Жанр: Любовные романы
Летим в лас-вегас
...м месте - и словно никуда и не
ездила. Воспоминания - живые, яркие, бурлящие, как молодое вино, - испаряются, и
на смену им приходит серая,
отупляюще-обыденная пустота.
ГЛАВА 23
Еще только четыре часа, но с меня на сегодня хватит приключений. И пусть
Иззи твердит, что есть время
"перегруппировать силы", восстановить утраченную самоуверенность, прогнать
депрессию, грозящую погубить такой
классный денек; для меня сейчас лучшее место - кровать, лучшая поза - клубком
под одеялом.
- Послушай, не думай, пожалуйста, что и я на тебя ополчилась... - начинает
Иззи.
- Боже упаси!
- Но я сейчас читаю статью в "Космо" - одну из таких, которые обычно
пропускаю, потому что они набиты всякой
нравоучительной чушью...
- Иззи, только не надо добрых советов! - умоляю я из своего убежища.
- Да ты послушай! Тебе понравится! - Ладно, зачитывай! - Я открываю один
глаз. Иззи подтаскивает кресло к
изголовью и садится надо мной, словно медсестра у постели больного.
- Статья называется "КАК ЕСЛИ БЫ", - размеренно начинает она. - Вот
слушай: "Очевидно, лучший способ
достичь желаемой цели - вести себя так, как если бы цель была уже достигнута.
Говорите об этом так, как будто бы это уже
произошло. Например, вместо "Когда получу повышение, говорите: "С тех пор, как я
получила повышение..."
- И все решат, что ты лгунья или чокнутая! - вставляю я.
- Ну, тут, видимо, имеется в виду говорить это самой себе, - слегка
тушуется Иззи. - А мы с тобой можем говорить
друг другу. Нет, правда, в этом есть смысл!
- Ладно, продолжай...
- "Если вы всей душой поверите, что желаемое уже произошло, вероятность
того, что это случится на самом деле,
сильно увеличится. Ведь большая часть наших неудач коренится в том, что мы не
верим в собственные возможности".
- Не могу поверить, что тебя это увлекает!
- А я не могу поверить, что тебя - нет. Ты же обожаешь подобные
рассуждения!
Только сейчас я замечаю, что Иззи выглядит подавленной. Странно: унывать -
моя прерогатива.
- Знаешь, я поняла: нам нужна новая тактика.
- А с тобой-то что случилось?
- С Элом все кончено.
- Почему? - Я открываю другой глаз. - Вы же оторваться друг от друга не
могли!
- Потому что он - пустое место. И теперь я это ясно вижу, - вздыхает Иззи.
- Беда в том, что здешняя обстановка
отвлекает от дела. Пора нам вспомнить об изначальной задаче: мы прилетели сюда,
чтобы выйти замуж, а не флиртовать со
стриптизерами и двойниками Элвиса. Мы отклонились от своего пути. Давай сделаем
вот что: возьмем бумагу и напишем,
каких качеств ждем от экспоненциального мужа.
- Ты-Хочешь сказать "потенциального"? - уточняю я на всякий случай.
- Один черт - отмахивается она, вскакивает на ноги и оглядывается кругом.
- У тебя бумаги нет?
- Только блокноты, - отвечаю я. - Но в ящике стол а должна быть бумага
отеля.
- Отлично! Тебе листок и мне листок Поехали! И принимается что-то
торопливо царапать.
Я смотрю на чистый лист бумаги и так старательно морщу лоб, что случайный
свидетель при взгляде на меня
вспомнил бы о тектонических сдвигах. Что за наваждение? Много лет только об этом
и думала - почему же теперь слова не
идут на ум? Зейн... нет, с Зейном покончено. Может быть, просто описать
Кристиана и добавить мускулистый живот,
похожий на киви в карамели? Нет, не. пойдет. Я прижимаю перо к бумаге, надеясь,
что высшая сила начнет водить моей
рукой. Фигушки.
- Столько дамских журналов прочла от корки до корки, - говорю я с тяжелым
вздохом, - столько книг по
самопомощи изучила, столько психологических тестов прошла - все без толку!
Иззи хихикает и знаком показывает, чтобы я писала.
- Не могу! - рявкаю я в конце концов и швыряю ручку. - Сможешь, - сурово
отвечает Иззи. - Иного выхода нет.
Как ты распознаешь своего Единственного, если не будешь знать, по каким
признакам его отличить?
- Могу точно сказать, чего не хочу. Мне не нужен человек неумный,
невнимательный, неверный, неопрятный -
словом, такой, как почти все мои бывшие ухажеры. А чего хочу - не знаю. Не могу
подобрать слов. Может быть, из-за
вечного противоречия между разумом и чувствами.
- То есть? - не понимает Иззи.
- Чувства твердят одно, а разум подсказывает совсем другое. Вот смотри:
хочу, чтобы мой любимый был
импульсивным, страстным, непредсказуемым, настоящим сгустком энергии - но разум
подсказывает, что от такого
человека я скоро устану. Напротив, мне подойдет тот, кто сумеет умерить мою
пылкость и легкомыслие. Спокойная, мудрая,
зрелая натура. Мужчина, которому можно доверять и на которого можно полагаться.
Но если я это напишу, тут же повешусь,
потому что это звучит банально, предсказуемо и невыносимо скучно!
- Попробуй найти золотую середину! Я только фыркаю в ответ.
- Смотри дальше. Хочу, чтобы он роскошно выглядел, - но разум
подсказывает, что рядом с писаным красавцем я
буду чувствовать себя неполноценной. Хочу, чтобы к нему можно было прижаться,
свернуться калачиком и так лежать
целую вечность, - а разум подсказывает, что так недолго и в кому впасть. Хочу,
чтобы с ним было весело, - но и самые
веселые шутки в конце концов наскучат. Хочу, чтобы им можно было гордиться,
чтобы, когда я войду с ним куда-нибудь, все
глаза обратились на него, - но знаю, что такие люди вянут без аудитории и совсем
не умеют общаться один на один. Хочу
внимания - но не хочу, чтобы меня опекали. Хочу уюта - но уют несовместим со
страстью. Хочу неотразимой
сексуальности - но не хочу, чтобы он флиртовал с другими. Хочу легкой
загадочности - но загадочность неотделима от
отстраненности. Хочу, чтобы он всегда говорил то, что думает, - но не прощу,
если хоть раз назовет меня дурой!
Произнося этот монолог, я в волнении расхаживаю по комнате.
- Знаешь, что однажды сказала мне мама? Что каждый из нас ищет в другом
волшебное зеркало, которое превратит
наши недостатки в достоинства. Получается, что всякие отношения - лишь потакание
собственному эгоизму?
Иззи закатывает глаза.
- Ладно, хватит. Давай я за тебя напишу. Тебе нужен неординарный человек
со слегка сдвинутой крышей, золотым
сердцем и взглядом, от которого кувыркается душа. Непредсказуемый, но верный до
гроба. И самое главное: он должен
терпеливо выслушивать твой бред о смысле жизни и прочей ерунде, чтобы ты больше
не бегала с этими глупостями ко мне!
Ну как, годится?
- Годится. - Пожалуй, все верно. - А ты что написала?
- Богатый. Немолодой. И безумно влюбленный!
- И только-то?
- А я вообще проста, как пряник. И хорошо знаю, что мне требуется для
счастья. Ладно, а теперь ведем себя так,
словно воображаемые любовники уже зовут нас под венец!
С этими словами она вытаскивает из-под кровати лас-вегасское издание
"Желтых страниц".
- Для начала подберем себе свадебные платья!
От названий бутиков и салонов рябит в глазах. Самые прикольные мы
зачитываем вслух, а потом начинаем, давясь от
хохота, сочинять собственные. У меня все еще сосет под ложечкой всякий раз, как
вспоминается Зейн; боюсь, как бы поход
за свадебными нарядами не превратился в фунт соли на открытую сердечную рану. Но
Иззи убеждена, что мы поступаем
конструктивно, и я не хочу сбивать ее настрой: в конце концов, первый раз на
моей памяти она заинтересовалась духовными
материями. Вот почему, собрав в кулак весь свой фальшивый энтузиазм, я говорю:
- Отличная мысль! Это вроде упражнения по визуализации: если мы увидим
себя в подвенечных платьях, то сможем
вообразить и всю сцену свадьбы.
- Вот увидишь, у нас все получится! - не менее бодро отвечает Иззи. - Мы
обязательно выйдем замуж! И всех
потрясем!
Если у нас и вправду что-нибудь получится, больше всех буду потрясена я
сама.
- Вот он! - кричу я водителю.
Такси останавливается напротив "Королевской свадьбы". Я протягиваю
таксисту бумажку в десять долларов. Он
загадочно улыбается и говорит:
- Увидите Синди, скажите, что Дерек-таксист ей привет передает, ладно?
- Ладно! - обещаем мы и, выйдя из машины, изучаем витрину.
- Сколько купидонов "поместится на кончике иглы? - как бы про себя
спрашивает Иззи.
Насчет иглы не знаю, но в витрине их МНОГО! Амурчики всех видов, сортов,
цветов и размеров: белоснежные,
розовые, золотые, скульптурные и рисованные, пухленькие и худенькие - и все
вертятся вокруг роскошного одинокого
платья со сверкающей лентой через плечо. На ленте написано: "Новинка месяца!", а
на табличке ниже "Детали узнаете
внутри".
- За такое платье и умереть не жалко! - замечает Иззи, взором знатока
окидывая экстравагантное творение из
органзы неизвестного модельера. - Ну что, так и будем стоять или все-таки
войдем?
Иззи толкает дверь, и мне вдруг становится не по себе, словно примерка
платья - чересчур рискованный шаг. Как
будто я беру на себя обязательство, которое нельзя не выполнить. А что, если нас
увидит кто-то из знакомых? Должно быть,
я почувствую себя не лучше тайного трансвестита, застигнутого женой перед
зеркалом в кружевных трусиках.
Хватит ли у меня смелости объявить всему миру: "Хочу замуж"? Дома,
прогуливаясь в одиночку по Эксетер-Хайстрит,
я частенько останавливалась перед витринами свадебных салонов и с тайным
удовольствием рассматривала
выставленные там платья. Но то - вечером, после закрытия; а днем я проходила
мимо этих магазинов крадучись, как вор, и
не смела глаз поднять на вывески. О том, чтобы туда зайти, и речи не было. Мне
казалось, в такие места пускают только
избранных и, чтобы войти в этот рай, нужно предъявить доказательства своей
принадлежности к узкому кругу счастливиц.
- Ваши документы! - рявкнет на входе гестаповского вида охранник. - Какие
документы?
- Разрешение на брак, справка из церкви и отпечатки пальцев священника,
проводящего церемонию!
Нет, свадебные салоны - не для меня. Колокольчик возвещает о нашем
прибытии, и мне хочется бежать куда глаза
глядят. Что мы здесь делаем? Просто смешно! Продавщица, разумеется, мигом нас
раскусит. "Жалкие самозванки! - скажет
она. - Покиньте сей храм и идите смотреть по видику "Помолвку Мюриэл" - большего
вы не достойны!"
- Подождите, девочки, через минуту выйду! - доносится из-за каскада вуалей
бодрый женский голос.
Мне представляется матрона почтенного возраста с подушечкой для булавок в
руке и сантиметром на шее. Она
посмотрит на Иззи и скажет.- "Душечка, белое сейчас не в моде". А потом
посмотрит на меня и скажет: "А вы, должно
быть, подружка невесты?"
Я провожу рукой по сложному переплетению искусственных волокон.
- Вот о чем всегда мечтала, - бормочу я, - платье, которое не липнет к
телу даже в сорокаградусную жару.
- Привет шестидесятым! - улыбается Иззи, указывая на другое платье -
богато расшитое жемчугом, с массивными
подплечниками.
- Посмотри-ка вот на это, со шляпкой и кружевным зонтиком! Это уже
сороковые! - Я перевожу взгляд на
следующее. - И это ничего...
- Если собираешься танцевать фламенко, - морщится Иззи.
- Помнишь, как Пола Йейтс венчалась с Бобом Гелдофом в алом? - говорю я,
заметив платье, расшитое красными
розами. - Надин была в шоке, а я восхищалась ее смелостью, но думала, что я бы
никогда на такое не отважилась.
- Ну нет, - возражает Иззи. - Выходить замуж надо в белом или в кремовом -
иначе какая же это свадьба?
- Мама всегда говорит, что у белого дешевый вид. Но кремовое может
выглядеть просто-напросто несвежим... -
вслух раздумываю я.
- Значит, наш выбор - слоновая кость! - заключает Иззи и вдруг поднимает
глаза к небу и шепчет: - Не могу
поверить, что мы ведем такой разговор!
Мы проходим через секцию экслюзивных платьев. Мое внимание привлекает
узкий атласный корсет с полупрозрачной
юбкой-колоколом, расшитой жемчугом. В это платье я влюбляюсь с первого взгляда:
при взгляде на него выплескиваются на
поверхность все подспудные девичьи мечты!
- Я хочу, - шепчу я, - чтобы у него перехватило дыхание, чтобы на глаза
его навернулись слезы, когда он увидит,
как я иду к алтарю.
Иззи ухмыляется.
- Ну, мои мечты скромнее: я хочу, чтобы при взгляде на меня у него вста...
- Извините, что заставила вас ждать!
Мы поворачиваемся. Перед нами стоит хорошенькая блондиночка в младенческирозовом
мини-платье, на
"платформах" и с совершенно невероятным силиконовым бюстом.
- Привет! Меня зовут Синдерелла, для друзей - Синди.
Новая версия сказки о Золушке - для взрослых. Ну и размер! Таких грудей я
в жизни не видывала! Представляю, как
пялятся на нее мужики!
- Присмотрели себе что-нибудь? - спрашивает она, словно не замечая наших
потрясенных взоров, - привыкла,
должно быть.
Мы сглатываем и пытаемся восстановить самообладание.
- Кто из вас выходит замуж?
- Обе! - объявляет Иззи.
- Правильно! - бодро подтверждаю я, следуя советам "Космополитена". - У
нас двойная свадьба!
- Здорово! - восторгается Синди. - А парни ваши тоже дружат?
- М-м... да нет, они еще не встречались! - слышу я свой собственный голос.
- Не-а, - подхватывает Иззи. - У нас такое сумасшедшее расписание! Двойная
свадьба станет для них сюрпризом!
- А когда? - интересуется Синди, наклонив голову. В ушах у нее
покачиваются маленькие купидончики. Мы с Иззи
переглядываемся.
- Где-то в течение ближайших двух недель.
- Так вы еще не назначили дату?
- Да нет, решили сначала проработать кое-какие детали.
Наступает короткое настороженное молчание.
- Ладно, оглядитесь и, если вам понадобится помощь, дайте мне знать.
Она удаляется, а мы смотрим ей вслед.
- Как ты думаешь, - шепчет Иззи, - задница у нее тоже силиконовая?
- Простите, что вы сказали? - оборачивается Синди.
- Я, э-э, просто хотела узнать, - я выступаю вперед, изображая серьезную
покупательницу, - нет ли у вас платьев
под старину?
Золушка нашего времени округляет небесно-голубые глаза.
- Вы хотите сказать, для пожилых?
Ох уж эти американцы - не понимают английского языка!
- Джейми увлекается прошлым веком, - приходит мне на помощь Иззи.
- Ах да, конечно! - От смущения Синди становится одного цвета со своим
платьем. - Вот такое, например?
Она указывает на платье в имперском стиле - без рукавов, с завышенной
талией и золотистой каймой по подолу,
напоминающее о героинях Джейн Остин.
- Именно, - киваю я. - Четырнадцатого английского размера у вас, наверно,
нет?
- Сейчас посмотрю...
Взглядом знатока она пробегает по вешалкам, время от времени оборачиваясь,
чтобы заметить, что, по ее мнению, мне
подойдет.
- Вот это - просто идеально к вашим волосам. Посмотрите, какой абрикосовый
блеск!
- Ну, может быть... - Не люблю абрикосов.
- Хотите примерить?
У этой Синди такой зазывный голос, что любое ее предложение кажется
непристойным.
- Да вы посмотрите, сколько здесь крючков и петелек! - пугаюсь я.
- Не волнуйтесь, все застегнем!
Я протягиваю руки, Синди вручает мне охапку шифона с абрикосовым блеском.
- Так, теперь вами займемся! - поворачивается она к Иззи.
- А есть у вас какие-нибудь сексуальные штучки? - интересуется та.
У Синди загораются глаза - узнает, должно быть, родственную душу.
- Предпочитаете минимализм или романтику?
- Минимализм лучше.
- Знаю одну вещь - как раз для вас! Но она в другом магазине, для шоугерлс.
"Пятый элемент" видели?
- Неужели платье из веревочек? - восторженно ахает Иззи.
Синди широко улыбается и кивает. Мне вспоминается вечный сюжет мыльных
опер: встреча сестер, разлученных во
младенчестве.
- Вокруг тела - несколько белых кожаных ремней, - объясняет Синди, жестами
показывая на себе, как это
выглядит. - Держится прочно - не свалится; но выглядит... От вас никто глаз не
оторвет - будут смотреть и ждать, не
покажется ли сосок!
Мне вспоминается земляничный топик и цыплячьи грудки; но Иззи идея
нравится.
- Когда можно будет его примерить?
- В том магазине сейчас работает моя подруга Лейла. Если вы согласны
полчасика подождать, я звякну и попрошу,
чтобы она занесла платье сюда.
- Отлично! - радуется Иззи.
- Давайте обмерим вас, и я ей позвоню. - Здорово! - Иззи себя не помнит от
счастья.
Синди берет пустую вешалку, с моей помощью натягивает на нее абрикосовое
безумие и прибавляет:
- Если заметите что-то еще, что хотели бы примерить, повесьте сюда же. А
мы сейчас вернемся. Желаю приятно
провести время!
Лучше бы пожелала мне тело, для украшения которого достаточно прикрыть
неприличные места!
По обе стороны от меня тянутся стойки с вешалками. Платья, платья, платья.
Без рукавов, без спины, без бретелек, без
вкуса. Мне бы что-нибудь по-старинному роскошное, что скроет мои недостатки, но
при этом заставит будущего мужа
задуматься о брачной ночи и кровати под балдахином. Одно - элегантное, атласное,
с глубоким узким вырезом - очень
похоже на свадебное платье моей матери. Ребенком я неизменно им восхищалась: в
особенный восторг приводили меня
прилагавшиеся к нему перчатки до локтей - которые, правда, на мне смотрелись как
на корове седло, поскольку у меня
даже в детстве руки были больше и грубее маминых. Я с нетерпением ждала дня,
когда наконец вырасту, обрету грудь и
смогу заполнить собой это платье. Но в подростковом возрасте игры с
переодеваниями сами собой прекратились; а потом в
один прекрасный день я обнаружила, что безобразно растолстела и упустила свой
шанс. На Надин, разумеется, платье сидит
безупречно. После возвращения Кристиана мне стало казаться, что в этом
заключается некий знак судьбы.
Если в визуализации и впрямь что-то есть, неудивительно, что Надин нашла
жениха раньше меня. Она к этому
готовилась с детства. Я обклеивала комнату поп-звездами в натуральную величину -
Надин же ни одному постеру не
позволяла портить нежно-пастельные обои. Войдя к ней в комнату, вы первым делом
замечали бесконечные свадебные
журналы, расставленные на книжных полках, словно тома классиков. С любимых
страниц Надин снимала копии и вклеивала
на место лица-свою фотографию, чтобы проверить, как на ней будет смотреться то
или иное платье. Если рядом с невестой
стоял жецих, Надин приделывала ему лицо приятеля или своего идеала - Гэри Барлоу
(надо ли продолжать?).
Как вы понимаете, в том, что Надин выйдет замуж, никто не сомневался. Это
было очевидно, как то, что солнце
всходит на востоке. Но полной неожиданностью явилось то, что ее грядущая свадьба
затронула и меня. И не просто
затронула, а перевернула всю мою жизнь.
Я заглядываю в отдел "для мужчин". Смокинги, смокинги, смокинги. Быть
может, как раз сейчас с Кристиана снимают
мерку. Что, если я снова займусь визуализацией - воображу, как он идет к алтарю
со мной? И тут меня осенило. Может
быть, с Зейном ничего не вышло, потому что на самом деле я предназначена для
Кристиана? В самом деле, надо купить
платье - на всякий случай.
Я возвращаюсь к тому, что с корсетом, отвожу взгляд от таблички с ценой и,
поколебавшись, снимаю его с вешалки и
несу к зеркалу. Прикладываю к себе, смотрю.
В самом деле, в свадебных платьях есть что-то волшебное. У меня мгновенно
поднимается настроение. Правильно
сделала Иззи, что притащила меня сюда! Теперь я мечтаю только об одном - чтобы
новые фантазии не повторили судьбу
старых. Ах, если бы кому-нибудь удалось меня убедить, что мечты сбываются - хотя
бы иногда!
За спиной у меня из ниоткуда возникает Синдерелла и шепчет:
- Да, в таком платье стоит ехать на бал!
Последние полчаса Синди и Иззи заняты впихиванием меня в самые
разнообразные платья - от набора веревочек,
которые Синди деликатно назвала "откровенным нарядом", до корсета на косточках,
в котором я грохнулась в обморок.
Никогда не случалось падать в обморок на вечеринках? Вы глубоко вдыхаете,
а в это время какой-нибудь вероломный
друг подходит сзади и заключает вас в медвежьи объятия. Перед глазами все
чернеет. Через минуту или две приходите в
себя. Там, откуда я родом, это считается удачной шуткой. Кажется, это
костоломное платье устроено по тому же принципу.
Один плюс: наденешь такую броню - и никакие стрелы Купидона не страшны!
- Ну, как ты себя чувствуешь? - спрашивает Синди.
- Отлично! - отвечаю я, допивая "Спрайт".
Лимонадом я спасаюсь от всех бед. Мама моей подруги Аманды уверяет, что
для увеличения лечебного эффекта из
"Спрайта" следует выпустить весь газ и пить теплым; но сейчас подойдет и ледяной
- прямо из автомата.
- Лейла скоро будет здесь, - обещает Синди, вешая на место последнее
отвергнутое платье. - Странно, что ее до
сих пор нет; может быть, не может поймать такси?
- Да, кстати! - вспоминает Иззи. - Таксист Дерек передает тебе привет!
- Боже, как он меня достал! - морщится Синди. - Приставал к вам?
- Нет, но он же вез нас в свадебный салон...
- До сих пор это его не останавливало! - ворчит Синди. - Когда он водил
прокатный лимузин, то заигрывал с
невестами по дороге в церковь! И пару раз добивался успеха. Не зря говорят, что
невеста в день свадьбы лишается рассудка,
- вздыхает она. - А я лишилась покоя, когда он выяснил, где я работаю. Дневал и
ночевал в магазине, пока мы ему не
объявили, что сменили маркетинговую политику и отныне обслуживаем только женщин.
- А где ты с ним познакомилась?
- На другой работе. Он - мой бывший клиент.
Мы с Иззи обмениваемся взглядами, означающими: "Так-так, где же это она
работает?".
- Не там, где вы подумали, - успокаивает нас Синди. - Три вечера в неделю
я выступаю в клубе "танца на
коленях". Никакого секса - все на глазах у публики.
- Просто раздеваешься и вертишь бедрами? - таким же деловитым тоном
интересуется Иззи.
- Ну да. Классное местечко, кстати. Правда-правда. И платят хорошо.
- А почему же ты работу в магазине не бросишь? - спрашивает Иззи.
- По семейным обстоятельствам. Я приехала сюда из Мэриленда специально,
чтобы продавать свадебные платья;
если уйду с работы, предки начнут задавать слишком много вопросов. И потом, мне
здесь нравится. А вторую зарплату я
коплю, чтобы отправиться в путешествие на полгода. Хочу объехать всю Америку.
Немножко пожить так, как хочется. -
Она пожимает плечами.
- Мне всегда было интересно, на что похожи эти клубы эротических танцев? -
признается Иззи.
- Хочешь посмотреть?
- Нет! Что ты, Иззи! - протестую я.
- Почему нет? - удивляются они хором.
- Ну, это будет выглядеть странно... и вообще, разве туда пускают женщин
без мужчин? - спрашиваю я.
- Конечно! - ободряет нас Синди. - Можете даже заказать танец для себя!
Многие наши девушки предпочитают
иметь дело с женщинами.
Иззи уже рвется в бой. Мне, как ни странно, тоже любопытно посмотреть.
- Если сегодня вы не заняты, приходите вечерком, - продолжает Синди. - Я
нарисую план, как к нам идти, - это
недалеко от вашего отеля. Клуб называется "Щекотка". Приходите часам к десяти,
спросите Синдереллу, и меня найдут.
- Тебя действительно так зовут? - удивляется Иззи.
- Веришь или нет, это настоящее имя. Хотя днем я предпочитаю зваться
Синди.
Дверной колокольчик возвещает о прибытии Лейлы. Судя по красным кожаным
шортам в обтяжку, огненном топелифчике
и сапожкам на каблучках, она, вполне вероятно, трудится в том же клубе,
что и Синди.
- Ну как? - спрашивает Лейла, войдя в магазин и делая перед нами пируэт. Я
замечаю, какие у нее мускулистые
ноги. Точно, тоже танцовщица! - Специально надела, чтобы тебе показать! Одна
незадача - в машине шорты приклеились
к сиденью!
- Круто! - одобряет Синди. - А функциональная молния есть?
Легким движением руки Лейла расстегивает шорты: они падают на пол, и нашим
взорам предстают мини-трусики с
блестками.
- Трум-ту-ру-рум!
Мы оборачиваемся как раз вовремя - успеваем заметить, как две дамы, судя
по всему, мать и дочь, с ужасом на лицах
несутся прочь от магазина.
- Боже мой! Неужели опять? Прости, Синди! - кается Лейла.
Синди в ответ только смеется и представляет нас.
- Это Иззи, которая любит сексуальные наряды, а это ее подруга Джейми.
Мы пожимаем Лейле руку, надеясь, что она все-таки оденется. Вместо этого
она наклоняется и начинает копаться в
сумке. Ягодицы у нее потрясающие - круглые и твердые, словно две мотоциклетные
каски. Я замечаю, как Иззи украдкой
щупает свои собственные и вздыхает.
Наконец Лейла достает искомую Вещь. Выглядит Вещь не слишком
привлекательно - что-то вроде набора бинтов
для мумии.
- Это надо мерить! - ободряет нас Синди и уводит Иззи в примерочную.
Лейла, очевидно, не нуждается ни в кабинке, ни в шторе. Она скидывает топ,
вытряхивает из сумки цветастое платьице
в стиле сороковых годов, сует ноги в бальные туфельки на плоской подошве,
стягивает копну волос в хвост на макушке -
все, готова идти танцевать свинг.
- Так-то лучше! - улыбается она и усаживается на табурет возле прилавка.
- Ты работаешь в том же клубе, что и Синди? - спрашиваю я; не зная, что
еще сказать.
- Ага! Местечко - отпад!
- А ты всегда была... э-э...
- Стриптизеркой? Да нет. В Вегас я приехала, чтобы выступать в большой
шоу...
- Так ты была шоу-герл! - в изумлении перебиваю я.
- Ну да. Плюмажи до потолка, тюрбаны с блестками, макияж, как у Джоан
Коллинз, - все как полагается!
- Просто сказка! - изливаюсь я. - Почему же ты оттуда ушла?
- Из-за денег. Не скажу, что танцовщицам мало платят, но в "Щекотке" я
могу заработать штуку за ночь. Нас,
чернокожих, там только две, и на нас большой спрос.
- Но... - Не могу найти подходящих слов.
- Думаешь, я деградирую? Ничуть. Я всегда была немножко эксгибиционисткой,
так что такая работа мне по душе!
- А трудно найти приятеля, который не возражает против этой работы? -
спрашиваю я и тут же извиняюсь: -
Наверно, подобные вопросы у тебя уже в зубах навязли...
- Да нет, спрашивай на здоровье. Пока что мне никакой приятель не нужен. Я
уже побывала замужем - больше не
хочу.
- А Синди замужем?
- Еще чего! Она мужиков с ума сводит. - тело классное плюс талант
сладеньким голоском говорить
непристойности. Все как один воображают, что в душе она милая домашняя девочка.
И месяца не проходит, чтобы она от
кого-нибудь не получила предложение руки и сердца.
- И ни разу не было искушения согласиться?
- Она не верит мужчинам, - объясняет Лейла, закуривая сигарет с ментолом.
- Боится, что муж запрет ее в сундук
и заставит рожать каждый год по ребенку. Она ведь самостоятельнее, чем кажется.
...Закладка в соц.сетях
