Жанр: Любовные романы
Мэгги по книжке
... было видно. Стерлинг же, как
догадывался Сен-Жюст, разнюхал, где стол с закусками, и, видимо, безжалостно
уничтожал стройные ряды маленьких воздушных пирожных, которые покорили его
сердце в самый первый вечер.
— Благодарю за цветы, Мэгги, — Венера цедила каждое слово так,
будто на самом деле произносила:
Иди утопись в сортире
.
— Всегда пожалуйста. Все-таки тебя здорово тряхануло, — Мэгги
ухмыльнулась.
Сен-Жюст сделал вид, что не понял завуалированной издевки.
— Очень мило, Мэгги, — сказала Венера. — Ну, нам пора. Аu
revoir.
Это прозвучало как
о, резервуар
.
— До встречи, Венера, — Сен-Жюст поклонился и добавил: — До
встречи, Вилли.
— Что ты ищешь? — спросила Мэгги, когда Венера и сержант
удалились, направившись в самую толпу, чтобы — Сен-Жюст был в этом абсолютно
уверен — их увидело как можно больше людей.
В конце концов, он сам к этому стремился. Нельзя сказать, что участие
сержанта в конкурсе беспокоило его, поскольку Сен-Жюст не страдал от
недостатка уверенности в себе.
— Не что, а кого, дорогая. А именно Мари-Луизу, — он снова оглядел
переполненный людьми коридор и наконец увидел, как она выходит из-за спины
чрезмерно толстого Генриха VIII. — А вот и она. Мари-Луиза, почему ты
ушла?
— Не люблю копов, — призналась она. — Это ведь был Деккер?
Раньше он все время околачивался рядом с портом. Один раз пытался меня
задержать за попрошайничество, но я отбилась. Как думаешь, он меня узнает?
— В таком наряде? — удивилась Мэгги. — Вряд ли. Не хватайся
постоянно за нож, а то кажется, что ты готова выпустить кишки любому, кто к
тебе подойдет. Это я так, к слову.
— Смею добавить, что у тебя весьма интересная жизнь, — Сен-Жюст
протянул Мари-Луизе руку. — Может, тебе написать книгу?
— Конечно, кто угодно может написать книгу. Главное, чтобы выдался
выходной, когда больше нечем будет заняться, — огрызнулась Мэгги за его
спиной... как он и предполагал.
Сен-Жюст улыбнулся и повел всех к валькирии.
— А как же Носокс и Джей? — поинтересовалась Мэгги, когда они
протянули билеты.
— Не беспокойся за них. Если ты выглядишь и ведешь себя, словно король,
все будут считать тебя королем.
— Ты так говоришь, потому что не видел, как пять лет назад охранник не
пропустил основательницу ГиТЛЭРа на заключительный банкет, где она должна
была вручать призы, поскольку у нее не оказалось входного билета.
— Мне кажется, тебе пора отпустить прошлое на свободу, Мэгги, —
Сен-Жюст предусмотрительно держался от нее подальше. — Сегодня вечер
наслаждений, так что наслаждайся.
— Сейчас возьму свой дополнительный стакан вина и оторвусь на всю
катушку, — Мэгги зашагала к бару.
— Вот брюзга, — хмыкнула Мари-Луиза, подтягивая пояс, на котором
висел нож. — А вот и Стерлинг. Я уж думала, что он потерялся. Бедный
толстячок никак не может разобраться, что такое Джей-Джейн.
— Похоже, сейчас он озабочен чем-то другим, — заметил Сен-Жюст,
глядя на Стерлинга, который казался еще более растерянным, чем
обычно. — Стерлинг, что-то случилось?
— Я не знаю, — Стерлинг не поднимал глаз. — Что такое
имплантированный пенис?
Мари-Луиза закашлялась, давясь смехом.
— Прошу прощения, Стерлинг?
— Имплантированный пенис, — повторил тот с очаровательной
наивностью. — Джанкарло собирался побить — совершенно точно, Сен-
Жюст, — этого Дамьена. Дамьен сказал, что Джанкарло делал пластическую
операцию. Я не совсем понял, о чем речь, но потом Джанкарло сказал, что
Дамьену имплантировали пенис, и Дамьен, похоже, воспринял это как ужасное
оскорбление. Лизе Лэнг пришлось их разнимать.
Мари-Луиза буквально повисла на руке Сен-Жюста. Она хохотала, фыркала и почему-
то сжимала ноги, пока наконец не смогла выдавить:
— Мне... в туалет... ой, не могу... Блин, Стерлинг, я тебя обожаю!
— Э... спасибо, — Стерлинг посмотрел на Сен-Жюста. — Мэгги
тоже меня любит. Как сестра. Думаешь, Мари-Луиза тоже любит меня как сестра?
— Понятия не имею, Стерлинг, — ответил Сен-Жюст, повторяя про себя
выражение
имплантированный пенис
, пока не догадался, что это значит. Все-
таки он смотрел
Учебный канал
.
Он поразмыслил над словами Стерлинга. Каким-то образом его друг, благослови
его бог, умудрялся оказываться в нужное время в нужном месте. Ему удалось
выяснить, что Джанкарло, который так долго был на пьедестале, по слухам, вот-
вот уступит свою корону Дамьену. Ничего удивительного, что эти двое в
открытую были на ножах.
— Да, я думаю, что понял правильно. Как сестра, — Стерлинг,
очевидно, все еще обдумывал этот вопрос.
— Великолепно. Ты наверняка рад, что у тебя теперь столько сестер.
Представляю, как они дарят тебе на Рождество тапочки с вышивкой. Но ты
сказал, что Лиза Лэнг разняла этих джентльменов? Лиза Лэнг из интернет-
журнала
Все о романе знает Роза
?
— Да. Она схватила Джанкарло и оттащила его. А что?
— Ничего. Я просто сопоставляю разных людей.
— Зачем?
— Опять же, не знаю. А вот Носокс и Джейн. Джентльмены, у вас не
возникло сложностей на входе в зал?
— Нет, — ответил Носокс. — А вот две дамы в коридоре все еще
роются в сумочках, не знают, куда подевались билеты. Джейн у нас чертовски
талантлива, правда, радость моя?
Стерлинг уставился на улыбающегося Джея-Джейн.
— Вы залезли к ним в сумочки? Вот это да! Будь я проклят, если вы не прихватили еще и карточки!
В ответ Джей-Джейн сделал реверанс и протянул Стерлингу руку в черной
митенке для поцелуя.
— Вот это да! — мужественно повторил Стерлинг и энергично
встряхнул руку Джея-Джейн.
Сен-Жюст, стоя у него за спиной, пытался скрыть улыбку.
Джей-Джейн с щелчком раскрыл веер и принялся им обмахиваться.
— Я вам не нравлюсь, Стерлинг? — спросила она кокетливо.
— Да, то есть нет! То есть да... Я хочу сказать... — он повернулся к
Сен-Жюсту, который поднял бровь. — Что мне делать, Сен-Жюст? Было бы
так здорово, если бы он... если бы она... ох, ну что за чудачество.
— Поосторожней, дружище, — произнес Носокс.
— Я сказал что-то не то? — Стерлинг, нахмурившись, повернулся к
нему: — Я не хотел никого обидеть!
— Ты никого не обидел, Стерлинг, — Носокс похлопал его по плечу,
после того как Сен-Жюст слегка качнул головой, словно говоря, что Стерлинг
не имел в виду ничего плохого. — Теперь пойдемте все вместе, сейчас
начнется конкурс. Ты костюме?
— Я? Нет, я не участвую. Я так оделся, потому что мне нравится, правда,
Сен-Жюст?
— О да, ты чрезвычайно привязан к этому жилету, к моему великому
сожалению, — виконт смягчил ядовитые слова улыбкой.
— Мэгги он тоже нравится, — запротестовал Стерлинг. — Но я,
знаете ли, не слишком гожусь для того, чтобы участвовать в конкурсах, быть
королевой бала...
— Это уже второй раз, Алекс, — Носокс поднял два пальца. — Ты
уверен, что он не понимает, о чем говорит?
— Что? Что? — спрашивал Стерлинг, переводя взгляд с Носокса на Сен-
Жюста, а потом на Джея-Джейн, который хихикал, прикрываясь веером.
— Не беспокойся, Стерлинг, все нормально. Смотрите, Роза уже на сцене.
Похоже, наш маленький конкурс вот-вот начнется. Не самое достойное занятие,
но приходится, когда карман пуст и нужда заставляет. Носокс, мадам? Выходим?
— Мы решили выходить последними, — отозвался Носокс. —
Последних лучше запоминают.
Сен-Жюст пошел один, отметив, что, хотя к конкурсу приготовились многие,
примерно столько же участников конференции, как и Мэгги, были без костюмов.
Он вышел в коридор, где собрались конкурсанты, и с удивлением обнаружил, что
Бернис Толанд-Джеймс в их число не входит.
— Берни? — Сен-Жюст поднес к глазу монокль и жестом попросил ее
повернуться, чтобы полюбоваться со всех сторон. — Боже, ты великолепна!
— А как же иначе, — Берни явно кокетничала. — Тебе
нравится? — она вытянула руки в стороны и снова покрутилась, теперь в
другую сторону.
— Безмерно, — Сен-Жюст поцеловал ей руку. — А кто ты?
— Ты что, не видишь? — Берни подняла брови. — Ева, конечно.
— Конечно же, дорогая, — мужественно сдержав улыбку, ответил
он. — После грехопадения. Ведь это фиговые листья?
— Да, и фиговые листья
от кутюр
. Они также в волосах. И надкушенное
яблоко, видишь?
— А в другой руке — стакан скотча. Еще один грешок?
— Точно. Похоть, обжорство, пьянство и тому подобная чепуха, —
Берни поправила короткое платье из фиговых листьев — без рукавов, с
бретелькой через одно плечо, — которое почти целиком открывало ее бедра
и красивые длинные ноги со стройными лодыжками. Дополняли наряд ярко-красные
туфли на шпильках. — Я не удержалась. Мэгги наверняка будет дуться. Как
в прошлом году, когда я в таком виде пришла в издательство на вечеринку в
честь Хэллоуина.
— Мэгги будет нечего сказать на это.
— Да, но это не значит, что она промолчит. Она такая скромница. Я все
время говорю ей, что жизнь коротка и надо брать от нее все, — Берни
тряхнула головой, длинные, до талии, рыжие волосы разметались. Она поманила
Сен-Жюста поближе к себе. — Не говори Мэгги, что Табби исчезла.
— Исчезла?
— Отчалила. Свалила. Уехала домой.
— Но почему? Только не говори, что из-за этих розыгрышей.
— Нет, хуже. Она позволила этому хрену вернуться домой.
— Дэвиду? Они помирились?
— Можешь называть это так. Я бы не назвала. Она дала слабину, вот что.
Струсила, черт побери. Она никогда не разведется с этим козлом.
Сен-Жюст кашлянул в кулак.
— Что? Ладно. Прости. Но у меня самой двое бывших, и оба уроды, если
помнишь, и я давала им прикурить, пока они не померли, тот и другой. Но зато
я от них отделалась. А Дэвид висит у Табби на шее, словно камень, и тянет ее
на дно каждый раз, когда она начинает верить в себя. Он спит со всем, что
движется, пьет, как сапожник, и тратит денег больше, чем Табби зарабатывает.
Просто в голове не укладывается!
— Не все такие смелые, как ты, Берни, не у всех такая воля и сила
духа, — сказал Сен-Жюст, когда они встали в ряд с другими парами,
готовясь войти в зал.
— Истина в вине, — Берни подняла бокал. — У Мэгги сигареты, у
меня — виски. Может, нам и для Табби найти зависимость, помимо Дэвида?
— Может, рисование? Акварелью? Прекрасное занятие для леди. Я подумаю
об этом, — улыбнулся Сен-Жюст.
В зале приглушили свет, и Роза постучала по микрофонам деревянной указкой,
чтобы ее не ударило током.
— Дамы и господа! Добрый вечер и добро пожаловать на первый ежегодный
конкурс костюмов, организованный компанией
Бифштексы дядюшки Джима
!
Достойная прелюдия к нашему грандиозному финалу, конкурсу
Лицо с
обложки
, — хрипловато пробасила в один из двух микрофонов Роза.
Микрофон не работал. Но Мэгги все равно слышала эту женщину, чей тихий шепот
(если она вообще когда-нибудь шептала) можно было бы расслышать в округе
Квинс.
Лиза Лэнг быстро поднялась на сцену и придвинула второй микрофон.
— Спасибо, Лиза. Теперь меня слышно? — Роза повысила голос. —
Раз, раз! — Колонки содрогнулись и захрипели. — Ой, извините. Зато
теперь слышно. О, спасибо, спасибо, — поклонилась она, когда все
вежливо засмеялись. — Сегодня вечером состоится первое развлекательное
шоу. По итогам всех конкурсов мы выберем мужчину и женщину, которые в
следующем году украсят собой обложки наших любимых романов. А сегодня
вечером каждый, кроме прежних победителей, может претендовать на приз за
лучший костюм. Милые дамы и господа, кто поддерживал меня все эти годы, это
— ваша награда, моя благодарность за вашу любовь.
— Ладно, пустая болтовня закончилась. Слушай, — шепнула
Берни. — Сейчас назовут первую номинацию. Эта тетка отлично умеет
накалять обстановку.
— В каждой номинации будет три награды — пятьсот, триста и сто
долларов. А также нас ждут два главных приза, женский и мужской, по десять
тысяч долларов.
— Толпа безумствует, — пробормотала Берни, закатывая глаза, пока
все хлопали и вопили. — Какого черта я здесь делаю? Знаешь, однажды кому-
нибудь нужно усадить меня и проверить, что творится у меня на чердаке. И
вообще, у меня уже задница вспотела. Почему в коридорах всегда так жарко?
— Тихо, Берни, я хочу послушать.
— Итак, у нас четыре номинации, — продолжала Роза. — Лучший образ, мужской и женский.
— Ну наконец-то, — Берни отодрала от платья фиговый лист и
принялась им обмахиваться. — Сейчас все пойдет как по маслу.
— Самый оригинальный европейский костюм. Самый оригинальный
американский костюм. И, наконец, приз за костюм реального исторического
персонажа. На каждое место мужской и женский приз.
— В последней номинации победит Венера, — закивала Берни. —
Она выложила не меньше двух тысяч за свою Марию-Антуанетту. Окончательного
сходства она добьется, только если отрежет себе голову и будет таскать ее в
корзине. Я хотела предложить ей помощь в этом, но сдержалась. Она и так
отлично держится. Я просто сказала ей, что уверена: если она выиграет
главный приз, то пожертвует эти десять тысяч долларов на рекламную кампанию
ГиТЛЭРа. Вряд ли бы она сама до этого додумалась.
— Берни, слушать тебя — неземное удовольствие, — Сен-Жюст
наклонился и поцеловал ее в щеку. Тут заиграла музыка, и конкурс начался. Он
протянул Берни руку: — Пойдем.
Мэгги стояла с краю толпы на левой стороне зала, грея в руках стакан белого
Зинфанделя
, поскольку боялась, что если выпьет больше одного, то у нее,
как всегда, зачешется нос, а язык начнет заплетаться.
— Мне больше нравится вон та, — Стерлинг указал на Малютку Бо-Пип
с длинным посохом и чучелом барашка, которая бродила по залу. — Гораздо
больше, чем тот вампир, — добавил он, вздрогнув.
— Это не настоящий вампир, знаешь ли.
— Я-то знаю, но знает ли он? — Стерлинг снова вздрогнул. — А
вон мисс Симмонс и сержант.
Мэгги перевела взгляд на Венеру, которая плыла по залу, опираясь на руку
сержанта Деккера, с высоко поднятой головой и такой... заносчивой улыбкой.
— А Деккер идет, словно ему вставили палку в... ладно, это я так. Черт,
Лиза вывела Венеру из ряда. Наверное, это мелочно, но я правда не хочу,
чтобы она выиграла.
Сен-Жюст произвел обычный фурор, когда остановился посреди зала, вставил в
глаз монокль и принял эффектную позу, затем повернулся к своей партнерше и
самым что ни на есть элегантным образом расшаркался, склоняясь к ее руке.
— Выпендривается... — произнесла было Мэгги, но тут ее глаза вылезли из
орбит. — Господи, это что, Берни?
— Где? — спросил Стерлинг, оглядываясь.
— Вон там, — Мэгги ткнула пальцем в середину зала, — с
Алексом. Да она полуголая! А, я вспомнила. Это Ева, — она пожала
плечами. — На этот раз причесалась получше, и то ладно.
— О, смотри, Мэгги. Сен-Жюста пригласили к сцене. Он наверняка победит.
Но Мэгги смотрела вовсе не туда. Ее целиком поглотило зрелище, которое
являли собою Носокс и Джей-Джейн. Они шли последними, поодаль от остальных.
Носокс невероятно убедительно изображал головореза, а за ним с высоко
поднятой головой семенил Джей-Джейн, виртуозно обмахиваясь огромным шелковым
веером. Он... она... или кто оно там — с головы до пят королева красоты,
подумала Мэгги и содрогнулась.
Обоих также пригласили на сцену.
— Итак, дамы и господа, первый ежегодный конкурс костюмов, и он
великолепен, мои славные! — завопила Роза в микрофон.
— Зачем так орать, а? — Мэгги потерла заложенные уши. —
Спрашивается, для чего тогда микрофон?
— Тише, — попросил Стерлинг. — Сейчас объявят победителей.
— Ой, тоже мне, важность. Извини, конечно, Стерлинг, — пробурчала
Мэгги, допивая вино. — Просто мечтаю это увидеть.
— Сен-Жюст и Мари-Луиза могут выиграть по десять тысяч долларов, —
напомнил Стерлинг.
— Тоже верно, — Мэгги поставила пустой стакан на сервировочный
столик за спиной. — Ладно, давай послушаем.
Первый приз первой номинации ушел к Генриху VIII и женщине-викингу. Или
викингине?
Мари-Луиза получила первый приз в американской номинации и, кажется, была
довольна, поскольку выхватила из-за пояса нож и взмахнула им несколько раз
перед тем, как подойти за призом.
Потом Мэгги хлопала и свистела Носоксу, который тоже занял первое место в
этой номинации, а Стерлинг выдал троекратное
Ура!
.
Исторические костюмы как-то не запомнились, кроме третьего места, которое
заняла Венера Бут Симмонс. По мнению Мэгги, получая приз, она улыбалась
весьма натянуто.
Подошло время объявления главного приза, все камеры были наготове, участники
и журналисты пришли в волнение, и наконец Роза попросила Венеру назвать
призеров.
— Роза умница, — объяснила Мэгги Стерлингу. — Она отлично
знает, что Вера расстроилась, поэтому подкинула ей конфетку. Теперь Вера
попадет в газеты вместе с победителями, понимаешь?
— Понимаю ли я? Нет, не понимаю, — со вздохом ответил
Стерлинг. — Я вообще не понимаю женщин. О, Роза вскрывает конверт.
Роза разрезала конверт и вынула из него лист бумаги. Сняла блестящие
вычурные очки, протерла их перед своей обширной грудью, снова надела.
— Итак! — выкрикнула она в микрофон, и от ее голоса содрогнулись
люстры. — Обладатель главного приза — Александр Блейкли!
Стерлинг, мягко выражаясь, ошалел. Он вопил, топал, визжал
Ур-р-р-а-а-а!
.
Он был настолько счастлив, что схватил Мэгги за плечи и крепко поцеловал.
Потом отступил, совершенно ошеломленный.
— О матерь божья, я с ума сошел... Прости.
— Ничего страшного, Стерлинг, — заверила его Мэгги. — Я тоже
счастлива. Даже готова простить Алексу его надменную улыбку. Знаешь ли ты,
что мы обречены созерцать ее вечно?
— Ну, может, большой телевизионный механизм поможет нам это
пережить, — Стерлинг подмигнул и улыбнулся.
— Особенно радует, что стоять он будет в вашей квартире, —
ответила Мэгги и стащила стакан воды со столика.
— А теперь наш последний приз на сегодня за лучший женский
образ! — заорала Роза, когда Сен-Жюст поклонился, улыбнулся, поклонился
снова и поднял вверх огромный импровизированный чек, который вручила ему
Венера. — Победительницу зовут... Прошу прощения...
Она жестом позвала Лизу на сцену и заговорила. Та прикрыла рукой микрофон (увы, как раз сломанный).
— Это действительно так? Только одно имя? Точно? Я хочу все закончить и
свалить отсюда к черту. Эти распоследние придурки вырядились, как цирковые
пони. Если бы я велела им выйти голыми, они бы вышли голыми. Мои славные!
Стадо баранов, вот кто они такие. Я сейчас помру, честное слово. Ты взяла
мой метамуцил? Я же просила взять его, ты, ленивая шлюшка, даже этого не
можешь сделать. Что? Что-то не так?
Зал притих, поскольку Розины поклонники слышали каждое сказанное слово.
Лиза Лэнг, многострадальная помощница, заметила это, улыбнулась публике (ей
самой, видимо, было неловко) и прикрыла теперь уже работающий микрофон,
после чего что-то прошептала на ухо Розе.
Роза побелела, затем порозовела вновь. И пожала плечами, словно происходящее
не имело никакого значения.
Возможно, слухи правдивы, и Роза исполняла свою лебединую песню, готовясь
уйти на пенсию, удалиться с поста издателя интернет-журнала
Все о романе
знает Роза
, оставить империю, которая носит ее имя.
Сначала Мэгги решила, что Роза просто смертельно устала. Потом с
любопытством посмотрела на Лизу. Именно Лиза устанавливала микрофоны для
Розы. И прекрасно знала, какой работает, а какой нет, но прикрыла не тот,
который следовало.
Случайно ли? Может, Лиза намеренно подставила прямодушную Розу? И почему ее
назвали шлюшкой? Вряд ли это ласковое прозвище, но вдруг это не просто
оскорбление?
Роза снова постучала по микрофону и выкрикнула:
— А теперь, мои славные, мои замечательные, главный приз за лучший
женский образ получает... Джейн!
Мэгги, которая последние несколько минут размышляла над происшествием,
потягивая воду из стакана, прыснула, поперхнулась и теперь пыталась не дать
Стерлингу захлопать ее до смерти по спине.
— Мэгги, это же здорово! — воскликнул Стерлинг, все еще колотя ее
по спине, пока она стряхивала воду с платья. — Джей выиграл!
— Да, Стерлинг. Приз за лучший женский образ, — Мэгги наконец
прокашлялась, вытерла воду с подбородка и теперь смотрела, как Вера
протягивает Джею-Джейн огромный символический чек.
Он взял чек, сунул под мышку, присел в реверансе, а затем, выпрямившись,
театральным жестом сорвал парик, под которым оказалась сеточка, прикрывающая
короткие темные волосы. Джей передал парик Венере и поклонился. Мало кто из
женщин мог затмить его красотой, когда он был в гриме и парике. Но как
нелепо, даже жутко, словно в подростковом боевике, выглядел Джей сейчас:
грим, бальное платье, и вдруг — мужчина. Какой кошмар.
Женщины заверещали. Засверкали вспышки фотоаппаратов. Роза проворчала
вот
сучий потрох
прямо в микрофон. Вера широко раскрыла глаза, побледнела и с
визгом выронила парик. Мэгги подняла стакан воды и произнесла тост: —
Знаешь, Стерлинг, перефразируя Джулию Роберте,
иногда я действительно люблю
свою жизнь
.
Глава 11
— Десять тысяч долларов... Мэгги, сколько это в фунтах?
Она даже не подняла головы от рукописи Вирджинии.
— Откуда я знаю? Я не езжу за покупками в Лондон. А теперь замолчите, я
читаю, — Мэгги сверкнула на Сен-Жюста глазами. — И ради бога, сунь
эту штуку под диван или еще куда-нибудь.
Сен-Жюст смотрел на огромный чек и улыбался.
— Тебе ужасно не нравится, что я оказался прав, верно?
— Вовсе нет, Алекс, — злорадно ухмыльнулась Мэгги. — Во
всяком случае, пока ты не получил настоящий чек и не отдал его мне. Тогда я
великодушно буду считать, что мы квиты. А теперь уходи. Вирджиния надеется,
что я скоро закончу. Она вот-вот придет.
— Ну и как тебе ее книга, святая великомученица Мэгги? — Сен-Жюст
положил чек, подошел к столу и заглянул ей через плечо.
— Неплохо, — Мэгги подняла голову и улыбнулась. — В общем-то,
даже хорошо. Вирджиния всегда писала здорово, особенно об эпохе Регентства.
Но она только сейчас поняла, что такое
растереть сюжет
.
Сен-Жюст положил руки Мэгги на плечи и начал разминать ее напряженные мышцы.
— Вот так растереть?
Она сильно закусила губу, пытаясь подавить дрожь, вызванную его
прикосновением.
— Нет, черт побери, я вообще не об этом! Тебе что, нечем больше
заняться?
— Стерлинг хочет, чтобы я послушал его рэп, тот, который Носокс уже
одобрил вчера вечером. Как ты думаешь, эти окна открываются? Я лучше сразу
выброшусь на мостовую.
— Не буду тебе мешать, — Мэгги положила ручку. — Нет,
подожди, мне нужен перерыв. Я с шести часов сижу. Возможно, рэп в исполнении
Стерлинга — именно то, чего мне не хватает.
— Кто? Кого? Вы говорите обо мне? Ведь обо мне, правда?
— Да, мы говорили о тебе,&n
...Закладка в соц.сетях
