Жанр: Любовные романы
Ночь напролет
...ак
можно отчетливее выговаривать каждое слово.
— Не думаю, что Памела связалась со мной, чтобы попрощаться,
сенатор, — сказала Айрин. — Полагаю, она скорее всего собиралась
обсудить со мной обстоятельства смерти моих родителей, Хью и Элизабет
Стенсон. Вы, я уверена, не забыли этот случай.
Райленд изумленно уставился на нее.
— Что вы такое несете?
Алекса сомкнула на его рукаве свои изящные пальчики с накрашенными
ноготками.
— Райленд?
— Все в порядке, дорогая. — Сенатор взял себя в руки. — Много
лет назад здесь, в Дансли, разыгралась ужасная трагедия — убийство и
самоубийство. Погибли родители Айрин. — Сенатор, слегка повысив голос,
заговорил прямо в диктофон. — Бедняжка Айрин обнаружила тела. Все
говорили, что этот случай глубоко ее травмировал и она вряд ли после него
сможет оправиться. Не волнуйтесь, смерть Памелы с этим никак не связана.
Алекса посмотрела на Айрин:
— Примите мои самые искренние соболезнования, мисс Стенсон.
— Благодарю вас. — Айрин не сводила глаз с Райленда. — Сэр,
неужели вы абсолютно не допускаете возможности существования какой-либо,
пусть даже самой отдаленной, связи смерти Памелы с тем, что произошло здесь
тогда, много лет назад?
— Не допускаю! — отрезал Райленд.
Хойт Иган вздрогнул и уставился на Айрин. Его глаза наполнялись ужасом.
— Такого не может быть, мисс Стенсон, это совершенно невозможно. И если
ваша газета опубликует подобные инсинуации, сенатор обратится к своим
адвокатам.
Райленд остановил на Айрин тяжелый взгляд:
— Вы сами сказали, что после своего переезда из Дансли не общались с
Памелой, а стало быть, не в курсе, насколько нестабильна была ее психика. По
словам Сэма, на месте происшествия не найдено ничего, что указывало бы на
какую-либо другую причину смерти, помимо передозировки. Так что ради блага
всех вовлеченных в дело сторон, но прежде всего из уважения к памяти моей
дочери прошу вас оставить это дело.
Алекса одарила Айрин милой улыбкой:
— Успокойтесь, пожалуйста, мисс Стенсон, Райленд по возвращении в
Вашингтон намерен внести на рассмотрение законопроект об увеличении
финансирования исследований в области психического здоровья.
— Это, несомненно, послужит мне утешением, — ответила Айрин.
Люк заметил, как побелели костяшки ее пальцев, вонзившихся ногтями в кожаный
ремень сумки.
— Сенатор человек занятой, — объявил Хойт. — Нам нельзя
больше медлить ни минуты.
Он выступил вперед и целеустремленно направился к выходу, ведя за собой
Алексу и Райленда.
Задержавшись у двери, Райленд оглянулся на Айрин:
— Надеюсь, вы не забудете, что вы в первую очередь друг нашей семьи,
мисс Стенсон?
— То, что Памела когда-то была моей лучшей подругой, я никогда не
забуду, — ответила Айрин.
Лицо Райленда омрачила тень неуверенности. Люк сообразил, что тот никак не
может понять, что означает подобное заявление. Однако Хойт Иган уже снова
суетился, подталкивая своего босса к выходу.
— Я никогда не слышал о такой газете, как
Гластон-Коув бикон
, —
сказал Хойт Райленду. — Следовательно, это все ерунда, так, мелочь. Не
беспокойтесь, сэр, это для нас не проблема.
Троица спустилась по лестнице и села в лимузин. Люк повернулся к Айрин:
— Поздравляю, вы, кажется, только что приобрели врага в лице сенатора
США.
— И ничего этим не добилась. — Айрин сунула руки в карманы
пальто. — Значит, расследования не будет, Сэм?
Сэм пошевелился, словно удивился, обнаружив, что кто-то еще помнит о его
присутствии.
— Если, помимо е-мейла от Памелы с просьбой о встрече, у тебя нет
ничего существенного, — тихо сказал он.
Айрин холодно улыбнулась.
— А все за то, чтобы не заводиться с этим делом, верно?
Сэм поджал губы.
— Думаешь, я отлыниваю, потому что мне неохота связываться с Райлендом
Уэббом?
Айрин недовольно поморщилась.
— Я не это хотела сказать. Но то, что Уэбб — человек могущественный,
неоспоримый факт.
— Может быть, Уэбб и могущественный человек, но он все-таки отец, дочь
которого либо сама лишила себя жизни, либо лишилась ее в результате
несчастного случая. Твой отец когда-то сказал мне, что семьи в случае
самоубийства, как правило, стараются не поднимать шума. За последние
несколько лет я сталкивался с парой таких случаев и могу подтвердить, что он
был прав. Просто удивительно, на что люди готовы пойти, лишь бы замять
скандал.
Айрин вздохнула:
— Я знаю.
— Так что, — подытожил Сэм, — если какой-либо веской причины
подозревать иное нет, семья имеет полное право оставить свои секреты при
себе и не выносить сор из избы.
Он посмотрел на Люка, явно ища в его лице поддержки.
Но тот лишь пожал плечами:
— Наверное, все зависит от того, что это за секреты. Но одно ясно — они
есть в любой семье.
Глава 7
Сорок минут спустя Сэм провожал их к выходу из здания муниципалитета. Айрин
все еще кипела от негодования, укрепившись в решимости заняться этим делом.
Она напомнила себе, что с самого начала знала: шансы уговорить Макферсона
провести полноценное расследование равнялись нулю.
— Нужно, чтобы прошло какое-то время, Айрин, — сказал Сэм. —
Я представляю твой ужас, когда ты нашла ее в таком состоянии. Но когда ты
немного успокоишься, то и сама придешь к выводу, что это передозировка, а не
убийство.
— Безусловно, — ответила Айрин.
Люк промолчал, лишь взял ее под руку и повел вниз по лестнице к своему
джипу. Он открыл перед Айрин дверцу машины, и она быстро села на
пассажирское сиденье.
Устроившись за рулем, Люк начал выезжать со стоянки. Айрин увидела, как все
головы в кафе
Вентана
повернулись в их сторону.
— Ух, упыри проклятые, — прошептала она.
— Да плюньте вы на них, — спокойно сказал ей Люк. — Городок
маленький, и смерть такой особы, как Памела Уэбб, дочери сенатора и в
прошлом непутевой девчонки, не может не вызвать всеобщего любопытства.
Айрин изо всех сил стиснула сумку, которую держала на коленях.
— На похоронах родителей они на меня точно так же глазели.
Люк внимательно глянул на нее и снова сосредоточился на дороге.
— Не знаю, конечно, как там на самом деле, — немного погодя
заговорил он. — А я считаю, что Макферсон прав. Смерть вашей подруги —
это либо самоубийство, либо трагическая случайность.
— Я в это не верю.
— Вижу, что не верите. Однако Макферсон — человек не из
заинтересованных, он не пытается скрыть преступление. Он предоставил нам все
имеющиеся в его распоряжении факты. Ничего такого, что послужило бы
основанием для дальнейшего расследования, нет.
— Да, но есть е-мейл Памелы. Как можно не принять его в расчет?
— Ну почему же? Он как раз принял его в расчет, — терпеливо
продолжил Люк. — Он, как и Уэбб, считает, что Памела, решив свести
счеты с жизнью, захотела попрощаться кое с кем из своих старых друзей.
— Тогда почему она совершила самоубийство, не дождавшись меня?
— У людей, задумавших самоубийство, совсем иная логика, не как у всех
нормальных людей. Они полностью сконцентрированы на своей боли и своем
страдании.
Какой-то невыразительный, чересчур бесстрастный тон Люка заставил Айрин
содрогнуться.
— Вы так говорите, будто лично сталкивались с подобными
случаями, — заметила она.
— Когда мне было шесть, моя мать покончила с собой.
Айрин в приливе сочувствия и печали на миг закрыла глаза.
— Боже мой! Люк! — Она, взмахнув ресницами, посмотрела на
него. — Простите, мне очень жаль.
Люк кивнул, ничего больше не сказав.
— Прошлая ночь, наверное, стала испытанием и для вас, —
предположила Айрин.
— Но ведь меня никто не гнал ехать за вами.
Айрин насупилась.
— А зачем, кстати, вы за мной поехали? Вы ведь так и не объяснили.
Губы Люка слегка изогнулись.
— Когда передо мной разрозненные точки, я чувствую неодолимое желание
соединить их.
— Я что, по-вашему, точка?
— Ну да. — Он смерил ее оценивающим взглядом и, как бы покоряясь
неизбежности, покачал головой. — Вы ведь это так не оставите, я
правильно понимаю?
— Смерть Памелы? Нет, конечно, не оставлю.
— Позвольте поинтересоваться, откуда у вас такая уверенность, что в ее
смерти кроется какая-то тайна? Только из е-мейла Памелы? Или есть еще кое-
что?
Айрин задумалась.
— Мне это подсказывает внутреннее чутье.
— Чутье, значит?
— Да.
— Одного чутья мало, — без выражения возразил Люк.
— Это звучит почти смешно из уст человека, который признался, что вчера
ночью отправился за мной, видите ли, потому, что почувствовал, что я точка,
которую непременно нужно соединить с какой-то другой.
— Так и быть, тут вы, пожалуй, правы, — согласился Люк. —
Давайте тогда перейдем к следующему вопросу. Какое мнение у вас сложилось
после разговора с Райлендом Уэббом сегодня утром? Полагаете, он на самом
деле не верит, что его дочь отравилась, запив таблетки алкоголем, и
стремится скрыть это?
Айрин ответила не сразу.
— Ясно одно: расследования он, без сомнения, не хочет.
— Конечно, у него есть свои мотивы, только вам они могут не
понравиться.
— Знаю. — Айрин скрестила руки на груди. — Я уже говорила
вам, он амбициозный человек и, кроме своей карьеры ничего вокруг себя не
видит. Как семнадцать лет назад ему не хватало времени на Памелу, так и
сейчас он считает непродуктивным тратить его на нее.
— Послушайте меня, Айрин Стенсон. Если вы задумали пойти против
Райленда Уэбба, вам следует вооружиться увесистой дубинкой. Уэбб обладает
очень большими возможностями.
— Неужели вы думаете, я этого не знаю?
Какое-то время они ехали молча.
— Сэм Макферсон, как я понял, довольно хорошо знал Памелу?
Вопрос удивил Айрин.
— Когда-то давно они дружили. Однако какие отношения их связывали
последние семнадцать лет, я не знаю.
— Вам когда-нибудь приходило в голову, что он питает к ней какие-то
романтические чувства?
Айрин на несколько секунд задумалась.
— Я его отношение к ней так, конечно, никогда не воспринимала, и
Памела, я уверена, тоже. Сэм на несколько лет старше Памелы. Ей тогда было
шестнадцать, а Сэму — двадцать с небольшим.
— Это не очень большая разница в возрасте.
— Для школьников большая. — Айрин забарабанила пальцами по
сиденью. — Правда, сейчас, вспоминая прошлое, я понимаю, что тогда
могла судить о них только по ее отношению к нему.
— А как она к нему относилась?
— По-дружески, она не держала его за кавалера.
Люк поднял брови.
— У Памелы в те времена уже водились кавалеры?
— У нее только это в голове и было. — Айрин криво
усмехнулась. — И вообще, недостатка в мужчинах, готовых пасть к ее
ногам, она не испытывала. Памела была красавица и обладала талантом покорять
мужские сердца. Парни перед ней штабелями падали. Но популярностью она
пользовалась не только благодаря своей внешности и сексапильности.
— Она была из семьи Уэббов.
— Вы слышали, что сказала Максин сегодня утором: они местная
королевская фамилия.
— Так, может, Сэм Макферсон хотел попасть в число ухажеров Памелы, но
она его не замечала, — выдвинул предположение Люк. — А потому в
нем развилась нездоровая одержимость ею. Ну знаете, как бывает:
Раз я не
могу обладать ею, то пусть никто ее не получит
.
Айрин передернуло.
— Если все обстояло именно так, то отчего ж он так долго ждал, чтобы
убить ее?
— Откуда, черт возьми, мне знать? Это ваши соображения, не мои. Я
просто пытаюсь донести до вас, что если вы собираетесь составить список
потенциальных убийц, то он окажется очень длинным.
— Я в этом совсем не уверена, — тихо проговорила Айрин.
— Что это значит?
— Все, похоже, считают, что Памела вызвала меня в Дансли, желая
попрощаться со мной. Но ведь это сущая нелепица, что она, пребывая в тяжелой
депрессии, вспомнила девочку, с которой дружила одно лето в школе. Я думаю,
она отправила мне сообщение, потому что хотела сообщить что-то очень важное
относительно прошлого.
— То есть относительно гибели ваших родителей.
— Думаю, да.
— Хорошо, давайте рассуждать логически.
Айрин чуть не улыбнулась, услышав эти слова от Люка.
— Это следует понимать как вашу попытку разубедить меня?
— Конечно. Ведь ваше заключение выстроено на песке. Что такое могла
знать Памела о смерти ваших родителей? И если она что-то знала, почему
молчала целых семнадцать лет?
— Ответов на эти вопросы у меня нет, но я вам одно скажу: Памела Уэбб
была последним человеком, с которым я виделась в ту злополучную ночь, перед
тем как нашла маму с папой.
Люк обернулся.
— Последним человеком?
— В тот день она позвонила мне и спросила, не хочу ли я потусоваться у
нее, потом поужинать в кафе и пойти в кино. Мама мне разрешила с тем
условием, что я не нарушу своего обычного обещания.
— Какого обещания?
— Мы с родителями в то лето заключили соглашение: если Памела станет
при мне употреблять наркотики или пить, я немедленно уйду.
— Но если вы будете соблюдать эти правила, общаться с ней вам было
позволено?
— Думаю, мама жалела Памелу: ведь Райленд совсем ее забросил. Папа
просил меня сразу же при появлении наркотиков или спиртного звонить ему,
чтобы он за мной приехал. Но Памела ничего такого в моем присутствии не
делала.
— Никогда?
Айрин покачала головой:
— Ни разу. Она по какой-то причине действительно хотела со мной
дружить. И вероятно, понимала: случись какой криминал, мне никогда больше не
позволят встречаться с ней. Папа ведь как-никак был начальником полиции.
— Продолжайте.
— Мы поужинали в кафе
Вентана
и пошли в кино. Потом сели в машину.
Памела должна была отвезти меня домой. Папа выдвинул еще одно требование —
не выезжать за пределы города с Памелой: она тогда только начинала водить
машину и была еще неопытным водителем. Но в тот день она, вместо того чтобы
направиться к нашему дому, вдруг свернула на Лейкфрант-роуд и поехала по
направлению к Кирбивиллу.
— А вы что?
— Сначала я подумала, она меня дразнит: она знала, что, если я нарушу
запрет, папа больше никогда и никуда не отпустит меня с ней. Когда до меня
дошло, что Памела не шутит, я стала умолять ее повернуть назад, но она лишь
смеялась в ответ и продолжала ехать дальше. Я разозлилась и пригрозила
выпрыгнуть из машины на ходу. Она только прибавила скорость. И тогда я уже
испугалась не на шутку.
— А как вы думаете, не могла ли она находиться под действием
наркотиков?
— Я так ей об этом и сказала. Но Памела уверяла, что к наркотикам и не
притрагивалась. Она ехала слишком быстро, так что выпрыгнуть из машины на
ходу было нельзя, и я сделала единственно возможное — покрепче пристегнула
ремень безопасности и стала молиться, чтобы эта игра ей поскорее наскучила и
она повернула бы назад.
— Так и случилось?
— Нет. Доехав до Кирбивилла, она вынуждена была сбросить скорость. Я
сказала, что выйду из машины и позвоню родителям, попрошу их приехать за
мной. Но тут Памела расплакалась и начала просить прощения, пообещав отвезти
меня домой. Я была вне себя от ярости из-за того, что она все испортила. По
пути в Дансли мы даже не разговаривали. Памела, как и я, знала, что я теперь
не смогу с ней встречаться.
— Вы собирались рассказать родителям о случившемся, а они после этого
должны были запретить вам дружить с ней?
Айрин грустно улыбнулась.
— Смысла лгать им не было. Памела не хуже меня это знала. Как бы то ни
было, а она отвезла и высадила меня у дома, не сказав больше ни слова. Не
успела я и ключ достать из кармана, как она уехала. Больше я ее не видела.
Айрин умолкла. Ей вдруг стало очень холодно, как было всегда, когда она
рассказывала о той ночи. Если б она продолжила, ее бы начало трясти.
Люк свернул на дорогу, ведущую в гостиницу.
— Только не обижайтесь, — проговорил он немного погодя, — но
то обстоятельство, что Памела так долго ждала, чтобы сообщить вам о какой-то
имеющейся у нее важной информации о случившемся в тот вечер выглядит
неправдоподобно.
— А может, она лишь недавно узнала какие-то подробности, о которых не
знала раньше.
— И то правда. — Люк внезапно умолк, стиснув зубы. — Какого
черта?
Айрин поняла, что он смотрит на машину, припаркованную перед гостиницей. У
входа, привалившись к колонне, в небрежной позе стоял красивый молодой
человек лет двадцати с небольшим.
— Что, проблемы с постояльцами? — поинтересовалась Айрин.
— Это не постоялец. — Люк остановил джип возле машины молодого
человека и заглушил двигатель. — Его зовут Джейсон Даннер. Это мой
младший брат.
Айрин почему-то удивило, что у Люка есть семья. А с чего, собственно, она
взяла, что ее у него нет? Конечно, у него должны быть родственники, подумала
она. У большинства людей их полно. Это она исключение: после смерти
двоюродной бабушки, скончавшейся несколько лет назад, она осталась совсем
одна. Но это же не повод считать, что и все остальные в таком же положении.
И все-таки было в Люке нечто, наводившее ее на мысль, что он тоже, как и
она, одинок. Чувствовалась в нем какая-то отстраненность, какая-то
оторванность от других, что ли. Казалось, будто он наблюдает этот мир,
находясь в ином измерении. Это было хорошо знакомо Айрин.
С необъяснимым любопытством через окно джипа она разглядывала Джейсона.
Большого сходства между братьями она не обнаружила. Наоборот, мужчины внешне
сильно отличались друг от друга. Джейсон был моложе и выше Люка. И самый
придирчивый человек счел бы его более красивым. Но не более сексуальным,
подумала Айрин, всего лишь более красивым. А это разные вещи.
Учитывая большую разницу в возрасте между ними и то обстоятельство, что Люк,
по его словам, лишился матери в шесть лет, Айрин сделала вывод, что Джейсон
— ребенок от второго брака. Следовательно, они с Люком братья только
наполовину.
Люк уже вышел из джипа. Радушия его лицо не выражало. Видно, не очень-то он
обрадовался встрече с братом.
— Что ты здесь делаешь, Джейс? — обратился он к молодому человеку. — Я тебя не ждал.
Джейсон развел руками.
— Спокойно, брат, не волнуйся. Я просто ехал мимо и решил заглянуть к
тебе, посмотреть, как продвигается тут твой гостиничный бизнес.
Молодой человек улыбался, но это ничуть не уменьшало повисшего в воздухе
напряжения.
Люк открыл перед Айрин дверцу.
— Джейсон, познакомься, это Айрин Стенсон. Она остановилась в нашей
гостинице.
— Здравствуйте, Джейсон. — Айрин с улыбкой вышла из машины.
Джейсон кивнул ей, бегло окинув с головы до ног оценивающим, любопытным
взглядом.
— Очень приятно, мисс Стенсон.
Судя по его взгляду, — подумала Айрин, — я его не
заинтересовала
. В его взгляде угадывалось скорее любопытство и желание
понять, что Айрин за птица. Он пытался угадать, какое место она занимает в
жизни Люка.
— Это сложно объяснить, — сухо сказала она.
Джейсон с изумлением уставился на нее. А потом улыбнулся:
— С Люком всегда так.
— Да о чем вы оба говорите? — ворчливым тоном обратился к ним Люк.
— Да так, ни о чем, — поспешно отозвалась Айрин. — А сейчас,
если позволите, я, пожалуй, оставлю вас. Вам, кажется, нужно что-то
обсудить.
Она блеснула короткой улыбкой и пошла прочь по дорожке.
Что бы там ни было между ними, а ее это не касается. Это дело семейное.
Джейсон расположился в одном из кресел на веранде и, сделав несколько
глотков кофе, который принес ему Люк, недовольно поморщился.
— Слушай, — сказал он, — если уж ты потратился на такую
хитроумную итальянскую кофе-машину, то должен по крайней мере научиться
варить в ней такой кофе, который хотя бы можно было пить.
Люк тоже сел, водрузив ноги на перила.
— Я кофе пью не из-за его вкуса. Я его пью, потому что он горячий и
помогает сосредоточиться.
— Может, скажешь, на чем ты сосредоточен сейчас?
Люк устремил взгляд на коттедж номер пять.
— На Айрин Стенсон.
— Я так и думал. Поправь меня, если я окажусь не прав, но мне кажется,
она здесь не простая постоялица.
— Мы теперь с ней после вчерашней ночи, можно сказать, одной веревочкой
связаны.
— У вас в горах это так называется?
— Это совсем не то, о чем ты подумал, — сказал Люк. — Связь,
возникшая между мной и Айрин, образуется между людьми, когда они вместе
находят труп.
— Что? — Джейсон чуть не поперхнулся кофе.
— Вчера вечером Айрин отправилась к своей старой подруге из Дансли,
дочери сенатора Уэбба, и нашла ее мертвой. Коктейль из алкоголя и таблеток.
— Постой, постой. — Джейсон очень медленно опустил кружку. —
Ты о дочери сенатора Райленда Уэбба? Того, кто метит в Белый дом?
— Ага.
— Так, значит, его дочь умерла? Но я ничего подобного в новостях не
слышал.
— Скоро услышишь. Сообщение, насколько я знаю, сегодня утром вышло на
первой полосе
Гластон-Коув бикон
.
— Может, тебе это покажется странным, но я такой газеты, как
Гластон-
Коув бикон
, не получаю. Если уж совсем честно, то я о такой газете даже не
слышал.
— Как и большинство. Но эта газета опубликовала эксклюзив, поскольку
именно в ней работает Айрин. Известие о Памеле Уэбб появится в главных СМИ
если не сегодня, то завтра наверняка.
Джейсон озабоченно нахмурился.
— Выпивка с таблетками, говоришь?
— Похоже на то.
— Самоубийство, что ли?
Люк смотрел на озеро.
— Или случайная передозировка. Сложно что-либо с уверенностью сказать.
— Да, обнаружить нечто подобное — чертовски неприятная штука.
Люк стиснул зубы. Он отлично понимал, о чем Джейсон думает на самом деле:
какова будет реакция семьи, когда все узнают о случившемся. Последние шесть
месяцев тревога его родственников о нем постоянно возрастала. А происшествие
с Памелой Уэбб только больше растревожит их.
— Айрин пришлось куда тяжелее, — спокойно ответил он. — Я-то
с живой Памелой не встречался, а Айрин какое-то время дружила с ней в школе.
— И ты, когда она обнаружила труп своей близкой подруги, случайно
оказался рядом?
— Да.
— И как же так вышло, позволь полюбопытствовать?
— В ту ночь я заметил, как она уезжает из гостиницы, и меня разобрало
любопытство. Вот я и отправился за ней, — ответил Люк.
— Только и всего?
— Только и всего.
— И часто ты так делаешь? — осторожно поинтересовался Джейсон.
— Что делаю?
— Колесишь за своими постояльцами по городу?
— Нет. Обычно я со своими постояльцами стараюсь сталкиваться как можно
реже. Мне в основном попадаются жуткие зануды.
— Но только не эта.
— Эта тоже нудноватая. — Люк сделал несколько глотков кофе. —
Но все-таки чем-то отличается от других. — Пора было менять тему
разговора. — А чего ты, собственно, приехал, Джейс?
— Я же сказал: просто хотел посмотреть, как тут у тебя идут дела.
— Ну-ну, давай, заводи старую песню.
Джейсон досадливо фыркнул и махнул рукой, указывая на домики и главное здание
Восхода над озером
.
— Да отстань ты! Старик прав. Тебе здесь не место. Управлять
третьесортным мотелем ты, как и я, мало приспособлен.
— Заниматься семейным
...Закладка в соц.сетях
