Жанр: Любовные романы
Ева Даллас 16. Посмертный портрет
... изменится?
- Кое-что изменится. Я хорошо знаю брата убитой. И ты, кстати, тоже. - Она мрачно
взглянула на него. - Ты хотел сделать то, что можешь? Ловлю тебя на слове. Пибоди
присоединится к Фини, поговорит с работниками центра, опросит соседей. А ты поедешь со
мной к ближайшему родственнику.
- Кто это?
"Крэк старался держаться неподалеку от сестренки, - думала Ева. - Не в том же доме и
даже не в том же квартале, но неподалеку. И не подпускал девочку к своему бизнесу. Хотел
дать ей простор, позволить расправить крылья, но помешать залететь слишком далеко. И не
позволить подонкам, часто посещавшим клуб, прикоснуться к ней".
В его доме была хорошая охранная система. Крэк очень серьезно относился к таким
вещам. Значок позволил ей преодолеть барьер и подняться на пятый этаж. Там она тяжело
вздохнула и нажала на кнопку звонка.
Прошло несколько минут, пока на сканере не замигала лампочка. Ева поняла, что
хозяин проверяет, кто стоит у его дверей. Наконец загорелся зеленый свет, и он открыл.
- Эй, белянка, зачем ты будишь меня после трудов праведных?
Перед ней стоял огромный негр, совершенно голый, если не считать татуировок и
пурпурной набедренной повязки.
- Крэк, мне нужно поговорить с тобой. Мы можем войти?
Он захлопал глазами, но все же улыбнулся.
- Что-нибудь случилось в "Ди-энд-Ди"? По-моему, там все было, как обычно...
- Дело не в клубе.
"Даун-энд-Дерти" - ночной клуб с музыкой, стриптизом и убойными дозами
спиртного, приютившийся в недрах нижнего города, - был любимым детищем Крэка. Там
состоялся ее девичник перед свадьбой.
- Дерьмо... В это время дня я смогу разговаривать с копом-худышкой только после
бочонка кофе. Рорк, неужели тебе нечем занять жену по утрам? Никакого покоя старику
Крэку...
Ева вошла в квартиру и ничуть не удивилась, увидев, что она обставлена с большим
вкусом. Простор, чистота, африканские маски на стенах, яркие краски и роскошные ткани.
Декоратор поработал здесь на славу. Широкие окна были задернуты длинными плотными
шторами, говорившими о том, что хозяин предпочитает ночь. Проникавший сквозь них
утренний свет окрашивался в алые и сапфировые тона.
- Догадываюсь, что ты тоже хочешь кофе... - начал Крэк, но Ева положила ладонь на
его руку, не дав шагнуть в сторону кухни:
- Не сейчас. Давай сядем. Сядь, пожалуйста.
В его голосе впервые прозвучала нотка досады:
- Ты вытаскиваешь меня из постели еще до полудня, а я не могу выпить кофе?
- Плохие новости, Крэк. Давай присядем.
- Неужели какой-то сукин сын устроил погром в "Ди-энд-Ди"? Я же сам запер клуб два
часа назад! Какого черта?..
- Я же сказала: речь не о клубе. Дело в твоей сестре. В Алисии.
- В Алисии? Брось. - Крэк насмешливо фыркнул и махнул ручищами, похожими на
весла, но Ева заметила искорку страха в его глазах. - Эта девочка не может попасть в беду.
Она сделана из чистого золота. Даллас, ты с кем-то спутала мою малышку. Не морочь голову
старине Крэку.
"Другого способа нет, - думала Ева. - Другого способа нет".
- Мне очень жаль, но я должна сказать, что твоя сестра мертва. Ее убили сегодня. Рано
утром.
- Чушь собачья! - крикнул Крэк и схватил ее за плечи с такой силой, что ей пришлось
встать на цыпочки. Рорк шагнул вперед, но Ева покачала головой, и он застыл на месте. -
Черт побери, это ложь! Она в медицинской школе. Ты же знаешь, она собирается стать
врачом. Сейчас она на занятиях. Ты что, с ума сошла? Пришла сюда и рассказываешь сказки
о моей девочке!..
- Я дорого дала бы за то, чтобы это оказалось ложью, - тихо сказала Ева. - Уилсон, мне
очень жаль. - Она впервые назвала Крэка его настоящим именем. - Я оплакиваю твою
потерю и очень жалею, что вынуждена сообщить тебе эту скорбную весть. Алисии больше
нет.
- Я сейчас позвоню ей! Прямо сейчас. Вызову ее с занятий, и ты убедишься, что это
ложь. Ты ошиблась. Ты ошиблась, понимаешь?
Ева не стала ему мешать. Она стояла и ждала, борясь с желанием потереть синяки на
предплечьях, оставленные его пальцами. Крэк что-то рявкнул в телефон. Музыкальный
женский голос весело ответил ему, что абонент недоступен, и предложил оставить
сообщение.
- Просто она занята. Вот и все. - Его голос, всегда такой уверенный, дрогнул. - Сейчас
мы поедем в университет, вызовем ее, и тогда ты увидишь...
- Я сама проверила ее личность, - сказала ему Ева. - Проверила, когда увидела твое
имя. Одевайся, и я отвезу тебя к ней.
- Это не она! Не моя девочка!
Рорк шагнул вперед:
- Я помогу тебе. Спальня там? - Он взял Крэка за руку и повел его, как маленького.
Когда дверь спальни закрылась, Ева тяжело вздохнула. Потом вздохнула еще раз и
позвонила в морг:
- Это Даллас. Я везу ближайшего родственника Алисии Дилберт. Подготовьте ее как
можно тщательнее. Накройте простыней. Позаботьтесь, чтобы в смотровой в этот момент
никого не было. Ни сотрудников морга, ни посетителей.
Ева дала отбой. "Все, что могу, - подумала она. - Но это такая мелочь..."
По дороге в морг Крэк молчал. Сел на заднее сиденье, сложил руки на груди и надел
темные очки, скрывавшие всю верхнюю половину лица. Но Ева ощущала исходившие от
него волны ледяного страха и пламенной надежды.
Крэк отворачивался от нее и в машине, и когда шел по прохладным белым коридорам
морга. "Это моя вина, - думала Ева. - Именно я заставила его испытать этот ужас и
отчаяние".
Они с Рорком провели Крэка в смотровую и встали по бокам.
- Если ты посмотришь на монитор... - начала Ева.
- Не буду я смотреть на ваш чертов монитор! Я не верю ничему, что показывают на
экране!
- Ладно.
Ева ждала этого. Была готова к этому. Она подошла к темной стеклянной стене и
нажала на кнопку.
- Лейтенант Ева Даллас сопровождает ближайшего родственника Алисии Дилберт
Уилсона Бакли для опознания тела. Уберите заставку.
Черный цвет медленно сменился серым, а затем они увидели за стеклом узкий стол, на
котором лежала девушка, укрытая простыней до подбородка.
- Нет! - Крэк поднял кулаки и дважды ударил в стекло. - Нет, нет, нет! - Потом он
повернулся к Еве и бросился бы на нее, если бы Рорк не прижал его спиной к стеклу.
- Алисия бы не хотела этого, - тихо сказал он. - Это не поможет.
- Мне очень жаль, - повторила Ева. Ничего другого она сказать не могла.
Лицо Крэка исказилось от ярости, но он, по крайней мере, перестал размахивать
кулаками.
- Пропусти меня туда. Пропусти меня к ней немедленно, или я прошибу это стекло к
чертовой матери. Ты знаешь, что я могу это сделать.
Он действительно мог. А она могла парализовать его. Но Ева чувствовала, что скорбь
уже приглушила гнев.
- Пропущу, - спокойно сказала она. - Но сама пойду с тобой. И камеры будут
включены. Таков порядок.
- Плевать мне на тебя и на твой порядок!
Ева знаком велела Рорку отойти и снова сказала в микрофон:
- Я веду ближайшего родственника Алисии Дилберт. Пожалуйста, освободите
помещение. - Она кивнула Крэку: - Пойдем со мной.
Они прошли в дверь, миновали короткий коридор и еще один пост.
Здесь были другие столы и другие жертвы, ждавшие опознания. Еще больше трупов
лежало в холодильниках, расположенных в задней части помещения. Ева не могла скрыть их
от взгляда Крэка. Она молча подошла к Алисии и положила ладонь на рукоятку парализатора
- на случай, если Крэк потеряет контроль над собой.
Но он шагнул к столу, сверху вниз посмотрел на красивое лицо с высокими скулами и
нежно, очень нежно погладил ее курчавые волосы.
- Это моя малышка. Моя девочка. Моя душа и сердце.
Крэк нагнулся и прикоснулся губами к ее лбу. А потом просто соскользнул на пол.
Огромный мужчина в два метра ростом сжался в комок и зарыдал.
Ева опустилась на колени и обняла его.
Рорк сквозь стекло наблюдал за тем, как великан прижался к ней, словно ребенок,
жаждущий утешения. А она гладила его по голове. Потом Ева куда-то позвонила и велела
принести воды. Пока Крэк пил, она сидела и придерживала его руку, державшую стакан.
- Мне было двенадцать, когда мама снова забеременела. Какой-то ублюдок надавал ей
кучу обещаний, и она им поверила. Но он смылся сразу же, как только родился ребенок.
Мама работала уборщицей и время от времени подрабатывала проституцией. Она
обеспечивала нам кров и еду, а на большее у нее просто не было времени. Алисия была
самым прелестным ребенком на свете. Чистым золотом...
- И ты заботился о ней, - подсказала Ева.
- Не очень. Но пытался. Когда мама умерла, Алисии было четыре года. Проституция
тут была ни при чем. Какой-то болван, у которого она убиралась, нажрался "Зевса" и
выбросил ее в окно с десятого этажа. К тому времени я уже работал в клубах, и деньги у
меня водились. Да, я заботился о моей малышке! Если я ходил с дубинкой и проламывал
головы, еще не значит, что я не заботился о моей девочке!
- Я знаю. Ты хорошо заботился о ней. Она поступила в университет. Она должна была
стать врачом.
- Она была редкая умница, моя девочка. Всегда хотела быть врачом. Хотела помогать
людям. Кому понадобилось причинять вред такой доброй девушке?
- Я найду его. Обещаю тебе. И даю слово, что позабочусь о ней. Позволь мне сделать
это.
- Если я найду его раньше, чем ты...
- Нет. - Ева стиснула его руку. - Если ты думаешь, что я не понимаю твоих чувств, то
ты ошибаешься. Но этим Алисии не поможешь. И вряд ли она одобрила бы это. Ведь она
любила тебя так же, как ты ее, правда?
- Она называла меня своим большим глупым братом. - По щеке Крэка скатилась еще
одна слеза. - У меня не было никого дороже ее...
- Тогда дай мне возможность помочь ей. Мне нужны имена людей, которых она знала.
Людей, с которыми она работала и дружила. У нее был бойфренд? Кто-то постоянный?
- Нет. Она бы сказала мне. Да, ей нравились мальчики, но она много занималась и
работала в центре здоровья. Ходила с друзьями в клубы, выпускала пар... Не у меня, - чуть
заметно улыбнулся Крэк. - Я не хотел, чтобы она приходила ко мне.
- Значит, в других клубах. Не помнишь названий? Она никогда не проводила время в
клубе "Устрой сцену"?
- Компьютерный клуб? Да, конечно. Туда ходят многие студенты. Кроме того, она
любила одну забегаловку у центра здоровья. Бар под названием "Зинг".
- Крэк, в последнее время ее не фотографировал какой-нибудь профессионал? Может
быть, для работы или для университета. Или у кого-то на свадьбе, на вечеринке...
- На моем дне рождения месяц назад. Она спросила, что я хочу в подарок, а я сказал,
что хочу ее портрет в золотой рамке. Не какую-нибудь дешевку типа "щелкни себя сам", а
настоящий портрет, где она была бы нарядно одета, и фотограф знал, что он делает.
У Евы перехватило дыхание.
- Ты знаешь, где она заказывала портрет? - спокойно спросила она.
- В студии "Портография". Шикарное место. Я... - Крэк осекся. Казалось, его мозг
вновь заработал, пересилив горе. - Постой-ка, я слышал это название в новостях. Какой-то
сукин сын убивает студентов. Фотографирует их, а потом убивает. Это он убил мою
малышку?
- Да, он. Я найду его, Крэк. Поймаю и посажу в камеру. А если ты будешь мне мешать,
то я посажу и тебя и продержу там, пока не закончу.
- Только попробуй!
- И пробовать не стану, - спокойно сказала Ева. - Ты меня знаешь. Я отомщу за нее,
чего бы это ни стоило. Даже если для этого придется посадить тебя под замок. Теперь она
принадлежит и мне. Мне так же, как тебе.
Крэк пытался сдержать слезы.
- Если бы это сказал мне другой коп, я бы ему не поверил. Я бы ответил ему: "Отвали,
я могу делать все, что хочу". Но тебя я знаю. Ты позаботишься о моей малышке. Ты
единственная, кому я могу это доверить.
- Чем я могу тебе помочь? - спросил Рорк, когда они остановились у ее машины,
припаркованной неподалеку от морга.
- У тебя есть какие-нибудь связи в Ист-Сайдском центре здоровья?
- Лейтенант, лучшие связи - это деньги.
- Я тоже так думаю. Может быть, он нашел ее в файлах "Портографии". Это ниточка.
Может быть, он положил на нее глаз в компьютерном клубе. Возможно и то и другое. Но
если он болен - а я думаю, что это так, - Алисия могла знать его по центру здоровья. Если он
лечится или лечился в этом центре, сотрудники в тот день не обратили на него внимания:
они привыкли видеть его, знали в лицо и не ждали от него ничего плохого. Я попросила
Луизу навести справки, но она смотрит на это по-другому: никаких имен, врачебная тайна и
так далее.
- А тебе нужен кто-то менее щепетильный?
- Рорк, у нас трое мертвых ребят! И плевать я хотела на щепетильность. Нужно
кого-нибудь подмазать и найти мужчину от двадцати пяти до шестидесяти... нет, до сорока.
Он моложе. В общем, человека этой возрастной группы с серьезным, а то и смертельным
заболеванием мозга.
- Договорились. Что еще?
- Тебе этого недостаточно?
- Нет. Мне бы хотелось заняться настоящим делом.
- Используй свой хитроумный мозг, ловкие пальцы и выкопай мне все сведения о
Жавере, которые удастся найти. Любые комбинации с именами Луи и Анри. Он должен быть
как-то связан с местами обнаружения трупов, с компьютерным клубом, с университетами, с
"Портографией" или именами подозреваемых. Я дам тебе сведения, не подлежащие
разглашению.
- Пара пустяков.
Ева улыбнулась:
- Серьезно?
- Рад стараться, лейтенант.
- Один вопрос. У тебя есть собственные парковки, гаражи и подземные автостоянки?
- Кажется, есть. Моя империя велика. А что?
- Сможешь найти среди них те, которые работают налево?
Он поднял бровь:
- Не понимаю, на что вы намекаете.
"Он стал прежним, - с облегчением подумала Ева. - Хитрит, как обычно".
- Брось, приятель. Меня интересуют те, которые расположены в радиусе десяти
кварталов от Восемнадцатой и Седьмой. Он видел, как мы обрабатывали Билли. Знал, что мы
были там, что установили слежку за фургоном, и нашел другое транспортное средство. Он
все планирует тщательно. У него наверняка был запасной вариант. Держу пари, что его
логово где-то по соседству. Я ищу место, где можно с черного хода взять напрокат машину в
хорошем состоянии - возможно, еще один фургон. Если обнаружишь что-нибудь, получишь
награду.
- Тебя голенькую под шоколадным соусом?
- Извращенец... Добирайся своим ходом, приятель. Мне нужно захватить Пибоди.
Начнем искать на месте.
Рорк схватил ее в охапку и поцеловал. "О да! - подумала Ева, у которой тут же
закружилась голова. - Он явно стал прежним".
- Рад снова работать с вами в тандеме, лейтенант.
- Значит, это так называется? - Она сделала паузу и задумчиво посмотрела на Рорка. -
Поставь Соммерсета на ноги, вышли его из страны, и я сама принесу шоколадный соус.
- Мне очень жаль Крэка, Даллас.
- Мне тоже.
Пибоди, сидевшая рядом с Евой, беспомощно развела руками:
- Я и не знала, что у него есть сестра. А должна была знать.
- Это бы ей не помогло, - бесстрастно ответила Ева.
- Да, не помогло бы... Как вы думаете, может, послать ему цветы?
Ева подумала о дереве Сиобан.
- Позже, Пибоди. Мы на работе.
- Да, мэм. - Пибоди боролась с обидой. Крэк был другом, и ей казалось странным, что
Ева не разделяет ее чувств. - Я только хотела, чтобы он знал, что мы думаем о нем, вот и все.
- Самое лучшее, что мы можем для него сделать, это закончить дело и посадить в
тюрьму того, кто убил его сестру. Цветы его не утешат, Пибоди. Утешит восстановление
справедливости. Хотя бы на время.
- Вы правы. Просто очень тяжело, когда страдает тот, кто тебе близок.
- Так и должно быть. Если тебе становится легко, нужно уходить из полиции.
Пибоди вспыхнула, открыла было рот, но вовремя поняла, что вызывающий тон Евы
вызван усталостью и гневом.
- Куда мы едем? Наверно, мне следовало бы догадаться... - Мысль об экзамене на чин
детектива висела над ней как дамоклов меч. - Но я не могу.
- Как он перевез ее?
- Мы не знаем... Пока, - добавила Пибоди.
- Почему не знаем?
- Потому что он не воспользовался фургоном, за которым было установлено
наблюдение.
- А почему он им не воспользовался?
- Потому что... потому что он знал, что мы следим за гаражом. - В последнюю секунду
она успела сменить вопросительную интонацию на утвердительную. - Вы думаете, Билли
предупредил его?
- А как по-твоему?
Пибоди на мгновение задумалась.
- Нет, мэм. Если он и сделал это, то ненамеренно. Билли не преступник. Он не станет
иметь дело с серийным убийцей. По-моему, он искренне хочет помочь следствию. Он
дорожит своим ребенком, и ему не нужны неприятности.
- Тогда почему наш подопечный не воспользовался гаражом Билли?
- Его мог предупредить кто-то другой. Или он просто занервничал и начал искать
другой фургон... Нет, - возразила Пибоди себе самой. - Он обычно придерживается
установленного порядка. Просто он знает, что мы нашли фургон и установили за ним
наблюдение. Должно быть, он видел нас там. Очевидно, он смотрит новости, знает, что вы
ведете расследование, заметил мою форму. И поставил крест на сером фургоне.
- А почему он увидел нас?
- Потому что... Черт! Потому что он живет или работает в этом районе! Вы уже
говорили об этом, а теперь догадка подтверждается. Он следил за нами либо на улице, либо
из окна.
- Золотая звезда за сообразительность!
- Предпочитаю золотой щит. Эмблему детектива.
Ева остановилась в половине квартала от гаража. Она хотела увидеть это место своими
глазами, а не на экране компьютера. Хотела ощутить ритм здешней жизни, определить
точки, откуда можно вести наблюдение.
"Не слишком близко, - думала она. - Убийца осторожен и не станет брать машину из
гаража, расположенного в соседнем доме. Но достаточно близко, чтобы следить за ним,
видеть, что там происходит, и принимать решения по ходу дела".
Серый фургон, который водит пожилая дама, его вполне устроил. Никаких особых
примет. Не бросается в глаза. Просторный. Если возникнут какие-нибудь сложности, жертву
можно будет погрузить в машину через заднюю дверь. Узнав, что за фургоном установлено
наблюдение, он должен был подобрать себе нечто похожее.
- Он живет здесь, - сказала Ева. - Именно живет, а не работает: он видел, как фургон
уезжает по воскресеньям. Следил за гаражом по ночам, чтобы знать, что там происходит. Он
живет где-то рядом, Пибоди. Один, без соседей. Сливается с толпой. Так же незаметен, как
выбранное им средство транспорта.
Она забралась в машину и стала молиться, чтобы не подвел кондиционер.
- Начинаем проверять списки жильцов. Мне нужны одинокие мужчины.
- Какой дом?
- Все. Весь квартал.
- На это понадобится время.
- Тогда не будем его терять.
Ева обвела взглядом дома в западной части квартала, обращая особое внимание на окна
верхних этажей. Малый, разбиравшийся в фотографии, мог иметь хорошую оптику.
Мысленно перекрестившись, она включила персональный компьютер и начала поиск.
ГЛАВА 20
Они работали молча и сосредоточенно. Кондиционер начал выдыхаться, но ничто не
могло их отвлечь. Над головой собирались тучи, улицу накрыл зловещий полумрак. По
лобовому стеклу стекали первые крупные капли дождя, где-то вдалеке громыхало.
- Гроза будет нешуточная. - Пибоди потерла затылок и покосилась на начальницу.
Лицо Евы покрылось испариной - не столько от жары, сколько от яростного напряжения. -
Может быть, после нее станет прохладнее.
- Как же, жди! Просто к жаре добавится влажность. Проклятый август, - рассеянно и
почти бесстрастно ответила Ева. - Он здесь, Пибоди, в своей сторожевой башне. Там
наверняка красиво, спокойно, уютно, и все стоит на своих местах. Всюду портреты, -
пробормотала она, глядя в покрытое брызгами переднее стекло. - Фотографии, приколотые к
стенам. Ему нужно видеть свою работу. Любоваться, оценивать, критиковать. Работа - это
его жизнь.
- Обрамленные.
- Что?
- Не приколотые, - сказала Пибоди. - Обрамленные. Он стремится к совершенству,
верно?
Ева задумалась, а потом повернулась к помощнице:
- Хорошо. Чертовски хорошо! Значит, ему нужны рамки. Где он их берет? Заказывает в
местных мастерских? Или выписывает откуда-то? Ему нужно все самое лучшее, верно?
Лучшее из того, что он может себе позволить. Много рамок. Возможно, одинаковых. Стиль у
него особый - значит, и рамки должны быть особыми. Найди мне для начала десять лучших
мастерских в городе.
- Есть, лейтенант... Куда мы? - спросила Пибоди, когда Ева отъехала от тротуара.
- Ко мне домой. Там техника лучше.
- Ого! - Пибоди и не пыталась сдержать улыбку. - Прошу прощения, и еда тоже...
Ой! - Небо расколола молния, и Пибоди вздрогнула. - Ничего себе... Вы залезали в детстве
под одеяло и считали секунды между вспышкой и грохотом?
"Пибоди повезло, что в детстве у нее было одеяло, - подумала Ева. - В те времена
грозы были не самым страшным в моей жизни".
- Нет, - отрезала она.
- А мы - да. Иногда я делаю это и сейчас - по привычке. Вот так... - Она дождалась
следующей вспышки и начала считать вслух: - Один, два, три... Ба-бах! - Пибоди слегка
вздрогнула. - Очень близко.
- Если ты слышишь разряд - значит, бояться нечего. Мастерские, Пибоди!
- Прошу прощения, сейчас. Три на севере, одна в центре, две в Сохо, одна в Трибеке...
- Оставь только те, которые расположены возле автостоянок или университетов. В
радиусе пяти кварталов.
Пока Пибоди работала, Еву посетила новая мысль, и она позвонила в "Портографию".
- Позовите Хастингса.
- У него съемка, - с нескрываемой неприязнью ответила Люсия и чопорно добавила: -
Я буду рада принять для него сообщение.
- Он подойдет, иначе я приеду и сама вытащу его из студии. Выбирайте.
Люсия недовольно фыркнула, но переключила телефон в режим ожидания. Ева
услышала какую-то музыку, потом в трубке раздался раздраженный голос мастера:
- Какого черта?! Я задушу вас во сне!
- Чертовски глупо говорить такие вещи копу, дружище. Где вы берете рамки?
- Что? Что?
- Перестаньте. Рамки. Где вы берете рамки для своих фотографий? Для ваших личных
работ?
- Откуда я знаю, черт побери?! Проклятие, их приносят снизу! Люсия, разве эти
проклятые рамки не снизу?
- Знаете, Хастингс, вы начинаете мне нравиться. Я тоже не люблю, когда меня
отрывают от работы. Вы используете проклятые рамки, которые приносят снизу, для
фотографий, висящих у вас в галерее?
- Не знаю. Не знаю! - Не будь Хастингс лысым, он, наверное, начал бы рвать на себе
волосы. - Если я выясню, вы оставите меня в покое?
- Возможно.
- Я перезвоню, - бросил он и дал отбой.
- Да, он определенно мне нравится.
Хастингс перезвонил, когда Ева въезжала в ворота.
- У нас есть все виды этих проклятых рамок. Девать некуда. Но для галереи мы их не
используем. Люсия говорит, что ими пользуются все, а нам нужно что-то неповторимое.
Свои рамки мы выписываем аж из Хельсинки.
- Из Хельсинки... - повторила изумленная Ева.
- Спокойные, простые. Скандинавский стиль. - Он улыбнулся, что с Хастингсом
случалось редко. - Идиотизм, но делать нечего. Спецзаказ в фирме, которая называется
"Кехис". Теперь все?
- Пока все.
- И слава богу! - Хастингс бросил трубку.
- Я обожаю этого человека... Пибоди!
- Уже ищу. Данные на "Кехис" сейчас придут.
- Займись ими.
- Я, мэм?
- Это твоя ниточка. Вот и тяни ее. - Ева выскочила из машины и помчалась к дому под
проливным дождем.
Добравшись до вестибюля, она встряхнулась, как собака, и начала снимать жакет,
успевший промокнуть насквозь. И тут из безукоризненно чистого коридора донесся голос,
полный праведного гнева:
- Прекратите немедленно! Это дом, а не купальня!
Ева держала в руке мокрый жакет и смотрела на приближавшегося Соммерсета. Он
сильно хромал, опирался на трость, но выражение лица было прежним - чопорным и
осуждающим. Через его руку были переброшены два полотенца.
- Если вы способны передвигаться на этих уродливых палках, которые называете
ногами, то почему вы еще здесь?
Соммерсет протянул Еве полотенце, а затем ловко забрал у нее жакет.
- Я уезжаю в свой заслуженный отпуск утром. Вы оставили лужу на полу.
- У меня от вас в ушах звенит. - Ева пошла к лестнице, но тут в вестибюль влетела
Пибоди.
- Соммерсет! - Радость, прозвучавшая в ее голосе, заставила Еву закатить глаза. - Ой,
до чего же здорово, что вы уже встали! Как вы себя чувствуете?
- Спасибо, неплохо. - Он протянул Пибоди полотенце. - Сержант, вы промокли. Я
принесу вам сухую одежду, а сам займусь вашей формой.
- С удовольствием! - Пибоди осеклась, услышав, что Ева издала звук, похожий на
утробное рычание. - Я промокла насквозь и могу простудиться, - начала оправдываться
она. - Не хочется болеть во время расследования. Тем более что в свободное время я
занимаюсь, как проклятая.
- Разве я что-то сказала?
- О да! Вы сказали многое.
Ева смерила помощницу долгим бесстрастным взглядом, от которого у Пибоди волосы
зашевелились на голове. Но она не дрогнула.
- Я хочу переодеться во что-нибудь красивое, удобное и сухое!
Пибоди отвернулась и пошла в спальню, а Ева из чувства противоречия бросила
мокрую одежду на пол и отправилась в ванную. Пусть старик почешет свою костлявую
задницу... Она натянула майку, джинсы, снова надела портупею и решила, что этого
достаточно.
Решив дать Пибоди время передохнуть, Ева зашла к Рорку. Когда он поднял глаза и
улыбнулся, у нее отлегло от сердца.
- Привет, лейтенант.
- Привет, штатский. - Может быть, ей и самой следовало передохнуть. Она обошла
стойку, наклонилась, взяла в ладони его лицо и прижалась губами к губам.
- Ну, раз так... - Рорк попытался посадить ее к себе на колени.
- Эй, эй, это все!
- Значит, ты пришла, чтобы помучить меня?
- Угадал. Что у тебя есть для меня?
- В мозгу крутится очень грубый ответ. Но если ты имеешь в виду мое маленькое
домашнее задание, а не...
- Именно это я и имею в виду. - Ева присела на край стойки и посмотрела Рорку в
лицо. Было приятно видеть, что напряжение оставило его. - Пибоди работает над идеей,
которая пришла ей в голову. А я провела целый час, работая над своей собственной, но так
ничего и не нашла.
- Не знаю, смогу ли я что-нибудь добавить к этому. Я воспользовался твоим советом и
кое-кого подмазал. Мне назвали несколько имен, но среди этих людей нет никого, похожего
на твоего подопечного.
- Кажется, я теряю квалификацию. - Ева слезла со стойки и подошла к окну, за
которым все еще бушевала гр
...Закладка в соц.сетях
