Жанр: Любовные романы
Волшебный мир
...p;
Я уйду, если вам угодно, но думаю, что сначала мне не повредила бы
чашка кофе.
Линда вскочила.
- Конечно! Простите.
Я быстро.
Она пошла в кухню, где приготовила под—нос, и уже клала последнее печенье на
гарел-ку, когда к ней присоединился Люк. Кот терся о его ноги.
-
Какой чудный домишко! Я часто восхи—щался им снаружи, но
внутри он еще милее. Я люблю кухни, а вы?
Он огляделся вокруг. Линда оставила шкаф открытым, и тот оказался пустым —
очень по—хоже на то, что ей действительно нечего есть. Люк взял поднос и
отнес его в гостиную. В те—чение следующего получаса он сидел, болтая с
Линдой обо всем и ни о чем, кормил доволь—ного Смоуки печеньем и старался не
смотреть на заплаканное лицо хозяйки дома.
-
Соланж хотела узнать, как вы поживае—те, — словно бы мимоходом
заметил Люк. — Она и дети в восторге от недели, проведенной здесь. Сейчас у
детей ветрянка, и кузина до—вольна, что они заболели одновременно.
— Джек и Софи
просто чудо что за дети, — искренне сказала Линда и наконец улыбнулась. -
Должно быть, они доставляют много радости.
- Доставляют. — Люк поднялся, чтобы
идти. — Пообедайте со мной завтра вечером, и мы пого—ворим о них.
Восемь часов устроит? Проверим, есть ли в
Золотой сети
омары. — Видя, что
Линда колеблется, он добавил: — Я приглашаю не пото—му, что жалею вас,
Линда, просто обед и прият—ная беседа — вполне достойное завершение
дня.
Он направился к выходу, не дожидаясь от—вета.
Закрыв за ним дверь, Линда решила, что было бы неблагодарностью отказываться
от приглашения, когда Люк проявляет такую доб—роту по отношению к ней.
Она легла в постель и сразу же крепко усну—ла. А наутро возобновила
бесплодные попытки найти работу, согреваемая лишь перспективой обеда с
мистером Морнэ.
Понимая, что выглядела вчера вечером не лучшим образом, она всерьез занялась
своей внешностью. По вечерам теперь было прохлад—но, и Линда надела платье и
жакет из мягкого немнущегося материала. Серебристо-зеленова—тый, он выгодно
оттенял ее волосы, собран—ные в простой узел на затылке.
— Старомодно,
но респектабельно, — сказа—ла она Смоуки, который сидел на кровати, следя за
ее одеванием.
Люк Морнэ уже ждал ее, изучая доску пе—ред входом в ресторан. Его
Привет!
был под—черкнуто дружеским.
— Я вижу, нам
повезло: в меню есть омары. Идемте, я умираю с голоду.
Омар, поданный на листе латука с салатом
Цезарь
, был восхитителен. Они
неторопливо ели и беседовали. Ресторан был почти пуст и через несколько дней
вообще закрывался на зиму. За—тем последовали персики и кофе, который в
про—цессе разговора им пришлось заказывать еще раз.
Был уже одиннадцатый час, когда они выш—ли в промозглый ночной холод.
Провожая ее до дому, Люк посмотрел на Линду в тусклом свете фонарей
маленькой пристани. Его планы посте—пенно обретали реальность. Теперь нужно
было только убедить ее, что оба они — практичные и рассудительные люди. Ни в
коем случае нельзя показывать Линде, какие чувства он к ней испы—тывает. Это
должно быть чисто деловое соглаше—ние. И теперь дело только за удобным
моментом.
Люк взял у нее ключи, открыл дверь, зажег свет, погладил встретившего их
Смоуки и се—рьезно выслушал маленькую благодарственную речь Линды.
—
Это мне нужно благодарить вас, Линда. Омар — такая штука,
которую не съесть одно—му, и ваша компания мне очень понравилась.
— Никогда еще меня не
включали в одну ком—панию с омаром, — язвительно заметила Линда.
Люк широко улыбнулся в ответ.
—
Крепкого вам сна, Линда.
— О, спасибо. — Когда он
повернулся, чтобы уйти, она спросила: — Когда вы возвращаетесь в Канаду?
— Теперь уже очень скоро. Спокойной ночи, Линда.
Не очень-то утешительный ответ.
Судьба, пусть и злосчастная для других, была на стороне Люка. Через два
вечера в заливе Кас—ко, в миле от берега, загорелся мотор рыбац—кой лодки.
Огонь был замечен на берегу, быст—ро снарядили катер добровольной пожарной
команды, и Люк, оказавшийся поблизости, предложил свою помощь. Штормило, дул
силь—ный ветер, лил дождь. И этого мне тоже будет не хватать, думал он,
передавая по цепочке багры, лопаты, ведра с песком.
Два часа спустя они вернулись, ведя обгорев—шую лодку на буксире. Ее команду
напоили горя—чим чаем в офисе ремонтных мастерских и устро—или на ночь.
После чего Люк попрощался со все—ми, выслушал благодарности и пошел домой по
узкой улочке за лодочными ангарами. Посмотрев в сторону бульвара Каско, он
ускорил шаги. Линда только что свернула к своей калитке. Она была уже у
двери, когда он подошел к дому.
Линда заметила Люка и подождала его. Они вместе вошли в дом, и Линда,
включив свет, смогла как следует рассмотреть его — мокрые волосы, старый
свитер.
— Что случилось? —
спросила она. — Вы хо—дили на спасательном судне?
— Да, я возвращался
домой и увидел вас.
—
Я заходила в ремонтные мастерские уз—нать, не нужна ли помощь. Все
живы и здоро—вы? — Когда он кивнул, Линда добавила: — Хотите горячего какао?
Этот напиток ассоциировался у него с дет—ством, когда он через силу глотал
его под стро—гим взглядом бабушки.
— Это будет весьма кстати.
Там, в море, было очень холодно, несмотря на жаркий огонь.
В маленькой уютной комнатке стоял силь—ный запах средства для полировки
мебели. И в самом деле, оглянувшись вокруг, Люк заметил, что все предметы
обстановки сверкают, словно перед праздником, а в углу стоит небольшая
коробка аккуратно упакованных книг.
Вернулась Линда с какао и коробкой пече—нья, и он, вставая, пристально
посмотрел ей в лицо. Оно было печальным, но следы слез от—сутствовали,
читалось только спокойное сми—рение перед неизбежным.
Люк отпил какао, похвалил его и спросил, стараясь говорить как можно
непринужденнее:
— Есть какие-
нибудь известия от вашей ма—тери? Она собирается вскоре вернуться?
— Она с
кузиной приезжает на будущей не—деле — в среду.
— А вы? Какие планы у
вас?
— Я найду работу.
— Уже
некоторое время, — небрежно начал адвокат, — меня терзает моя секретарша в
Ка—наде. Она просит подыскать кого-нибудь ей в помощь. У нее действительно
много работы, а когда я вернусь, будет еще больше. Меня толь—ко что осенило:
возможно, вы согласились бы помочь ей? Работа довольно несложная — срод—ни
той, которую вы выполняли у Лэри: сорти—ровать письма, выполнять различные
поруче—ния, отвечать на телефонные звонки, если она занята. Моя секретарша —
дама строгая, но сердце у нее золотое. К тому же она американка. Деньги не
очень большие, но в доме, где она живет, есть комната, которую, думаю, вы
смо—жете себе позволить. — Он добавил: — Конечно, это временная
мера, просто для того, чтобы вы смогли встать на ноги..
—
Вы предлагаете мне работу в Канаде? Когда?
— Где-нибудь в
середине следующей недели. Если вы согласитесь принять предложение, мы могли
бы отправиться в день приезда вашей матери, чтобы вы успели повидаться с
нею.
— Я не могу, —
сказала Линда. — Я еще ни разу не уезжала далеко от мамы... И потом, как я
брошу Смоуки?
— Он может
поехать с нами. У нас еще есть время уладить все формальности. У вас есть
заг—раничный паспорт? И водительские права?
— Да, и то, и другое. — Линда
отставила чаш—ку. — Послушайте, вы это серьезно?
Глядя ей прямо в глаза, Люк ответил:
— Да, серьезно, Линда. Вы избавите
меня от труда подыскивать кого-нибудь по возвращении домой.
— Где вы
живете?
— Неподалеку от Квебека.
Контора же нахо—дится в городе, как и фирмы, которые я кон—сультирую. Вы
будете жить в самом Квебеке.
Он поставил чашку на стол, снял с колен сонного Смоуки и встал.
— Уже поздно.
Обдумайте все и сообщите о вашем решении утром. — И, когда она открыла перед
ним дверь, повторил: — Какао было вос—хитительным. — Глядя в ее ошеломленное
лицо, Люк улыбнулся. — Спокойной ночи, Линда.
И ночь, как ни странно, она провела спо—койно, а утром проснулась с уже
готовым ре—шением. У нее наконец появилась возможность зажить своей жизнью.
Более того, возможность по-прежнему время от времени видеться с Лю—ком
Морнэ. Он добр и заботлив, он любит жи—вотных и детей, и он предложил ей
работу...
— Жаль, что я не привлекаю его как женщи—на, — сказала она Смоуки..— Все
дело, конеч—но, в моих растрепанных волосах и в том, что всякий раз я таращу
на него глаза. Нужно по—скорее сообщить ему о моем решении.
Но сначала Линда проверила, на месте ли ее заграничный паспорт, а затем
села, чтобы под—считать, на какие деньги может рассчитывать. Она оставит в
банке половину скопившейся суммы, а вторую возьмет с собой. Возможно, первый
ме—сяц ей платить не будут, а жить на что-то надо.
Денег было немного, но на первое время хватит. Взяв часть себе, остальные
Линда оста—вила на совместном с матерью счете. Она не исключала вероятности
того, что рано или по—здно мать и ее кузина захотят расстаться, и в таком
случае ей придется вернуться. Но думать об этом сейчас было бессмысленно;
мать весь—ма решительна в своих планах и ясно дала по—нять Линде, что она в
них не входит.
Люк Морнэ поднял трубку после второго гудка.
— Линда... здравствуйте. И что же вы
решили?
— Когда вчера я
ложилась спать, — осторож—но начала Линда, — то собиралась до утра все
обдумать и принять решение. Но сразу же зас—нула, а когда проснулась, все
уже решилось само собой. Если вы думаете, что я справлюсь с работой, которую
вы мне предлагаете, то я со—гласна. — Хорошо. А теперь о деталях. Вы
будете ра—ботать с восьми утра до пяти вечера, с полуто—рачасовым перерывом
на ланч в полдень и по—лучасовым — на чай — в половине четвертого. Вы должны
быть готовы исполнить все, о чем Шарлотта Броуди или я попросим вас. По
суб—ботам и воскресеньям вы будете свободны. Но если возникнет острая
необходимость, придет—ся поработать и в один из этих дней. Вам будут платить
понедельно.
Он назвал сумму. Линда, которую поразило столь щедрое вознаграждение, не
сразу на—шлась, что ответить. Адвокат тем временем по—яснил:
— Это начальный уровень для выполняющих такую работу. Шарлотта Броуди
рассчитывает на лучшее. Вы по-прежнему хотите ехать?
Его голос звучал дружески, но одновремен—но деловито. Это же деловой
разговор, напом—нила себе Линда. Она спокойно ответила:
— Да,
все еще хочу. Если вы скажете мне, куда ехать и когда...
— Вы
отправитесь в Канаду вместе со мной. Возьмите паспорт, разумеется... не
слишком большой багаж... и Смоуки. Вы, видимо, извес—тите вашу маму о том,
что мы уезжаем в чет—верг утром, чтобы она успела вернуться до ва—шего
отъезда? Вы уверены в том, что это имен—но то, чего она хочет?
— Да. Она... Ей было не очень-то весело жить здесь со мной. Думаю, с кузиной
будет намного лучше. Им нравятся одни и те же вещи: бридж, поездки по
стране, возможность пожить в Бостоне, когда захочется. Ну а если все пойдет
не так, как они задумали, тогда я вернусь сюда...
—
Именно так, — согласился адвокат. Если это будет зависеть от него,
Линда никогда этого не сделает. Ровным голосом Люк произнес: — Я позабочусь
о формальностях и подготовлю все необходимое для путешествия. Заеду за вами
в десять утра. Это будет довольно долгая поездка, и в Квебеке мы окажемся не
раньше полуночи. У вас много вещей?
— Чемодан и
сумка.
Положив трубку, она с горечью подумала о том, каким спокойным и деловитым
был адво—кат. Но коль скоро он ее работодатель, может быть, это и к лучшему.
Линда налила Смоуки молока в мисочку и принялась отбирать одежду. Ей не так
уж много и понадобится, вряд ли она будет вести бурную светскую жизнь...
Твидовые жакет и юбка, кашемировый кос—тюм, серое платье из джерси, которое
подой—дет для работы, еще одна юбка — тоже из джер—си, потому что ее можно
затолкать в самый угол, и она не помнется, — блузки, тонкие свитера и, если,
паче чаяния, ей все-таки придется выходить, платье лавандового цвета,
которое почти не займет места в чемодане.
— Туфли, — сказала Линда внимательно на—блюдающему за ней Смоуки. —
Пальто я надену на себя. И еще плащ, перчатки, сумочку, ниж—нее белье и
халат...
Она выложила все на постель в спальне мате—ри и, как рассудительная девушка,
уселась и за—писала, что ей нужно успеть сделать до отъезда.
Утром она получила письмо от Мелани. Они с Дороти прибывают рано утром.
Мы переночуем по пути. Достаточно будет легкого завтрака, потому что мы
хорошо пообе—даем вечером. Надеюсь, у тебя уже все устрои—лось и ты нашла
себе работу по душе. У меня и в мыслях нет вставать на пути твоих амбиций...
Линда отложила письмо. Она любила мать и надеялась, что мать любит ее, но у
этой леди было свойство приспосабливать обстоятельства под себя, нимало не
заботясь о том, что других эти обстоятельства могут и не устраивать. Лин—да
поняла это, еще будучи маленькой девоч—кой, и смирилась с этим. Ее мать была
очень красивой, обаятельной и беззащитной женщи—ной, и Линда выросла в
убеждении, что ее нуж—но оберегать от всяческих тревог и неприятно—стей.
Этой защиты мать лишилась после смерти отца, и дочь не могла винить ее в
том, что ей хочется вернуть прежнюю беззаботную жизнь. На следующий день она
пошла попрощать—ся с мистером Ривзом и Джил. Мистер Ривз пожелал ей всего
наилучшего, а Джил с зави—стью посмотрела на нее. — Везет тебе, ты
будешь работать у адвоката Морнэ. Чего бы я только ни отдала, лишь бы
оказаться на твоем месте! Ты навсегда или еще вернешься?
- Не навсегда,
— ответила Линда. — Думаю, что вернусь.
Днем позже она встретила миссис Беркли.
—
Дорогая моя Линда, именно вас-то я и хотела увидеть. Я получила открытку от
вашей мамы. Как вы, должно быть, взволнованы! Это хорошо, что ваша мама
решила осесть в Тринити... и подругу привезет с собой, как она пишет. —
Миссис Беркли коротко рассмеялась. — Правда, ваш дом маловат для
троих...
—
Меня здесь не будет, — ответила на это Линда. — Я буду
работать у адвоката Морнэ в Квебеке. Точнее, у его секретарши. И жить,
ви—димо, тоже буду у нее. Я уже выполняла подоб—ную работу у мистера
Менсфилда, и она мне нравится. Вы верно заметили, что втроем мы в нашем
домике не поместимся.
— Вашей маме
будет не хватать вас.
—
Ее кузина с радостью займет мое место. Дороти не терпится оказаться
здесь и познако—миться с вами и другими мамиными друзьями.
Миссис Беркли внимательно изучала лицо Линды. На нем не было и следа тревоги
или раз—дражения, но все-таки голос звучал как-то не так.
Линда весело распрощалась и поспешила домой. Ее, как всегда, встретил
Смоуки, кото—рый становился все более симпатичным — пу—шистая шерстка
блестела, в зеленых глазах по—явилось ленивое выражение. Она сказала ему,
что он будет жить с ней в другой стране, и кот довольно заурчал. Он мог это
только привет—ствовать, учитывая сомнительную жизнь, ко—торую ему
приходилось вести в Тринити.
Мать и Дороти Олард обрушились на нее в вихре приветствий и объятий,
добродушно ворча по поводу того, что пришлось оставить машину на соседней
улице и некому донести их багаж. — Найди кого-нибудь, дорогая, —
жалобно попросила миссис Уайт. — К тому же я совершенно забыла попросить
тебя нанять рабочих, чтобы по-новому расставить мебель в доме. Линда взяла у
нее ключи от машины. — Теперь я уже не успею что-либо предпри—нять, —
весело сказала она. — Но в газете масса объявлений, и вам не составит труда
кого-ни—будь найти. Пойду посмотрю, что я могу сде—лать с вашим багажом. Не
выпускайте Смоуки за калитку, ладно?
—
У меня аллергия на кошек, — опасливо заметила Дороти. —
Но ты конечно же заберешь ее с собой?
— Да, —
сказала Линда, — мы уезжаем че—рез час.
Линда не любила кузину матери. Мелани и сама раньше встречалась с ней только
в связи с эпохальными семейными событиями. Однако теперь неожиданно
оказалось, что это идеаль—ная компаньонка для Мелани. Еше одна из тех, кто
скользит по поверхности жизни, легко от—носясь к серьезным или неприятным
вещам, модно одевается и незаменима в беседе. Сло—вом, мать будет счастлива
рядом с ней.
Помощник продавца из булочной помог ей донести багаж, и Линда втащила его
наверх. Она оставила двух дам распаковывать вещи, а сама спустилась, чтобы
приготовить завтрак. И за едой ознакомилась с их планами и намерениями.
— Мы, две старушки, будем поддерживать друг друга, пока ты приятно
проводишь время в отъезде. Молодость дается только раз, Линда. Как это
мудро, что ты решила повидать мир!
Все, как я и предполагала, подумала Линда. Она испытывала горькую обиду из-
за того, что мать с таким равнодушием воспринимает ее 86
отъезд из дому, и одновременно чувство вины — так, словно сама была
виновницей сложившей—ся ситуации. Но не было никаких сомнений в том, что
мать счастлива. Она убедила себя, что Линда делает это ради собственного
удоволь—ствия, и, назвав большим везением то, что ей предстоит работать с
кем-то, кого она знает, даже не поинтересовалась, что представляет собой
сама работа.
После завтрака миссис Уайт сказала:
— Ты должна
рассказать мне, как распоря—дилась нашими деньгами в банке. Дороти намерена
заниматься счетами, поскольку будет жить здесь без платы, но мне придется
вносить деньги на домашние расходы, и это оставит меня без цента в кармане.
— Я
переоформила счет на твое имя, поло—жив на него все, что заработала, кроме
после—дних двух недель. Не знаю, какие расходы мне предстоят в Квебеке, а до
конца месяца я ни—чего не получу.
— Тебе будут
хорошо платить? Ты сможешь помочь мне, если я окажусь в стесненных
об—стоятельствах, дорогая?
— Особенно на это не
рассчитывай, мама. Я буду получать не так много, и мне придется платить за
еду и жилье.
Мать надулась.
—
О, ну что ж, мне придется потуже затя—нуть пояс. Твой отец
перевернулся бы в гробу, Линда...
Линда, боровшаяся со слезами, не смогла ей ответить.
Они успели выпить кофе, и Линда уже до—мывала посуду, когда приехал Люк
Морнэ.
Она представила его и заметила, что адво—кат произвел на двух дам
неизгладимое впечат—ление. Он выглядел... она не могла подобрать иного
слова... респектабельно. И говорил имен—но то, что требовалось. Но он не
терял времени попусту, сразу сообщив, что им пора идти, и мило распрощался с
явно восхищенными мис—сис Олард и матерью.
Настала очередь Линды говорить прощаль—ные слова и получать последние
напутствия. — Надеюсь, ты пришлешь нам открыточку, если будет время, и
ты не забудешь твою ста—рую бедную мать, — сказала миссис Уайт еще более
слабым и ломким голосом, чем обычно. В результате чего Линда вышла за дверь
с отчетливым ощущением того, что она небла—годарная дочь, бросающая мать на
произвол судьбы.
Линда шла рядом с Морнэ, неся корзину со Смоуки, а он взял ее чемодан и
сумку. Адвокат не смотрел на нее, и, только оказавшись ря—дом с ним в
машине, она пробормотала:
- Я чувствую себя последней
сволочью... По-прежнему не глядя на нее, Люк сказал:
- Ваша мать очаровательная
женщина, Лин—да, но вы не должны верить всему, что она го—ворит. Она просто
бросила замечание, которое, как она считала, подходит к случаю. Ей будет
очень хорошо с ее кузиной — я в это верю, поверьте и вы, — гораздо лучше,
чем было с вами. Вы сами скоро в этом убедитесь. Вы мо—жете нежно любить
друг друга, но вы совер—шенно разные люди.
Линда фыркнула. Она не собиралась плакать, хотя ей и очень хотелось.
Большая надежная рука на мгновение кос—нулась ее пальцев. — Вы должны
мне верить: ваша мама будет счастлива, и вы — тоже.
5
Линда сидела рядом с адвокатом Морнэ, глядя на поросшие лесом холмы,
мелькающие за окном. Он говорил ей, что все будет в поряд—ке и что она
должна ему верить, но ее одолева—ли сомнения. Она может не понравиться
Шар—лотте Броуди, она может не справиться со сво—ей работой. Ей придется
весьма существенно заняться своим французским... И сможет ли она прожить на
свою зарплату?
А за всем этим маячила тоскливая мысль: так или иначе, но она может добиться
успехов в работе, обрести некоторый опыт и скопить не—много денег, потом
вернуться в Штаты... А даль—ше что? Мать будет рада ей до тех пор, пока
Линда не станет помехой в ее жизни. Возмож—но, ей уже никогда не придется
вернуться в дом в Тринити...
—
Перестаньте тревожиться, — сказал адво—кат. — Живите одним
днем, а когда увидите, что стали на ноги, начнете строить планы. И обе—щаю:
если вам не понравится в Квебеке, я поза—бочусь о том, чтобы вы вернулись в
Штаты.
-
Вы
...Закладка в соц.сетях
