Жанр: Любовные романы
Ангелы
...h; Шикарный загар, — повторила Элен. — Почти такой же
шикарный, как у нашей мамы. Замечательный оттенок, не правда ли? —
грубо спросила она.
— Да, симпатично.
— Я загорала дома в саду, — сказала мама.
— В промежутках между проливными дождями. — Элен решила не просто
нанести удар, но и провернуть нож в ране.
— Солнце в Ирландии бывает очень жарким, — упорствовала мама.
— Должно быть, раз она сумела приобрести такой колер, загорая на
закате.
Пикировка продолжалась, пока мы не приехали к отелю
Океанский вид
. Всего в
шести кварталах от дома Эмили. К моему удивлению, отель соответствовал
своему имени, из его окон на самом деле открывался вид на океан. От
блестящей широкой глади океана его отделяли только шоссе, ряд пальм и
велосипедная дорожка.
— Смотри! — воскликнула восторженная Анна, когда мимо проехали два
красавчика блондина. Под два метра ростом. Загар карамельного цвета. Волосы
забраны в хвостик. — Добро пожаловать в Калифорнию!
Внутри отель оказался миленьким и светлым. Вокруг бассейна торчали зонтики с
рекламными логотипами. Но мама, казалось, была раздражена и расстроена. Она
бродила по своему номеру, выдвигала ящики, все трогала. И расслабилась,
только когда обнаружила, что под кроватью не пропылесошено. Она сама —
плохая хозяйка и ненавидит стерильную чистоту.
— Тут довольно мило, — сдалась она наконец. На Элен отель произвел
меньшее впечатление.
— Оставалось чуть-чуть, — она показала, сколько именно, большим и
указательным пальцем, — и мы бы решились жить в
Шато Мармонт
.
— Она сказала мне, что это монастырь, — возмутилась мама. —
Если бы не Нуала Фримэн, то я бы так и не узнала, что на самом деле это
место...
— Роскошное, — перебила ее Элен. — Полное звезд экрана и сцены. Это было бы здорово.
Одна из причин, по которой они (по крайней мере, мама с папой) приехали в
Лос-Анджелес, — беспокойство за меня. Они даже вещей распаковывать не
стали, а призвали меня рассказать о своем эмоциональном состоянии. Не знаю
как, но мама приперла меня к стенке. Ее оранжевое лицо выражало
обеспокоенность. Она мягко спросила:
— Как ты прожила эти несколько недель после... ну, ты знаешь?
Она подошла еще ближе. Хорошо были видны складки на шее. А глаза добрые-
добрые. Интересно, с чего начать?..
Я обнаружила, что у моего мужа кто-то
есть. Потом меня связывал большеносый мужик, который не удосужился мне
позвонить. Я снова столкнулась с Шэем Делани, своей первой любовью, который
изо всех сил меня игнорировал, хотя мы всегда были близки, по крайней мере,
в моих мыслях. А потом я занималась сексом с женщиной, у которой силиконовая
грудь. И она тоже отвергла меня. Я пережила такие темные полосы и совершала
настолько нехарактерные для себя поступки, что сама испугалась. Но я так и
не разобралась, что будет со мной и с моей жизнью, что будет со мной и что
было
. Так что же рассказать ей сначала? Я задумалась. Про секс с женщиной?
Или про то, как Трой привязал меня к изголовью?
— Я в порядке, мама, — слабо сказала я. Она продолжала смотреть на
меня с любовью, и я заметила, что она не нанесла автозагар на участок кожи
за ухом. Почему-то мою грудь сдавило от сумасшедшей нежности.
— Ты уверена?
— Ага.
— Слава богу, — вздохнула она. — Я боялась, что ты можешь...
что у тебя слегка поедет крыша...
— Что новенького дома? — Мне хотелось сменить тему.
— Ну, ты уже слышала, что к нам залез вор?
— Нет? Что произошло?
Мама приблизила свое оранжевое лицо еще ближе к моему и рассказала все от и
до. Оказалось, что как-то утром папа спустился вниз заварить для мамы
чашечку чаю и на лестнице столкнулся с незнакомым молодчиком.
Доброе утро
, — сказал папа. Сам факт присутствия в доме постороннего
молодого человека не был чем-то необычным. Наличие пяти дочерей в доме
повышает шансы на подобную встречу с утра пораньше.
Но тут папа заметил, что под мышкой парень тащит два его кубка по гольфу. А
микроволновка уже отнесена к входной двери. В компании с телевизором.
Что это ты делаешь с моими кубками?
— спросил с подозрением папа.
Парень чертыхнулся и бросил кубки на пол, мигом сбежал по лестнице и покинул
дом, умчавшись в прекрасное далеко. И тут папа увидел, что ключ так и торчит
в замке входной двери. Его накануне вечером забыла Элен. Так что парень
оказался не поклонником одной из его дочек, а вором-авантюристом, рискнувшим
пойти на дело с утра.
— Это просто божье благословение, что отец проснулся, — сказала
мама. — А то и кровать прямо из-под нас бы стибрили. А еще Анна как-то
вечером притащилась, поставила фасоль на плиту и уснула.
— Это еще при мне было!
— Да? Мы могли все заживо сгореть прямо в постелях. Ладно, —
задумчиво добавила она. — Я думаю, мы можем считать себя
счастливчиками, раз у нас есть кровать, в которой можно сгореть. А то с
такими делами... А скажи-ка мне, — мама резко поменяла тему и понизила
голос до шепота, — я переборщила с цветом лица?
— Нет, мамочка, ты замечательно выглядишь.
— Но это автозагар. Я его нанесла. Но ничего не произошло. И я нанесла
еще целую пригоршню. А когда посмотрела на себя в зеркало сегодня утром, то
увидела вот это.
— Ты же знаешь, что цвет проявляется не сразу, мама, мы же тебе все
время говорили, нужно подождать.
— Знаю. Но мне всегда страшно — вдруг я нанесла слишком мало. Короче, я
решила, что будет чудесно, если я приеду с легким загаром. Но Элен все время
издевается надо мной и делает из меня посмешище. — Мама замолчала,
сглотнула комок и заставила себя продолжить: — Она называла меня Апельсином.
Постоянно говорила стюардессе
Апельсин не может разобраться со своими
наушниками
,
Апельсину нужно еще одно одеяло
. Она даже сказала мужику на
паспортном контроле, что это мое настоящее имя, а не то, что в паспорте. И
это было не смешно. Ты же знаешь, эти парни не понимают шуток.
— Может, Элен просто тебе завидует.
— Завидует? — Внезапно мама все поняла. — Разумеется,
завидует! Вот что с ней! Но ты сама-то в порядке? Ты скоро собираешься
обратно домой?
Затем папа задал по списку те же вопросы про жизнь в общем. Но разумеется,
поскольку он мужчина и, что еще хуже — ирландец, — он ходил вокруг да
около и избегал смотреть в глаза.
— Ты выглядишь... цветущей.
— Я в порядке, пап.
— Ты нормально... кушала и все такое?
— Да, папочка. Все хорошо. И не волнуйся из-за того, что ты рассказал
мне про Гарва.
— Так это была его двоюродная сестра?
— Нет. Но не волнуйся, все равно ничего страшного. И я собираюсь домой.
Я уверена, что вы с ног падаете, так что я приду к вам завтра.
Они так шумно начали протестовать, что стало ясно — говорить этого не
стоило.
— Но в Ирландии уже полночь, — возразила я. — Как же ваши
биологические часы?
— Самое лучшее в этом случае — постараться не спать, а потом лечь в
нормальное время, — заметила мама со знанием дела. Я взглянула на нее с
удивлением. Когда это она стала такой опытной путешественницей? — Так
сказала Нуала Фримэн.
— Ну, раз так сказала Нуала Фримэн, то это наверняка правда, —
печально отозвалась Элен. Я не могла с ней не согласится. Кажется, эта Наула
ужасная зануда.
— И нам нужно поужинать, — напомнила мама. — Как можно
ложиться спать, не поужинав.
Да, мои родители живут по графику.
— Уже поздно идти в Диснейленд? — спросил папа.
— Уже полпятого, дуралей, — прошипела Элен.
— Но я слышала, что они работают до полуночи, — вставила
мама. — От Нуалы Фримэн.
Пока Элен не мобилизовала окружающих на расправу с Нуалой Фримэн, я быстро
сообщила, что до Диснейленда два часа езды, и лучше поехать туда в другой
день. Я предложила им распаковать вещи, потом посидеть какое-то время у
бассейна, а затем сходить и поужинать пораньше.
— А вы? — спросила я Анну и Элен. Разумеется, им захочется
потусоваться где-нибудь, напиться и поискать себе красавчиков-серфингистов.
Но они решили пойти с родителями. Кушать хотелось, а папа угощает.
— А Эмили? — спросила мама. — Я пообещала ее матери, что
навещу ее и удостоверюсь, что она нормально питается и следит за собой.
— Эмили очень занята, — сказала я, но мамин взгляд не сулил ничего
хорошего.
— Ладно, — сдалась я. — Но мне стоит вернуть ей машину, вдруг
она понадобится. И скажу, что мы все зайдем попозже.
— И сразу же вернешься?
— Да.
Я пулей понеслась домой и сообщила замученной Эмили, что мои зайдут к ней
выпить по стаканчику перед ужином. Затем я вернулась в
Океанский вид
.
После чего мы пару часов провели за интереснейшим занятием — распаковывали
вещи и ссорились.
В шесть часов мы прошли шесть кварталов от отеля до дома Эмили. Дело было в
Санта-Монике, где иногда можно увидеть человека, передвигающегося из точки А
в точку Б пешком. Но зрелище сразу пяти пешеходов вызвало почти тот же
переполох, какой, должно быть, вызвали доисторические обезьяны, обитавшие на
деревьях, когда они слезли на землю и решили попробовать ходить. Машины
замедляли ход. Водители пялились на нас, словно у всех нас по две головы.
— Что это с ними? — спросила мама, когда нам просигналил очередной
автомобиль. — Элен, что ты делаешь?
— Ничего!
Она рявкнула это отнюдь не невинным тоном, и я успокоилась. Вот когда она
изображает невинного агнца, тогда по-настоящему нужно беспокоиться.
Мы дошли до улицы, на которой жила Эмили, и Элен заметила магазин, торгующий
системами видеонаблюдения. Она заставила нас зайти, и задала продавцу тысячу
вопросов о назначении этой техники.
— В большинстве случаев ее покупают для дома, — объяснил
он. — У нас есть скрытые камеры и крошечные подслушивающие устройства
на тот случай, если вы подозреваете мужа в неверности и хотите зафиксировать
на пленку его... развлечения...
По его шутливому тону было ясно, что он и мысли не допускает, что муж Элен
когда-либо будет изменять ей и что это надо будет записывать на пленку. Но
внезапно наша небольшая компания помрачнела. Все избегали встречаться со
мной глазами.
— Я также поставляю все необходимое нескольким частным детективам.
— Частные детективы! — лицо Элен, и без того сияющее от радости,
засветилось еще ярче. — Я бы не возражала поработать частным
детективом.
— Хорошо, только мы в этом участвовать не будем.
В голосе папы звучал страх. Не думаю, что он выдержит, если Элен снова
сменит призвание.
Мы вновь очутились на улице и прошли мимо дома Майка и Шармэн. Майк стоял у
окна и вылупился на нас совершенно неподобающим благочестивому человеку
образом. Пока Анна и Элен шли к дому Эмили кратчайшим путем, драная грязная
рубаха, служившая Козлобородым занавеской, резко задернулась. Рывком.
Эмили (Господи, храни ее!) все еще работала над сценарием. Она выглядела
выжатой как лимон.
— Здравствуйте, миссис Уолш! У вас отличный загар.
Мама помедлила чуток, а потом все-таки выдала прежнюю версию:
— Я хорошо загораю.
Мы все разместились в гостиной, где уже сидели Джастин и Дезире. Они пришли
помочь Эмили с описанием собачьих повадок в сценарии.
— Как анорексия у Дезире? — спросила я, втянув щеки, чтобы
изобразить дистрофика.
— Получше, — весело сказал Джастин и добавил: — С тех пор как она
начала принимать
прозак
.
Господи. А я-то, идиотка, решила, что он заговорил как нормальный человек.
Как я была неправа!
Мы откупорили бутылочку вина. Началась церемония знакомства.
— Чем ты занимаешься? — спросил папа Джастина. Отец мог
расслабиться в присутствии кого-то, только когда знал, кем этот человек
работает. Комфортнее всего он чувствовал себя с местными чиновниками.
— Я актер, но...
— Точно! — воскликнула мама, оглядывая его с ног до головы. —
Я тебя видела.
— Правда? — Ясно, что раньше Джастину такого не говорили.
— Ага. В
Космических свиньях
, да? Тебя высадили на ту планету, и это
чешуйчатое растение тебя сожрало.
— Да! Да! — Круглое, как тарелка, лицо Джастина засияло от
радости. — Это был я!
— Ты отлично сыграл. Но, если честно, я думаю, это идиотизм—высадить
тебя и этого второго космического бойца. Любой, у кого есть хоть капля
мозгов, понял бы, что вам не протянуть и пяти минут в присутствии этой
чешуйчатой штуки.
— Ну да! Абсолютно верно! Но это связано с...
Пока Джастин рассказывал маме об амплуа
толстого парня, которого быстро
убивают
, я с удивлением увидела, что пришли Майк с Шармэн. Они утверждали,
что решили проведать, как Эмили живется в доме после выкуривания. Если бы я
не знала их хорошо, то подумала бы, что они притащились только из
любопытства.
Папе понравилось, что Майк работает в области медицинского страхования. Гм,
а я и не знала. Я думала, что у него какая-нибудь причудливая халявная
работа, на которой нужно только языком трепать. Затем Эмили повела Майка
знакомиться с мамой.
— Это, — торжественно сказала Эмили, — наша мамочка Уолш. А
это...
Она повернулась к Майку, но мама перебила ее и с очаровательной улыбкой
промурлыкала:
— Я знаю, кто это.
— Да?
— У тебя столько известных друзей, — сделала мама комплимент
Эмили, и снова обратилась к Майку: — Вы написали все эти книги о
путешествиях. И у вас ведь был собственный сериал по телевидению? Господи,
как же вас зовут-то?
— Майк Харт, — вежливо сказал Майк.
— Нет-нет. Начинается на букву
П
. Боже, вертится прямо на кончике
языка. Как же?
— Майк Харт, — также вежливо сказал Майк.
— Нет! Вспомнила! Билл Брайсон, да?
— Нет, миссис Уолш, нет.
— Вы... вы уверены?
— Разумеется.
Все в замешательстве замолчали. Мамино лицо приобрело странный пурпурный
оттенок. Могу лишь предположить, что под загаром она залилась румянцем.
— Извините, вы так на него похожи.
— Эй, все в порядке, — сказал Майк очень мягко.
— У меня новости! — Эмили попробовала резко сменить тему. —
Звонила Лара!
Непроизвольно я вздрогнула. Я была уверена, что даже просто упоминание
Лариного имени дарует маме телепатические способности. И она поймет, что я
спала с ней.
— Завтра вечером премьера фильма
Голуби
, над которым она работала. И
вы все приглашены!
Вполне естественно, это сообщение вызвало бурный восторг и несколько
сгладило мамину оплошность.
— А там будут знаменитости? — поинтересовалась Элен.
— Возможно. Но знаете, кто там точно будет? — взвизгнула Эмили,
по-прежнему изображая радушную хозяйку. — Шэй Делани! Вы помните Шэя
Делани, миссис Уолш, да?
— Конечно! — К маме вернулась уверенность в себе. — Он был
очень милым мальчиком, я буду рада снова встретиться с ним!
Я сглотнула комок в горле. Я ничего не буду чувствовать, какие бы чувства ни
предполагались. Я справлюсь с этим.
В два счета мама стала королевой вечера. Хотя это был дом Эмили, именно мама
наполняла бокалы гостям, проверяла, все ли в порядке. Короче, во всем
проявляла ирландский матриархат. Но когда она попыталась подлить вина в
бокал Шармэн, та запротестовала:
— У меня полный бокал.
— Давайте я дам вам еще один, — настаивала мама в обычной манере
ирландских мамочек. — Птице не летать с одним крылом.
Шармэн наклонила голову и медленно повторила:
— Птице не летать с одним крылом. Красиво сказано. И мудро.
Мне стало интересно — это было произнесено с сарказмом или нет. Но в Шармэн не было ни капли злости.
— Простите, — сказала она. — Мне нужно повторить эту фразу
Майку.
— Эта дама просто сама любезность и доброта, — недоверчиво
заметила мама, глядя на стройную фигурку Шармэн и ее роскошные косы.
— Она очень одухотворенный человек, — сообщила я.
— Ага. Так она католичка? — оживилась матушка.
— Нет, Мэгги сказала, что эта баба одухотворенная, — поправила
Элен, которая следила за разговором от начала и до конца.
После всего этого мама, ясное дело, очень заинтересовала Майка и Шармэн, и
они не переставали следить за ней. Когда Анна начала клевать носом, как того
требовали ее биологические часы, мама растолкала ее:
— Ну-ка не спи! А то клонишь голову, как деревце у святого источника!
Майк толкнул Шармэн локтем, и они произнесли, глядя друг на друга:
— Деревце у святого источника!
Они о чем-то воодушевленно переговорили, а потом Шармэн слегка подтолкнула
Майка:
— Попроси ее.
— Сама попроси.
Они снова наклонились друг к другу и о чем-то зашушукались. После чего Майк
взял маму за локоток:
— Нам пора, сегодня у нас вечер медитации. — Судя по голосу, он
был расстроен. — Но нам было так приятно познакомиться с вами, миссис
Уолш. И мы тут подумали: может, пока вы в Лос-Анджелесе, вы придете на один
из наших вечер захватывающих историй?
Разумеется, матушка разволновалась. Она была в восторге. Но притворилась,
что это не так. Это обычная манера поведения в ее маленьком мирке.
— Я буду так занята. Завтра я иду на премьеру фильма. А еще мой муж
просил меня в четверг составить ему компанию... — До сих пор ей неплохо
удавалось звучать важно и утонченно, но тут она добавила: — В Диснейленд.
— Мы можем подстроиться под ваше расписание.
— Может, вечерком в четверг, когда вы вернетесь из Диснейленда? —
предложила Шармэн.
— Не могу обещать, — торжественно изрекла мама. — Но
постараюсь.
— Мы будем ждать с нетерпением.
37
— Чем будете заниматься сегодня?
Эмили все еще была в пижаме. Она потягивала джолт-колу с повышенным
содержанием кофеина и курила первую из шестидесяти сигарет за день.
— Сначала прочешем Беверли-Хиллз с картой домов кинозвезд, а потом
пойдем к Китайскому театру посмотреть на отпечатки ладоней знаменитостей.
Эмили содрогнулась от убогости нашей культурной программы.
— Впервые я подумала, что вся эта идея написать сценарий к чудовищному
фильму
Пес Йок
не кажется мне такой уж плохой. В нем будет показано, что
всегда найдется сволочь, которой хуже, чем тебе. — Эмили слабо
улыбнулась. Она так измучилась, что кожа под глазами приобрела синюшный
оттенок.
— Мне бы так хотелось помочь тебе! — с жаром воскликнула я.
Она покачала головой.
— Это напоминает мне зубрежку перед экзаменом. Никто не может этого
сделать за меня. И грех жаловаться — за это хорошо платят. — У нее был
такой печальный вид, что я посочувствовала ей всем сердцем. — Этого
позора мне не вынести. После каждого слова той сентиментальной фигни,
которую я вынуждена писать, внутри у меня все сжимается. Это так действует
на нервы! Даже конференц-связь не помогает...
Она зло посмотрела на телефонный аппарат. Ларри без конца трезвонил в
надежде услышать, как продвигается сценарий. И заставлял ее разговаривать по
селектору с ним и Чендлером, диктуя, что убрать, а что добавить.
— Если бы они просто дали мне спокойно написать эту лабуду, это бы еще
куда ни шло. Но только я закончу какую-то сцену, как они заставляют изменять
ее. У меня впечатление, что я топчусь на месте.
— Как думаешь — ты сможешь пойти сегодня на премьеру?
— Ага, мне нужно сделать перерыв. — Она внезапно о чем-то
вспомнила. — Слушай, извини, что я вчера таким макаром про Шэя сказала.
Я была в панике из-за этой путаницы с Биллом Брайсоном и ляпнула не подумав.
— Да ладно, не велико дело, — быстро сказала я. Не хотелось
подробно останавливаться на этом вопросе. — А кто еще будет на
премьере?
— Ты имеешь в виду Троя?
Я вздрогнула.
— Допустим.
— Он придет. Как ты сейчас к нему относишься?
— Ой, ну ты же знаешь, — весело ответила я. — Я расстроена. И
смущена.
— Ты все еще хочешь спать с ним?
— Ты что с дуба рухнула? Даже если он будет последним мужиком на этой
планете и все в таком духе.
— Отлично. У тебя с головой еще все в порядке, и ты не будешь ходить
хвостиком за отвергнувшим тебя мужиком!
— Это сеанс популярной психологии?
— Понимаешь, бывает, чем больше он тебя отталкивает, тем сильнее ты его
хочешь.
— Да, это было бы хуже, не сомневаюсь. Но сейчас я чувствую себя дурой.
И только.
— Ты не первая женщина, обманутая мужчиной, и не последняя, так что
смотри на это проще. С тобой все в порядке, просто ты долго не
практиковалась, — добавила Эмили с улыбкой. — Потом тебя оставит с
носом еще куча мужиков, так что образ Троя постепенно погаснет, а потом и
вовсе исчезнет.
— Если уж речь зашла об обманщиках, как там Лу?
— Умен, этого у него не отнять. Притворяется мистером Совершенство. Но
я на несколько шагов впереди него. — И Эмили хладнокровно выпустила
колечко дыма.
В гостинице мои домочадцы не спали с четырех часов утра. И жаждали
развлечений. В приподнятом настроении мы под безоблачным небом отправились в
Беверли-Хиллз, где стали счастливыми обладателями карты расположения
звездных домов
. Все знали, что эти карты дают неточную и устаревшую
информацию, но кто я такая, чтобы ломать им кайф?
Первой остановкой был особняк Джулии Робертс, где мы проторчали битых
двадцать минут, припарковавшись на пустынной ухоженной дорожке и пытаясь
разглядеть хоть что-то через сплошные металлические ворота.
— Ну должна же она когда-нибудь выйти на улицу, — резонно заметил
папа. — Чтобы купить газету, пачку молока или еще что-то.
— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — презрительно фыркнула
Элен. — У нее для этого есть слуги. Наверное, имеется даже специально
обученный персонал, чтобы за нее читать эту самую газету и пить молоко!
Мы продолжили наше дежурство в полном молчании.
— Это ужасно скучно, — заныла Элен. — Хотя это хорошая
практика перед тем, как я открою собственное детективное агентство. Тогда
мне придется много следить.
— Ты не станешь частным детективом, — твердо сказала
матушка. — В понедельник тебя ждет свадьба Мэри Фицсимонс. И ты
сделаешь так, что эта чучундра пойдет к алтарю настоящей принцессой, а не то
я с тобой разберусь.
— Разве не нужно специальных навыков, чтобы быть частным
детективом? — поинтересовалась Анна.
Элен уже об этом подумала.
— Ага. Для начала мне нужно выработать в себе алкогольную зависимость,
но тут не должно быть проблем, учитывая мою наследственность. А во-вторых, у
меня должна быть чокнутая семейка. — Она одобрительно посмотрела на
нашу компанию: мама с пятнистым лицом, папа в носках с ромбиками, и Анна,
которая явно одевалась в темноте. — И нам в очередной раз повезло, дамы
и господа!
— Кто-то вышел! Кто-то вышел!
— Успокойся, папа.
Но это был садовник-мексиканец, собиравшийся убирать специальной машинкой
опавшую листву.
Папа опустил стекло и заорал:
— А Джулия дома?
— Хулия?
— Джулия Робертс.
— Это не есть дом мисс Робертс.
— Ой, — испугался папа. — А ты знаешь, где она живет?
— Да, но если я сказать вам, мне придется вас убивать.
— Спасибо за помощь
...Закладка в соц.сетях
