Жанр: Любовные романы
Благие намерения
...еими руками, так что
Джиллиан пришлось откинуть голову назад, и завладел ее ртом и ягодой. Граф
подался к Джиллиан, испытывая потребность
впитать ее в себя, слиться с ней, с теплом, которое она излучала. Ему было
необходимо это тепло, чтобы не погас свет, ярко
горевший у него внутри, необходимо немедленно, сейчас же!
- Вот копченая селедка, милорд, которую вы хотели... Эй, ребята, унесите
ее. Его милости больше не нужна селедка.
Резко отстранившись от жены, Ноубл успел заметить наглую ухмылку на лице
Крауча, прежде чем тот закрыл дверь, и
почувствовал себя так, словно его окатили ушатом ледяной воды. Взглянув вниз на
Джиллиан и на свои побелевшие пальцы,
сжимавшие спинку стула, он постарался проглотить слюну и не смог.
- Вкусно, правда? - хрипло спросила Джиллиан и забрала у него из зубов
остаток клубники. Она тоже едва дышала,
а ее глаза были затуманены страстью.
- Что ты так увлеченно читаешь? - поинтересовался Ноубл несколько минут
спустя, когда ему удалось обуздать
желания своего тела.
- Это совершенно захватывающая вещь, я купила ее сегодня, когда гуляла на
площади с Пиддлом и Эрпом. Она
называется "Божественное исцеление органов" и объясняет, как можно с помощью
благовонных аравийских масел и
ароматических эссенций восстановить бодрость и здоровье у того, кто страдает от
дурного настроения.
Ноубл предусмотрительно отвел взгляд в сторону, когда она протянула руку
еще за одной ягодой, и спросил, не
заболела ли она.
- Не я, а ты. - Этот ответ заставил Ноубла посмотреть на жену. - Я же не
слепая и заметила, что ночью ты почти не
спал. И сегодня утром, когда я спросила, почему у тебя такой угрюмый и
недовольный вид, ты ответил, что у тебя болит
голова. Налицо все признаки того, что твой организм нуждается в лечении.
Ноубл мысленно вернулся к бессонной ночи, когда добровольно обрек себя на
мучительную борьбу с желанием, чтобы
доказать жене, что он не похотливое животное, стремящееся удовлетворить свои
потребности, и способен понять ее желание
отдохнуть.
- Уверяю вас, мадам, со мной все в порядке, - солгал он, признавшись себе,
что на самом деле он и впрямь
похотливое животное, что хочет ее, что не может без нее, что должен обладать ею,
и немедленно. - Мой организм не
нуждается в излечении ни в божественном, ни в каком-либо ином. Однако мне
кажется, мы не закончили разговор о
необходимости организации и упорядочения вашей жизни.
- Это опять будут нотации наподобие тех, что звучали прошлым вечером? -
удивилась Джиллиан.
- Да. Вчера ты устала, и я решил отложить разговор на сегодня.
- Отлично, Ноубл, - вздохнув, Джиллиан откинулась на спинку стула и
покорно положила руки на колени, - если
это доставит мне удовольствие, можешь начинать.
- Итак...
- Разумеется, для меня новость, что моя жизнь неорганизованна и
беспорядочна.
- Поверь, дорогая, это так. А что до событий вчерашнего вечера...
- Деятельная, возможно, или полная тех чудесных маленьких неожиданностей,
которые жизнь всегда готова нам
преподнести, - да, с этим я могу согласиться. Но - неорганизованная и
беспорядочная?
Не обращая внимания на возражения, Ноубл почти четверть часа объяснял
жене, насколько важен порядок в жизни
человека. Широкими шагами он расхаживал взад-вперед по комнате, жестикулируя в
особо красноречивых местах. Ноублу
было приятно видеть, что он полностью завладел ее вниманием, - Джиллиан не
спускала с него глаз.
- Вот так, дорогая, - закончил он и взглянул на карманные часы. - Сейчас у
меня назначена встреча, но, прежде
чем уйти, мне хотелось бы услышать о твоих планах на сегодня.
- Что? - отсутствующе переспросила она, продолжая пристально смотреть на
мужа.
- Каковы ваши планы, мадам?
- Ноубл, ты никогда не думал о более ярких цветах в одежде? Например, о
ярком жилете? Нет, ты изумительно
элегантен в черном, но я подумала, что иногда ты мог бы надевать что-то цветное.
- Что общего между моей манерой одеваться и твоими планами на сегодня?
- Я спросила просто так. Не думай над этим, это не имеет значения. Мои
планы на сегодня... должна прийти
Шарлотта обсудить некоторые идеи относительно гостиной, которую ты разрешил мне
заново отделать. И мы собираемся
нанести визит... знакомым. А потом я хотела повести Ника в Риджентс-парк
посмотреть на зверей. Не хочешь пойти с нами?
- Нет, спасибо, у меня свои планы. Очень хорошо, дорогая. Надеюсь, в
течение дня ты будешь помнить о правилах,
которые мы только что обсудили.
- О правилах? - Джиллиан с удивлением взглянула на мужа.
- Да, о том, что мы обсуждали все утро. Вечером я провожу тебя на прием к
Гейфилдам, если смогу; а если нет, то
пошлю с тобой Гарри или сэра Хью и встречусь с тобой дома.
- Ноубл, куда...
Но он был уже за дверью. Джиллиан так и не поняла, что же они сейчас
обсуждали, и подумала, что ей, вероятно,
следовало уделять больше внимания тому, что говорил муж, а не витать в облаках.
Как только Ноубл начинал рассуждения
на свою любимую тему, которые, как ей казалось, она выслушивает уже столько
дней, сколько она замужем, мысли
Джиллиан блуждали в другом направлении.
"Безусловно, нужно следить за этой привычкой, - сказала себе Джиллиан. -
Нельзя поддаваться ей в присутствии
графа. У него и без моей помощи довольно способов отвлечь меня от цели, так что
нужно следить за тем, что он говорит".
- Доброе утро, Гарри. Вижу, ты доволен собой. - Усевшись в кресло, Ноубл
жестом отпустил официанта. - Могу я
предположить, что выражение твоего лица означает некую удачу?
- Увы, не ту, которой ты ожидаешь, дружище. - Лорд Росс протянул Черному
Графу серебряный портсигар. - Но
тем не менее кое-что интересное есть. Тебе известно, что Мария исчезла?
- У меня были подозрения на этот счет. - Ноубл на мгновение замолчал,
зажигая сигару. - Уж слишком быстро она
освободила дом в Кенсингтоне. А ее сестра не знает, где она скрывается?
- Нет. На самом деле она очень о ней беспокоится. А, Толли, я так и знал,
что рано или поздно мы тебя увидим.
Присоединяйся к нам.
- Росс, Уэссекс! - Сэр Хью поставил стул так, чтобы видеть всех
проходящих, и сел, нарочито демонстрируя свой
атласный персиковый жилет и шоколадного цвета сюртук. - Интересно, Уэссекс,
воспользовался ли ты своей удачей?
- Что за удачу ты имеешь в виду? - спросил Ноубл, попыхивая сигарой и
стараясь не проявлять раздражения.
- Ну конечно же, резкое изменение общественного мнения в твою пользу! Весь
свет судачит о тебе и твоей амазонке!
Даже до тебя, Ноубл, должны были дойти эти слухи. Все только и говорят о вашем
поцелуе.
- Поцелуй? - Ноубл дугой выгнул черную бровь. - О чем ты?
- О поцелуе, которым жена одарила тебя на виду у всех вчера вечером у
графини Ливен!
- Трудно поверить, что моя жена, проявив невоздержанность в чувствах,
могла стать поводом для всеобщих
пересудов, Толли. - Ноубл дал выход сдерживаемому раздражению.
- Тебе повезло, это именно так. - Гримаса отвращения пробежала по лицу
баронета. - Ее поступок, возможно,
непроизвольный, но нескромный, сделал ее... сделал вас обоих... гвоздем сезона.
Ведь все любят позлословить о
любовниках и тому подобном.
- Вот уж никогда не представлял тебя в этой роли, Ноубл! - расхохотался
лорд Росс при виде огорченного лица
графа. - Страстный любовник, который не может один вечер обойтись без объятий
жены!
- Это ужасно! - Ноубл густо покраснел.
- Ужасно не то, что ты внезапно стал звездой общества, - с горячностью,
удивившей собеседников, заговорил сэр
Хью. - Но поведение твоей жены... Ты должен признать, Уэссекс, - он вдруг
запнулся, - она ведет себя скорее как
проститутка, нежели как графиня.
- Ты говоришь о моей жене, Толли! - Взгляд прищуренных серых глаз,
вспыхнувших недобрым огнем, пригвоздил
сэра Хью к стулу. - Я еще раз прошу тебя следить за своими выражениями, когда
говоришь о моей жене.
- Уверяю тебя, Уэссекс, у меня не было намерения оскорбить твою леди. -
Сэр Хью покорно развел руками. - На
правах старого друга я просто хотел удостовериться, что она не сделала ничего -
разумеется, неумышленно, - что могло
бы еще более ухудшить твою репутацию. Бог свидетель, я из кожи вон лезу,
стараясь сгладить острые углы, чтобы ты...
- Извинение принято, - прервал его Ноубл и взглянул на часы, стоявшие на
столе. - У меня назначена встреча,
Толли, а прежде, если не возражаешь, я хотел бы послушать, что мне расскажет
Гарри.
Баронет вспыхнул и бросил на графа непроницаемый взгляд, а затем откинулся
на стуле с выражением крайней обиды.
- Ты что-то рассказывал, Гарри?
- Да. Не сомневаюсь, на Толли можно положиться, так что все сказанное
здесь останется между нами.
- Естественно, даю слово. - Обида мгновенно исчезла с круглого лица сэра
Хью. - Что это за тайна?
- Гарри провел по моей просьбе небольшое расследование. Кажется, кто-то
хочет со мной разделаться и на днях
запер в пустом доме.
- Не может быть! - У сэра Хью отвисла челюсть. - Где? Когда? Что
случилось? О Боже! Надеюсь, ты не
пострадал? Если я могу чем-то быть полезен, я полностью в твоем распоряжении,
Ноубл, - откашлявшись и взяв Ноубла за
руку, сказал сэр Хью после того, как граф в нескольких словах описал ситуацию. -
И в распоряжении твоей жены,
разумеется, тоже.
Кивнув, граф Уэссекс снова обернулся к лорду Россу.
- Так вот, как я и говорил Ноублу, пока особенно сказать нечего. Его
любовница, написавшая записку, из-за которой
он оказался в ловушке, исчезла. Никто не знает, где она, но слуги сказали, что
она уехала второпях.
- Ты говорил со слугами? - спросил сэр Хью.
- Да, мне повезло, я нашел там повара. Всем слугам было выплачено
двухмесячное жалованье и велено немедленно
покинуть дом.
- Это очень подозрительно! - воскликнул сэр Хью.
- Никто не заметил кого-либо неизвестного рядом с домом? - спросил Ноубл,
не обращая внимания на баронета. -
Или каких-либо посетителей, кроме обычных друзей Марии?
- Никого. Во всяком случае, никого, о ком я не слышал бы прежде. Я
навестил кое-кого из тех, кто, как мне известно,
занимается расследованиями. Так что, возможно, им удастся разузнать что-нибудь о
ее гостях.
- Великолепно, Гарри. Уверен, ты добудешь нужные сведения. А теперь,
джентльмены, мне пора. У меня назначена
встреча с мистером Стаффордом.
- Со Стаффордом? - переспросил лорд Росс. - Это полицейский с Боу-стрит?
- Да. Мне нужна еще одна пара глаз.
- Следить за неким шотландцем?
- Да, среди прочих, - отозвался Ноубл, направляясь к двери.
- Уэссекс... задержись на минуту. - Сэр Хью поспешил вслед за Черным
Графом. - Позволь, я тоже буду тебе
помогать. Ноубл, я сделаю все возможное, чтобы быть тебе полезным.
- Нет, Толли, благодарю тебя.
- Да как же так, я хочу тебе помочь. - Сэр Хью остановил графа, взяв за
рукав.
- Я признателен тебе за предложение, Толли, - лорд Уэссекс взял у слуги
шляпу и трость, - и непременно дам тебе
знать, когда мне что-то понадобится.
- Что ты думаешь, Ник? - Джиллиан приложила к стене гостиной кусок темнокрасного
шелка и представила себе
позолоченный потолок с медальонами в форме ромбов и восьмигранников. - Темнокрасный
или зеленый с бронзой? Или
вообще что-нибудь другое? - Джиллиан перебирала стопку образцов обоев и тканей.
- Вот, взгляни на этот миленький
синий. Он называется кобальтовым. Разве он не роскошен? Давай представим себе
эту комнату в синих тонах с деревянными
позолоченными украшениями.
Ник выбрал из стопки понравившуюся ему ткань.
- Цветущий персик. Да-а, это приятный цвет, но немного... слишком розовый.
Тебе не кажется?
- Что розовое? О, у тебя образцы тканей. Значит, граф дал тебе разрешение
сменить декор? - Шарлотта влетела в
комнату, не дав Тремейну-второму объявить о ее прибытии. - Позволь взглянуть.
Нет, только не пастельные тона, они уже
не в моде. Тебе нужен яркий, насыщенный цвет. Мне нравится этот темно-красный.
- Тремейн, - обратилась Джиллиан к дворецкому, - распорядитесь, чтобы
поскорее подали экипаж. Леди
Шарлотта и я отправляемся с визитом.
- Светло-желтый теперь считается безобразным. Тебе известно, что у герцога
Веллингтона желтая гостиная? Ты
когда-нибудь слышала о таком?
- Как пожелаете, миледи.
- Цвет морской волны хорошо подойдет для столовой. Какого цвета сейчас
твоя столовая?
Ник посмотрел на образец цвета морской волны и скривился.
- Она желтовато-коричневая. Что, Тремейн? Не попросите ли кого-либо из
слуг привести Пиддла и Эрпа?
- Конечно, мадам. - Тремейн слабо улыбнулся. Хотя неприятности с
пищеварением у собак прекратились, они все
еще были склонны к сюрпризам, и слуги, обязанные присматривать за собаками,
считали себя мучениками. - Э-э... Собаки
поедут вместе с вами или заказать для них отдельный экипаж?
- Ореховый тоже неплох. С кремовыми или терракотовыми украшениями.
Ник кивнул.
- Знаете, Тремейн, они вряд ли защитят меня, если будут в другом экипаже.
- Защитят вас, мадам?
- Нет, этот шоколадный цвет мне совсем не нравится. Он более резкий, чем
ореховый. А вот сиреневый номер два
замечателен. Как, по-твоему, Ник?
Ник указал на сиреневую ткань.
- Да, Тремейн-второй, защитят. Его милость взял с меня обещание, что я не
буду выходить из дома без надежной
охраны, чтобы его враги не попытались похитить мастера Николаса или меня.
- Нет, Ник, я изменила свое мнение об этом сиреневом цвете, несмотря на то
что тебе он понравился. Думаю, для
картинной галереи подойдет красный номер три. Это очень модный цвет. Постарайся
представить себе стены в картинной
галерее красного цвета, как на этом образчике. Ник задумчиво посмотрел на стены
и, надув губы, покачал головой.
- Простите, мадам, но, по-моему, собаки едва ли могут служить должной
защитой.
- Нет? Понятно. Тогда, быть может, сделать в картинной галерее стены вот
такого красного цвета?
- Не могу согласиться с вами, Тремейн. - У Джиллиан голова шла кругом от
этих перекрестных разговоров. - Они
надежные защитники. В их присутствии никто не осмелится подойти ни ко мне, ни к
Нику.
Ник, коснувшись руки Шарлотты, обратил ее внимание на небесно-голубой
образчик ткани.
- Да, да, пожалуй, в этом что-то есть - небесно-голубые стены с кремовым
бордюром?
- Смею напомнить вашей милости об эпизоде, имевшем место сегодня утром в
парке. Если вы помните, когда к
вашей милости приблизился уличный торговец, собаки оттащили вас от него на
приличное расстояние.
- И еще можно выбрать симпатичные обои в полоску.
- Как я сказала, они защищали меня, уводя от того, кто, по их соображению,
представлял угрозу моей безопасности.
- Мне нравятся вот эти, с бордюром из жимолости. Это просто классика!
- Еще раз простите, миледи, но я уверен, что собаки старались уберечь не
вас, а в первую очередь себя от опасного
человека.
Ник указал на образец со сложным рисунком из листьев и цветов.
- Растительные мотивы. Чудесно, Ник, но я не думаю, что они годятся для
большой гостиной. Возможно, для малой,
а?
- Тремейн, вы называете моих собак трусливыми?
- Что ты думаешь об этих обоях с изображением морских обитателей? Мне
нравится в них сочетание синего с
красным.
Ник покачал головой.
- Возможно, "трусливые" слишком крепкое словечко. Скорее, осторожные? Или
рассудительные? Осмотрительные в
своем доверии к доброте незнакомца?
- Хотя эти мне совсем не нравятся. Слишком запутанный рисунок и к тому же
фон желтый. Нет, они не годятся.
- Трусливыми, Тремейн?
- Лиственный орнамент весьма хорош, особенно зеленый тон.
- Трусливыми, мадам, - вздохнул Тремейн. - Наберись я дерзости, то
напомнил бы вашей милости, что его
милость поручил Краучу во всех поездках сопровождать вашу милость, и был бы
счастлив сообщить Краучу, что вы желаете
его видеть.
Джиллиан надеялась уехать без Крауча, который накануне весьма определенно
высказался по поводу разумности ее
визита к лорду Карлайлу. В конце концов ей удалось вытянуть из него обещание,
что он не станет доносить на нее Ноублу в
обмен на ее согласие не отправляться к Макгрего-ру без сопровождения. Именно для
этого ей нужна была Шарлотта.
- Для чего я нужна? - вопросительно взглянула на нее кузина.
- Не важно. Чудесно, Тремейн. Скажите Краучу, что мы готовы.
- Что ж, это было интересно. - Шарлотта сбросила с колен образцы. - Ник
хорошо чувствует цвет, и, думаю, тебе
понравится то, что мы выбрали. Мы можем ехать, Джилли? У меня куча вопросов,
которые ты должна выяснить у. лорда
Карлайла.
- Что за вопросы?
- Вот список. - Протянув кузине исписанный лист бумаги, Шарлотта смотрела
в него из-за плеча Джиллиан. -
Заметь, первым пунктом в списке значатся имена любовниц графа Уэссекса.
- Мушек, - поправила ее Джиллиан, выразительно взглянув на Ника.
- Пташек, Джиллиан! Честно говоря, твоя манера коверкать язык просто
отвратительна! Так вот, я далеко не уверена,
что ему известны все имена, но ты же знаешь, каковы мужчины - они большие
сплетники, чем женщины.
- Совершенно верно. Следующим пунктом у тебя значится бывшая леди Уэссекс.
- Да. Ты сказала, что в его туманных угрозах мелькало имя Элизабет,
следовательно, он был с ней знаком. Одним
махом двух зайцев!
- Что ты сказала? - озадаченно переспросила Джиллиан.
- Ты убьешь двух зайцев одной пулей - есть такая присказка. Неужели ты
никогда не слышала? Это означает, что
ты за один раз сделаешь два дела. Я думала, что даже в заокеанских колониях это
выражение в ходу.
Джиллиан открыла было рот, чтобы ответить, но передумала.
- Доход. Зачем мне его спрашивать о доходе Ноубла? - удивилась она.
- Не о доходе лорда Уэссекса, а о его собственном доходе.
- А зачем мне нужно знать о доходах лорда Карлайла?
- Затем, что он граф, дурочка, а поймать графа стоит... В общем, чего-то
стоит. Дело в том, что мама никогда мне не
простит, если я упущу такого блистательного жениха только потому, что ты из
упрямства не захотела спросить, чего он
стоит.
- Шарлотта, этот человек может быть одним из тех, кто стоит за нападением
на Ноубла! Неужели ты хочешь выйти
замуж за подобного испорченного типа с дурными наклонностями?
- Это меня нисколько не волнует.
Джиллиан вытаращила глаза, а потом снова занялась списком.
- А что это за слово? Рохля?
- Рохля! - Шарлотта снова заглянула через плечо кузины. - Да, ты не
ошиблась! Ты же не хочешь, чтобы я вышла
замуж за человека, который не мычит и не телится?
- Разумеется, нет, почему у меня должно быть такое желание?
- Эгоистка - вот кем ты стала с тех пор, как вышла замуж. Настоящая
эгоистка, думающая только о себе! Итак, есть
еще что-нибудь, о чем, по-твоему, нужно спросить этого лорда Карлайла?
- Мне хотелось бы разузнать о сути его претензий к Ноублу. - Джиллиан
задумчиво покусывала нижнюю губу. -
Но я не знаю, как он отнесется к такому вопросу.
Шарлотта ответила ей порочной улыбкой, которая быстро сменилась невинным
выражением лица, таким искренним и
чистым, что могло бы исторгнуть слезы даже у ангела.
- О, ты великолепна, - растерянно признала Джиллиан. - Тебе и вправду
нужно играть на сцене, Шарл. Думаешь,
это на него подействует?
- Опыт, дорогая, большой опыт. - Еще несколько секунд на лице Шарлотты
сохранялось простодушное выражение,
а глаза были затуманены. - По дороге к лорду Карлайлу я с удовольствием покажу
тебе, как это делается, - улыбнулась она
кузине, и у нее на щеках появились ямочки. - Нужно просто прикинуться
скромницей, если хочешь...
- Пожалуй, как-нибудь в другой раз. - Джиллиан обернулась, чтобы
поторопить Ника, и была очарована видом
девятилетнего мальчика, застывшего в позе абсолютной покорности и кротости и
смотревшего на нее с безыскусным,
чистосердечным видом, не лишенным иронии. Он медленно опустил длинные темные
ресницы и серебристо-серыми глазами
наблюдал из-под них за ее реакцией. Рассмеявшись, Джиллиан поцеловала его в
розовую ангельскую щечку. - Да, да, я
понимаю, ты тоже годишься в артисты. Пойдемте, мистер Ник. Зрители с нетерпением
ждут вашего следующего выхода.
- Нам действительно необходимо везти с собой собак? - спросила Шарлотта и,
усаживаясь на сиденье, ткнула
Джиллиан локтем в бок. - И твоего пирата? И еще трех слуг? Я чувствую себя как
на параде в честь мэра Лондона.
Джиллиан попыталась поглубже вдохнуть, но была так зажата со всех сторон,
что ей пришлось довольствоваться лишь
коротким вдохом.
- Я говорила Краучу, что нет необходимости везти с собой трех слуг, но он
пробурчал что-то по поводу того, что
Ноубл приказал, чтобы Ник и я не покидали дом без надежной охраны, а Крауч
именно так представляет себе надежную
охрану. Карета выглядит не очень крепкой, но я горячо надеюсь, что она не
развалится от такой непомерной нагрузки.
Ник, скорчившийся рядом с ней, задергался, а затем рванулся вперед, хватая
ртом воздух.
- О, Ник, милый, прости. Я чуть было не задушила тебя? Это старый
маленький экипаж - у ландо, которое должны
были подать сегодня, сломалось колесо. Теперь все в порядке?
- Что? - переспросила Шарлотта, которая сидела, высунув голову из окна.
- Ничего. Я просто объяснила Нику, почему у нас столько сопровождающих.
Хотя, честно говоря, я считаю, что
Пиддла и Эрпа было бы вполне достаточно.
- Их было бы достаточно и снаружи, - отозвалась Шарлотта, глядя на
противоположное сиденье, на которое
втиснулись две собаки, и, потянув носом, еще шире распахнула окно. - Это нелепо.
Знай я, что ты собираешься запихнуть
меня в этот крохотный коробок вместе со своими зверюгами, я взяла бы папину
коляску. Что подумает обо мне лорд Карлайл
при виде моего измятого платья?
- Я думаю, Шарл, что более важные вещи привлекут его внимание.
- Более важные, чем мое платье? - Шарлотта в ужасе взглянула на кузину. -
Этого не может быть!
- Не будь такой эгоцентричной. У джентльменов, подобных лорду Карлайлу, на
уме совсем другое, и они вряд ли
обращают внимание, в каком состоянии дамские платья.
- У твоих знакомых джентльменов, возможно, на уме и другое, но
джентльмены, которых знаю я, уделяют особое
внимание одежде леди.
- Джентльмены, которых ты знаешь, пижоны.
- Джиллиан!
Джиллиан не хватило ни сил, ни воздуха в легких, чтобы продолжить спор,
поэтому она снова обратилась к списку
вопросов, которые хотела бы обсудить с шотландским графом.
Когда они прибыли, граф как раз садился в свою карету. Он замер, держась
одной рукой за дверцу, и с недоумением
посмотрел на остановившийся перед ним экипаж. Он сосчитал ливрейных лакеев,
словно прилипших к верхним сиденьям
подъехавшего экипажа, и чуть было не пустился в бегство при виде страшилища,
расположившегося на запятках.
- Пах, - прошипел он своему кучеру, отступив назад, и кучер проворно
ощупал себя, чтобы убедиться, что ничего
неприличного не выставлено напоказ. - Я не про тебя, дурак, а вон про того
громилу на запятках этого чертова экипажа.
Это головорез Крауч, дворецкий Уэссекса. Какого черта ему здесь нужно?
Вокруг остановившейся кареты поднялась легкая суматоха. Несколько слуг
спрыгнули с сиденья и окружили экипаж,
словно защищая его. Карета опасно закачалась из стороны в сторону, и из окошка
высунулась знакомая рыжая голова.
- Какая удача, что мы застали вас, лорд Карлайл! Не могли бы вы уделить
мне несколько минут?
Лорд Карлайл зажмурился при виде представшей перед ним картины. "Она
ускользнула из лап Уэссекса?" - с
приятным чувством удовлетворения подумал он, и любопытство, вызванное просьбой
Джиллиан, заставило его изменить
свои утренние планы.
- Я в вашем распоряжении, мадам, - ответил он с учтивым поклоном, который,
к сожалению, пропал даром, так как
голова Джиллиан снова скрылась внутри кареты.
Один из слуг, громко постучав в дверцу экипажа, попросил, чтобы пассажиры
ее отперли. Экипаж неистово закачался
взад-вперед, изнутри раздались периодически повторяющиеся мольбы и приглушенные
крики. "Что за чертовщина
происходит внутри этого экипажа?" - удивился лорд Карлайл. Слуга повторил
просьбу, но она потонула в какофонии,
доносившейся из кареты, и любопытство подтолкнуло лорда подойти ближе.
- Убери свою ногу, кузина...
- Я это и пытаюсь сделать, Шарл, но ты наступила на подол моего платья, и
я не могу двинуться. А-ах!
- Извини, я попала локтем...
- Ник, милый, ты не мог бы перебраться через... О-ох! Шарлотта!.. Не мог
бы ты перебраться через Эрпа и вылезти в
окно? Не сомневаюсь, Шарлотта, если ты еще раз заедешь мне локтем, клянусь, я...
- Проклятие!
- Шарлотта!!!
- Ты тоже ругалась бы, если бы от твоего рукава оторвали красивые белые
кружева.
- Ник, ты наступил мне на руку... Ах, спасибо. Если ты попробуешь через
окно... О Боже! Дикон, перестаньте
кричать на нас, мы же стараемся... Похоже, кто-то придерживает дверь снаружи! О,
дьявол!
- Джиллиан!
- Нечего говорить мне "Джиллиан" таким тоном, ты же первая начала. Будь
добра, убери свой локоть с моей
поясницы, кузина!
- Послушай, Ник, давай я слегка протолкну тебя через окно, хорошо?
- Шарлотта, если ты покалечишь моего ребенка...
- Я не покалечу... Это же мои волосы!
- Прости, у меня соскользнула рука.
- Я его не покалечу, а просто немного подтолкну, потому что ты, видимо, не
можешь этого сделать.
- А без этого нельзя обойтись?
- У меня соскользнула рука!
Внезапно из окна кареты показался до половины туловища маленький мальчик,
и лорд Карлайл, с некоторой завистью
относившийся к тем людям, которые спокойно относятся к повешению, несчастным
случаям и другим страшным
происшествиям, застыл как вкопанный. "Сколько же людей внутри? И кто такой Эрп?
Ребенок жив или его выталкивают с
какой-то целью?" - пытался он понять, но не мог разобраться в том, что
происходит.
- Ник, милый, если бы ты смог наконец протиснуться весь, я была бы тебе
очень благодарна. Не так легко
уворачиваться от твоих ног.
- О-ой!
- Вот видишь, милый? Ты как раз попал кузине Шарлотте по подбородку.
- Маленький паршивец! Он нарочно это сделал! Ну-ка убирайся, я сейчас
протолкну его через это проклятое окно.
- Шарлотта, если ты хоть пальцем дотронешься до него... О, Боже правый!
Внезапно экипаж перестал раскачиваться, и лорд Карлайл, подавшись вперед,
почувствовал, как у него мороз побежал
по спине, когда он услышал ужас в голосе
...Закладка в соц.сетях
