Жанр: Любовные романы
Ровно в полдень
...т о том, чем это все может обернуться. Поговорят о
работе, которую он предложил Аве. Поужинают пиццей; может быть, выпьют
немного вина. А затем, как взрослые и ответственные люди, обсудят дальнейшую
перспективу их отношений.
И если Рассудительной Фиби этого по-прежнему было недостаточно, она могла
катиться из машины ко всем чертям.
В тот момент, когда она свернула к дому Дункана, ей вдруг пришло в голову,
что она даже не видела толком всего здания. В первый раз она оказалась здесь
сразу после больницы. Во второй — приехала уже с наступлением темноты. И
лишь сейчас, увидев дом при свете дня, она смогла оценить его по
достоинству.
Он был потрясающим — с высокими окнами, с изящными рамами, белизна которых
приятно контра-стировала с бледно-голубым цветом крыши. Внимание Фиби
привлек аккуратный изгиб террас и веранд. Здесь же находилась небольшая
галерея с белыми колоннами. Именно там с ними едва не случилось то, что
лишило ее последних сомнений.
И эта площадка с перильцами на крыше дома. Так удобно смотреть с нее на
болота, реку и расстилающиеся вокруг сады.
Что-что, а сады тут были просто замечательными. Совершенно очевидно, что
Дункан разбирался в садоводстве — или же держал для этого целый штат
прекрасно обученных людей. На самом деле одно не отменяло другого. Для того
чтобы оценить красоту пейзажа, совсем необязательно самому копать землю и
сажать деревья, полоть и ухаживать за цветами.
Как бы то ни было, но на этом клочке земли смешались солнце и тени, зелень и
яркие краски, свежесть воды и ароматы цветов. А в центре этого великолепия
возвышался дом — величественный и уютный одновременно.
Фиби шла по дорожке, жадно впитывая в себя новые ощущения. Пожалуй, будет
здорово поужинать где-нибудь на веранде, неторопливо потягивая вино и
беседуя о всякой всячине. А теплый весенний ветерок будет доносить до них
ароматы садовых цветов.
Не успела она подойти к дому, как дверь распахнулась. Дункан молча стоял в
проеме, наблюдая за тем, как она поднимается по ступенькам.
— Такое чувство, что мне следовало бы надеть на эту встречу белое
развевающееся платье и водрузить на голову шляпу с широкими полями — совсем
как у того трансвестита с лицом Джулии Робертс, с которым я так мило
беседовала вчера днем. Вот только за ленту шляпы мне стоило бы воткнуть
букетик фиалок.
— Ты и так выглядишь потрясающе — несмотря на то что не имеешь ничего общего с трансвеститами.
— Не исключено, что она была транссексуалом. Сам понимаешь, неудобно
расспрашивать человека о таких вещах сразу после знакомства.
— Неважно. Я хотел сказать, что мне нравится твое платье.
— Спасибо. — Это было простенькое хлопковое платье, но Фиби
решила, что для такой встречи оно подходит как нельзя лучше. — Тебе
сегодня пришлось изрядно потрудиться.
— Да как сказать. — Он протянул ей руку, приглашая за собой в дом.
К дальнейшему она была не готова. Уже позднее Фиби думала о том, что
сплоховала — и как женщина, и как полицейский. Просто вдруг оказалось, что
она стоит, прижатая спиной к двери, а Дункан осыпает ее жадными горячими
поцелуями...
Первым ее движением было придержать его за плечи — подожди хотя бы минутку!
Но все же ее руки скользнули вверх и выше, пока не обвились вокруг его шеи.
Его ладони взъерошили ей волосы, нежно коснулись плеч, и вот уже она
чувствует их у себя на теле. Все это было проделано с таким искусством, что
любые
подожди
мгновенно вылетели у нее из головы.
Ни слова протеста со стороны Рассудительной Фиби...
Ей хотелось вдыхать его запах, ощущать его прикосновения. Приятное тепло
мгновенно сменилось невыносимым жаром, так что ни о каких доводах разума не
могло быть и речи — оставалось делать лишь то, чего пожелает ее тело.
Он бы еще мог остановиться — если бы она вдруг вытащила пистолет и
приставила к его виску. Краем сознания он уловил какой-то глухой стук — это
упала на пол ее сумочка.
Ее руки — такие сильные и такие ласковые — обвились вокруг его тела, губы
впились в губы. Она застонала, затем задрожала... А ее запах, такой легкий и
еле заметный, стал вдруг невероятно дурманящим.
Он потянул ее платье вверх — все выше и выше, обнажая эти чудесные ноги.
Рука коснулась отделанного кружевом кусочка ткани, скользнула под него.
И здесь уже было не тепло, а невыносимо жарко. Жарко и влажно. Ее бедра
напряглись, а из горла вырвался стон, ударивший его прямо в низ живота. Ее
пальцы страстно впились ему в плечи.
Да, да, да! Прямо сейчас! Боже! Она не знала, выкрикнула она это или просто
подумала. Ее ощущения менялись так быстро, что она была не в силах
противиться желанию. Ей казалось — промедли он еще десять секунд, и она
умрет на месте.
Но в тот миг, когда он вошел в нее, ей стало наплевать на то, что с ней
будет потом.
Теперь это уже не было просто желанием, но какой-то неистовой,
всепоглощающей жаждой. Эта жажда заполнила все полости внутри ее, о
существовании которых она просто позабыла, и воспламенила все то, что долгое
время не знало тепла. Это было, благодарение богу, настоящей атакой!
Теперь уже ничто не могло их удержать. Платье у нее было задрано до пояса, а
руки подняты над головой — ладони Дункана крепко сжимали ее запястья. Прижав
ее к двери, он двигался с неистовой силой, пока оргазм не накрыл ее с
головой.
— Спасибо, — у нее еще хватило сил пробормотать это.
— Ну что вы, не стоит благодарности. Скажу по секрету, мне тоже было
чертовски приятно.
Услышав ее смешок, Дункан чуть отклонился назад и внимательно всмотрелся ей
в лицо.
— Вообще-то у меня были другие планы на начало этой встречи.
Взглянув ему в глаза — боже, до чего же они красивые! — Фиби попыталась
сосредоточиться:
— Другие планы?
— Ну, там, пара бокалов вина на веранде или прогулка по саду. Приятная
беседа за ужином. Но потом я понял, что все это время буду думать о сексе и
это наверняка лишит меня аппетита.
От прикосновения его руки Фиби вновь задрожала, но Дункан лишь опустил подол
ее платья.
— Это во-первых, — продолжил он. — Потом я подумал, что и
тебе может хотеться того же самого, а тут я тащу тебя за стол и порчу тебе
аппетит. Согласись не очень-то гостеприимно с моей стороны.
— Иными словами, ты поимел меня напротив своей входной двери только
потому, что не хотел выглядеть грубым?
— Именно так, — ухмыльнулся Дункан. — Ты как, в порядке?
— Вроде да.
Отступив назад, он взглянул вниз и тут же увидел ее порванные трусики.
— Вот это да, — заметил Дункан, поднимая их с пола.
— И с какой стати меня угораздило надеть хорошее белье, —
рассмеялась Фиби.
— Поверь, я оценил этот жест. Хочешь, пришлю тебе взамен пару семейных
трусов?
— Спасибо, не стоит. Не возражаешь, если я загляну в ванну?
— Ну конечно. Фиби, послушай... — С отсутствующим видом он засунул
ее трусики в задний карман брюк. — Если честно, то и эту часть встречи
я собирался провести более формально.
Фиби взглянула на него с рассеянной улыбкой, которая, впрочем, мгновенно
исчезла, как только до нее дошел смысл сказанного.
— Ох, нет.
— Я совсем потерял голову, — начал Дункан. — Понимаешь...
— Да ладно, не ты один, — Фиби в растерянности потерла грудь,
почувствовав, как тревожно забилось ее сердце. — Я принимаю таблетки,
вот только...
— Вот только, — кивнул Дункан. — Могу лишь сказать, что
обычно я куда более осторожен. Если хочешь, можем сдать кровь и обменяться
результатами тестов. Могу также добавить, что это первый случай, когда моя
дверь используется столь интересным образом — в связи с чем я даже готов
увековечить ее в бронзе. Но пока я и в самом деле прошу у тебя прощения.
Готов пожертвовать целый литр крови — если только тебе так будет спокойнее.
— Давай лучше договоримся, что впредь будем осторожнее.
— Хорошо.
Фиби подняла с пола сумочку:
— Вернусь через минутку.
Оказавшись в ванной, она пристально вгляделась в свое отражение.
Раскрасневшееся лицо, всклокоченные волосы, а глаза... Так могла бы смотреть
кошка, вылизавшая только что миску сметаны. Ну и прекрасно, подумала Фиби.
Все было просто замечательно. Но впредь ей и в самом деле следует быть
осторожнее. Перед следующим свиданием она не забудет положить в сумочку пару
презервативов.
Выйдя из ванной, она обнаружила, что Дункана нет ни в фойе, ни в общей
гостиной. В поисках пропавшего любовника она стала бродить по дому, пока
наконец не нашла его по соседству с кухней. Должно быть, комната для
вечеринок, решила Фиби. В глубине возвышался большой старинный бар, на
стенах висели постеры в рамках — судя по всему, репродукции объявлений из
старых журналов. Все было четко продумано и выдержано в одном стиле.
Здесь же стоял карточный стол — настоящая антикварная вещица. А в
застекленных шкафчиках была выставлена всяческая всячина.
— Мужской клуб, — заметила Фиби.
— Что-то вроде. — Дункан вышел из-за стойки с двумя бокалами
вина. — Проголодалась?
— Скажем так, голода я больше не чувствую.
По его лицу скользнула быстрая, довольная улыбка.
— Вот и прекрасно. А то я заказал пиццу, но попросил принести ее через
час. Подумал, может, ты захочешь посидеть на веранде или прогуляться по
саду. Посмотреть на закат.
— Знаешь, это было бы здорово.
Миновав несколько комнат, они оказались на задней веранде. Отхлебнув вина,
Фиби внимательно осмотрелась.
— Вино очень приятное, — заметила она. — А остальное? Похоже
на кусочек сказочной страны.
— Да, множество потайных местечек. Я здорово увлекся, когда тут
работал.
— Тогда... — она пересекла уже знакомый ей дворик, — почему
ты не поручил работу над магазином тем, кто спроектировал для тебя это
место?
— Ты уже говорила с Авой.
— Твое предложение... Она и в ужасе, и в восторге одновременно.
— Что ж, тут все просто. Во многом эти сады спроектировал я сам.
Точнее, были у меня кое-какие задумки. Конечно, не обошлось и без
посторонней помощи. Мы тут многое переделали.
— Не знаю, что тут было сначала, но сейчас это выглядит просто
великолепно. — Она окинула взглядом раскинувшийся перед ней сад. —
Ничего лишнего, и это делает его еще красивее.
Дункан не отрываясь смотрел на Фиби.
— Еще красивее он становится оттого, что ты здесь.
— Вы очень любезны, — она сделала шутливый реверанс.
— Увы. Если бы это было так, я бы позаботился о чем-нибудь романтическом — например, о цветах.
— Не переживай, все просто замечательно. Так что насчет Авы?
— Ах да, Ава и то место. Понимаешь, у меня просто нет возможности
возиться с этим проектом столько же, сколько с моими садами. И мне не нужна
там команда специалистов. Я с самого начала хотел привлечь женщину, которая
понимала бы толк в таких домах и таких садах. Которая могла бы обустроить
это место так, чтобы прохожие останавливались и говорили:
Да, это и есть
настоящая Саванна
. Мне нравится, как она украсила ваш дворик на Джонс-
стрит.
Дункан распахнул ворота, украшенные металлическим орнаментом, и Фиби вдруг
поняла, что он имел в виду под тайными местечками. Это был настоящий
островок на острове — с тишиной и спокойствием, небольшим прудиком,
украшенным кокетливыми бутонами лилий, и изящной статуей крылатой феи.
Фиби присела на маленькую скамеечку из белого мрамора.
— Хочешь сказать, что это не просто благой поступок?
— Вообще-то я не имею ничего против благих поступков — и против
недоверчивых личностей вроде тебя. В то же время не вижу ничего плохого в
том, чтобы работать именно с теми людьми, которые идеально подходят для того
или иного проекта.
— Неужели ты никогда не ошибался в людях?
— Пару раз. Но вряд ли Ава входит в их число.
— Конечно, нет. В свое время, когда она еще не развелась, у нее был
чудесный домик в западном Чатеме. Ты даже не представляешь, какой
замечательный сад она там устроила. Она даже писала статьи в
Дома южан
...
Впрочем, тебе, кажется, об этом известно?
Опять эта ямочка в уголке его рта!
— Мне удалось кое-что выяснить.
— А ты практичнее, чем кажешься на первый взгляд. Поверь, говорю это
безо всякой иронии.
Наклонившись, он легонько коснулся ее губами.
— Не хочешь немного прогуляться? Мы могли бы спуститься к пирсу.
— С удовольствием.
Вымощенные кирпичом дорожки, изящные подпорки и шпалеры, медные вазоны
неброских зеленых цветов и нежный перезвон китайских колокольчиков, дрожащих
от дуновения ветерка...
Солнце уже садилось за горизонт, окрасив прибрежные болота в розоватый цвет.
С пирса хорошо были видны другие дома и другие сады. Возле воды Фиби
заметила мальчика, неподвижно сидевшего над удочкой.
— А как насчет тебя? Ловишь тут рыбу?
— Если честно, рыбак из меня никакой. Я люблю посидеть у реки и попить
пивка, а червяков пусть топят другие.
Обернувшись назад, она заметила, как далеко они отошли от дома.
— Я и не думала, что у тебя такое большое поместье. —
Присмотревшись к голубоватому мерцанию Фиби разглядела ровную поверхность
бассейна. — И за всем тут нужен глаз да глаз. Надо сказать, я не очень-
то представляю тебя в роли фермера или помещика. Не хочешь поделиться со
мной секретом, как ты все-таки здесь оказался?
— Да не так уж это и интересно.
— Неинтересно кому? Мне или тебе?
— Думаю, что обоим.
— Что ж, тогда мне придется задействовать собственное воображение. А уж
оно-то способно потрудиться на славу. Допустим, ты построил этот дом для
женщины — безответная любовь или что-нибудь в этом роде, — которая ушла
от тебя к другому мужчине.
— Не так уж далеко от истины.
Она посмотрела на него широко открытыми глазами.
— Прости, кажется, моя шутка не удалась. Давай-ка мы лучше вернемся в
дом, не возражаешь? Жаль, если мальчишка принесет пиццу, а нас не будет на
месте. Я бы хотела поужинать в саду или на веранде, — добавила Фиби,
следуя за Дунканом вдоль пирса. — Разумеется...
— Я построил его для своей матери.
Сказано это было без особого воодушевления, но Фиби не стала ничего переспрашивать, просто слушала.
— Как ты понимаешь, это далеко не начало истории. Матери было
семнадцать, когда она забеременела мной. Отец тоже был совсем мальчишкой. По
каким-то там причинам они — или она — решили сохранить ребенка и пожениться.
За первое я им искренне признателен, но вот что касается решения
пожениться... Знаешь, они ругались не переставая — все то время, что были
вместе. Она говорила, что он лентяй и слишком много пьет, он доказывал, что
она стерва и не умеет вести хозяйство. Обычное развлечение в доме Свифтов.
— Тебе-то было хуже всего. Ты же был еще ребенком.
— Это точно. Понимаешь, проблема в том, что так все и было на самом
деле. Он много пил и не любил работать. Она была настоящей стервой, да и с
хозяйством у нее все время не ладилось. Мне было десять лет когда он ушел.
То есть он и раньше уходил — как, впрочем, и она. Но на этот раз он не
вернулся.
— И что, ты больше его уже не видел?
— Пока не вырос — нет. Ну, ее это здорово задело. Чтобы отплатить ему,
она стала делать все, что ей захочется. По-моему, иногда она вообще забывала
про мое существование. Так вот, чтобы напомнить ей о себе, я постарался
создать как можно больше проблем. В основном дрался с другими ребятишками.
Целых пять лет я был настоящим проклятьем для наших соседей.
Фиби ничего не сказала, только осторожно провела кончиком пальца по шраму,
который пересекал его бровь.
— Да, заработал в одной из драк. Ничего серьезного.
— Я обратила на него внимание с самого начала. Шрам над бровью, ямочка
вот тут, — она прикоснулась к уголку его рта. — Настоящие
противоположности. В тебе много противоположностей, Дункан. А что случилось
на шестой год? Почему ты перестал быть проклятьем для своих соседей?
— А ты умница. Понимаешь, я встретил паренька, который оказался куда
крепче, чем я ожидал. Не могу сказать, что это он мне наподдал. Скорее уж мы
оба надавали друг другу.
— После чего наверняка стали лучшими друзьями, — подытожила
Фиби. — По-моему, так и заканчиваются подобные истории?
— Не люблю быть предсказуемым, но ты опять-таки угадала. Пока мы с
остервенением лупили друг друга и я уже начал опасаться, что не быть мне
больше грозой соседей, появился отец этого паренька. Здоровенный такой
мужик. Он-то и растащил нас в стороны. Заявил, что если уж мы хотим драться,
то должны надеть перчатки и провести бой, как настоящие мужчины. Понимаешь,
он зарабатывал на жизнь боксом. Что уж тут удивляться, что Джейк отмолотил
меня по полной программе.
— И кто же выиграл титул чемпиона?
— Никто. До перчаток дело так и не дошло: отец Джейка притащил меня к
ним домой и отчистил нас обоих над кухонной раковиной. А его жена
приготовила мне мешочек со льдом и стакан лимонада... Не надоело? Я ведь
предупреждал, что история будет долгой.
— Что ты, ничуть не надоело.
— Что ж, тогда я подолью тебе еще вина. — Забрав у нее бокал, он
отправился на кухню, а Фиби, прислонившись к перилам, стала ждать.
— Так на чем я остановился? — поинтересовался Дункан, возвращаясь
на веранду.
— Сидишь у Джейка на кухне и пьешь лимонад.
— И еще беседую с его отцом. Впервые кто-то — не считая учителей,
которые в то время мало что для меня значили, — удостоил меня
разговором. Именно тогда я понял, что если не перестану доводить окружающих,
то и впредь буду ходить с разбитой физиономией. К чему такое геройство? Мать
в любом случае не обращала на меня внимания — даже если я приходил домой
весь в крови. Вот так я и распрощался со своим титулом чемпиона.
— Тебе тогда было около пятнадцати?
— Примерно.
— Маловат для подобных прозрений. Но мне это, в общем-то, понятно.
— Полагаю, — Дункан с улыбкой взглянул ей в глаза. — Тогда же
я нашел себе работу. Подумал, может, этим я наконец угожу ей — моей матери.
В любом случае это было лучше, чем содранные кулаки.
— Мудрое решение. — Но он так и не смог угодить ей, подумала Фиби;
она услышала это в его голосе. — И что это была за работа?
— Убирал столики в ресторане. Половину выручки отдавал матери. Знаешь,
это ничего не изменило в наших отношениях, но тогда я начал думать, что так
пожалуй, и должно быть — мать-одиночка, трудный ребенок. У нее просто не
было времени на меня.
Он немного помолчал, прислушиваясь к крику козодоя.
— На самом деле это не так. Ты же сама мать-одиночка и понимаешь, что
это не так.
— Я понимаю, что так не должно быть.
— Когда мне исполнилось восемнадцать, она сказала, что мне пора жить
отдельно. Тогда я подыскал себе жилье. Шло время, и однажды я подвез того
парня с пустым бумажником. Мы познакомились, разговорились, и очень скоро я
встретился с его семьей. Отца у него не было — он умер, когда Фин был совсем
ребенком. Но это ничего не значило, потому что у его матери всегда было для
него время.
Фиби вспомнила Ма Би — большие руки, внимательные глаза.
— У нее было много детей, и для всех у нее находилось время — и для
меня тоже. Тогда-то я понял, что не все живут так, как мы.
Прислушавшись, он сделал шаг в сторону двери.
— Должно быть, это пицца. Я вернусь через минутку. Если это Тито, ему
захочется перекинуться со мной парой слов.
— Жду тебя.
На небосклоне уже показались первые звезды. Разглядывая притихший сад, Фиби
неторопливо потягивала вино. Наверняка он думал, что дом, сады, вся эта
красота позволят ему наконец привлечь к себе внимание матери. Совершенно
очевидно, что и это не сработало.
Так почему же он остался здесь? Разве ему не было больно от воспоминаний?
Дункан вернулся назад с коробкой пиццы, парой тарелок и целой стопкой
салфеток.
— Давай я займусь этим. Не хочешь рассказать мне все до конца?
— Мы уже, собственно, дошли до покупки лотерейного билета.
Пока Фиби расставляла тарелки и раскладывала салфетки, Дункан зажег
несколько свечей.
— Это была такая шумиха! Сама понимаешь, моя удача не могла остаться
незамеченной. Пару дней я пил не просыхая. Первым моим здравым поступком
стало решение пойти к Ма Би. Я купил такую маленькую медную бутылку — вроде
тех, в которых держат джиннов. А потом попросил Ма Би потереть ее и загадать
три желания. Я собирался выполнить все три.
— Удачная мысль, — заметила Фиби, присаживаясь за стол.
— Тогда я казался себе чертовски умным. Прекрасно, сказала Ма Би, у нее
действительно есть три желания. Для начала она хочет, чтобы я перестал
швыряться деньгами, как законченный идиот. Во-вторых, ей бы очень хотелось,
чтобы я ухватился за эту прекрасную возможность и добился наконец чего-
нибудь путного. Должно быть, я выглядел тогда как воздушный шар, из которого
выпустили весь воздух, потому что Ма Би расхохоталась и еще долго смеялась,
глядя на мою физиономию. Ну а если я хочу сделать ее счастливой, добавила
она, то могу купить ей пару красных туфель на каблуке, размер девять. Только
представьте, что это будет за зрелище, когда она пойдет в них в воскресенье
в церковь!
— Ты должен обожать эту женщину.
— Все так. А еще я постарался сдержать слово и выполнить все три
обещания. Проще всего было с туфлями. Не швыряться деньгами, как идиот... С
этим оказалось проблематичнее. Вокруг меня постоянно крутились какие-то
люди. Деньги уходили на всякую ерунду — просто потому, что это позволяло мне
почувствовать свою значимость. И так до тех пор, пока я вдруг не осознал,
что это и в самом деле чертовски глупо.
— Ну да. Но ты-то ведь не глупец.
— Бывало в моей жизни всякое. — Дункан разложил пиццу — сначала
Фиби, затем себе. — Эту землю я купил для матери, построил здесь дом.
Она не раз говорила, что охотно уедет из этого проклятого города. Теперь я
мог это устроить. И уж теперь-то она должна была обратить на меня внимание.
Разумеется, я и раньше давал ей деньги. Перевез ее из нашей квартирки в
чудесный маленький домик — пока этот еще не был готов. А тут еще появился
мой папаша — спустя столько-то лет. Но с этим было все просто. Я дал ему
двадцать пять тысяч, а большего он и не просил. Но прежде Фин составил для
меня что-то вроде договора. Согласно этой бумаге родитель уже не мог
предъявить ко мне каких-либо претензий. Если бы он снова стал требовать у
меня деньги, то легко мог бы угодить под суд. Возможно, другой бы на его
месте поторговался, но отец забрал свои двадцать пять тысяч и снова отбыл в
неизвестном мне направлении.
— Все это наверняка ранило тебя.
— Могло бы, — немного помолчав, сказал Дункан. — Но не
ранило. — Он отхлебнул еще вина. — Когда дом был почти готов, я
привез сюда мать — чтобы она посмотрела, как все это будет. Я сказал, что
все это для нее, что я обставлю этот дом, как она сама того пожелает. И ей
уже никогда не придется работать. Она прошлась по комнатам, а потом
спросила, какого черта я решил, что она будет здесь жить — в этой пустой,
как амбар, громадине? Я сказал, что она просто не представляет, как здесь
будет здорово. Что я найму повара, экономку — сделаю все, чего она только
захочет. Тогда она повернулась и взглянула на меня.
Дом в Вегасе и
пятьдесят тысяч наличными — вот все, чего я хочу
. Я не уступил. Я еще
надеялся, что она передумает. Когда дом был окончательно готов, я снова
привез ее сюда. Здесь уже были сады, и я полностью обставил несколько комнат
— чтобы она воочию убедилась в том, какое это замечательное место.
Фиби с нежностью коснулась его руки:
— Но это было совсем не то, чего она хотела.
&
...Закладка в соц.сетях
