Жанр: Любовные романы
Русские разборки
...лько... чего?
— Лимузинов. Чтобы ехать в ресторан.
— Да такси возьмем!
— В Лос-Анджелесе на такси никто не ездит.
— Тогда, может, в самом ресторане встретимся?
Прибрежный плющ
.
— Послушай, ЛЛ, ты же знаешь, я прилетел ради тебя, так что давай не
будем кормить меня этими штучками.
Встретимся позже
,
потом поговорим
...
А?
— Я тебя прилетать не просила.
— Ты не пожалеешь.
— Ты так считаешь?
Он засмеялся.
— Да.
— Неужели? — сказала она. — Но у тебя по-прежнему кольцо на
пальце, так ведь?
— Господи, — вздохнул он. — Ты все строишь из себя недотрогу.
— Просто стараюсь быть с тобой честной. Похоже, тебе такие люди нечасто
попадаются.
— Какая наблюдательная! — усмехнулся Деймон.
— Деймон, ты мне очень нравишься, — сказала Либерти, решив его
обезоружить. Что бы там Беверли ни говорила, кое-какое представление о том,
как вести себя с Мужиками, она имела. — И будь ты холост, мы бы сейчас
с тобой не разговаривали.
— Не разговаривали бы, говоришь? — Он был заинтригован.
— Нет, — вконец осмелела Либерти. — Мы бы кувыркались в
койке, забыв обо всем на свете.
— Так. Теперь она решила возбудить меня по телефону, — простонал
он. — И тебе это удается. Ты, случайно, не увлекаешься сексом по
телефону?
— Нет уж, благодарю покорно, — хмыкнула Либерти. — И поверь,
я не пытаюсь тебя возбудить. Просто говорю, как обстоит дело — потому что,
если ты прилетел, чтобы со мной переспать, советую выкинуть это из головы.
— Да ты у нас крепкий орешек, — проворчал он.
— Это называется самосохранение.
— А... Вот оно как, оказывается.
— Поставь себя на мое место — и сразу все поймешь.
— Она еще и умна.
— Стараюсь.
— Ну ладно. Так что, поедешь в моей машине в ресторан, а?
— В половине восьмого я должна встретиться со своими в холле.
— Я тебя заберу в четверть. Поедем чуть раньше, пропустим по коктейлю.
Она позвонила Тедди, сказала, что продюсеры будут и что она приедет вместе с ними прямо в ресторан.
— Ну, ты даешь! — восхищенно протянул Тедди. — Есть кто-то,
кого ты не знаешь? Я потрясен!
После первых неловких минут все пошло как по маслу. Либерти вынуждена была
признать, что Деймон наделен невероятным обаянием. Он источал дружелюбие и
любезность и не строил из себя большого человека.
Паркер Дж.Джонс — колоритный мужик с не менее колоритным характером —
оказался большой весельчак. Выяснилось, что он был продюсером у таких
знаменитостей, как Бренди, Верди Марвел, Тони Брекстон и куча других звезд
женского пола.
Тедди и Куинн взахлеб слушали его истории, и даже Ума была в восторге — в
особенности от рассказов о Верди Марвел. Ума была помешана на Верди Марвел и
жадно ловила каждое слово о своей любимице, включая рассказы о том, какая та
капризная и своенравная, какие у нее неумеренные запросы и пристрастия, в
том числе к наркоте.
Чип с Деймоном тоже нашли общий язык. Оба оказались помешаны на автомобилях.
Чип недавно купил свой первый
Феррари
— модель 575
Маранелло
, а Деймон,
как выяснилось, являлся счастливым обладателем целых трех редких моделей
Феррари
(в том числе
Суперамерики
) и одной
Мазе-рати
.
— Старик, надо тебя сфотографировать с твоими тачками! — загорелся
новой идеей Чип. — На обложку
Роллинг Стоун
будет в самый раз. Или
Вэнити Фэр
. Грейдон наверняка клюнет на штучку с машиной.
— Не хочу тебя огорчать, но я не гоняюсь за рекламой, — сказал
Деймон. — Предоставляю это жене.
Тут он заметил, что его слова слышит Либерти, и прикусил язык.
Черт бы его побрал!
— подумала помрачневшая девушка. После двух бокалов у
нее уже мелькали мысли о том, что могло бы между ними быть. Теперь, после
прозвучавшего слова
жена
, все как рукой сняло. Она нарочито переключила
внимание на Паркера, что, вообще-то, надо было сделать с самого начала. Ведь
это от Паркера зависело ее будущее, он должен был вывести ее на большую
сцену.
— Вы уже опушали мою запись? — спросила она.
— Именно поэтому я здесь, — ответил тот, уминая тарталетки с
крабами. — Деймон мне дал прослушать, и мне понравилось. В противном
случае я бы в такую даль не прилетел. Хотя должен признать, воспользоваться
самолетом Деймона — всякий раз большое искушение. Летала на нем?
— Нет.
— Тогда, юная леди, у тебя впереди колоссальное удовольствие. Этот парень умеет себя ублажить.
— Так вам правда понравились мои песни? — Либерти вернула разговор
в деловое русло.
— С небольшими оговорками, — сказал Паркер. — Это легко
поправить.
— Оговорками? — встревожилась Либерти. — Например?
— Надо серьезно подумать о репертуаре. Пока он, прямо скажем,
мрачноват. И помни: ты — не Алисия Кейс, так что не надо ее копировать. Она
неповторима, и ты тоже будешь.
— Я никого не копирую! — оскорбилась Либерти.
— Не надо принимать меня в штыки, — предостерег Паркер. — Нам
еще вместе работать. Вот тебе задание: научиться слушать критику и
воспринимать ее, в противном случае мы ничего не добьемся. Мы понимаем друг
друга?
Она покорно кивнула. Паркер — профессионал. Она — нет. Пока нет. Она будет
делать как он скажет. Будет слушать и наматывать на ус.
И тогда, бог даст, все у нее получится.
По дороге обратно в отель Либерти вдруг обнаружила, что в лимузине они
вдвоем с Деймоном.
— А где Паркер? — спросила она. У нее перехватило дыхание. —
Я думала, он с нами поедет. Деймон рассмеялся.
— М-мм... Штука вот в чем. У Паркера тут симпатичная подружка, он ее в
Беверли Хиллз
прячет. Потому он и в Лос-Анджелес рванул так охотно.
— Я-то думала, он ради меня прилетел, — рассмеялась Либерти.
— Ах, ну да! Ты не обижайся, но к тебе он нежных чувств не питает.
— А он женат?
— Опять она за свое, — вздохнул Деймон, качая головой. — Ты
что, из общества борцов за общественную нравственность?
— Что поделаешь, если у меня есть принципы? — улыбнулась она.
— Надо понимать, сегодня мне опять не обломится.
— Ни сегодня, ни завтра. И ты знаешь почему.
— Знаю, знаю, — сокрушенно проговорил он. — Я женат. И для
тебя пустой звук, что у нас с женой уговор.
— Ну, я как раз слышала нечто обратное.
— Да? Интересно, что именно?
— Что, если твоя жена тебя с кем-то застукает, она девчонке по голове
каблуками надает. Судя по всему, она у тебя с норовом.
Деймон расхохотался.
— Каблуками уж точно не надает: она помешана на обуви, девочка моя.
Холит ее и лелеет.
— Тебе лучше знать, — сказала Либерти и задумалась.
Еще неделю
назад кто бы мог подумать, что я буду сидеть в лимузине вдвоем с самим
Деймоном Доннелом?
— Все хочу тебя спросить, — Деймон взял ее за руку, — как так
вышло, что говор у тебя иной, чем у всех чернокожих девчонок?
— Правда?
— Ты сама это знаешь.
— Наверное, это оттого, что моя мама нашла себе работу в центре,
забрала меня из гарлемской школы и отдала учиться в школу в
Манхэттене. — Она аккуратно высвободила руку. — Я новую школу
просто ненавидела, а все ненавидели меня. Я не вписалась, но зато, кажется,
научилась правильно говорить.
— А чем твоя мама занимается?
— В прошлом она певица, — сказала Либерти и запнулась. Потом
продолжила: — А теперь — экономка у одного противного миллиардера.
— Миллиардера? А как его имя?
— У Реда Даймонда. Его бывшую невестку на днях убили.
— Ах, вот оно что! Нашумевшая история. Все теперь кинулись нанимать
охранников.
— Правда? А в чем там дело-то?
— Понятия не имею. — Либерти пожала плечами.
— Неужели у твоей мамы нет доступа к семейной информации?
— Я ее не спрашивала.
— Да уж, ты не такая, чтобы спрашивать.
— Что ты хочешь этим сказать?
— У тебя слишком много принципов, чтобы копаться в грязи.
— А что в этом плохого?
— Не робей. Ты не такая, как все, а все оригинальное меня привлекает.
Лимузин подкатил к отелю, и Деймон помог ей выйти.
— У меня идея, — объявил он. — Как тебе романтическая
прогулка по берегу моря?
— Ну, во-первых, у нас с тобой не романтические отношения, а во-вторых,
уже поздно, а мне завтра рано вставать, и...
— Сколько ты хочешь придумать объяснений? — Он явно
забавлялся. — Расслабься, ЛЛ, тебе не часто доводится гулять по берегу
моря.
— Ну... — неуверенно протянула она.
— Идем, малыш, — сказал он, увлекая ее в боковую калитку. —
Кто не рискует, тот не пьет шампанского.
Дойдя до широкой полосы песка, он нагнулся и стал снимать кроссовки.
Либерти скинула золотые босоножки, которые ей утром подобрала Ума, и
завернула штанины. После этого Деймон схватил ее за руку и побежал к воде.
Песок под ногами был гладкий и прохладный, а шорох набегающих волн
завораживал. Она почувствовала прилив сил. В этой ночи было что-то
необыкновенное.
Уже у самой воды Деймон остановился, притянул ее себе и стал целовать.
Она была не силах сопротивляться. Какая, в самом деле, разница, женат он или
нет? Она же не планирует длительных отношений. И вообще, он ведь говорит,
они с женой каждый сам по себе, так почему бы и нет?
Нет! Слишком хорошо она знает мужчин, чтобы понимать: он что-то делает для
нее лишь по той причине, что хочет ее добиться. Такой мужик, как Деймон,
небось привык, что с ним любая рада лечь. У него есть все — и внешность, и
деньги, и влияние, не говоря уже о великолепных
Феррари
и даже собственном
самолете.
У Деймона Доннела есть все, о чем мечтают большинство женщин. А вот ее у
него нет. И это делает ее такой особенной в его глазах.
Все это промелькнуло у нее в мозгу, пока они целовались и он языком
испытывал ее чувственность, но все же недостаточно настойчиво, чтобы она
поддалась искушению.
— Целуешься ты классно, — выдохнула она, отрываясь. — Но мне
завтра в шесть часов вставать, так что я возвращаюсь в отель.
— Возвращаешься? — удивился он. Она была права: динамистки ему
нечасто попадались.
Либерти зашагала назад, потом обернулась и окликнула:
— Ты идешь?
— Да уж... Несолоно хлебавши, — проворчал он и припустил вдогонку.
Он снова взял ее за руку. — Ну, ЛЛ, ты и штучка...
— Буду считать это комплиментом.
— Валяй.
Они бегом вбежали в холл отеля, оба запыхались. И наткнулись прямо на Тони А
собственной персоной, в белом костюме и с прической
спайками
, а рядом с
ним маячил Гектор.
— Где ты была? — Тони шагнул навстречу с видом обиженного
собственника. — Мы, кажется, договорились пообщаться.
— Она была со мной, — воинственно объявил Деймон. — Так что,
парень, если хочешь что сказать — говори мне.
Глава 56
Макс уже часа два как был на ногах, его замучила бессонница. Как он ни
старался прогнать страшную картину из памяти, перед глазами вновь и вновь
возникало истерзанное, окровавленное тело Марины.
Он попробовал было сесть за компьютер, но мысли его были слишком далеко,
чтобы он мог заниматься делами. Столько вопросов — а где найти на них ответ?
Было бы проще, если б Владимир объявился сам. Но Макс понимал, что тот,
скорее всего, на время заляжет на дно.
Он решил сегодня же связаться с Ириной. Встретиться с ней где-нибудь и
послушать, что скажет. Если она действительно мать Марины, то, возможно, у
нее есть ответы.
Так и не сумев сосредоточиться, он поднялся и отправился на кухню сварить
себе кофе. Там его и застала миссис Коннер.
— Доброе утро, мистер Даймонд, — сказала она, принимая на себя
хлопоты по приготовлению кофе.
— Вы сегодня рано поднялись, — заметил он и посмотрел на часы: без нескольких минут семь.
— Я всегда рано встаю, — ответила миссис Коннер и налила в
кофеварку воду. — У меня на родине, в Глазго, вставать в семь часов уже
считалось поздно.
— А где Лулу? — спросил Макс, позевывая.
— Малышка еще спит, — ответила миссис Коннер. — Мы с ней
вчера умотались. В парке были, мороженое ели, потом заехали в магазин, и она
сама выбирала свои любимые завтраки и печенья.
— Ей нравится быть с вами, как я вижу, — сказал Макс.
— А мне — с ней, — отозвалась миссис Коннер. — Она — славный
ребенок. Какая жалость, что так все случилось. Вот горе-то!
— Миссис Коннер, давайте не будем об этом, — перебил он. — Во
всяком случае, при Лулу эту тему считаем табу.
— Мне неприятно вам это говорить, мистер Даймонд, но, стоит ей опять
пойти в свою группу, и там она все узнает. Вчера, когда мы вернулись, возле
дома вились репортеры с камерами. Я уж, как могла, девочку загородила, но
они много чего кричали.
— Черт бы их побрал! — рассвирепел Макс. — И когда только они
оставят нас в покое?
У меня к вам предложение, мистер Даймонд. Моя сестра работает в одной семье
в Монтоке. Они живут в чудесном доме, прямо на берегу, а сейчас на целый
месяц укатили в Европу. Сестре сказали, что я могу с ней пожить, пока хозяев
нет. Вот я и думаю: не взять ли мне с собой Лулу ненадолго? Если, конечно,
вы не против. Там тихо, и девочка наконец побудет вдали от этой шумихи.
— Мне ваша идея нравится, спасибо, миссис Коннер. А что сама Лулу?
— Я ей пока не говорила, решила сперва с вами посоветоваться. Но думаю,
ей там будет хорошо. У моей сестры двое детей, близнецов. Милейшие детки,
всего на пару месяцев моложе вашей Лулу.
— Если она согласится, что ж, я тем более не возражаю, —
обрадовался Макс. — Я пока не имею возможности заняться поисками няни.
Думал вас попросить побыть с ней, пока все не уляжется.
— Я с удовольствием, мистер Даймонд. А сейчас пойду взгляну, не встала
ли наша принцесса. — Она поспешно вышла.
Спустя несколько минут в кухню вошел Крис.
— Я собрал вещи и готов ехать, — объявил он.
— На развалины? — уточнил Макс.
— Все не так плохо, как я опасался, — сказал Крис, наливая себе
кофе. — Энди говорит, дождь наконец утих и из дома уже откачивают
грязь. Так что, как чистоту наведут, можно будет въезжать — при условии что
это не опасно.
— Послушай, — сказал Макс, — я тебе серьезно предлагаю взять
у меня деньги, чтобы рассчитаться в Вегасе.
— Да? — Крис глотнул обжигающего кофе. — Ты в самом деле
готов одолжить?
— Я бы не стал просто так говорить. Сколько тебе нужно?
— Вообще-то, мой сейф Энди спас, — сказал Крис. — В нем
двести пятьдесят тысяч, стало быть, еще полторы сотни — и все.
— Считай, они у тебя в кармане.
— Спасибо, Макс. Я планирую быть в Вегасе на выходные, на свадьбе у
Верди. Ты себе не представляешь, старик, какое это будет наслаждение —
отделаться от этого Роса.
— Воображаю, — кивнул Макс.
— Итак, — продолжал Крис, — японцы в деле. Твой проект
сдвинут с мертвой точки, и это здорово.
— Да, все в порядке, — подтвердил Макс. — Ты, я смотрю, как
всегда, настроен оптимистично.
— Не забудь, о чем мы вчера говорили. Верни эту чертову шкатулку,
скажи, Марина оставляла ее у тебя на хранение, а ты забыл. Если решат, что
ты ее взял из квартиры — неприятностей не оберешься. Уж поверь опытному
человеку.
Макс кивнул. Он понимал, что брат прав, но прежде чем что-либо
предпринимать, хотел поговорить с Ириной. В кухню вбежала Лулу.
— Папа, папа, можно мне с миссис Коннер поехать на море? Можно? Можно?
Можно? — Она возбужденно подпрыгивала на месте.
— Да, малышка, можно, если ты хочешь.
— Да, папа, хочу. Хочу! А в школу не хочу! Миссис Коннер у Лулу самая
любимая!
— А я у тебя когда стану самым любимым? — спросил Крис и
наклонился обнять девочку.
— Сейчас подумаю, — Лулу дерзко улыбнулась. — Ты у меня будешь самым любимым завтра.
— Буду ждать! — ответил Крис и подмигнул Максу. — Всю жизнь
мечтал встретить такую девочку.
Лулу зашлась от смеха.
Эми пошевелилась во сне, откинула руку и с испугом подняла голову. Тут она
все вспомнила. Она в постели с Джетом. Эми не понимала, как это произошло,
но он остался у нее ночевать.
О боже! Что она опять натворила? Мало ей было одного раза?
Джет спал, негромко посапывая. Она посмотрела на его лицо. Какой он
красивый! И как трогательно с ней обращается! Вечером они проговорили бог
знает сколько часов. Он стал единственным человеком, не считая Тины, кому
Эми поведала страшную историю своего похищения, и, начав, она почувствовала
такое облегчение, что рассказала ему все.
— А к психотерапевту ты потом не обращалась? — спросил он.
— Нет, мама велела мне забыть все, что было.
— Что за чушь! — вспылил Джет. — Она обязана была сразу
отправить тебя к хорошему специалисту.
— Увы...
— Ведь ты из-за этого была так зажата с парнями.
— По-твоему, я зажата?
— Ты в двадцать один год оставалась девственницей, до самой нашей
встречи, и это — в Нью-Йорке. Считаешь, это нормально?
— Я даже не знаю.
— Поверь, это не нормально. Сама подумай: в четырнадцать лет ты
подверглась домогательствам и, по-видимому, стала бояться секса.
— Тогда почему я тебя не боюсь?
— Потому что между тобой и мной — как электрическая дуга.
— Правда? — застенчиво спросила Эми.
— Другой вариант: ты была пьяна в стельку, — усмехнулся
Джет. — Ты из-за этого своего комплекса и Макса не подпускала.
— Думаешь?
— Ясное дело! Макса, с его собственными комплексами, это тоже
устраивало.
— Какими комплексами?
— Он тебе не говорил?
— О чем?
— Я эту историю только от Криса знаю, но, судя по всему, в старших
классах у Макса была девушка. После выпускного он привел ее домой. И в самый
ответственный момент явился Ред.
— О боже!
— Поднял жуткий крик, отослал Макса к себе, а потом изнасиловал
девушку. Ей было шестнадцать лет.
— Что?! — воскликнула Эми. — Какой ужас!
— И поэтому Макс теперь не большой охотник до секса. Так что в этом
смысле вы с ним идеально подходили бы друг другу.
— Он мне никогда не рассказывал...
— Ну, вот еще одно доказательство: если бы между вами с Максом были
действительно близкие отношения, вы бы все друг о друге знали, ведь так?
— Господи, мне так его жалко!
— Прекрати, Эми! Макс тебе не пара, ты должна это понять.
— Джет, я не могу рассказать ему о нас с тобой. Не могу!
— Ты все равно это сделаешь — не теперь, так позже. Или он сам все
узнает. Только придется какое-то время прятаться, вот и все.
— Я не хочу ни от кого прятаться!
— Это ненадолго, — успокоил Джет. — В один прекрасный день мы
все обнародуем. К тому времени Макс, надеюсь, встретит свою настоящую
половину, так что ты ему сердце не разобьешь.
— Ты не понимаешь! — жалобно сказала Эми. — Макс меня любит.
По-настоящему!
Он тебя любит, потому что ты для него олицетворение чистоты. Как ты не
поймешь? Никто, кроме него, до тебя не может дотронуться. Это ему в тебе и
нравится, Эми.
В конце концов они уснули на смятых простынях. И вот теперь уже утро.
— Джет, — тихонько окликнула Эми, бросив взгляд на часы, —
уже почти восемь, мы проспали до утра.
Он с усилием открыл глаза.
— Фу ты! — проворчал он.
— Что такое?
— Джанна будет беситься. Надо было ее предупредить, что я не приду
ночевать.
— Ты вроде говорил, у вас свободные отношения.
— Это так, но с тех пор, как она в Нью-Йорке, у нее стали проявляться
какие-то собственнические наклонности. Это тяжело вынести.
— Мне надо на работу, — сказала Эми и встала. — У тебя тоже
есть дела.
— Я вечером приеду.
— Нет!
— Почему?
— Потому что не надо форсировать события, — сказала она в
смущении. — Я не хочу прятаться, как ты выразился. И так уже Крису все
известно. Как, по-твоему, я должна себя чувствовать?
— Крис ничего не знает.
— Джет, не ври мне.
— Ну... может, я и сказал ему, что ты мне нравишься.
— Я не идиотка. Ты ему рассказал, да? — с укором спросила Эми.
— И глупо вделал, — признался Джет. — Я просто был в шоке,
когда увидел тебя на репетиции свадьбы. Только о тебе и говорил. Крис знал,
что я ищу какую-то девушку — и тут ею оказываешься ты.
— Ты обо мне говорил? — тихо спросила она. — И меня искал?
— С той минуты, как ты убежала из моей квартиры, — сказал он и
потащил ее в постель.
— Правда?
— Честное слово.
— Джет... — Она вздохнула. — Что мы будем делать?
— Мы будем очень и очень счастливы. Обещаю тебе, любовь моя.
Макс доехал до Брайтон-Бич, где в многоквартирном доме жила Ирина. Квартал
пестрел магазинами, русскими ресторанами и сомнительными ночными
заведениями.
Не желая, чтобы шофер знал, куда он поехал, Макс сам вел машину.
Адрес Ирины он нашел у Марины в записной книжке, рядом был записан номер
телефона. Он набирал его несколько раз, но безуспешно, и тогда Макс решил
поехать наудачу.
Теперь он стоял перед обшарпанным подъездом и жалел, что с ним нет Криса.
Казалось, это все происходит не с ним. Он словно шагнул с Манхэттена в какой-
то другой мир — мир, где небо серое, с моря дует холодный ветер, с неба
капает дождь, а дома — один другого непригляднее.
Крис прав. Зачем он не передаст все Родригесу и не займется своими делами?
Он ведь бизнесмен, а не детектив, черт бы его побрал.
Квартира Ирины была на пятом этаже. На лифте висела табличка
Не работает
,
и Макс стал подниматься пешком. На лестнице нестерпимо воняло кошками,
кислым пивом и дешевой едой. Если Ирина действительно приходится Марине
матерью, тогда надо признать, что дочка не больно заботилась о ней.
Он отыскал нужную дверь. Из-за двери неслась музыка, громкая, резкая,
непривычная для слуха. Звонка на двери не оказалось, и Макс постучал. Потом
еще и еще. Громче.
Никто не открывал.
Из двери напротив выглянул седовласый старик с бородой, в серой пижаме и что-
то проворчал по-русски. Так, во всяком случае, решил Макс.
— Простите? — переспросил он.
— Шумишь очень! — сказал старик с сильным акцентом.
— Ваша соседка дома? — спросил Макс, старательно и громче обычного
выговаривая слова.
— Английский — ноу! — прокричал в ответ старик и скрылся за
дверью, и в этот момент Ирина открыла свою.
Она замерла от изумления. Это была дородная женщина, с завитыми волосами с
проседью и румяным простоватым лицом.
— Мистер Даймонд, — выговорила она наконец, от удивления раскрыв
рот. — Что вы тут делаете?
— Приехал к вам, Ирина. Можно войти?
Она нехотя впустила его в тесную к
...Закладка в соц.сетях
