Жанр: Любовные романы
Дневник деловой женщины
...двинусь с места без твоего
согласия поужинать со мной завтра, — говорит Лайам.
Послушайте только — я и мои принципы по поводу мужчин с работы! С трудом
сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться, иначе рискую свалиться на пол от смеха.
Глядя на щеки Джоан — надутые, цвета спелой вишни, понимаю, что она тоже
едва контролирует себя.
И не важно, что Сет занимает в моем сердце огромное место. Лайам так
привлекателен, что дух захватывает, и мне не нужно ничего о нем домысливать.
Я имею в виду, что он полностью отвечает пункту контрольного списка о
британском происхождении (нет необходимости притягивать в качестве
доказательства упоминание рыцарей в разговоре). Снова чувствую, как внутри
все сжимается от предвосхищения встречи с Лайамом, так что на этот раз совет
Джоан оказался очень кстати: мне действительно необходим мистер Прямо
Сейчас.
А моя подруга снова выручает меня:
— Лейн! Ты, кажется, говорила, что мероприятие на завтрашний вечер
отменили? Помнишь?
— Да, именно так. Все отменили. Я обожаю тебя, вернее, не возражаю провести этот вечер с тобой.
Итак, пусть Сет подождет. У меня впереди еще целых два месяца! А Лайам
улыбается, и даже здесь, в неярком свете, его глаза мерцают — эффект просто
потрясающий! Затем он берет мою руку, неторопливо и нежно целует ее и
говорит:
— Давай встретимся в
Суши самба
в восемь вечера? Боюсь, что не
справлюсь с дыханием и не смогу вымолвить ответ. Но происходит чудо, и я
отвечаю:
— Согласна. Жду с нетерпением. Замечательно.
Я — детская песенка на ножках:
Брикли, бракли, брок — Лейн, замолчи, засунь
себе в рот носок
.
Лайам прощается с Джоан и тоже подносит ее руку к губам, но делает это
гораздо быстрее, чем в моем случае. Поверьте мне, я за ним пристально
наблюдаю.
— Приятно было познакомиться, — откланивается он и собирается уходить.
— Счастливо.
Со спины этот мужчина выглядит так же идеально — его плечи так широки, что,
кажется, на них можно устроиться на неспешный пикник. И еще под пиджаком я
вижу часть его потрясающей круглой задницы. От этого вида я распаляюсь
настолько, что на мне можно поджаривать яйца. Сет? А кто это?
— Вот черт, — слышу я комментарий Джоан. Наверняка она тоже увидела
Лайама со спины.
— Хватит глазеть на задницу моего мужчины, — резко одергиваю ее и всем
своим видом демонстрирую, что мое — все самое лучшее. — Помнишь, ты
говорила, что, имея своего парня, нельзя претендовать на еще одного.
— Но я ведь просто смотрю, — оправдывается Джоан и поднимает руку,
словно защищаясь. Она выглядит несчастной.
— Ну как? Разве он не самый сексуальный мужчина во всей Вселенной? —
спрашиваю я. Этот вопрос не требует положительного ответа — он скорее повод
поговорить, и начинать обсуждение нужно именно с этой мысли. Теперь, когда
появилась реальная тема для разговора, ничто не сможет остановить меня.
— Эти глаза, — говорит Джоан с отсутствующим выражением.
А я продолжаю ее мысль:
— Эти губы, этот зад, этот акцент...
— Хорошо, хорошо. Я получила полное представление, — перебивает меня
Джоан. — Но... — продолжает она, и мне совсем не нравится звучание этого
слова.
— Но ты и понаставила себе капканов! Ты бы лучше подумала, как будешь
заканчивать материал теперь, когда он считает, что ты постоянно пишешь для
Космополитен
.
Ну все, с меня достаточно этих постоянных напоминаний о реальности. Похоже,
канал Си-эн-эн — только плохие новости, без перерыва.
— Ты что же, считаешь, меня это ни капельки не волнует? Не нужно
усугублять ситуацию.
Извиняющимся тоном (с ужасом) Джоан говорит:
— Ладно, ладно, успокойся. Только смотри не втрескайся до умопомрачения
— ты ведь его совсем не знаешь.
— Да перестань, я знаю то, что нужно: он мистер Прямо Сейчас! Разве не
ты предлагала найти мужчину, который не имеет отношения к моей работе, и
спать с ним время от времени? Ты знаешь, как это бывает. Я и думать про него
уже забыла.
* * * Несмотря на то что я сказала Джоан, в такси по пути
домой мои мысли крутятся вокруг Лайама. Я думаю о нашей встрече следующим
вечером (что надеть, как похудеть фунтов на двадцать, в каком журнале была
статья о суточной водной диете). Еще меня поразило, что магнат-издатель из
Великобритании предложил мне писать для американской версии его журнала
только потому, что я сотрудничаю с одним из самых известных изданий. Хотя
там, гм, еще не было опубликовано ни одной моей статьи!
Не стоит больше думать об этом человеке. Во-первых, потому что он не
работает в моей компании и соответственно никак не подходит на роль Эм-энд-
Эмс. Но ведь если мы в итоге безумно полюбим друг друга и начнем вместе
работать для
Бьютифул
, это будет просто потрясающе. Мы станем вдвоем
ходить на разные мероприятия для прессы, наши фотографии сделает сам Патрик
Макмаллен. Корреспонденты модных журналов будут спрашивать, одежду от какого
дизайнера я ношу, а когда мы с Лайамом одновременно ответим
от Гуччи
, все
весело засмеются. Мы свергнем Анну Винтур с престола, и, получая премию за
лучший женский журнал от Ассоциации издателей, Лайам наверняка скажет
Я не
смог бы достичь таких успехов, если бы не Лейн — любовь всей моей жизни
.
Вот оно какое — мое будущее!
7
ОДИН ЧУДЕСНЫЙ ВЕЧЕР Я вышла с работы в великолепном настроении
. Мне
предстояли экспедиция по магазинам в поисках маленького черного платья и
укладка от чудо-парикмахера, бесплатно в обмен на маникюр (в близлежащем
салоне, о котором я когда-то писала), — в общем, следовало полностью
привести себя в порядок перед свиданием. Я решила послушать Свена и выбрала
простое черное платье на бретельках, которое эффектно подчеркивает мои плечи
и спину — части тела, на которых у меня никогда не бывает лишнего жира.
После некоторого сомнения по поводу туфель из крокодиловой кожи для этого
наряда я не смогла устоять перед их элегантностью и примерила пару. Затем
изучила свое отражение в зеркале — под нужным углом, слегка выгнув назад
шею, что сделало меня похожей на Одри Хепберн в шикарном эпизоде фильма
Завтрак у Тиффани
, где она приходит на прием. В итоге я еще надела
коричневые бусы, и оказалось, что они прекрасно гармонируют с обувью и
дополняют ее.
— И где же этот Расти Тролер? — спрашиваю я у зеркала, подражая
известной актрисе.
Ну что ж, очень даже неплохо.
Лайам пришел раньше. Правда, может быть, это я немного опоздала. Я могла
потерять счет времени, пока, стоя перед зеркалом, поднимала волосы, пытаясь
понять, идет ли мне высокая прическа, и с выражением цитировала фильм:
Фред, ради твоих денег я готова выйти за тебя замуж в любой момент
. Но,
честно говоря, я задержалась не только из-за прически. Меня продолжали
мучить сомнения по поводу туфель, и я панически испугалась, что какая-нибудь
супермодница обратит внимание на мой промах и я буду унижена во время
первого же свидания. Я то направлялась к выходу, уверенная, что не ошиблась
с обувью, то возвращалась, решив, что выбор ужасен, — и так до тех пор, пока
не подошло время моей встречи в ресторане с Лайамом. И хотя пешком можно
было дойти минут за пять, я пулей влетела в такси, сжимая большую сумку с
простыми черными лодочками на случай, если я все-таки почувствую себя
неуверенно в крокодиловых туфлях. Затея с такси стоила мне пять долларов и
кучу нервов, потраченных в пробке на Парк-авеню. Наконец добираюсь до места
и вижу — Лайам сидит у барной стойки и потягивает виски.
— Сногсшибательно, — говорит он, увидев меня. — Просто божественно.
Потом наклоняется и целует в щеку, так близко к губам, что во мне тут же
возникает желание отдаться сразу, не сходя с места. Пытаюсь избавиться от
призрака Элли Макбил, возникшего у меня в голове, а он спрашивает:
— Как сегодня дела у нашего неподражаемого автора?
— Великолепно, просто замечательно, а твои? — Замечаю, что, как и он,
повышаю голос в конце фразы.
— Я покорил мир, переделал массу дел и даже успел позаниматься в
спортзале. Все как обычно?
— Да, конечно, — отвечаю я, думая, что сегодня преуспела не меньше: у
меня трижды спросили телефон, пока мы с Тиффани ходили в кафетерий (это ли
не покорение мира?); я не потеряла день, придумав, как правильно отказать
Сету (распродажа образцов в интернет-магазине). Правда, была настолько
занята подготовкой к свиданию, что не хватило времени на спорт. Хотя этот
пункт также можно считать выполненным, потому что героиня книги, которую я
сейчас читаю,
Джемайма Дж.
, занималась сегодня за нас двоих в прочитанных
мной с утра главах. Это тоже идет в зачет, ведь в противном случае мне
придется постоянно втягивать в себя живот.
Нас подводят к столику, и Лайам устремляется к моему стулу, чтобы отодвинуть
его и помочь мне сесть. Впервые в жизни мужчина так ухаживает за мной. Я и
не думала, что кто-то еще способен на подобные поступки. Обычно мужчины
цитируют лозунги феминисток и считают их прекрасным предлогом, чтобы не
вести себя по-рыцарски. Я уверена, борьба женщин за равные права будет
развиваться по такому сценарию — сначала право голоса, потом женщина-
президент, а затем нам перестанут открывать дверь и пододвигать стул.
И все же я не настолько наивна! Поверьте мне, уж я-то знаю: если парень
делает вид, что его интересует не только секс, это совсем не значит, что так
оно и есть. Но я не буду сейчас забивать себе этим голову, ведь сегодня у
нас только первое свидание, и еще не скоро проявятся все недостатки и
грязные намерения. А с другой стороны, каким бы чудесным ни был мужчина
(это, конечно, не относится к такому классному парню, как Лайам), вдруг
оказывается, что он плохо целуется и, хуже того, ни на что не способен в
постели. Как будто мне от этих отношений нужно еще что-нибудь, кроме секса!
Пребываю в блаженстве от первого свидания и, когда Лайам привычным жестом
пододвигает мне стул, разрешаю себе глубоко вдохнуть запах его одеколона —
он заставляет сердце трепетать в груди. Одного этого запаха достаточно,
чтобы лишить женщину чувств, если в жизни (а не только в романах и сериалах)
это вообще возможно.
— Ты часто здесь бываешь? — интересуюсь я, заинтригованная тем, что он,
хотя и не живет здесь, знает лучшие рестораны города.
— Я знаком кое с кем из его владельцев. Деловые связи. Обычно у парней,
с которыми я встречаюсь, есть знакомые официанты, но владельцы... Это что-то
новенькое. И я тут же представляю, как лечу на побережье, трудно сказать
какое именно, но о нем часто говорят:
Я отправляюсь на побережье
.
На мне черные очки в стиле Джекки Онассис и жемчужное ожерелье.
И действительно, Лайам знает всех в этом ресторане, от официантов до шеф-
повара в большом белом колпаке, который подходит узнать, как нам понравились
суши, и затем присылает еще несколько блюд на пробу.
Я ощущаю себя знаменитостью, ну или по крайней мере знаменитостью в моем
представлении. Меня немного волновало, о чем мы, люди из таких разных
общественных слоев, будем разговаривать. Дома я даже подготовила небольшой
список тем (вопросы о работе, ресторанах, избыточная коммерциализация в
современном мире), но, как оказалось, все мои старания были напрасны. Лайам
умный и веселый человек, поэтому прекрасно ведет беседу.
Мы заказываем фирменное блюдо — фруктовый коктейль, и Лайам поднимает бокал.
— Пожелаем голубому и розовому содержимому этих бокалов оставаться на
своем месте и не попадать на мой пиджак, — говорит он и обворожительно
улыбается.
— Давай выпьем за это, — отвечаю я, подражая британскому акценту и изо
всех сил стараясь выглядеть сексуально. Пытаюсь разобраться с обилием
фруктов, соломинок и примитивных палочек для размешивания, торчащих во все
стороны из моего бокала. Что касается Лайама, он справляется с коктейлем со
сверхъестественной ловкостью: аккуратно достает соломинку, надавливает на
фрукты, чтобы они погрузились глубже, и спокойно кладет палочку для
размешивания на стол. Интересно, а какие трюки он может проделывать с
застежками, шнуровкой и завязочками, которых так много на моем белье?
— Лейн, что ты не любишь из еды? — спрашивает Лайам, изучая меню. —
Блюда здесь рассчитаны на двоих.
Я уверяю, что всеядна, потому что боюсь оплошать в отношении суши. Такое
впечатление, что в жизни есть два типа людей — те, что с удовольствием едят
кожу угря и считают слово
жирный
милым прилагательным из области
кулинарии, и другие, предпочитающие вареное мясо краба с авокадо. А я
понимаю, насколько важно, чтобы вкусы людей совпадали. Поэтому ради
идеального свидания готова забыть о нелюбви к покрытым слизью морепродуктам.
Официант возвращается, и Лайам делает заказ: несколько роллов из разных
обитателей моря, и мне остается только гадать, как долго они томились в
темных глубинах. Но я улыбаюсь, как будто нам сейчас принесут десять фунтов
икры и горячие блины. Время от времени слышу знакомое слово — моццарелла, и
радуюсь, что в блюдах будет хотя бы один известный мне ингредиент.
— А теперь расскажи мне о Лейн Силверман, — просит Лайам, и я
оказываюсь на грани сердечного приступа, думая, что разговор пойдет о работе
и мне придется выкручиваться весь вечер, но тут он добавляет: — Только не
говори мне о журналистской карьере и полученных наградах. Наш ужин сегодня
не связан с работой.
Мне удается сделать вдох — признак того, что на этот раз я не попала в
эпицентр шторма и выжила. Приятно думать, что впереди тебя ожидает общение
без разговоров о делах, журнале
Космополитен
и Эм-энд-Эмс. Мне это кажется
вполне осуществимым, ведь с этим человеком я чувствую себя все комфортнее. А
раз так, нужно начать разговор посексуальнее, и я пытаюсь придумать что-
нибудь интригующее.
Оглядываюсь в поисках подходящей темы и вижу вокруг множество элегантных
женщин с идеально прямыми волосами, сумочками от известных дизайнеров, по
форме напоминающими багеты; мужчин в рубашках с накрахмаленными воротниками
и джинсах, состаренных рукой профессионала, или свежевыглаженных брюках. Да
уж, не особо вдохновляющий предмет для беседы. Но вот за столиком в углу я
замечаю целующуюся пару.
И начинаю в стиле телевизионных шоу:
— Ну, например, я люблю долгие прогулки по пляжу с поцелуями при луне и
водные виды спорта.
Как у людей, говорящих подобную чушь, может что-то получаться в отношениях?
— Боже мой, не могу поверить! Даже не мечтал, что мы так идеально
подойдем друг другу, когда встретил тебя у барной стойки, вернее, твой бокал
встретил мой пиджак под стойкой бара. — Удивленно поднимает брови. — Значит,
еще ты должна любить развлечения, общение и, — глубоко вздыхает, — собак. —
Лайам сентиментально прижимает ладонь к сердцу, ожидая ответа.
Неужели участники английских шоу так похожи на нас, американцев? Я почти не
сомневалась, что жители этой страны любят тосты, послеобеденный чай и
королевскую семью. Видно, правильно говорят, что люди всегда остаются
людьми, где бы они ни жили.
— Так и есть! Нас, похоже, свела сама судьба! Еще я ненавижу играть в
игры, классно целуюсь и у меня идеальная фигура. Ищу человека, готового
остепениться и создать семью. — Меня вдруг охватывает паника. Вдруг Лайам не
поймет, что я пошутила, и примет меня за полную дуру, которая хочет
захомутать какого-нибудь парня и использовать для реализации мечты о
сказочной жизни.
Но я ведь совсем не такая! Я прекрасно знаю, что мужчина — это живой человек
со своими мыслями и чувствами, а не простой монтаж из любимых киногероев,
который можно в любой момент включить и посмотреть в мире грез. (Хотя если
взять Брэда Питта, скрестить его с Беном Аффлеком, добавить капельку от
Джона Кьюзака — мог бы получиться просто потрясающий экземпляр.) Нет, все же
мне еще рано думать о детях!
— Надеюсь, некоторые игры ты все же любишь, — подмигивает он мне. В
другой ситуации я бы решила, что он просто противный приставучий мужик, но у
Лайама это получается необычайно сексуально и он достигает своей цели.
Я снова расслабляюсь, ведь наши отношения дарованы судьбой (шутка), и
понимаю, что сейчас идеальный момент для следующего этапа нашей беседы.
Почти не сомневаюсь, что такого сексуального мужчину, как Лайам, могут
интересовать только чувственные женщины.
— Я очень люблю игры с перьями и теплым шоколадным соусом, — отвечаю я.
— Посмотрим, предлагают ли это здесь в качестве десерта. Я сижу,
положив ногу на ногу, и, сама не знаю почему, постоянно меняю их местами.
Лайам оказался совсем непохожим на других, пожалуй, даже слишком. Поэтому,
когда приносят счет и близится момент расставания, сердце сжимается у меня в
груди. Знаю, что не нужно слишком серьезно относиться к этому свиданию, ведь
я еще плохо знаю Лайама. Я просто не могу дать волю чувствам. Ведь
предполагалось, что этот вечер — всего лишь маленькая проба сил перед
началом серьезной работы по поиску моего Эм-энд-Эмс, которая откроет мне
дорогу к настоящей, с множеством призов и наград, журналистской карьере. К
тому же я никогда не умела правильно прощаться!
Не понимаю, откуда у многих женщин берется хладнокровие, чтобы сразу после
идеального свидания отправляться домой и потом не сожалеть об этом.
Наверное, именно так и нужно поступать — со словами:
Спасибо, все было
просто отлично, но завтра мне нужно рано вставать, поэтому я отправляюсь
спать
. Но решиться произнести эти слова не так просто, как может
показаться. Пока Лайам передает кредитную карточку официанту (он не позволил
мне даже достать кошелек — перехватил мою руку и покачал головой, а у меня
зазвенело в ушах, бросило в жар, потом в холод), я погружена в фантазии о
том, как он, крепко ухватив меня за волосы, нежно покусывает мне ухо. Дело в
том, что большую часть вечера мы говорили о сексе. Это была легкая беседа,
никакой похабщины. Случайная мысль: вполне вероятно, что ваши действия
кажутся вам сексуальными и забавными, но для человека со стороны, или,
правильнее сказать, для одинокой женщины, выглядят грубыми и дешевыми — она
будет ревностно следить за вами, прислушиваться к разговору и таращить
глаза. (Не могу похвастаться, что никогда не была на месте такой женщины.)
Я же, насладившись розовым, оранжевым и зеленовато-голубым коктейлями,
готова прямо сейчас сорвать с Лайама одежду и потребовать большой пакет
шоколада с собой. Особенно после того, как он медленно, ложечка за ложечкой,
кормил меня теплым шоколадным пралине, пока я не съела все до последней
капли. Во время ужина мне казалось, что я снимаюсь в кино, и, как только
Лайам оплатит счет, последует команда
Снято!
и все резко закончится. Мы
поднимемся из-за стола, и Лайам станет неумелым и неуклюжим, способным лишь
на примитивный флирт, а я снова вернусь к своим мечтам. Ведь чудесам нет
места в моей жизни!
Поэтому, когда мы наконец встаем и направляемся к выходу, я абсолютно не
представляю, что будет дальше. С одной стороны, я надеюсь на приглашение на
так называемую (хитро подмигнуть) чашку кофе, за которой следуют обычные в
таких случаях занятия, ну а потом и атака; а с другой — не особо приветствую
такое развитие событий и хочу все-таки видеть Лайама джентльменом, который
не станет собирать все сливки прямо сейчас и перенесет самое сладкое на
другое время. Так поступают, если действительно любят и уважают.
Дурочка, разве у нас впереди так много времени?
— думаю я про себя, или
мне только кажется, что про себя.
— Времени на что?
Боже, я произнесла эту фразу вслух. Наверное, со стороны кажется, будто я
пробуюсь на роль в бродвейской версии фильма
Сибил
.
— А-а... э-э... Прости, я просто посмотрела на часы.
— Торопишься на встречу с другим парнем?
— Естественно. Через полчаса он будет встречать меня около дома.
(Парень — как приятно звучит это слово, я в восторге.)
— Тогда пойдем скорее, я провожу тебя домой, — предлагает Лайам. — Мне
не терпится отправить его куда подальше.
Я знаю, что мы ведем себя, как увлеченные игрой дети, но до чего хороша
идея: мужчина ревнует тебя к якобы существующему сопернику, который будто бы
оказывает тебе знаки внимания. И, несмотря на то, что грубые слова не будут
сказаны, само по себе стремление Лайама убрать с дороги соперника —
прекрасный повод для глубоких размышлений. Погрузившись в них, а также в
бесконечные телефонные обсуждения на ближайшие несколько недель, я в итоге
смогу понять, означает ли эта фраза его желание быть только со мной. Джоан
придется очень быстро перейти ко второму этапу нашего общения, когда она
просто перестает вникать в то, что я ей говорю.
Лайам идет провожать меня до дома, и я немного расслабляюсь, потому что у
меня появилось еще двадцать дополнительных минут на фантазии.
Уверена, сейчас вам очень интересно, что же произойдет дальше. И вы думаете,
окажется ли она стопроцентной
дивой
, готовой к испытанию? Сможет ли после
смеси разноцветных коктейлей устоять перед искушением? Ведь от этого
англичанина просто дух захватывает — он только что фактически занимался с
ней сексом с помощью шоколада; с первого раза понимает плохие шутки в стиле
шоу знакомств; отдает предпочтение фактически несовместимым вещам — ванна с
медными лапами вместо ножек и готовому завтраку из хлопьев
Какао пебблс
(вот это здорово!). Еще у него очень быстрые и ловкие руки, достойные
хирурга, что выяснилось во время его манипуляций с джунглями во фруктовом
коктейле. И ринется ли она, учитывая все вышесказанное, в тот омут, о
котором мечтала весь вечер, ведь в любом случае перед ней стоит задача найти
себе мистера Прямо Сейчас?
Или она поступит как неисправимая мечтательница, абсолютно безнадежная
романтическая натура, и решит остаться загадкой для Лайама до следующего
свидания, хотя прекрасно знает, что появление рядом с ней такого человека
еще больше усложнит ее и так непростую жизнь?
И вот только теперь, когда я голышом удобно устроилась
в кровати, закутавшись в одеяло, и мне тепло и приятно, а на лице сияет
блаженная улыбка, я расскажу о том, что вам так не терпится узнать.
Самым лучшим в нашей прогулке было молчание. Он держал меня за руку и нежно
водил пальцем по моему запястью, и все дома, мимо которых я ходила миллион
раз, не замечая их, в этот вечер казались мне новыми и прекрасными, будто
светящимися изнутри. (Когда же успели посадить эти саженцы? А это кафе с
плетеными креслами — самое очаровательное, разве не так?) Каждое здание
казалось мне по-королевски величественным, а свет в окнах согревал душу.
Мимо проезжали машины, но я их не замечала. А может быть, даже мы шли по
пустынным улицам и каждый фонарный столб, линия на тротуаре, навес и
табличка
Не парковаться!
были предназначены только нам. Обычно я считаю,
что долго молчать нельзя, и глупо пытаюсь заполнить паузы болтовней на любые
пришедшие на ум темы. (Вот, например, одна из них: почему не делают хлеб,
который не крошится, ведь он был бы просто превосходен для сандвичей?)
Но в тот момент молчать было бесконечно приятно. Если бы нас снимала камера,
она наверняка опустилась бы прежде всего вниз — ведь мы шли в ногу, — затем
задержалась на руках, теплых и словно излучающих мерцающее зеленоватое
сияние — проявление наших чувств, а в конце крупным планом показала наши
спины, чтобы продемонстрировать, как постепенно уменьшается расстояние между
нами.
У Юнион-сквер нашу прогулку прервал красный сигнал светофора, и мы медленно
повернулись друг к другу. Лайам смотрел на меня улыбаясь, потом его веки
опустились, и густые ресницы скрыли красивые глаза моего спутника. Меня
бросило сначала в жар, потом в холод, сердце сжалось в груди, и волна чувств
охватила все мое тело — эмоции, свойственные скорее шестнадцатилетним. А
Лайам склонился ко мне, и я ощутила мягкие изгибы и влажное тепло его губ
еще до того, как они соприкоснулись с моими. Я слышала его дыхание —
потрясающе интимный звук — и понимала, что вся дрожу в предвкушении. Наконец
с нежностью перышка, опускающегося на землю, мы коснулись друг друга — и
ощутили колоссальный взрыв чувств (его силу можно сравнить разве только с
размерами
Волшебного королевства Диснея
). Никогда не чувствовала ничего
подобного за двадцать семь лет своей жизни!
Я думала, что не смогу устоять на
...Закладка в соц.сетях
