Жанр: Любовные романы
Бархатная смерть
... мое
дело, — продолжала Ева, — так что не финтите со мной. Она
предложила услугу за услугу, так ведь? Я сделаю это для вас, а вы тоже
сделаете мне небольшое одолжение, так? Я тоже могу поиграть в эту игру.
Откинувшись на спинку стула, Ева отхлебнула воды из бутылки, которую
захватила с собой, и снова завинтила крышечку.
— Если вы мне расскажете то, что мне нужно знать, я позабочусь, чтобы
следствие по делу об убийстве вашего мужа было вновь открыто. И не просто
вновь открыто, Бебе, а передано лучшим детективам из убойного отдела в
Бронксе.
— Им плевать на меня, им плевать на Луку.
— Я позабочусь, чтобы дело было возобновлено и доведено до конца.
Пибоди, — повернулась Ева к напарнице, — если я сказала, что
заставлю детективов из Бронкса заняться делом Луки Петрелли и довести его до
конца, я это сделаю?
— Да, лейтенант, уж если вы сказали, вы сделаете. Бебе, —
обратилась Пибоди к допрашиваемой, — лейтенант принимает убийство
близко к сердцу. Да вы и сами уже могли бы это понять. И после визита копов
на ленч к вам в ресторан вы уже могли бы догадаться, что лейтенант
пользуется влиянием в Бронксе.
— Говорю вам, Бебе... посмотрите на меня! — приказала Ева. —
Я заставлю их заново открыть дело Луки. Я заставлю их отнестись к этому делу
со всем вниманием. Говорю это под запись. А теперь вы мне скажите: вы
хотите, чтобы это дело было вновь открыто?
Слезы навернулись на глаза Бебе и покатились по щекам.
— Да.
— Ава Эндерс просила вас убить Томаса Эндерса?
— Нет. Нет. Нет. Не просила. Клянусь моими мальчиками, не просила.
Но...
—
Но
. В том-то все и дело. Из-за этого
но
вы не поехали в клуб
полтора месяца назад. Именно из-за этого
но
вы не посещали семинаров и
социально ориентированных программ последние пять месяцев, не участвовали в
их подготовке. Расскажите мне об этом
но
.
Бебе вытерла слезы дрожащими пальцами.
— Я не могла уйти с работы. У меня не было времени. Мои мальчики... Она
была добра ко мне, понимаете? Она дала нам шанс, а вы хотите, чтобы я на нее
стучала.
— Она вас использовала, и в глубине души вы это знаете. Ваш отец вас
использовал, ваши братья вас использовали, ваши дилеры и ваши
папики
вас
использовали. Вы прекрасно знаете, что это такое — когда вас используют. О
чем она вас попросила?
— Она не просила. Она... она рассказывала, как он ее насиловал, как
приводил женщин в дом и хотел, чтобы она... тоже участвовала... в таких
играх, которые были ей противны.
Пибоди предложила ей стакан воды, и Бебе выпила ее залпом.
— Она рассказала все это вам? — мягко спросила Пибоди. — Все
эти интимные подробности своей семейной жизни?
— Она сказала, что я наверняка пойму, и я поняла. Я прекрасно поняла.
Она сказала, что он собирается выкинуть ее из дома, прекратить ее программы,
отменить стипендии, уничтожить все ее начинания, если она не сдастся. Ей
было тошно от этого.
— Она вас разжалобила, — подсказала Пибоди. — Вам было ее
ужасно жаль. Вам была непереносима мысль о том, что он все у нее отнимет. И
у ваших мальчиков тоже.
— Да, мне было жаль. Боже, я не знала, что и думать. Не могла в это
поверить. Он казался таким славным человеком. Но она разрыдалась, она была
просто вся в кусках. Сказала, будто ей стало известно, что он пристает к
детям, к девочкам, а она просто не знает, что делать. Никто ей не поверит,
но надо же его остановить.
— Когда все это было? — спросила Ева.
— Прошлым летом. По-моему, в июле. Дети были в лагере, а я
подрабатывала по воскресеньям у нее в доме.
— Вы были только вдвоем, верно? Больше в доме никого не было?
— Да, да. А знаете, что ее так завело? Она позвонила в одно из убежищ
для пострадавших женщин, поговорила об одной из матерей, у которой дети
участвовали в программе, попросила, чтобы ее устроили на курсы для получения
профессии и всякое такое. Потом положила трубку, и тут ее прорвало.
— Надо же, как удобно...
Это замечание Евы заставило Бебе вскинуть голову.
— Все было совсем не так! Она была... так расстроена, из нее все это
просто вылилось. Ее мужа не было дома. Он часто уезжал. На нее столько всего
навалилось, понимаете? А тут он заявил, что если она не будет слушаться, он
вышвырнет ее на улицу, а все эти дети... Я сказала, что должен же быть какой-
то способ его остановить, защитить ее, защитить детей. А она говорит:
единственный способ остановить его, человека наделенного такой властью,
одержимого такой болезнью, это смерть. Его смерть. Да, она понимает, что
говорит ужасные вещи, но она желает ему смерти. Иногда после того, как он
творит с ней что хочет, она лежит в постели и планирует, как это можно было
бы сделать. Как можно было бы подстроить несчастный случай, если бы кто-
нибудь, кому она доверяет, мог ей помочь. А если бы с ним произошел такой
несчастный случай, дети не лишились бы тогда своих привилегий. Значит, и мои
дети тоже.
— И какой же несчастный случай она предложила?
— Она ничего не предложила, потому что я ее перебила. Я ее остановила,
потому что было у нее в глазах... Что-то такое... Я даже подумала... Мне
показалось, что она не просто так говорит, не просто воображает. Уж об этом
я кое-что знаю — о таком взгляде.
Измученная Бебе закрыла лицо руками.
— Она этого хотела. Господи, она хотела, чтобы он умер, она хотела,
чтобы я ей помогла. Поэтому я ее прервала и начала ей внушать, что она
должна с кем-нибудь поговорить, как нам всегда советовали на семинарах. Что
ей лучше расстаться с ним и двигаться дальше самостоятельно. Что на самом
деле он не сможет свернуть программы, это подорвет репутацию его компании.
Ну, все такое, как обычно говорят. А потом я ушла. Выбралась оттуда как
только смогла, хотя она пошла на попятный, сказала, что я права. Сказала,
что у нее просто выдалась тяжелая минута, заставила меня пообещать, что я
никому не буду об этом рассказывать. Что это повредит нашим программам.
Бебе перевела дух и умолкла.
— После этого она мне больше не перезванивала, не приглашала на
добровольную работу. Я решила, что ей неловко. А когда я поехала в закрытый
клуб — в последний раз, в конце августа, — она всячески меня избегала.
А когда я прямо ее спросила — я же думала, мы с ней вроде как
подруги, — она обдала меня холодом. Ледяным холодом. Сказала, что она
очень занятая женщина, что у нее очень много дел, много обязанностей, что
мне бы не следовало забывать все, что она сделала для моих мальчиков, и
спасибо ей сказать. Что мне бы лучше за ними присматривать и о себе
заботиться, сосредоточиться на этом, чтобы... чтобы они не потеряли свои
стипендии.
— Вы не заметили, она сблизилась с кем-нибудь еще в этом закрытом
клубе?
— Я старалась держаться от нее подальше. Вы правду сказали: отец меня
использовал. Братья меня использовали. Потом я сама поставила себя в такое
положение, чтобы папики могли меня использовать и дилеры тоже. Я все это
поломала. Никому больше не давала себя использовать. И тогда я встретила
Луку. — Обида и боль вновь вспыхнули в ее глазах. — Я поняла, я
все поняла. Она тоже меня использовала. Я ее не винила... ну не очень
винила. Но я задумалась. Я не собиралась снова ввязываться в сомнительные
дела. Я и сама стала держаться от нее подальше.
— Умный ход, — одобрила Ева.
— Вы этого от меня добивались? Вам этого довольно?
— Это неплохо.
— Вы правда на них надавите, чтобы они открыли дело Луки? Вы это
сделаете?
— Я уже это сделала, — мягко ответила Ева. — Этим утром. Те
два копа, которых вы
срисовали
, те, что обедали сегодня в вашем
ресторане... Говорят, они неплохо знают свое дело. Они займутся убийством
вашего мужа. Свяжутся с вами, когда прочтут файл.
— Вы... почему вы это сделали? Я же вам утром ничего не сказала?
— Потому что ваш муж заслужил честное расследование, а не то, что
получил. Потому что, как мне кажется, вы и ваши дети заслуживаете лучшей
доли. И еще потому, что мне не нравится, когда хорошего человека убивают ни
за что ни про что.
С минуту Бебе смотрела на Еву молча. А потом она просто уронила голову на
стол и разрыдалась.
— Выключить запись, — скомандовала Ева.
Она поднялась и сделала знак Пибоди. Выходя из комнаты, она услышала за
спиной голос Пибоди, утешающей рыдающую женщину.
17
Ева позвонила Фини, когда шла из комнаты для допросов к своему кабинету.
— Дай мне что-нибудь.
— Господи, детка, ты хоть представляешь, сколько работы у меня
накопилось, пока я валялся в больнице? У меня невыполненных заказов по самую
крышу. Я еще не дошел до твоего пенальчика.
— Неужели ты не можешь просто открыть его и проверить? Может, она его
перепрограммировала или перезагрузила перед тем... — Ева замолкла,
споткнувшись о его каменное молчание. — Ладно, ладно. Ну как только,
так сразу.
— Если б ты меня то и дело не дергала, я бы справился гораздо быстрее.
Ева отключила связь.
Ладно, все это косвенное, — напомнила она себе. — Даже если Фини
докажет, что контейнер был перепрограммирован и/или перезагружен, все равно
это косвенные доказательства
. Она терпеть не могла строить дело на
косвенных доказательствах. А больше у нее ничего не было. Впечатления,
замечания, заявление Бебе... И ни единой весомой улики.
Пока.
Ева вошла в отдел убийств, где Бакстер, увидев ее, отвернулся от автоповара.
— Даллас! Версия с дружком
трансом
и переодеванием не
вытанцовывается. Дело Кастера, — добавил он, когда Ева взглянула на
него с недоумением.
— Верно. Извини, мои мысли блуждали в другом месте. Ну а сам-то ты что
думаешь, Бакстер?
— Что дело остыло, как труп жертвы. Мы с Малышом можем и дальше в нем
копаться, если найдем время. Не хочу пока отправлять его в пассив. Но его
придется передвинуть в самый низ. Будем заглядывать в него время от времени.
— Не каждое дело удается закрыть.
— Да, я знаю. Но жутко злюсь, когда не удается. Мы уже шесть дел
закрыли с тех пор, как получили это, и все равно оно меня злит.
Ева была с ним согласна, но ей предстояло закрыть собственное дело. Надо
было кое-что обдумать, потасовать в уме кусочки головоломки, попытаться
взглянуть на нее под другим углом. У себя в кабинете она вытащила досье двух
других кандидаток, не таких многообещающих, как Петрелли, но все же стоящих
внимания. Найдя нужного человека, она рассчитала время, составила подробный
отчет о беседе с Петрелли, добавила свои размышления и соображения.
— Компьютер, провести вероятностный тест. С учетом введенных данных и
заявлений, какова вероятность, что Ава Эндерс — большая, мерзкая лгунья?
Ваш вопрос неправильно сформулирован и на шкале вероятностей
ответа не имеет. Прошу переформулировать. — А по-моему, все было сказано четко и ясно, — проворчала
Ева. — Ладно, попробуем так. Провести вероятностный тест с учетом
данных и заявлений, включенных в дело об убийстве Эндерса Томаса А., с целью
выявления истинности показаний Авы Эндерс ведущему следователю и/или другим
лицам, допрашиваемым по этому делу.
Работаю... Ева встала и заказала себе кофе на автоповаре. Посмотрела в окно.
Задание выполнено. Противоречивые показания, данные в беседах с
объектом, указывают на вероятность в 97,3 процента того, что Ава Эндерс дала
ложные показания. Вероятностный тест не может определить, какие показания
вымышлены, а какие основаны на фактах. — Ну, это я сама разберусь, какие из них ложные. Провести второй тест.
С учетом данных и предполагая, что только что зафиксированные показания
Петрелли Бебе основаны на фактах, какова вероятность, что Ава Эндерс
задумала, организовала и самостоятельно осуществила убийство Томаса Эндерса?
Работаю... — Да уж, поработай. На косвенных, все на косвенных. Но вероятностные
тесты имеют некоторый вес. Если веса хватит, кое-кто потонет. Кого еще ты
выбрала, кроме Бебе, Ава? Кто еще был у тебя на прицеле?
Задание выполнено. С учетом показаний Петрелли Бебе как основанных
на фактах вероятность того, что Эндерс Ава задумала, организовала и
осуществила убийство Эндерса Томаса А., равна 50,2 процента. — Черта с два! — заявила Ева, вспомнив одно из выражений
Рорка. — Пятьдесят процентов — что это за цифра? Это тьфу. Мне нужен
еще кандидат. Чтобы еще одна рыба клюнула на удочку.
— Даллас. — Пибоди постучала по косяку открытой двери. — Я
проявила самоуправство и отослала Петрелли домой на машине. Не хотелось
заставлять ее толкаться в автобусе или в метро. Она была вся в кусках.
— Прекрасно. — Ева повернулась, протянула руку и выразительно
потерла двумя пальцами.
Пибоди сунула руки в карманы.
— У меня с собой нет двадцатки. Но она же раскололась насчет Авы, разве
тебе этого мало?
Вместо ответа Ева продолжала молча потирать пальцы.
— Ладно, ладно! Черт. — Пибоди схватила со стола Евы мемо-
кубик. — Придется выдать тебе деньги из моего Рорковского фонда.
— У тебя есть Рорковский фонд? Фонд пожертвований ему? Или ты копишь
деньги в надежде его купить?
— Хотела бы я его купить... Ну, хоть арендовать на раз... У нас с
Макнабом есть такой уговор: каждый имеет право выбрать одного человека, и
если нам когда-нибудь выпадет шанс... — Пибоди сжала кулак и сделала
несколько ритмичных взмахов, красноречиво шевеля бровями. — С этим
человеком считается, что можно. Другой из нас поймет и не обидится. Если это
будет один раз. Я выбрала Рорка.
— Что ж, это, конечно, первоклассный трах, и ты сама это поймешь,
прежде чем я сдеру кожу с твоего еще трепещущего тела.
— Ладно, я поняла, — буркнула Пибоди. — Итак, — она
прочистила горло кашлем и включила мемо-кубик, — я должна лейтенанту
Жадине и Скупердяйке Еве Даллас двадцать долларов, которые обязуюсь
выплатить из моей с трудом заработанной, мизерной не по делам моим зарплаты
детектива в ближайший выплатной день. Детектив Церковная Мышь Делия Пибоди.
С этими словами Пибоди бросила мемо-кубик Еве. Ева поймала его на лету и
сунула в карман.
— Что такое
Рорковский фонд
?
— Ну, я откладываю понемногу в каждый выплатной день. У меня уже
скопилась приличная сумма. Попрошу его вложить для меня эти деньги. Он уже
обещал. Это, конечно, не классный трах, но, скажем так, приятная щекотка.
— Что ж, насколько мне известно, он никогда не промахивается. Начинай
опрос по старому Эндерсу. В тот день там в гостях были Плаудер и Брайд-Уэст,
но ты к ним не ходи. Начни с тех, кто живет за городом. С тех, с кем Ава не
так близка. Подружка старика, слуги, которые там были, особенно если найдешь
временных, уволенных или уволившихся впоследствии. Действуй по-тихому,
скажи, что просто уточняешь недавно выплывшую информацию. Просто для
подтверждения уже установленных обстоятельств смерти. Я ненадолго отъеду,
потом буду работать дома.
— Едешь одна?
— Собираюсь привлечь к работе Рорка. Мне надо провести беседу, а он
может помочь.
— Ладно, — кивнула Пибоди, — Скажи, Даллас, мы продвигаемся?
Я имею в виду, мы продвигаемся к ее аресту?
— Она в это может не поверить, именно поэтому мы и продвигаемся. Давай
начинай опросы, составь полный отчет по каждому.
— Сколько гостей было в их доме?
— Шестнадцать гостей, восемь слуг.
— Двадцать четыре человека? Да это займет не один рабочий день!
— Вот и начинай. Вперед.
Ева взяла телефон и решила, что это хорошая примета, когда Рорк ответил сам.
— Лейтенант. Чем могу помочь?
— Я как раз подумала: что ты скажешь, если мы встретимся в секс-клубе?
— Какое совпадение! Я как раз подумывал, что бы нам предпринять сегодня
вечером, и это мероприятие шло у меня первым номером в списке.
—
Трах-тах-тах
в центре, на Спринг. Через час ты сможешь?
— При таком стимуле? В лепешку расшибусь.
Вдруг Еве пришла в голову мысль, заставившая ее нахмуриться.
— Это часом не твое заведение?
Рорк заломил бровь.
— Насколько мне помнится, я не владею секс-клубом с таким названием. Но
я, наверно, мог бы его приобрести за час, если тебе понадобится.
Ева готова была поставить больше, чем двадцатку, выигранную у Пибоди, что он вполне на это способен.
— Нет, спасибо, на этот раз я пущу в ход авторитет Рорка. К моей
собственной выгоде.
— Я думал, эффективнее будет страх перед Рорком.
— Зависит от ситуации. Я думаю, авторитет выжмет больше сока в данном
конкретном случае, чем страх.
— И то, и другое в вашем распоряжении, лейтенант. Увидимся через час.
Когда он отключил связь, Ева сделала еще несколько звонков и кое-что
набросала для себя. Ей пришлось вообразить, что она сидит на собственных
руках, так ей хотелось немедленно позвонить и поторопить Фини.
Пибоди окликнула ее, пока Ева шла через
загон
.
— Я поговорила с куколкой — ее зовут Энджел Скарлетт. Она прямо
поперхнулась, когда я назвала фамилию старика. Мне кажется, в обозримом
будущем ей не светит
Оскар
за лучшую женскую роль. Ее отчет совпадает с
тем, что она говорила раньше, но не настолько, чтобы это казалось
отрепетированным. — Пибоди крутанулась в своем вращающемся
кресле. — Они со стариком соснули часок — уж она позаботилась, чтобы я
поняла, что на самом деле они трахались, — а потом она спустилась,
решила поплавать в бассейне. Она была там, в бассейне, и вместе с ней еще
кое-кто из гостей — это совпадает с их первоначальными показаниями, —
когда старик пошел в душ. — Пибоди сверилась с записями. — У
бассейна подавали коктейли и канапе. Я так исподволь, небрежно
поинтересовалась хозяйкой дома, и она не напряглась. Ава порхала вокруг, как
всегда. Насчет мартини ты не угадала, подавали джин с тоником. В то
последнее лето старик предпочитал именно этот напиток. Ава сама смешивала
джин с тоником. Да, именно она заметила отсутствие старика. Может, Томми
поднимется и скажет отцу, что все они тут пьют коктейли? Через несколько
секунд он выскочил на балкон отцовской спальни и позвал на помощь. Он уже
вызвал
девять-один-один
и уже сдвинул тело в попытке привести старика в
чувство. Все это есть в отчетах. Но кое-что новое я нашла.
— Удиви меня.
— Ну, вряд ли ты удивишься, если я скажу, что Энджел не была в восторге
от нашей Авы.
Холодная, высокомерная, лицемерная
— и это еще самое мягкое,
что я от нее услышала. И еще она заметила, что в те выходные между стариком
и Авой были не самые безоблачные отношения.
— А почему? — заинтересовалась Ева.
— Этого Энджел не знала. Ее
большой белый мишка
, как она его
называла, никогда не разговаривал с ней о делах, не делился семейными
тайнами. Ему не понравилось, когда она пожаловалась на Авино отношение к
себе, поэтому куколка решила больше эту тему не поднимать. Но она заметила,
что Ава и старик были не так приветливы друг с другом, как обычно. В то утро
они не пили вместе кофе у бассейна, а ведь у них это было заведено. Куколка
заподозрила, что у них произошла размолвка, но никому ничего не сказала.
— Все это запиши и внеси в дело. Может, позже у меня появится ниточка,
за которую стоит потянуть. Пока.
При благоприятных условиях поездка на Спринг-стрит стала бы мучительно
скучной, но для Евы она превратилась в ожесточенный бой из-за опрокинутой
тележки уличного торговца и такси, врезавшегося в гриль, на котором до
происшествия поджаривались сосиски. Остановившись за десять автомобильных
корпусов от места действия, Ева сразу поняла, что дальше будет только хуже.
Водитель такси и хозяин злосчастной тележки деловито мутузили друг друга.
Ева сообщила о происшествии в управление, коротко приказала прислать
полицейский автомобиль или патрульных роботов. Разозлившись, она выскочила
из машины, вытащила жетон и двинулась вперед. Таксист с лотошником катались
по раскиданным по тротуару сосискам и картофельной соломке и колотили друг
друга.
— Прекратить! Хватит! Полиция, и я сказала
хватит
! — Она крепко
лягнула каждого по ногам. — А ну кончай, не то живо отволоку обоих в
участок! И, бог свидетель, если кто-то из вас заденет меня, будете сидеть
полный срок за нападение на офицера полиции.
Мужчины обратили к ней свои изрядно пострадавшие лица и принялись
выкрикивать оскорбления и обвинения, тыча друг в друга пальцами.
— А ну тихо! — скомандовала Ева. — А вы, люди, что тут
забыли? Проходите, поищите занятие поинтереснее. Спектакль окончен. Так,
таксист, давай начнем с тебя. Что произошло?
— Еду я тихо, выискиваю пассажиров. — У него был приятный
музыкальный голос жителя тропических островов, причудливо контрастирующий с
распухшими губами и подбитым глазом. — Вижу парня в половине квартала
от меня, он
голосует
. Я — к нему. И тут этот, этот... пихает свою тележку
прямо на проезжую часть! Прямо у меня перед носом!
— Черта с два я ее пихнул! С какой стати мне ее пихать? Смять в лепешку
всю мою тележку?
— Да потому что ты ненормальный псих!
Ева сделала знак таксисту заткнуться.
— Твоя тележка на проезжей части, приятель.
Этот задира, заметила Ева, был ростом вполовину ниже таксиста, с характерным
нью-йоркским акцентом, таким же воинственным, как его разбитый нос.
— Ну да, она на этой гребаной проезжей части, но я ее туда не пихал.
Чертовы мальчишки ее туда пихнули. Чертова шпана! Взялись неизвестно откуда,
один заказывает сосиску с картошкой, я его обслуживаю. А что мне еще делать?
А другой тем временем, наверное, сдвинул тормозной башмак. Я оглянуться не
успел, вся орава покатила мою тележку к углу. Хохочут, как гиены. Вы только
поглядите, что они сделали с моей тележкой! — Он широко раскинул руки,
кровь продолжала капать из его носа. — Какого черта они это устроили?
Господи, я же только стараюсь заработать на жизнь!
— Можешь их опознать?
— Не знаю. Попробую. Нет, вы только взгляните на мою тележку!
Посмотрите на мой товар!
— Я видел этих мальчишек! — Таксист помахал рукой в
воздухе. — Видел, как они летели через улицу! На скейтбордах.
— Да, да, — энергично кивая, подтвердил уличный торговец. — У
них были скейтборды. Кто-то ехал тандемом. Я не видел, куда они свернули. Я
пытался схватить тележку, добраться до тормоза, но тут такси... — Он
откинул волосы со лба. — Черт. Мне жаль твою машину.
— Ты же не виноват. Я видел этих мальчишек, могу помочь с
опознанием. — Таксист попытался улыбнуться. — Жаль твою тележку,
приятель.
Ева передоверила разбирательство прибывшей патрульной машине и паре
охранников. Таксист и лоточник теперь выступали единым фронтом. Наверно,
мальчишки живут по соседству, решила Ева. И до конца дня они успеют
перевернуть еще пару тележек. Но уж в их поимке она не будет участвовать.
Она и так опоздала на десять минут.
Десять минут растянулись на все двадцать, прежде чем она сумела
припарковаться, включить знак
На дежурстве
и выбраться из машины. Она его
уже заметила — своего гражданского консультанта, свой первоклассный трах. Он
стоял, прислонившись к изуродованной граффити стене выстроенного после
Городских войн крысятника, в котором располагался секс-клуб
Трах-тах-тах
.
На нем был темный костюм в тончайшую полоску, легкий плащ раздувался у него
за спиной. Он работал на портативном компьютере.
Его наручные часы, вероятно, стоили больше, чем здание, к стене которого он
прислонился. В этом районе, кишащем нюхальщиками, курильщиками,
ширяльщиками, ворами, грабителями и профессиональными громилами, могли бы
убить и за меньшее. З
...Закладка в соц.сетях
