащить из кармана ключи, и посмотрела на дом. —
О, черт!
Энжи повернулась и открыла рот от удивления, увидев, что ее отец стоит на
лесах на уровне третьего этажа и соскребает старую краску со стены.
— Папа! Слезай оттуда! — хором закричали они.
Гэвин оглянулся, посмотрел вниз и приветственно помахал им рукой.
— Я говорила ему не лезть наверх. Он обещал мне — никаких лесов и
раздвижных лестниц.
— Он никого не слушает, если уже вбил себе что-нибудь в голову. Делает
вид, что слушает, а потом все равно поступает по-своему. Это
безопасно? — спросила Энжи, схватив Силлу за руку. — То есть они
не опрокинутся, не сложатся?
— Безопасно, но...
— Тогда мы не будем смотреть. Мы возьмем краску. Я пойду красить фасад,
а ты вернешься внутрь. Оттуда мы его не увидим. И мы ничего не скажем моей
матери.
— Ладно, — Силла демонстративно отвернулась и вставила ключ в
навесной замок амбара.
Оливия Роуз Брюстер появилась на свет в 2:25 пополудни.
— Мэтт на седьмом небе, — сказал Форд, когда они подъехали к
больнице. — Раздает жвачку с глупой улыбкой на лице. Малышка очень
симпатичная, с черными волосами. Итон родился лысым, как мой дядя Эдгар, но
девочка — у нее копна волос.
— Похоже, дядя Форд тоже очень доволен.
— Это радость. Огромная радость. Джози выглядела усталой, когда я зашел
к ней сразу после родов.
— Удивительно. Она должна была выглядеть как фотомодель, после того как
вытолкнула из себя восемь фунтов и пять унций...
— Ладно, ладно. Не нужно подробностей. — Он с трудом нашел место
на больничной автостоянке. — Я поговорил с Мэттом, пока ты была в душе.
Он говорит, что с ними обеими все в порядке.
— Как приятно приезжать сюда по такому радостному поводу, — она
скользнула взглядом по этажу, где находилось отделение реанимации.
— Ты разговаривала с Шанной, после того как она вернулась из поездки?
— Нет.
— Она очень довольна, — он взял Силлу за руку, когда они
пересекали стоянку. — Она говорит, что Стив хорошо выглядит. Почти
набрал потерянный вес и теперь похож, как она выразилась, на римского
гладиатора. Пользуется тростью, только если устанет.
Форд открыл тяжелую стеклянную дверь.
— Я отправила ему по электронной почте фотографии дома. Нужно еще
сфотографировать кухонную мебель. Зайдем сначала в магазин подарков. Подарки
для мамочки и новорожденной принцессы.
— Я уже принес ей цветы, — возразил Форд, — и большого
розового плюшевого мишку.
— Восемь фунтов четыре унции...
— Хорошо, в магазин подарков.
Нагруженные цветами, воздушными шариками,
музыкальной
овечкой и стопкой
книг для новоиспеченного старшего брата, они вошли в палату.
Джози сидела в кровати и держала на руках запеленутого младенца в розовом
чепчике, из-под которого выбивались черные волосики. Брайан разворачивал
жвачку, а Мэтт фотографировал жену и дочь.
— Еще посетители, — просияла Джози. — Силла, ты разминулась с
отцом и Патти.
— Я пришла не к ним, — она наклонилась над кроватью. —
Привет, Оливия. Она красавица, Джози. Ты славно потрудилась.
— Эй, у нее мой нос и подбородок, — воскликнул Мэтт.
— И она такая же болтушка. Хочешь подержать ее, Силла?
— Я думала, ты не предложишь. Меняемся. — Она положила овечку на
кровать и взяла ребенка. — Вы только посмотрите. Посмотрите, какая
прелесть. Как ты себя чувствуешь, Джози?
— Хорошо. Правда хорошо. В этот раз всего семь с половиной часов. С
Итоном было в два раза больше.
— Мы тут принесли кое-что для старшего братца, — Форд выложил на
край кровати книжки-раскраски.
— Как здорово! Мои родители только что увезли его к себе на обед. Он
выглядит таким взрослым, сильным. С трудом... О, это все еще действие
гормонов, — добавила она, вытирая наполнившиеся слезами глаза.
— Так, все в сборе! — воскликнула Кэти, когда они с Томом вошли в
палату с букетом розовых роз. — Дайте мне взглянуть на этого чудесного
ребенка.
Силла послушно повернулась.
— Посмотри на эти волосы. Том, ты только посмотри на эту прелесть.
— Прямо картинка, — Том положил цветы среди целой горы других
букетов и хлопнул Брайана по плечу. — А ты когда подаришь нам такого
же? Уже два очка в пользу Мэтта. К тебе это тоже относится, Форд.
— Сачки, — согласилась Джози и протянула руки, чтобы взять Оливию.
— У меня очень высокие требования, — сказал Брайан. — Мне
нужна женщина, которая была бы таким же совершенством, как моя мама.
— Удобный предлог, — заметила Кэти, подошла к Брайану и поцеловала
его в щеку. Потом повернулась и поцеловала Мэтта. — Поздравляю.
— Спасибо. Мы думали, что еще неделя. Когда утром позвонила Джози, я
подумал, что она хочет напомнить мне, чтобы я купил сливочное мороженое с
карамелью и кокосовой стружкой. Она съедала горы этого мороженого.
— Мне так хотелось! — со смехом сказала Джози.
— А у меня это были арахисовые леденцы. Море арахисовых леденцов.
Удивляюсь, как я не лишилась всех зубов.
— Ты больше не прикасалась к ним после рождения Брайана, — заметил
Том.
— Наверное, пройдет много времени, прежде чем я смогу смотреть на
кокосы, — Джози погладила Оливию по щечке. — Слава богу, что не
нужно ждать еще неделю.
— И ты сможешь показать малышку на празднике у Силлы. Мы все ждем его с
нетерпением, — добавила Кэти, повернувшись к Силле. — Можно
сказать, что твой дом — это твой ребенок.
— Только без розового плюшевого мишки и белого платьица, —
согласилась Силла.
Мэтт снова принялся раздавать жвачку.
— Я вынужден сегодня взять выходной. Мы только начали вешать кухонные
шкафы. Как там дела?
— Осталось установить витрину, навесить двери, поставить краны. Тогда
все будет готово для столешниц, когда их доставят.
— Я собираюсь устроить совет с Патти и матерью Форда. А если ты его
уговоришь, — сказала Кэти Силле, — Том приготовит свои фирменные
ребрышки.
— И чем они так знамениты? — улыбнулась Силла.
— Все дело в приправе, — заявил Том. — Семейный секрет.
— Не раскрывает рецепт даже
мне. — Он передается только от отца к сыну. Многие пытались разгадать эту
тайну, но никто не смог. Нам пора идти, Кэти.
— Мы обедаем с друзьями. Тебе нужно отдохнуть, Джози. Завтра, когда
буду здесь, загляну навестить тебя и твое сокровище.
Прощание заняло несколько минут. Когда Силла и Форд вышли из палаты, Силла
почувствовала, что в ее кармане лежит жвачка.
— Как здорово, что ваши родители — твои, Брайана, Мэтта — так близки со
всеми вами. Прямо как одна семья.
— Мы росли вместе, и Шанна тоже. Ее родители развелись лет десять
назад. Оба завели новые семьи и уехали.
— Но три из четырех пар вместе. Больше, чем в среднем по стране. Они
выглядят такими счастливыми. Мэтт и Джози. Прямо видно, как их глаза лучатся
счастьем. Сколько они женаты?
— Кажется, около шести лет. Но они вместе гораздо дольше. Послушай,
если ты хочешь, чтобы мы куда-нибудь заехали пообедать, так и
сделаем, — он постучал пальцами по рулю. — Но я бы предпочел
пообедать дома.
— Я согласна. Что-то не так?
— Нет. Все в порядке, — за исключением натянутых, как струна,
нервов, подумал он. Внезапно его пронзило неотвратимое осознание того, что
он должен сделать следующий шаг, следующий ход.
И неважно, готов он к этому или нет. Время пришло.
Он налил два бокала вина и принес их на веранду, где сидела Силла. Она
рассеянно гладила Спока и разглядывала дом по ту сторону дороги.
— Первый слой краски на фасаде первого этажа и веранде не верх
совершенства. Но выглядит чисто. И служит символом заботы и участия. Это
было так странно, Форд, так странно. Вешать шкафы с одним из парней Мэтта,
зная, что отец на заднем дворе счищает со стен старую краску, а Энжи красит
фасад новой. В обед появилась Патти с кучей бутербродов. Не успели мы их
проглотить, как она взялась за кисть. Я просто не знаю, что думать и как к
этому относиться.
— Это семья, Силла.
— Наверное. Большую часть моей жизни семья была иллюзией. Декорацией. В
детстве мне часто снилась мама. Странные, яркие сны. Но в них всегда была
она, как часть этой иллюзии, смесь ее и Лидии — актрисы, которая играла мать
Кэти.
— Мне это кажется абсолютно нормальным, учитывая обстоятельства, в
которых ты росла.
— Психоаналитик говорил, что мое подсознание смешивает их, потому что я
была недовольна реальностью. В самую точку — только все было еще сложнее.
Мне хотелось совместить оба этих мира. Но я хотела быть там собой, а не
Кэти. Силлой. У Кэти была своя семья — по крайней мере, восемь сезонов.
— А у Силлы ее не было.
— Была. Но это была довольно непрочная конструкция, — сказала
она. — Позже я отказалась от нее. Пришлось. А приехав сюда, я опять
растерялась. Я странно себя чувствую, пытаясь определить, как войти в семью,
как присоединиться к ней на этом этапе.
— Стань моей.
— Что?
— Стань моей семьей, — он поставил на стол между ними коробочку с
кольцом. — Выходи за меня замуж.
На несколько секунд она лишилась способности думать и говорить, как будто
внезапно получила удар по голове.
— Боже, Форд.
— Это не ядовитое насекомое, — сказал он, когда она отдернула
руки. — Открой ее.
— Форд.
— Открой ее, Силла. Ты не должна прогонять парня, когда он делает тебе
предложение. Прими или откажи, но не прогоняй.
Она медлила, и Спок тихонько зарычал, ткнувшись головой в ее лодыжку.
— Просто открой.
Она послушалась, и в мягком свете сумерек кольцо засияло, словно мечта.
Чистая, прекрасная мечта.
— Ты редко носишь драгоценности, а когда надеваешь их, то стараешься
избежать вычурности. Что-нибудь неброское, классическое. — У него вновь
возникло это странное ощущение в груди, что-то горячее и давящее, как во
время разговора с ее отцом на кухне. — Поэтому я подумал, что не
произведу на тебя впечатления огромным камнем. Кроме того, ты работаешь
руками, и это тоже нужно учитывать. Мне показалось, что утопленные
бриллианты лучше выступающих. Мама помогла мне выбрать его несколько дней
назад.
— Твоя мама, — волна паники снова сжала горло Силлы.
— Она женщина. А я впервые в жизни покупаю кольцо женщине, так что мне
была нужна помощь. Мне понравилась идея с тремя камнями. Прошлое, настоящее
и будущее. У каждого из нас есть прошлое, у нас есть общее настоящее, и я
хочу будущего вместе с тобой. Я тебя люблю.
— Оно прекрасно, Форд. Просто прекрасно. А мысль, которая за ним
скрывается, делает его еще прекраснее. Но я плохой выбор, — она взяла
его руки в свои. — Я цепенею от одной мысли о браке. Я совсем к нему не
готова. Вспомни, о чем мы только что говорили. У тебя есть отец и мать, и
это у них единственный брак. Ты веришь в семью. А у меня на двух родителей
семь браков. Как я могу верить в это?
Странно, подумал он, что ее отчаяние, ее страхи и сомнения рассеяли это
необычное ощущение у него в груди.
— Это ерунда, Силла. Это не мы с тобой. Ты меня любишь?
— Форд...
— Не такой уж трудный вопрос. Просто
да
или
нет
.
— Это для тебя просто. Ты можешь сказать
да
, и это просто. Я могу
сказать
да
. Да, я тебя люблю, но мне очень страшно. Люди любят друг друга,
а потом все разваливается.
— Да. И люди любят друг друга, и все остается. Это просто еще один шаг,
Силла. Следующий шаг.
— Извилистая дорожка. Кажется, ты так это называешь?
— Я ускорил шаг. Но это не значит, что я не умею ждать. — Форд
закрыл коробочку и подвинул к ней. — Возьми его. Храни его. Подумай о
нем.
— Ты думаешь, что я не смогу устоять, открою ее, буду смотреть, —
она не отрывала взгляда от коробочки. — Что я поддамся?
Он улыбнулся. Ее невозможно не любить.
— Посмотрим.
Она накрыла ладонями коробочку и, едва дыша, положила в карман.
— Я бывшая актриса, а в моей семье были алкоголики, наркоманы и
самоубийства. Не понимаю, на кой черт я тебе сдалась.
— Наверное, я сошел с ума, — он взял ее ладонь и поцеловал. —
Раз в несколько дней я буду задавать тебе простой вопрос:
Ну?
И тогда ты
сможешь отвечать, что ты думаешь по поводу моего предложения.
— Ключевым словом будет
ну
?
— Точно. Иначе мне незачем было приносить кольцо. Просто носи его с
собой и думай о нем. Договорились?
— Хорошо, — сказала она после секундного колебания. — Хорошо.
Он взял свой бокал и прикоснулся к ее бокалу.
— Может, мы закажем что-нибудь в китайском ресторане?
Она не понимала, как это ему удалось, искренне не понимала. Мужчина сделал
ей предложение. Он подарил ей кольцо, необыкновенно красивое, подходящее ей,
потому что он думал о
ней, когда выбирал его. О том,
кто она и какая она. Ее реакция, ее сопротивление и — не виляй, сказала себе
Силла, прикручивая медные ручки к шкафам, — ее ужас в ответ на его
предложение должны были обидеть его.
Тем не менее после того, как он сказал то, что хотел, и после того, как они
заключили договор, он заказал креветки
Баттерфляй
и цыпленка
кунг-пао
.
Он ел так, будто его желудок не сжимали спазмы — как у нее, — а потом
предложил отв
...Закладка в соц.сетях
