Жанр: Любовные романы
Дневник деловой женщины
... вы умеете печатать и
задавать вопросы, если не понимаете, правильно ли набрали текст. Если вы не
являетесь ключевым сотрудником в компании, то рутинная повседневная работа
вполне может навести на мысли, что вы не так много стоите. (
Лейн, мне нужен
такой же блокнот, но со спиралью наверху, а не сбоку!
Или:
Пока ты
занимаешься этим, заодно достань все файлы, поставь на них штамп
Зарегистрировано
, затем верни на место в том же порядке за исключением
таблиц, которые нужно перепечатать, шрифт обязательно Курьер нью
, размер
десять!
)
И однажды вы вдруг оглядываетесь по сторонам и не понимаете, почему
ошибочное приобретение скоросшивателей стандартного, а не нового дизайна
теперь вызывает у вас мучительные переживания (и именно в этот момент
начинаете про себя называть начальников именами офицеров Третьего рейха). Вы
постоянно всем рассказываете о том, сколько стоило ваше обучение и какое
количество отличных оценок было получено на выпускных экзаменах. Еще вы
приобретаете плохую привычку размахивать руками, демонстрируя неприличные
жесты, выпив пять или около того коктейлей
Маргарита
во время
счастливого
часа
в каком-нибудь баре.
На сей раз я хотя бы знаю, что возвращаюсь в мир работающих людей с
определенными целями. Пусть я и погрузилась в воспоминания о былых днях в
присутствии мисс Банкер, смутно ассоциирующихся с работой в крупной
корпорации. Надеюсь, что резкое изменение моего статуса — от хозяйки
собственного времени к малооплачиваемому, недооцененному сотруднику
компании, готовому мстить всем окружающим (например, унося домой каждый
второй попадающийся в руки карандаш, штамп или новую упаковку стикеров), —
не заставит меня вернуться работать в колледж.
Мне кажется, что Том не из тех мужчин, кто может закричать:
Ты самая тупая
девушка на свете, которую я когда-либо встречал
. Похоже, он понял, что я
могу воспринимать информацию даже в полудреме. Пока он продолжает
расхваливать банковские инвестиции, я киваю, выражая согласие. Я не раз
слышала подобные россказни в барах Мидтауна в рабочие дни с пяти до девяти
часов вечера, даже пыталась понять, о чем все же идет речь, и оставалась при
этом в здравом уме. Но думаю, что и в этот раз услышанное найдет правильный
путь — проникнув в одно ухо со скоростью света, вылетит из другого.
— Очень, очень интересно.
В
счастливые часы
в барах Мидтауна я хорошо попрактиковалась вставлять в
разговор подобные высказывания.
Кстати, неплохая может получиться статья
Все, что я хотела узнать о работе
в финансовых компаниях, я выяснила в "Саттон плейс"
.
Вдруг я замечаю, что Том скривил губы в усмешке, и мне кажется, что,
спокойно воспринимая мои остроты, он уже видит меня насквозь, а за мной —
большой светящийся шатер с надписью
Цирк
. Да уж, такого мужчину нельзя не
уважать! Он понимает, что я справлюсь, и не пытается погружаться во все эти
навевающие сон детали, которые в ходе работы с легкостью освоит любой
получавший в колледже проходные баллы. Никогда не понимала начальников,
которые в конференц-зале по два часа объясняют процедуру заполнения формы
заказа канцелярских принадлежностей. Думаю, мистер Райнер разделяет мое
мнение.
Он кажется таким спокойным и хладнокровным и в то же время опасным. Я
мысленно качаю головой. Как жаль, что на нем галстук с рисунком из множества
мелких перекрещенных клюшек для гольфа. У меня есть список мужских
отрицательных качеств, с обладателями которых я никогда не буду общаться.
Так вот подобный галстук занимает место в первой пятерке.
4. Никогда не встречаться с парнем, который носит галстуки с перекрещенными
клюшками для гольфа.
Задумываюсь об особенностях мужчин. Почему-то они не могут быть одновременно
внимательными, сексуальными и нормально соображающими — или то, или другое,
— и невозможно найти мужчину, который обладал бы всеми качествами из моего
контрольного списка. (У меня есть список качеств, обязательных для Эм-энд-
Эмс, аккуратно напечатанный и размноженный сто раз, сшитый в чудесную
брошюру со спиралью и розовой меховой обложкой. Каждый раз, познакомившись с
очередным претендентом на звание Эм-энд-Эмс, я открываю чистую страницу,
отмечаю имеющиеся у него качества и оцениваю их.)
И вдруг я понимаю, что в кабинете наступила тишина. Вижу, что мисс Банкер
(клянусь, сколько бы плакатов с соревнующимися горнолыжниками ни висело в ее
кабинете, она не хочет, чтобы я получила работу) и мистер Райнер
выжидательно смотрят на меня. Дама ухмыляется с выражением
Я так и
думала!
, а мой потенциальный начальник снова улыбается только одним уголком
губ.
И тут он приходит мне на помощь:
— Итак, как по-вашему, сможет ли такая красотка, как вы, справиться с
организационными вопросами, оформлением документов, планированием рабочего
дня и телефонными переговорами?
Красотка? Какого черта он так сказал? Хотя, может быть, это шутка, и
довольно милая. Но в любом случае, чтобы употреблять такие слова, нужно
побриться налысо, отрастить огромное пузо и переехать жить в Доминиканскую
Республику!
— Да, конечно, — отвечаю с милой улыбкой.
Мистер Райнер встает и протягивает мне руку. Следов маникюра не замечаю,
кожа суховата.
— Ждем вас в понедельник в восемь тридцать утра.
— Мне не терпится приступить к работе, — говорю я, и на этот раз он
широко улыбается. Почти не сомневаюсь, что Том читает мои мысли и знает о
моем небольшом задании от журнала — ведь только об этом я сейчас и думаю.
Так, нужно срочно представить, что на нем другой галстук, модный, из
тончайшего шелка, — что очень мне нравится.
Только подумайте, ведь моя задача могла стать гораздо проще, если бы мистер
Райнер и оказался тем самым единственным!
Грузная немолодая мисс Банкер встает, чтобы проводить важного клиента. Ее
брюки из полиэстра образуют некрасивые складки, и мне становится немного
стыдно. Эта женщина из кожи вон лезет, пытаясь произвести впечатление, но не
имеет ни малейшего представления о том, как это делается. Мисс Банкер
взбивает волосы, поправляет блузку и хихикает в ответ на вполне серьезные
замечания. И мне очень хочется помочь ей измениться. Представляю нас в
спортивном зале, у меня на груди свисток, а она с трудом перебирает ногами
по беговой дорожке. Я проведу ее по магазину
Блумингдеилс
и покажу что-
нибудь стильное, подходящее к ее внешности. А если она укажет мне на
зауженные брюки, хлопну ее по руке. (Помнишь волны, разбивающиеся о скалы?
Вперед, Банкер! Повторяй за мной: успех, успех!) Между прочим, у этой
женщины красивые глаза и милый маленький носик.
Но стоило мне подняться, чтобы последовать за ними, мисс Банкер
оборачивается с видом
Ну уж нет, мы еще не закончили!
. И мысленно я снова
шлепаю ее по руке. Только в этот раз еще и представляю, как со всех сторон к
ней приближается толпа ухоженных женщин с пинцетами (редакторов отделов
Красота
глянцевых журналов), нацелившихся на ее девственные брови и
напевающих:
Будет совсем не больно! Ха-ха-ха, хо-хо-хо!
Итак, меня все-таки заставляют пройти тест на знание компьютерных программ.
И я без преувеличения заявляю — эти тесты разработаны для того, чтобы
уничтожить нашу самооценку и уверенность в себе. И если вы не знаете
предназначения какой-нибудь несущественной функции в
Майкрософт ворд
(она
и не может быть важной, потому что не понадобилась мне до сих пор, а ведь
это единственная программа, которой я пользуюсь каждый день в течение многих
лет), на экране появляются яркие надписи крупными буквами:
Извините, ответ
неверен
и
Вы уверены, что это окончательный ответ?
. Наверное, считается,
что они вполне остроумны и безобидны, но звучат эти фразы настолько
унизительно, что приходится бороться с желанием выбросить монитор в окно.
И я проваливаю все тесты.
Когда я снова вижу мисс Банкер в ее полном
вдохновляющих
предметов
кабинете, она выглядит еще более самодовольной, чем прежде.
— Ты, видимо, считаешь забавным указывать о себе ложные сведения в
резюме?
Думаю, на этот раз ответа не требуется.
— Наши клиенты рассчитывают, что мы предоставим им квалифицированных
сотрудников. А ты взяла на себя такую колоссальную ответственность и сама же
вытерла об нее ноги. — Мисс Банкер очень рада возможности отчитать меня.
Представьте себе, что вы приходите в
Макдоналдс
и заказываете что-нибудь
большого объема
, а низкооплачиваемый, задерганный постоянным контролем
кассир делает вид, что не понимает, что вы имеете в виду. Это своего рода
месть нам, их клиентам, за то, что они должны спрашивать у каждого:
Не
хотите ли заказать еще картошку фри?
И вот вы наконец понимаете, что
выразились неточно, употребив название, принятое а сети
Уэнди
, и
поправляетесь:
Извините, я имела в виду "суперобъем". В этот момент парень
в кассе как будто прозревает и делает вид, что не догадывался о смысле ваших
слов.
Подобным образом ведет себя и мисс Банкер. Очевидно, что ее чувства ко мне
подобны тем, что люди обычно испытывают к скупым домовладельцам и магазинным
воришкам. Одним словом, они не особо хорошие. Но в чем причина, кто знает?
Может быть, в моей молодости? Или в разнице в весе в сто двадцать фунтов? И
все же мне очень хочется, чтобы в ее сердце возникло нечто, обнаружилось что-
то, что позволит мне работать с мистером Райнером.
— Но поскольку наш клиент твердо намерен принять вас на работу, я
предлагаю вам сейчас же пройти курс обучения некоторым компьютерным
программам.
Я настолько шокирована, что не могу вымолвить ни слова. Она что, так добра
ко мне? Может, именно в этом она видит свою задачу? Чтобы воодушевить
человека, сначала сбейте его с ног, а потом продемонстрируйте, что только у
вас есть возможность помочь ему подняться. И естественно, он вам будет
благодарен. Странный способ придать себе значимости. Но я не настроена
возражать.
И знаете, во время обучения все оказалось так просто, что мне понадобилось
совсем немного времени, чтобы освоить программы и успешно пересдать тест.
Должна признать — я действительно ощущала некоторое вдохновение. Не такое
сильное, чтобы хватать доску для серфинга и немедленно лететь на Гавайи, но
все же!
Провожая меня, мисс Банкер жмет мне руку и, улыбаясь, говорит, что очень
гордится мной!
И мне нравится, как звучит это слово.
4
ТЯЖЕЛЫЕ ИСПЫТАНИЯ, МУЖЧИНЫ И ГАРДЕРОБ В свой первый рабочий день я просыпаюсь в семь утра, потому
что уже в восемь тридцать должна быть в офисе. Включается радио,
и день начинается с разглагольствований Говарда Стерна о бюсте какой-то
неизвестной персоны. Интересно, что бы он сказал о моей груди, достаточно
пышной, как раз в его вкусе... Какая чепуха лезет мне в голову! И я гоню от
себя эти мысли.
Просто я не привыкла так рано просыпаться по утрам, поэтому мне сложно
сосредоточиться. Если для того, чтобы встать с постели, требуются
специальные помощники типа радиочасов, значит, раннее пробуждение
отрицательно сказывается на наших организмах. Стоит ли удивляться, что они
не могут нормально функционировать. Можно написать статью на эту тему и
назвать ее
Торжество любителей поспать
или
Десять причин, чтобы выбросить
будильник
. Но пора брать себя в руки, и, натянув тренировочные брюки поверх
ночной рубашки, я выбегаю за кофе.
Никогда не заходила в это кафе раньше девяти утра, и парень за стойкой
мгновенно реагирует:
— С сегодняшнего дня начинаете полноценную жизнь?
Улыбаюсь ему в ответ и думаю:
А ведь его догадка верна
. Прошло много
времени с тех пор, как я работала в офисе.
Обычно я ощущаю превосходство перед толпами людей, толкающимися на входе в
метро в часы пик (в этот момент в голову лезут разные ассоциации со стадом),
но сегодня я горда тем, что тоже еду на работу. Новые туфли и пальто цвета
верблюжьей шерсти только укрепляют это чувство.
Я потрясающе выгляжу: красная юбка-карандаш до колен и блузка от Хлое с
набивным цветочным рисунком, купленная зимой на интернет-аукционе всего за
сто долларов, прекрасно сочетаются друг с другом. На тонком шифоне блузки
маленькие бутоны такого же коричневого оттенка, как и мои туфли. Мое
неумение практично одеваться доходит порой до идиотизма. (Для меня не
проблема в последний момент принять приглашение на вечеринку, условием
участия в которой будет пышная розовая юбка из тафты с кринолином. А в
повседневной жизни я постоянно выделяюсь из толпы внешним видом.) Сегодня же
все получается без особых усилий. Я чувствую себя Золушкой, собирающейся на
бал, пусть даже птички и белочки не помогали мне наряжаться. Стоит мне
нажать кнопку вызова, и двери лифта тут же распахиваются передо мной. Еще ни
разу за три года, что живу в этом доме, лифт не дожидался меня! По пути
покупаю газету. (Долго сомневаюсь, стоит ли изображать деловую женщину,
читающую
Тайме
, или остаться верной себе и насладиться сплетнями из
Пост
, и выбираю последнюю. У меня ведь уже есть работа, а значит, отпала
необходимость производить впечатление.) Как и все спешащие на службу
женщины, прижимаю газету локтем и спускаюсь в метро.
Направляюсь в район Трибека. Я уже была там несколько раз на вечеринках в
дизайнерских фирмах, делала обзор шикарных баров, огражденных от любопытных
бархатными веревками, ждала случайной встречи с актером Эдом Бернсом у его
дома, но район в целом знаю плохо и никогда не приезжала сюда на метро. И
если вы слышали о районе Треугольник под Канал-стрит, то наверняка знаете,
что это настоящий лабиринт, а названия улиц — загадка почти для всех
водителей такси. В довершение всего здесь два Бродвея — старый и новый под
названием
Западный
. Даже знаток города, оказавшись в этом районе, носится
кругами, как турист, и вынужден спрашивать дорогу, оправдываясь, что он
отнюдь не приезжий, просто никогда не забредал так далеко.
Вероятно, вчера мне все-таки стоило проехаться до офиса, чтобы узнать
дорогу. Я же провисела полдня на телефоне, обсуждая с Джоан требования к
внешности моего Эм-знд-Эмс. В качестве справочника пригодились полароидные
снимки, выигранные в покер у Криса. Часто ли нам выпадают такие воскресные
дни, полные надежд и предвосхищения открывающихся возможностей?
Выхожу из поезда на Франклин-стрит. Улица заполнена людьми в строгих
костюмах и разнообразной форменной одежде. Все движутся в разных
направлениях, но каждый точно знает, куда идет. Чувствую себя абсолютно
потерянной, здесь я не могу даже сориентироваться по сторонам света. Обычно
в таких случаях я пользуюсь известным приемом: если встать лицом на север,
то запад будет слева, а восток — справа. Но в этом месте я не в состоянии
понять, где же север. Пытаюсь разглядеть
Эмпайр стейт билдинг
, но
безуспешно. Вроде бы вижу вдали мерцание воды, но как определить, в какую
сторону мне идти? Том говорил, что следует спросить кого-нибудь из прохожих,
где находится Трэвелерс-билдинг, но я сомневаюсь, что найдется человек,
разбирающийся в этом хаосе.
— Не подскажете, где находится Гринвич-стрит? — обращаюсь к приятному
мужчине с портфелем. Мне предстоит работа над очень интересным материалом,
ради которого я готова вкалывать как трудоголик. И сейчас самое время
начинать свою миссию.
Вот только я не заметила, что под руку этот приятный мужчина держит
спутницу, которая, взглянув на меня, не дает ему ответить и тянет за собой.
Я в ужасе! (Можно подумать, что я спросила, не займется ли он со мной
оральным сексом прямо здесь, на углу улицы.) Поворачиваюсь в поисках другого
подходящего (и в хорошем костюме) кандидата в специалисты по ориентированию
в этом районе. Но тут чувствую, что не могу поднять ногу. Как же часто
судьба бывает несправедлива к людям (даже одетым в красивое пальто и
настоящую блузку от Хлое)! Ничего страшного, попытаюсь выйти из этой
ситуации с легкостью Макгайвера.
Пытаюсь не паниковать, хотя повод есть — мой каблук застрял. И в отличие от
Дженнифер Лопес в фильме
Свадебный переполох
никто не спешит на помощь, и
вряд ли впереди меня ждет череда приятных неожиданностей. Опускаю глаза.
Конечно же, я наступила на прорезь в вентиляционной решетке. Впервые в жизни
— ведь всегда была очень осторожна. И прекрасно помню, как твердила именно в
этот момент фильма:
Ну что же ты! Нельзя наступать на такие решетки, если
ты на каблуках!
Пытаюсь сохранять присутствие духа и отчаянно дергаю и кручу ногой, чтобы
высвободиться, но безрезультатно. Вот черт! Люди начинают оглядываться на
меня, и я чувствую, что краснею. Невероятно! Я в сложном положении, и
смущаться должны те, кто не торопится мне помочь, а получается наоборот.
Наконец кто-то сзади интересуется, не нужна ли мне помощь, но я так
возмущена бесчеловечностью нашего общества, что не понимаю своего счастья и
начинаю орать как сумасшедшая:
— Со мной все в порядке!
На самом деле я в беде, и мне приходится нагнуться, чтобы снять туфельку и
попытаться ее высвободить. Но стоит мне сделать это, как я тут же теряю
равновесие, чулок цепляется за что-то острое, я начинаю его тянуть и вижу
медленно ползущую вверх стрелку.
В своих статьях я неоднократно советовала носить в сумочке запасную пару. Но
на практике, когда мы оказываемся перед выбором между шикарной парой чулок,
в которых будем чувствовать себя на миллион долларов, и двумя парами
практичных и дешевых (центов по пятьдесят), нам удается внушить себе, что
дорогие чулки никогда не порвутся.
Ну ничего, в любом магазине куплю чулки не хуже. Правда, только в том
случае, если не умру здесь, пытаясь высвободиться. Поблизости обязательно
должен быть магазин. С осторожностью тяну великолепную туфельку крокодиловой
кожи от Джимми Чу из прорези решетки — и вдруг она резко высвобождается из
западни, и я со всего маху хлопаюсь на тротуар.
Держу туфельку в руках, готовая расцеловать ее за счастливое возвращение,
как вдруг замечаю, что у меня только одна ее часть, а другая, самая главная
— каблук, — упала в отвратительные глубины подземелья и стала добычей
торопливо удаляющейся крысы. Надеюсь, он не попал в голову какому-нибудь
бездомному. Я видела несколько репортажей о миллионах людей, обитающих в
подземке. Или не о миллионах, но все равно их много. И такой острый каблук
может оказаться вполне полезным оружием в этом темном мире. Ну что ж,
отлично! Значит, будем считать, кто-то теперь вооружен по последней моде.
Сейчас восемь часов двадцать минут утра, мой каблук сломан, чулок порван, и,
возможно, я совершила убийство невинного человека острым, как стилет,
каблуком. Да уж, далеко не лучшее начало. Но у меня есть мобильный телефон и
номер моего босса.
— Слушаю? — звучит в трубке.
Мой новый начальник сам ответил на звонок, а я надеялась услышать
автоответчик голосовой почты и теперь не знаю, что сказать. Решаю во всем
честно признаться.
— Мистер Райнер? Здравствуйте. Это Лейн.
— А, привет, Лейн! Можешь называть меня просто Том. У тебя все в
порядке?
— Не совсем. Такая незадача: туфелька застряла в прорези решетки у
метро. Мне нужно заскочить домой и переобуться, чтобы не ходить со сломанным
каблуком, ладно? Я обернусь за полчаса.
Отчетливо слышу шуршание, как будто трубку прикрыли рукой, затем раздается
приглушенный смех, и Том отвечает:
— Нет проблем, Лейн! Делай, что считаешь нужным. Мы все равно пока
здесь все для тебя подготавливаем.
Я благодарю и снова забываю выяснить, как добраться до офиса. Придется брать
такси.
Закончив разговор, вдруг понимаю, что нахожусь совсем близко от
Сенчури-
21
. Этот магазин, конечно, не прямо за углом, но раз уж я в центре города,
зачем тратить время на поездку домой, если можно зайти и купить еще одни
коричневые туфли. Получится быстрее, ведь дома мне придется полностью
переодеваться — я подбирала одежду именно к этой злополучной паре обуви.
Удивительно, как много людей приходят утром за покупками. Все знают: здесь
может быть настоящее столпотворение — и хотят опередить друг друга, чтобы
раскопать что-нибудь стоящее. Но подобной тактике следует далеко не один
человек, и поэтому она уже перестала быть эффективной. Направляюсь прямиком
в обувной отдел и чувствую прилив энергии, будто электрический заряд
распространяется по всему телу. Мой взгляд притягивает пара сандалий на
платформе от Роберта Клерджери, и стоят они всего семьдесят долларов. Да уж,
срочно необходимо принять закон, запрещающий продавать на распродаже такое
множество шикарных вещей за смешные деньги. Я ужасно расстроена, что мне
нужно купить именно обувь для работы, а не эти забавные сандалии на
платформе, которые обычно стоят не менее пятисот долларов. А мне так
нравятся хрустальные бусины, нашитые на золотые листочки, которыми украшены
переплетенные между собой и затягивающиеся на лодыжке ремешки. (Не
сомневаюсь, богемный стиль будет доминировать в моде этим летом.) Решаю
примерить сандалии и вижу, что смотрятся они очень эффектно.
Может, написать статью о покупке обуви, потом вычесть ее стоимость из общей
суммы налогов, и тогда эти сандалии обойдутся мне... хотя неизвестно, какую
именно сумму мне вернут, но все равно гораздо меньше семидесяти долларов. А
это уже крайне выгодная покупка! Крепко сжимаю коробку в руках — в этом
магазине покупатели всегда внимательно наблюдают друг за другом. Стоит кому-
то положить понравившуюся вещь на полку, остальные, действуя по принципу
нам подойдет все, что хотят купить другие
, тут же устремляются к ней. Этот
образ мышления вызывает чудовищные тенденции в моде, как, например,
появление много лет назад огромных мужских джинсовых брюк, солнечных очков в
пол-лица или любого предмета гардероба от Готье.
Я иду по проходу, и вдруг — о чудо! — цвета шоколада, из кожи крокодила, они
лежат в коробке прямо передо мной. Туфли от Джимми Чу, такие же, как я
только что испортила. И моего размера. Просто невероятно (модель-то этого
сезона)! Теперь я готова поверить, что чудеса случаются, а праздник Ханука
действительно основан на реальных событиях и одна лампада с маслом могла
гореть целых восемь дней. Стоят же вожделенные туфли всего восемьдесят
долларов. Не иначе это улыбка судьбы или кто-то свыше подает мне знак! В
любом случае стоит объявить этот день личным праздником и отмечать его
ежегодно.
Размышляя о том, что сейчас я, возможно, заново вступаю в сегодняшний день
(непреднамеренная игра слов), подхожу к кассе и замечаю восхитительные
серьги всего за десять долларов. Кладу их на прилавок вместе со всеми
остальными покупками, которые, после визита в отдел одежды, занимают два
объемных пакета. Нужно быть наготове, впереди долгие дни в офисе, и, кто
знает, не является ли сегодняшнее приключение предвестником постоянных
проблем с гардеробом. Тем более я планирую заработать большую сумму денег,
которой с лихвой хватит на компенсацию сегодняшних расходов по кредитной
карте. Кассир считывает данные с карты, а я перекрещиваю пальцы и напряженно
жду, насколько успешно пройдет авторизация.
Такси останавливается прямо напротив высотного офисного здания. Красный,
высеченный из камня зонт возвышается у входа, и я вдруг понимаю, что два
пакета из магазина
Сен-чури-21
могут показаться не совсем уместными,
особенно сейчас, после опоздания. Да, это проблема. Насколько же я
припозднилась? Часы на моем мобильном телефоне показывают десять утра. Я
задержалась больше чем на полчаса, о которых условилась с Томом.
Жду, пока водитель такси отдаст мне сдачу и чек, и наконец осматриваюсь.
Большой внутренний двор, дорожки с увитыми зеленью беседками, множество
растений. С одной стороны стоят скамейки, образуя своеобразный небольшой
парк. И все свободное пространство, каждый его сантиметр, занимают самые
чудесные создания, придуманные когда-либо Природой, от одного вида которых у
любой женщины челюсть упадет на пол.
Эти волшебные, фантастические, неправдоподобные существа — мужчины. Мужчины
в рубашках, застегнутых у каждого по-своему: на все пуговицы или с
распахнутым воротом. Мужчины в галстуках, без оных и перекинувшие их через
плечо.
А еще высокие, низкие, в очках и без очков. Одетые в спортивные куртки,
длинные пальто, костюмы. С портфелями, рюкзаками, барсетками, папками и
пакетами. Одни или группами. Стоящие, сидящие, прогуливающиеся, бегущие и
поднимающие упавшие вещи.
А знаете, что самое замечательное?
Здесь практически нет женщин.
— Мисс, мисс! Возьмите наконец сдачу!
Я не в силах отвести взгляд от открывшегося мне потрясающего з
...Закладка в соц.сетях
