Жанр: Любовные романы
Ровно в полдень
... вполголоса отметила Фиби. — Он
действительно не знает, о чем идет речь.
— Как только закончится баллистическая экспертиза, мы сразу же выдвинем
против тебя обвинения. Конец твоему испытательному сроку. Уж теперь-то тебе
наверняка придется отправиться в тюрьму. И никакой папочка больше не
поможет.
— Оставьте моего отца в покое.
— И это говоришь ты? — усмехнулась Лиз. — Ты же первый
побежишь к нему за помощью. Мы сравним твои пули с той, которую извлекли из
кролика. А есть еще мертвая змея и мертвая крыса. Логичный переход от
изуродованной куклы. Ну а от мертвых животных недалеко и до убийства Роя.
— Я ничего не знаю об этом идиотском кролике.
— Кукла, — негромко произнесла Фиби.
Сайкс с прищуром взглянул на Арни:
— Зато про куклу тебе хорошо известно, не так ли? Над ней тебе пришлось
попотеть.
— Не знаю, о чем вы тут говорите.
— Изуродовал куклу, чтобы показать, как ты намерен обойтись с
лейтенантом, — продолжил Сайкс. — Затем позвонил в дверь и оставил
ее у порога. Потом пришла очередь мертвой крысы, а под конец ты добрался и
до Роя. На мой взгляд, все очень последовательно.
— К дьяволу ваши штучки. Что с того, что я подбросил эту куклу? С тех
пор прошло уже несколько недель. Я не был у дома Макнамары после того,
как...
— После того, как напал на нее на лестнице? — закончил
Сайкс. — После того, как натянул ей на голову этот мешок, а затем
содрал с нее всю одежду? У тебя здесь нет друзей, Арни. Так что продолжай
врать, и в скором времени окажешься в камере. Теперь-то уж тебе никто не
поможет. Ни у нас, ни в прокуратуре.
— Да вы совсем спятили. — Лицо Арни было белым как мел. — Я
никого не убивал. Ни человека, ни кролика.
— У нас есть мотив и оружие, да и по времени все совпадает. Давай,
продолжай врать. Ты ведь знаешь, как окружной прокурор любит таких вот
трусливых убийц, которые все время лгут и хнычут. Тебя ждут горячие деньки,
Арни.
— Я не был знаком с этим ублюдком. И никогда не был в Хилтон-Хед, где,
как вы утверждаете, он жил. Вам не удастся втянуть меня в это.
— Дай только время. Не знаю, как тебе, Лиз, а мне так здорово не
понравилось, когда этот сукин сын выкрутился после той истории с
лейтенантом.
— Да, он явно заслуживал большего. Но на этот раз...
— Это все она, — Арни судорожно отар со лба пот. — Пытается
отыграться на мне с вашей помощью. Я купил эту чертову куклу на распродаже —
просто как предупреждение. Я никого не убивал, и в Хилтон-Хед я тоже не был.
Она хочет засадить меня за то, что сделал кто-то другой. Может катиться к
дьяволу. И на кладбище меня этой ночью тоже не было.
— А где же ты был, Арни? Докажи свое алиби, и ты свободен.
— Ездил к подружке. От жены я уже давно не могу дождаться ни секса, ни
поддержки. Так что мне пришлось найти кое-кого на стороне. Я был у нее
прошлой ночью. Трахал ее до двух утра.
— Имя, — Лиз подтолкнула к нему блокнот. — Адрес. Мы
проверим, как долго ты с ней трахался.
— Она замужем. Муж провел несколько дней в Миртл-Бич, играл там в
гольф. Так что дом был свободен. Я хочу поговорить с ней сначала. Хочу
сказать ей, что все это серьезно, чтобы она не вздумала отрицать. Если муж
узнает обо мне, он просто выставит ее за дверь.
— Поговорить с ней первым, предупредить ее? — Сайкс презрительно
хмыкнул. — Не выйдет, Арни. Если скажешь правду, мы не будем впутывать
ее в это дело. Вообще-то у меня такое чувство, что вы стоите друг друга.
— Моя жена уже поговаривает о разводе. И все потому, что эта
Макнамара...
— Ну да, конечно, все это вина лейтенанта. Она сама напросилась на
побои — и все для того, чтобы тебя вышвырнули с работы. Имя, Арни. Пиши имя.
— Она работает в корпорации
Терранс
. Вы могли бы поговорить с ней
там, а не у нее дома. Оказать мне такую любезность.
Взгляд Сайкса был холоден как лед.
— Ты потерял право на нашу любезность, после того как напал на
лейтенанта Макнамару. Здесь нет никого, кто был бы на твоей стороне. Хочешь
спасти себя — пиши имя, и поживее. В противном случае ты отправишься в
камеру за нападение на полицейского и будешь сидеть там до тех пор, пока мы
не соберем все факты.
Микс взялся за ручку, а Фиби повернулась к Дейву:
— Это не он. Арни — чванливая свинья, но он не убивал ни Роя, ни
Чарльза Джонсона. — Она снова посмотрела сквозь стекло. — Он бы с
удовольствием отплатил мне за все, что случилось. Но он не в состоянии
понять, что это можно сделать, убив того же Роя. Для этого Микс недостаточно
сообразителен — чего не скажешь о настоящем убийце.
— Мы допросим женщину — на предмет его алиби.
— Хорошо. А я отправляюсь домой. Пора просмотреть старые дела. Сейчас
это единственный шанс выйти на убийцу.
При выходе из комнаты Фиби столкнулась с Лиз.
— Я как раз хотела поговорить с тобой, — начала та. —
Найдется у тебя свободная минутка?
— Конечно.
— Тогда... — окинув взглядом коридор, Лиз махнула рукой в сторону
дамской комнаты. — Поговорим там.
Оказавшись внутри, Лиз прислонилась спиной к раковине.
— Полагаю, тебе было нелегко наблюдать за этим. Наблюдать за ним. Вряд
ли стекло можно назвать таким уж надежным барьером.
— И да, и нет. В любом случае мне следовало это сделать.
— Фиби, это не тот парень, которого мы ищем.
— Я знаю. Вы с Сайксом здорово провели допрос. Алиби Микса нужно
проверить, а самого его исключить из списка подозреваемых.
— Ты как, справляешься с ситуацией?
— Не знаю, что и сказать, — Фиби провела рукой по лицу. — Моя
семья практически заперта в доме, как группа заложников. И тут уже ничего не
поделать. Тот, кто убил Роя, всех нас сделал заложниками. Самое печальное,
что я не представляю, чего он хочет и зачем ему это нужно. Я не могу
выторговать их безопасность, поскольку не представляю условий сделки.
— Может, выпьем кофе? — Лиз бросила взгляд на часы. — У меня
есть минут тридцать — пока Сайкс будет заканчивать допрос.
— Я что, так плохо выгляжу?
— Ты выглядишь так, будто тебе не помешала бы чашечка кофе и общество
друга.
— Все так, но мне нужно домой. Если выдернуть чеку, граната взорвется.
Я и есть та чека, которая держит нашу семью. Дай мне, пожалуйста, знать,
подтвердится ли алиби Микса.
— Без проблем.
Фиби распахнула дверь и тут же прикрыла ее опять.
— Мне так хотелось, чтобы это был он. Этот недоносок. Рой уже мертв, и
тут ничего не изменишь. Будь это Микс, я была бы сейчас уверена в том, что
моим близким уже ничего не угрожает. Но дело не только в этом, Лиз. Часть
меня жаждет этого совсем по другой причине. Мне просто хочется, чтобы он за
все заплатил. За каждую минуту, которую я провела тогда на лестнице. Мне
казалось, что я согласна с условиями сделки — с тем, как он за все
расплатился. Но сегодня, глядя на него, я поняла, что это не так.
— Это естественно.
— Думаешь?
— Ты можешь принять условия сделки. Но это совсем не значит, что ты
будешь ею довольна.
— Все так, — внезапно Фиби стало легче от того, что она смогла
наконец выплеснуть все то, что накипело у нее на душе. — Мне
действительно не нравится эта сделка. Какое-то время он будет тише воды ниже
травы, но затем... — Она тряхнула головой. — Об этом я подумаю
позже. Пока же у меня и без того хватает проблем.
— Знаешь, я бы на твоем месте поговорила с психологом.
— Я так и сделаю. Правда. Как только все вернется в норму, — она
вымученно улыбнулась. — Спасибо, что выслушала, Лиз. Это было куда
лучше кофе.
— Не за что. Обращайся в любой момент.
24
Фиби приказала себе забыть об этом. Мысленно отгородилась от тех
переживаний, которые пробудил в ней Арни Микс. Сейчас не время, сказала она
себе. Она и раньше знала, что это вернется — ощутимо, тугими узелками в
животе.
Но сейчас она не могла заняться этим вплотную. Оставалось только ждать.
Припарковавшись на Джонс-стрит, Фиби выбралась из машины. При взгляде на дом
у нее снова упало настроение. Это случалось нечасто, но случалось. Она могла
жить здесь неделями, даже месяцами, думая о нем только как о своем доме —
замечательном месте, которое дает приют ее матери, ребенку и подруге. Здесь
они спят, живут, едят и даже иногда устраивают вечеринки.
И что с того, что не она выбрала это место? В конце концов, это был всего
лишь дом. Коробка из кирпича и стекла. Дух тетушки Бесс давно покинул само
здание.
Отсутствие выбора — все дело именно в этом. Никаких вариантов.
Хотя ее ждали в доме, Фиби обошла вокруг и направилась к воротам, ведущим на
задний дворик. Подальше от полицейской машины, подальше от парадной
торжественности фасада.
Здесь, по крайней мере, у нее был хоть какой-то выбор — недаром же Ава
вложила в этом место столько труда. Зеленые участки перемежались дорожками и
тенистыми уголками; то здесь, то там виднелись изящные столики и причудливые
скульптуры.
Фиби опустилась на ступени веранды. А что, если бы этот садик находился не
здесь, а где-нибудь в Новом Орлеане? Или просто на другой улице?
Если так подумать, какая, собственно, разница? Садик, он и есть садик.
Дверь позади нее отворилась, но Фиби даже не оглянулась, не произнесла ни
слова.
Рядом присел Картер, протянул ей бокал вина. Все это — молча.
Было тихо, лишь негромко журчал фонтан в саду.
— Я не в настроении, — произнесла наконец Фиби.
— Я понял. Мне уйти?
— Нет. Я тут решила покопаться в старых болячках. Наш дом, тетушка Бесс
и те путы, которыми она привязала меня к этому месту. Идеальный повод
покукситься, поскольку выхода мне все равно не найти.
— Обычно ты куда менее пессимистична.
— Я привыкла справляться с ситуацией.
— Я знаю. Так оно было всегда, сколько я тебя помню. Во всяком случае,
после того происшествия с Рубеном.
Фиби на мгновение прижалась к его плечу.
— Для меня все изменилось со смертью папы. Ей ничего не стоило помочь
нам тогда. Тетушке Стерве. Мы бы могли вообще не встретиться с Рубеном, если
бы она по-человечески отнеслась к маме. Но этого не произошло, так что нет
смысла гадать, как бы оно все было.
Некоторое время она сидела молча, рассеянно разглядывая фонтан.
— Маме пришлось пройти через все это ради нас.
— Я знаю.
— Не могу даже представить, каково ей было. Вечное беспокойство,
работа, горе. Страх. Но она жила с этим — ради нас. А потом в ее жизни
появился человек, с которым она вновь почувствовала себя любимой. Тем более
что поначалу он так хорошо к ней относился. Но в итоге все чуть не
закончилось гибелью — и ее, и ее детей. Неудивительно, что она стала
запирать двери.
— Я никогда не осуждал ее за это.
— Я знаю, знаю. Но иногда я... Мне так стыдно, но иногда я не могу не
думать... И неважно, что я все прекрасно понимаю. Но порой меня просто
бесит, что она не может выйти из дома, пойти на рынок, в гости или в кино.
Притом что я понимаю: она просто не в состоянии этого сделать.
Отхлебнув немного вина, Фиби покачала головой:
— Я все думаю о нынешней ситуации. Мне было бы намного легче, если бы я
могла посадить маму и Карли в самолет и отправить их куда-нибудь в другой
город — пока все это не закончится.
— Знаешь, нужно еще раз поговорить с ней о лечении. Не сейчас, —
добавил Картер, прежде чем Фиби смогла что-нибудь возразить. — Она
сейчас слишком напугана. Потом, когда... все закончится. Мы с Джози могли бы
поселиться здесь. Не на время, как сейчас, а насовсем.
— Вряд ли вам будет здесь хорошо.
— Фиби...
— Это так, Картер. А мне здесь хорошо — за исключением тех редких
случаев, когда одолевает тоска. Просто сейчас все смешалось в одну кучу.
Арнольд Микс не убивал Роя. Я знала это и прежде, но мне все равно надо было
понаблюдать за допросом. В результате во мне проснулись старые чувства —
отчаяние и страх. А я всю жизнь считала, что лучше сердиться, чем бояться.
Потому-то я и сижу здесь — пытаюсь переключиться.
— Что ж, неплохой выход.
Сверкая ярким опереньем, по саду летала колибри. Ее привлекал вьюнок, густо
заплетший железные шпалеры: растение было усыпано ароматными цветами.
Счастливая птичка, — думала Фиби. — Ничто не мешает ей выбрать
любой цветок или улететь прочь
.
Но люди — не птицы.
— Как там мама?
— Вяжет. Перед тем как уйти, Дункан долго обсуждал с ней вопросы
будущих продаж и возможную прибыль. Как раз то, что нужно, чтобы отвлечь ее
от всего этого кошмара. В этом Дункану нет равных — умеет работать с людьми.
Фиби взглянула на Картера:
— Жалоба или комплимент?
— Лично мне он нравится. Знаешь, они с Карли втянулись в разговор о
том, что будет продаваться в его магазине. Консультант по вопросам моды. Ей
это явно пришлось по душе.
— Ясное дело. Она же собирается стать личным стилистом.
— Нужен немалый талант, чтобы знать, на какие кнопки следует нажимать.
Дункану этого таланта не занимать. И еще мне кажется, по тому, когда и с
какой целью ты жмешь на эти кнопки, можно многое сказать о самом человеке.
Так что не сомневайся: Дункан мне действительно нравится.
— Ну а мне так больше, чем нравится.
— В самом деле? — Картер внимательно посмотрел на сестру. — А
почему это тебя беспокоит?
— Я же не сказала, что обеспокоена.
Он осторожно коснулся пальцем морщинки, прорезавшей ее переносицу:
— Вот где это написано.
Фиби пожала плечами:
— Ты и сам понимаешь. Неудачный опыт.
— Рой был обычным недоумком. Каждый из нас обречен хотя бы раз
столкнуться с таким типом. Ох, не следовало бы мне так говорить, раз уж он
мертв... И тем не менее.
— Да нет, ты прав. Неудачный опыт, — повторила она. — А еще
работа, способная спутать любые личные планы.
— Парень, который встречается с копом, должен был это понять. Так что и
тут тебе не о чем беспокоиться. Почему бы не попытать счастья еще раз?
— Плюс ко всему семилетняя дочь. Конечно же, Карли — это не проблема.
Она — самый дорогой для меня человечек. Но я понимаю, что не так-то просто
решиться на серьезные отношения с женщиной, у которой уже есть ребенок.
Картер лишь пренебрежительно щелкнул пальцами.
— Люди поступают так каждый день. По многу раз в день. Если хочешь, я
поищу в Интернете статистику.
— Ты прав. Но эти люди не имеют никакого отношения ко мне, к Карли или
к Дункану. Не забывай также и про дом. У Дункана есть свой собственный, на
островах. Он сам построил его, вложил в него частицу себя. Но даже если
допустить, что наши отношения перейдут на качественно новый уровень, я все
равно не смогу жить в его доме. Я же не могу уехать отсюда. А здесь все
время находится мама. Принимаешь меня, принимай и ее.
Вполне возможно, — продолжила Фиби, — что ни один из этих факторов
не представляет серьезной проблемы. Однако вместе они создают клубок,
который не так-то легко распутать. Не исключено также, что я всего лишь
нравлюсь Дункану и его вообще не интересуют серьезные отношения.
— Так спроси его.
— Хорошо тебе говорить. Ты же мужчина. — Она глубоко
вздохнула. — Что ж, я попереживала на тему личной жизни, и это отвлекло
меня от ненужных размышлений, а заодно и от нашей ситуации. Пора, однако,
возвращаться к действительности. — Фиби поднялась со ступенек. —
Мне нужно поработать. — Наклонившись, она поцеловала Картера в
щеку. — Спасибо за вино и за все остальное.
— Вино было вашим, а поболтать я всегда готов.
Все не так уж плохо
, — думала Фиби. Ава и Джози трудились на кухне,
ее мать и Карли колдовали над вышивкой. И это давало ей возможность
поработать в полном уединении.
Утром она позвонит в ФБР, объяснит ситуацию и запросит копии дел, которые
она вела, пока работала в этом ведомстве.
Сколько же времени прошло, думала она, просматривая свои нынешние папки. Но
это не значило, что она может просто отмахнуться от тех расследований.
Каждое очередное дело неизбежно возвращало ее в прошлое. Только сейчас она с
удивлением поняла, что отчетливо помнит каждую деталь. Неважно, сколько лет
прошло с тех пор, — стоило ей открыть журнал, и ситуация всплывала
перед ней как наяву.
Самоубийства, домашние ссоры, неудавшиеся ограбления, волнения среди
заключенных, жажда мести, возможность обогащения, скорбь, эмоциональная
неуравновешенность. Все это могло привести — и приводило — к захвату
заложников.
Бывало и так, что никакие переговоры не помогали. Она теряла людей.
Разложив все папки по порядку, она начала с первого года своей работы в
Саванне.
К концу того года она потеряла троих. Самоубийца, заложник и захватчик
заложников. И что с того, что ей удалось спасти десятки других? Эти трое и
сейчас были живы в ее памяти.
Она начала заново вспоминать каждый свой шаг, каждое произнесенное слово.
Возможно, здесь следовало помолчать, а там, наоборот, не держать паузу так
долго...
Фиби понимала, что все это бессмысленно. И не просто бессмысленно — опасно.
Три эти жизни выскользнули у нее из рук. Не исключено, что какая-то из этих
смертей повлекла за собой гибель Роя.
Фиби начала новое дело. Сюда она вносила имена погибших, время их смерти и
место, давала характеристику кризисной ситуации. Затем она составляла списки
людей, связанных с погибшими как личными, так и профессиональными
отношениями. Далее следовал перечень полицейских из оперативной команды.
Она уже дошла до середины второго года, когда в дверь постучали и в комнату
вошла Ава.
— Тебе нужно проветриться. А заодно и пообедать.
— Все в порядке, Ава. Я не хочу есть.
— В порядке? Не может быть. Никто из нас не может этим похвастаться. Но
всем нам нужно есть, спать и дышать. — Ава подошла к столу. —
Очень важно, чтобы ты следовала привычной рутине — хотя бы ради Эсси и
Карли.
— Ладно, ты права. Сейчас я спущусь. Ава, я знаю, что вы со Стивом
планировали поездку на Запад — где-нибудь в разгаре лета. Почему бы вам не
ускорить это событие? Семестр у него заканчивается уже через несколько дней.
Вы могли бы встретиться и...
— Иными словами, сбежать от опасности? Если учесть, что просидим мы
здесь еще бог знает сколько, я бы не стала на твоем месте столь
неосмотрительно злить меня.
— Я не хочу тебя злить, Ава. Я просто стараюсь облегчить себе жизнь.
Если вы со Стивом отправитесь в путешествие, мне уже не нужно будет
переживать из-за вас, и я смогу сосредоточиться на остальных. Так что ты
оказала бы мне большую любезность, поехав сейчас в отпуск.
Ава лишь покачала головой:
— Я не собираюсь оказывать тебе такую любезность. Я не оставлю Эсси и
Карли одних. Если бы речь шла только о тебе, я бы уехала, поскольку твоя
самодостаточность мне хорошо известна. Порой ее становится так много, что
это начинает раздражать — как, например, сейчас.
Фиби слегка отодвинулась от стола.
— Тебе тоже не следовало бы меня злить.
— В таком случае хочу тебе сказать, что я уже разговаривала со Стивеном
и разрешила ему поехать на отдых с семьей его однокурсника. Так что здесь
его не будет до июня. А если и к тому времени ситуация не
нормализуется... — Ава провела рукой по волосам. — Тогда я
придумаю что-нибудь еще, чтобы не дать ему раньше срока вернуться домой.
— Следовательно, ты не сообщила ему, почему с такой легкостью
отпускаешь его в эту поездку.
— Стивен для меня такой же ребенок, как для тебя Карли. И неважно,
сколько ему лет. Я не позволю ему впутаться в эту историю. Сама я нужна
Эсси, да и Карли тоже — хоть в ней и есть нечто от твоей самодостаточности.
Тебе я тоже нужна — даже если ты не хочешь это признать. Так что не пытайся
вышвырнуть меня, будто ненужную вещь, в которой больше веса, чем ценности.
— Если бы я не ценила тебя, то не просила бы сейчас уехать. Ты могла бы
взять с собой Карли и... — Фиби уронила голову на руки. — Я же
знаю, что все это без толку. Знаю, но ничего не могу поделать с собой. Если
я отошлю Карли из дома, она будет бояться и переживать — пожалуй, даже хуже,
чем сейчас. Что уж говорить о маме. Я понимаю это, Ава. Понимаю я и то, что
маму нельзя оставлять здесь одну даже на несколько дней. Так что ты нужна
мне, очень нужна. Но я люблю тебя и поэтому прошу уехать.
— Что ж, больше я на тебя не злюсь, — обняв Фиби, Ава прижалась
щекой к ее щеке. — Все мы сейчас на грани.
— Это как раз то, чего он хочет, — тихо заметила Фиби. — Кто
бы он ни был, именно этого он жаждет больше всего.
— Тем больше у нас поводов посидеть за вкусной едой. На обед сегодня —
жареный цыпленок. А еще я научила Джози готовить запеченный картофель.
— Это значит, мне придется отправиться наверх и как следует поработать
на тренажерах, чтобы не растолстеть от двух порций вашей картошки.
— Я бы посоветовала тебе ограничиться одной — чтобы хватило места для
клубничного торта.
— Боже, Ава, что я тебе сделала?
— Я всегда готовлю, чтобы успокоиться. И сегодня я приготовила
чертовски много.
Это было чудесно. Он даже представить себе не мог, насколько это будет
здорово. Он наслаждался каждым мгновением с той самой минуты, когда запихнул
этого никчемного Роя в багажник его дорогушей машины. Что уж говорить о
финальном аккорде, когда ублюдок отправился прямиком в ад! Это было куда
лучше, чем пристрелить того малолетнего бандита. В тот раз все произошло
слишком быстро и потому неинтересно.
Жаль только, он не видел лица Фиби в тот момент, когда Рой взлетел на
воздух. Вот это было бы настоящим развлечением.
Это лицо смотрело на него сейчас со стены мастерской. Вся она была увешана
фотографиями — ее фотографиями. Фиби Макнамара. Вот она возвращается домой
после трудного дня, вдоволь наигравшись с жизнями других людей. Вот болтает
со своими чокнутыми соседями. Гуляет со своей избалованной девчонкой по Ривер-
стрит. Лижется у машины с этим богатым ублюдком.
Желая отметить свой успех, он открыл еще одну бутылку пива и поднял тост в
сторону многочисленных лиц Фиби:
— Потеешь, сучка? Да, тебе придется немало попотеть, прежде чем все
будет закончено.
Наверняка она сейчас напрягает все мозги, чтобы понять, что произошло. Кто
убил бедного Роя? Кто решился на такой ужасный поступок? Ха-ха.
При мысли об этом он расхохотался так, что ему пришлось сесть.
Жаль, что она не начала трахаться с этим богатым ублюдком на пару месяцев
раньше. Возможно, проведи он более тщательное расследование, ему удалось бы
отправить на тот свет не бывшего мужа, а нового дружка.
Впрочем, может, еще не все потеряно. Не исключено, что ему удастся
разработать новый план.
В любом случае результат будет одним и тем же, — пробормотал
он. — Я начал свой отсчет, Фиби. Тик, тик, тик. С последним щелчком не
останется ничего, кроме крови и дыма
.
Как уже было однажды
, — подумал он. Словно наяву увидел он совсем
иное лицо. Увидел и заплакал.
Фиби успела поужинать и уложить дочь, когда раздался звонок. Это был
капитан. И вот теперь, после разговора с ним, она сидела за столом,
рассеянно глядя на папки с делами.
Внутри ее была странная пустота, как если бы кто-то умудрился вытащить
оттуда что-то важное.
Ей нужно было справиться с этим чувством, снова сфокусироваться на деле. Но
пустота была настолько ощутима, что грозила затянуть в себя и все остальное.
Фиби схватила телефон и позвонила Дункану, даже не пытаясь понять, зачем она
это делает. Стоило ей услышать его голос, и края этой жуткой пустоты
утратили пугающую резкость.
— Дункан, это я, Фиби...
—&
...Закладка в соц.сетях
