Жанр: Любовные романы
Властелин моих грез
...л шляпу.
Дейдра сразу увидела огромный синяк на виске, а также следы засохшей
крови. — Знаю, ты хочешь убить меня, и я готов дать тебе возможность
попробовать еще раз. Ты ведь не отказалась от своего намерения?
Дейдра молчала. При виде раны она почувствовала себя виноватой.
— Значит... ты все-таки пришел наказать меня? — наконец прошептала
она.
— Господи, я пришел сюда, потому что твои рыдания заглушили даже
волынку мистера Макдафа! — На его губах мелькнула улыбка, чуть
согревающая холодное лицо.
И Дейдра вспомнила молодого офицера, который утешил испуганную девочку.
Тринадцать лет назад... Офицера, который без нелепого английского парика
тогда показался ей довольно красивым.
— А знаешь, ты чертовски хороша для убийцы, правда, совсем
неловкая, — произнес Лорд. — Может, тебе брать уроки у мистера
Тича?
— Это — оскорбление?
— Просто замечание.
Дейдра опять взглянула на багровый синяк, и у нее вдруг появилось желание осторожно погладить рану.
— Я чуть не убила тебя... — прошептала она. — И ты не
накажешь меня?
— Зачем? — Та же улыбка на миг осветила его лицо, будто он не
привык к смеху или боялся его. — Каждую ночь мне снятся кошмары,
поэтому я плохо сплю и почти не отдыхаю. Но благодаря тебе в прошлую ночь я
спал замечательно — впервые за пять лет.
— Ты хочешь, чтобы я еще раз ударила тебя? — усмехнулась Дейдра.
— Нет, спасибо. И боюсь, следующее покушение на мою жизнь повлечет за
собой наказание. Кстати, бедный мистер Тич уже сидит на гауптвахте... В чем
дело? Я что-то не так сказал?
— Он на гауптвахте?
Капитан нахмурился:
— Черт побери, что происходит на этой гауптвахте?
— Ничего! — поспешно ответила девушка. — Просто... команда
там спрятала... все мои вещи. Но тебе не следует туда ходить... Я...
я... — Не придумав ничего лучшего, она выпалила: — У меня месячные.
— И туда привели мистера Тича? — рявкнул капитан. Вскочив на ноги,
он решительно направился к двери, наступив на бутылку с морской водой
Ирландии, которую Дейдра вытащила из сумки, тоскуя по дому.
Она закричала, когда Кристиан уже раздавил ногой бутылку.
— В чем дело, черт возьми?
Девушка опустилась на колени возле осколков.
— Моя вода! — причитала она, заливаясь слезами. — Ты глупый,
бессердечный мерзавец! Сукин сын! Там была моя вода-а-а...
Кристиан с недоумением смотрел на нее.
— Не плачь!
— Ты разбил мою бутылку с водой!
Да, — подумал он, — девушка действительно не в своем уме
.
— Если ты не перестанешь, я буду вынужден утешить тебя, — заявил
капитан. — Поэтому не заставляй меня делать того, что не принесет тебе
удовольствия.
— Это была вода... Ирландии...
Так вот из-за чего она рыдала на весь фрегат! Теперь капитану стала ясна
причина ее огорчения.
Он долго смотрел на гибкую шею, нежную округлость груди, увидел крест,
украшенный драгоценными камнями, и что-то всколыхнулось в его памяти.
Господи, как же болит голова! А ему нужно вспомнить.
Распятие... волосы... глаза...
Ирландия...
Боже Правый!
Кристиан попятился, наконец поняв, эта рыдающая девушка. Она же говорила о
тринадцати годах; но он не обратил на ее слова внимания. Капитан бросился к
Дейдре, жалея ее и ругая себя за то, что так долго не узнавал в ней
девчушку, с которой разговаривал тогда в Ирландии.
— Отойди, мерзкий английский пес! — завизжала она и в ярости
ударила его ногой по бедру.
Кристиан схватил Дейдру за волосы, чтобы она не смогла вырваться, и притянул
к себе. Его глаза сверкали гневом.
— А это, — вкрадчиво сказал он, — было весьма глупо, дорогая.
— Убирайся к чертям, негодяй!
— Не пытайся вырваться.
Дрожа от ярости, девушка зажмурилась. Капитан погладил ее щеку, и она
принялась яростно отбиваться, но тут же закричала, почувствовав боль.
— Я же сказал: не дергайся. — Кристиан внимательно изучал ее лицо.
Да, это она, та ирландская девочка, брата которой я забрал во флот.
Красавица, дикая, как ураганный ветер. Гордая, смелая и решительная
.
Дейдра извивалась, пытаясь снова ударить капитана, но он уже был готов к ее
выходкам. Он, конечно, все это время обращался с ней ужасно, однако исправит
свою ошибку, станет галантным. Тем не менее, дикарке нужна узда, пока он не
завоюет ее доверие. Значит, от него требуются нежность, терпение, дисциплина
и сила.
— Обман, раскрыт, — повторил Кристиан. — И мы оба это знаем.
— Что?
— Я понял, кто ты, хотя сначала не узнал тебя. Ты — девочка из
Коннемары... У тебя еще был пони... Кажется, Гром? Твоего брата вербовщики
забрали во флот, а ты, насколько я понял, не забыла меня и разыскала, чтобы
отомстить.
На миг Кристиану показалось, что тринадцати лет как не бывало, он снова
почувствовал себя молодым лейтенантом, который делает то, к чему не лежит
душа, но вынужден выполнять приказ.
Лорд крепко прижал девушку к себе, словно мог таким образом прогнать далекое
воспоминание, как-то загладить свою вину перед ней.
— Тринадцать лет я вспоминал твое лицо. Тринадцать лет жил под грузом
вины. Чего бы только я не сделал, чтобы повернуть время вспять, оказаться в
Ирландии, исправить свою ошибку.
Дейдра вырвалась. Как он смеет извиняться? Зачем лжет? Она же слышала, что
он говорил во сне. Тогда Коннемара не упоминалась.
— Лжец! Грязный лжец! — Кристиан оторопело посмотрел на
нее. — Как ты смеешь; утверждать, что сожалеешь о преступлениях против
моей семьи? Я слышала, что ты говорил во сне, видела миниатюру той
рыжеволосой потаскухи. Тебе наплевать на разрушенную жизнь ирландской семьи,
тебя мучают воспоминания только о твоей Эмили!
Кристиан стал белее полотна.
— Не смей произносить ее имя! — выговорил он дрожащим от ярости
голосом.
— Эмили, Эмили, Эмили! — с ненавистью закричала Дейдра, испытывая
удовольствие от того, что заставляет его страдать.
Кристиан грубо рванул девушку к себе, но та не унималась:
—
Эмили... Господи, нет! Эмили, прошу тебя, не умирай...
Он впился в ее рот с такой силой, что Дейдра вскрикнула от боли. Она
вырывалась, чтобы вздохнуть, молотя кулаками в широкую грудь, но все без
толку. Она почувствовала, как все меркнет вокруг, и закричала, а потом ее
крик перешел в тихий стон.
Грейс... Помоги мне... Никто не мог защитить Дейдру от дикой силы капитана. Никто, кроме нее самой.
Я не сдамся, можешь ударить меня, изнасиловать, даже убить, но я
не сдамся и не подчинюсь тебе! Никогда! А тело уже отвечало на его прикосновения, сердце неистово колотилось, ноги
подгибались... Собравшись с силами, она уперлась ему в грудь и оттолкнула от
себя.
— Скотина! — выкрикнула Дейдра.
Огонь мгновенно угас в глазах Кристиана, они стали холодными, злыми и
равнодушными.
— Знаешь, очень трудно оставаться с тобой джентльменом. Будь ты
проклята! — Он схватил фонарь и сердито зашагал к двери.
— Тогда больше не подходи ко мне, иначе убью!
— Как хочешь, моя дорогая, — насмешливо улыбнулся Кристиан
девушке. — Но в следующий раз, когда мне вздумается оказать тебе
услугу, я сначала хорошенько подумаю.
— Какую еще услугу? — с недоумением спросила Дейдра.
Капитан надел шляпу, прикрыв синяк на виске.
— Скоро по правому борту покажется Ирландия, — холодно ответил
Кристиан. — Думаю, ты будешь рада увидеть ее в последний раз.
Глава 11
Разговоры мгновенно стихли, едва капитан вышел на палубу, и все до одного
поняли, чем вызвано его мрачное настроение.
Он нашел ирландку.
Штурман, заметив ярость в глазах капитана, поспешил отрапортовать:
— Курс вест-зюйд-вест. Идем полным ходом.
— Очень хорошо, мистер Венам. Следуйте этим курсом до конца вашей
вахты.
— А мы... не станем возвращаться в Англию?
— Зачем, мистер Венам? Неужели фрегат Королевского флота изменит свой
курс ради маленькой ирландки, прячущейся в трюме? Не думаю. — Достав
карту Бостонской гавани, капитан принялся внимательно ее изучать. — И
раз всем так хочется, чтобы она осталась на борту, вы можете договариваться
с ней на ночь. А мистер Родс освободит для нее свою каюту.
— Свою к... каюту, сэр?
— Да, мистер Венам, свою каюту. Она находится рядом с моей, если вы
забыли. Где, черт возьми, помощник боцмана?
Тут к ним подошел Йен:
— Кажется, он отправился вниз — за мистером Тичем, сэр... Как вы и
просили...
— Это было двадцать минут назад. Куда он запропастился?
— Он пошел... м-м-м... на гауптвахту, сэр.
— Пошлите за ним гардемарина Хибберта. Чтобы все немедленно были здесь!
Наказание будет показательным.
— На... наказание, сэр?
— Почему у всех заплетается язык? Да, на-ка-за-ние! — отчеканил
капитан.
— Но, сэр, на борту нашего фрегата никогда никого не пороли. Вряд ли
это кому-нибудь понравится, сэр...
— Кажется, мистер Макдаф, это мое дело, а не ваше.
— Сэр, будет мятеж. Умоляю вас подумать, сэр.
— Не обсуждать мои приказы, мистер Макдаф!
Капитан отошел на подветренную сторону квартердека. Он не имел права
показывать свой гнев команде, особенно Йену. А во всем виновата эта чертова
ирландка. Мало того, что она пробралась на корабль, дважды пыталась убить
его, так еще оскорбила память Эмили и заставила почувствовать то, на что он
считал себя уже неспособным. Она не имела на это права, никто не имел. Он
любил Эмили и всегда будет любить только ее.
Тут завыли трубы, до капитана донеслись злобные выкрики:
— Чертов сукин сын!
— Здесь никогда никого не пороли!
— Что он себе позволяет, Йен! — закричал Сканк. — Да он
полный идиот!
— Сын шлюхи! Нужно устроить бунт!
Всеобщее недовольство выплеснулось наружу, и матросы уже входили в раж.
Спокойно взглянув в последний раз на море, капитан Лорд вернулся к штурвалу.
— Что обещает погода, мистер Венам? — спросил он. Сильный ветер
затеял с волнами, нешуточную игру, фрегат то взмывал на пенящихся бурунах,
то скользил по ним вниз. Но помрачневший штурман сделал вид, что не слышит
капитана.
— Мистер Венам, я спросил вас о погоде.
— До захода солнца начнется буря, — наконец ответил тот.
Куда запропастился Хендрикс? Кристиан незаметно дотронулся до пистолета,
затем холодно произнес:
— Благодарю, мистер Венам. Буду иметь это в виду.
А крики возмущенных матросов уже переросли в рев:
— Бунт, ребята, бунт!
— Не позволим капитану сделать это, герой он Квиберона или нет!
— Привязать его к рее!
— Бунт! Бунт!
Сорвав с головы шляпу, Йен нервно мял ее в руках.
— Сэр, умоляю вас: пересмотрите свое решение! Не надо пороть Артура. На
нашем корабле еще никого не убивали, но если вы будете настаивать,
то... — Макдаф замолчал, не в силах подобрать нужных слов, —
...это...
— Глупо, мистер Макдаф? — с улыбкой договорил за него Кристиан,
видя, как побледнело лицо лейтенанта. — Прошу вас не портить
представление.
Йен с отчаянием взглянул на Венама. Он уже думал, что в лице Кристиана Лорда
нашел капитана, которого мог бы уважать, но, как выяснилось, ошибся.
Услышав шум над головой, Дейдра перепугалась, вытащила из ящика с
медицинскими инструментами нож для ампутации конечностей и осторожно
двинулась к палубе.
Первым она увидела гардемарина и дернула его за грязный рукав:
— Хибберт! Что происходит?
Тот обернулся и покраснел, увидев ее в красном платье, однако галантно
предложил ей свой мундир, поскольку девушка покрылась мурашками от холода.
— Наш лорд и хозяин доказывает свою глупость, — заявил гардемарин,
наблюдая за тем, как двое испуганных помощников боцмана приготовили решетку,
поглядывая то на капитана, то на разбушевавшихся матросов. — Скоро на
фрегате начнется мятеж.
Проходивший мимо Родс заметил:
— Да помяните мое слово, едва кнут ударит Артура, с капитаном будет
покончено.
Капитан Лорд в гордом одиночестве стоял у штурвала. Дейдра вдруг испугалась
за него.
Мимо пробежал гардемарин с белым от страха лицом, сжимая в руках книгу в
кожаном переплете, добравшись до трапа, Ведущего на квартердек, отдал ему
честь, поднялся наверх и протянул книгу капитану.
— Военный устав, — пробормотал Хибберт, когда лорд и хозяин начал читать незнакомые слова.
Закончив чтение, он отыскал глазами Хендрикса.
— Привязать арестованного! — приказал Кристиан.
Команда угрожающе заревела. Обезумевший Тич вырывался и лягался, когда его
поволокли к решетке.
— Тварь, свинья! Я скормлю твое чертово сердце акулам, мразь!
— Приступайте.
Тича привязали к решетке не за руки, как обычно, а за лодыжки. Видимо,
капитан предпочитал особый, более изощренный способ пытки.
Хендрикс отдал помощнику красный суконный мешок.
— Какого дьявола... — недоуменно пробормотал тот, вытряхивая на
палубу содержимое.
Потому что в мешке оказалась не плетка, а лишь куча тряпок. Наступило
молчание, слышались только вой ветра да плеск волн. Расхохотавшись, Хендрикс
бросил одну тряпку Артуру, затем повернулся к другим помощникам, которые
приволокли тяжелый сундук и поставили у ног Тича.
Команда замерла.
— Порази меня гром, — пробормотал кто-то. В сундуке лежали топоры,
пистолеты, ножи и абордажные сабли. Хендрикс вытащил, первую попавшуюся вещь
— абордажную саблю и протянул ошеломленному Тичу.
Экипаж фрегата увидел самое необычное и весьма эффективное наказание,
которое когда-либо применялось на Королевском флоте. Под бой барабанов Тичу
вручалось промасленное оружие, и он должен был хорошенько протереть каждую
вещь.
Через два часа Артур закончил, вытер рукавом лицо и посмотрел на капитана.
Но в его взгляде появилось что-то новое — благодарность или нечто вроде
уважения.
Лорд и хозяин не выпорол его!
А Кристиан поднял собаку, стоявшую у его ног, прижал ее к груди и обратился
к притихшей команде:
— Я не собираюсь прощать дерзость и, видит Бог, добьюсь от вас
повиновения. Если кто-то попытается испытать мое терпение еще раз, наказание
не заставит себя ждать, оно будет соответствовать значимости проступка.
Черные тучи совсем низко опустились над морем, из них упали на палубу капли
дождя, словно и они тоже подчинялись воле капитана.
— Все свободны, — заявил он и, дотронувшись до шляпы, отправился в
свою каюту.
— Двадцать лет на море, но такого не видывал!
— Чертов мерзавец, этот наш капитан! — воскликнул Сканк, с
грохотом поставив на стол кружку. — Лучше бы он выпорол Артура.
— Да уж, — пробормотал Родс, сдавая карты. — Он унизил
Артура, заставив чистить оружие... Разве, не так, Артур?
Мрачный Тич отвернулся; он не хотел говорить о том, что с ним сделал
капитан.
Точнее, чего он не сделал.
Опустив глаза, великан задумчиво водил пальцем по острию ножа, однако его
уже не душила ярость, что весьма беспокоило Родса, Сканка и остальных
строптивых матросов: ведь Тич вел себя как ярмарочный медведь, посаженный в
клетку.
И не он единственный! Йен Макдаф впервые снял шотландский костюм и надел
форму лейтенанта! Маленькая ирландка, давшая клятву убить капитана, тоже
была на удивление спокойна, а ее фиалковые глаза выражали тревогу.
Нет, все шло не так. Лорд и хозяин оказался хитрым стратегом с железной
рукой, но в мягкой перчатке, и никто не знал, что теперь делать.
Сканк, не сводивший глаз с прозрачного лифа Дилайт, перевел взгляд на
Дейдру, которая сразу залилась краской, поплотнее закуталась в шаль и хотела
отойти подальше от нахала, однако тот схватил ее за руку.
— Ты сегодня бледненькая, — заметил он. — Испугалась? А
может, боишься шторма? Не обращай внимания, это обычная буря. С кораблем все
будет в порядке, ведь им командует сам лорд и хозяин, разве не так, парни?
Все захохотали, тем не менее, Дейдра заметила, что их отношение к капитану
изменилось. Хотя она не могла уяснить причину, но чувствовала, что и с ней
произошла какая-то перемена.
Лорд и хозяин... Господи, если бы спрятаться в его объятиях! Тогда бы она
поверила, что фрегат не пойдет ко дну.
— Ненавижу этого негодяя, — сказала девушка, защищаясь от
собственных мыслей.
— Приятно слышать, что не все мы лишились разума, — усмехнулся
Роде, метнув взгляд на Тича. — Кстати, Элвин говорил, ты прихватила
один из его ножей. Надеюсь, ты не воспользуешься им для убийства?
— Для убийства? — поинтересовался Сканк. — Чертова капитана? Покажи-ка нам этот нож.
— Да, покажи, Дейдра.
Та взяла холщовую сумку, вынула из нее свои сокровища и достала нож.
— Вот. — Она бросила его Сканку и быстро собрала остальные вещи.
— Орудия убийства? — спросила Дилайт, с усмешкой глядя на странные
предметы.
— Нет, воспоминания о родине, — чуть слышно ответила Дейдра.
Сканк поднял нож, чтобы все могли его рассмотреть.
— Что скажете, парни? Кто-нибудь видал оружие получше? — Он снова
передал нож Дейдре. — Когда чертов капитан спустится в каюту, ты уже
будешь поджидать его и на этот раз не промахнешься, девочка. Как только
дверь отворится, сразу бей. Вот так: — Он поднял ее руку и резко опустил
вниз. — Один удар по горлу, и порядок.
— Старайся попасть в артерию, — посоветовал Элвин.
— Не останавливайся, пока труп не рухнет тебе на ноги, — добавил
Хибберт, пряча усмешку. Он стоял рядом с Эдгаром Хартнессом, веснушчатым
гардемарином, который впервые отправился в плавание.
Оживился даже Тич:
— Лучше бей прямо в сердце.
— Но сначала попользуйся его телом, — вмешалась Дилайт. —
Жаль, если такой великолепный самец пропадет зазря.
Дейдра ошарашенно уставилась на неё, даже забыв про страх.
— Ho если тебе не хочется, я всегда готова прийти на выручку, —
подмигнув, добавила Дилайт. — Я бы с удовольствием растопила Ледяного
капитана.
Снова прозвучал раскат грома, заглушив хохот команды. Дейдра представила
сотни, а может, тысячи футов холодной бездны океана, которая волновалась под
килем фрегата. Если корабль пойдет ко дну, океан поглотит их. Господи! Ее
жизнь зависела от каких-то сколоченных досок, мастерства команды, в котором
она сомневалась, и от способностей человека, которого здесь не уважали и не
любили.
Лорд и хозяин...
Только его воля спасет фрегат от катастрофы. Его и Господа.
— Вы забыли кое-что важное, — сказала девушка, стараясь не выдать
охватившего ее ужаса. — Капитан выгнал меня из своей каюты, поэтому я
не могу... устроить засаду.
Сканк небрежно махнул рукой:
— Об этом уже позаботились. Наш плотник сегодня проделал тайное
отверстие в перегородке между вашими каютами, очень низко, у самой палубы.
Ты проползешь сквозь него, а капитан ничего не заметит, да, Берни? — Он
похлопал улыбающегося плотника по спине. — Берни проделал дыру за
столом нашего лорда и хозяина. Ты можешь попасть туда, когда захочешь.
— Я бы с удовольствием побывала там, — промурлыкала Дилайт. —
Только представьте: сидит наш капитан за столом... а я вылезаю из дыры и
упираюсь носом прямо в его... детородный орган. Хотела бы увидеть, какое у
него будет лицо, когда я начну ласкать сокровенные части его тела...
Мужчины покраснели, а юный Хибберт нервно закашлялся.
— Будет тебе, Дилайт, ты смущаешь детей, — засмеялся Сканк.
— Детям уже давно пора баиньки, — отозвалась Дилайт, показав
глазами на промежность Хибберта.
Покраснев до корней волос, Дейдра встала из-за стола, намереваясь уйти.
— Нет, девочка, оставайся с нами, — схватил ее за руку
Сканк. — Берни должен убедиться, что не зря старался.
— В таком случае пусть Дилайт сделает это. Я его ненавижу, но не могу убить. Я пыталась дважды.
— Ладно, — покачал головой Сканк. Его глаза хитро блестели. —
Тебе нужно только, пробраться в, каюту, дождаться капитана и вспороть ему
живот.
— Вырежи ему печень и принеси нам на тарелочке! — закричал Эдвин,
взмахнув ножом.
Дейдра с ужасом смотрела на него.
— Да не пугайся ты, Дейдра. Он ничего не почувствует. Иди наверх,
Хибберт приводит тебя, не так ли?
— Я же сказала... что не способна на, убийство, — пробормотала
девушка.
Тут дверь с грохотом отворилась, и вошел Йен Макдаф. Вода стекала с его
красной физиономии, бороды, намокшей шляпы.
— Яслышал ваш разговор, — заявил он, качая головой. — Знаете,
ребята, может, лучше заключить перемирие с капитаном?
— Перестань давить на нас, — поморщился Сканк, взмахнув рукой,
отчего по кают-компании пронеслась новая волна зловония. — Хибберт,
проводи девушку.
Тот грубо потянул Дейдру за собой, бросив последний взгляд на Дилайт.
Йен сердито отвернулся от кокетливой шлюшки.
— Сканк, ты заходишь слишком далеко. Я не позволю.
— Оставь, ты же знаешь, что эта девка не сможет и не захочет убивать
капитана. Мы просто развлекаемся. Черт, да если бы я хотел увидеть его
мертвым, то сам взялся бы за дело. Просто нужно встряхнуть его, чуточку
позлить...
— Ну да, вы уж позлите, — буркнул лейтенант. — Только
сделаете это руками девчонки.
И, не обращая внимания на похотливые взоры Дилайт, он вышел из кают-
компании.
Оставив своего помощника и четырех опытных матросов у штурвала, Кристиан
побрел вниз. Он промерз до костей, промок, его мысли были чернее ночи.
— Будь она проклята, — пробормотал ой сквозь зубы.
Как она посмела соблазнить его своей грудью, выставленной напоказ! Такое
вульгарное платье может носить лишь продажная женщина. Она не лучше дешевой
шлюхи, и капитан пожалел, что за эти годы милая девочка с фиалковыми глазами
превратилась в испорченное существо.
Перед ним возникло лицо Эмили, она словно упрекала его за страсть к Дейдре.
Он ненавидел себя за позорное влечение, а неистовую ирландку за то, что она
это влечение в нем вызвала.
Шторм разошелся не на шутку, дождь с силой барабанил по квартердеку, почти
оглушая капитана, палуба фрегата плясала под ногами, но Кристиан уверенно
шел вперед, пока не оказался у своей каюты и чуть не споткнулся об Эванса.
Капитан долго смотрел на белый пояс, крестом повязанный на груди матроса,
которому не мешал шум дождя.
— Ах, Дилайт... — пробормотал во сне Эванс.
— Черт бы вас всех побрал! — выругался Кристиан, пнул дверь каюты
ногой и тут же инстинктивно отскочил.
Острый нож с треском вонзился в косяк двери, не задев его. Эванс мгновенно
вскочил, смущенно мигая. Но капитан вошел в темную каюту, рывком выдернул
орудие убийства.
— Знаешь, дорогая, — произнес он, — это уже начинает
надоедать.
— Я... я промахнулась.
Кристиан подошел к столу, налил себе бренди и внимательно оглядел ее тело,
сразу ощутив жар.
— Вот именно.
Но Дейдра не увидела гнева в его взгляде и неожиданно покраснела от ярости.
Он еще насмехается, думает, это шутка и, она не способна на убийство?
Мерзавец!
— В следующий раз я не промахнусь! — крикнула Дейдра, заливаясь
слезами.
Капитан сделал глоток и небрежно прислонился к переборке.
— В следующий раз я... я...
— Оставь, — равнодушно сказал он. — Поверь, мне нравятся
сюрпризы, хотя твоя неловкость действует на нервы. Жаль, что за тринадцать
лет ты из милой девчушки превратилась в соблазнительную штучку, которая
очаровывает грубых матросов, не имеющих, понятия о галантности. Я пытался
быть с тобой джентльменом, но, похоже, ты решила напакост
...Закладка в соц.сетях
