Жанр: Любовные романы
Влюбленный воин
...сь и
заглянула в круглое личико сестры. — Но ты можешь найти счастье в том,
что станешь хозяйкой в собственном доме. И еще, Берти... О, ведь у тебя
могут родиться дети!
Берти зашмыгала носом и покачала головой:
— Мне все равно. Я никогда его не встречала, но слышала о нем много
ужасного. — Она посмотрела на Хейд с упреком. — И тебе не удастся
развеселить меня!
Хейд скорчила гримасу. Ей тоже доводилось кое-что слышать о Молоте
Вильгельма — слухи о нем уже давно ходили по деревне. В последнее время
много говорили и о мужчинах из Сикреста. Две недели назад они отправились
нанести визит хозяину Гринли и до сих пор не вернулись. Но как ни странно,
лорда Найджела нисколько не тревожило исчезновение этих людей, хотя среди
них был и кузнец Дональд. Более того, казалось даже, что лорда все это
немного забавляло.
Внимательно посмотрев на сестру, Хейд строго сказала:
— Не суди о нем, пока сама его не видела. Значение имеет только твое
собственное мнение.
— Ты сейчас не останешься у нас? Не пообедаешь с нами? — Берти с
мольбой в глазах смотрела на сестру. — Пожалуйста, не оставляй меня с
ним наедине.
Хейд нахмурилась и принялась собирать одежду, разбросанную по комнате.
— Боюсь, что не смогу остаться. Твоя мать выгнала меня из зала. Я даже
сейчас не смею туда войти.
— В последнее время мать стала невыносимой, — с вздохом
проговорила Берти.
— Она просто опечалена тем, что скоро потеряет свое единственное дитя.
Солейберт покачала головой:
— Нет-нет, она боится, что лорд Тристан обратится в бегство, только
бросив на меня взгляд.
Хейд весело рассмеялась. Слова сестры очень позабавили ее, так что у нее
даже настроение немного улучшилось и головная боль начала проходить. Уже
долгое время — после той ночи в конюшне — Хейд нервничала и очень плохо
спала по ночам. Минерва же была убеждена в том, что у нее бывают видения —
якобы она видит человека с родственной душой, человека, с которым непременно
встретится, чтобы потом уже никогда не расставаться.
Но сейчас Хейд старалась не думать об этом человеке и об угрозах лорда
Найджела. Сейчас она должна была позаботиться о сестре и как-нибудь ее
утешить и приободрить. Однако она поклялась, что даже ради сестры не станет
прибегать к волшебству и ворожбе, как бы Берти ни просила ее об этом.
— Дорогая, ты не должна сегодня вечером думать о матери, —
посоветовала Хейд.
Солейберт уставилась в окно и пробурчала:
— Но это невозможно. Мать следит за каждым моим движением, точно
ястреб.
— Да, этого ты изменить не можешь, — согласилась Хейд. Шагнув к
сестре, она взяла ее за руку. — Но зато ты можешь получить удовольствие
от общества лорда Тристана. А когда вечер окончится, я проскользну в твою
комнату, и ты все мне расскажешь.
— А что, если он и впрямь чудовище? — спросила Солейберт.
В таком случае я попытаюсь использовать представившуюся мне
возможность
, — подумала Хейд. Сестре же она сказала:
— Тогда что-нибудь придумаем.
Хейд спустилась по ступенькам, ведущим в большой зал. Внизу царило
оживление; слуги, сновавшие по залу, повсюду наводили порядок, хотя здесь и
так уже все блестело и сверкало. В кухнях жарилось мясо, и Хейд, уловив
упоительные кухонные запахи, почувствовала, как у нее заурчало в животе.
Когда же она ела в последний раз?
В дальнем конце зала стояла леди Эллора, беседовавшая с лордом Найджелом.
Заметив Хейд, она поджала губы и нахмурилась. Хейд, пытаясь скрыться,
поспешила к двери, но Найджел тотчас же преградил ей дорогу. Тут Эллора к
ней приблизилась. Пристально глядя на Хейд, она спросила:
— Ты все еще здесь? Почему до сих пор не ушла? Хочешь увидеть обручение
моей дочери, чтобы и тебе удалось сыграть свою роль, роль шлюхи?
— Я уже ухожу, миледи, — потупившись, пробормотала девушка.
Хейд снова попыталась уйти, но тут к ней обратился Найджел:
— Милая, я хочу поговорить с тобой кое о чем. Он отвел девушку в
сторону.
— О чем же, милорд? — Покосившись на Эллору, Хейд заметила, что та
смотрела на мужа с подозрением.
Не обращая на жену внимания, Найджел продолжал:
— Близится час, когда мне придется принимать решение. Ты ведь об этом
не забыла?
— Нет, — ответила Хейд, снова боязливо взглянув на Эллору.
— Что ж, хорошо. Значит, ты сделала выбор?
— Почти сделала, милорд. Мне надо еще немного времени.
— Я и так проявил благородство, предоставив тебе на раздумья несколько
недель, — заметил Найджел. — Неужто так трудно сделать, выбор
между вилланом и лордом?
Хейд молча пожала плечами.
— Может быть, облегчить тебе выбор? — спросил он с улыбкой.
— Вы о чем, милорд? — Хейд с надеждой взглянула на Найджела.
А
вдруг он изменил свое решение?
— промелькнуло у нее в голове.
— Как тебе известно, Дональд покинул Сикрест две недели назад. Он
отправился... гм... поприветствовать нового хозяина Гринли. —
Усмехнувшись, Найджел продолжал: — Возможно, лорду Тристану не понравились
его приветствия, потому что Дональд до сих пор не вернулся.
— Простите, милорд, но я не понимаю, какое отношение это имеет к моему
выбору?
Найджел хмыкнул и провел пальцем по щеке девушки.
— Полагаю, тебе нет смысла торопиться в Гринли. Ты же не собираешься
замуж за мертвеца, моя прелесть?
Лорд Найджел взял ее за плечи и привлек к себе.
Что же делать, что делать?
— спрашивала себя Хейд. От похотливого взгляда Найджела ей сделалось дурно.
Внезапно лорд отстранился от нее и тихо сказал:
— Я приду к тебе сегодня вечером.
Найджел повернулся, чтобы удалиться, но тут Хейд, собравшись с духом,
проговорила:
— Милорд, я решила принять предложение Дональда-кузнеца! — Она
произнесла эти слова очень громко — так, чтобы все слышали.
Девушки-служанки, стоявшие неподалеку, вскрикнули в изумлении. Да и все
остальные уставились на Хейд так, словно впервые видели. Но тут вдруг
раздался голос Эллоры. Глядя на слуг, она закричала:
— Нечего глазеть! Занимайтесь своим делом! Вас это не касается!
Лорд Найджел пристально посмотрел на девушку и с угрозой в голосе
проговорил:
— Думаешь перехитрить меня?
Тут к ним приблизилась Эллора. Лицо ее раскраснелось, а глаза сверкали.
— Что все это значит, Хейд? — спросила она. Потом повернулась к
мужу: — Милорд, неужели кузнец и впрямь попросил руки этой потаскушки?
Найджел выпятил подбородок и процедил сквозь зубы:
— Да, миледи, попросил. А затем отправился в Гринли, чтобы
поприветствовать лорда Тристана.
Эллора покосилась на девушку и пробормотала:
— Ну-ну.
Воспользовавшись, случаем, Хейд обратилась к Эллоре:
— Если вы не станете возражать, миледи, я... я бы хотела взять с собой
Минерву и сегодня же отправиться в Гринли. — Судорожно сглотнув, Хейд
добавила: — Хочу побыстрее узнать, что с моим женихом.
— Да, конечно, — кивнула Эллора. — Когда отправятся все
остальные вилланы, ты тоже поедешь с ними. Но предупреждаю тебя, —
Эллора вскинула подбородок, — если попытаешься поставить под угрозу
брак Солейберт, я лично позабочусь о твоем изгнании.
— Не стоит беспокоиться, миледи, — ответила Хейд. — А теперь
могу я идти?
Эллора снова кивнула, и Хейд, выбежав из зала, помчалась к своему коттеджу,
оставив благородную пару смотреть ей вслед.
Эллора, повернувшись к мужу, проговорила:
— Такого я от нее никак не ожидала. Хотя я уверена, что Солейберт будет
рада, если эта девица последует за ней. Но почему же ты ничего мне не
сказал?
Найджел нахмурился и проворчал в ответ:
— Я тоже не ожидал от нее такого...
В тот же день, ближе к вечеру, небольшой отряд всадников приближался к замку
Сикрест.
Тристан, ехавший впереди отряда, теперь уже нисколько не сомневался в том,
что лорд Найджел — его злейший враг. Заключенные под стражу вилланы из
Сикреста охотно поведали о том, что были введены в заблуждение россказнями
кузнеца Дональда и только из-за этого решились напасть на Гринли. Теперь
почти все они были освобождены, однако Дональда продолжали держать под
стражей. Сообразив, что угроза его жизни миновала, он отказывался
предоставить дополнительные сведения о планах Найджела, но зато постоянно
твердил о том, что надо послать в Сикрест человека за его невестой. Однако
Тристан очень сомневался, что у Дональда была невеста. Да и какая женщина
согласилась бы выйти за него замуж?
Впрочем, Тристан думал не только о лорде Найджеле и его кознях. Он постоянно
вспоминал о рыжеволосой красавице Хейд. Теперь, две недели спустя, он уже
знал, что она не была простолюдинкой, но приходилась дочерью прежнему
хозяину Сикреста — лорду Джеймсу. Это известие ошеломило Тристана, и в то же
время он еще более укрепился в своей решимости увезти эту женщину к себе в
Гринли, — увезти этой же ночью! Вот только как уговорить ее покинуть
Сикрест? Но у него еще будет время подумать об этом, потому что в первую
очередь он должен встретиться с хозяином Сикреста и предъявить ему кое-
что...
Тристан с усмешкой прикоснулся к своему ремню, за которым находился
пергамент с брачным контрактом, а также королевский декрет, освобождавший
Найджела от опеки над Гринли.
Решительно направив своего жеребца к воротам замка, Тристан положил ладонь
на/рукоять меча, украшенную сапфиром Д'Аржанов. На этот меч он полагался
даже больше, чем на королевский декрет.
Ужиная в своем домике, Хейд и Минерва думали о том, что этот ужин, возможно,
последняя их трапеза в Сикресте. Но обе молчали, ибо все, что требовалось
сказать, уже было сказано. Вернувшись из замка, Хейд поведала Минерве о
своем дерзком решении, и пожилая женщина приняла новость со спокойной
решимостью, так как прекрасно понимала, что иного выбора у них не было.
После ужина, когда Хейд поднялась, чтобы убрать со стола, Минерва вздрогнула
и, насторожившись, повернулась к окну — оттуда послышался отдаленный топот
копыт, похожий на угрожающие раскаты грома.
Глава 7
— Лорд Тристан, добро пожаловать в Сикрест! — Найджел с улыбкой
прошёл через зал и протянул гостю руку.
Тристану стоило огромного труда не поддаться искушению — раздавить эти
тонкие, как у женщины, пальчики. Однако он с удовлетворением заметил тревогу
на лице хозяина, хоть тот и прилагал отчаянные усилия, чтобы скрыть
волнение.
— Рад видеть вас, лорд Найджел, — сказал Тристан. — Хорошо,
что мы с вами наконец-то встретились.
— Позвольте представить вам мою жену леди Эллору. — Хозяин снова
улыбнулся.
Тристан склонился перед высокой светловолосой женщиной, а та, поглядывая на
него с опаской, присела в реверансе:
— Добро пожаловать в Сикрест, лорд Тристан.
— А вот моя падчерица Солейберт. — Подозвав к себе полноватую и
ярко разодетую молодую женщину, Найджел подтолкнул ее к гостю.
Тристан взглянул на свою невесту, и ему показалось, что она вот-вот лишится
чувств. Девушка присела перед ним в реверансе, а когда выпрямилась, Тристан
увидел такие печальные карие глаза, каких ему еще не доводилось видеть. Он
поспешил поклониться ей:
— Рад познакомиться с вами, леди Солейберт. — Коснувшись губами ее
руки, он добавил: — Для меня истинное удовольствие.
Солейберт вспыхнула, но не улыбнулась.
— Рада видеть вас, милорд, — прошептала она, едва шевеля губами.
Найджел на мгновение нахмурился, но тотчас же снова расплылся в улыбке.
— Лорд Тристан, трапеза готова! — воскликнул он. — Не будете
ли вы любезны...
Тут из-за дверей зала послышался какой-то шум, затем последовал глухой стук,
и через несколько мгновений массивные двустворчатые двери распахнулись и в
зал ворвались Баррет и Фаро. Тесня, и толкая друг друга, они приблизились к
своему господину. Повернувшись к Найджелу, Баррет отвесил ему едва заметный
поклон, затем почтительно склонился перед леди Эллорой и, приветствуя ее,
произнес:
— Счастлив видеть вас, миледи.
Хотя Эллора и не присела в реверансе перед столь ничтожным человеком, как
Баррет, выражение ее лица заметно смягчилось.
— Ах, Баррет! Сколько же месяцев прошло?! Надеюсь, в Гринли тебе
живется неплохо?
— Да, миледи, — кивнул Баррет. — Хотя по временам там бывает
слишком уж спокойно. — Повернувшись к Солейберт, шериф воскликнул: —
Как прелестно вы выглядите, леди Солейберт!
— Я очень рада видеть тебя, Баррет, — отозвалась девушка.
Лицо Берти внезапно осветилось чудесной улыбкой, и вся она тотчас же
преобразилась, словно ее коснулось солнечное сияние. Когда же она увидела
Фаро, лицо ее снова изменилось; на сей раз глаза девушки расширились, а рот
чуть приоткрылся.
Хозяева Сикреста молча взирали на верного слугу Тристана, будто лишились
дара речи.
Тристан же откашлялся и проговорил:
— Позвольте представить вам моего ближайшего друга Фаро Такана. Фар,
это лорд Найджел, леди Эллора и леди Солейберт.
Фаро склонился перед хозяевами в поясном поклоне, однако Тристан заметил,
что смотрел он лишь на одну леди Солейберт.
И Эллора, судя по всему, тоже это заметила. Сделав шаг вперед, она
загородила дочь, так что Фаро не мог ее видеть.
— А мы что, ждем еще кого-то? — спросил Найджел, явно намекая на
то, что пора садиться за стол.
— Нет-нет, — ответил Тристан. — Мои люди сами о себе
позаботятся.
— Что ж, в таком случае предлагаю сесть за стол, — проговорил лорд
Найджел.
Он подал руку жене, а Тристан взял за локоть Солейберт, предоставив Баррету
и Фаро следовать за ними.
Пока они шествовали по залу, Тристан не сводил холодного взгляда с лорда
Найджела. Фаро же украдкой поглядывал на леди Солейберт. И никто не замечал,
что и Берти то и дело бросала весьма благожелательные взгляды на
смуглолицего.
Тристан давно уже привык к грубой и безвкусной пище походного лагеря,
поэтому сейчас, сидя за столом лорда Найджела, не мог в должной мере оценить
роскошное угощение. А угощение и впрямь было роскошное: на стол подали
жареного кабана, тушенный в сливках горох, хлебный пудинг с сушеными
яблоками и изюмом, маринованные груши, селедку, приготовленную разными
способами, и, наконец, сладкое мясо. А ко всему этому подавалось в изобилии
крепкое красное вино.
Но Тристан почти не чувствовал вкуса еды; более того, он испытывал даже
некоторое раздражение, ибо подозревал, что ко всему этому великолепию
приложили руку его люди. Тристан с Найджелом решили отложить серьезный
разговор, поэтому за обедом в основном говорили леди Эллора, Солейберт и
Баррет — обменивались сплетнями и последними новостями. Так продолжалось до
тех пор, пока Эллора не упомянула Дональда. Тристан тотчас же насторожился и
стал прислушиваться.
— Наш кузнец стареет и слабеет, — говорила Эллора с
огорчением. — Но Дональд теперь в Гринли и скоро женится, поэтому я
опасаюсь, что Сикрест останется без кузнеца.
— Дональд женится? — удивилась Берти. — Но кто же...
— Не важно, дорогая, — перебила Эллора с лукавой улыбкой. —
Скоро все узнаешь. Дональд вернется, и ты все узнаешь.
Баррет усмехнулся и проворчал:
— Да-да, вернется. Уверен, что скоро вы получите обратно своего
смутьяна.
Лорд Найджел тут же оживился и, вскинув голову, спросил:
— Дональд скверно ведет себя в Гринли?
— Нет, не очень, — уклончиво ответил Баррет. Повернувшись к
Тристану, пробормотал: — Дело в том, что мы с Дональдом никогда не ладили.
Так ведь, леди Берти? — обратился шериф к девушке.
— Да, верно, — кивнула Солейберт. — Однажды Баррет так
разозлился на Дональда, что бросил его...
— Солейберт!.. — прошипела Эллора. — Не смей говорить об этом
за столом!
После того как Эллора одернула дочь, надолго воцарилось гнетущее молчание.
Наконец, решив, что время пустой болтовни прошло, лорд Найджел поднялся из-
за стола и, взглянув на гостя, сказал:
— Лорд Тристан, если вам угодно перейти в более удобное место, мы могли бы поговорить о делах.
Тристан выразил свое согласие кивком головы и тоже поднялся из-за стола.
— Простите нас, милорды, — тут же проговорила Эллора. — Мы с
дочерью хотим немного отдохнуть, пока вы будете обсуждать дела.
— Да, разумеется. — Тристан вежливо поклонился дамам. И вдруг
заметил, что Солейберт и Фаро обменялись выразительными взглядами.
Когда женщины удалились, мужчины перешли в другой конец зала, где у
пылавшего камина стояли резные стулья. Тут Найджел с раздражением посмотрел
сначала на Баррета, потом на Фаро.
— Если вы нас извините, Баррет и гм... кажется, Фаро, не так ли?
— Я останусь со своим господином, — с невозмутимым видом заявил
Фаро и скрестил на груди руки.
— Все в порядке, Фар, не беспокойся, — сказал ему Тристан. —
Баррет с позволения лорда Найджела покажет тебе замок Сикрест и его
окрестности.
— Отличная мысль! — воскликнул Найджел. — Я даю Баррету
разрешение показывать все, что ему заблагорассудится.
— Так, мой господин? — Фаро вопросительно посмотрел на Тристана.
Тот коротко кивнул.
— Что ж, пойдем, черный дьявол. — Баррет с усмешкой взглянул на
араба. Когда они дошли до двери, он добавил: — Господи, да ты насмерть
перепугаешь здесь всех вилланов.
Найджел уселся на резной стул и жестом пригласил гостя последовать его
примеру.
— Итак, лорд Тристан, как идут дела в ваших новых владениях? — Он
поднес к губам чашу с вином, но за мгновение до этого Тристан успел
заметить, что губы его растянулись в насмешливой улыбке.
— Давайте говорить откровенно, лорд Найджел, — заявил
Тристан. — Поверьте, я не так глуп, как вам, наверное, кажется.
— Не понимаю, о чем вы... — Найджел пожал плечами.
— Вы послали своих людей в Гринли, и вы, распространяли среди них
лживые россказни обо мне. — Подавшись вперед, Тристан пристально
посмотрел на собеседника: — Вы, очевидно, решили, что я убью их, не так ли?
А после этого вы могли бы сообщить о моих бесчинствах королю? Я правильно
понял?
— Ничего вы не поняли, — возразил Найджел. — Зачем мне
вредить человеку, с которым меня должны связать родственные узы благодаря
браку падчерицы?
— Я не дурак, Найджел! — Голос Тристана дрожал от едва
сдерживаемой ярости. — Я не знаю, ожидали вы той ночью моей смерти или
смерти ваших людей. Но я точно знаю: если бы ваша затея увенчалась успехом,
свадьба не состоялась бы. И возможно, Вильгельм лишил бы меня титула и
земель.
Изобразив улыбку, Найджел проговорил:
— Я думаю, Д'Аржан, что вы слишком долго были на войне. Неужели вы
теперь каждого подозреваете в обмане и предательстве?
— Нет. — Тристан покачал головой. — Не каждого, а только тех,
чье предательство засвидетельствовано признанием других людей.
Найджел осторожно поставил чашу с вином на стоявший рядом столик и, опустив
глаза, спросил:
— Вы имеете в виду людей, опорочивших меня и дурно истолковавших мои намерения в отношении вас?
— Нет, не людей, а только одного человека. Слишком уж вы понадеялись на
преданность Дональда.
Глаза Найджела сверкнули, и он, вскочив со стула, заорал:
— Эта жаба?! Значит, это он?.. Что же он сказал?! — Вполне
достаточно, — процедил Тристан сквозь зубы. — Вполне достаточно
для того, чтобы убить вас.
Лорд Найджел побледнел и отступил за спинку своего стула.
— Но я не сделал вам ничего дурного, Тристан Д'Аржан. Поэтому имейте в
виду: я не прощу вам этих угроз.
— Да, понимаю... — кивнул Тристан. Сунув руку за пояс, он вытащил
лист пергамента и, развернув его, протянул Найджелу: — Это королевский
декрет, согласно которому вы освобождаетесь от ответственности за людей из
Гринли.
Найджел внимательно посмотрел на лист, но не стал брать его в руки. Тристан
же тем временем продолжал:
— Я забираю своих людей, и мы уезжаем в Гринли этой же ночью. — А
те, кто не пожелает ехать теперь, последуют за ними позже. Сейчас мои люди
уже открыли ваши амбары и грузят на повозки то, что должно принадлежать
Гринли. А если что-то не сможем забрать сейчас, то вернемся через несколько
дней.
— Но я не давал вам разрешения входить в мои амбары и кладовые, —
пробормотал Найджел.
— Я не нуждаюсь в вашем разрешении! — Тристан указал пальцем на
пергамент с подписью Вильгельма. — Впрочем, вы ведь дали моему шерифу
право ходить везде, где он пожелает, не так ли?
— Ты дорого за это заплатишь! — прошипел Найджел, вцепившись в
спинку стула, за которым прятался.
— Передайте мои извинения леди Эллоре и леди Солейберт, — сказал
Тристан с улыбкой. Опорожнив чашу с вином, он поставил ее обратно на стол и
с задумчивым видом добавил: — Что ж, пожалуй, недурное вино...
Тристан уже направился к двери, когда Найджел прокричал ему вслед:
— Д'Аржан, ты от меня так просто не отделаешься! Как насчет помолвки?!
На это ведь тоже есть королевский декрет!
Не останавливаясь, Тристан бросил через плечо скомканный лист пергамента, и
тот упал на устланный камышами пол. Несколько мгновений спустя Тристан уже
открывал массивные двустворчатые двери. Двери с грохотом за ним
захлопнулись, и эхо прокатилось по всему залу.
Издав пронзительный вопль, Найджел схватил стул, за спинку которого
держался, и швырнул его в стену с такой силой, что во все стороны полетели
щепки.
Сейчас этот ублюдок грабит мои кладовые, — думал он, — а я ничего
не могу сделать, чтобы ему воспрепятствовать!
Схватив резную чашу, стоявшую на столике, Найджел швырнул ее в камин, и из
камина тотчас же взметнулись снопы искр.
— Милорд... — На верхних ступеньках лестницы появилась
Эллора. — Милорд, что-то не так? А где же лорд Тристан?
— Уехал! Благодаря твоей глупой и неуклюжей дочери!
— Что ты хочешь этим сказать? — Спустившись в зал, Эллора подняла
скомканный пергамент. Пробежав глазами документ, она в ужасе уставилась на
мужа. — Он отказался?.. Но ведь документ подписан самим Вильгельмом?
— Знаю, глупая сука! — в ярости заорал Найджел.
Эллора в страхе попятилась, но все же спросила:
— Но по какой причине? Он объяснил?..
— Не знаю я причины! — завопил Найджел. Подбежав к жене, он
схватил ее за плечи и с силой встряхнул. — Возможно, ему нужна женщина
ростом поменьше лошади! И не такая тучная!
— Милорд... — Эллора старалась высвободиться. — Милорд,
пожалуйста, отпусти меня.
— А может, до него дошли слухи о том, что ты не можешь зачать дитя? Да-
да, наверное, он опасается, что твоя дочь будет такой же бесплодной. —
Найджел с силой оттолкнул жену. — Ведь именно поэтому первый твой муж
изменял тебе? Да, поэтому! Потому что ты смогла произвести на свет лишь одну
никчемную дочь!
— Пожалуйста, прекрати, — прошептала Эллора, увидев, что муж
приближается к ней со сжатыми кулаками.
— Молчи! — Найджел снова схватил жену за волосы и рывком привлек к
себе. — Я не позволю этому юнцу пустить на ветер все, ради чего я
трудился!
По-прежнему держа Эллору одной рукой за волосы, Найджел другой схватил за
горло.
— Да-да, это все из-за тебя! Правда, Д'Аржан ничего не сказал о
намерении разорвать помолвку, но я знаю, что он направит жалобу Вильгельму.
И если по вине этой свиноматки, которую ты называешь дочерью, мы потеряем
наше богатство, то я, — он в очередной раз встряхнул жену, —
собственноручно в
...Закладка в соц.сетях
