Викинг

страница №28

...за.
Огромные волны прибоя разбивались о берег у ее ног и окатывали Рейну
мириадами сверкающих на солнце брызг. Даже с того места, где стоял Виктор,
было видно, что Рейна вымокла до нитки. О боже, неужели эта девчонка сошла с
ума! Она что — решила заболеть и умереть?! Ярдах в двадцати от жены Виктор
спешился и бросился к ней. Рейна даже голову не повернула при его
приближении, и это еще сильнее обеспокоило конунга. Когда он добежал до нее,
на берег вновь обрушилась волна и окатила его с ног до головы ледяной водой.
Передернувшись всем телом от такого душа, он схватил жену, рывком поставил
на ноги и потащил к Слейпниру.
— Ты что, совсем рехнулась!? — закричал он, но его голос был
заглушен ревом прибоя.
Они остановились под нависшей скалой. Вид Рейны был страшен. Она ужасно
дрожала, ее губы посинели, все тело покрылось гусиной кожей. Но страшнее
всего было то, что она не узнавала мужа.
— Рейна, скажи хоть что-нибудь! — встряхивая ее за плечи закричал
Виктор.
Наконец, она посмотрела на него и, кажется, узнала. Стуча зубами от холода,
она ответила дрожащим, рвущимся голосом:
— Я смотрела вслед кораблю Рагара, пока он не скрылся из виду. А
потом... потеряла счет времени. Мне казалось, что я плыву вместе с ними.
— Ты что, хочешь помереть?! — растирая ей руки, закричал сердито
Виктор. — Какие дьяволы вселились в тебя, Рейна?! Неужели ты меня так
ненавидишь, что даже умереть хочешь?! Только бы не жить со мной, да?!
Глаза Рейны сверкнули, и она гневно воскликнула:
— Пелагиус иногда часами сидит на берегу океана, смотрит на волны,
стараясь достичь состояния просветления души! — Она всхлипнула,
передернула плечами и закончила: — Однажды ты говорил мне, что я могу
извлечь из этого пользу и достигну такого же состояния.
Виктор в ярости махнул в сторону прибоя:
— Такие волны не принесут тебе просветления, они тебя прямиком сведут в
могилу!
— Может быть они отнесут меня в Луару! — с отчаянием воскликнула
Рейна.
— Выбрось из головы подобную ерунду! — яростно рявкнул
Виктор. — Иначе эти самые волны занесут тебя в самую мрачную дыру,
которая только найдется на нашем острове! И по моему приказу тебя там будут
держать до тех пор, пока ты не научишься уважать своего мужа!
Очевидно не совсем понимая, о чем он говорит, но все-таки уловив общий смысл
его слов, Рейна с презрением ответила ему:
— Почему бы тебе просто не оставить меня в покое!? Он крепче обхватил
ее дрожащие от холода тело и воскликнул:
— Да люблю же я тебя просто, дура! А сейчас поехали домой, пока ты не
замерзла окончательно!
Он быстро отыскал ее пони, пасущегося невдалеке за скалами, усадил ее в
седло. И они двинулись домой.
Когда они въехали в поселок, Виктор увидел возле конюшни юношу, работавшего
вместе с Невином. Он сделал ему знак рукой и юноша быстро подбежал к
конунгу. С удивлением работник заметил, что конунг и его жена мокры до
нитки. Он принял из рук Виктора поводья Слейпнира и помог Рейне слезть с
пони. Подхватив жену на руки Виктор приказал юноше:
— Проследи, чтобы животных накормили!
И направился к дому вместе со своей драгоценной ношей. Навстречу Виктору из
терема выбежала Сибил. Ахая и глядя с ужасом на дрожащую Рейну, ирландка
воскликнула:
— Ярл, что случилось с госпожой?!
— Просветления ей, видишь ли, захотелось, — хмуро бросил Виктор,
проходя мимо служанки в опочивальню. — Принеси все одеяла, какие только
найдешь!
— Слушаю, ярл!
Виктор поставил Рейну на ноги, наклонившись взялся за подол ее платья и
потянул его вверх.
— Нет! — закричала она, яростно одергивая подол и отступая назад.
Виктор решительно притянул ее к себе и сердито сказал:
— Рейна, с тебя ручьем течет вода! Я раздену тебя и уложу в кровать.
— Нет! — закричала она. — Я не ребенок! Я и сама могу
раздеться!
Мужчина насмешливо улыбнулся:
— Й это говорит та самая вздорная девица, которая полчаса назад чисто
по-детски пыталась убить себя!
— Я не хотела никого видеть!
— Ну-ну, долго бы ты была там одна, пока не оказалась бы подружкой
крабов и акул! — сердито хмыкнул он и снова потянулся к ее платью.
Рейна оттолкнула его. Терпенье Виктора лопнуло. Он погрозил пальцем жене и
заявил, еле сдерживаясь от гнева:
— Только попробуй еще раз от меня отпрыгнуть! Клянусь, я тебя
отколошмачу!

Она посмотрела на него более заинтересованно:
— Что значит отколошмачу! Он прорычал в ответ:
— Поверь, дорогуша, ответ тебе вовсе не понравится!
Что-то в его тоне или взгляде убедило Рейну больше с ним не спорить. Она
опустила голову и мрачно посмотрела на пол.
— Ну так-то лучше! — с облегчением вздохнув, Виктор с трудом
стянул мокрое платье с Рейны, взял чистое льняное полотенце и начал
энергично растирать ее тело и волосы. Затем, обмотав полотенце вокруг
головы, он сердито сказал:
— Господи, Рейна, ты же вся синяя. Давай, быстро сунь свою упрямую
задницу в постель!
Рейна только легла и укрылась покрывалом, как в комнату ворвалась Сибил с
огромной кипой шерстяных одеял.
— Ярл! — обеспокоенно спросила женщина, — как себя чувствует
госпожа?
— Спасибо, Сибил! Теперь уже значительно лучше. — Виктор взял у
нее из рук одеяла и кивком отпустил ее.
— Благодарю тебя. Теперь я сам позабочусь о ней!
— Слушаюсь, ярл, — бросив беспокойный взгляд на Рейну, сказала
Сибил и вышла.
Виктор развернул несколько одеял и укрыл жену сверху. Затем он начал
раздеваться сам, стаскивая с себя мокрую холодную одежду.
— Зачем ты-то раздеваешься? — сердито спросила она.
— А ты не заметила, что я тоже мокрый?! И тоже жутко замерз, извлекая
тебя из твоей просветительности! Поэтому сейчас я лягу в постель, чтобы
самому согреться и согреть тебя!
— Нет! Не хочу! — закричала она с ненавистью. Виктор скинул рубаху
и желчно хмыкнул:
— Это почему же нет?! Я бы посоветовал тебе сейчас заткнуться!
— Не буду молчать! Ненавижу тебя из-за Рагара! Виктор спокойно
расстегнул пояс на штанах.
— Очень страшно, — не глядя не нее буркнул он. — А мне
кажется, что из-за него ты вчера вечером уже злилась на меня. Но это не
помешало тебе отдаться мне, да еще как! Или вчера у тебя были для этого и
другие причины?
— Что ты имеешь в виду? — с возмущением проговорила из-под одеял
Рейна.
Он саркастически рассмеялся.
— Вот только не притворяйся, что не понимаешь! Ты уже большая
специалистка в соблазнении мужчин!
Она нахмурилась, затем виновато посмотрела в сторону и пробормотала:
— Вчера я бросила сердиться, а сейчас опять сержусь... И к тому же
Рагар уехал...
— Ну правильно! — кивнул Виктор. — И теперь тебе уже все
равно не добиться своего, даже если ты будешь соблазнять меня всю ночь!
Она возмущенно фыркнула и отвернулась.
Отбросив штаны в сторону, Виктор произнес:
— Послушай, крошка, здесь у нас опочивальня, а не лавка менялы. Обманов
и торговли не будет! А что до твоего гнева, — совершенно раздевшись, он
пошел к кровати, — нравится это тебе или нет, но мы с тобой муж и жена!
И когда мы заходим сюда, оставляй, будь добра, весь свой гнев и раздражение
за дверью!
У Рейны не нашлось слов, чтобы ему возразить. Он был прекрасен! Он был
воплощением силы и мужской красоты! Почему всегда, когда она видит его, тело
бросает подчиняться разуму, и она хочет только одного: видеть, владеть им?!
И отдаваться ему!
Тихо, совсем тихо, она сказала:
— Ты говоришь, чтобы я оставляла за дверью все свои чувства! Но поверь
и пойми — это не так просто! Ты хочешь, чтобы я отказалась от всего, что до
сих пор служило мне защитой!
— Что гнев, жажда мести, ярость? — он отогнул одеяло и скользнул в
нагретую ею постель. — Сейчас и всегда мы с тобою оба — беззащитны и
верим только в нашу любовь!
Когда он крепче прижался к ней, из груди жены вырвался непроизвольно
блаженный вздох. Невыносимо приятно было чувствовать рядом его сильное,
теплое тело. Рейну раздирали противоречивые чувства: ненависть ко всем
викингам и усиливающаяся, вопреки ее желанию, любовь к Виктору, чьи нежность
и доброта растлили ее суровое сердце. Мужские губы, теплые и нежные,
коснулись ее щеки, и по спине женщины пробежала дрожь от его горячего
дыхания.
— Знаешь, Рейна, я, по своей природе, — не воин, — прошептал
он, — но я буду сражаться за тебя до конца, любовь моя, и одержу
победу!
Прежде чем она сумела ответить, Виктор прильнул к ее губам. И чувствуя, как
по всему ее телу разливается тепло и прекращается дрожь, Рейна поймала себя
на мысли, что верит его словам. Он и вправду будет сражаться за нее и
вправду победит!

— Ты согрелась? — тихонько спросил он ее в ухо.
— Да, — шепнула она, — ты такой горячий, муж мой! Виктор
хмыкнул:
— Это только для тебя!
Он взял ее лицо в ладони и, глядя в глаза жены, сказал нежно и страстно:
— Рейна, мне очень жаль, что пришлось отказать тебе в поездке на Луару!
Она стиснула зубы и попыталась отвернуть лицо.
— Но у меня не было выбора! — продолжал он, все еще держа ее в
плену своих рук. — Понимаешь ли ты это хоть немного!?
— Нет!
— Значит, ты считаешь, что оставаться со своим мужем — тебе нет нужды?!
— Я так не говорила! Я только сказала, что не понимаю, почему ты меня
не отпустил на Луару!
— Ах, вот как!
Она снова попыталась вырваться, но его новый поцелуй ответил ей на все
вопросы сразу. Жадно, будто в первый раз, они целовали друг друга. Переведя
дыхание, Виктор прошептал:
— Пожалуйста, обещай мне, что успокоишься и не будешь искать напрасной
смерти! — Жена не ответила. И тогда Виктор встревоженно позвал:
— Рейна!
— Да, обещаю! — прошептала она в ответ.
Он потянулся губами к груди жены. Осторожно склонился и прикоснулся к
белоснежной коже в том месте, где шея словно переходила в мягкую, нежную
впадину.
— Как же я испугался за тебя! — прошептал он. — Я бы с ума
сошел, если бы ты потерялась!
— Глупости, со мной ничего не может случиться! — сказала она,
значительно более заинтересованная ласками Виктора, чем продолжением спора.
А Виктор строго посмотрел на жену, коснулся пальцем ее носа и назидательно
произнес:
— Рейна, я знаю, ты уверена в том, что ты непобедимая воительница. Но,
пожалуйста, не забывай и о смерти! Тело твое беззащитно перед стихией!
— И перед тобой... — пробормотала она и, схватив его руку,
потянула ее обратно на грудь.
Виктор застонал от переполнявших его чувств. И все-таки, не желая безропотно
сдаваться зову плоти, он оторвался от Рейны и произнес слова:
— Рейна, ответь мне, только честно, на один вопрос! —
Нахмурившись, она посмотрела на него. — Прошлой ночью, когда мы любили
друг друга, ты отдавалась мне, чтобы я изменил свое решение насчет
Луары? — Он заметил вдруг, как в ее глазах появились слезы.
— Нет, — прошептала она почти беззвучно и отвела взгляд.
Он повернул ее лицо к себе.
— Это правда?!
Рейна закусила нижнюю губу, затем, чуть помедлив, сказала:
— Ну, может сначала я и хотела уговорить тебя...
— О, Рейна!..
— Но потом ты ответил мне нет, и тогда...
— Что тогда?... — взволнованно взглянул он ей в глаза.
Она погладила ладонью его по щеке и, улыбнувшись сквозь слезы, сказала:
— А тогда... оказалось, что я все равно хочу тебя!.. Глубоко вздохнув,
Виктор задал жене последний, самый важный для него вопрос:
— Но если ты отдавалась мне с желанием, почему ты тогда сегодня убежала
от меня и даже пыталась умереть?
Мучительно подбирая слова, Рейна ответила:
— Может, потому что обида моя в тот момент была очень сильной.
Его взгляд наполнился печалью.
— Ага, значит, ты все-таки хотела заставить меня пойти у тебя на
поводу?!
— Нет! — воскликнула она гордо. — Во всяком случае, не тогда, когда мы совокуплялись!
— Занимались любовью, — поправил ее Виктор. — Мы занимались
любовью, Рейна!
— Любовью, — прошептала она, словно пробуя это слово на вкус.
И, посмотрев в ее блестящие от слез глаза, Виктор вдруг подумал, что верит
ей.
— А зачем же ты чуть не бросилась в море?
— Я не знаю! — воскликнула она. — Может, потому, что была в
отчаянии. Ведь мой брат уезжал! Может быть не заметила, что начался прилив!
А может потому, что просто растерялась. Я просто разрываюсь между семьей и
тобой! — Она погладила его по густым длинным волосам. — Но когда
ты ласкаешь меня, все проблемы уходят. Честное слово, я как будто в аду!
— Или на небесах! — ладонь Виктора поползла по спине жены. —
Рейна, тебе надо освободиться от своей ненависти и забыть о своих горестях.
— Может быть, — шепотом ответила она. — Знаю только, что я
забываю обо всем, кроме тебя! Он поцеловал жену и улыбнулся:
— Девочка моя дорогая, ты не должна покидать меня и уезжать на Луару,
чтобы быть счастливой.

Прижавшись к мужу, чувствуя его пальцы у себя на бедрах, Рейна ужасно
захотела поверить ему. Поверить, что они вместе могут быть счастливыми. В
конце концов, ведь правда: она — его жена. И совершенно естественно, что он
— ее муж — требует, чтобы она оставалась с ним. И пускай в сердце ее еще
жива огромная печаль, было еще очень больно при мысли о том, что ей
предстоит провести свои дни на этом жестоком острове, сейчас, в его
объятиях, она не хотела об этом думать. Это ее мало заботило. Она была
защищена от всех бед, которые готовила ей судьба, и сознание этого наполняло
ее ослепительной радостью. Виктор опрокинул ее на спину. Своей свободной
рукой откинул волосы с ее лба и прошептал:
— Вспомни себя маленькой принцессой, милая! Разбуди любовь в своем
сердце, и пусть твоя душа станет безмятежной и беззаботной, как прежде! И мы
отправимся с тобой в путешествие, далеко-далеко! Туда, где ты будешь вновь
счастлива. Если хочешь, ты можешь доверить мне свою любовь, свою душу, свои
чувства — я не обману тебя!
Рейна удивленно посмотрела на мужа. Почему ей все время кажется, будто он
читает ее мысли?! Он всегда говорит именно то, что ей хотелось бы услышать.
В его объятиях она чувствует, что может ему доверять. Может быть, ей с ним и
вправду удастся стать юной, невинной и беззаботной?! А ведь она уже и не
надеялась на счастье в своей жизни. И вот Виктору удалось убедить ее в том,
что счастье не потеряно, оно близко и достижимо.
— И куда же мы отправимся? — спросила она так по-детски доверчиво,
что у него защемило сердце. Он прикоснулся к ее волосам и пропустив мокрые
пряди между пальцев, ответил:
— Мы отправимся с тобой туда, на равнину и устроим себе еще один
пикник. Мы сядем возле стога сена, и я буду рассказывать тебе разные
истории.
— Правда? Ты будешь рассказывать о стране Будущего? — радостно
спросила она.
— Да! Я буду рассказывать тебе обо всем, о чем захочешь! Я хочу, чтобы ты стала мягче, добрее.
— Ты хочешь сделать меня более покорной? — спросила она.
— Да, но только не слишком покорной, — улыбнулся он. — Иначе
это все испортит.
Рейна поджала губы, помолчала, а потом спросила:
— А что еще нужно сделать, чтобы стать счастливой?
— Когда ночи станут теплыми, мы поскачем с тобой на побережье, будем
пить вино в лучах лунного света и смотреть на звезды.
Рейна внезапно насупила брови.
— А вдруг дружинники Вольфгарда нападут на нас?
— Когда наступит мир, этого можно будет не бояться!
Рейна помрачнела еще больше.
— Ты этого мира хочешь больше всего остального!
— Неправда, дружок, — прошептал Виктор, плавно раздвигая ее ноги в
стороны и медленно проникая в нее. — Я хочу тебя больше всего на свете!
Разве ты не чувствуешь, как я дрожу от нетерпения?
— Это наверное от того, что ты еще не согрелся, — выдохнула
она. — Хочешь, я передам тебе часть своего тепла.
Слова Рейны исторгли из его груди блаженный вздох, и она почувствовала, как
мужское тепло наполняет ее.
Ближе к полуночи в закопченной палате своего терема Вольфгард снова встречался со своим соглядатаем.
Ярл, сцепив руки за спиной, остановился прямо перед пришедшим и хмуро
спросил у него:
— Ну, какие новости ты принес на этот раз?
Человек, лица которого не было видно в темноте, ответил тихо:
— Твоя падчерица, похоже, счастлива с Виктором Храбрым. А твой сын и
его оруженосец сегодня утром уплыли на Луару.
Вольфгард подошел вплотную к лазутчику:
— Что ты мелешь?! Мой сын, действительно, отплыл в Луару?!
— Да.
— Но почему?
— Я слышал, что он хочет остаться и жить в Луаре.
— И он никогда не вернется в Ванахейм?! Человек молча кивнул.
— Я слышал, что твой сын не хочет воевать ни против тебя, ни против
сестры.
Казалось Вольфгард ослеп от ярости. Он буквально взорвался:
— Я лишился своего единственного сына из-за этой маленькой суки!
Изрыгая страшные проклятья, Вольфгард разбил глиняный кувшин о косяк двери и
выскочил на улицу. Увидев невдалеке от терема огонь костра, возле которого
грелась ночная стража, он бросился туда и, потрясая кулаками от ярости,
завопил на весь поселок:
— Слушайте все и передайте всем дружинникам! Моя падчерица Рейна должна
умереть! Тому, кто принесет голову этой предательницы, будет выдано тридцать
гривен серебром!

ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ

Виктора разбудил дикий вопль мужчины, умоляющего сохранить ему жизнь. Следом
раздался крик Рейны:
— Сдохни, собачий сын!
Сообразив, что это не сон, Виктор рывком вскочил с кровати, моргая и пытаясь
понять, что случилось. Видимо, уже пришло утро, но сквозь узкие оконца
проникало так мало света, что в комнате царил прежний полумрак. На полу,
прямо возле кровати, Виктору удалось рассмотреть фигуру жены, наклонившейся
над кем-то. Присмотревшись, он увидел, что Рейна прижимает коленом к полу
здорового мужчину. Заломив ему руки за спину, она занесла кинжал над его
горлом. У нее было такое страшное лицо, что пленник уже явно распростился с
жизнью, и теперь только слабо стонал, считая последние секунды.
Не обращая внимания на свою наготу, Виктор бросился к Рейне.
— Рейна, что ты делаешь? — воскликнул он. Она, слегка мотнув
головой, огрызнулась:
— Я собираюсь убить этого кабана, который пытался зарезать нас обоих!
— Что-о?! — закричал Виктор, все еще толком не разобравшись в чем
дело.
Рейна, наконец, неохотно объяснила ему:
— Вольфгард подослал еще одного тайного убийцу, чтобы погубить нас. Я
только встала, чтобы поиграть с Фрейей и вдруг вижу, как этот негодяй
пробирается в нашу опочивальню и достает кинжал! Этот глупец попытался
наброситься на меня, и теперь его нож вон там, в стене, а он тут!
Виктор подошел поближе и увидел еще подрагивающий клинок.
— О, боже! — воскликнул он. — Чего же ты меня не разбудила?!
Рейна насмешливо ответила:
— Не хотела беспокоить тебя, муж мой! Ты так сладко спал! Иди еще
поспи, а я тут сама разберусь! Этот негодяй умрет тихо, не обеспокоит тебя.
Я ему просто перережу горло! Ну разве только похрипит немножко.
Услышав этот спокойный, безжалостный голос, незадачливый убийца жалобно
завопил, а Виктор бросился к Рейне, чтобы остановить ее руку.
— Нет, нет, Рейна, ты не должна его убивать!
— Значит, он должен нас убить?! — зло спросила она.
— Нет! — покачал головой Виктор. — Мы посадим его под замок к
тем, другим, а попозже решим, что нам с ним делать!
— Э, нет! — возразила Рейна, — я с ним покончу и прямо
сейчас. Ее взгляд скрестился с разгневанным и сумрачным взглядом мужа.
Внезапно она резко выпрямилась и, подчиняясь немому приказу глаз конунга,
убрала кинжал от шеи пленника и отпустила его, положив нож рядом на пол.
К следующую секунду верзила, только что жалобно моливший о пощаде, схватил
нож и бросился на Виктора! Негодяй, изрыгая проклятья, замахнулся на
конунга, но тот, обнаженный и безоружный, в последний момент успел
перехватить руку врага и в свою очередь нанес удар ногой в пах противнику.
Впрочем и Виктору не удалось добиться успеха, и оба мужчины, крепко
схватившись за руки, закружились по комнате в ужасном смертельно опасном
танце. Если бы у конунга было время наблюдать за женой, его наверняка
удивило бы ее поведение. Злорадно ухмыльнувшись, Рейна взяла на руки свою
лису, села на кровать и стала гладить животное, не обращая ни малейшего
внимания на дерущихся мужчин. А те, опрокидывая мебель, отчаянно ругаясь и
нанося друг другу удары, катались по комнате. Наконец Виктору удалось выбить
у врага нож, в следующее мгновение его противник на один короткий миг
отшатнулся и открылся. И тут же Виктор, словно подброшенный пружиной,
подпрыгнул и ногой нанес удар в голову злодею. Тот выпрямился, явно не
соображая, что с ним случилось, и в следующую секунду Виктор нанес ему еще
один удар в солнечное сплетение. Верзила рухнул, как подкошенный!
Конунг перевел дыхание, вытер пот и бросил Рейне через плечо.
— Ну, спасибо, жена. Мне как раз надо было немного размяться, чтобы как
следует проснуться.
Продолжая ласкать Фрейю, Рейна взглянула на мужа со странной смесью восторга
и обиды, но сказала внешне спокойно:
— Ты знаешь, у тебя симпатичная спина, на нее приятно смотреть.
Он мрачно хмыкнул.
— Я бы с большей охотой сейчас заголил твою спину и разукрасил ее всеми
цветами радуги. Зачем ты выкинула этот номер?
Женщина пожала плечами.
— Ты кажется очень полюбил дружинников моего отца. Вот мне и
захотелось, чтобы ты из первых рук узнал, как они заслуживают милосердия и
жалости.
— Ну, ну... — неопределенно хмыкнул Виктор, и не понять было,
злится он на жену, или уже простил. Но сказал сурово: — Если надеешься, что
я тебя пожалею, женушка, то лучше давай-ка принеси мне пару веревок, да
одежду, чтобы я хоть связал этого негодяя.
Рейна фыркнула, но выполнила то, что ей сказал муж. Пока Виктор связывал
пленника, они с женой больше не сказали друг другу ни слова, затем ярл
оделся сам и повел очухавшегося лазутчика из терема. Уже на улице, по дороге
к месту, где сидели под стражей два воина Вольфгарда, схваченных раньше,
Виктору встретился Орм.

— Доброе утро, ярл! — поприветствовал его дружинник и, заметив
мрачное избитое лицо пленника, спросил: — Ого! Кого это ты изловил?
— Да вот, еще один убийца, подосланный Вольфгардом. Ему каким-то
образом удалось пройти мимо наших дозоров и пробраться в терем.
— Очень интересно, — нахмурился дружинник. — Надеюсь, вы с
Похитительницей не пострадали?
— Ее зовут Рейна, теперь она — ваша княгиня, — сердито поправил
Виктор. — Впрочем, ни она, ни я не пострадали. Это этому бедняге крепко
досталось — я едва выцарапал его из лап моей супруги. Она уже совсем было
собралась посмотреть, как устроено его горло, и даже кинжал достала.
Он подтолкнул пленника к Орму.
— Слушай, возьми-ка отведи его в пастуший домик к тем двоим. Я его
позже допрошу.
— Хорошо, ярл, — Орм вытащил меч из ножен и, подгоняя захваченного
в плен врага, повел к месту заключения.
В терем Виктор вернулся в самом мрачном расположении духа. Уже входя в
опочивальню, еще в дверях, он увидел Рейну, все так же сидевшую на постели и
спокойно игравшую с лисой, словно это и не она только что чуть не вложила в
руки убийцы оружие, которым могли убить его! Сжав кулаки, конунг сделал шаг
к кровати, опасаясь, что если подойдет поближе, то ударит ее.
Глухим от сде...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 21
• 22
• 23
• 24
• 25
• 26
• 27
• 28
• 29
• 30
• 31
• 32
• 33
• 34
• 35
• 36
• 37

Закладка в соц.сетях