Жанр: Любовные романы
Женщины могут все
...работаю не из-за денег, а для
собственного удовольствия.
- Так могла бы сказать принцесса. - Довольная собой, Крис пригубила вино.
Сегодня у нее была одна цель: как можно
сильнее уязвить Софию. - Разве не так называл тебя Тони? "Моя принцесс").
- Да. - София ожидала нового приступа горя, но ощутила лишь легкую скорбь. -
Он никогда не понимал меня. Как,
видимо, и ты.
- О, я тебя понимаю. И твою семью тоже. У вас трудности. После смерти Тони и
прихода к власти тебя и этого
деревенского мужика компания дышит на ладан. Теперь вы щеголяете в вечерних
платьях и доставшихся по наследству
драгоценностях, пытаясь поддержать пошатнувшийся бизнес и прикрыть собственные
ошибки. Но на самом деле вы ничем
не отличаетесь от уличного попрошайки. Только тот действует честнее.
София осторожно отставила бокал и шагнула вперед. Не успела она открыть рот,
как к ним подошел Джерри и взял Крис
за руку.
- Крис... - В его тоне слышалось предупреждение. - Это недостойно. София, я
прошу прощения.
- Нечего за меня извиняться! - Крис пригладила волосы. - Я сейчас не на
службе, а сама по себе.
- Мне не нужны извинения. Ни от кого из вас. Ты гостья в моем доме, и, пока
ты будешь вести себя соответствующим
образом, с тобой будут обращаться как с гостьей. Но если ты посмеешь оскорбить
меня или кого-нибудь из моих родных, я
прикажу тебя вышвырнуть. Так же, как вышвырнула тебя из своего отдела. И не
льсти себя надеждой, что я побоюсь
устроить сцену.
Крис вытянула губы и послала ей воздушный поцелуй.
- Ты не боишься снимков, которые появятся в прессе?
- Давай попробуем, - бросила София. - И посмотрим, кто из нас завтра будет
выглядеть лучше. Крис, ты вылетишь
отсюда в три шеи, и новый босс не шевельнет пальцем, чтобы помочь тебе. Правда,
Джерри?
- София! Чудесно выглядишь. - Элен обняла Софию за плечи и слегка стиснула. -
Прошу прощения, - лучезарно
улыбнулась она, отводя Софию в сторону. - Дорогая, не надо так воинственно
сверкать глазами. Ты пугаешь гостей.
- Я бы с наслаждением изжарила их всех. А первым делом Крис и Джерри.
- Не стоит, дорогая.
- Знаю. Знаю... Я плюнула бы на нее, если бы до того меня не разозлила Энн
Эллиот.
- Давай-ка пройдемся в дамскую комнату и попудрим носики. Там ты придешь в
себя. Не забудь, ты сама устроила это
потрясающее шоу. И произвела впечатление.
- Овчинка выделки не стоит.
- Софи, ты дрожишь.
- От злости. Просто от злости. - София продолжала цепляться за эту мысль,
пока они не спустились на этаж ниже. - И
от страха, - призналась она, оказавшись с Элен в дамской комнате. - Тетя Элен, я
угрохала на это мероприятие кучу денег.
И, кажется, учитывая ситуацию, хватила через край. Переубедить Эллиотов не
удалось. А потом на меня спикировала Крис.
Как ворон, почуявший запах крови.
- Крис - всего лишь одна из множества пассий Тони. Она не стоит того, чтобы
тратить на нее время и силы.
- Она знает образ моих мыслей. - Комната была слишком тесна, чтобы
расхаживать по ней. Оставалось стоять на месте
и задыхаться от злости. - Знает методы моей работы. Я должна была найти способ
удержать ее в компании и справиться с
ней.
- Перестань осуждать себя. То, что она безумно завидует тебе, видно
невооруженным глазом. Знаю, ситуация сейчас
трудная, но сегодня я поговорила со многими людьми, которые являются вашими
сторонниками. Все они искренне
возмущены происходящим.
- Да, и кое-кто из них даже готов рискнуть деньгами, чтобы доказать свои
чувства. Но другие на это не пойдут. И таких
намного больше. Официанты доложили мне, что некоторые гости либо не
притрагивались к вину, либо сначала следили за
теми, кто выпил, желая убедиться, что они не умерли. Это ужасно. Какой удар для
Nonna! Увы, я начала понимать это только
теперь.
- Софи, если компании сто лет, в ее истории всегда бывают кризисы. Нынешний -
всего лишь один из многих.
- Но такого не было никогда. Тетя Элен, мы теряем заказчиков. Вы это знаете.
В бульварной прессе уже появились
шуточки: "Если у вас возникли сложности с женой, не обращайтесь к адвокату.
Лучше угостите ее вином от Джамбелли".
- Милая; я адвокат. Такие шутки мы слышим уже несколько веков. - И все же
Элен погладила ее по волосам. До сих
пор она не понимала, как сильно и глубоко страдает эта девочка. - Ты принимаешь
случившееся слишком близко к сердцу.
- Моя работа заключается в том, чтобы создать образ не только представителя
нового поколения, но и служащего
компании. Если я не смогу с этим справиться, то... Я знаю, что сегодня положила
в корзину кучу яиц, и мне бы не хотелось,
чтобы все они разбились.
- Кое-что разобьется, - утешила ее Элен, - но далеко не все.
- И все же я не слишком преуспела. Почему люди не хотят понять, что мы
являемся жертвами? На нас напали. И
продолжают нападать. Оказывают на нас давление - финансовое, эмоциональное и
юридическое. Полиция... О господи,
распространилась сплетня, что Маргарет и мой отец состояли в заговоре, и мама об
этом знает.
- Ее распространяет Рене. Она несет вздор.
- Да, но я не знаю, что мы будем делать, если полиция примет этот вздор
всерьез и начнет допрашивать ее в качестве
подозреваемой.
- Этого не случится.
- Ох, тетя Элен, все возможно. После ток-шоу Рене задело возьмется бульварная
пресса, начнет раздувать пламя, а
поскольку на след преступников напасть так и не удалось, главной подозреваемой
станет мама. И я вместе с ней.
Элен и сама думала об этом. Причем с большой неохотой. Но когда София назвала
вещи своими именами, у нее на душе
заскребли кошки.
- Послушай меня. Никто не собирается в чем-то обвинять ни тебя, ни твою мать.
Полиция может допросить вас, но
только для успокоения собственной совести. Если они потребуют от вас чего-то
большего, им придется иметь дело с
Джеймсом, со мной и даже с Линком.
Она порывисто обняла Софию.
- Не беспокойся об этом.
Потом она погладила Софию по спине и посмотрела на свое отражение в зеркале.
На смену бодрой улыбке пришла
озабоченность. Слава богу, предварительный деловой разговор с Терезой помешал ей
усилить страхи девочки.
Не далее как сегодня утром суд потребовал представить ему все финансовые
документы компании.
София заново накрасила губы, попудрила нос и расправила плечи. Никто не
должен был видеть ни ее страха, ни ее
отчаяния. Когда она присоединилась к гостям, ее смех был искренним и
непринужденным, а улыбка - ослепительной.
Она флиртовала, танцевала и продолжала кампанию. Настроение Софии изрядно
поднялось, когда она с помощью своих
чар сумела убедить одного из главных заказчиков снять запрет с вин Джамбелли.
Довольная собой, она взяла небольшой тайм-аут, чтобы поболтать с Линком.
- Ты все еще не бросила этого неудачника? - спросила она у Андреа.
- Как только я пытаюсь сделать это, он начинает плакать.
- Неправда. Я только делаю унылое лицо... Я тебя искал, - сказал он Софии. -
Мы уезжаем.
- Так рано?
- Я не любитель струнных квартетов. И приехал сюда только потому, что мама
посулила испечь мне торт. Но я хотел
увидеться с тобой до отъезда и спросить, как дела.
- Нормально.
Он щелкнул ее по носу.
- Врешь. В присутствии свидетелей.
- Вообще-то паршиво, - призналась она. - Nonna тяжело пережила весть о том,
что случилось с Signore Баптистой. Он
много значил для нее. Ведется сразу несколько следствий, и нас донимает полиция.
Честно говоря, несколько минут назад я
плакалась в жилетку твоей матери.
- Она к этому привыкла. Можешь звонить и плакаться мне в жилетку в любое
время дня и ночи.
- Я знаю. - Она поцеловала Линка в щеку. - На самом деле ты совсем не такой
плохой. И вкус у тебя есть. Во всяком
случае, на врачей. Давай беги. - София шагнула в сторону. - Приезжайте еще, -
добавила она, обернувшись к Андреа, и
пошла по второму кругу.
- Вот ты где. - Тайлер взял ее за руку и отвел в сторону. - Я больше не могу
здесь находиться. Дезертирую.
- Крепись. - София обвела взглядом толпу. Та поредела, но не слишком сильно.
Это был добрый знак. - Продержись
еще часок, и я компенсирую тебе потерянное время.
- Мое время стоит дорого.
- Буду иметь в виду. Пойди очаруй Беттину Ренальди. Она стара, влиятельна и
очень неравнодушна к суровым парням с
тугой задницей.
- Ты собираешься торговать мной?
- Просто пригласи ее на танец и скажи, что мы очень дорожим ее дружбой.
- Если она ущипнет меня за задницу, расплачиваться придется тебе.
- Угу. Жду не дождусь.
Продолжив обход, она заметила, что между Доном и Джи-ной вот-вот вспыхнет
ссора, и решительно направилась к ним.
- Только не здесь! - Она встала между ними и жестом, который мог сойти за
дружеский, взяла их за руки. - Не стоит
давать пищу слухам. Их и без того хватает.
- Не тебе учить меня правилам поведения! - Джина попыталась вырвать руку, но
София держала крепко. - Твой отец
был жиголо, а семья вообще не знает, что такое честь!
- Потише, Джина, потише. Эта семья содержит тебя. Давайте выйдем отсюда.
- Иди к черту! - Она толкнула Софию на Дона. - И ты, и все вы! - Джина
повысила голос, заставив оглянуться
нескольких любопытных. Но София отпустила ее только у двери салона.
- Если ты устроишь сцену, - предупредила она, - это будет стоить тебе не
меньше, чем всем нам. Твои дети -
Джамбелли. Запомни это.
У Джины дрожали губы, но тон она снизила.
- И ты тоже. Вы оба запомните. Все, что я делаю, делается для них.
- Дон, черт побери! Иди за ней и успокой.
- Не могу. Она не станет слушать. - Донато спрятался за дверь, вынул носовой
платок и вытер вспотевший лоб. - Она
снова беременна.
- Ох... - София, чувствовавшая досаду и облегчение одновременно, погладила
его по руке. - Поздравляю.
- Я не хотел еще одного ребенка. Она знала. Мы ссорились из-за этого. А
сегодня она объявила мне радостную новость,
когда мы одевались, дети вопили, как резаные, и у меня раскалывалась голова. Она
ждала, что я обрадуюсь, а когда этого не
случилось, накинулась на меня.
Он сунул платок в карман.
- Мне жаль. Честное слово. Очень жаль, но впечатление от этого вечера имеет
для нас большое значение. Счастлив ты
или нет, это твое дело. Ты обязан держать себя в руках. Джина беременна, и нервы
у нее на взводе. Кроме того, она
забеременела не от святого духа. Иди к ней.
- Не могу, - повторил Дон. - Она не станет со мной разговаривать. Я был
расстроен. Весь вечер она дулась и
напоминала мне, что дети - божье благословение. Мне захотелось побыть без нее
хотя бы пять минут. Я улизнул, чтобы
позвонить... У меня есть другая женщина.
- Замечательно! - Других слов у Софии не было. - Просто замечательно!
- Я не знал, что Джина шла за мной. Не знал, что она подслушивала. Она ждала
моего возвращения, чтобы накинуться
на меня, обвинить и разорвать в клочья... Нет, она не станет со мной
разговаривать.
- Что ж, лучшего момента вы оба найти не могли.
- Я знаю свои обязанности и выполню их. Только, пожалуйста, не рассказывай об
этом Zia Терезе.
- Думаешь, я тут же побегу к Nonna ябедничать?
- Софи, я имел в виду совсем другое. - Гневное требование Софии не давать
пищу сплетням заставило его вздохнуть с
облегчением. - Я все улажу. Честное слово. Только сходи за Джиной, убеди ее
вести себя прилично и немного потерпеть.
Не делать резких движений. Следствие выпило из меня все соки. Нервы ни к
черту...
- Дело не в тебе, Донато. - Она развела руками. - Ты всего-навсего еще один
потаскун. Дело в Джамбелли. Поэтому я
постараюсь успокоить Джину. Тем более что в данном случае я ей сочувствую. Ты
все уладишь. Порвешь с этой женщиной и
восстановишь мир в семье.
- Я люблю ее. Софи, ты знаешь, что такое любовь.
- Я знаю, что у тебя трое детей и четвертый на подходе. Донато, ты в ответе
за свою семью. Либо ты будешь мужчиной,
либо дорого заплатишь за свои похождения. Я позабочусь об этом. Capisce?
- Ты сказала, что не пойдешь к La Signora. Я тебе поверил.
- La Signora - не единственная женщина Джамбелли, которая знает, как
обращаться с лжецами и мошенниками. И
трусами. Cacasotto ?
Он побледнел.
- Не слишком ли круто?
- Не слишком. Попробуй - узнаешь. А теперь будь умницей. Возвращайся в салон
и улыбайся. Объяви тете, что скоро
на свет появится еще один Джамбелли. И держись от меня подальше, пока я не приду
в себя.
София ушла, дрожа от гнева. Круто, думала она. Может быть. Наверно, часть
этого гнева была направлена на Тони. Еще
одного лжеца и мошенника. Еще одного отца, пренебрегающего собственным долгом.
"Для некоторых брак ничего не значит, - думала она. - Что-то вроде игры,
правила которой можно нарушать ради
собственного удовольствия". Она быстро шла через семейное крыло, но нигде не
видела и следа Джины.
Идиотка, думала София, не зная, кто в данный момент ей противен больше, Джина
или Донато.
Она негромко окликнула невестку, а затем заглянула в комнату, где находились
дети и молодая женщина, специально
нанятая, чтобы уложить их спать.
Подумав, что разгневанная Джина могла убежать из дома, она вышла на галерею.
В ночи плыли звуки музыки.
Ей и самой хотелось уплыть, бросить все и пустить на самотек. Разъяренные
жены, беспризорные мужья. Копы, адвокаты
и безликие враги. Она устала от этого, безмерно устала.
Ей хотелось быть с Таем. Танцевать, положив голову ему на плечо, и хотя бы на
несколько часов забыть свои заботы.
Однако она приказала себе вернуться и закончить дело.
За спиной послышался слабый шорох.
- Джина? - спросила София и попыталась обернуться.
Сильный толчок заставил ее потерять равновесие. Каблуки заскользили по полу.
Мимо мелькнуло какое-то пятно. Падая,
она ударилась головой о каменные перила. Последним, что видела София, была
вспышка яркого света.
ГЛАВА 20
Тайлер решил завершить вечер танцем с Терезой. На La Signora было платье,
вышитое бисером. Она казалась маленькой,
но удивительно крепкой.
- Как тебе удается не уставать? - спросил он.
- Я устану, когда уйдет последний гость.
Глядя поверх ее головы, он обвел взглядом салон. Остались слишком многие, а
ведь уже было за полночь.
- Пора дать им пинка под зад.
- Безупречная вежливость. Именно за это я тебя и люблю. - Когда Тайлер
улыбнулся, Тереза внимательно посмотрела
ему в лицо. - Все это не имеет для тебя никакого значения.
- Конечно, имеет. Виноградники...
- Тайлер, я не про виноградники. - Она обвела рукой ярко освещенную комнату и
открытые двери галереи, откуда
доносилась музыка. - Все это. Красивая одежда, пустая болтовня, мишура...
- С души воротит.
- Но ты пришел. Ради деда.
- Ради деда и ради тебя, La Signora. Ради... семьи. Если бы это не имело
значения, я ушел бы отсюда куда глаза глядят.
Еще в прошлом году, когда ты перекроила всю мою жизнь.
- Ты так и не простил мне этого, - хмыкнула она.
- Не совсем. - При этом Тайлер необычным для себя галантным жестом взял ее
руку и поцеловал.
- Если бы ты ушел, я бы нашла способ тебя вернуть. Заставила бы тебя пожалеть
о сделанном и вернула бы. Ты нужен
здесь... Я должна тебе кое-что рассказать. Дед на это не решится.
- Он заболел? - Тайлер оступился, поднял голову и начал разыскивать взглядом
Эли.
- Смотри на меня. На меня, - негромко, но настойчиво сказала она. - Я
предпочла бы, чтобы он не знал о нашем
разговоре.
- Его смотрел врач? Что у него болит?
- Душа. Ему звонил твой отец.
- Что ему нужно? Деньги?
- Нет, он знает, что больше ничего не получит. - Тереза предпочла бы
промолчать. Она ненавидела перекладывать свое
бремя на других. Но после долгих раздумий решила, что мальчик имеет право знать
правду. Право защищать свою
собственность даже от ближайших родственников. - Он возмущается. Последние
события мешают ему вести светскую
жизнь и причиняют, как он выражается, "серьезные неудобства". Видимо, полиция в
ходе следствия наводила о нем справки.
Он винит в этом Эли.
- Он больше не позвонит. Я позабочусь об этом.
- Знаю. Ты хороший мальчик, Тайлер.
Он снова посмотрел на Терезу сверху вниз и невольно улыбнулся.
- Серьезно?
- Да, вполне. Я бы не стала возлагать это бремя на тебя, но у Эли слишком
мягкое сердце. Это причинило ему боль.
- А я... у меня сердце не мягкое.
- Достаточно мягкое. - Она подняла руку, лежавшую на плече Тая, и погладила
его по щеке. - Я завишу от тебя. -
Когда на его лице отразилось изумление, Тереза продолжила: - Это удивляет тебя
или пугает?
- Наверно, и то и другое.
- Привыкай. - Это негромко сказанное слово было равносильно приказу. Тереза
сделала шаг назад. - Можешь быть
свободен. Найди Софию и уведи с собой.
- Ее не так легко увести.
- Думаю, ты справишься. Хотя это мало кому под силу. Что-то ее давно не
видно. Найди ее и на несколько часов заставь
забыть о работе.
Похоже на благословение, подумал Тайлер. Он не был уверен, что рад этому. И
не знал, что с ним делать. Спустя
несколько секунд он прогнал от себя неприятную мысль и пошел выполнять приказ
Терезы. Найти Софию и удрать.
Ее не было ни в салоне, ни на галерее. Расспрашивать людей не хотелось: его
приняли бы за идиота, разыскивающего
свою неверную даму. Впрочем, это было бы очень близко к истине.
Он быстро прошел через семейное крыло и заглянул в приемную, где еще сидел
кое-кто из гостей. Он обнаружил там
Муров. Джеймс дымил сигарой и рассказывал об одном знаменитом старом процессе.
Элен слушала его, прихлебывая чай.
Тайлеру казалось, что Линк и его девушка уехали еще час назад, но это оказалось
не так. Молодые люди сидели на диване и
смотрели друг на друга, как зачарованные.
- Тай, иди сюда. Хочешь сигару?
- Нет, спасибо. Я просто... La Signora просила меня найти Софию.
- Я давно ее не видел... Бог мой, как поздно! - Линк встал и потянул за собой
Андреа. - Нам давно пора уезжать.
- Тай, наверно, она спустилась вниз, - предположила Элен. - Решила немного
остыть и передохнуть.
- Да, пожалуй. Сейчас проверю.
Он начал спускаться, но увидел на лестнице Пилар.
- Твоя мать ищет Софию.
- Разве она не наверху? - Пилар рассеянно провела рукой по волосам. Ей
хотелось только одного: десять минут
подышать свежим воздухом и выпить стакан воды. - Я не видела ее. Во всяком
случае, последние полчаса. Хотела
поговорить с Джиной, но она заперлась у себя в спальне. Видимо, поссорилась с
Доном. Устроила истерику, била посуду и,
конечно, разбудила детей. Они ревут.
- Спасибо за предупреждение. Я туда ни ногой.
- Может быть, София у себя? Я сама по горло сыта Джиной и понимаю, что Софии
захотелось сбежать. Наверно, решила
передохнуть. Дэвид в салоне?
- Не видел, - на ходу бросил Тайлер. - Может, куда-то вышел.
Он пошел к спальне Софии. Если она там, нужно будет запереться, выполнить
приказ и заставить ее забыть о работе. Он
весь вечер гадал, что у нее под красным платьем.
Тай слегка постучал, а потом открыл дверь. В комнате было темно и холодно. Он
покачал головой и пошел закрывать
балконную дверь.
- Софи, ты застудишь свою прелестную попку, - пробормотал он и вдруг услышал
слабый стон.
Сбитый с толку, Тай шагнул вперед и увидел ее в слабом свете, пробивавшемся
из салона. Она лежала на полу галереи,
опершись на локоть, и пыталась встать. Тайлер быстро опустился на колени.
- Спокойно, малышка. Ты что, упала?
- Не знаю... Я... Тай?
- Да. О господи, ты совсем окоченела. Пойдем. Я отведу тебя в комнату.
- Я в порядке. Просто плохо соображаю. Дай мне прийти в себя.
- Идем в комнату. Ты ударилась, Софи. У тебя кровь идет.
- Я... - София прикоснулась ко лбу и недоуменно посмотрела на свои пальцы. -
Кровь... - пробормотала она и снова
закрыла глаза.
- Нет, только не это, очнись! - Тайлер взял ее на руки. - Приди в себя. - Он
поднял Софию, посмотрел ей в лицо и
почувствовал, как у него сжалось сердце. Она была белой, как полотно, глаза
остекленели, ссадина на лбу сильно
кровоточила. - Вот к чему приводят ваши дурацкие каблуки. Не знаю, как женщины
умудряются ходить на них и не ломать
ноги...
Продолжая говорить, чтобы успокоить ее и себя, Тайлер положил Софию на
кровать, укрыл ее одеялом и повернулся,
чтобы закрыть балконную дверь.
- Сначала согрейся, а потом посмотрим, что с тобой.
- Тай... - Она схватила его за руку. Голова болела, но работала. - Я не
упала. Кто-то толкнул меня.
- Толкнул? Сейчас я зажгу свет и проверю, где у тебя болит. Она отвернулась
от яркого света.
- Кажется, у меня болит всюду.
- Успокойся. Лежи смирно. - Несмотря на растущий гнев, его руки оставались
нежными. Рана на голове казалась
ужасной. Ссадина была покрыта песком и воспалялась на глазах. Еще одна ссадина
красовалась у нее на руке чуть пониже
плеча.
- Я хочу снять с тебя платье.
- Извини, красавчик. У меня болит голова.
Оценив ее попытку пошутить, Тай начал искать "молнию", пуговицы или крючки.
Хоть что-нибудь.
- Слушай, как расстегивается эта штуковина?
- Под левой рукой. - У нее начинало болеть все тело. - Маленькая "молния". А
потом оно снимается, как луковая
шелуха.
- Я ломал себе голову, что под ним, - пробормотал Тай и приступил к делу. Он
не знал, как назывался предмет,
который охватывал ее талию и заканчивался у бедер. Этот предмет произвел на него
сильное впечатление. Чулки, туго
обтягивавшие ее ляжки, прикреплялись к этому предмету резинками в форме розочек.
Он по достоинству оценил хитрую
механику нижнего белья и с облегчением убедился, что эти вещи не могут нанести
сильного вреда женщине.
На правой колене тоже была ссадина; от тонкого шелкового чулка осталось одно
воспоминание.
Кто-то дорого заплатит за это, поклялся себе Тай. Но с местью можно было
подождать.
- Ну что ж, кажется, все не так уж плохо, - небрежно сказал он, помогая Софии
сесть, чтобы она могла осмотреть себя.
- Похоже, ты упала на правый бок. У тебя небольшой синяк на бедре, ссадина на
колене и плече. Сильнее всего пострадала
голова. Похоже, тебе здорово повезло.
- Спасибо за комплимент. Я и так знаю, что голова у меня оловянная... Тай, я
не упала. Меня толкнули.
- Знаю. Мы займемся этим, когда я промою твою рану. Когда Тай поднялся, она
откинулась навзничь.
- Раз уж ты здесь, дай мне пузырек с аспирином.
- Не думаю, что тебе нужно что-то принимать до поездки в больницу.
- Я не поеду в больницу из-за пары шишек и синяков. - Она услышала, как в
смежной ванной заструилась вода. - А
если ты будешь меня заставлять, я стану плакать, вести себя так, как положено
женщине, и тебе не поздоровится. Поверь
мне, я ужасно хочу, чтобы кому-то не поздоровилось, так что ты сильно
рискуешь... Не бери хорошие полотенца. В бельевом
шкафу есть попроще. Там же лежат антисептик и аспирин.
- Помолчи, Софи.
Она натянула одеяло до подбородка.
- Здесь холодно.
Он вернулся, принес ей вазу муранского стекла, лучшее банное полотенце, уже
смоченное водой, и стакан воды.
- Что ты сделал с сухими духами, которые лежали в вазе?
- Не волнуйся. Слушай, давай вызовем врача.
- Аспирин. Умоляю.
Тай вынул из кармана пузырек и вытряхнул из него две таблетки.
- Не жадничай. Мне нужно четыре.
Он сунул ей еще две таблетки и начал промывать ссадину, стараясь дышать ровно
и унять дрожь в руках.
- Кто тебя толкнул?
- Не знаю. Я спустилась вниз в поисках Джины. Они с Доном поссорились.
- Угу. Уже слышал.
- Я не смогла ее найти и зашла сюда. Захотела минутку передохнуть и вышла на
галерею. Потом услышала позади
какой-то звук, хотела обернуться. И в этот момент меня кто-то толкнул. Я
поскользнулась, не смогла удержать равновесие. А
затем полетели искры из глаз... Лицо сильно пострадало?
- Ничего с твоим лицом не случилось. А вот на лбу у тебя будет здоровенная
шишка - вот здесь, справа, у линии волос.
Ссадина неглубокая, но довольно обширная... Ты имеешь представление, кто тебя
толкнул? Мужчина? Женщина?
- Нет. Все произошло очень быстро. К тому же в темноте. Думаю, это могли быть
Джина или Дон. У обоих были
причины злиться на меня. Вот что бывает, когда становишься между ссорящимися
супругами.
- Если это кто-нибудь из них, я отделаю его сильнее, чем он отделал тебя. Дай
только закончить.
От этих слов у Софии сжалось сердце, и она почувствовала себя последней
дурой. Понадобилось время, чтобы она
пришла в себя.
- Мой герой... Но я не знаю наверняка. В комнату с таким же успехом мог
забраться кто-нибудь другой и толкнуть меня,
чтобы я не могла его схватить.
- Сейчас мы осмотримся и проверим, не пропало ли что-нибудь... А теперь
потерпи.
- Что?
- Потерпи, - повторил Тай, вынул из другого кармана пузырек с перекисью
водорода и залил рану следя за ее
исказившимся от боли лицом.
- Festa di cazzof Coglioni! Mostro!
- Минуту назад я был героем. - Он сжалился над Софией и подул на ссадину. -
Сейчас пройдет. Давай займемся
делом.
- Va via.
- Ты не могла бы ругать меня по-английски?
- Я сказала "уйди". Не прикасайся ко мне.
- Потерпи, детка. Будь умницей. Потом я дам тебе конфетку. - Он откинул
одеяло и не моргнув глазом обработал
другие ссадины. - А теперь смажем. - Он вынул тюбик с антисептической мазью. - И
забинтуем. Как у тебя со зрением?
София шумно выдохнула. Она едва сдерживалась, чтобы не оттолкнуть Тая, но он
продолжал делать свое дело. Это было
невыносимо.
- Я прекрасно тебя вижу, садист. Это доставляет тебе удовольствие.
- В этом действительно есть своя прелесть... Назови клички первых пяти
президентов Соединенных Штатов.
- Чихун, Дурман, Нытик, Размазня и Кудрявый.
О боже... Ничего удивительного, что он влюбился в нее.
- Почти верно. Похоже, сотрясения мозга у тебя нет. Молодец, малышка. - Он
нежно поцеловал ее в надутые губы. -
Вот и все.
- А где моя конфетка?
- Получишь, можешь не сомневаться. - Тай наклонился и обнял ее. - Ты напугала
меня, - прошептал он,
прижавшись щекой к ее щеке. - Чертовски напугала меня, Софи.
Ее сердце подпрыгнуло, как прежде.
- Теперь все в порядке. Ты не такой уж ублюдок.
- Еще больно?
- Нет.
- Как по-итальянски "врушка"?
- Неважно. Когда ты обнимаешь меня, мне легче. Спасибо.
- Не за что. Где ты держишь свои побрякушки?
- Украшения? Бижутерия в шкатулке, а настоящие драгоценности в моем сейфе.
Думаешь, я спугнула вора?
- Это легко проверить. - Он протянул руку и включил люстру.
Они увидели ее однов
...Закладка в соц.сетях
