Жанр: Любовные романы
Мадам
...но удивлена.
Откашлявшись, я отодвинулась в сторону:
— Хочешь зайти?
Она улыбнулась и прошла в номер:
— А шампанское еще осталось?
Я закрыла дверь.
— Скотч сойдет?
Мы просидели еще пару часов, попивая скотч, нюхая кокаин, жалуясь на мужиков
и разговаривая обо всем и ни о чем. В тот момент я приходила в себя, хотя,
возможно, и сама не знала об этом. Приятное чувство.
К воскресенью у меня все болело и совершенно не было сил, но не
чувствовалось и той пустоты, как по приезде в Атлантик-Сити. В итоге я
разложила таблетки по пузырькам и запихнула их в чемодан. Мне стало лучше,
но я еще не оклемалась до конца. Так что надо перестраховаться.
Может, в конечном счете мы все так и живем: решаем, что сегодня не станем
себя убивать.
И я снова села под дождем в автобус и пялилась в запотевшее окно всю дорогу
до Бостона, возвращаясь к нормальному состоянию. А еще клялась, как все в
подобных ситуациях, что больше никогда ни в кого не влюблюсь.
Глава тринадцатая
Я была удивлена и обрадована, обнаружив, что по мне скучали. И мое
отсутствие расстроило не только клиентов. Роберт оставил на моем
автоответчике штук сто сообщений, звонила Джаннетт и Вивьен из
Дизайн
групп
. Я почувствовала, что приняла верное решение повременить с
самоубийством.
Может, жизнь все же не такая уж плохая штука.
Разумеется, клиенты в разной степени проявили неудовольствие моим
отсутствием несколько вечеров подряд. Я не додумалась оставить кого-то на
телефоне, поскольку не была уверена, что вообще вернусь. Некоторые хамили,
другие злились, третьи требовали чего-то особенного, словно хотели получить
от меня некую компенсацию.
К тому моменту я уже составила четкое представление о своей профессии. Я
начала делить клиентов на категории. Я скорее думала о них как о
представителях того или иного класса или типажа, а не как о личностях. По
крайней мере, в большинстве случаев. Хотя с некоторыми я познакомилась
довольно близко, поняв, какие они люди, и даже подружилась.
Я быстро выяснила, что люди, пользующиеся моими услугами, могут быть мне
полезны. Я словно создавала собственные
Желтые страницы
или что-то
наподобие личной коммунальной службы. Одного моего звонка было достаточно,
чтобы связаться с докторами любых специализаций, высококлассным адвокатом по
уголовным делам (я даже на всякий случай забила его номер в память своего
телефона), владельцами ночных клубов, людьми, имевшими связи в преступных
кругах, разнообразными наркодельцами и кучей специалистов из интернет-
компаний, которые в тот момент только-только начали поднимать голову. Мне
давали бесплатные билеты на концерты, пропуски на приемы в честь кого-то из
политиков, во все рестораны и ночные клубы.
Разумеется, мне это нравилось. Я же человек, и ничто человеческое мне не
чуждо. Казалось, мои мечты воплотились. Золушка красовалась на бесконечном
балу.
А я ведь кое-что знаю о мечтах.
К услугам эскорт-служб прибегают, когда хотят воплотить мечту. Не могу
сказать, что это относится к проституции в целом, скорее всего, нет. Мне
кажется, когда мужчина подбирает проститутку на перекрестке ради быстрого
минета прямо в машине, то это только минет и больше ничего. Но я продаю
фантазию, неумирающую мечту о том, что эта замечательная, красивая и
внимательная женщина, которая не просит ничего, кроме как провести с вами
этот час, может быть вашей навечно.
Это мечта, как бы вы к ней ни относились. Начнем с того, что ни одна женщина
не может откликаться на сексуальные и эмоциональные желания своего партнера
двадцать четыре часа в сутки. Если сомневаетесь, просто спросите моего мужа.
Или любого мужчину. Жизнь (работа, дети, собственные планы, встречи,
гормоны) мешает быть внимательной с мужем или любовником, не говоря уже о
том, что большинство женщин время от времени хочет, чтобы кто-то исполнял их
прихоти. Мало кому из мужчин нравится думать на эту тему.
Ничего, зато есть мечта — гарем, красивая, всегда доступная и желанная
женщина, которая сделает вас могущественным, любимым, мужественным.
Вообще-то отношение к женщине совершенно ненормальное, но мы вынуждены над
ним работать, и я тоже. Я подыгрываю фантазии, посылаю клиентам девочек их
мечты, уверяю, что каждая из девочек просто без ума от клиента. И не
перестаю удивляться, что мужчины мне всегда верят.
Показательный пример — Питер Поваклас. Он пользуется услугами
Аванти
практически с первого для существования агентства, ну по крайней мере с
первой недели. Питер постоянно ждет девушку, которая влюбилась бы в него и
занималась бы сексом вечно. Он перепробовал кучу девочек, поскольку осознав,
что и эта претендентка не станет Единственной, он тут же начинает плохо с
ней обращаться. Нет, ничего опасного, никакого насилия, что вы, просто Питер
становится противным. Орет и слишком многого требует.
Но он по-прежнему звонит мне как минимум два раза в неделю, остается верен
Аванти
и все так же убежден, что когда-нибудь наступит и на его улице
праздник.
Частично проблема Питера, как мне говорили побывавшие у него девочки,
состоит в том, что он не понимает, что любые отношения (пусть даже такие
короткие и определенные, как у клиента с проституткой) строятся на том,
чтобы не только брать, но и давать. Питер постоянно спорит с девочками (и со
мной, если на то пошло) по любому поводу.
— Персик сказала, что сначала ты сделаешь мне долгий расслабляющий
массаж.
— Хорошо, тогда перевернись на живот.
— Не будь дурой! Ты должна первым делом раздеться. Ты сама не знаешь,
что тебе делать!
Питер из тех, кто постоянно посматривает на часы и следит за временем, чтобы
убедиться, что его не обманывают даже на тридцать секунд, а сам так и
норовит задержать у себя девочку дольше положенного. Когда девочка
приезжает, Питер не разрешает ей позвонить мне, заставляет ждать, а потом
заявляет, что засек час, начиная с того момента, как ей наконец удалось
сделать звонок. И все в таком духе.
По-видимому, Питер совершенно не понимает, что никто не торопится влюбиться
в него, возможно, именно из-за его скупости.
Время в нашем деле — штука сложная. Некоторые клиенты строго за ним следят,
как Питер, ревниво отстаивая каждую минуту, как они называли,
их
времени.
Другим плевать, и они на самом деле даже радуются, когда девочки уходят
раньше времени, сделав свое дело.
Какое-то время у меня был один клиент, который пользовался большим спросом у
девочек. Он раз или два в месяц снимал номер в отеле в деловой части города
и хотел, чтобы ему вместе с утренней газетой
доставляли
минет. В прямом
смысле слова. Девочка должна была прийти, забрать газету, которая лежала в
коридоре у двери, а потом сделать ему минет. Он смотрел утренние новости по
телевизору, заканчивал завтрак и допивал кофе. При этом отзваниваться мне
необходимости не было, да и вряд ли я услышала бы телефон в столь неприлично
ранний час. Клиент был выдрессирован, платил вперед. Никаких проблем.
А девочке даже раздеваться не приходилось. Он почитывал газетку, а она
вставала на колени, развязывала пояс на его халате, вытаскивала член и
приступала к работе. Через пять минут он швырял газету, откидывался назад,
растерянно улыбался и сразу же начинал думать о своем расписании на сегодня,
а девочка уже собиралась назад. Любая девочка, которая была в состоянии рано
встать (или так долго не ложиться), была просто счастлива обслужить его.
Некоторые из моих девочек не могли дождаться, чтобы уйти от клиента. Это
удавалось только самым-пресамым красивым, необыкновенно роскошным, поскольку
клиенты очумевали от того, что только что занимались сексом с фотомоделью.
Давайте посмотрим правде в лицо, в этом нет ничего удивительного. Реальность
такова, что в нашем мире шикарные женщины могут получить почти все, что
хотят.
Некоторые из них просто накидываются на клиента: чего ты хочешь, где мы этим
займемся, вот тебе презерватив, давай приступим.
И кому-то из клиентов это нравится, поскольку не нужно вести бессмысленные
разговоры о погоде, никакой неловкости и притворяться тоже не нужно. Только
секс.
Но есть те, кто ждет чего-то необычного, какой-то фантазии, хочет, чтобы
девочка побыла подольше. И мне все чаще и чаще кажется, что именно на это и
надеются мужчины.
Кто-то говорил мне — может, Джен, может, Лили, две мои самые вдумчивые
девочки, — что, по ее мнению, ей платят за час ее времени. Клиент может
провести время как хочет — говорить, играть в идиотские интеллектуальные
игры, трахаться. Она никогда не уходила раньше времени, если только этого не
хотел сам клиент. И у Джен, и у Лили сложился крут постоянных клиентов,
значит, это правда.
Клиенты типа Питера любят спорить, поскольку для них это часть программы. Им
важны власть, контроль, то ощущение, которое они испытывают, одержав верх в
споре. Я думаю, это странный способ самоудовлетворения, но раз работает, то
и ладно.
Господь свидетель, такие клиенты будут спорить со мной бесконечно.
Начинается все с обсуждения, кого они хотели бы сегодня видеть. Иногда
клиенты заранее звонят и заблаговременно заказывают определенную девочку,
назначая своего рода свидания. Но чаще они звонят и заказывают девочку, как
еду в китайском ресторане, расположенном в их квартале. Стандартный разговор
мог бы звучать вот так:
— Привет, это Губерт.
— Привет, Губерт, как твои дела? Чем я могу тебе помочь?
— А Лиза сегодня работает?
Все, с любезностями покончено. Да, у меня тоже все в порядке, спасибо, что
спросил.
Быстро просматриваю свою шпаргалку. Вообще-то я знаю, что Лизы сегодня нет,
но это не помешает мне обслужить Губерта. Просто я размышляю, кто достаточно
похож на Лизу, чтобы поехать вместо нее.
— Знаешь, Губерт, Лизы сегодня нет, но Глория заканчивает занятия в
восемь, и я могу сразу после этого отправить ее к тебе.
В его голосе слышится раздражение:
— А кто такая Глория?
— Вы с ней уже виделись, — говорю я ему твердым и уверенным
тоном. — Первокурсница в Северо-восточном университете. Приехала из
Канзаса. У нее очаровательный акцент. Короче, милашка со Среднего Запада.
Она приезжала к тебе пару недель назад. Ну, темненькая такая, —
многообещающе заканчиваю я.
На Губерта моя речь не действует.
— Не помню, — говорит он с раздражением. — А ты не можешь
связаться с Лизой?
Я вздыхаю. Сегодня у нее выходной, но клиенты почему-то думают, что если я
сейчас велю ей выйти на работу, она будет просто счастлива отменить все свои
планы и побежать с ними трахаться. Так же, как им могут позвонить из офиса в
субботу вечером и попросить прийти и поработать над каким-нибудь отчетом.
— Она уехала покататься на лыжах с родителями, — бойко тараторю я,
ложь срывается с языка быстро и легко. Так всегда. Способность немедленно
придумать благовидный предлог — одна из моих сильных сторон.
Ключевое слово —
родители
, поскольку это часть нормальной жизни, которую
клиент готов принять, наличие родителей не противоречит тому, чем девочка
зарабатывает на жизнь. Некоторые мужчины искренне верят, что когда к ним
приходит проститутка, то это первый и единственный вызов в ее жизни.
Как я уже говорила, наш мир строится на фантазиях.
— Думаю, ты отлично провел бы время с Глорией. Ты ей по-настоящему
понравился, Губерт. Она сама мне сказала, что я могу в любое время посылать
ее к тебе. Она не о каждом такое говорит.
Небольшая пауза, пока Губерт готовится к новому витку наших переговоров.
— Ну, не знаю, Персик. Расскажи-ка мне еще раз, как она выглядит.
Меня ждет еще второй вызов, но разговор с Губертом угрожает быть долгим.
— Подожди секундочку, Губерт, — говорю я и переключаюсь на другую
линию, пока он не успел отреагировать. — Алло?
— Привет... ммм... я хотел спросить... не могла бы ты прийти ко мне
сегодня?
Я делаю глубокий вдох. Несмотря на то, что в объявлении черным по белому
написано, что я представляю агентство, всегда находятся какие-нибудь
придурки, которые воображают себе блондинку с грудью четвертого размера,
которая отвечает на звонки и работает соло. Думаю, для некоторых объявлений
это правда.
— Сэр, вы хотели бы провести вечер с молодой очаровательной дамой?
— Ну... да.
— А где вы находитесь, сэр?
Сейчас слово
сэр
никто не употребляет, кроме уроженцев Юга или выходцев из
семей, где детей воспитывали в строгости. Думаю, я попадаю сразу под обе
категории.
— Я в
Шератон
в Ньютоне. Я... не из Бостона...
Губерту придется подождать, решаю я.
— Можно я позвоню в отдел регистрации за подтверждением, сэр?
Долгая пауза. Или что-то тут нечисто, или парень просто смутился. Я нутром
чую, что все дело в смущении, и спешу его успокоить.
— Это совершенно конфиденциально. Просто чтобы обеспечить безопасность
молодой очаровательной леди, которая приедет к вам.
Ага, зацепило. Определенно парень удивлен, что кто-то может увидеть в нем
какую-то угрозу.
— А, ну да. Хорошо. Правильно. Звоните.
— Замечательно, сэр. Просто дайте мне ваше имя и номер комнаты, и я
немедленно перезвоню.
Получив от него все, что нужно, я снова переключаюсь на Губерта.
— Прости, что заставила тебя ждать. Звонила моя мама. Я не могла просто
так повесить трубку. Так что ты спрашивал?
У Губерта было время подумать. И это плохо.
— Ты уверена, что Лиза еще не вернулась? А когда вернется?
Мне не хочется потерять вызов, я чувствую, что он колеблется и ускользает от
меня.
— Честное слово, я не знаю, Губерт. Они в Европе, в Альпах. Катаются на
лыжах. Вряд ли она скоро вернется, а когда вернется, то будет загружена
сверх меры. Но я знаю, что тебе нужен кто-нибудь прямо сегодня, поэтому мне
бы очень хотелось устроить тебе встречу с Глорией. У нее длинные темно-русые
волосы. Я знаю, что ты вспомнишь ее. Зеленые глаза, — Господи, спасибо
за контактные линзы! — девяносто-шестьдесят-восемьдесят. Двадцать два
года. Она хорошенькая и очень-очень миленькая. Я знаю, она тебе понравится,
а ей ты уже успел понравиться.
Ну же, Губерт. Не обмани моих ожиданий. Я знаю, что ты попросишь прислать
ее. И ты это тоже знаешь. Так что прекратим ходить вокруг да около и
перейдем к делу.
— Ох. Ну ладно, Персик. — В его голосе все еще нет уверенности.
Ну, дальше я с ним сюсюкать уже не собираюсь.
— Я попрошу Глорию позвонить тебе, Губерт. Я знаю, что вы хорошо
проведете время, и это будет...
Он перебивает меня:
— Когда точно?
Так, я сказала, что она на лекции до восьми, напоминаю я себе. Я всегда
отлично запоминала, что и кому наврала.
— Наверное, около половины девятого.
— Но это еще через час!
Если можно о мужчине сказать
зареветь белугой
, то Губерт сейчас именно
заревел белугой. Ничего, выживет.
— Да, до этого у нее занятия в университете. Я попрошу ее позвонить
тебе, Губерт. Обещаю.
Я вешаю трубку прежде, чем он успевает вставить хоть слово. Потом проверяю
того нового парня и перезваниваю ему.
— Итак Джек... Простите, могу ли я называть вас просто Джеком? Это
Персик из
Аванти
. Спасибо за терпение. А теперь расскажите мне немного о
себе. Вы уже придумали, с какой юной леди хотели бы провести сегодняшний
вечер?
Иногда мне слишком мало платят за такую вредную работу.
Но вернемся к Питеру Повакласу. Несмотря на то, что клиенты скорее
существуют как типы, а не как личности, Питер Поваклас стоит особняком.
Поскольку он требовательный, жалкий и, возможно, потому, что он на что-то
надеется. Питер не отказывается от своей мечты, как бы далеко от ее
осуществления ни находился.
Естественно, он все делает не так. Например, приглашает девочек с собой в
Нью-Йорк, где они вместе участвуют в оргиях, а после обвиняет их в полигамии
или просит, чтобы перед этими самыми оргиями они оплатили счет за совместный
ужин всех участников. Я не совсем уверена, как именно полагается вести себя
в подобной ситуации по правилам этикета, но зато знаю на все сто, что Питер
ведет себя вопреки этим правилам. Надо будет как-нибудь посмотреть, что
советует на этот счет Эмили Пост в толстой белой книге.
Питер противный, скупой, грубый, хамоватый тип, а еще смеет жаловаться, что
девочки не хотят проводить сверхурочное время (замечу, неоплаченное время!)
в его приятной компании. Он обижает их, а потом удивляется, почему они ему
не доверяют. Питер поражается, когда я сообщаю, что кто-то из девочек вообще
не хочет его обслуживать, причем мне приходилось это говорить не единожды.
Но мне кажется, у подножия всего этого бреда сидит маленький грустный
мальчик, которому просто хочется свой дом с белым заборчиком и Джун Кливер,
которая ждала бы его в конце тяжелого дня. И не его вина, что эта радужная
мечта устарела лет этак на пятьдесят. Не его вина, что он не понимает:
такими методами он не приблизится к цели и за миллион лет. Он — продукт
своей среды точно также, как я — своей, и именно среда не дает ему быть
нежным, любящим или, по крайней мере, относиться к женщине с уважением.
Питер оказался в ловушке внутри некоего вакуума, в котором он продолжает
вращаться, совершая одни и те же ошибки снова и снова и постоянно удивляясь
результату, тому, что избранная им тактика опять не сработала.
Где-то я слышала, а может, видела на открытке, почему бы и нет,
Холлмарк
ведь выпускает открытки с мудрыми изречениями, такое определение безумия:
когда делаешь одно и то же снова и снова, но ждешь другого результата. Это о
Питере.
Он мой давний клиент. И будет им даже в день, когда я решу закрыть
Аванти
.
Тогда останусь только я и Питер.
Некоторые девочки не возражают против визита к нему. Если не считать того,
что он требовательный и нервный, работать с ним совершенно несложно. Он не
заставляет никого висеть на люстре и выделывать всякие фокусы. Просто
нормальный секс без выкрутасов. Девочки уже выучились, как справиться с
капризами Питера, как настоять на том, чтобы сразу же позвонить мне и не
дать ему разыгрывать брачные игры вокруг телефона. Как-то вечером ко мне
заехала Сцилла завезти мои комиссионные и чего-нибудь выпить и рассказала
мне о разговоре с Питером, примерно таком:
Питер: Ладно, заходи, дай мне посмотреть, в чем ты одета?
Сцилла: Привет, Питер, мне нужно сперва позвонить Персику.
Питер: Подожди минуточку, ладно? Ты прямо счетчик какой-то. Сначала мне
нужно убедиться, что я хочу провести с тобой время. Дай-ка мне посмотреть на
тебя.
Сцилла: Ты отлично знаешь, как я выгляжу, Питер. Я буду крутиться, сколько
захочешь, но сначала нужно позвонить Персику.
Питер: Но...
Сцилла (
перебивает его): Ты же знаешь, что Персик
больше меня к тебе не пришлет, если я не отзвонюсь. Она говорит, что я теряю
слишком много времени, и она пошлет кого-то, кто умеет следить за временем.
Так ты позволишь мне сделать телефонный звонок, чтобы я и дальше могла к
тебе приезжать, хорошо, Питер?
Питер (
ворчит): Вы все только и знаете, что на часы
смотреть...
Сцилла (
нежным голоском, протягивая руку к телефонной
трубке): Но ты же всегда можешь заказать еще час, Питер. Тогда
еще больше сможешь расслабиться...
Питер: Ты имеешь в виду дополнительный час? Ты что думаешь, я тут деньги
лопатой гребу? Ладно, если не можешь думать ни о чем другом, давай, мать
твою, звони!
Да, как мне кажется, отличное начало начать интимное свидание, но что я
понимаю? Можно делать все, лишь бы сработало. Если я и вынесла что-то из
своей работы, так это принцип — делай все что угодно, лишь бы сработало.
Некоторые мои сотрудницы не настолько милы с Питером, да и вообще с
клиентами, когда они завышают свои требования. Но нас ведь в основном
воспитывали хорошими девочками, и трудно отбросить эту напускную вежливость,
которую мы культивируем, даже перед лицом грубости, даже когда кто-то
пытается воспользоваться нами. Тяжело оставаться одновременно твердой и
милой. Но их так много, этих мужиков, проявляющих в мелочах свою хищную
натуру, живущих, чтобы попользоваться кем-то типа студенток колледжа,
пытающихся заработать себе на жизнь.
Я четко знаю, где проходит тонкая грань между работой и жизнью. Очень четко.
Когда девочка слишком увлекается клиентом, то я пытаюсь избавить ее от
походов к нему. Нет, я не идиотка, и я не собираюсь читать всякие глупые
нотации себе же во вред или не отправлять ее, если больше некого послать или
клиент сам захотел именно ее. Нет, в общем, когда я могу, я стараюсь
некоторым образом развести их.
Потому что если вам клиент начинает нравиться больше, чем нужно для работы,
то грань между работой и жизнью стирается, а это всегда плохо кончается.
Моя собственная грань слегка подстерлась, когда в мою жизнь вошел Бенджамен.
Бенджамен. Я познакомилась с ним в первый год существования
Аванти
. Он
работал тогда водителем такси, а в свободное время играл в гараже в группе
под названием
Мнемоник
. Я куда-то ездила, странно, но не помню, куда
именно, возвращалась поздно на такси, за рулем которого сидел Бенджамен. Я
была немного пьяна и в хорошем настроении и пригласила его подняться ко мне.
Мало кто из знакомых мне таксистов устоит против подобного приглашения.
Бенджамен остался у меня на ночь. На следующее утро он починил
видеомагнитофон, чтобы на нем перестали мигать цифры 12:00, приготовил мне
завтрак, что можно смело назвать подвигом, если учесть, что у меня в
холодильнике хоть шаром покати. Мой главный принцип приготовления ужина —
быстрый набор номера ресторанной службы. Потом Бенджамен ушел, чтобы вернуть
машину и пойти порепетировать, но уходил он с улыбкой.
Словно уже тогда знал, что вернется.
У нас с Бенджаменом начались некие отношения, которые, перефразируя
Автостопом по Галактике
,
почти, но все-таки не совсем не похожи
на
настоящие отношения, когда особо не задумываешься над тем, что происходит.
Бенджамен просто был в моей жизни. Он приходил и уходил когда захочется,
иногда оставаясь на насколько дней, а порой забывая обо мне на целую неделю.
Я дала ему ключ от своей квартиры скорее из-за того, что мне было все равно,
чем по какой-то другой причине.
Странно, если подумать. Отношения, которые стали самыми главными в моей
жизни, начались не особо успешно. На самом деле вообще нельзя выделить какое-
то начало. Вот я считаю себя одинокой свободной женщиной, а потом —
бац! — и рядом со мной Бенджамен.
Иногда.
Это
иногда
стало меня утомлять. Не потому, что я встречалась с кем-то еще,
просто мне казалось, что я всегда выступаю в роли стороннего наблюдателя, а
не активного участника собственной жизни. Я не очень хорошо справлялась с
этой ролью. Джесси преподал бы мне урок, если бы нашлись другие учителя.
Но чем успешнее шли мои дела, тем больше мне хотелось довольствоваться
пассивной ролью в собственной личной жизни.
Когда Бенджамен был рядом, было очень весело. Когда ко мне приходили гости,
он веселился с нами, играл в настольные игры и торчал от наркотиков. Помню,
в те дни разгорались такие серьезные дискуссии. Наверное, они были совсем не
такие серьезные, хотя нам в тот момент казалось именно так. И само по себе
это было весело. Ничто так не поднимает настроения, как попытка решить все
мировые проблемы за одну ночь.
Честно говоря, я не могу назвать тот период лучшими днями моей жизни, просто
я хваталась за соломинку, чтобы чувствовать себя хоть чуточку счастливой. Я
все еще тешила себя мыслями, что поскольку агентство уже прочно стоит на
ногах и дела идут в гору, а я сама стала Кем-то, кем-то крутым, модным и
популярным, то все будет хорошо и я буду счастлива. Тучи рассеются, и я буду
ощущать себя удовлетворенной, профессиональной и красивой.
Порой мне казалось, что я практически добилась своего, и до полного счастья
не хватает всего одного вздоха, одного шага, одной мысли.
А потом это состояние покидало меня, словно я никогда и не приближалась к
счастью.
Для меня одной из составляющих счастья были серьезные отношения, но не
думайте, что мне наплевать на нормальный здоровый секс безо всяких
обязательств. Я всегда считала секс неотъемлемой и необходимой частью жизни,
а после ухода Джесси секс стал основной поддержкой моего существования.
Поскольку я пользовалась популярностью, то без проблем находила себе
партнера на ночь, на неделю, а то и на пару месяцев. Некоторые оказывались
неплохими парнями, но сейчас их имена и лица уже стерлись из моей памяти.
Дело в том, что в какой-то момент я понимала, что мой званый вечер подошел к
концу и все расходятся по домам. И от себя не убежишь.
Когда я закрывала глаза и представляла себе картину того, что могла бы
назв
...Закладка в соц.сетях
