Жанр: Любовные романы
Русские разборки
...mdash; Мы же всего несколько дней, как...
— И какие у вас планы?
— Да нет у нас никаких планов!
— А у меня есть! Оставь ее на время в покое, дай ей самой принять
решение и посмотри, что будет.
— Вряд ли у меня это получится.
— Послушай, — рассудительно проговорил Крис, — если ты сейчас
начнешь на нее наседать, она восстанет. Если она расстанется с Максом, пусть
решает сделать это самостоятельно, а не под твоим давлением. Так и для Макса
будет легче.
— Да... Тут ты, пожалуй, прав, — согласился Джет.
— Еще бы! А пока, думаю, тебе будет полезно прокатиться со мной в Лос-
Анджелес. Завтра же летим. У тебя будет время проветрить мозги, оценить
ситуацию со стороны.
— Я не могу.
— Можешь! — отрезал Крис. — Я забронирую тебе место, а ты
пока дуй к себе и собирай вещи. Утром увидимся в доме
ужасов. А прямо
оттуда — в аэропорт.
Макс на дрожащих ногах вышел из квартиры Ирины. Сердце бешено колотилось. За
какие-то несколько дней уже второй труп. Куда, черт возьми, делась его
размеренная, добропорядочная жизнь?
Всего неделю назад все у него было под контролем. Все, кроме финансов, но
теперь эта проблема решена. Зато личная жизнь превратилась в сплошной
кошмар. И все из-за этого Владимира Бушкова, вздумавшего его шантажировать.
Из-за него погибли уже две женщины. Ясное дело, он каким-то образом узнал,
что Ирина собирается выдать его как убийцу Марины, и он заставил ее
замолчать. На этот раз — выстрелом.
Охваченный паникой, Макс бросился к лестнице. Подальше отсюда, из этой
комнаты, где уже витал дух смерти.
Он спускался вниз и восстанавливал в голове увиденное. Крови не было, только
аккуратное отверстие посреди лба.
А может, она и не мертва вовсе? Надо было проверить пульс. Но не трогать же
ее!
Сообщить в полицию? Большой вопрос.
Да.
Нет!
Как он объяснит свой второй визит к Ирине? Вдруг они решат, что он как-то
причастен к убийству?
Алиби у него нет. Проклятье! Нужно же обеспечить себе алиби!
Эми! Надо немедленно поехать к Эми. А если в полиции потом спросят —
сказать, что провел у нее весь вечер.
Да. Это хороший план. Обязательно нужен план, иначе его потом обвинят бог
знает в чем. Перед глазами уже маячила ненавистная физиономия детектива
Родригеса. Скажите, мистер Даймонд, зачем вы опять поехали к Ирине? Чтобы
ее убить? Да? Чтобы она не сказала, что это вы убили свою жену? Прошу
прощения — бывшую жену?
Надо позвонить адвокату
, — пронеслась мысль.
Но ведь я ни в чем не виноват. Лучше сидеть тихо и не высовываться. Никто
не знает, что я здесь. Глупо самому поднимать шум
.
Ты и об убийстве не сообщишь?
Нет, не сообщу
.
Все эти мысли проносились у него в голове, пока он спускался по темной
лестнице, обливаясь потом и прижимая к себе холщовую сумку. Что делать? Что
делать?
— Я думала, мы на всю ночь. — Надя скорчила недовольную
физиономию.
— С чего бы я стал тратить целую ночь на вас? — фыркнул Ред
Даймонд. Он уже одевался.
— Но мы ведь тебе нравимся, — заметила Надя голосом невинной
девочки. — Мы такие сладенькие!
— У подружки своей спроси, почему вы сегодня не останетесь. — Ред
показал на Соню. — Ишь, шантажировать меня вздумала.
— Что ты сказал? — растерялась Надя, переводя взгляд с Реда на
Соню и обратно.
— Так она тебе ничего не сказала? — усмехнулся Ред. — И в
долю не взяла?
Надя уставилась на Соню. Та пожала плечами, делая вид, что не понимает, о
чем речь. Ну, и хрен с ним! Пусть мелет, что хочет, она будет все отрицать.
— В долю? В чем это? — Надя надулась.
— Она тебе сама расскажет, — сказал Ред, натягивая брюки. Надоели
они ему обе. Сделали свое дело — и пусть отваливают.
Он подошел к комоду, взял бумажник и швырнул девушкам деньги.
— Пошли вон! — проорал он. — Живо!
На том же самом месте Макс опять споткнулся и несколько ступенек пропахал на
четвереньках. Он взвыл от боли и выпустил из рук сумку, которая пролетела до
самого первого этажа.
— Дьявол! — ругнулся он, ухватился за перила и встал. Ну и денек!
В разорванных на коленях брюках, он едва держался на ногах. Боль в правом
колене была невыносима.
Худо-бедно он доковылял до первого этажа, и как раз вовремя, потому что какой-
то юный ловкач уже нацелился на его сумку.
— Оставь! Это мое! — запыхавшись, крикнул Макс.
— Кто сказал? — спросил парень. Ему было лет шестнадцать или
семнадцать.
— Это моя сумка, — отрезал Макс. — Я ее выронил.
— А что в ней? — поинтересовался тот, явно не собираясь отступать.
— Не твое собачье дело! — заорал Макс, схватил сумку и захромал к
двери.
— Мне полагается вознаграждение! — прокричал вслед парнишка.
— Черта с два! — процедил Макс и заспешил к машине.
Прежде чем сесть, он прислонился к крылу и отдышался. Потом сел за руль,
положил сумку рядом на сиденье и окаменел.
Что теперь делать с этими деньгами и камнями? Что ему теперь вообще делать?
Эми сквозь сон услышала стук в дверь и одновременно звонок. Она открыла
глаза и поняла, что это не сон. Кто-то барабанил ей в дверь.
Она посмотрела на часы. Около полуночи. Кто может к ней рваться посреди
ночи?
Джет! Это наверняка Джет.
Она замерла, надеясь, что он уйдет. Но трезвон и стук продолжался. Придется
открыть, пока он не перебудил весь дом.
Эми накинула халат и подошла к двери.
— Джет! — решительно заявила она. — Уходи.
— Это Макс. Открой, пожалуйста.
О черт! Макс узнал о них с Джетом и пришел разбираться! Она замерла. Что
делать?
— Эми, побыстрей! — Он повысил голос.
Неужели ему Джет сказал? Или Крис?
Ладно. Без паники, — сказала она себе. — Он меня не убьет
.
Эми сделала глубокий вдох и открыла дверь. Макс проковылял в комнату. Вид у
него был ужасный. Грязный, всклокоченный — совсем не похож на того Макса,
которого она знала. Судя по всему, новость его потрясла. Впрочем,
неудивительно.
— Я... я не знаю, что сказать, — начала она, отчаянно подыскивая
слова. — Это произошло случайно... Само собой...
— Мне нужно в ванную, — отстранил ее Макс. — Я тебе сейчас
все объясню.
Он прошел в спальню, потом хлопнула дверь в туалет.
Эми в замешательстве осталась стоять. Что он имел в виду?
Сейчас все
объясню
. Это ведь она должна с ним объясниться!
И брюки у него порваны... И почему у него такой встрепанный вид? Может, они
с Джетом подрались? Только не это! Они же взрослые люди!
Джет! Надо позвонить Джету и выяснить, что произошло. И сделать это надо сейчас, пока Макс в ванной.
Она бросилась в спальню и схватила телефон.
— Привет! — обрадовался Джет.
— Что у вас там произошло? — спросила она шепотом.
Джет растерялся.
— Послушай, это вышло случайно. — Он не мог понять, как она узнала
о его срыве. — С кем не бывает, я тебе при встрече все объясню!
— Так же нельзя! — чуть не плача проговорила Эми.
— Не злись! — умоляюще сказал Джет. — Я не хотел! Так вышло.
— Если кто и должен был ему сказать, то только я. И вы что, подрались?
— Кто? Мы с Крисом?
— Да при чем тут Крис?!
— Ну... он меня практически спас. Можно сказать, на ноги поставил.
Помог протрезветь.
— Так ты был пьян? — ужаснулась Эми.
— Да ты почему звонишь-то? Разве не поэтому?
— Нет! — недоуменно проговорила Эми. — Я звоню насчет того,
что ты рассказал про нас Максу.
— Ты с ума сошла?! С чего ты взяла? И я ему ничего не говорил, клянусь!
— Тогда откуда он все знает? Они произнесли одновременно:
— От Криса!
— Сукин сын! — возмутился Джет.
— Как он мог? — воскликнула Эми.
— Я сейчас приеду, — сказал Джет. Решение было принято
мгновенно. — Вместе будем отвечать.
— Нет! — жалобно ответила Эми. — Только хуже сделаешь.
— Я не допущу, чтобы ты отдувалась за нас обоих. Сейчас же еду. Эми,
держись! Обещаю, все будет хорошо.
Она положила трубку как раз в тот момент, когда Макс вышел из ванной. Вид у
него и впрямь был побитый, брюки на коленях разорваны, одна коленка
кровоточит.
— Макс... — снова начала она. — Я не знаю, что сказать. Я не
хотела, чтобы ты узнал об этом таким вот образом.
— Эми, выслушай меня внимательно, — возбужденно проговорил Макс,
пропуская ее слова мимо ушей. — Если тебя спросят — я весь вечер провел
у тебя.
— Что такое? — нахмурилась она.
— Весь вечер, — повторил он. — Поняла? Мы были вместе.
Она была совершенно сбита с толку. Так он знает про них с Джетом или нет?
Если и знает, говорит он сейчас совсем не об этом.
— Прости, что использую тебя в качестве алиби, — продолжал он
возбужденно, — но я сегодня стал свидетелем преступления, и, если
полиция узнает, что я там был, меня наверняка заподозрят, а это мне совсем
ни к чему.
— Какого преступления? Макс, я ничего не понимаю!
— Ужасного преступления! Тебе лучше не знать.
У нее все перемешалось в голове. На память пришли мамины слова:
Эми, Макс,
возможно, и не жертва. Его жена зверски убита, и, не исключено, что
подозрение может пасть на него
.
— Макс, что происходит? — спросила Эми, плотнее запахивая халат.
— Я сказал тебе то, что мог, — ответил он и опустился в
кресло. — Тебе лучше больше ни о чем не знать.
— Если хочешь, чтобы я сказала, что ты был здесь, хотя бы объясни
причину.
— Господи! — вскипел Макс и опять встал. — Неужели так трудно сделать, о чем я прошу?
Эми никогда не видела его в таком состоянии, она не узнавала Макса.
— Это как-то связано с убийством Марины? — осторожно спросила она.
— Твою мать! — заорал он и шмякнул кулаком по стене. — Твою
мать! Твою мать!
— Не знаю, что случилось, — сказала Эми, отходя подальше, —
но что бы это ни было, думаю, тебе лучше уйти.
— Я приехал к тебе за помощью, а ты меня гонишь? — Макс был
потрясен. — Эми, дело более чем серьезное. Прошу тебя, помоги мне!
Он шагнул к ней. Она попятилась.
— Да что с тобой такое? — вскипел он. — Я тебя прошу об одной
простой вещи, а ты отказываешься. Я же твой будущий муж, как-никак! Мы со
дня на день поженимся, мы любим друг друга!
Эти слова Макса в одну секунду все расставили по местам. Совсем недавно она
тоже думала, что они любят друг друга... И только сейчас она поняла, что,
если бы она действительно любила Макса, она бы никогда не легла в постель с
другим мужчиной. Ни пьяной, ни трезвой. Никогда!
Ей сейчас хотелось одного — чтобы Макс ушел.
— Так и будешь стоять и молчать? — выкрикнул он. — Черт
побери, Эми, я думал, хоть на тебя можно положиться!
Если ты мне объяснишь, что случилось, я, может, и смогу тебе помочь. —
Она, против обыкновения, тоже повысила голос. — Если нет... — Она
умолкла, вспомнив, что вот-вот подъедет Джет, а худшего момента для
объяснения с Максом и не придумаешь — если, конечно, он до сих пор не знает.
— Выкинь из головы! — рявкнул Макс. — Я ухожу. Я в тебе
ошибся, Эми. На тебя, оказывается, нельзя положиться. — И он бросился
вон.
Она не двинулась с места. С Максом случилось что-то ужасное, иначе он бы
себя так не вел. Что-то очень и очень скверное.
И снова в голове мелькнуло: а что, если Макс причастен к смерти Марины? Эми
обуял такой страх, что она стремглав кинулась к двери и заперлась на все
замки.
Разъяренный Макс спускался вниз. Он был потрясен, сокрушен, раздавлен! В кои-
то веки он обратился к Эми с просьбой, а она не захотела протянуть ему руку
помощи!
Беда, наверное, в том, что она слишком молода, чтобы понять всю серьезность
положения. Она еще не женщина, она девочка. Милая, невинная девочка, но,
возможно, решение создать с ней семью было ошибкой. Да и с Лулу она не
ладит, а Лулу нужна мать — особенно теперь. Господи, как в один момент все
бесповоротно изменилось в его жизни!
Перед его мысленным взором возникла Ирина с пулевым отверстием во лбу.
Проклятье! Что, в конце концов, происходит? И что теперь делать ему?
Выходя из лифта, он нос к носу столкнулся с Джетом.
— А ты что тут делаешь? — опешил он.
— Хорошо, хорошо, — быстро заговорил Джет, — я сейчас все
объясню. Тут никто не виноват. Нуты же знаешь, как это бывает. Искра
пролетела — и все. Все вышло спонтанно, честное слово! Я понятия не имел,
кто она. А она и подавно не знала, что я твой брат... Судьба, наверное.
Макс уставился на младшего брата.
Раздолбая
, как называл его отец. Он что-
то недопонял? Когда Эми подошла открыть дверь, она назвала его Джетом. С
чего бы ей думать, что Джет явился к ней посреди ночи?
Чушь какая-то! Или нет?
Ему вспомнился лепет Эми.
Не знаю, что сказать... Все само собой вышло...
Мы не хотели...
Практически слово в слово с Джетом. И Эми была сама не своя, вся как на
иголках и какая-то виноватая.
Виноватая? В чем?
— А ну, выкладывай, что это у вас там само собой произошло? Что за
искра пролетела? — Макса охватил бессильный гнев. Он уже знал, что
сейчас услышит что-то очень неприятное.
— Ты только не вини Эми, — решительно заявил Джет. — Пойми,
она немного выпила... И потом... Ну... я же говорю — как током ударило.
Все ясно. Недолго думая, Макс размахнулся и заехал брату в челюсть. Со всей
силы.
— Ах ты, сукин ты сын! — заревел он. — Чтоб ты провалился!
Джет покачнулся.
— Да пойми ты! — выкрикнул он. — Я ее люблю, она меня тоже.
Тут уж ничего не сделаешь!
— Ничего не сделаешь? — Напряжение и нервотрепка последних дней
дошли до критической точки. — Ах ты, жалкий неудачник! Раздолбай!
— Ты прямо как отец, — Джет потер ноющий подбородок. — Такой
же бессердечный! Даже выражения те же.
— Не смей меня с ним сравнивать, слышишь?
— Черт, Макс, мне тебя даже жаль, потому что ты в самом деле похож на
него. Сам на себя посмотри! Два сапога пара.
Макс внутренне содрогнулся. Он на глазах лишался всего, что у него было,
включая здравый смысл. Но своего
я
он потерять не может! Он никогда не
станет таким, как отец. Ни за что!
Не говоря ни слова, он выскочил из подъезда, сел в машину и укатил домой.
После некоторого раздумья и стакана виски он принял решение и позвонил
адвокату. Потом — Крису и в довершение — детективу Родригесу.
Больше терять ему было нечего!
Глава 62
Утром Либерти с Деймоном сидели на съемочной площадке за столом с закусками
и завтракали. Был последний день съемок, и Либерти уже предчувствовала, как
будет скучать по всей группе, хотя вместе они провели всего лишь три дня.
Приятно все-таки, когда вокруг тебя все хлопочут, а присутствие Деймона
делало ее пребывание в Лос-Анджелесе еще более насыщенным: мало того, что он
составил ей протекцию, так еще оказался невероятно привлекательным мужчиной,
интересным собеседником и щедрым человеком.
Одно его присутствие уже наполняло ее пьянящей радостью, и это никак не было
связано с его известностью и атрибутами звездной жизни — лимузинами, клубами
и дорогими ресторанами. Для нее он был просто Деймон. Просто классный
парень. И она была влюблена по уши!
— Я вчера думала о твоем приглашении в Кабо, — сказала она, —
и уже совсем было собралась согласиться... — Она налила себе свежевыжатого
сока.
— И что же?
— Но тут позвонила моя мама — и появилась причина, из-за которой я не
могу с тобой поехать.
— А в чем дело?
— У нее какая-то очень важная новость — что-то про моего отца,
насколько я поняла.
— Важная? И дело такое срочное, что нельзя подождать два дня? —
Деймон нагнулся и пытливо заглянул ей в глаза.
— Этого мне не узнать, пока в Нью-Йорк не прилечу. — Либерти
помолчала. Потом сказала: — Ты не понимаешь. Это очень личное.
— А ты расскажи, может, пойму?
— Понимаешь, у меня никогда не было отца, мама меня одна вырастила. И
всего несколько дней назад она наконец сказала мне, кто он был. А теперь
хочет рассказать какую-то другую версию, вот почему мне надо вернуться. Я
должна наконец выяснить, кто я такая.
— Ты — это ты, — сказал Деймон негромко. — Никогда об этом не
забывай.
— Я знала, ты не поймешь.
— Ошибаешься, котенок, — сказал он, глядя ей в глаза. — Я
тебя очень даже понимаю. Хочешь, я тебе про себя расскажу? Меня с братом
растила бабка. И учила нас искать свое место в жизни. У нас ничего не было,
кроме ее любви и веры в нас. На двух работах вкалывала, чтобы нас на ноги
поставить. Но у нее всегда хватало времени, чтобы внушить мне, что если я
чего-то хочу — по-настоящему хочу, — то я должен оторвать задницу и
добиться. Именно это я и сделал.
— Я не знала, — сказала Либерти. — Я думала, у тебя все было
по-другому.
— Неудивительно, это тоже очень личное. Никого не касается.
— А где теперь твоя бабушка?
— Живет с братом и его семьей в Бруклине в шикарном особняке, который я
им купил, — ответил он. — Я ее обеспечиваю. Она меня с братом на
ноги поставила и теперь достойна самого лучшего.
— А твои родители? Где они?
— Никогда их не видел. Даже не знаю, живы ли. Да мне, по большому
счету, все равно.
— Почему? — удивилась Либерти.
— Матушка у меня была наркоманка, отец — дилер, — откровенно
сказал Деймон. — Парочка обдолбанных наркош. Бросили нас на произвол
судьбы, хорошо — бабуля подобрала. Если б не она, нас бы в приют забрали.
— Прости, — тихо проговорила Либерти. — Досталось тебе!
— Эй, — он улыбнулся, — надо верить в свою удачу. И еще я
убежден, что главное — воздать должное тому, кто тебя растил, а остальное
приложится. Лучше моей бабушки на всем свете не сыщешь.
Либерти не успела ответить — подошел Куинн и сказал, что пора гримироваться.
Она нехотя поднялась.
— Так что от Кабо не отказывайся, — сказал Деймон и встал. —
Получим массу удовольствия. А семейными вопросами займешься потом.
— Думаешь?
— Не думаю, а знаю, котенок. Знаю.
— Не сомневаюсь, — улыбнулась Либерти. — Ты, по-моему, все
знаешь.
— Сущая правда, — улыбнулся он.
— Ну и самомнение! — буркнула она.
— Увидимся позже, ЛЛ, — сказал Деймон и зашагал к пляжу.
— Какая жалость, что он натурал, — пробурчал Куинн. — Такой
материал пропадает!
— Его жена иного мнения, — съязвила Либерти. — Он, между
прочим, женат.
— Да ну! — ахнул Куинн. — Ни за что бы не подумал.
Она проводила глазами Деймона. Идеал мужчины. Женатый идеал!
— Ну же, лапуля, идем! — решительно произнес Куинн. —
Довольно слюнки ронять, пора наводить красоту.
— Никто и не роняет, — возразила Либерти.
— Меня не обманешь!
Она сидела в гримерном кресле и продолжала думать о нем. После того, как он
приоткрыл ей частицу самого сокровенного, ей хотелось узнать о нем больше.
Деймон был для нее примером для подражания, он поднялся из ничего и вон
каких высот достиг. Ему ведь всего тридцать шесть лет, он сделал себя сам и
добился успеха в любимом деле. Он не просто король хип-хопа с собственным
брэндом, он много трудился, чтобы этого достичь, буквально совершил скачок
из безвестности на вершину славы.
Великая американская мечта — вот что он такое!
Либерти теперь не сомневалась, что никакой особой срочности в ее возвращении
в Нью-Йорк на самом деле нет. То, что хочет сказать ей мать, подождет до ее
возвращения. Ждала же она девятнадцать лет!
И вообще, Деймон прав: если хочешь чего-то добиться, полагаться надо только
на себя. Кто бы ни был ее отец, она — сама себе голова. Хватит себя жалеть,
пора брать от жизни все. В данный момент жизнь открывает ей возможность
съездить в Кабо, и если это не волнует жену Деймона, то уж ей волноваться
совсем ни к чему.
Для утренней сессии Либерти нарядили в облегающее платье от Версаче из
мягкой черной кожи — такое роскошное, что она боялась лишний раз
шевельнуться. Сбоку на платье был разрез до середины бедра, спина —
максимально оголена. Тедди сделал ей высокую прическу, а Ума нацепила на нее
бриллиантов и изумрудов от Нила Лейна не меньше чем на миллион долларов. Нил
сам явился на съемку и шумно восторгался тем, как прекрасно на ней смотрятся
его украшения.
По песку Либерти шла босиком. Само совершенство!
— Ух ты! — ахнул Чип. — Вот что мы на обложку поставим. Это
точно.
— А не в купальнике? — удивилась Либерти. — Разве в этом журнале главное — не плоть?
— Поверь моему опыту, этот кадр затмит все. Ты сейчас похожа на Холли
Берри и Анджелину Джоли, вместе взятых. Только моложе и сексуальнее.
Фантастика!
Фантастика! Вот именно. Здесь все фантастика. Всего неделю назад она
вкалывала официанткой — и вот, пожалуйста, снимается в Лос-Анджелесе для
мужского журнала, в платье от Версаче. Чудны дела твои, господи! Кому
рассказать — не поверят.
Деймон вернулся как раз к обеденному перерыву.
Либерти уже было открыла рот, чтобы сказать, что согласна ехать в Кабо, но
ее прервал официант с огромным тортом — шоколадный с клубникой, а посередине
— ее лицо.
— Это что такое? — ахнула она. — У меня сегодня нет дня
рождения.
— Нет, но это от нас всех, — сказал Чип. — В знак симпатии и
благодарности. — Чип сиял. Вокруг собралась вся группа. — Мы
хотели, чтобы ты запомнила свой первый опыт работы фотомоделью. А ну-ка,
все, встаньте поближе, снимемся для истории!
Деймон отошел в сторонку, а Чип с ассистентом стали выстраивать кадр.
— Деймон, — окликнула Либерти, набравшись смелости, — не
уходи. Я хочу, чтобы ты тоже тут был.
— Нет, это ЛЛ у нас виновница торжества, — неожиданно заскромничал
он. — Пусть она блистает, я тут ни при чем.
— Очень даже при чем! — упрашивала она Деймона. — Больше, чем
кто другой.
— Только не говори, что твое каменное сердце наконец растаяло под
действием моих чар. — По его губам скользнула улыбка.
— Молчи и иди сюда! — улыбнулась она. — Я хочу, чтобы ты был
в кадре.
— Слушаюсь, мэм. — Он шутливо отдал честь.
— Да, кстати... — начала она.
— Что ты мне еще приготовила?
— Я поеду с тобой в Кабо. Но жить будем в разных номерах.
— Эта женщина подает мне надежду и тут же ее отнимает, —
усмехнулся Деймон.
— Только на таком условии. Летим или нет?
— Летим, конечно. Что-то мне подсказывает, что мы с тобой договоримся.
В четверг Дайан поднялась в обычное время, но не поспешила, против
обыкновения, на кухню, а не торопясь привела себя в порядок, наложила
косметику и причесалась. Затем надела простое, но элегантное синее платье и
скромные золотые украшения, оставшиеся от лучших времен. Раз уж Ред
настаивает, чтобы она присутствовала на семейном
...Закладка в соц.сетях
