Жанр: Любовные романы
Нежность
...азу не позвонить за целый вечер!
— Как видишь, дочь, я делаю успехи, — горько усмехнулась
Вероника. — Ладно, мама, я целую тебя и жду завтра в десять утра.
Примерно к этому времени мы будем готовы.
Назавтра ровно в десять Вероника звонила в дверь особняка семьи Карреньо. Во
дворе уже стояла автомашина, которую отец Хосе подарил своему сыну.
Багажник на крыше и двухколесный прицеп были доверху набиты вещами. Все было
накрыто брезентом и перевязано веревками. Вид этого, готового к отплытию,
корабля больно ранил сердце Вероники, и она еще раз почувствовала острое
сожаление оттого, что дочь переезжает в другой город.
Дверь открыла Валентина, уже готовая к отъезду, одетая в джинсы и свитер.
— Мама, привет, слава Богу, ты пришла. А то Хосе все торопит: поехали,
поехали!..
Вероника удивилась:
— Ну не хочешь же ты сказать, что собиралась уехать, не попрощавшись с
матерью! Что это твоему Хосе так не терпится уехать?
Валентина немного отступила, приглашая мать войти в дом.
— Понимаешь, он объясняет свое нетерпение тем, что надо успеть приехать
на место до вечера.
Нет, доченька, — подумала Вероника. — Причина в другом: птенчику
не терпится вылететь из родного гнезда на широкий простор...
— А, собственно говоря, куда мы идем? — спросила Вероника.
— Как куда? К нам в комнату.
— Ну, а что мы там будем делать?
Валентина остановилась и изумленно посмотрела на мать.
— Мама, но ты же еще ни разу не была в нашей комнате...
— В вашей комнате? — Вероника вздохнула. — Ты через несколько
минут уезжаешь, так зачем мне смотреть на эту пустую комнату?
— Мама, мне кажется, ты снова рассердилась на Хосе?
— А как, по-твоему, я еще могу относиться к Хосе за его решение
переехать в Морелию?
— Нам сюда, — Валентина повела мать по лестнице.
Вероника задержалась на ступеньках.
— Валентина, твой муж там? Мне не хотелось бы его видеть.
Девушка умоляюще прижала ладони к груди.
— Прошу тебя, мама, сдержи свои чувства. Сделай вид, что все в порядке.
Ведь скоро ты уже расстанешься с нами.
Вероника вздохнула. Дочь была права.
— Кстати, а где родители твоего Хосе? — поинтересовалась Вероника.
— Сеньора Карреньо на кухне, собирает нам продукты в дорогу, а ее муж
ей помогает, — объяснила дочь.
Валентина распахнула дверь без стука и первой прошла в комнату. Через ее
плечо Вероника заметила, что Хосе стоял у окна и смотрел вниз. При появлении
жены он обернулся и с раздражением спросил:
— Ну что, Валентина, а где же твоя мамочка? Ты что, оставила ее
внизу? — тут молодой человек заметил Веронику и покраснел. —
Сеньора Монтейро, добрый день, рад вас видеть, — смущенно пробормотал
он.
— И я рада видеть тебя, Хосе, — сделав над собой усилие,
улыбнулась Вероника. — Ты небось волнуешься перед дальней дорогой?
— Почему я должен волноваться? — удивился молодой человек.
— Мама, ну как тебе наша комната? — спросила Валентина, чтобы
разрядить обстановку.
Вероника с любопытством огляделась. Конечно, сейчас в комнате царил полный
беспорядок, но тем не менее можно было сделать вывод о том, как жили
молодые. Комната выглядела тесноватой. У одной стены стояла широкая
двуспальная кровать. Рядом с ней с обеих сторон — тумбочки, у стены напротив
два вместительных шкафа для одежды, а у окна письменный стол Хосе. Вероника
обратила внимание, что все стены, за исключением той, у которой стояли
шкафы, были заняты книжными полками.
— Я и не думала, что у вас столько книг, — удивилась женщина.
— Это все книги Хосе, — с гордостью объяснила Валентина.
Сеньора Монтейро с тревогой посмотрела на книжные полки, которые нависали
над кроватью. — Господи, как же это вы спали здесь? — с тревогой в
голосе спросила она. — Ведь это могло в один прекрасный день упасть на
вас!
— Падало, и не раз! — с улыбкой ответил Хосе. — Но теперь все
будет иначе. Должен заметить, сеньора Монтейро, что для нас в Морелии
подготовлен дом, в котором, надеюсь, будет достаточно места.
Вероника внимательно посмотрела на мужа дочери. Судя по всему, Хосе просто
не терпелось похвастаться тем, что он уже чего-то достиг в жизни.
А может
быть, я несправедлива к нему, — подумала Вероника, — может быть,
это действительно неплохо — получить в двадцать пять лет собственный дом,
пусть даже и в провинции... Ведь не каждому улыбается сразу обзавестись
особняком в столице. Например, мы с мужем купили дом, когда Монтейро было
сорок лет
.
— Что скажешь, мама? — спросила Валентина. — Тебе нравится?
— В общем, ничего, — сказала Вероника. — Но ведь вы уже
здесь, можно сказать, и не живете!
— Да, — Хосе вздохнул и осмотрелся вокруг. — Не могу не
признать того, что мне жаль покидать родной дом... Но все готово к отъезду,
труба зовет и... — молодой человек посмотрел на часы. — Нам в
самом деле пора ехать. Давайте спустимся вниз.
На лестнице молодые люди и Вероника столкнулись с родителями Хосе.
— Сеньора Монтейро! — приветливо воскликнула мать молодого
человека. — Как это вы зашли, что я даже не заметила вашего прихода?
Вероника смущенно улыбнулась и пожала плечами.
— Так получилось случайно. Мне очень приятно с вами познакомиться, хотя
и при таких обстоятельствах.
— Да, к сожалению, теперь эта комната опустеет, — со вздохом
произнес сеньор Карреньо. — Птенцы улетают из родного гнезда!
— Что касается моего птенчика, то он упорхнул немного раньше — горько
пошутила Вероника.
— Теперь мы с вами собратья по несчастью, — невесело согласился
сеньор Карреньо.
Они вышли во двор. Сеньора Карреньо передала сыну несколько объемистых
пакетов с едой, которые молодой человек положил на заднее сиденье.
— Мы подкрепимся в дороге, большое спасибо, мама, — ответил он и
сел за руль, нетерпеливо посматривая на всех.
— Вот ты и стала взрослой, девочка моя, — прошептала мать, с
удивлением глядя на Валентину, словно заметила это только сейчас.
Валентина с трудом сдержалась, чтобы не заплакать.
— Мне теперь придется тратить уйму денег на телефонные
разговоры, — продолжала Вероника.
Дочь попыталась улыбнуться, но не смогла, в ее горле стоял комок. Все ссоры
и размолвки последних месяцев показались в этот момент Валентине пустыми и
ненужными.
— Мама, — пробормотала наконец молодая женщина, —
мама... — Ей хотелось так много высказать матери, но почему-то
подходящие слова не приходили на ум.
— Валентина, Валентина! — внезапно услышали они.
Вероника повернулась на крик и увидела, как по улице бежит, махая рукой,
подруга Валентины.
— О Господи! Мама, это Марианна Элья!
— Неужели ты думаешь, что я забыла, как зовут твою подругу? —
перебила Валентину мать.
— Я позвонила Марианне сегодня и сообщила, что уезжаю, —
продолжала дочь. — Она всполошилась, точно так же, как и ты вчера, и
сказала, что не позволит мне уехать, не попрощавшись с ней. Мамочка, как-то
глупо получается... Я так люблю тебя, Хосе, Марианну... А уезжаю с тяжелым
сердцем, ведь ты злишься на моего мужа и на мою подругу... Мама, может быть,
ты помиришься с Марианной и с Хосе перед тем, как мы уедем?
Вероника вздохнула.
— Девочка моя, ты мне уже об этом говорила, и мне кажется, я доказала
тебе, что я не сержусь на твоего мужа. А Марианна? Ну что же, очень часто
мне казалось, что вы с ней занимаетесь не тем, чем надо, но если я
ошибалась... Что же, тебе виднее. Я могу заверить тебя, что и с Марианной не
буду ссориться.
Хосе тем временем завел мотор и несколько раз нажал на акселератор.
Двигатель взревел. Молодой человек хотел показать этим, что пора ехать,
хотел поторопить жену.
— Валентина, — тяжело переводя дух, сказала Марианна. —
Валентина... Я все-таки успела!
— Да, ты просто молодец, я верила, что ты успеешь!
Марианна смущенно смотрела на Веронику и не решалась ничего сказать при ней.
— Ладно, девушки, я отойду, чтобы не мешать вам, — заметила
Вероника.
И она отошла к родителям Хосе, которые, стоя у машины, давали последние
наставления сыну. Сеньор Карреньо говорил:
— Будь осторожен, мой мальчик, и, самое главное, не увлекайся
скоростью... Машина тяжело нагружена, ты можешь не справиться с управлением
на любом повороте!
— Да ладно, папа, я не в первый раз сижу за рулем, — отмахивался
Хосе.
Сеньоре Карреньо тоже было что сказать сыну.
— Хосе, — говорила ему мать, — тебе досталась умная и
внимательная жена, — при этом сеньора Карреньо искоса поглядывала на
Веронику. Естественно, эти слова отчасти были адресованы ей. — Но тем
не менее, Хосе, — продолжала сеньора Карреньо, — смотри за собой!
Береги себя, мой мальчик.
В это время Марианна говорила Валентине:
— Если честно, подружка, я и не знаю, что сказать...
Валентина понимающе улыбнулась.
— Поверь мне, что у меня такое же состояние...
— Но не беда, — быстро проговорила Марианна. — Я думаю, мне
сейчас самым главным было увидеть тебя, а общаться мы сможем по телефону,
либо в письмах...
— Хорошо, мы будем переписываться! — заверила подругу
Валентина. — Как только я приеду на место, я тебе позвоню и сообщу
адрес.
Девушки расцеловались.
В это время Хосе нажал на клаксон и крикнул:
— Валентина, ну сколько же можно! По-моему, ты со всеми уже
распрощалась... Уже одиннадцать часов, и нам с тобой давно пора быть в
дороге.
Валентина последний раз посмотрела Марианне в глаза.
— Слушай, — сказала она подруге. — Ради меня... Помирись, пожалуйста, с моей матерью!
— А ты уверена, что она на это пойдет?
— Она только что сказала мне, что совсем на тебя не сердится, —
заверила подругу Валентина.
Она наконец подошла к машине.
— Мама, будь уверена, со мной ничего неожиданного не случится.
— Я, конечно, хотела бы быть с тобою рядом при родах...
— Кто знает, может, я специально ради этого вернусь в Мехико...
— Ну, ладно, девочка... — она поцеловала дочь. — Давай
прощаться.
— Я все-таки буду скучать по Мехико, — признался Хосе.
— Ты привыкнешь к новому месту, дорогой, — успокоила мужа
Валентина. — Морелия — такой чудесный город! Туда каждый год стекаются
толпы туристов. Многие люди приезжают туда только затем, чтобы полюбоваться
этим городом.
— Некоторые вообще утверждают, что это самый красивый город в нашей стране, — добавил он.
Валентина весело посмотрела на мужа.
— Все-таки лучше было бы, если бы тебе дали работу в Гвадалахаре, там
хоть есть знакомые мамы и мой дедушка, — сказала она.
— Ничего! — муж расправил плечи. — Мы приедем на место,
устроимся, заведем себе друзей.
Хосе и Валентина мчались по двенадцатирядной автостраде. Мотор иногда чихал
и на подъемах принимался надрывно реветь.
— Ты время от времени оглядывайся, Хосе! — сказала Валентина.
— Зачем? — удивился молодой человек.
— Чтобы быть уверенным, что наш прицеп еще с нами. Он так нагружен, что
может отцепиться на ходу.
Хосе рассмеялся и успокоил жену:
— Валентина, милая! Мне не нужно оглядываться, потому что я вижу прицеп
в зеркале заднего вида! Мы его не потеряем, можешь быть спокойна. Если он и
оторвется, то лишь с половиной багажника...
Валентина вскоре перебралась на заднее сиденье. Только там она могла
вытянуть ноги, которые затекли от долгого сидения в одной позе.
— Надеюсь, эта коляска нас все-таки не подведет и не развалится по
дороге, — сказал Хосе после некоторого молчания.
— Коляска! — развеселилась Валентина. — Багажник на месте...
наша машина не развалится!
— Откуда ты знаешь?
— Неужели непонятно? Потому, что сейчас на ней едем мы, любимый.
— Может быть, — сказал Хосе. — Но, между прочим, перед
выездом отец осмотрел заднюю ось. И он мне сказал, что выглядит она довольно
печально. А тут еще дорога, мы и наши вещи.
— Эта машина должна вынести все. Не будь неблагодарным сыном, Хосе.
Отец сделал тебе подарок, и ты должен быть доволен.
Хосе улыбнулся и промолчал.
— И вообще, что это мы все едем и едем? — недовольно произнесла
молодая жена. — Несколько однообразно, не находишь?
— Что ты имеешь в виду, Валентина?
— Я имею в виду то, что мне очень неудобно обнимать тебя, когда ты
сидишь за рулем, а именно это мне сейчас хочется сделать.
— Желание супруги — закон, — пробормотал Хосе и сбросил скорость.
Он съехал с дороги и затормозил в небольшом леске среди невысоких, крутых
гор.
— Как ты думаешь, здесь достаточно комфортная обстановка, чтобы ты
могла обнять меня? — спросил Хосе, оборачиваясь к Валентине.
Она хитро смотрела на него.
— Достаточно! Тебе осталось только перебраться на заднее сиденье.
Хосе вылез из машины, с наслаждением вдохнул чистый воздух и забрался к
Валентине.
— Ну вот и я. Так что ты хотела мне сказать?
Валентина молча принялась расстегивать его рубашку.
— Наверное, что-то у меня со слухом. Почему я ничего не слышу? —
спросил Хосе, шутливо отбиваясь.
— Молчи, дурачок... Хоть раз можешь помолчать?
Через полчаса они снова мчались по дороге. Ветер трепал волосы Хосе. Он
прищурил глаза, но не поднимал ветровое стекло.
— Как ты там? — обернулся Хосе к Валентине.
— Ничего, — пробормотала она.
— Не замерзла?
— Как можно замерзнуть при такой жаре, милый? — удивилась
Валентина. — Правда, мне уже начал надоедать этот ветер. Не мог бы
закрыть окно?
Хосе продолжал сосредоточенно глядеть вперед.
— Если я подниму стекло, я засну прямо за рулем. Так что потерпи. Не
жалуйся, а пересядь так, чтобы тебе не дуло.
— Я не жалуюсь, Хосе, — ответила Валентина. — Только мечтаю о
том, чтобы ты меня слушал всегда, а не только тогда, когда я хочу обнять
тебя.
Некоторое время супруги ехали молча.
— Поройся в вещах, — наконец посоветовал Хосе. — Там должно
быть одеяло...
— Ты предлагаешь мне поспать?
— Нет, просто укутайся, чтобы тебя не продуло...
— Нет уж, спасибо! — воскликнула супруга. — У тебя жуткое
одеяло...
— Но ведь здесь никого нет! — сказал Хосе. — Тебя никто не
увидит!
— Мне достаточно того, что меня видишь ты, — возразила жена.
— Вот как! — воскликнул Карреньо. — Ты боишься мне
разонравиться...
— Да, представь себе! Как это ты умудрился спрятать одеяло так
далеко... Ведь мы только что лежали на нем!.. Или оно в багажнике?
Хосе понял, что она начала рыться в вещах.
— Далеко я его не мог спрятать! — сказал Хосе, не
оборачиваясь. — Посмотри левее, между двумя пакетами... Нашла?
— Да, Хосе, спасибо!
Юноша обернулся и увидел, что Валентина до плеч укрылась одеялом.
— Нет, это невыносимо, — пожаловалась она через несколько
минут. — От ветра я закрылась, но теперь меня донимает солнце.
— Выбирай, что хочешь, Валентина, — пошутил Хосе. — Или
ветер, или солнце!
— А ты не зашторишь окна?
— Чем?
Хосе стали понемногу раздражать капризы жены. Когда он оглянулся, Валентина
заметила на его лице недовольную гримасу.
— Хосе, — сказала Валентина. — Не стоит оборачиваться так
часто! Лучше следи за дорогой, ведь я хочу, чтобы ты довез меня в целости и
сохранности!
— Не волнуйся, милая! — проговорил Карреньо. — Я тоже,
поверь, всей душой хочу добраться целым...
— И потом, Хосе, — добавила девушка, — если уж ты
поворачиваешься, я не хочу видеть недовольное выражение на твоем лице...
— Такое? — Хосе обернулся к жене, состроив гримасу.
— Перестань! — взвизгнула Валентина. — Смотри на дорогу,
дурак!
В это время из кустов на дорогу выбежал заяц.
— Хосе! — закричала она.
Карреньо в последнюю секунду успел вывернуть руль.
— Уф-ф-ф! — облегченно вздохнул он.
Заяц скрылся в кустах по другую сторону дороги. Валентина заплакала.
— Ты только что едва не убил меня, — сказала она. — И нашего
ребенка.
— Ты ошибаешься, милая, — возразил Хосе. — По-моему, я только
что едва не убил зайца... Кстати, спасибо, что предупредила. Этим ты спасла
его от неминуемой смерти. Я бы на его месте послал тебе воздушный поцелуй.
— Прекрати паясничать, — воскликнула Валентина. — У меня до
сих пор все внутри дрожит.
Хосе пожал плечами.
— Не стоит волноваться, — сказал он. — Ведь я с тобой!
— Именно поэтому я и волнуюсь, — отрезала Валентина. — Я тебя
слишком хорошо знаю.
— Вообще-то ты права, — заметил Хосе.
— Да? — спросила она, довольная тем, что он признал ее
правоту. — Что ты хотел сказать?
— Если бы заяц попал к нам под колеса, мы бы его раздавили... И колеса
начали бы скользить по нему, как по льду, нас бы при такой скорости
развернуло и выбросило из машины. Мы бы романтически закончили земной
путь...
— Умоляю, Хосе, давай без этих леденящих душу подробностей...
— Ну-ну, Валентина, милая, успокойся, — начал утешать ее муж.
— Ладно, — вытерла слезы она. — Считай, что я все забыла.
Только смотри вперед, хорошо?
Хосе, не оборачиваясь, кивнул.
Некоторое время было слышно только, как по дороге шуршат шины.
— Между прочим, было бы неплохо поесть... — вдруг сказала
Валентина.
— Давно, — поддержал Хосе. — Ты что-нибудь взяла с собой?
Жена отрицательно покачала головой.
— Не слышу? — сказал Хосе. — Говори вслух, иначе я снова буду вынужден оборачиваться.
— Я ничего не взяла, — сказала Валентина. — Я слишком быстро
собиралась... И потом, какие-то пакеты со съестными припасами тебе передали
родители?
Слишком быстро собиралась! — мысленно передразнил ее Хосе. —
Только и делала, что думала о матери, а все собрал я!
— В таком случае, — сказал он вслух, — я вынужден тебя
разочаровать. У нас ничего нет.
— Почему? А куда все подевалось?
— Когда мы после остановки выезжали на шоссе, я успел заметить краем
глаза, что пакеты, собранные моей матерью, остались на полянке. Они выпали,
когда мы открывали дверь.
— О Господи! — воскликнула расстроенная Валентина. — А ты и
не остановился?
— До меня дошло гораздо позже, что в этих пакетах могли быть съестные
припасы...
— Проклятие! А ты не взял с собой какого-нибудь бутерброда?
— Что? — насмешливо отозвался Хосе. — Я взял с собой
автомобиль и тебя. Обо всем остальном должна была побеспокоиться ты.
— Ты не мог предупредить меня раньше? — всхлипнула Валентина.
— Я надеялся, что на это у тебя хватит ума, моя милая, — ответил
Хосе.
— Ну придумай же что-нибудь! — жалобно попросила Валентина еще
через несколько минут.
— А ты не считаешь, что полезно иногда поголодать, чтобы поддержать
фигуру?
Валентина обиженно замолчала.
Через некоторое время Хосе произнес:
— Слушай, Валентина, нам надо потерпеть. То, что мне под колеса едва не
попал заяц, свидетельствует, что мы находимся далеко от жилья.
— Почему ты так думаешь?
— В противном случае это была бы кошка.
— Хосе, прошу тебя, поезжай быстрей, я жду не дождусь, когда мы увидим
какой-нибудь придорожный ресторан!
— А ты уверена, что сможешь съесть то, что тебе там предложат? Не
думаю, что там будет что-нибудь, чего бы захотелось беременной женщине!
Хосе удовлетворенно замолчал, думая, как отомстил жене этим замечанием.
И правда, Валентина некоторое время молчала. Но потом вдруг спросила:
— Послушай, Хосе, а как тебе моя подруга Марианна?
— Почему это тебя так волнует? — холодно спросил супруг. —
Особенно сейчас?
— Хочу выяснить, скольким женщинам найдется место в твоем
сердце, — запальчиво ответила Валентина.
Хосе задумался. Он знал Марианну гораздо дольше, именно она познакомила его
с Валентиной. Но встречи с Марианной не оставили никакого следа в его
памяти.
— Но ведь я женился на тебе...
— По твоему тону можно подумать, тебе это было очень тяжело — поменять
Марианну на меня, — Валентина принялась вспоминать обстоятельства их с
Хосе знакомства.
— Действительно, Валентина, мне нелегко это далось... — молодой
человек ответил в тон жене. — Ладно, ладно, не дуйся! Я шучу.
— А как Марианна отнеслась к тому, что ты ее оставил?
— Нельзя сказать, что твоей подруге было все равно. Однако она поняла,
что у нас — серьезно, и преодолела свои чувства. А что это вдруг ты
принялась копаться в прошлом? — вопрос прозвучал довольно резко.
— Что тебя удивляет? — вопросом на вопрос ответила
Валентина. — Я твоя жена и хочу все знать о тебе. Хосе, ты не
расскажешь, как у тебя было все с Марианной до того, как появилась я?
Например, вы с ней ссорились?
— Бывало по-разному, — спокойно сказал Хосе. — И ссоры в том числе. Да, мы ссорились.
— А почему?
— Слушай, тебе не кажется, что ты глубоко стала копать?
— Нет, просто мне интересно, какие отношения у тебя были с другими
девушками...
— С Марианной мы ссорились часто, но это ни о чем не говорит. Я приложу
все силы, дорогая моя, чтобы мы с тобой жили мирно, — успокоил ее
Хосе. — А у Марианны просто скверный характер. Не знаю, может, кому-то
он и нравится. Мне же — нет.
— Но ты так долго был с ней. Почему?
— Потому что не встречал тебя! — воскликнул Хосе. — А
Марианна... Я даже дрался однажды из-за нее... Разбил очки одному негодяю...
Помню, еще и руку порезал о стекло, смотри, какой шрам!
Хосе протянул жене руку, и она увидела на ладони небольшой белый рубец.
— Ого! — оценила она. — А из-за меня ты дрался?
— Да! — кивнул Хосе.
Вообще-то он покривил душой. Драться из-за Валентины ему не довелось —
просто не успел. Ведь знакомы с Валентиной они были всего несколько месяцев.
Хорош был бы он, если бы жена вздумала расспросить подробней!
Но Валентину не интересовали подробности.
— Ты молодец! — пылко похвалила она и, неожиданно наклонившись
вперед, поцеловала мужа в щеку.
Машина резко вильнула.
— Ты с ума сошла, Валентина! — воскликнул молодой человек. —
Мы все-таки перевернемся!
— Ладно-ладно, успокойся, больше не буду тебя отвлекать! — сказала
жена. — Можешь ехать спокойно.
Автомобиль несся вперед. Валентина давно уже не подавала голоса. Хосе,
выбрав момент, посмотрел на заднее сиденье и увиде
...Закладка в соц.сетях
